Цветаева М

Марина Ивановна Цветаева родилась в Москве 26 сентября 1892 года. По происхождению, семейным связям, воспитанию она принадлежала к трудовой научно-художественной интеллигенции. Если влияние отца, Ивана Владимировича, университетского профессора и создателя одного из лучших московских музеев (ныне музея Изобразительных Искусств), до поры до времени оставалось скрытым, подспудным, то мать, Мария Александровна, страстно и бурно занималась воспитанием детей до самой своей ранней смерти, — по выражению дочери, завила их музыкой: “После такой матери мне осталось только одно: стать поэтом”.
Характер у Марины Цветаевой был трудный, неровный, неустойчивый. Илья Эренбург, хорошо знавший ее в молодости, говорит: “Марина Цветаева совмещала в себе старомодную учтивость и бунтарство, пиетет перед гармонией и любовью к душевному косноязычию, предельную гордость и предельную простоту. Ее жизнь была клубком прозрений и ошибок”.
Однажды Цветаева случайно обмолвилась по чисто литературному поводу: “Это дело специалистов поэзии. Моя же специальность — Жизнь”. Жила она сложно и трудно, не знала и не искала покоя, всегда была в полной неустроенности, искренне утверждала, что “чувство собственности” у нее “ограничивается детьми и тетрадями”. Жизнью Марины правило воображение.
Детство, юность и молодость Марины Ивановны прошли в Москве и в тихой Тарусе, отчасти за границей. Училась она много, но, по семейным обстоятельствам, довольно бессистемно: совсем маленькой девочкой — в музыкальной школе, потом в католических пансионах в Лозанне и Фрейбурге, в ялтинской женской гимназии, в московских частных пансионах.
Стихи Цветаева начала писать с шести лет (не только по-русски, но и по-французски, по-немецки), печататься — с шестнадцати. Герои и события поселились в душе Цветаевой, продолжали в ней свою “работу”. Маленькая, она хотела, как всякий ребенок, “сделать это сама”. Только в данном случае “это” было не игра, не рисование, не пение, а написание слов. Самой найти рифму, самой записать что-нибудь. Отсюда первые наивные стихи в шесть-семь лет, а затем — дневники и письма.
В 1910 году еще не сняв гимназической формы, тайком от семьи, выпускает довольно объемный сборник “Вечерний альбом”. Его заметили и одобрили такие влиятельные и взыскательные критики, как В. Брюсов, Н. Гумилев, М. Волошин.
Стихи юной Цветаевой были еще очень незрелы, но подкупали своей талантливостью, известным своеобразием и непосредственностью. На этом сошлись все рецензенты. Строгий Брюсов, особенно похвалил Марину за то, что она безбоязненно вводит в поэзию “повседневность”, “непосредственные черты жизни”: “Несомненно, талантливая Марина Цветаева может дать нам настоящую поэзию интимной жизни и может, при той легкости, с какой она, как кажется, пишет стихи, растратить все свои дарования на ненужные, хотя бы и изящные безделушки”.
В этом альбоме Цветаева облекает свои переживания в лирические стихотворения о несостоявшейся любви, о невозвратности минувшего и о верности любящей:
В ее стихах появляется лирическая героиня — молодая девушка, мечтающая о любви. “Вечерний альбом” — это скрытое посвящение. Перед каждым разделом — эпиграф, а то и по два: из Ростана и Библии.
Таковы столпы первого возведенного Мариной Цветаевой здания поэзии. Какое оно еще пока ненадежное, это здание; как зыбки его некоторые части, сотворенные полудетской рукой. Немало строк оригинальных, ни на чьи не похожих: “Кошку завидели, курочки Стали с индюшками в круг. Мама у сонной дочурки Вынула куклу из рук” (“У кроватки”).
Но некоторые стихи уже предвещали будущего поэта. В первую очередь — безудержная и страстная “Молитва”, написанная поэтессой в день семнадцатилетия, 26 сентября 1909 года:
Нет, она вовсе не хотела умереть в тот момент, когда писала эти строки; они — лишь поэтический прием.
Марина была очень жизнестойким человеком (“Меня хватит еще на 150 миллионов жизней!”). Она жадно любили жизнь и, как положено поэту-романтику, предъявляла ей требования громадные, часто непомерные.
В стихотворении “Молитва” скрытое обещание жить и творить: “Я жажду всех дорог!”. Они появятся во множестве — разнообразные дороги цветаевского творчества.
В стихах “Вечернего альбома” рядом с попытками выразить детские впечатления и воспоминания соседствовала недетская сила, которая пробивала себе путь сквозь немудреную оболочку зарифмованного детского дневника московской гимназистки. “В Люксембургском саду”, наблюдая с грустью играющих детей и их счастливых матерей, завидует им: “Весь мир у тебя”, — а в конце заявляет: Я женщин люблю, что в бою не робели // Умевших и шпагу держать, и копье, // Но знаю, что только в плену колыбели // Обычное женское — счастье мое!
В “Вечернем альбоме” Цветаева много сказала о себе, о своих чувствах к дорогим ее сердцу людям; в первую очередь о маме и о сестре Асе.
“Вечерний альбом” завершается стихотворением “Еще молитва”. Цветаевская героиня молит создателя послать ей простую земную любовь.
В лучших стихотворениях первой книги Цветаевой уже угадываются интонации главного конфликта ее любовной поэзии: конфликта между “землей” и “небом”, между страстью и идеальной любовью, между стоминутным и вечным, конфликта цветаевской поэзии: быта и бытия.
Вслед за “Вечерним альбомом” появилось еще два стихотворных сборника Цветаевой: “Волшебный фонарь” ( 1912 г .) и “Из двух книг” ( 1913 г .) — оба под маркой издательства “Оле-Лукойе”, домашнего предприятия Сергея Эфрона, друга юности Цветаевой, за которого в 1912 году она выйдет замуж. В это время Цветаева — “великолепная и победоносная” жила уже очень напряженной душевной жизнью.
Устойчивый быт уютного дома в одном из старомосковских переулков, неторопливые будни профессорской семьи — все это было поверхностью, под которой уже зашевелился “хаос” настоящей, не детской поэзии.
К тому времени Цветаева уже хорошо знала себе цену как поэту (уже в 1914 г . она записывает в своем дневнике: “В своих стихах я уверена непоколебимо”), но ровным счетом ничего не делала для того, чтобы наладить и обеспечить свою человеческую и литературную судьбу.
Жизнелюбие Марины воплощалось, прежде всего, в любви к России и к русской речи. Марина очень сильно любила город, в котором родилась, Москве она посвятила много стихов:
Позднее в поэзии Цветаевой появится герой, который пройдет сквозь годы ее творчества, изменяясь во второстепенном и оставаясь неизменным в главном: в своей слабости, нежности, зыбкости в чувствах. Лирическая героиня наделяется чертами кроткой богомольной женщины: Пойду и встану в церкви // И помолюсь угодникам // О лебеде молоденьком.
В первые дни 1917 года в тетради Цветаевой появляются не самые лучшие стихи, в них слышатся перепевы старых мотивов, говорится о последнем часе нераскаявшейся, истомленной страстями лирической героини.
В наиболее удавшихся стихах, написанных в середине января — начале февраля, воспевается радость земного бытия и любви:
Многие из своих стихов Цветаева посвящает поэтам современникам: Ахматовой, Блоку, Маяковскому, Эфрону:
Но все они были для нее лишь собратьями по перу. Блок в жизни Цветаевой был единственным поэтом, которого она чтила не как собрата по “старинному ремеслу”, а как божество от поэзии, и которому, как божеству, поклонялась:
Всех остальных, ею любимых, она ощущала соратниками своими, вернее — себя ощущала собратом и соратником их, и о каждом считала себя вправе сказать, как о Пушкине: “Перья навостроты знаю, как чинил: пальцы не присохли от его чернил!”.
Марина Цветаева пишет не только стихи, но и прозу. Проза Цветаевой тесно связана с ее поэзией. В ней, как и в стихах, важен был не только смысл, но и звучание, ритмика, гармония частей. Она писала: “Проза поэта — другая работа, чем проза прозаика, в ней единица усилия — не фраза, а слово, и даже часто — мое”. Однако в отличие от поэтических произведений, где искала емкость и локальность выражения, в прозе же она любили распространить, пояснить мысль, повторить ее на разные лады, дать слово в его синонимах.
Проза Цветаевой создает впечатление большой масштабности, весомости, значительности. Мелочи у Цветаевой просто перестают существовать, люди, события, факты всегда объемны. Цветаева обладала даром точно и метко рассказать о своем времени.
Одна из ее прозаических работ посвящена Пушкину. В ней Марина пишет, как она впервые познакомилась с Пушкиным и что о нем узнала сначала. Она пишет, что Пушкин был ее первым поэтом, и первого поэта убили. Она рассуждает о его персонажах. Пушкин “заразил” Цветаеву словом любовь. Этому великому поэту она также посвятила множество стихов:
Самое ценное, самое несомненное в зрелом творчестве Цветаевой — ее неугасимая ненависть к “бархотной сытости” и всякой пошлости. В дальнейшем творчестве Цветаевой все более крепнут сатирические ноты. В то же время в Цветаевой все более растет и укрепляется живой интерес к тому, что происходит на покинутой Родине. “Родина не есть условность территории, а принадлежность памяти и крови, — писала она. — Не быть в России, забыть Россию — может бояться только тот, кто Россию мыслит вне себя. В ком она внутри — тот теряет ее лишь вместе с жизнью”. С течением времени понятие “Родина” для нее наполняется новым содержанием. Поэт начинает понимать размах русской революции (“лавина из лавин”), она начинает чутко прислушиваться к “новому звучанию воздуха”.
Тоска по России сказывается в таких лирических стихотворениях, как “Рассвет на рельсах”, “Лучина”, “Русской ржи от меня поклон”, “О неподатливый язык. ”, сплетается с думой о новой Родине, которую поэт еще не видел и не знает, — о Советском Союзе, о его жизни, культуре и поэзии.
К 30-м годам Марина Цветаева совершенно ясно осознала рубеж, отделивший ее от белой эмиграции. Важное значение для понимания поэзии Цветаевой, которую она заняла к 30-м годам, имеет цикл “стихи к сыну”. Здесь она во весь голос говорит о Советском Союзе, как о новом мире новых людей, как о стране совершенно особого склада и особой судьбы, неудержимо рвущейся вперед — в будущее, и в само мироздание — “на Марс”.
Русь для Цветаевой — достояние предков, Россия — не более как горестное воспоминание “отцов”, которые потеряли родину, и у которых нет надежды обрести ее вновь, а “детям” остается один путь — домой, на единственную родину, в СССР. Столь же твердо Цветаева смотрела и на свое будущее. Она понимала, что ее судьба — разделить участь “отцов”.

Личная драма поэтессы переплеталась с трагедией века. Последнее, что Цветаева написала в эмиграции, — цикл гневных антифашистских стихов о растоптанной Чехословакии, которую она нежно и преданно любила.
На этой ноте последнего отчаяния оборвалось творчество Цветаевой. Дальше осталось просто человеческое существование.

В 1939 году Цветаева восстанавливает свое советское гражданство и возвращается на родину. Она мечтала вернуться в Россию “желанным и жданным гостем”. Но так не получилось. Личные ее обстоятельства сложились плохо: муж и дочь подвергались репрессиям. Цветаева поселилась в Москве, готовила сборник стихотворений. Но тут грянула война. Эвакуация забросила Цветаеву сначала в Чистополь, а затем в Елабугу. Тут-то ее и настигло одиночество, о котором она с таким глубоким чувством сказала в своих стихах. Измученная, потерявшая веру, 31 августа 1941 года Марина Ивановна Цветаева покончила жизнь самоубийством. Могила ее затерялась. Долго пришлось ожидать и исполнения ее юношеского пророчества, что ее стихам “как драгоценным винам настанет свой черед”.
Марину Цветаеву — поэта не спутаешь ни с кем другим. Ее стихи можно безошибочно узнать — по особому распеву, неповоротным ритмам, не общей интонации. С юношеских лет уже начала сказываться особая цветаевская хватка в обращении со стихотворным словом, стремление к афористической четкости и завершенности.
При всей своей романтичности юная Цветаева не поддалась соблазнам того безжизненного, мнимого многозначительного декадентского жанра. Марина Цветаева хотела быть разнообразной, она искала в поэзии различные пути.
Марина Цветаева — большой поэт, и вклад ее в культуру русского стиха ХХ века значителен. Среди созданного Цветаевой, кроме лирики — семнадцать поэм, восемь стихотворных драм, автобиографическая, мемуарная, историко-литературная и философско-критическая проза.
Ее не впишешь в рамки литературного течения, границы исторического отрезка. Она необычайно своеобразна, трудноохватима и всегда стоит особняком.
Одним близка ее ранняя лирика, другим — лирические поэмы; кто-то предпочитает поэмы — сказки с их могучим фольклорным разливом; некоторые станут поклонниками проникнутых современным звучанием трагедий на античные сюжеты; кому-то окажется ближе философская лирика 20-х годов, иные предпочтут прозу или литературные письмена, вобравшие в себя неповторимость художественного мироощущения Цветаевой. Однако все ею написанное объединено пронизывающей каждое слово могучей силой духа.
“Цветаева звезда первой величины. Кощунство кощунств — относиться к звезде как к источнику света, энергии или источнику полезных ископаемых. Звезды — это всколыхающая духовный мир человека тревога, импульс и очищение раздумий о бесконечности, которая нам непостижима. ”, — так отозвался о творчестве Цветаевой, поэт Латвии О. Вициетис.

/ Биографии / Цветаева М.И.

Смотрите также по Цветаевой:

Поэзия Марины Ивановны Цветаевой

Муниципальное общеобразовательное учреждение Средняя общеобразовательная школа 120 Индустриального района Алтайского краяПоэзия Марины Ивановны Цветаевой.(реферат)Работу выполнил: ученик 11 В класса Овсянников Максим Проверил: Килин Н. Е.г. Барнаул 2002 Содержание: 1. Введение .3 2. Биография 4 3. Особенности творчества поэта .8 4. Анализ стихотворения .10 5. Использованная литература 11 2 Биография. Марина родилась 26 сентября 1892 года, в полночь с субботы на воскресенье, на Иоанна Богослова, почти в самом центре Москвы, в тихом Трехпрудном переулке, в небольшом уютном доме, похожем на городскую усадьбу фамусовских времён.Красною кистью Рябина зажглась. Падали листья. Я родилась.Спорили сотни Колоколов. День был субботний: Иоанн Богослов.Мне и доныне Хочется грызть Жаркой рябины Горькую кисть.(«Красною кистью «) Как многие поэты, Цветаева охотно верила указующим «знакам судьбы». Полночь, листопад, суббота — она прочитала этот гороскоп легко и отчётливо. Рябина навсегда вошла в геральдику её поэзии. Пылающая и горькая, на излёте осени, в преддверии зимы, она стала символом судьбы, тоже переходной и горькой, пылающей творчеством и постоянно грозив- шей зимой забвения.Марина Ивановна Цветаева по происхождению, семейным связям, воспитанию принадлежала к трудовой научно-художественной интел- лигенции. Родители были высокообразованными, начитанными людьми, бегло говорили на французском, немецком и итальянском. Отец Марины — известный филолог и искусствовед, профессор Московского университета, директор Румянцевского Музея и основатель музея изящных искусств. Мать — из обрусевшей польско-немецкой семьи, натура художественно одарённая, музыкантша, ученица Рубинштейна. Атмосфера профессорской семьи, искусства, высокой культуры, учение в частных пансионах и гимназиях, слушание в Сорбонне курса истории старофранцузской литературы. Всё это, несомненно, сказалось на формировании личности и характера Цветаевой. И если влияние отца, Ивана Владимировича, до поры до времени оставалось скрытым, подспудным, то мать, Мария Александровна, страстно и бурно занималась воспитанием детей до самой 4 своей ранней смерти (в 1906 году) и, по словам дочери, успела оказать на неё «главенствующее влияние»: «После такой матери мне осталось только одно: стать поэтом». Стихи Цветаева начала писать с шести лет (не только по-русски, но и по-французски и по-немецки). Конечно, в годы после смерти матери она обратилась к поэзии за утешением. Её первый опубликованный сборник, «Вечерний альбом», появился осенью 1910 года. Гимназисткой седьмого класса, никому ничего не сказав, она просто «снесла стихи в типографию», выбрала обложку для книги и заплатила деньги. Когда она была напечатана, юная поэтесса свезла все 500 экземпляров в магазин и «успокоилась». Сборник не затерялся в потоке стихотворных новинок, затоплявшем тогда прилавки книжных магазинов. Его заметили и одобрили такие влиятельные и взыскательные критики, как Валерий Брюсов, Максимилиан Волошин, Николай Гумилёв. Были и другие сочувственные отзывы. «Несомненно талантливая Марина Цветаева может дать нам настоящую поэзию интимной жизни и может, при той лёгкости, с какой она, как кажется, пишет стихи, растратить всё своё дарование на не нужные, хотя бы и изящ- ные, безделушки».

Стихи «Вечернего альбома» (написанные между 1908 и 1910 годами) не равны по своим достоинствам. Большинство из них романтизируют детство Цветаевой и оплакивают его потерю. За «Вечерним альбомом» двумя годами позже последовал второй сборник Цветаевой «Волшебный фонарь» под маркой издательства «Оле-Лукойе», домашнего предприятия Сергея Эфрона, друга юности Цветаевой, за которого она в 1912 году вышла замуж. Жизнелюбие Марины воплощалось, прежде всего, в любви к России и к русской речи. Цветаева очень сильно любила свой город, в котором родилась, Москве она посветила много стихов:Над городом, отвергнутым Петром, Перекатился колокольный гром.Гремучий опрокинулся прибой Над женщиной, отвергнутой тобой.Царю Петру и Вам, о царь, хвала! Но выше вас, цари: колокола.Пока они гремят из синевы- Неоспоримо первенство Москвы.5 И целых сорок сороков церквей Смеются над гордынею царей! Литературная деятельность Цветаевой в том, что многие из своих стихов она посвящает поэтам- современникам: Ахматовой, Блоку, Маяковскому. Мы коронованы тем, что одну с тобой Мы землю топчем, что небо над нами- то же! И тот, кто ранен смертельной твоей судьбой, Уже бессмертным на смертное сходит ложе.В певучем граде моем купола горят, И Спаса светлого славит слепец бродячий И я дарю тебе свой колокольный град, Ахматова — и сердце своё в придачу. 3 июля 1916 (Ахматовой).А также Блоку: Зверю — берлога, Страннику — дорога, Мертвому — дроги. Каждому — свое. Женщине — лукавить, Царю — править, Мне — славить Имя твое. Марина писала не только стихи, но и прозу. Её проза тесно связана с поэзией. В ней, как и в стихах, важен был не только смысл, но и звучание, ритмика частей. Одна из её прозаических работ посвящена Пушкину. Марина пишет, как она впервые познакомилась с Александром Сергеевичем и что о нем узнала сначала. Пушкин был её первым поэтом, он «заразил» Цветаеву словом «любовь». Ему она также посвятила множество стихов.Бич жандармов, Бог студентов, Желчь мужей, услада жен, Пушкин — в роли монумента? Гостя каменного? — он.6Когда 1917 году совершилась Октябрьская революция, правительство стало единственным владельцем и распределителем товаров, введя в употребление продовольственные карточки, мобилизовав всех на защиту революции. Только рабочие или известные интеллигенты и художники имели право на них. Интеллигенты же, подобные Цветаевой, часто ходили без пищи и тепла, продавая книги и меняя вещи на еду и дрова. Марине не к кому было обратиться за поддержкой. Младшая сестра Аля осталась на юге; её сводные брат и сестра Андрей и Валерия жили в Москве, но она совершенно потеряла с ними связь. Самым мучительным было отсутствие известий от Эфрона,(он был белым офицером). Абсолютно одна Цветаева должна была обеспечивать семью едой, дровами и одеждой. Она изрубила мебель, чтобы отапливать комнаты, продала все, что только могла, принимала еду и одежду от друзей и соседей. В феврале 1920 года умерла отданная в приют младшая дочь Цветаевой Ирина. После её смерти Марина добилась получения продовольственных карточек для себя и Али (её старшая дочь), что дало ей возможность посвятить больше времени творчеству.

В неистовстве она писала множество стихов, хотя опубликованы были лишь некоторые. Позже она сгруппировала их в два сборника «Версты I» и «Версты II». Навеянные предчувствием поражения белых, они оплакивают обе армии: Белую и Красную. В литературном отношении Цветаева по- прежнему держалась особняком. В мае 1922 года Цветаева с Алей уезжает за границу к мужу. За рубежом она жила сначала в Берлине, потом три года в Праге; в ноябре 1925 года она перебралась в Париж. Жизнь была эмигрантская, трудная, нищая. Приходилось жить в пригороде, так как в столице было не по средствам. В 1939 году Цветаева восстанавливает своё советское гражданство и возвращается на родину. Она мечтала вернуться в Россию «желанным и жданным гостем». Но так не получилось. Личные её обстоятельства сложились плохо: муж и дочь подвергались необоснованным репрессиям. Цветаева поселилась в Москве, готовила сборник стихотворений. Но тут грянула война. Превратности эвакуации забросили Цветаеву сначала в Чистополь, а затем в Елабугу. Тут-то её и настигло одиночество, о котором она с таким глубоким чувством сказала в своих стихах. Измученная, потерявшая веру, 31 августа 1941 года Марина Ивановна Цветаева покон- чила жизнь самоубийством. Могила её затерялась. Долго пришлось ожидать исполнения юношеского пророчества, что её стихам, «как драгоценным винам, настанет свой черед». 7 Особенности творчества поэта. Самое несомненное в зрелом творчестве Марины Цветаевой — её неугасимая ненависть к «бархатной сытости» и всякой пошлости. В дальнейшем творчестве поэтессы все более крепнут сатирические ноты. В то же время в Цветаевой все более растёт и укрепляется живой интерес к тому, что происходит на покинутой Родине. «Родина не есть условность территории, а принадлежность памяти и крови, — писала она. — Не быть в России, забыть Россию — может бояться только тот, кто Россию мыслит вне себя. В ком она Внутри — тот теряет её лишь вместе с жизнью. Личная драма поэтессы переплеталась с трагедией века. Она увидела звериный оскал фашизма и успела проклясть его. Последнее, что Цветаева написала в эмиграции, — цикл гневных антифашистских стихов о растоптан- ной Чехословакии, которую она нежно и преданно любила. Это поистине плач «гнева и любви», Марина теряла уже надежду — спасительную веру в жизнь. Эти стихи её — как крик живой, но истерзанной души:О, чёрная гора, Затягившая весь свет! Пора — пора — пора Творцу вернуть билет.Отказываюсь — быть В Бедламе нелюдей Отказываюсь — жить С волками площадей. На этой ноте последнего отчаяния оборвалось творчество Цветаевой. Дальше осталось просто человеческое существование. И того — в обрез. Марину Цветаеву — поэта — не спутаешь ни с кем другим. Её стихи можно безошибочно узнать по особому распеву, не общей интонации. С юношеских лет уже начала сказываться особая цветаевская хватка в обращении со стихотворным словом, стремление к афористи — ческой чёткости и завершённости. Подкупала также конкретность этой лирики. Марина Цветаева — большой поэт, и вклад её в культуру русского стиха ХХ века значителен. Наследие поэтессы велико и трудно обозримо.

Господи, как все грустно! Цветаева писала, что книга Пастернака «Темы и вариации» растет на глазах у читателя, словно выпрастываясь из семи кож. Можно сказать, что и собственная ее литературная стратегия была скорее мандельштамовской, чем пастернаковской, скорее центростремительной, чем центробежной,— и прорывалась она сквозь свои семь кож к некоей последней светящейся точке, но кардинальное ее отличие от Мандельштама было в том, что рвалась она не к себе. Что для Мандельштама было спуском в бездну своего Я, то для Цветаевой — восхождением к своему сверх-Я, которому она всю жизнь и поклонялась. Мандельштам не разделял себя-человека и себя-поэта, требовал поклонения себе и особых условий для себя. Цветаева прожила жизнь с сознанием того, что есть ее гений («На красном коне»!) — а где-то глубоко внизу есть она, Марина Ивановна Цветаева, которою в крайнем случае можно и пренебречь, ибо в жизни она беспомощна, а все физическое и внешнее ей вообще в тягость. Отношение ее к возлюбленным было прежде всего товарищеским, чем-то вроде сострадания к брату, попавшему в трудную ситуацию: если уж обязательно надо сделать это, давайте сделаем… хотя лучше всего было бы просто целовать руки и гладить по голове, что она и любила больше всего. (Исключение составляли отношения с Родзевичем, и о них она вспоминать не любила.) Она и Пастернаку приписывала такое же отношение к тайному сверх-Я: «Исповедываются не священнику, а Богу

Биография Марины Цветаевой

Цветаева Марина Ивановна (1892-1941) – русская поэтесса, представительница поэзии Серебряного века, прозаик, литературный критик, переводчица.

Детские годы

Цветаева Марина появилась на свет 26 сентября 1892 года в Москве.

Её папа Иван Владимирович был учёным, занимался профессорской деятельностью в Московском университете, он изучал античное искусство, эпиграфику и историю. В 1911 году Цветаев создал Музей изящных искусств, и первое время работал в нём директором. С матерью Марины Иван Владимирович заключил второй в своей жизни брак, в первом он был счастлив, но после рождения двоих детей его жена умерла в молодом возрасте.

Оставшись с малышами на руках, мужчина женился второй раз. Марина Цветаева вспоминала своего отца как человека невероятной доброты, но постоянно занятого какими-то делами.

Мама Цветаевой, Мария Александровна Мейн, имела польско-немецкие корни, превосходно играла на пианино, обучал её этому Николай Рубинштейн, и, естественно, ей очень хотелось, чтобы дочь тоже связала свою жизнь с музыкой. Но когда Марине было всего лишь четыре года, её мать уже написала в своём дневнике: «Моя маленькая Муся бегает вокруг меня и из слов составляет рифмы. Быть может, она станет поэтом?» Так и вышло, несмотря на то, что Мария Александровна с ранних лет прививала дочери любовь к музыке.

У Марины Цветаевой было настоящее дворянское детство. Рождество обязательно сопровождалось ёлкой, подарками и маскарадом. По выходным семья ходила в театр, а на летний период переезжала на дачу. Её мама хорошо знала иностранные языки, так что Марина уже к шести годам говорила на немецком и французском. А из литературных произведений девочка больше всего любила А. С. Пушкина («Цыганы» и «Евгений Онегин»).

Учёба

Поначалу Марина обучалась на дому, с нею занималась мама, также девочка посещала музыкальную школу. Потом она поступила на обучение в частную московскую женскую гимназию Брюхоненко. Вскоре мама заболела чахоткой, и в поисках лечения семья объездила всю Европу. Поэтому обучение в гимназии Цветаевой приходилось чередовать с немецкими, итальянскими и швейцарскими пансионами.

Мама умерла в 1906 году. Иван Владимирович снова остался один с детьми, теперь с четырьмя: Марина и её родная сестра Анастасия, и дети от первого брака Андрей и Валерия. Как бы ни было ему тяжело, мужчина приложил все усилия, чтобы дети получили достойное образование. Они изучали искусство и классическую литературу (отечественную и зарубежную), Марина в 1909 году в Париже была слушательницей Сорбоннского курса лекций на тему «Старофранцузская литература».

Но из-за того, что отец был слишком занят на службе, у него не получалось уделять достаточно времени детям. Так что девушки росли самостоятельными не по годам. Они довольно рано стали проявлять интерес к государственной политической обстановке, а также заводить отношения с противоположным полом.

Начало литературной деятельности

Первое собрание стихотворений Марины Цветаевой называлось «Вечерний альбом» и было напечатано в 1910 году, оно включало в себя работы, сочинённые ещё в школьные годы. На издательство книги девушка истратила собственные накопления. Её работы обратили на себя внимание таких поэтов, как Максимилиан Волошин, Николай Гумилёв и Валерий Брюсов. В этом же году Цветаева начала свою деятельность в качестве литературного критика, написав очерк «Волшебство в стихах Брюсова».

Марина стала постоянной участницей литературных кружков, в 1912 году выпустила свой второй поэтический сборник «Волшебный фонарь», в 1913 году – третий под названием «Из двух книг».

К сожалению, в полной мере творчество Цветаевой было признано уже после её смерти, поэтому издававшиеся сборники особого дохода не приносили. Марине пригодилось знание иностранных языков, она подрабатывала переводами.

В 1916 году Марина провела лето у своей сестры Анастасии в Александрове, где написала цикл стихов – «Стихи о Москве», «К Ахматовой».

В годы революции и Гражданской войны Цветаева жила в Москве. Она много работала, из-под её пера одна за другой выходили поэмы, стихи и пьесы:

Потом в жизни поэтессы была эмиграция. Проживая в Чехии, она написала свои знаменитые произведения «Поэма Конца» и «Поэма Горы».

Переехав в Париж, Марина издавалась в журнале «Вёрсты», где были напечатаны такие её произведения:

Год выхода произведения Название
1926 Драма «Тезей»
1927 Поэма «С моря»
1928 «Новогоднее»
1928 «После России»
1930 «Маяковскому»
1933 «Живое о живом»
1934 «Дом у Старого Пимена» (проза)
1934 «Пленный дух» (проза)
1935 «Мать и музыка» (проза)
1936 «Нездешний вечер» (проза)
1937 «Мой Пушкин» (проза)
1938 «Повесть о Сонечке» (проза)

Личная жизнь

Марина была очень влюбчивой женщиной, в её жизни было немало бурных романов, но настоящая любовь только одна.

В 1911 году Цветаева гостила в Коктебеле у Максимилиана Волошина, где произошло её знакомство с литератором и публицистом Сергеем Эфроном. Это был замечательный, жизнерадостный и весёлый человек, в любой компании он становился, как говорится, её душой. Но в этот год он приехал в Крым, чтобы поправить здоровье после перенесённой чахотки, а также оправиться от потрясения, вызванного самоубийством матери. В самом начале 1912 года Марина стала его женой, а ровно через девять месяцев, в сентябре, родила дочь Ариадну.

Первые годы супружества были счастливыми. Сергей подарил Цветаевой ощущение земных человеческих радостей, ведь до знакомства с ним она постоянно пребывала в каком-то своём мирке, полном иллюзий и собственных фантазий.

В 1914 году брак оказался на грани распада, а поводом тому стало знакомство Цветаевой с переводчицей и поэтессой Софией Парнок. В течение двух лет между ними были романтические отношения, которые позже Марина назвала «первой катастрофой в её жизни». В 1916 году она вернулась к супругу, а Софии посвятила цикл стихотворений «Подруга». Сергей переживал такую измену жены очень болезненно, но нашёл в себе силы её простить.

В 1917 году у супругов родилась вторая дочь Ирина. Но это был далеко не самый гладкий период их совместной жизни. Прошла революция, Сергей стал её противником и примкнул к белому движению. Марина осталась одна с двумя маленькими дочками и с домашним хозяйством. К этому она оказалась практически не готова. Она вынуждена была продавать вещи, голод вынудил её отдать девочек в подмосковный приют в Кунцево. Младшая умерла там в возрасте трёх лет, старшую Алю Цветаева забрала.

Весной 1922 года Марина с дочкой уехала за границу. Некоторое время они жили в Берлине, потом переехали в Прагу, где на тот момент проживал её супруг Сергей, офицер Белой гвардии, переживший разгром Деникина. Он учился в Пражском университете. Однако вскоре семья перебралась в глухую деревушку, где жизнь была немного дешевле, ведь им еле-еле удавалось сводить концы с концами. Стирка, уборка, поиск дешёвых продуктов – Марина охарактеризовала этот период своей жизни «между колыбелью и гробом».

Здесь же произошёл её очередной бурный роман с Константином Родзевичем. Супруг обо всём догадался по поведению Марины, она стала раздражительной, могла срываться на него либо по несколько дней замыкаться в себе и не разговаривать. Но когда настало время выбора, Цветаева снова осталась с мужем.

В 1925 году у них родился сын Георгий, она долго и очень сильно хотела родить именно мальчика, поэтому появление на свет малыша сделало Марину несказанно счастливой. Хотя длилась эта эйфория недолго. Семья переехала в Париж, где ещё в большей степени Цветаева ощущала нищету. Знакомые отмечали, что в этот период она как-то резко и сильно состарилась, совершенно перестала за собой следить. Доход от её писательской деятельности был мизерным, мало зарабатывала и взрослая дочь Ариадна, вышивавшая шляпки, муж был болен и не работал. Семье иногда помогали финансами друзья.

Возвращение на Родину

В 1937 году в Москву уехала дочь Ариадна, потом муж Сергей, через два года вернулась в СССР и Марина Цветаева.

В 1939 году летом арестовали дочь Алю, осенью Сергея Эфрона. На этом практически закончилось творчество поэтессы, сочинять она больше не могла, вся жизнь её теперь состояла из одной заботы: собрать и передать дочери и мужу посылки в тюрьмы. Мужа Марины Цветаевой расстреляли в 1941 году, а дочь провела в ссылках и заключении 15 лет, лишь в 1955 году она была реабилитирована.

Когда началась война, Цветаева отправилась в эвакуацию с сыном. Перед отъездом к ней пришёл Борис Пастернак, они попрощались, и мужчина помог упаковать вещи. Он принёс верёвку, чтобы перевязать чемодан, и пошутил: «Крепкая, выдержит всё, хоть вешайся». Плыли на пароходе по реке Каме, остановились в городе Елабуга.

Здесь 31 августа 1941 года в доме, куда её с сыном определили на постой, на верёвке, принесённой Пастернаком, Марина была найдена повешенной. Этот шаг не был скоропостижным, скорее, он тщательно продумывался, так как женщина, доведённая до отчаяния, написала три предсмертные записки: любимому сыну, друзьям Асеевым и тем, кто будет её хоронить.

2 сентября её похоронили в городе Елабуга на Петропавловском кладбище.

По православным канонам самоубийц не отпевают, это возможно лишь с особого разрешения правящего епископа. В 1990 году патриарх Алексий II получил обращение от группы православных христиан, в том числе и от Марининой сестры Анастасии, с просьбой разрешения отпеть Цветаеву. Он благословил эту просьбу. 31 августа 1991 года, в день, когда исполнилось ровно полвека с момента смерти поэтессы, она была отпета в Храме Вознесения Господня у Никитских ворот.

Сын Цветаевой Георгий погиб на фронте в 1944 году, похоронен в братской могиле в городе Браслав (это Витебская область республики Беларусь).

Дочь Ариадна умерла в 1975 году.

Ни Георгий, ни Ариадна не имели собственных детей, в связи с этим прямых потомков великой поэтессы Цветаевой Марины Ивановны нет…

Марина Цветаева — биография, фото, стихи, личная жизнь поэтессы

Русская поэтесса, Марина Цветаева, родилась 26 сентября 1892 года в московской семье.

Отец — И. В. Цветаев — профессор-искусствовед, основатель Московского музея изобразительных искусств имени А. С. Пушкина, мать — М. А. Мейн (умерла в 1906), пианистка, ученица А. Г. Рубинштейна, дед сводных сестры и брата — историк Д. И. Иловайский. В детстве из-за болезни матери (чахотка) Цветаева подолгу жила в Италии, Швейцарии, Германии; перерывы в гимназическом образовании восполнялись учебой в пансионах в Лозанне и Фрейбурге. Свободно владела французским и немецким языками. В 1909 слушала курс французской литературы в Сорбонне.

Начало литературной деятельности Цветаевой связано с кругом московских символистов; она знакомится с В. Я. Брюсовым, оказавшим значительное влияние на её раннюю поэзию, с поэтом Эллисом (Л. Л. Кобылинским), участвует в деятельности кружков и студий при издательстве «Мусагет». Не менее существенное воздействие оказали поэтический и художественный мир дома М. А. Волошина в Крыму (Цветаева гостила в Коктебеле в 1911, 1913, 1915, 1917). В двух первых книгах стихов «Вечерний альбом» (1910), «Волшебный фонарь» (1912) и поэме «Чародей» (1914) тщательным описанием домашнего быта (детской, «залы», зеркал и портретов), прогулок на бульваре, чтения, занятий музыкой, отношений с матерью и сестрой имитируется дневник гимназистки (исповедальность, дневниковая направленность акцентируется посвящением «Вечернего альбома» памяти Марии Башкирцевой), которая в этой атмосфере «детской» сентиментальной сказки взрослеет и приобщается к поэтическому. В поэме «На красном коне» (1921) история становления поэта обретает формы романтической сказочной баллады.

В следующих книгах «Версты» (1921-22) и «Ремесло» (1923), обнаруживающих творческую зрелость Цветаевой, сохраняется ориентация на дневник и сказку, но уже преображающуюся в часть индивидуального поэтического мифа. В центре циклов стихов, обращенных к поэтам-современникам А. А. Блоку, С. Парнок, А. А. Ахматовой, посвященных историческим лицам или литературным героям — Марине Мнишек, Дон Жуану и др., — романтическая личность, которая не может быть понята современниками и потомками, но и не ищет примитивного понимания, обывательского сочувствия. Цветаева, до определенной степени идентифицируя себя со своими героями, наделяет их возможностью жизни за пределами реальных пространств и времен, трагизм их земного существования компенсируется принадлежностью к высшему миру души, любви, поэзии.

Характерные для лирики Цветаевой романтические мотивы отверженности, бездомности, сочувствия гонимым подкрепляются реальными обстоятельствами жизни поэтессы.

В 1918-22 вместе с малолетними детьми она находится в революционной Москве, в то время как ее муж С. Я. Эфрон сражается в белой армии (стихи 1917-21, полные сочувствия белому движению, составили цикл «Лебединый стан»).

С 1922 начинается эмигрантское существование Цветаевой (кратковременное пребывание в Берлине, три года в Праге, с 1925 — Париж), отмеченное постоянной нехваткой денег, бытовой неустроенностью, непростыми отношениями с русской эмиграцией, возрастающей враждебностью критики. Лучшим поэтическим произведениям эмигрантского периода (последний прижизненный сборник стихов «После России» 19221925, 1928; «Поэма горы», «Поэма конца», обе 1926; лирическая сатира «Крысолов», 1925-26; трагедии на античные сюжеты «Ариадна», 1927, опубликована под названием «Тезей», и «Федра», 1928; последний поэтический цикл «Стихи к Чехии», 1938-39, при жизни не публиковался и др.) присущи философская глубина, психологическая точность, экспрессивность стиля.

Русская поэтесса, Марина Цветаева, родилась 26 сентября 1892 года в московской семье.

Отец — И. В. Цветаев — профессор-искусствовед, основатель Московского музея изобразительных искусств имени А. С. Пушкина, мать — М. А. Мейн (умерла в 1906), пианистка, ученица А. Г. Рубинштейна, дед сводных сестры и брата — историк Д. И. Иловайский. В детстве из-за болезни матери (чахотка) Цветаева подолгу жила в Италии, Швейцарии, Германии; перерывы в гимназическом образовании восполнялись учебой в пансионах в Лозанне и Фрейбурге. Свободно владела французским и немецким языками. В 1909 слушала курс французской литературы в Сорбонне.

Начало литературной деятельности Цветаевой связано с кругом московских символистов; она знакомится с В. Я. Брюсовым, оказавшим значительное влияние на её раннюю поэзию, с поэтом Эллисом (Л. Л. Кобылинским), участвует в деятельности кружков и студий при издательстве «Мусагет». Не менее существенное воздействие оказали поэтический и художественный мир дома М. А. Волошина в Крыму (Цветаева гостила в Коктебеле в 1911, 1913, 1915, 1917). В двух первых книгах стихов «Вечерний альбом» (1910), «Волшебный фонарь» (1912) и поэме «Чародей» (1914) тщательным описанием домашнего быта (детской, «залы», зеркал и портретов), прогулок на бульваре, чтения, занятий музыкой, отношений с матерью и сестрой имитируется дневник гимназистки (исповедальность, дневниковая направленность акцентируется посвящением «Вечернего альбома» памяти Марии Башкирцевой), которая в этой атмосфере «детской» сентиментальной сказки взрослеет и приобщается к поэтическому. В поэме «На красном коне» (1921) история становления поэта обретает формы романтической сказочной баллады.

В следующих книгах «Версты» (1921-22) и «Ремесло» (1923), обнаруживающих творческую зрелость Цветаевой, сохраняется ориентация на дневник и сказку, но уже преображающуюся в часть индивидуального поэтического мифа. В центре циклов стихов, обращенных к поэтам-современникам А. А. Блоку, С. Парнок, А. А. Ахматовой, посвященных историческим лицам или литературным героям — Марине Мнишек, Дон Жуану и др., — романтическая личность, которая не может быть понята современниками и потомками, но и не ищет примитивного понимания, обывательского сочувствия. Цветаева, до определенной степени идентифицируя себя со своими героями, наделяет их возможностью жизни за пределами реальных пространств и времен, трагизм их земного существования компенсируется принадлежностью к высшему миру души, любви, поэзии.

Характерные для лирики Цветаевой романтические мотивы отверженности, бездомности, сочувствия гонимым подкрепляются реальными обстоятельствами жизни поэтессы.

В 1918-22 вместе с малолетними детьми она находится в революционной Москве, в то время как ее муж С. Я. Эфрон сражается в белой армии (стихи 1917-21, полные сочувствия белому движению, составили цикл «Лебединый стан»).

С 1922 начинается эмигрантское существование Цветаевой (кратковременное пребывание в Берлине, три года в Праге, с 1925 — Париж), отмеченное постоянной нехваткой денег, бытовой неустроенностью, непростыми отношениями с русской эмиграцией, возрастающей враждебностью критики. Лучшим поэтическим произведениям эмигрантского периода (последний прижизненный сборник стихов «После России» 19221925, 1928; «Поэма горы», «Поэма конца», обе 1926; лирическая сатира «Крысолов», 1925-26; трагедии на античные сюжеты «Ариадна», 1927, опубликована под названием «Тезей», и «Федра», 1928; последний поэтический цикл «Стихи к Чехии», 1938-39, при жизни не публиковался и др.) присущи философская глубина, психологическая точность, экспрессивность стиля.

Свойственные поэзии Цветаевой исповедальность, эмоциональная напряженность, энергия чувства определили специфику языка, отмеченного сжатостью мысли, стремительностью развертывания лирического действия. Наиболее яркими чертами самобытной поэтики Цветаевой явились интонационное и ритмическое разнообразие (в т. ч. использование раешного стиха, ритмического рисунка частушки; фольклорные истоки наиболее ощутимы в поэмах-сказках «Царь-девица», 1922, «Молодец», 1924), стилистические и лексические контрасты (от просторечия и заземленных бытовых реалий до приподнятости высокого стиля и библейской образности), необычный синтаксис (уплотненная ткань стиха изобилует знаком «тире», часто заменяющим опускаемые слова), ломка традиционной метрики (смешение классических стоп внутри одной строки), эксперименты над звуком (в т. ч. постоянное обыгрывание паронимических созвучий, превращающее морфологический уровень языка в поэтически значимый) и др.

В отличие от стихов, не получивших в эмигрантской среде признания (в новаторской поэтической технике Цветаевой усматривали самоцель), успехом пользовалась ее проза, охотно принимавшаяся издателями и занявшая основное место в ее творчестве 1930-х гг. («Эмиграция делает меня прозаиком. «). «Мой Пушкин» (1937), «Мать и музыка» (1935), «Дом у Старого Пимена» (1934), «Повесть о Сонечке» (1938), воспоминания о М. А. Волошине («Живое о живом», 1933), М. А. Кузмине («Нездешний ветер», 1936), А. Белом («Пленный дух», 1934) и др., соединяя черты художественной мемуаристики, лирической прозы и философской эссеистики, воссоздают духовную биографию Цветаевой. К прозе примыкают письма поэтессы к Б. Л. Пастернаку (1922-36) и Р. М. Рильке (1926) — своего рода эпистолярный роман.

В 1937 Сергей Эфрон, ради возвращения в СССР ставший агентом НКВД за границей, оказавшись замешанным в заказном политическом убийстве, бежит из Франции в Москву. Летом 1939 вслед за мужем и дочерью Ариадной (Алей) возвращается на родину и Цветаева с сыном Георгием (Муром). В том же году и дочь и муж были арестованы (С. Эфрон расстрелян в 1941, Ариадна после пятнадцати лет репрессий была в 1955 реабилитирована). Сама Цветаева не могла найти ни жилья ни работы; ее стихи не печатались. Оказавшись в начале войны в эвакуации в г. Елабуга, ныне Татарстан, безуспешно пыталась получить поддержку со стороны писателей.

31 августа 1941 покончила жизнь самоубийством.

Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Добавить комментарий

;-) :| :x :twisted: :smile: :shock: :sad: :roll: :razz: :oops: :o :mrgreen: :lol: :idea: :grin: :evil: :cry: :cool: :arrow: :???: :?: :!:

Adblock detector