Сайт не настроен на сервере

Сайт www.lovelegends.ru не настроен на сервере хостинга.

Адресная запись домена ссылается на наш сервер, но этот сайт не обслуживается.
Если Вы недавно добавили сайт в панель управления — подождите 15 минут и ваш сайт начнет работать.

Циклы стихов тютчева

Пошли, господь, свою отраду
Тому, кто в летний жар и зной
Как бедный нищий мимо саду
Бредет по жесткой мостовой –

Кто смотрит вскользь через ограду
На тень деревьев, злак долин,
На недоступную прохладу
Роскошных, светлых луговин.

Не для него гостеприимной
Деревья сенью разрослись,
Не для него, как облак дымный,
Фонтан на воздухе повис.

Лазурный грот, как из тумана,
Напрасно взор его манит,
И пыль росистая фонтана
Главы его не осенит.

Пошли, господь, свою отраду
Тому, кто жизненной тропой
Как бедный нищий мимо саду
Бредет по знойной мостовой.

И опять звезда играет
В легкой зыби невских волн,
И опять любовь вверяет
Ей таинственный свой челн.

И меж зыбью и звездою
Он скользит как бы во сне,
И два призрака с собою
Вдаль уносит по волне.

Дети ль это праздной лени
Тратят здесь досуг ночной?
Иль блаженные две тени
Покидают мир земной?

Ты, разлитая как море,
Пышноструйная волна,
Приюти в твоем просторе
Тайну скромного челна!

Как ни дышит полдень знойный
В растворенное окно,
В этой храмине спокойной,
Где всё тихо и темно,

Где живые благовонья
Бродят в сумрачной тени,
В сладкий сумрак полусонья
Погрузись и отдохни.

Здесь фонтан неутомимый
День и ночь поет в углу
И кропит росой незримой
Очарованную мглу.

И в мерцанье полусвета,
Тайной страстью занята,
Здесь влюбленного поэта
Веет легкая мечта.

Под дыханьем непогоды,1
Вздувшись, потемнели воды
И подернулись свинцом –
И сквозь глянец их суровый
Вечер пасмурно-багровый
Светит радужным лучом,

Сыплет искры золотые,
Сеет розы огневые,
И – уносит их поток.
Над волной темно-лазурной
Вечер пламенный и бурный
Обрывает свой венок.

12 августа 1850

Не говори: меня он, как и прежде, любит,2
Мной, как и прежде, дорожит.
О нет! Он жизнь мою бесчеловечно губит,
Хоть, вижу, нож в руке его дрожит.

То в гневе, то в слезах, тоскуя, негодуя,
Увлечена, в душе уязвлена,
Я стражду, не живу. им, им одним живу я –
Но эта жизнь. О, как горька она!

Он мерит воздух мне так бережно и скудно.
Не мерят так и лютому врагу.
Ох, я дышу еще болезненно и трудно,
Могу дышать, но жить уж не могу.

Между июлем 1850 и серединой 1851

Не раз ты слышала признанье:
«Не стою я любви твоей».
Пускай мое она созданье –
Но как я беден перед ней.

Перед любовию твоею
Мне больно вспомнить о себе –
Стою, молчу, благоговею
И поклоняюся тебе.

Когда порой так умиленно,
С такою верой и мольбой
Невольно клонишь ты колено
Пред колыбелью дорогой,

Где спит она – твое рожденье –
Твой безымянный херувим, –
Пойми ж и ты мое смиренье
Пред сердцем любящим твоим.

О, как убийственно мы любим,
Как в буйной слепоте страстей
Мы то всего вернее губим,
Что сердцу нашему милей!

Давно ль, гордясь своей победой,
Ты говорил: она моя.
Год не прошел – спроси и сведай,
Что уцелело от нея?

Куда ланит девались розы,
Улыбка уст и блеск очей?
Все опалили, выжгли слезы
Горючей влагою своей.

Ты помнишь ли, при вашей встрече,
При первой встрече роковой,
Ее волшебный взор, и речи,
И смех младенчески-живой?

И что ж теперь? И где все это?
И долговечен ли был сон?
Увы, как северное лето,
Был мимолетным гостем он!

Судьбы ужасным приговором
Твоя любовь для ней была,
И незаслуженным позором
На жизнь ее она легла!

Жизнь отреченья, жизнь страданья!
В ее душевной глубине
Ей оставались вспоминанья.
Но изменили и оне.

И на земле ей дико стало,
Очарование ушло.
Толпа, нахлынув, в грязь втоптала
То, что в душе ее цвело.

И что ж от долгого мученья,
Как пепл, сберечь ей удалось?
Боль, злую боль ожесточенья,
Боль без отрады и без слез!

О, как убийственно мы любим!
Как в буйной слепоте страстей
Мы то всего вернее губим,
Что сердцу нашему милей.

Сияет солнце, воды блещут,
На всем улыбка, жизнь во всем,
Деревья радостно трепещут,
Купаясь в небе голубом.

Поют деревья, блещут воды,
Любовью воздух растворен,
И мир, цветущий мир природы,
Избытком жизни упоен.

Но и в избытке упоенья
Нет упоения сильней
Одной улыбки умиленья
Измученной души твоей.

О вещая душа моя!3
О, сердце, полное тревоги,
О, как ты бьешься на пороге
Как бы двойного бытия.

Так, ты – жилица двух миров,
Твой день – болезненный и страстный,
Твой сон – пророчески-неясный,
Как откровение духов.

Пускай страдальческую грудь
Волнуют страсти роковые –
Душа готова, как Мария,
К ногам Христа навек прильнуть.

Весь день она лежала в забытьи,
И всю ее уж тени покрывали.
Лил теплый летний дождь – его струи
По листьям весело звучали.

И медленно опомнилась она,
И начала прислушиваться к шуму,
И долго слушала – увлечена,
Погружена в сознательную думу.

И вот, как бы беседуя с собой,
Сознательно она проговорила
(Я был при ней, убитый, но живой):
«О, как все это я любила!»
. . . . . . . . . . . . . . . . . . . .

Любила ты, и так, как ты, любить –
Нет, никому еще не удавалось!
О господи. и это пережить.
И сердце на клочки не разорвалось.

Когда на то нет божьего согласья,4
Как ни страдай она, любя, –
Душа, увы, не выстрадает счастья,
Но может выстрадать себя.

Душа, душа, которая всецело
Одной заветной отдалась любви
И ей одной дышала и болела,
Господь тебя благослови!

Он, милосердный, всемогущий,
Он, греющий своим лучом
И пышный цвет, на воздухе цветущий,
И чистый перл на дне морском.

Сегодня, друг, пятнадцать лет минуло 5
С того блаженно-рокового дня,
Как душу всю свою она вдохнула,
Как всю себя перелила в меня.

И вот уж год, без жалоб, без упреку,
Утратив всё, приветствую судьбу.
Быть до конца так страшно одиноку,
Как буду одинок в своем гробу.

Нет дня, чтобы душа не ныла,6
Не изнывала б о былом,
Искала слов, не находила,
И сохла, сохла с каждым днем, –

Как тот, кто жгучею тоскою
Томился по краю родном
И вдруг узнал бы, что волною
Он схоронен на дне морском.

Стихи Ф.И.Тютчева о любви

Одной из центральных тем в зрелом творчестве Тютчева была тема любви. Любовная лирика отразила его личную жизнь, полную страстей, трагедий и разочарований.

Вскоре после приезда в Мюнхен (по видимому, весной 1823 г.) Тютчев был влюблен в совсем ещё юную (15-16 лет) Амалию фон Лирхенфельд. Она происходила из знатного германского рода и была двоюродной сестрой русской императрицы Марии Федоровны. Амалия была одарена редкой красотой, ею восхищались Гейне, Пушкин, Николай I и др. Баварский король Людвиг повесил ее портрет в своей галерее красивых женщин Европы. К концу 1824 г. Любовь Тютчева к Амалии достигла высшего накала, что выразилось в стихотворении «Твой милый взор, невинной страсти полный…»

В 1836 г. Тютчев, уже давнехонько женатый человек, написал одно из обаятельнейших своих стихотворений, воссоздав поразившую его душу встречу с Амалией: «Я помню пора золотое…». Возлюбленная в этом стихотворении как своего рода средоточие целого прекрасного мира. Память сердца оказалась сильнее и времени, и незатухающей боли. И все же в этой элегии живет грустное чувство увядания. Оно и в угасании дня, и в облике руин замка, и в прощании солнца с холмом, и в догорании заката. Эта элегия напоминает нам стихотворение А.С.Пушкина «Я помню чудное мгновенье…», посвященное Анне Керн. Стихотворения обращены к любимой женщине и основываются на воспоминании о необыкновенной встрече. В обоих шедеврах идет речь о мимолетности чудного мгновенья и золотой поры, которые запечатлела память. Спустя тридцать четыре года в 1870 г. Судьба подарила Тютчеву и Амалии ещё одно дружеское свидание. Они встретились на целебных водах в Карисбаде. Возвратившись к себе в номер после прогулки, Тютчев написал стихотворение-признание «Я встретил вас…» (есть романс на эти стихи. Его великолепно исполнял И.С.Козловский). Стихотворение было озаглавлено «К.Б.». Поэт Яков Полонский утверждал, что буквы обозначают сокращение слов «баронессе Крюденер».

В 1873 г. Амалия пришла навестить парализованного умирающего Тютчева. На следующий день он продиктовал дочери письмо: «Вчера я испытал минуту жизненного волненья вследствие моего свидания с моей доброй Амалией Крюденер, которая пожелала в последний раз повидать меня на этом свете… В ее лице прошлое лучших моих лет явилось вручить мне прощальный поцелуй». Так Тютчев выразился о своей первой любви.

В 1826 г. Тютчев женился на вдове русского дипломата Элеоноре Петерсон, урожденной графине Ботмер. Жена Элеонора беспредельно любила Тютчев. Он же о своей любви к ней написал стихотворение, когда уже прошло более 30 лет со дня их свадьбы и ровно 20 лет со дня смерти Элеоноры.

Так мило благодатна,

Воздушна и светла

Душе моей стократно

Любовь твоя была…

Тютчев прожил с Элеонорой 12 лет. По свидетельству очевидцев, Тютчев был так ошеломлен смертью жены, что, проведя ночь у ее гроба, поседел от горя. Стихотворение «Еще томлюсь тоской желаний…» посвящено жене Тютчева и написано через 10 лет после ее смерти.

Ряд искренних любовных признаний адресовал Тютчев и второй своей жене Эрнестине Федоровне Тютчевой, урожденной баронессе Пфеффель. Одна из первых красавиц того времени, она была европейски образована, духовно близка поэту, хорошо чувствовала его стихи, отличалась стоическим самообладанием и была редкостно умна. «Нет в мире существа умнее тебя», – писал ей Тютчев. В цикл стихов, посвященных Эрнестине Тютчевой, входят такие произведения, как «Люблю глаза твои, мой друг…» (1836), «Мечта» (1847), «Вверх по течению вашей жизни» (1851), «Она сидела на полу…» (1858), «Все отнял у меня казнящий Бог…» (1873) и др.

В этих стихотворениях поразительно сочетается любовь земная, отмеченная чувственностью, страстью, более того демонизмом, и чувство неземное, небесное. Ощущается тревога в стихах, страх перед возможной «бездной», которая может предстать перед любящими, но лирический герой старается эти пропасти преодолеть. Значительно чаще в любовной лирике Тютчева живет ощущение открывшейся бездны, хаоса, бурного разгула страстей, рокового начала. Безграничное счастье переходит в трагедию, а властное влечение к душе родной превращается в «поединок роковой», борьбу неравную «двух сердец» («Предопределение», 1850 – 1851). Эти черты трагического сказались и в стихотворении «Близнецы» (1850), где любовь оказывается сопоставленной с самоубийством.

Но наиболее обнажено трагически-роковой поединок предстает у поэта в его удивительном цикле любовной лирики «денисьевском» (1850 – 1868). Эти стихотворения носят автобиографический характер. Они отражают четырнадцатилетний любовный роман поэта и Елены Александровны Денисьевой, имя которой и дало название этим лирическим шедеврам. Во взаимоотношениях Тютчева и бывшей воспитанницы Смольного института было редкостное сочетание обожания и страстности любви, взаимного влечения и преклонения, беспредельной радости и страдания. Однако, ценность этих стихов не ограничивается переживанием поэта Тютчева и конкретной женщины. Автобиографическое начало и личное переходит в общечеловеческое. Стихотворения этого цикла часто звучат как исповедь: «О как убийственно мы любим…», «Не говори: меня он как и прежде, любит…», «Чему молилась ты с любовью…», «Я очи знал, – о, эти очи. «, «Последняя любовь», «Весь день она лежала в забытьи…» (1864), «О, тот самый Юг, о, эта Ницца…» (1864), «Есть и в моем страдальческом застое…» (1865), «Накануне годовщины 4 августа 1864 года» (1865), «Опять стою я над Невой…» (1868).

Все эти стихотворения исполнены трагизма, боли, горечи лирического героя; он запутался в своих отношениях, двойственном положении, ощущается чувство вины перед Денисьевой, мука и боль, тоска и отчаяние. Тютчев дает романтическую концепцию любви. Любовь – стихийная страсть. Это столкновение двух личностей, и в этой борьбе страдает, сгорает, как более слабая, Денисьева. Лирическая героиня угасает, суть человеческая ее измучена общественным порицанием света. И Тютчев, и Денисьева понимали, что вина прежде всего лежит на Тютчеве, но он не предпринимал ничего, чтобы облегчить участь любимой женщины. Она, страстно любя его, не могла отказаться от этой связи. Основные пути раскрытия внутреннего мира героя – монологи. Для цикла характерны восклицательные предложения, междометия.

«Весь день она лежала в забытьи…»

Стихотворение посвящено воспоминаниям о последних часах жизни Денисьевой, звучит боль об утрате любимого человека. Тютчев вспоминает, как в последний день своей жизни была она в бессознательном состоянии, а за окном шел августовский дождина, весело журча по листьям. Придя в себя, Елена Александровна длительно вслушивалась в шум дождя, осознавая, что умирает, но все ещё тянется к жизни. Вторая часть стихотворения – описание обстановки и состояния героя, убитого горем. Герой страдает, но человек, оказывается, все может пережить, только боль в сердце остается. Стихотворение написано ямбом, перекрестная женская и мужская рифма, многосоюзие придают стихотворению плавность, повтор звуков ш, л, с сообщает тихий шелест летнего дождя. Для стихотворения характерны восклицательные предложения, междометия, многоточия передают тяжелое душевное состояние героя. Художественные тропы: эпитеты («теплый летний дождь»), метафоры («и сердце на клочки не разорвалось…»)

Эрнестина Федоровна Тютчева и Елена Александровна Денисьева – две звезды, две женщины в сердце Тютчева. Он звал их Нести и Леля.

Тему любви и образы возлюбленных женщин Тютчев сумел поднять на ту же художественную высоту, что и тему природы, личности и мира.

Анализ стихотворения Тютчева «Последняя любовь»

Стихи Тютчева о любви носят характер обобщенно психологический и тем самым отчасти философский. В. Гиппиус писал: «Тютчев поднимает любовную лирику на ту же высоту обобщения, на какую была поднята его лирика природы». Любовная лирика последних лет объединяется адресатом: именем и образом Денисьевой. При этом она циклизуется композиционно и сюжетно, образуя в целом род стихотворной психологической драмы, со своим внутренним движением, со своими перипетиями, завязкой и развязкой. К этому циклу относятся такие стихи, как «Предопределение», «Не говори: меня он, как и прежде, любит. », «О, не тревожь меня укорой справедливой. », «Я очи знал — о эти очи. » и др. Все стихи «денисьевского цикла» драматичны и по фабуле, и по характеру речевой композиции. Чаще всего они представляют собой вид диалога, в котором один собеседник присутствует как бы молча, он предполагается, он точно стоит перед единым словом:

  • О, не тревожь меня укорой справедливой!
  • Поверь, из нас из двух завидней часть твоя;
  • Ты любишь искренно и пламенно, а я
  • Я на тебя гляжу с досадою ревнивой.

В стихотворении формально отсутствуют реплики и ответы на реплики, тем не менее, это не монологическая речь в точном значении слова. Это речь реактивная, в ней нет формальных ответов, но она вся состоит из ответов по существу. У Тютчева это как отрывок из разговора, как разговор в самом разгаре, на предельном накале мысли и чувства.

Одно из самых известных и впечатляющих стихотворений «денисьевского цикла» — «Последняя любовь». Это стихотворение принадлежит к числу шедевров русской лирики.

  • О, как на склоне наших лет
  • Нежней мы любим и суеверней.
  • Сияй, сияй, прощальный свет
  • Любви последней, зари вечерней!

Стихотворение это звучит как бы на склоне ритма. Стих здесь нервный, местами негармонический, ритм передаёт волнение живой души, в нём ощущается «нарушенное дыхание», неудержимое чувство. В стихотворении слово «безнадежность» звучит в столь сильном ритмическом и интонационном рисунке, что оно почти физически ощущается как беда, как боль. Среди тех, кто был восхищен смелостью Тютчева и оценил её, — П. И. Чайковский, для которого именно это стихотворение стало свидетельством тому, что русский стих способен преодолеть излишнюю «симметричность» и обновить своё звучание. «Последняя любовь» — одно из немногих стихотворений в этом цикле, где любящим выступает поэт, где он позволяет сказать о своём чувстве. Поэзия Тютчева — поэзия контрастов и аналогии. Югу он противопоставляет север, грозе — тишину, любви «небесной» — любовь роковую. Во всём Тютчев гораздо более эмоциональный поэт, чем все другие русские поэты. Эпитеты его своеобразны. Им передаётся впечатление от предмета в данное время: «море баюкает сны тихоструйной волною», «голос жаворонка — гибкий, резвый», «та кроткая улыбка увяданья», «день хрустальный». Поэт выступает новатором и в строении стиха. Он широко употребляет внутренние рифмы и ассонансы:

  • «И без бою, и без вою»
  • «Кто скрылся, зарылся в цветах»
  • «Земля зеленела»
  • «Кругом, как кимвалы, звучали скалы»
  • «Ветрило весело звучало».

Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Добавить комментарий

;-) :| :x :twisted: :smile: :shock: :sad: :roll: :razz: :oops: :o :mrgreen: :lol: :idea: :grin: :evil: :cry: :cool: :arrow: :???: :?: :!: