ТЕМА ПОЭТА И ПОЭЗИИ В ЛИРИКЕ ПУШКИНА И ЛЕРМОНТОВА

Пушкин и
Лермонтов. Их имена рядом на небосклоне
русской поэзии. В своем творчестве каждый
из них достиг вершин мастерства, поэтому
так интересны и важны для нас их мысли о
поэте и поэзии, о месте писателя в обществе.
Мысли эти выстраданы, подчеркнуто
независимы от мнений “светской черни” (стихотворения
А.С. Пушкина “Разговор книгопродавца с
поэтом” (1824), “Поэт и толпа” (1828), “Поэту”
(1830) и другие).

Кто же
такой поэт в представлении Пушкина и
Лермонтова? Поэт — избранник неба (Лермонтов
о себе: “Нет, я не Байрон, я другой. Еще
неведомый избранник. ”), наперсник богов (вспомним
стихотворение Пушкина “Дельвигу” (1817): “наперснику
богов не страшны бури злые. ”), обладающий
рядом качеств, которые отличают его от
обычных людей. Поэт наделен
всечеловеческой, вселенской отзывчивостью.
“Чувство правды”, способность видеть мир
таким, каков он есть, — неотъемлемое
свойство всякого истинного поэта.

Есть
чувство правды в сердце человека,

Пространство
без границ, теченье века

Объемлет в
краткий миг оно, —

писал М.Ю.
Лермонтов в стихотворении “Мой дом” в 1830
году. Высшая художественная правда
достигается ценой больших лишений, ценой
жертвенного служения добру. Пушкин вообще
считал, что:

Пока не
требует поэта

К священной
жертве Аполлон,

В заботах
суетного света

Поэтическое
служение — всегда жертва, связанная с
отречением от многих “мирских благ”. В
послании “К другу стихотворцу” (1814)
Пушкиным сказаны горькие слова о судьбе
русских поэтов:

Лачужка под
землей, высоки чердаки —

Вот пышны
их дворцы, великолепны залы.

Поэтов —
хвалят все, питают — лишь журналы;

Катится
мимо их фортуны колесо.

К идее
жертвенности поэтического служения
подводили Пушкина и Лермонтова раздумья об
их собственных судьбах, сама историческая
действительность. Перед глазами Пушкина
был пример поэтов-декабристов, в ушах
Лермонтова еще словно бы звучал преступный
выстрел Дантеса. Показательно, что “глагол
смерти” дважды
используется уже в самом начале
стихотворения “Смерть поэта” (1837):

Погиб поэт!
— невольник чести —

Мотив
жертвенности чувствуется и в стихотворении
Пушкина “Пророк” (1826), и в одноименном
произведении Лермонтова. Пушкинский пророк
дан в развитии, в динамике, в движении.
Кульминация стихотворения заключается в
словах:

И он мне
грудь рассек мечом,

И сердце
трепетное вынул,

И угль,
пылающий огнем,

Во грудь
отверстую водвинул.

Но
принесенная жертва не напрасна. Энергия
находит выход в повелительном “жги”
последней строки:

И Бога глас
ко мне воззвал:

“Восстань,
пророк, и виждь, и внемли,

Исполнись
волею моей, И, обходя моря и земли,

Глаголом
жги сердца людей”.

Стихотворение
Лермонтова “Пророк” (1841) создано совсем в
другую эпоху. Усиление консервативных
тенденций в обществе оказало влияние и на
поэзию. Лермонтовского пророка забрасывают
камнями. Он бежит от “ближних”, бежит, но
остается пророком. Жертва принесена, но это
бесполезная жертва. В этом и заключается
трагизм лермонтовского героя. Пророку
внемлет лишь безгрешная природа:

Мне тварь
покорна там земная;

И звезды
слушают меня,

Самолюбивые
старцы пугают им детей:

“. Смотрите
ж, дети, на него:

Как он
угрюм, и худ, и бледен!

Смотрите,
как он наг и беден,

Как
презирают все его!”

Сходные
мотивы находим и во многих других
стихотворениях Лермонтова периода
политической реакции в стране: “Поэт” (1838),
“Не верь себе” (1839), “Журналист, читатель и
писатель” (1840) и в лирике Пушкина 1830-х годов.
Достаточно вспомнить стихотворение “Эхо”
(1831):

Ревет ли
зверь в лесу глухом,

Трубит ли
рог, гремит ли гром,

Поет ли
дева за холмом —

Свой отклик
в воздухе пустом

Ты внемлешь
грохоту громов,

И гласу
бури и валов,

И крику
сельских пастухов —

Тебе ж нет
отзыва. Таков

Печальные,
горькие слова! Трагическое признание гения,
обреченного на непонимание современников!
И все-таки время расставило все на свои
места. Поэзия Пушкина и Лермонтова заняла
достойное место в русской классической
литературе. Сбылись пророческие слова
Пушкина:

Нет, весь я
не умру — душа в заветной лире

Мой прах
переживет и тленья убежит —

И славен
буду я, доколь в подлунном мире

Please verify you are a human

Access to this page has been denied because we believe you are using automation tools to browse the website.

This may happen as a result of the following:

  • Javascript is disabled or blocked by an extension (ad blockers for example)
  • Your browser does not support cookies

Please make sure that Javascript and cookies are enabled on your browser and that you are not blocking them from loading.

Reference ID: #172b9a20-59a9-11ea-a0f8-71867bac21e8

Тема природы в поэзии Пушкина и Лермонтова

Тема природы – ведущая тема в мировой поэзии. Разрабатывали ее и такие классики русской литературы, как А.С. Пушкин и М.Ю. Лермонтов.
Очень важна тема природы в поэзии Пушкина. Русская природа вдохновляла поэта на создание новых прекрасных произведений.
Одним из ярких примеров таких произведений является стихотворение «Осень». Известно, что именно это время года было для поэта самым любимым. В поэзии осень обычно связана с настроениями грусти, увядания, умирания. Пушкин же само увядание природы расценивает как могучее движение жизни.
Лирическому герою этого стихотворения все остальные сезоны не приносят никакого удовольствия. Он любит именно осень. Только в это время года герой чувствует себя прекрасно. Ему близка прелесть увядания русской природы:
Люблю я пышное природы увяданье,
В багрец и в золото одетые леса…
Пушкин нашел подлинную красоту и прелесть в скромной осенней природе: «Унылая пора! Очей очарованье! Приятна мне твоя прощальная краса…».
Осень, осенние пейзажи влияют на творчество поэта. Именно осенью к нему приходит особое вдохновение.
Природа в творчестве Пушкина наделена глубоким философским смыслом. Ее вечные законы Пушкин рассматривает как глубочайшую мудрость мира. Так, в стихотворении «Вновь я посетил…» Пушкин описывает свои впечатления от посещения Михайловского, где он провел в ссылке два года. Мысли поэта обращаются к прожитому, он печально размышляет о себе и о времени.
Стихотворение очень просто по своим образам и настроению. Пушкин перечисляет памятные места, факты своей жизни («Вот опальный домик…», «Вот холм лесистый…»), видит неумолимый бег времени («… и много Переменилось в жизни для меня, И сам, покорный общему закону, Переменился я…»).
Вновь посетив столь знакомые места, поэт почувствовал мудрость этого «общего закона» — вечного обновления и торжества жизни. Он воплощается в его стихотворении в центральном образе трех сосен.
Скромная природа стала для поэта могучим источником поэтического вдохновения и глубокого философского прозрения. Пушкин приветствует рождение новой «зеленой семьи». Ему радостно думать о том, что он неотделим от природы. На душе у лирического героя хотя и печально, но светло. Поэтому он так открыто смотрит в будущее.
Таким образом, тема природы играет важную роль в творчестве Пушкина. Самому поэту важно осознавать себя неотъемлемой частью вечного движения бытия. Природа способна вдохновить поэта на творчество, подарить ему прекрасное самочувствие. С помощью окружающей среды Пушкин понимает мудрейшие законы вселенной: все движется, все изменяется, все рождается и умирает.
В лирике Лермонтова природа также занимает большое место. Но это, как и в лирике Пушкина, не просто любование русской природой. Пейзажи служат для передачи размышлений и состояний поэта о мире и о себе.
Стихотворение 1837 года «Когда волнуется желтеющая нива…» можно считать уникальным. Оно передают душевное состояние, столь редкое для лирического героя Лермонтова- счастье, успокоение, мир в душе. Только родная русская природа смогла сделать, пусть ненадолго, поэта счастливым.
Первые три строфы перечисляют красоты русской природы, все то, чем она так дорога герою: волнуется желтеющая нива, свежий лес шумит, ландыш серебристый кивает головой, студеный ключ играет по оврагу и так далее. Последняя же строфа служит неким итогом:
Тогда смиряется души моей тревога,
Тогда расходятся морщины на челе,—
И счастье я могу постигнуть на земле,
И в небесах я вижу бога.
Но такие гармоничные стихи не характерны для Лермонтова. Его поэзия — это поэзия дисгармонии, одиночества, разочарования. Часто пейзажные зарисовки превращаются у Лермонтова в историю души. В стиховторении «Тучи» лирический герой отождествляет себя с тучами. У него, так же, как и у этих «небесных созданий»:
Нет, вам наскучили нивы бесплодные.
Чужды вам страсти и чужды страдания;
Вечно холодные, вечно свободные,
Нет у вас родины, нет вам изгнания.
Поэт пытается не только передать, но и осмыслить свое состояние. В стиховторении «Выхожу один я на дорогу…» он стремится ответить на вопрос, отчего он не может быть счастливым? Чего он ждет от жизни?
Лирический герой стремится только к покою, к единению с миром природы, со всей Вселенной: «Надо мной чтоб вечно зеленея Тёмный дуб склонялся и шумел». Дуб здесь является не только символом природы, но и символом мощи, жизненной силы, душевной гармонии.
Таким образом, природа в лирике Пушкина и Лермонтова играет важную роль. С ее помощью не только раскрывается пейзажная тема или тема любви к Родине. Через описание природы поэты передают свои глубокие философские размышления о смысле жизни, о законах бытия, о человеческом счастье.

0 человек просмотрели эту страницу. Зарегистрируйся или войди и узнай сколько человек из твоей школы уже списали это сочинение.

/ Сочинения / Разное / 19 век / Тема природы в поэзии Пушкина и Лермонтова

Смотрите также по произведению «19 век»:

Единая коллекция
Цифровых образовательных ресурсов

Произведения русской литературы XVIII — начала XX в.

Лермонтов М.Ю.

«Ангел» — единственное из юношеских стихотворений Лермонтова, им самим напечатанное. В «Стихотворения» 1840 г. не включено. Датируется 1831 г. по 11-й тетради, относящейся к этому году.

В сборнике «Стихотворения М. Лермонтова» 1840г. местоимение «ты» было написано со строчной буквы, благодаря чему стихотворение воспринималось как обращение к женщине и не вызвало противодействия цензуры. Между тем по прямому смыслу оно обращено к Богу: поэт саркастически благодарит его за свои страдания, источник которых — трагический разлад с действительностью. Существует предположение, что стихотворение полемически направлено против напечатанной в «Отечественных записках» за 1839 г. (кн. 12) «Молитвы» В. И. Красова («Благодарю, Творец, за все благодарю. «), прославляющей премудрое и благое устройство мира. Белинский характеризовал «Благодарность» как «сарказм обманутого чувством и жизнию сердца» (Белинский, т. IV, с. 532).

Написано, по-видимому, в январе 1837г. как отклик на двадцатипятилетие Отечественной войны 1812г.

Написано после боя 11 июля 1840г. при Валерике (приток реки Сунжи, впадающей в Терек). Лермонтов, находясь в отряде генерала Галафеева, участвовал в этом сражении. В «Журнале военных действий» в числе офицеров, отличившихся в нем и проявивших «необыкновенное рвение», назван и Лермонтов. За «исполнение возложенного на него поручения с отменным мужеством и хладнокровием, несмотря ни на какие опасности», Лермонтов был представлен Галафеевым к ордену Владимира 4-й стерени. Корпусное начальство заменило его на орден Станислава 3-й степени. Высочайшим повелением опальному поэту в награде отказано. Стихотворение отличает точность воспроизведения картины боя. Белинский отмечал, что стихотворение «отличается этою стальною прозаичностью выражения, причина которой заключается в его мощной способности смотреть прямыми глазами на всякую истину, на всякое чувство, в его отвращении прикрашивать их» (Б., т.7, 1904, стр.495). Реалистичность, простота и точность повествования, ведущегося от лица участника событий, бытовые зар

Один из центральных образов стихотворения был навеян стихотворением Гейне «Der Tod, das ist die kuhle Nacht. «. В нем говорится: «Смерть — это прохладная ночь. Жизнь — это знойный день. Уже темнеет, меня клонит ко сну, день утомил меня. Над моим ложем поднимается дерево, на нем поет молодой соловей; он все поет о любви, я даже во сне слышу эту песню». Стихотворение положено на музыку.

Материалом для романа послужили Лермонтову личные впечатления от Кавказа. Композиционная особенность романа заключается в той последовательности, с которой расположены составляющие его повести: развитие сюжета связано не с историей жизни героя, а с историей знакомства автора с героем, то есть с «историей» раскрытия характера героя. Лишь мысленно переставив повести, можно восстановить хронологическую последовательность фактов жизни Печорина: 1) по пути из Петербурга на Кавказ Печорин останавливается в Тамани («Тамань»); 2) после участия в военной экспедиции Печорин едет на воды и живет в Пятигорске и Кисловодске, где убивает на дуэли Грушницкого («Княжна Мери»); 3) за это Печорина высылают в крепость под начальство Максима Максимыча («Бэла»); 4) из крепости Печорин отлучается на две недели в казачью станицу, где встречается с Вуличем («Фаталист»); 5) через пять лет после этого Печорин, уже вышедший в отставку и поживший в Петербурге, едет в Персию и по дороге, во Владикавказе, встречается с Максимом Максимычем

Лермонтов начал писать поэму в 14 лет и возвращался к ней на протяжении всей жизни. Сущестует 8 редакций. Сюжет поэмы восходит к библейскому рассказу об ангеле, восставшем против Бога.

Несомненна связь этого стихотворения с «Думами» и «Гражданином» Рылеева.

Тексту первой публикации предшествовала первая редакция стихотворения, написанная 4 сентября 1839 г. в альбом М.А Бартеневой, сестры П.А.Бартеневой. В 1846 г. в литературном сборнике «Вчера и сегодня» была опубликована третья редакция стихотворения (под заглавием «Волшебные звуки»). Стих «Из пламя и света» упоминается в рассказе И.И.Панаева о том, как Лермонтов привез это стихотворение в журнал Краевскому (И.И.Панаев. Литературные воспоминания. — Л., 1950). По словам мемуариста, поэт пытался исправить «маленький грамматический промах, неправильность» в этом стихе («пламя» вместо «пламени» в родительном падеже), но не нашел подходящей замены.

Стихотворение написано 20 марта 1840 года в Петербурге на Арсенальной гауптвахте, где Лермонтов находился под арестом за дуэль с Эрнестом де Барантом (1818-1859), атташе французского посольства. В жанровом отношении стихотворение ориентировано на «Разговор книгопродавца с поэтом» А.С.Пушкина (1824), где впервые в форме поэтического диалога рассматривается проблема положения поэзии в «коммерческий век». Эту традицию в новых условиях продолжил в своём «Разговоре с фининспектором» В.Маяковский. Эпиграф представляет собой прозаический перевод двустишия Гёте, из его «Изречений в стихах» («Sprueche in Reimen»).

Стихотворение написано, по всей вероятности, в конце 1840 г., когда Лермонтов участвовал в военных действиях на Кавказской линии.

Раскрывая общественный смысл этого стихотворения, Белинский писал: «?И скучно и грустно» из всех пьес Лермонтова обратила на себя особенную неприязнь старого поколения. Странные люди! им все кажется, что поэзия должна выдумывать, а не быть жрицею истины, тешить побрякушками, а не греметь правдою» (Белинский, т. 6, 1903, стр. 45). Эти несколько строк Белинский отнес к величайшим созданиям поэзии, «которые когда-либо, подобно светочам эвменид, освещали бездонные пропасти человеческого духа. » (Белинский. Т. 4. С. 526).

Стихотворение обращено к Наталии Фёдоровне Ивановой (1813-1875), дочери московского драматурга Ф.Ф.Иванова, в которую был влюблен Лермонтов. Вначале отношения поэта с Ивановой внушали ему некоторые надежды, затем они были омрачены холодностью с ее стороны и вскоре закончились разрывом. По-видимому, в 1833 г. Иванова вышла замуж за Н.М.Обрескова. Любовь поэта к Ивановой отразилась в ряде стихотворений 1830-1832 гг. и в юношеской драме «Странный человек».

В поэме отразился интерес Лермонтова к быту и нравам кавказских горцев. Кроме того, она написана под сильным воздействием одноименной поэмы Пушкина. В качестве эпиграфа взяты (в переработанном виде) строки из стихотворения немецкого поэта Карла-Филиппа Конца (1762-1827) «Das Orakel der Weisheit» («Оракул мудрости») (1791).

В ночь с 1-го на 2-е января 1840 г. Лермонтов был на новогоднем бале в Большом каменном театре в Петербурге, где присутствовали император и наследник. За несколько дней до новогоднего бала И.С.Тургенев увидел Лермонтова на одном из светских вечеров и был поражен его мрачностью. Много позже, Тургенев в «Литературных и житейских воспоминаниях» писал: «. ему ?Лермонтову? не давали покоя; беспрестанно приставали к нему, брали его за руки; одна маска сменялась другою, а он не сходил с места и молча слушал их писк, поочередно обращая на них свои сумрачные глаза. Мне тогда показалось, что я уловил на лице его прекрасное выражение поэтического творчества. Быть может, ему приходили в голову те стихи: Когда касаются холодных рук моих // С небрежной смелостью красавиц городских // Давно бестрепетные руки. и т. д.» П.А.Висковатов комментирует стих «Когда касаются холодных рук моих» и след. так: «Две сестры — дамы в голубом и розовом домино, проходя мимо поэта, задели его словом, и он ответил дерзостью». Висковатов на

По словам родственника Лермонтова А.П.Шан-Гирея, стихотворение было написано в феврале 1837 года, когда Лермонтов сидел под арестом в здании Петербургского Главного штаба за сочинение стихов на смерть Пушкина («Смерть Поэта»). К нему пускали только камердинера, приносившего обед. Поэт велел завёртывать хлеб в серую бумагу и на этих клочках с помощью вина, печной сажи и спички написал, помимо этого, ещё несколько стихотворений: «Узник», «Я, Матерь Божия, ныне с молитвой. » и др. Гл. Успенский в статье «Поэзия земледельческого труда» (1880) отметил как недостаток стихотворения смешение в нем различных сезонов, времен суток, отбор «самых лучших» видов флоры. Однако такое смешение продиктовано обобщенностью художественной мысли поэта, не ограниченной рамками одного конкретного пейзажа.

Образ листка, гонимого бурей, в русской и европейской поэзии конца XVIII — первой половине XIX века был широко распространённым символом политического изгнанника.

Имеется три различных редакции драмы, так как Лермонтов был вынужден несколько раз её переделывать, уходя всё дальше от первоначального замысла, чтобы добиться разрешения цензуры на её постановку. Главный недостаток пьесы, по мнению цензора, состоял в том, что порок оставался в ней ненаказанным. Следует отметить, что и в тексте и в заглавии Лермонтов писал «Маскерад», а не «Маскарад», однако напечатана пьеса была под названием «Маскарад» и под этим же названием вошла в репертуар русского театра. Фамилию Арбенин Лермонтов перенёс из юношеской драмы «Странный человек». Фамилии Звездич и Штраль заимствованы из повести А.Марлинского «Испытание» (1830).

По словам А.О. Смирновой-Россет, Лермонтов написал это стихотворение для Марии Алексеевны Щербатовой (урожд. Штерич; 1820-1879). Её имя называли в связи с состоявшейся в 1839г. дуэлью Лермонтова с Эрнестом де Барантом (1818-1859), атташе французского посольства, сыном французского посла А.Г.П.Баранта.

Стихотворение обращено, по-видимому, к Варваре Александровне Лопухиной. Введено в текст письма Лермонтова к Марии Александровне Лопухиной от 15 февраля 1838г. под названием «Молитва странника».

Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Добавить комментарий

;-) :| :x :twisted: :smile: :shock: :sad: :roll: :razz: :oops: :o :mrgreen: :lol: :idea: :grin: :evil: :cry: :cool: :arrow: :???: :?: :!:

ТЕМА ПОЭТА И ПОЭЗИИ В ЛИРИКЕ ПУШКИНА И ЛЕРМОНТОВА

Пушкин и
Лермонтов. Их имена рядом на небосклоне
русской поэзии. В своем творчестве каждый
из них достиг вершин мастерства, поэтому
так интересны и важны для нас их мысли о
поэте и поэзии, о месте писателя в обществе.
Мысли эти выстраданы, подчеркнуто
независимы от мнений “светской черни” (стихотворения
А.С. Пушкина “Разговор книгопродавца с
поэтом” (1824), “Поэт и толпа” (1828), “Поэту”
(1830) и другие).

Кто же
такой поэт в представлении Пушкина и
Лермонтова? Поэт — избранник неба (Лермонтов
о себе: “Нет, я не Байрон, я другой. Еще
неведомый избранник. ”), наперсник богов (вспомним
стихотворение Пушкина “Дельвигу” (1817): “наперснику
богов не страшны бури злые. ”), обладающий
рядом качеств, которые отличают его от
обычных людей. Поэт наделен
всечеловеческой, вселенской отзывчивостью.
“Чувство правды”, способность видеть мир
таким, каков он есть, — неотъемлемое
свойство всякого истинного поэта.

Есть
чувство правды в сердце человека,

Пространство
без границ, теченье века

Объемлет в
краткий миг оно, —

писал М.Ю.
Лермонтов в стихотворении “Мой дом” в 1830
году. Высшая художественная правда
достигается ценой больших лишений, ценой
жертвенного служения добру. Пушкин вообще
считал, что:

Пока не
требует поэта

К священной
жертве Аполлон,

В заботах
суетного света

Поэтическое
служение — всегда жертва, связанная с
отречением от многих “мирских благ”. В
послании “К другу стихотворцу” (1814)
Пушкиным сказаны горькие слова о судьбе
русских поэтов:

Лачужка под
землей, высоки чердаки —

Вот пышны
их дворцы, великолепны залы.

Поэтов —
хвалят все, питают — лишь журналы;

Катится
мимо их фортуны колесо.

К идее
жертвенности поэтического служения
подводили Пушкина и Лермонтова раздумья об
их собственных судьбах, сама историческая
действительность. Перед глазами Пушкина
был пример поэтов-декабристов, в ушах
Лермонтова еще словно бы звучал преступный
выстрел Дантеса. Показательно, что “глагол
смерти” дважды
используется уже в самом начале
стихотворения “Смерть поэта” (1837):

Погиб поэт!
— невольник чести —

Мотив
жертвенности чувствуется и в стихотворении
Пушкина “Пророк” (1826), и в одноименном
произведении Лермонтова. Пушкинский пророк
дан в развитии, в динамике, в движении.
Кульминация стихотворения заключается в
словах:

И он мне
грудь рассек мечом,

И сердце
трепетное вынул,

И угль,
пылающий огнем,

Во грудь
отверстую водвинул.

Но
принесенная жертва не напрасна. Энергия
находит выход в повелительном “жги”
последней строки:

И Бога глас
ко мне воззвал:

“Восстань,
пророк, и виждь, и внемли,

Исполнись
волею моей, И, обходя моря и земли,

Глаголом
жги сердца людей”.

Стихотворение
Лермонтова “Пророк” (1841) создано совсем в
другую эпоху. Усиление консервативных
тенденций в обществе оказало влияние и на
поэзию. Лермонтовского пророка забрасывают
камнями. Он бежит от “ближних”, бежит, но
остается пророком. Жертва принесена, но это
бесполезная жертва. В этом и заключается
трагизм лермонтовского героя. Пророку
внемлет лишь безгрешная природа:

Мне тварь
покорна там земная;

И звезды
слушают меня,

Самолюбивые
старцы пугают им детей:

“. Смотрите
ж, дети, на него:

Как он
угрюм, и худ, и бледен!

Смотрите,
как он наг и беден,

Как
презирают все его!”

Сходные
мотивы находим и во многих других
стихотворениях Лермонтова периода
политической реакции в стране: “Поэт” (1838),
“Не верь себе” (1839), “Журналист, читатель и
писатель” (1840) и в лирике Пушкина 1830-х годов.
Достаточно вспомнить стихотворение “Эхо”
(1831):

Ревет ли
зверь в лесу глухом,

Трубит ли
рог, гремит ли гром,

Поет ли
дева за холмом —

Свой отклик
в воздухе пустом

Ты внемлешь
грохоту громов,

И гласу
бури и валов,

И крику
сельских пастухов —

Тебе ж нет
отзыва. Таков

Печальные,
горькие слова! Трагическое признание гения,
обреченного на непонимание современников!
И все-таки время расставило все на свои
места. Поэзия Пушкина и Лермонтова заняла
достойное место в русской классической
литературе. Сбылись пророческие слова
Пушкина:

Нет, весь я
не умру — душа в заветной лире

Мой прах
переживет и тленья убежит —

И славен
буду я, доколь в подлунном мире

Тема поэта и поэзии в лирике А.С.Пушкина

«Неподкупный звук мой был эхо русского народа», – так сказал о своей поэзии А.С.Пушкин. Вопрос о назначении искусства, о роли поэзии волновал поэтов задолго до Пушкина. Из глубины веков до нас дошел звук римского поэта Горация, который первым уподобил поэзию памятнику: «Я воздвиг памятник». Эти слова станут эпиграфом к известному стихотворению Пушкина.

Еще на заре своей литературной деятельности в лицейских стихотворениях Пушкин задумывался над задачей, судьбой поэзии и поэта в современном ему обществе и в прошлом. В первом напечатанном стихотворении Пушкина «К другу стихотворцу» уже есть размышление о назначении поэзии:

Не тот поэт, кто рифмы плесть умеет
И, перьями скрипя, бумаги не жалеет…

Прекрасно понимая незавидную судьбу поэта в современном ему обществе, лицеист Пушкин избирает для себя путь литературного творчества. Он готов вступить на него, как бы не была трудна судьба поэта, какие бы лишения и тревоги, борьба и страдания его не ожидали: «Мой жребий пал – я лиру избираю».

В 1815 г. Пушкин анонсирует стихотворение «К Лицинию», в котором поэт характеризуется как защитник передовых общественных идеалов:

Я сердцем римлянин,

Кипит в груди свобода:

Во мне не дремлет

Дух великого народа.

В «Разговоре книгопродавца с поэтом» (1824 г.) Пушкин гуже более зрело размышляет о роли поэзии:

Что же изберете вы?

Поэзия – трудное и ответственное дело, считает Пушкин, а поэт отличается от простых смертных тем, что ему дано видеть, слышать, понимать то, чего не видит, не слышит, не понимает обычный человек. Своим даром поэт воздействует на него. Он способен «глаголом жечь сердца людей». Однако талант поэта – не только дар, но и тяжелая ноша, большая ответственность. Его влияние на людей столь велико, что поэт сам должен быть примером гражданского поведения, проявляя стойкость, непримиримость к общественной несправедливости, быть строгим и взыскательным судьей по отношению к себе. Истинная поэзия по мнению Пушкина должна быть человечна, жизнеутверждающа, пробуждать добрые гуманные чувства.

Программным является стихотворение «Пророк» (1826 г.), где Пушкин использует библейскую образность. Стихотворение звучит как клятва (ведь оно написано уже после того, как поэт узнал об участи друзей-декабристов).

«Духовная жажда» – стремление понять, для чего пишешь и творишь. Встреча с шестикрылым Серафимом происходит на перепутье. Благодаря прикосновениям Серафима (божьего посланца), у героя стихотворения появилась острота зрения, и он может отныне все видеть («отверзлись вещие зеницы»), возникла способность все слышать, более того полет ангелов в небе и рост травы, а значит, и понимать звучание голосов жизни во всем их разнообразии, герой обрел мудрость.

И жало мудрыя змеи

В уста замершие мои

Вложил десницею кровавой.

(Змея – символ мудрости). В груди теперь вместо трепетного сердца появился «уголь, пылающий огнем», то есть пламень и пламенность чувств. Явилась способность остро понимать и познавать мир. Этими природными свойствами, размышляет Пушкин, должен обладать поэт, в отличие от обыкновенной личности.

Но этих преображений мало для того, чтобы обычный поэт стал поэтом-пророком. Еще нужно высшее посвящение, и вот тогда-то и прозвучал Богоглас:

«Восстань, пророк, и виждь, и внемли,

Исполнись волею моей,

И, обходя моря и земли,

Глаголом жги сердца людей».

Призывам гласа Божьего придается требовательная интонация, а глаголам текста – повелительное наклонение. И только теперь поэт окончательно превращается в пророка. Воззвания Бога звучат торжественно, величественно:

вижди, внемли – смотри, воспринимай;

глаголом жги – воодушевляй, воспламеняй поэтическим словом.

Стихотворение «Поэт» (1827 г.) продолжает тему назначения поэта и поэзии и перекликается со стихотворением «Пророк». В основе стихотворения лежат автобиографические обстоятельства, тягостная оценка Беккендорфа, отвлекающая от творчества, суета городской повседневности, большие финансовые затруднения, утомительное пребывание в светской среде Петербурга в 1827 г., куда Пушкин впервой приехал после ссылки – все это побудило Пушкина приехать в родное Михайловское, чтобы предаться творчеству. В стихотворении «Поэт» Пушкин называет лиру «святой». Но лира молчит, когда поэт погружен в «заботы суетного света».

Но лишь божественный глагол

До слуха чуткого коснется,

Душа поэта встрепенется…

Годом позже, в 1828 г., написано стихотворение «Поэт и толпа». Очевидно, «чернь тупая» – светская чернь, с которой поэт не хочет считаться, которая ненавидит людей, «каменеющих в разврате». К ним обращены последние строчки стихотворения:

Не для житейского волненья,

Не для корысти, не для битв,

Мы рождены для вдохновенья,

Для звуков сладких и молитв.

Похожее мыслями на это стихотворение – это стихотворение «Поэту» (1830 г.), где Пушкин говорит: «Ты сам свой высший суд». Поэзия – подвиг благородный, а не забава. Это, к тому же, нелегкий труд. Именно поэтому, закончив работу над любимым детищем, романом «Евгений Онегин», Пушкин анонсирует стихотворение «Труд» (1830 г.). Творцу постоянно жаль расставаться с тем, во что вложено столько труда, души и сердца.

И снова поэт возвращается к мучительной для него и такой важной теме через год в стихотворении «Эхо» (1831 г.). Он утверждает, что поэзия должна откликаться на все звуки жизни. Иногда в стихах на совершенно иную тему Пушкин размышляет и о назначении поэта. Такое стихотворение – «Осень» (1833 г.). Оно посвящено любимому времени года поэта, в которое так плодотворно работал Пушкин. Достаточно вспомянуть «Болдинскую осень». Стихотворение заканчивается таким размышлением:

И мысли в голове волнуются в отваге,

И рифмы легкие навстречу им бегут,

И пальцы просятся к перу, перо к бумаге,

Минута – и стихи свободно потекут.

Последняя октава (глава XII) только начата:

Плывет. Куда ж нам плыть? …

Почему столько многоточий? Это означает, по-видимому, мучительные размышления Пушкина о том, какими путями ходить поэту, ведь не обо всем писать он мог.

В 1836 г., за год го гибели, Пушкин подводит результат, что он уже сделал. Именно к стихотворению «Я памятник себе воздвиг нерукотворный…» в качестве эпиграфа Пушкин взял слова Горация «Exegi monumentum». До Пушкина прославленный Державин создал свой «Памятник», в котором себе в заслугу ставил то, что он «в забавном русском слоге о добродетелях Фелиции возвестил, с сердечной простотой беседовал о Боге и истину царям с улыбкой говорил». Эта программа оказалась неприемлемой для Пушкина. Он ставит себе в заслугу другое. Его «памятник нерукотворный» соперничает с памятником самому царю. Пушкин называет свою поэзию «непокорной», какой она и была. Он говорит, что в свой «жестокий век восславил» он «свободу и милость к падшим призывал». А ведь его пора было трудным, ещё никто до Пушкина не ставил себе в заслугу, что к его поэзии «не зарастет народная тропа», что его будут учить и «гордый внучок славян» и «друг степей калмык». Поэт гордится тем, что поэзия его гуманна:

И продолжительно буду тем любезен я народу,

Что чувства добрые я лирой пробуждал…

Пушкин предвидел свое будущее бессмертие; это пророчество сбылось, а все что сказано поэтом о назначении поэзии стало достоянием всех времен и народов. В этом стихотворении для поэта ВАЖНЕЕ ВСЕГО, что к этому памятнику не зарастет народная тропа.

Для Пушкина поставленной задачей поэзии была сама поэзия. Она – самодостаточное явление. «Поэт должен быть внутренне свободным» (А.С.Пушкин). «Никому отчета не дарить, себе лишь одному служить и угождать» (А.С.Пушкин). Но и к этой мысли поэт пришел не сразу.

Тема поэта и поэзии в лирике Пушкина

Тема поэта и поэзии была ведущей в творчестве Пушкина на протяжении всей его жизни. Менялись идеалы свободы, творчества, вдохновения, счастья, но постоянной оставалась тема поэтического призвания и назначения поэта и поэзии в общественной жизни. В своем творчестве Пушкин обращался и к традиционным формам поэзии, и к прозе, и к белому стиху. Он относился к тем поэтам, чье творчество можно достаточно четко разделить на периоды, обусловленные влиянием на автора различных литературных течений, его внутренней эволюции, а также обстоятельствами личной жизни.
Лицейский период творчества Пушкина часто характеризуют как подражательный. Он искал свой идеал в уже установившихся формах и образцах.
В стихотворении “Осгар” (1814) представлен образ старца-барда, взятый из баллад древнешотландского, якобы, поэта Оссиана.
Симпатии Пушкина к поэтам-карамзинистам отразились в увлечении популярным среди них жанром послания. Именно так написано стихотворение “Городок” (1815), которое можно считать своеобразной литературной программой молодого поэта. В нем мы видим образ поэта-избранника, оставшийся с Пушкиным на всю жизнь:

Он к солнцу воспарит,
Превыше смертных станет,
И слава громко грянет:
“Бессмертен ввек пиит”.

Также можно выделить и эпикурейские мотивы, характерные, главным образом, для раннего творчества Пушкина:

Блажен, кто веселится,
В покое, без забот,
С кем втайне Феб дружится
И маленький Эрот.

Пушкин с немалой долей иронии выражает свое отношение к поэтам-современникам. В стихах этого периода можно найти подражание и Державину, и Батюшкову, но особенно много взял Пушкин у Жуковского, своего учителя в литературе. В стихотворении “Мечтатель” (1815) сквозь образ поэта-ленивца — любимца муз уже видится пассивный романтизм и переход к жанру унылой элегии, популярной в то время. Образ романтического поэта, страдающего и умирающего, воссоздан в элегии “Певец” (1816):

Когда в лесах вы юношу видали,
Встречая взор его потухших глаз,
Вздохнули ль вы?

Стихотворение “Лицинию” (1815) отражает отношение Пушкина к российской действительности, предвосхищает политический цикл петербургского периода. Здесь возникает образ поэта, стоящего выше греховной земной власти, послушного лишь правде:

В сатире праведной порок изображу
И нравы сих веков потомству обнажу.

Идея гражданского долга поэта нашла свое воплощение в период пребывания поэта в Петербурге (1817-1820): поэт входит в круг передовой дворянской молодежи, где в дискуссиях рождается программа будущего переустройства России. В этот период поэта занимает мысль о том, что закон, дарованный монархом, а не взятый насильственно, могуч и является одинаковым для всех, включая и самого монарха. Его исполнение вкупе с просвещением дает искомую вольность. Участие поэта в приближении “минуты вольности святой” дает ему возможность “воспеть свободу миру, на тронах поразить порок” и, в то же время, преподнести “урок царям”, указать им путь к “народов вольности и покою”.
Стихотворение “Деревня” (1819), состоящее из элегической и одической частей, сочетает в себе и концепцию творчества: “Учуся в истине блаженство находить, свободною душой закон боготворить, роптанью не внимать толпы непросвещенной”. В первой части звучат эпикурейские мотивы (“льется дней моих неведомый поток на лоне счастья и забвенья”), постепенно переходя в осмысление поэзии как творческого труда:

Оракулы веков, здесь вопрошаю вас!
В уединенье величавом
Слышнее ваш отрадный глас.
Он гонит лени сон угрюмый,
К трудам рождает жар во мне.

Но, подойдя к основной мысли “Деревни”, поэт срывает маску умиротворенности с сурового и мрачного лица российской действительности. Резко меняется характер стиха, меняется и образ стихотворца. Надеясь на падение рабства “по манию царя”, Пушкин по-прежнему вменяет поэту в обязанность “сердца тревожить” и лишь сожалеет о том, что “витийственный грозный дар” дан ему в недостаточной степени, чтобы описать весь ужас взаимоотношений “барства дикого” и “рабства тощего”.
Первая четверть девятнадцатого века в русской литературе отличалась разнообразием течений и стилей. Обращение Пушкина в период южной ссылки к романтизму было результатом не только личных обстоятельств жизни, впечатлений от общения с экзотической южной стороной,. но и фактом общего культурного состояния и увлечения молодежи того времени, ее разочарованностью в жизни и “преждевременной старости души”. Если в петербургский период лирический герой-поэт стремился к активному участию если не в политической, то в идейной жизни, то в южный период в его творчестве появляется мотив бегства от людской толпы, от оков света, сплетен, предрассудков, суетных желаний и “порочных убеждений”:

Лети, корабль, неси меня к пределам дальним
По грозной прихоти обманчивых морей.
Но только не к брегам печальным
Туманной родины моей.

Поэт погружается в мир воспоминаний и мечтаний о недостижимой свободе. Они, а не мимолетные радости или иллюзии, становятся завершением исканий поэта в романтическом направлении, представленном в стихотворении “К морю” (1824):

Прощай же, море! Не забуду
Твоей торжественной красы
И долго, долго слышать буду
Твой гул в вечерние часы.
В леса, в пустыни молчаливы
Перенесу, тобою полн,
Твои скалы, твои заливы,
И блеск, и тень, и говор волн.

В несколько завуалированной форме концепция творческого начала как некоего сверхъестественного дара, не подчиняющегося земным законам, прослеживается в “Песне о Вещем Олеге” (1822):

Волхвы не боятся могучих владык,
А княжеский дар им не нужен;
Правдив и свободен их вещий язык
И с волей небесною дружен.

Изображение действительности, проблем современности с помощью исторических сюжетов является одной из традиций романтизма. Так, в стихотворении “К Овидию” (1821) Пушкин проводит параллель между своей судьбой и судьбой римского поэта, также сосланного на берег Черного моря: “Не славой — участью я равен был тебе”.
В период увлечения романтизмом стал четче вырисовываться образ лирического героя Пушкина, человека жизнерадостного, оптимистического, приемлющего жизнь во всех ее проявлениях. Образ вдохновения к этому периоду еще не приобрел четких очертаний, которые проявятся впоследствии.
В стихотворении “Разговор книгопродавца с поэтом” (1824) мы видим попытку реалистически осмыслить результаты поэтических трудов, перенести на бумагу образ самого вдохновения, а не только его результаты:

Какой-то демон обладал
Моими играми, досугом,
За мной повсюду он летал,
Мне звуки дивные шептал.

Особенно пристально рассматриваются отношения дарования и славы:

Блажен, кто молча был поэт
И, терном славы не увитый,
Презренной чернию забытый,
Без имени покинул свет!

Книгопродавец соглашается с поэтом, правда, по другой причине: “Что слава! — Яркая заплата на ветхом рубище певца. Нам нужно злата, злата, злата. ”
Проблема взаимоотношения поэта и общества и в дальнейшем волновала Пушкина. В стихотворении “Желание славы” (1825) известность признается необходимой для того, чтобы бросить ее к ногам любимой женщины, вызвать в ней чувство ревности.
В стихотворении “Поэт и толпа” (1828) проводится мысль об избранности, отверженности и неподкупности творца, обличается стремление неблагодарной толпы повсюду искать практическую пользу (“печной горшок тебе дороже”). Это стихотворение вызвало ряд критических откликов. В первую очередь, это касалось того, кого же имел в виду Пушкин под словом “толпа”? Очевидно, людей, далеких от подлинного искусства, видящих в нем лишь материальные ценности. В сонете “Поэту” (1830) этот принцип возводится в абсолют:

Ты царь: живи один.

Мотив избранничества поэта звучит и в стихотворении “Арион” (1827), в основе которого лежит известный античный миф о древнегреческом певце Арионе. Символика стихотворения близка к романтической традиции, творчество рассматривается как духовный талисман, защищающий его обладателя от любых жизненных перипетий и стихий. То, что именно творчество и вдохновение дают поэту дар провидения и величие, подчеркивается в другом стихотворении, написанном в михай-ловской ссылке, — “Поэт” (1827). До прихода вдохновения поэт “меж детей ничтожных мира, быть может, всех ничтожней”, но “лишь божественный глагол до слуха чуткого коснется, душа поэта встрепенется, как пробудившийся орел”.
Та же идея, но более поэтически четко выражена в стихотворении “Пророк” (1826). Лирический герой “влачится” в “пустыне мрачной”, “томим духовной жаждой”, жаждой творчества. Вдруг появляется серафим, посланник Бога, наделяющий поэта сверхслухом, сверхзрением, что символизирует напряженную духовную жизнь поэта, муки его совести и творчества. Но даже и теперь поэт — “труп”, лежащий в пустыне. Лишь “бога глас. воззвал: “Восстань, пророк, и виждь, и внемли”, — как человек превращается в истинного поэта, высокой миссией которого является “глаголом жечь сердца людей”.
Особняком в творчестве Пушкина стоят “Послания цензору”, написанные в первой половине 20-х годов, представляющие собой послания к цензору Бирюкову. Они по сути являются литературными статьями в стихах, отражающими взгляд автора на различные художественные произведения, задачи цензуры и культурную политику правительства.
С возрастом в поэзии Пушкина проявляется тенденция отхода от представлений о творчестве как о забаве, безвинной шалости или как о средстве воздействия на общество. Поэзия все более понимается как путь к духовному совершенству. Вдохновение уже само по себе является наградой за все гонения, претерпеваемые в жизни поэтом:

Давно, усталый раб, замыслил я побег
В обитель дальнюю трудов и чистых нег.

В стихотворении “Я памятник себе воздвиг нерукотворный” (1836) Пушкин как бы подводит итог своему творчеству, обосновывает свои жизненные и творческие принципы. Только искусство может, в конечном счете, “прах пережить и тленья убежать”, подняться “выше Александрийского столпа”. Предназначение искусства в том, чтобы пробуждать “чувства добрые”, в “жестокий век восславлять свободу”. Искусство не должно зависеть от мнения “черни”:

Веленью божию, о муза, будь послушна,
Обиды не страшась, не требуя венца,
Хвалу и клевету приемли равнодушно
И не оспоривай глупца.

Именно этим принципам и следовал Пушкин на протяжении всей своей жизни.

Сочинение «Тема поэта и поэзии в лирике Пушкина»

Пушкин в своей поэзии особое место уделяет назначению и призванию поэту. Он как бы ведет диалог с поэтами со стороны. Все его стихи связаны с психологическим состоянием и определенным периодом его жизни. Его эмоциональное состояние напрямую влияет на его творчество.

Первое его стихотворение «К другу стихотворцу», опубликовали в «Вестнике Европы». Поражает одно – пятнадцатилетний юноша сумел сформулировать свои мысли должным образом. Мальчик, который только намеревается вступить во взрослую жизнь, смог выразить задушевные переживания, свои убеждения и мысли.

Пушкин уже решил стать поэтом, но не до самого конца уверен в том, что сможет не пасть духом и завершить начатое дело. Свои сомнения он выражает по своему, обращаясь к молодому юноше Аристу, который решил примкнуть к толпе служителей Парнаса. Еще не полностью уверенный в своих способностях, поэт предостерегает Ариста:

-Ты хочешь оседлать упрямого Пегаса;
За лаврами спешишь опасною стезей

Пушкин заботиться о будущем Ариста и лишь дает совет: если не уверен в своем таланте, не спеши покорять целый мир. Не будучи талантливым писателем, рискуешь пополнить ряды бесславных писателей:

В холодных песенках любовью не пылай;
Чтоб не слететь с горы, скорее вниз ступай!
Довольно без тебя поэтов есть и будет;

Но даже если ты полон мыслей и спешишь поделиться ими с простым народом, подумай о будущем своем:поэтов хвалят все, но никакого богатства это не принесет. Ты можешь излить душу и продолжить столь жалкое существование, но перспектив никаких нет, и не будет.

Пушкин же сам знает о том, что путь поэта не слишком легок, но все же продолжает писать. И первое его стихотворение, обращение к другу – это обращение к самому себе. Свои собственные страхи он боится раскрыть, ему легче об этом написать. Каждая строка стихотворения, его собственные раздумья. Этим он хотел найти ответ на его вопрос: «Стоит ли продолжать путь, который он выбрал для себя?». Мысль о его дальнейшей поэтической судьбе оказалась непреклонной, и он выбрал свой путь. Преодолевая все препятствия, Пушкин смог подарить читателям душевно-пр екрасные стихи, которые по сей день не теряют свою популярность.

Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Добавить комментарий

;-) :| :x :twisted: :smile: :shock: :sad: :roll: :razz: :oops: :o :mrgreen: :lol: :idea: :grin: :evil: :cry: :cool: :arrow: :???: :?: :!:

ТЕМА ПОЭТА И ПОЭЗИИ В ЛИРИКЕ ПУШКИНА И ЛЕРМОНТОВА

Пушкин и
Лермонтов. Их имена рядом на небосклоне
русской поэзии. В своем творчестве каждый
из них достиг вершин мастерства, поэтому
так интересны и важны для нас их мысли о
поэте и поэзии, о месте писателя в обществе.
Мысли эти выстраданы, подчеркнуто
независимы от мнений “светской черни” (стихотворения
А.С. Пушкина “Разговор книгопродавца с
поэтом” (1824), “Поэт и толпа” (1828), “Поэту”
(1830) и другие).

Кто же
такой поэт в представлении Пушкина и
Лермонтова? Поэт — избранник неба (Лермонтов
о себе: “Нет, я не Байрон, я другой. Еще
неведомый избранник. ”), наперсник богов (вспомним
стихотворение Пушкина “Дельвигу” (1817): “наперснику
богов не страшны бури злые. ”), обладающий
рядом качеств, которые отличают его от
обычных людей. Поэт наделен
всечеловеческой, вселенской отзывчивостью.
“Чувство правды”, способность видеть мир
таким, каков он есть, — неотъемлемое
свойство всякого истинного поэта.

Есть
чувство правды в сердце человека,

Пространство
без границ, теченье века

Объемлет в
краткий миг оно, —

писал М.Ю.
Лермонтов в стихотворении “Мой дом” в 1830
году. Высшая художественная правда
достигается ценой больших лишений, ценой
жертвенного служения добру. Пушкин вообще
считал, что:

Пока не
требует поэта

К священной
жертве Аполлон,

В заботах
суетного света

Поэтическое
служение — всегда жертва, связанная с
отречением от многих “мирских благ”. В
послании “К другу стихотворцу” (1814)
Пушкиным сказаны горькие слова о судьбе
русских поэтов:

Лачужка под
землей, высоки чердаки —

Вот пышны
их дворцы, великолепны залы.

Поэтов —
хвалят все, питают — лишь журналы;

Катится
мимо их фортуны колесо.

К идее
жертвенности поэтического служения
подводили Пушкина и Лермонтова раздумья об
их собственных судьбах, сама историческая
действительность. Перед глазами Пушкина
был пример поэтов-декабристов, в ушах
Лермонтова еще словно бы звучал преступный
выстрел Дантеса. Показательно, что “глагол
смерти” дважды
используется уже в самом начале
стихотворения “Смерть поэта” (1837):

Погиб поэт!
— невольник чести —

Мотив
жертвенности чувствуется и в стихотворении
Пушкина “Пророк” (1826), и в одноименном
произведении Лермонтова. Пушкинский пророк
дан в развитии, в динамике, в движении.
Кульминация стихотворения заключается в
словах:

И он мне
грудь рассек мечом,

И сердце
трепетное вынул,

И угль,
пылающий огнем,

Во грудь
отверстую водвинул.

Но
принесенная жертва не напрасна. Энергия
находит выход в повелительном “жги”
последней строки:

И Бога глас
ко мне воззвал:

“Восстань,
пророк, и виждь, и внемли,

Исполнись
волею моей, И, обходя моря и земли,

Глаголом
жги сердца людей”.

Стихотворение
Лермонтова “Пророк” (1841) создано совсем в
другую эпоху. Усиление консервативных
тенденций в обществе оказало влияние и на
поэзию. Лермонтовского пророка забрасывают
камнями. Он бежит от “ближних”, бежит, но
остается пророком. Жертва принесена, но это
бесполезная жертва. В этом и заключается
трагизм лермонтовского героя. Пророку
внемлет лишь безгрешная природа:

Мне тварь
покорна там земная;

И звезды
слушают меня,

Самолюбивые
старцы пугают им детей:

“. Смотрите
ж, дети, на него:

Как он
угрюм, и худ, и бледен!

Смотрите,
как он наг и беден,

Как
презирают все его!”

Сходные
мотивы находим и во многих других
стихотворениях Лермонтова периода
политической реакции в стране: “Поэт” (1838),
“Не верь себе” (1839), “Журналист, читатель и
писатель” (1840) и в лирике Пушкина 1830-х годов.
Достаточно вспомнить стихотворение “Эхо”
(1831):

Ревет ли
зверь в лесу глухом,

Трубит ли
рог, гремит ли гром,

Поет ли
дева за холмом —

Свой отклик
в воздухе пустом

Ты внемлешь
грохоту громов,

И гласу
бури и валов,

И крику
сельских пастухов —

Тебе ж нет
отзыва. Таков

Печальные,
горькие слова! Трагическое признание гения,
обреченного на непонимание современников!
И все-таки время расставило все на свои
места. Поэзия Пушкина и Лермонтова заняла
достойное место в русской классической
литературе. Сбылись пророческие слова
Пушкина:

Нет, весь я
не умру — душа в заветной лире

Мой прах
переживет и тленья убежит —

И славен
буду я, доколь в подлунном мире

Тема поэта и поэзии в лирике пушкина и лермонтова

Сочинения по литературе: Тема поэта и поэзии в лирике пушкина и лермонтова Пушкин и Лермонтов — великие русские поэты. В своем творчестве каждый из них достиг вершин мастерства. Поэтому так интересны и важны их мысли о поэте и поэзии, о месте писателя в обществе. Мысли эти выстраданы, подчеркнуто независимы от мнений «светской черни» (стихотворения Пушкина «Разговор книгопродавца с поэтом», «Поэт и толпа», «Поэту» и др.). Кто же такой поэт в представлении Пушкина и Лермонтова? Поэт — это избранник неба (Лермонтов о себе: «Пет, я не Байрон, я другой / Еще неведомый избранник.

«), наперсник богов (вспомним стихотворение «Дельвигу» Пушкина: «»наперснику богов» не страшны бури злые. «), обладающий рядом качеств, которые отличают его от обычных людей. Поэт наделен всечеловеческой, вселенской отзывчивостью, способностью видеть мир таким, каков он есть,— «чувством правды». Есть чувство правды в сердце человека, Святое вечности зерно: Пространство без границ, теченье века Объемлет в краткий миг оно,— писал Лермонтов в стихотворении «Мой дом». Высшая художественная правда достигается ценой больших лишений, ценой жертвенного служения добру. Пушкин вообще считал, что Пока не требует поэта К священной жертве Аполлон, В заботах суетного света Он малодушно погружен. («Поэт») Поэтическое служение —: всегда жертва, связанная с отречением от многих мирских благ.

В послании «К другу стихотворцу» Пушкиным сказаны горькие слова о судьбе русских поэтов: Лачужка под землей, высоки чердаки — Вот пышны их дворцы, великолепны залы. Поэтов — хвалят все, читают —лишь журналы; Катится мимо их Фортуны колесо. К идее жертвенности поэтического служения подводили Пушкина и Лермонтова раздумья об их собственных судьбах, сама историческая действительность. Перед глазами Пушкина был пример поэтов-декабристов, в ушах Лермонтова словно бы звучал еще преступный выстрел Дантеса. Показательно, что «глагол смерти» дважды используется уже в самом начале стихотворения «Смерть Поэта»: Погиб поэт! — невольник чести — Пал, оклеветанный молвой.

Мотив жертвенности чувствуется в стихотворении Пушкина «Пророк» и одноименном произведении Лермонтова. Пушкинский пророк дан в развитии, динамике, движении. Кульминация стихотворения заключается в словах: И он мне грудь рассек мечом, И сердце трепетное вынул, И угль, пылающий огнем, Во грудь отверстую водвинул. Но принесенная жертва не напрасна. Энергия находит выход в повелительном «жги» последней строки стихотворения: И Бога глас ко мне воззвал: «Восстань, пророк, и вождь, и внемли, Исполнись волею моей, И, обходя моря и земли, Глаголом жги сердца людей». Стихотворение Лермонтова «Пророк» создано совсем в другую эпоху. Усиление консервативных тенденций в обществе оказало влияние и на поэзию. Лермонтовского пророка забрасывают камнями.

Он бежит от «ближних», бежит, но остается пророком. Жертва принесена, но это бесполезная жертва. В этом и заключается трагизм лермонтовского героя. Пророку внемлет лишь безгрешная природа: Завет предвечного’ храня, Мне тварь покорна там земная; И звезды слушают меня, Лучами радостно играя. Самолюбивые старцы пугают им детей: Смотрите ж, дети, на него: Как он угрюм, и худ, и бледен!

Смотрите, как он наг и беден, Как презирают все его! Сходные мотивы находим и во многих других лермонтовских стихотворениях периода политической реакции в стране («Поэт», «Не верь себе», «Журналист, читатель и писатель»), а также в лирике 30-х годов Пушкина. Достаточно вспомнить стихотворение «Эхо»: Ревет ли зверь в лесу глухом, Трубит ли рог, гремит ли гром, Поет ли дева за холмом — На всякий звук Свой отклик в воздухе пустом Родить ты вдруг. Ты внемлешь грохоту громов, И гласу бури и валов, И крику сельских пастухов — И шлешь ответ; Тебе ж нет отзыва. Таков И ты, поэт! Печальные, горькие слова! Трагическое признание гения, обреченного на непонимание современников! И все-таки время расставило все на свои места. Поэзия Пушкина и Лермонтова заняла достойное место в русской классической литературе.

Сбылись пророческие слова Пушкина: Нет, весь я не умру — душа в заветной лире Мой прах переживет и тленья убежит — И славен буду я, доколь в подлунном мире Жив будет хоть один пиит.

«Родник поэзии — есть красота…» (По лирике Лермонтова и Шевырева)

Лирика — великое чувство познания мира и человека. Сама поэзия уклоняется от определений. Ведь она одновременно и природа, и стихия, и искусство, и дело рук человеческих. Поэзия живет подобно роднику, журчащему где-то в тенистой роще.

И подобно маленькому ручейку, быстро несущему свои воды в неспокойную реку, многие стихотворения врываются в нашу жизнь. Стоишь, наблюдая за лепечущим ручейком, заглядывая в его прозрачные глаза, вслушиваешься в чуть слышное журчание, вплетенное в покой сменяющихся дней, и на душе становится тепло и уютно. Подобно

Изумительная способность к эстетическому наслаждению присуща только человеку: она есть проявление его чувствительности. Стремясь проникнуть в тайны красоты, мы исходим из того, что наше эстетическое чувство субъективно. А красота — это объективное свойство чувствительного мира, признак высшей формы развития. Прекрасно все: природа, жизнь. Наша родина прекрасна. Прекрасен человеческий труд, в процессе которого познается красота мира; прекрасно и само творчество.

У каждого лирика

В поэзии меня особенно поражает, как по разному, но по-дивному красиво описывают поэты то или иное явление природы.

Например, мы заинтересовались образом ночи. Нам заранее известно, что это такое. Но послушаем, как рисуют ночь известные поэты:

Погаснул день! — и тьма ночная своды

Небесные, как саваном покрыла.

Кой-где во тьме вертелись и мелькали

И между них земля вертелась наша;

На ней, спокойствием объятым тихим,

Это стихотворение М.Ю. Лермонтова. Перед нами изумительная картина кавказской ночи, запечатленная цепким и острым взглядом поэта. Земля, покрытая мглою, как саваном. Ночное спокойствие, разлитое вокруг. Кругом тьма, лишь мелкие точки звезд, освещают уснувшую планету. Того, кто сумел несколькими словами изобразить величественную красоту ночи, мы вправе называть поэтом. А вот другое описание:

Какая ночь! Мороз трескучий,

На небе не единой тучи;

Как сшитый полог, синий свод

Пестреет частыми звездами

В домах темно. У ворот

Затворы с тяжкими замками.

Везде покоится народ;

Утих и шум, и крик торговый;

Лишь только лает страж дворовый

Да цепью звонкою гремит.

Перед нашими глазами встает пушкинская ночь. Покрытое пологом небо, и такая же, как и у Лермонтова, глубокая тишина разлита вокруг; лишь изредка мирное спокойствие нарушает лай сторожевого пса да лязганье цепи. И опять, как и в предыдущем стихотворении, темнота и сверкающие звезды. Или другой пример:

Мчатся тучи, вьются тучи;

Освещает снег летучий;

Мутно небо, ночь мутна.

Еду, еду в чистом поле;

Страшно, страшно поневоле

Средь неведомых равнин!

Здесь тоже тишина, но тишина зловещая, растущая, нагоняющая страх. Понять и почувствовать это нам помогают глаголы движения: мчатся, вьются, еду. Сама ночь не черна, как в других стихотворениях, а мутна. Мы не можем увидеть звезды, мутная пелена застилает все вокруг. А раз человек лишен этих мерцающих огоньков, как последней надежды, в него закрадывается какой-то животный страх, помогающий нарисовать в воображении жуткие картины:

…В поле бес нас водит, видно,

Да крутит по сторонам.

Посмотри: вон, вон играет,

Дует, плюет, на меня;

Вот — теперь в овраг толкает

Ночной страх присутствует и в предыдущих стихотворениях: в образах мертвецов и скелетов, созданных в воображении лирического героя. Мы сами извлекаем на свет свои опасения и тревоги, мысленно рисуем ночные кошмары и верим в них. Таковы и герои всех трех приведенных выше стихотворений.

Ночная темень обнажает наши души, делает их уязвимыми:

Как все в тебе согласно, стройно!

Как ты велика и спокойна!

И сколько тайн твоя полна

Какие думы и порывы

Ты в недрах зачала святых,

И сколько подвигов твоих

Присвоил день самолюбивый!

Это стихи другого поэта С.П. Шевырева, современника А.С. Пушкина. Поэт воспевает ночь, он слагает ей гимн. Ночь у Шевырева таинственна и спокойна одновременно; она наводит на размышления, заставляет вспомнить и оценить предыдущий день. Но чувство страха в стихотворении не возникает. Зато есть «пророческая тишина» — величественная и неподвижная.

И теперь, когда наступает ночь, мы видим ее совершенно другими глазами. Это благодаря лирическим произведениям мы чувствуем глубже красоту поэзии. Она наполняет нашу душу родником, бьющим из самого сердца.

Неважно, о чем мы читаем, но ни одна энциклопедия не дает нам такой исчерпывающей информации, не позволяет ощутить такой красоты и чувств, которые мы испытываем, читая стихотворения русских поэтов.

Ведь любое описание природы — это не только яркая иллюстрация к книжке, но и характеристика самого человека, который эту природу любит. Это мы через его чувства постигаем окружающий лирического героя мир земной красоты. Такова впечатляющая сила поэзии. И живой ключ, бьющий где-то в далеком лесу, в тенистой роще, обладает чувством радостной неповторимости, противостоящей пошлости и скуке.

Родники русской поэзии — это та красота, которую мы не найдем ни в одном справочнике, потому что поэты способны найти красоту, в чем бы она ни была. Они находят ее и дарят нам, и красота эта становится частью нашей души.

Тема поэта и поэзии в лирике Пушкина и Лермонтова Пушкин А. С

Тема поэта и поэзии в лирике Пушкина и Лермонтова
Пушкин и Лермонтов — великие русские поэты. В своем творчестве каждый из них достиг вершин мастерства. Поэтому так интересны и важны их мысли о поэте и поэзии, о месте писателя в обществе. Мысли эти выстраданы, подчеркнуто независимы от мнений «светской черни» (стихотворения Пушкина «Разговор книгопродавца с поэтом», «Поэт и толпа», «Поэту» и др.).

Кто же такой поэт в представлении Пушкина и Лермонтова? Поэт — это избранник неба (Лермонтов о себе: «Нет, я не Байрон, я другой / Еще неведомый избранник. «), наперсник богов (вспомним стихотворение «Дельвигу» Пушкина: «»наперснику богов» не страшны бури злые. «), обладающий рядом качеств, которые отличают его от обычных людей. Поэт наделен всечеловеческой, вселенской отзывчивостью, способностью видеть мир таким, каков он есть,— «чувством правды».

Есть чувство правды в сердце человека,

Святое вечности зерно:

Пространство без границ, теченье века

Объемлет в краткий миг оно,—

писал Лермонтов в стихотворении «Мой дом».

Высшая художественная правда достигается ценой больших лишений, ценой жертвенного служения добру. Пушкин вообще считал, что

Пока не требует поэта

К священной жертве Аполлон,

В заботах суетного света

Он малодушно погружен.

Поэтическое служение —: всегда жертва, связанная с отречением от многих мирских благ. В послании «К другу стихотворцу» Пушкиным сказаны горькие слова о судьбе русских поэтов:

Лачужка под землей, высоки чердаки —

Вот пышны их дворцы, великолепны залы.

Поэтов — хвалят все, читают —лишь журналы;

Катится мимо их Фортуны колесо.

К идее жертвенности поэтического служения подводили Пушкина и Лермонтова раздумья об их собственных судьбах, сама историческая действительность. Перед глазами Пушкина был пример поэтов-декабристов, в ушах Лермонтова словно бы звучал еще преступный выстрел Дантеса. Показательно, что «глагол смерти» дважды используется уже в самом начале стихотворения «Смерть Поэта»:

Погиб поэт! — невольник чести —

Пал, оклеветанный молвой.

Мотив жертвенности чувствуется в стихотворении Пушкина «Пророк» и одноименном произведении Лермонтова. Пушкинский пророк дан в развитии, динамике, движении. Кульминация стихотворения заключается в словах:

И он мне грудь рассек мечом,

И сердце трепетное вынул,

И угль, пылающий огнем,

Во грудь отверстую водвинул.

Но принесенная жертва не напрасна. Энергия находит выход в повелительном «жги» последней строки стихотворения:

И Бога глас ко мне воззвал:

«Восстань, пророк, и вождь, и внемли,

Исполнись волею моей,

И, обходя моря и земли,

Глаголом жги сердца людей».

Стихотворение Лермонтова «Пророк» создано совсем в другую эпоху. Усиление консервативных тенденций в обществе оказало влияние и на поэзию. Лермонтовского пророка забрасывают камнями. Он бежит от «ближних», бежит, но остается пророком. Жертва принесена, но это бесполезная жертва. В этом и заключается трагизм лермонтовского героя. Пророку внемлет лишь безгрешная природа:

Завет предвечного храня,

Мне тварь покорна там земная;

И звезды слушают меня,

Лучами радостно играя.

Самолюбивые старцы пугают им детей:

Смотрите ж, дети, на него:

Как он угрюм, и худ, и бледен!

Смотрите, как он наг и беден,

Как презирают все его!

Сходные мотивы находим и во многих других лермонтовских стихотворениях периода политической реакции в стране («Поэт», «Не верь себе», «Журналист, читатель и писатель»), а также в лирике 30-х годов Пушкина. Достаточно вспомнить стихотворение «Эхо»:

Ревет ли зверь в лесу глухом,

Трубит ли рог, гремит ли гром,

Поет ли дева за холмом —

Свой отклик в воздухе пустом

Родить ты вдруг.

Ты внемлешь грохоту громов,

И гласу бури и валов,

И крику сельских пастухов —

Тебе ж нет отзыва.

Таков И ты, поэт!

Печальные, горькие слова! Трагическое признание гения, обреченного на непонимание современников! И все-таки время расставило все на свои места. Поэзия Пушкина и Лермонтова заняла достойное место в русской классической литературе. Сбылись пророческие слова Пушкина:

Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Добавить комментарий

;-) :| :x :twisted: :smile: :shock: :sad: :roll: :razz: :oops: :o :mrgreen: :lol: :idea: :grin: :evil: :cry: :cool: :arrow: :???: :?: :!:

ТЕМА ПОЭТА И ПОЭЗИИ В ЛИРИКЕ ПУШКИНА И ЛЕРМОНТОВА

Пушкин и
Лермонтов. Их имена рядом на небосклоне
русской поэзии. В своем творчестве каждый
из них достиг вершин мастерства, поэтому
так интересны и важны для нас их мысли о
поэте и поэзии, о месте писателя в обществе.
Мысли эти выстраданы, подчеркнуто
независимы от мнений “светской черни” (стихотворения
А.С. Пушкина “Разговор книгопродавца с
поэтом” (1824), “Поэт и толпа” (1828), “Поэту”
(1830) и другие).

Кто же
такой поэт в представлении Пушкина и
Лермонтова? Поэт — избранник неба (Лермонтов
о себе: “Нет, я не Байрон, я другой. Еще
неведомый избранник. ”), наперсник богов (вспомним
стихотворение Пушкина “Дельвигу” (1817): “наперснику
богов не страшны бури злые. ”), обладающий
рядом качеств, которые отличают его от
обычных людей. Поэт наделен
всечеловеческой, вселенской отзывчивостью.
“Чувство правды”, способность видеть мир
таким, каков он есть, — неотъемлемое
свойство всякого истинного поэта.

Есть
чувство правды в сердце человека,

Пространство
без границ, теченье века

Объемлет в
краткий миг оно, —

писал М.Ю.
Лермонтов в стихотворении “Мой дом” в 1830
году. Высшая художественная правда
достигается ценой больших лишений, ценой
жертвенного служения добру. Пушкин вообще
считал, что:

Пока не
требует поэта

К священной
жертве Аполлон,

В заботах
суетного света

Поэтическое
служение — всегда жертва, связанная с
отречением от многих “мирских благ”. В
послании “К другу стихотворцу” (1814)
Пушкиным сказаны горькие слова о судьбе
русских поэтов:

Лачужка под
землей, высоки чердаки —

Вот пышны
их дворцы, великолепны залы.

Поэтов —
хвалят все, питают — лишь журналы;

Катится
мимо их фортуны колесо.

К идее
жертвенности поэтического служения
подводили Пушкина и Лермонтова раздумья об
их собственных судьбах, сама историческая
действительность. Перед глазами Пушкина
был пример поэтов-декабристов, в ушах
Лермонтова еще словно бы звучал преступный
выстрел Дантеса. Показательно, что “глагол
смерти” дважды
используется уже в самом начале
стихотворения “Смерть поэта” (1837):

Погиб поэт!
— невольник чести —

Мотив
жертвенности чувствуется и в стихотворении
Пушкина “Пророк” (1826), и в одноименном
произведении Лермонтова. Пушкинский пророк
дан в развитии, в динамике, в движении.
Кульминация стихотворения заключается в
словах:

И он мне
грудь рассек мечом,

И сердце
трепетное вынул,

И угль,
пылающий огнем,

Во грудь
отверстую водвинул.

Но
принесенная жертва не напрасна. Энергия
находит выход в повелительном “жги”
последней строки:

И Бога глас
ко мне воззвал:

“Восстань,
пророк, и виждь, и внемли,

Исполнись
волею моей, И, обходя моря и земли,

Глаголом
жги сердца людей”.

Стихотворение
Лермонтова “Пророк” (1841) создано совсем в
другую эпоху. Усиление консервативных
тенденций в обществе оказало влияние и на
поэзию. Лермонтовского пророка забрасывают
камнями. Он бежит от “ближних”, бежит, но
остается пророком. Жертва принесена, но это
бесполезная жертва. В этом и заключается
трагизм лермонтовского героя. Пророку
внемлет лишь безгрешная природа:

Мне тварь
покорна там земная;

И звезды
слушают меня,

Самолюбивые
старцы пугают им детей:

“. Смотрите
ж, дети, на него:

Как он
угрюм, и худ, и бледен!

Смотрите,
как он наг и беден,

Как
презирают все его!”

Сходные
мотивы находим и во многих других
стихотворениях Лермонтова периода
политической реакции в стране: “Поэт” (1838),
“Не верь себе” (1839), “Журналист, читатель и
писатель” (1840) и в лирике Пушкина 1830-х годов.
Достаточно вспомнить стихотворение “Эхо”
(1831):

Ревет ли
зверь в лесу глухом,

Трубит ли
рог, гремит ли гром,

Поет ли
дева за холмом —

Свой отклик
в воздухе пустом

Ты внемлешь
грохоту громов,

И гласу
бури и валов,

И крику
сельских пастухов —

Тебе ж нет
отзыва. Таков

Печальные,
горькие слова! Трагическое признание гения,
обреченного на непонимание современников!
И все-таки время расставило все на свои
места. Поэзия Пушкина и Лермонтова заняла
достойное место в русской классической
литературе. Сбылись пророческие слова
Пушкина:

Нет, весь я
не умру — душа в заветной лире

Мой прах
переживет и тленья убежит —

И славен
буду я, доколь в подлунном мире

Сочинение по произведению на тему: Тема поэта и поэзии в творчестве А. С. Пушкина

По стихотворениям:
“Разговор книгопродавца с поэтом”, 1824;
“Пророк”, 1826;
“Поэт”, 1827;
“Чернь”, 1828;
“Поэту”, 1830;
“Эхо”, 1831;
“Я памятник себе воздвиг нерукотворный. ”, 1836.

Поэзию не должно считать излишней роскошью; когда поэт своею мощною лирой пробуждает народный дух, то он совершает героический подвиг.
Альфред Теннисон (англ, поэт)

Пушкин — поэт мирового значения, прекрасно знающий поэзию всех времен и народов, всю свою жизнь посвятивший поэтическому творчеству, написал много стихотворений, раскрывающих с разных сторон тему поэта и поэзии. В этих стихотворениях поэт ставит и разрешает следующие важнейшие вопросы: в чем сущность самого процесса творчества, какими духовными чертами должен обладать поэт, его отношение к окружающему миру, содержание поэтических произведений, в чем заключается заслуга поэта перед своим народом? Для Пушкина поэзия — искусство, высочайшее проявление творческого духа. Поэтому обязательным условием творческой деятельности была для поэта свобода творчества, независимость личности.
В стихотворении “Поэт” автор дает характеристику творческого акта поэта. Поэзия, по мнению Пушкина, состоит не в том, чтобы в стихах пересказать свои обычные чувства и мысли. Поэт в жизни может ничем не отличаться от обыкновенных людей. Это потому, что не проявляются его особые свойства как поэта, его “душа” спит, и “молчит его святая лира”. Когда же к нему приходит вдохновенье, когда он слышит зов бога поэзии Аполлона, то совершенно меняется: проявляются его высокие поэтические, человеческие качества — мудрость, проницательность, глубина чувств, благородство.

Но лишь божественный глагол
До слуха чуткого коснется,
Душа поэта встрепенется.

Поэт ищет одиночества, общения с природой, чтобы верно и сильно выразить в поэтических словах высокое содержание пробудившейся души.
После событий 14 декабря 1825 года без связи с друзьями, одинокий Пушкин жил в Михайловском, как будто “в пустыне мрачной”. Его волновали думы о судьбе и назначении писателя в условиях жестокой николаевской реакции. Он готов был не только разделить участь “друзей, братьев, товарищей”, но и неуклонно продолжать начатое ими благородное дело своим поэтическим словом. Однако заявить об этом открыто было нельзя, и Пушкин создает аллегорическое стихотворение “Пророк”, написанное, как предполагают, непосредственно под впечатлением кровавой расправы с декабристами в 1826 году. Стихотворение представляет собой поэтическое переложение одной из легенд библии. Пушкин умышленно сохраняет старинный библейский стиль и вводит церковнославянские слова. Смысл стихотворения иносказательный: в облике пророка выступает поэт-гражданин, несущий свое пламенное слово в народ. Шестикрылый серафим изменил в нем все: зрение, слух, сердце. Поэту дано все видеть, все слышать, все знать, он исполнен чувства любви, правды, справедливости, слово его будет “жечь сердца людей”. Авторская мысль в том, что поэзия — трудное, мудрое дело, оно непосильно не посвященным в тайны поэтического искусства. Поэт — это пророк, которому дано видеть, слышать и понимать то, что не понимает обыкновенный человек. Содержанием поэзии должна быть жизнь во всем ее многообразии. А назначение поэта — “глаголом жечь сердца людей”, то есть поэзия не должна служить избранным, она должна иметь высокое общественное значение. Слово поэта должно нести правду, справедливость, любовь.
Теме стихотворения — героическому служению людям — соответствует высокий, торжественный слог и тон произведения. Это создается употреблением архаизмов, славянизмов (“вещие зеницы”, “и внял я”), особыми конструкциями фраз (фразы-инверсии). Особой выразительностью отличаются глаголы, передающие процесс превращения поэта в поэта-пророка: влачился, отверзлись, рассек, воззвал, виждь, внемли. Слитность содержания и формы в этом стихотворении воздействовала на читателя. В первоначальном варианте последние четыре строки звучали более остро, как прямое обличение поэтом-пророком царя-тирана:

Восстань, пророк, пророк России,
В позорны ризы облекись,
Иди и с вервием на выи
К убийце гнусному явись.

В 1833 году Пушкин написал стихотворение “Осень”. Последняя строфа этого неоконченного стихотворения посвящена теме творчества. Тема поэта и поэзии ставится здесь как живая, образная картина состояния поэта в минуты вдохновенья, в едва уловимые моменты зарождения поэтических созданий.

. в камельке забытом
Огонь опять горит — то яркий свет лиет,
То тлеет медленно — а я пред ним читаю,
Иль думы долгие в душе моей питаю.
И забываю мир, и в сладкой тишине
Я сладко усыплен моим воображеньем
И пробуждается поэзия во мне.

Поэзия рождается из многообразного бесконечного ряда ощущений, размышлений, наблюдений, переживаний. В душе поэта происходит “воображенье”, “стесненье души лирическим волненьем”, “мысли волнуются в отваге, и рифмы легкие навстречу им бегут”. Изображение душевного состояния поэта в минуты творчества, вдохновенья заканчиваются строкой:

Минута — и стихи свободно потекут.

Так поэт рассказывает о зарождении его поэтических творений.
В стихотворении “Поэту” Пушкин говорит о независимости творчества от оценки толпы. Он на себе испытал похвалы, “суд глупца и смех толпы холодной”, однако не потерял веру в себя и свое призвание. Он призывает поэта:

. дорогою свободной
Иди, куда влечет тебя свободный ум.
Ты сам свой высший суд,
Всех строже оценить умеешь ты свой труд.

Стихотворение написано в форме сонета, старинной стихотворной форме, и подчеркивает независимость творчества автора. В представлении многих современников Пушкина вдохновение поэта и его материальные расчеты никак не согласовывались. Он, будучи поэтом-профессионалом, различал в поэтическом труде две стороны: творческий процесс я его результат — “рукопись”.

Не продается вдохновенье,
Но можно рукопись продать.

Так говорит автор в своем стихотворении “Разговор книгопродавца с поэтом”. Право на оплату труда представлялось Пушкину естественным и законным, так как обеспечивало жизнь.
В 1831 году написано стихотворение “Эхо”. Оно представляет собой развернутое сравнение. Поэт подобен эху. Эхо чутко откликается на все окружающие его звуки.
Ревет ли зверь в лесу глухом, Трубит ли рог, гремит ли гром, Поет ли дева за холмом — На всякий звук Свой отклик в воздухе пустом Родишь ты вдруг.
Так и поэт отражает в своем творчестве все явления окружающей жизни. 21 августа 1836 года Пушкиным было написано большое стихотворение “Я памятник себе воздвиг нерукотворный. ”, которое является поэтическим выражением многолетних раздумий поэта о назначении искусства, о существеннейших сторонах своего творчества, о своих заслугах перед Родиной. В стихотворении Пушкин с гордостью говорит о народном признании его произведений — к памятнику “не зарастет народная тропа”; о гуманизме своего творчества — “чувства добрые я лирой пробуждал”, и о свободолюбии — “. в мой жестокий век восславил я свободу и милость к падшим призывал”.
Пушкин считает себя не просто русским, но и общенациональным поэтом. своей поэзией он обращается ко всем народам, как к равным:

Слух обо мне пройдет по всей Руси великой,
И назовет меня всяк сущий в ней язык.
И гордый внук славян, и финн,
И ныне дикой тунгус, и друг степей калмык.

В “Памятнике” поэт утверждает не только важность своего творчества для всех народов России, но и свое мировое значение:

И славен буду я, доколь в подлунном мире
Жив будет хоть один пиит.

В стихотворении необычайно высоко понимание значения поэта и поэтического творчества. “Нерукотворный памятник” Пушкина “вознесся выше. главою непокорной Александрийского столпа” — это символическое и гордое утверждение величия дела,’ им совершенного. Высокой торжественной теме стихотворения соответствует и жанр (ода), и мерный шестистопный ямб, изредка сменяющийся четырехстопным, и торжественная речь, насыщенная архаизмами и старославянскими словами.
Высоко ценя достоинства пушкинской лирики, Белинский писал: “Ни один из русских поэтов не может быть столько, как А. С. Пушкин, воспитателем юношества, образователем юного чувства. В поэзии Пушкина есть небо, но им всегда проникнута земля”.
В 1987 году наша страна отмечала пушкинский юбилей. Праздник поэта проходил во всех пушкинских местах. Директор Дома-музея поэта в Михайловском С. С. Гейченко говорил: “Мы счастливы, имея такого поэта, как Пушкин, но и Пушкин должен быть счастлив, имея таких потомков”.

Тема поэта и поэзии в лирике А. С. Пушкина

Эта традиционная тема волновала таких поэтов, как Гораций, Байрон, Жуковский, Державин и другие. Лучшие достижения мировой и русской литературы использовал в своей поэзии А. С. Пушкин. Наиболее ярко это проявилось в теме предназначения поэта и поэзии.
Этот вопрос затрагивается в первом опубликованном стихотворении “К другу стихотворцу” (1814). Поэт говорит о горестях, выпадающих на долю поэтов, которых

. хвалят все, питают — лишь журналы;
Катится мимо их Фортуны колесо.
Их жизнь — ряд горестей, гремяща слава — сон.

Автор советует начинающему поэту быть “спокойным”. Он видит назначение поэзии в том, чтобы приносить пользу обществу. По его мнению, “хорошие стихи не так легко писать”, но уж если писать, то только хорошие. “Неподкупный голос” лирического героя слышен в стихотворении 1818 года “КН. Плюсковой”. Поэт обращается к фрейлине императрицы Елизаветы Алексеевны, выражая свою независимость по отношению к властям:

Свободу лишь учася славить,
Стихами жертвуя лишь ей,
Я не рожден царей забавить
Стыдливой музою моей.
Любовь и тайная свобода
Внушали сердцу гимн простой,
И неподкупный голос мой
Был эхо русского народа.

В стихотворении 1824 года “Разговор книгопродавца с поэтом” рассудительный книгопродавец замечает:

Не продается вдохновенье,
Но можно рукопись продать.

Стихотворение заканчивается признанием поэтом правоты продавца книг. Заключительные строки стихотворения написаны в прозе. Этот переход на прозаическую речь переносит читателя из мира мечтаний о возвышенном в мир приземленной действительности. В этом стихотворении Пушкин выступил новатором: он впервые выразил реалистическое отношение к деятельности поэта.
В стихотворении “Пророк” (1826) в аллегорической форме рассказывается о преобразовании простого человека в поэта-пророка. “Шестикрылый серафим” наделяет человека “вещими зеницами”, необыкновенным слухом, жалом “мудрыя змеи”, вместо сердца “вдвигает” ему в грудь “угль, пылающий огнем”. Но и этого полного преобразования оказывается недостаточно для того, чтобы человек стал поэтом-пророком, для этого нужна воля Бога:

И бога глас ко мне воззвал:
“Восстань, пророк, и виждь, и внемли,
Исполнись волею моей,
И, обходя моря и земли,
Глаголом жги сердца людей”.

Таким образом, Пушкин в “Пророке” видит назначение поэта и поэзии в том, чтобы “глаголом жечь сердца людей”.
Через два года было написано стихотворение “Поэт и толпа”, обличающее отношение светской “черни” к поэту.

Зачем так звучно он поет.
Как ветер песнь его свободна,
Зато как ветер и бесплодна:
Какая польза нам от ней?

Однако поэт также выражает свое отношение к “черни”:

Подите прочь — какое дело
Поэту мирному до вас!
В разврате каменейте смело,
Не оживит вас лиры глас!

По мнению Пушкина, поэты рождаются “для вдохновенья, для звуков сладких и молитв”.
Поэт — сложное существо, отмеченное свыше, наделенное частью созидающей силы господа Бога, но в то же время он — обычный живой земной человек. Бог шлет поэту вдохновенье, и тогда —

Душа поэта встрепенется,
Как пробудившийся орел.

Пушкин создает образ поэта, борющегося за свободу выражения своих мыслей, за правдивость поэзии, за свою независимость от власти денег и толпы. Так, в стихотворении “Поэту” (1830) автор обращается к поэту:

Поэт! не дорожи любовию народной.
Восторженных похвал пройдет минутный шум;
Услышишь суд глупца и смех толпы холодной:
Но ты останься тверд, спокоен и угрюм.

При этом участь поэта — быть одиноким человеком. Пушкин призывает поэта идти “дорогою свободной, куда влечет тебя свободный ум”. Тему взаимоотношения толпы и художника Пушкин продолжает в стихотворении “Эхо” (1831). Автор сравнивает творческую деятельность поэта с эхом:

На всякий звук
Свой отклик в воздухе пустом
Родишь ты вдруг.
Тебе ж нет отзыва. Таков
И ты, поэт!

Образ поэта, не ценящего “громкие права”, не зависящего “от царя”, “от народа”, дающего отчет “себе лишь самому”, создан Пушкиным в стихотворении 1836 года “Не дорого ценю я громкие права. ” (Из Пиндемонти). Счастье для истинного поэта, по мнению автора, —

По прихоти своей скитаться здесь и там,
Дивясь божественным природы красотам,
И пред созданьями искусств и вдохновенья
Трепеща радостно в восторгах умиленья.

Своего рода поэтическим завещанием Пушкина явилось стихотворение “Я памятник себе воздвиг нерукотворный” (1836), написанное за полгода до смерти. Оно восходит к оде римского поэта Горация “К Мельпомене”, стихотворениям Ломоносова, Державина.
Пушкин выделил существенное качество своего творчества — служение народу, а также то, “что чувства добрые пробуждал” своим поэтическим творчеством:

И долго буду тем любезен я народу,
Что чувства добрые я лирой пробуждал,
Что в мой жестокий век восславил я Свободу
И милость к падшим призывал. Обращаясь к Музе, он призывает:
Веленью божию, о муза, будь послушна,
Обиды не страшась, не требуя венца;
Хвалу и клевету приемли равнодушно,
И не оспаривай глупца.

Поэт, по мнению Пушкина, должен ни от кого не зависеть, ни перед кем “не клонить гордой головы”, а достойно выполнять свое предназначение — “глаголом жечь сердца людей”. Еще в пятнадцать лет в стихотворении “К другу стихотворцу” Пушкин заявил:

И знай, мой жребий пал, я лиру избираю.
Пусть судит обо мне как хочет целый свет,
Сердись, кричи, бранись, — а я таки поэт.

Позже Пушкин скажет: “Цель поэзии — поэзия”, — и останется верен этому до конца.

37786 человек просмотрели эту страницу. Зарегистрируйся или войди и узнай сколько человек из твоей школы уже списали это сочинение.

Рекомендуем эксклюзивные работы по этой теме, которые скачиваются по принципу «одно сочинение в одну школу»:

/ Сочинения / Пушкин А.С. / Разное / Тема поэта и поэзии в лирике А. С. Пушкина

Смотрите также по разным произведениям Пушкина:

Чему учат нас сказки

Школьное сочинение

Я очень люблю читать сказки. Добрые, веселые и поучительные, они на долгие годы становятся нашими друзьями и советчиками в разных сложных ситуациях. Сказочные герои своими поступками помогают нам учиться отличать добро от зла, правду ото лжи, стать честными, смелыми, справедливыми.

«Сказка о мертвой царевне и семи богатырях», написанная А. С. Пушкиным, переносит нас во времена царей и цариц, богатырей и волшебных зеркал. Однако и здесь, в стенах богатого дворца, живут зависть и ревность, злоба и лицемерие. Много горя и бед довелось испытать молодой прекрасной царевне, оставшейся без матери. Однако чистота души, терпимость, верность данному слову и чувству, доброта и трудолюбие помогли ей преодолеть все козни злой и коварной мачехи и дождаться своего счастья. Эта сказка учит нас тому, что чудеса в мире происходят не только благодаря волшебству и колдовству. Самую лучшую, самую интересную и самую правдивую сказку человек может сделать реальностью только своими силами, потому что доброе сердце и вера в лучшее — самые могущественные волшебники.

Смотрите также:

УкрЛіб © 2000 — 2020, Євген Васильєв
При використанні матеріалів сайту, посилання на УкрЛіб обов’язкове.

Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Добавить комментарий

;-) :| :x :twisted: :smile: :shock: :sad: :roll: :razz: :oops: :o :mrgreen: :lol: :idea: :grin: :evil: :cry: :cool: :arrow: :???: :?: :!: