Ворон к ворону летит (Пушкин)

← (Б. М. Фёдорову) Ворон к ворону летит…
автор Александр Сергеевич Пушкин (1799—1837)
Город пышный, город бедный… →
См. Стихотворения 1828 / Переводы Пушкина . Опубл.: 1828 [1] . Источник: ФЭБ (1977) • Шотландская народная баллада из собрания Сэра Вальтера Скотта, перевод с франц. перевода.

Ворон к ворону летит,
Ворон ворону кричит:
«Ворон, где б нам отобедать?
Как бы нам о том проведать?»

Ворон ворону в ответ:
«Знаю, будет нам обед;
В чистом поле под ракитой
Богатырь лежит убитый.

Кем убит и отчего,
Знает сокол лишь его,
Да кобылка вороная,
Да хозяйка молодая».

Сокол в рощу улетел,
На кобылку недруг сел,
А хозяйка ждет мило́го,
Не убитого, живого.

Примечания

  1. ↑ Впервые — в альманахе «Северные цветы на 1829 год», СПб., 1828, с. 31—32 под заглавием «Два ворона».

В издании «Стихотворений» 1829 г. в оглавлении имеет название «Шотландская песня». Пушкин взял балладу из французского перевода (1826 г.) сборника шотландских баллад В. Скотта, но переложил только первую половину.

Варианты:

«ВОРОН К ВОРОНУ ЛЕТИТ. »

А. Варианты чернового автографа.

Заглавие: Шотл песня

3 а. Ворон: где нам отобедать
б. Как в тексте.
в. Ворон: где нам отобедать
4 Кабы мог ты знать да ведать
6—8 Будет,2 будет нам обед

Я проведал3 под ракитой

Молодец лежит убитый
Вм. 9—12 а. Конь да сокол
Про него4

б. Про своего
Знает сокол лишь его5

в. Где девался госп
Сокол ведает один6

г. Слушай, слушай7 — про него

Сокол знает лишь его
д. Кем убит и для чего
Знает сокол лишь его
673
Да кобылка вороная
Да хозяйка1 молодая

Ст. 13—16.
Сокол улетел
Лошадь
*
Воры2 лошадь увели

*
Сокол в рощу улетел
Лошадь увел
*
Сокол нашел
Лошадь за лес вор увел
*
Сокол за лес улетел
Лошадь вор успел
А хозяйка молодая
припевая
*
А хозяйку молодую
Уж ведут в семью чужую3

*
А хозяйка с новым4 другом
С милым 5

*
Сокол за лес улетел
На кобылку недруг сел
А хозяйка ждет милого
Не убитого — живого

После ст. 16 начато:
Полетим да поклюем
Его т
*
Полетим же полетим
Мертва тела поедим —
Очи1

Б. Варианты печатных текстов.

(Ворон к ворону летит).

Шотландская песня СП2 (в оглавлении)

Разделение на строфы отсутствует. СЦ

Единая коллекция
Цифровых образовательных ресурсов

Карточка ресурса

Поддержка ресурса

Все ресурсы Коллекции предназначены только для некоммерческого использования в системе образования Российской Федерации. Свидетельство о регистрации средства массовой информации Эл ФС 77 — 47492 от 25.11.2011

При использовании материалов сайта ссылка на Единую коллекцию ЦОР обязательна.

Автоматизированное извлечение информации сайта запрещено.

Ворон к ворону летит

Пушкин. Ворон к ворону летит…

Сталкиваются две точки зрения на одно, вроде, и то же “знаю – знает”: во`рона (предвестия беды) и изменницы (основы беды). И тот, и та – довольны. Значит, автор не доволен. Он – за супружескую верность.

Подробно об одном несогласии с Дмитрием Быковым

по книге “Календарь-2”.

Книга 2012 года издания.

Начну с Пушкина, как наиболее мною разработанного.

“Долгожданной радости от завершения книги [“Евгений Онегин”] Пушкин не испытал привёл героя в такую яму, да и сам к тридцати одному году пережил столь острый кризис, что ожидаемой радости испытать никак не мог: прежде оправданием жизни – “дара напрасного, дара случайного” — служила хоть эта работа, а теперь что? Бегством от этого кризиса и попыткой перевязать узлы собственной судьбы в терминологии Юрия Арбатова, была женитьба, жажда остепениться, умеренная лояльность, и всё это закончилось шесть лет спустя такой трагедией, по сравнению с которой отчаяние 1830 года, породившее небывалый взлёт, было счастьем” .

Ну подумайте сами: как может отчаяние породить взлёт?

Я так думаю. Трагедия для творца – перестать творить.

Ослабление творческого напора я у него засёк около 1820-го года (см. тут ). Да что я? Многие засекли. А я так вообще: “…если посмотреть по строкам, так в первые три месяца 1819 года написано под 600 строк, а в оставшиеся девять месяцев — лишь чуть больше 60-ти”. Этак подходить, конечно, нельзя, но всё-таки.

Я тогда крах исчислил с отвергнутости его в марте 19-го, — по отвергаемому всеми Губеру, — Наташею Кочубей, девушкой особой, исключительной. И вот нынче вижу по “Летописи жизни и творчества”, что если и случилась беда с его гармоническим мироотношением в марте, то не сразу она перекинулась на творчество и политические воззрения (он написал ядовитый политический памфлет “На Струдзу” – 1819, апрель, 2 (?) . . . июнь; 5-ю песнь “Руслана и Людмилы” – 1819, июль, 13—Август, 11; “Деревню” – 1819, июль, 15 (?) . . .31, горячо интересовался деспотическими военными поселениями – 1819 – октябрь, 27). Но – за неимением более точной даты создания – в конце 1819 года в “Летопись…” уже вписано “Напрасно, милый друг, я мыслил утаить”.

Напрасно, милый друг, я мыслил утаить
Обманутой души холодное волненье.
Ты поняла меня — проходит упоенье,
Перестаю тебя любить.
Исчезли навсегда часы очарованья,
Пора прекрасная прошла,
Погасли юные желанья,
Надежда в сердце умерла.

Ничего скрытого тут нет, чистая лирика. Но стержень из человека вынут.

Как факт: чуть позже (1819 (?).) вписана в “Летопись” совсем скабрёзность – “Недавно тихим вечерком”, с матом. Зато и с именем Наташа.

Недавно тихим вечерком

Пришел гулять я в рощу нашу

И там у речки под дубком

Увидел спящую Наташу.

Вы знаете, мои друзья,

К Наташе вдруг подкравшись, я

Поцеловал два раза смело,

Спокойно девица моя

Во сне вздохнула, покраснела;

Я дал и третий поцелуй,

Она проснуться не желала,

Тогда я ей засунул … —

И тут уже затрепетала.

Пушкин много матерился в письмах и стихах. Но письма были не для публики, а стихи – не для издания. И – по разным поводам это было. Но здесь – не только от душевной, но и волевой опустошённости, можно предположить. Потому что следующее, упомянутое в “Летописи” стихотворение – “Дориде” (Январь, 1. 5. 1820) — уже высокохудожественно, а выражает… что “Нет у автора идеала” (см. тут ).

Лишь после этого и без даты вписано в “Летопись”:

“Пушкин “последним” узнает от Катенина о слухе, позорящем его (Пушкина) и пущенном гр. Ф. И. Толстым (чего Пушкин не знает), будто бы он был отвезен в тайную канцелярию и высечен. Пушкин дерется по этому поводу с кем-то неизвестным на дуэли, у него появляются мысли о самоубийстве…”

Нет, и после этого он на каком-то автомате ещё “дописывает 6-ю” (“Летопись”) песнь “Руслана и Людмилы”.

А его до срыва голоса дошедшее республиканство, по-моему, схоже с матом про Наташу, в реальности недосягаемую.

“Апрель, 4 . . . 1 0 (?) . Пушкин в театре, расхаживая по рядам кресел, показывает литографированный портрет Лувеля со своей надписью: “Урок царям”” (“Летопись”) .

О чём речь? – Вот о чём:

“В феврале 1820 года ремесленник Лувель, седельщик по профессии, ударил ножом герцога Беррийского (сына графа д’Артуа) при входе его в оперу. Смерть наступила через несколько часов. Лувель рассчитывал, что, убив герцога Беррийского, он пресечет род Бурбонов, так как старший сын графа д’Артуа, герцог Ангулемский, был бездетен” ( http://www.detskiysad.ru/turizm/franciya46.html ) .

Что себе Пушкин думает? – А он думает: “Вы слышали, что я вольнодумец, что в ходе обыска Милорадович высек меня? Так смотрите, может ли это быть, раз я вот что себе позволяю”.

Но даже и в самой оде “Вольность” он не был за убийство царей.

К кровавой плахе Вероломства.

Молчит Закон – народ молчит,

Падет преступная секира.

И се – злодейская порфира

На галлах скованных лежит.

Почему галлы скованы? Потому что молчали. И не зря они – Вероломство по отношению к Закону.

Самовластительный Злодей! – Наполеон.

Тебя, твой трон я ненавижу,

Твою погибель, смерть детей

С жестокой радостию вижу. – В смысле: предвижу. Ибо ничему не научились величества. О сыне Наполеона. Хоть “Договор, заключенный в 1817 году [когда и написана ода] между союзниками, лишил его наследственных прав на Парму; за это австрийский император вознаградил его богемским герцогством Рейхштадт, с титулом “Светлости””. Но. Было ясно. Если что – его опять сделают императором. И он потом опять будет казнён народом. И радость лирического “я” – в смысле наоборот.

Уже тут, несмотря, что воспринималась ода как революционная, — уже тут заложен протест против беззаконного насилия.

Как факт – следующая запись в “Летописи”:

“Апрель(?), 5 (?) . . . 17 (?) . “Мне бой знаком — люблю я звук мечей”. Стихотворение написано под впечатлением революционного восстания в Испании” .

Стоило революции таки где-то грянуть – он оказался против и – отсутствие идеалов он выражает в этом стихотворении (см. тут ).

А теперь скажите, явление, “породившее… взлёт” художественности в стихотворениях об отсутствии идеала: “Дориде” и “Мне бой знаком”, — есть это самое отсутствие идеала?

Да. Только исключительный тут случай, если признать, что художественный взлёт бывает от вдохновения, а то – от буйства в душе невыраженного ещё идеала. А не исключением является писание по инерции и на автомате (как 5-6 песни “Руслана и Людмилы”), срыв в выражение чего-то “в лоб” (как “На Струдзу” или мат) или почти “в лоб”, образно (как “Напрасно, милый друг, я мыслил утаить”). Или, наконец, молчание.

Теперь перейдём к кризису, которого коснулся Быков. К кризису 28-го года с его “Дар напрасный…” К разочарованию в новом царе, Николае Первом. К разочарованию в реализме. Сотрудничество с царём невозможно. Но. Творческий ли то был кризис?

“Апрель, 5. Четверг. Начало работы над поэмой Полтава. Оставив чистую страницу после “Альбома Онегина”, Пушкин поставил на л. 12 дату: “5 Апр ” и в два столбца на л. 12—13 записал историческое вступление к поэме” (Летопись) .

Это был некий бунт, да, против реализма, как бы романтический реализм (см. тут ). Так ничего себе творческий кризис: писал, как горел. Да даже и “Дар напрасный…” (26 мая)… В нём такая энергия отрицания никчемности (см. тут ), что это тоже не есть творческий кризис. Это – предопределение неизбежного обретения нового идеала: Дома и Семьи (так его, с большой буквы, называют те, кто, не в пример Быкову, любой идеал считают равным любым остальным идеалам). Новый идеал совершенно естественно вырос из бесплодности и реализма, и бунта – романтического реализма (в прошлом было успешное преодоление действительности сверхчеловеком Петром Первым). Ибо ТЕПЕРЬ-то – как? В чём оптимизм?

“Май, 1. до 9 (?) . Среди черновиков поэмы “Полтава” Пушкин чертит анаграммы: “Eli Eninelo”, “ettenna eninelo”, “eninelo ettenna”, “Olenina”, “Annette”, a выше этого имени — свою фамилию “Pouchkine”” (Летопись) .

Выход в женитьбе!

Он даже забросил “Полтаву”. Ненадолго. На два месяца.

Неудачные, одно за другим, сватовства не привели к творческому кризису. А наоборот: он стал идеал частной жизни художественно выражать.

“Август, после 20. Сентябрь, сер. (?). Шотландская песня (“Ворон к ворону летит”)” (Летопись) .

Ворон к ворону летит,

Ворон ворону кричит:

Ворон! где б нам отобедать?

Как бы нам о том проведать?

Ворон ворону в ответ:

Знаю, будет нам обед;

В чистом поле под ракитой

Богатырь лежит убитый.

Кем убит и отчего,

Знает сокол лишь его,

Да кобылка вороная,

Да хозяйка молодая.

Сокол в рощу улетел,

На кобылку недруг сел,

А хозяйка ждет милого

Не убитого, живого.

Сталкиваются две точки зрения на одно, вроде, и то же “знаю – знает” : во`рона (предвестия беды) и изменницы (основы беды). И тот, и та – довольны. Значит, автор не доволен. Он – за супружескую верность.

А как счастливо удалось мне в таком же духе понять “Делибаш”, “Монастырь на Казбеке” и “Обвал” 1829 года (см. тут ).

Какой может быть кризис при таких удачах. Откуда “отчаяние 1830 года” ?

Не отчаяние, а очень плавное перерождение идеала Дома и Семьи — из-за того, что (самоцитата) “личное счастье требует счастья общественного” (“Тазит”). И началось это перерождение в “Кавказе” (см. тут ), написанном даже раньше, чем упомянутые “Делибаш”, “Монастырь на Казбеке” и “Обвал”.

То есть имеет место очень плавное изменение идеала в немного другой. В данном случае – в тот, каким вдохновлён был “небывалый взлёт” Болдинской осени 1830 года: консенсус в сословном обществе (см. тут ).

Вот что имеет место, а не быковское “отчаяние 1830 года, породившее небывалый взлёт” . Никого отчаяния, а – творчески полнокровная постепенность изменения.

Кстати, заявление, что “радости от завершения книги [“Евгений Онегин”] Пушкин не испытал” просто не стыкуется со словами про “небывалый взлёт” (надо думать, Болдинской осени, ибо действительно тогда был взлёт). Потому что именно в эту-то осень “Евгений Онегин” и был завершён.

“1830. Декабрь, 9. Вторник. Письмо Плетневу в Петербург; Пушкин сообщает, что он в Москве, что теща злится, и просит: “Пришли мне денег сколько можно. я на мели”; спешит поделиться: “Скажу тебе (за тайну), что я в Болдине писал, как давно уже не писал. Вот что я привез сюда: 2 последние главы “Онегина”, 8-ю и 9-ю совсем готовые в печать…” (Летопись) .

Сама подробность прослеживания мною эволюции Пушкина как бы вопиёт против кавалерийского наскока Быкова.

Его беда в том, что он – эссеист. А это – ругательное слово у литературоведов.

Он ориентирован больше на речевой блеск своей мысли, чем на истину.

Ворон к ворону летит

Слова А. Пушкина

Ворон к ворону летит,
Ворон ворону кричит:
«Ворон, где б нам отобедать?
Как бы нам о том проведать?»

Ворон ворону в ответ:
«Знаю, будет нам обед:
В чистом поле под ракитой
Богатырь лежит убитый.

Кем убит и отчего,
Знает сокол лишь его,
Да кобыла вороная,
Да хозяйка молодая.

Сокол в рощу улетел,
На кобылку недруг сел,
А хозяйка ждет милого,
Не убитого, живого».

«Северные цветы на 1829 г.»

Русские песни. Сост. проф. Ив. Н. Розанов. М., Гослитиздат, 1952

Музыка А. Верстовского, А. Алябьева, А. Рубинштейна

А. С. Пушкин (1799-1837)

Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Добавить комментарий

;-) :| :x :twisted: :smile: :shock: :sad: :roll: :razz: :oops: :o :mrgreen: :lol: :idea: :grin: :evil: :cry: :cool: :arrow: :???: :?: :!: