Листья — Ф

Пусть сосны и ели
Всю зиму торчат,
В снега и метели
Закутавшись, спят, —
Их тощая зелень,
Как иглы ежа,
Хоть ввек не желтеет,
Но ввек не свежа.

Мы ж, легкое племя,
Цветем и блестим
И краткое время
На сучьях гостим.
Все красное лето
Мы были в красе —
Играли с лучами,
Купались в poce.

Но птички отпели,
Цветы отцвели,
Лучи побледнели,
Зефиры ушли.
Так что же нам даром
Висеть и желтеть?
Не лучше ль за ними
И нам улететь!

О буйные ветры,
Скорее, скорей!
Скорей нас сорвите
С докучных ветвей!
Сорвите, умчите,
Мы ждать не хотим,
Летите, летите!
Мы с вами летим.

Анализ стихотворения Тютчева «Листья»

Федор Тютчев как поэт, проповедующий идеи романтизма, сформировался примерно к середине 19 века. Однако первые стихи им были написаны еще до путешествия за границу, которое полностью изменило взгляды Тютчева на современную русскую литературу. К раннему периоду творчества относится и стихотворение «Листья», которое было написано в 1830 году, когда его автору едва исполнилось 17 лет.

С первых строк это произведение можно отнести к пейзажной лирике, так как поэт описывает зимний лес, укрытый шапками снега. Однако это описание кажется весьма странным. В нем нет восхищения или же умиления красотой природы. Наоборот, Тютчев отмечает, что иголки сосен и елей хоть и не утратили своей зелени, однако на фоне снежных сугробов выглядят жалкими и мертвыми. Гораздо честнее, на его взгляд, поступают березы и осины, листья которых, отмирая, падают на землю. И лишь некоторые из них даже зимой проглядывают из-за снежных шапок, являя собой весьма печальное и удручающее зрелище.

Вторая часть стихотворения «Листья» посвящена сравнительному анализу сущности природы и человека. Автор, несмотря на очевидную молодость, ощущает себя в душе глубоким старцем, поэтому пишет о том, что он и его ровесники – «легкое племя», жизнь которого кратковременна. Люди, словно листья, радуются солнечным лучам, ветру и росе. «Но птички отпели, цветы отцвели», — отмечает автор, намекая на то, что молодость проходит очень быстро, зрелость приносит разочарование, а старость – болезни и осознание собственной никчемности. «Так что же нам даром висеть и желтеть?», — вопрошает автор.

По его мнению, старость и немощность невозможно побороть, однако жизнь в пожилом возрасте теряет не только свою привлекательность, но и смысл. Еще не осознав того, что каждый прожитый год делает человека мудрее и дает ему богатую пищу для размышлений, Тютчев видит в финале любой жизни лишь разочарование и всячески противится тому, чтобы на личном опыте его испытать. Именно поэтому с юношеским максимализмом он призывает ветер сорвать с веток пожелтевшие листья, подразумевая, что старикам гораздо разумнее закончить свой земной путь и отправиться в вечное путешествие, чем досаждать окружающим своими капризами, болезнями и нравоучениями.

«Сорвите, умчите, мы ждать не хотим, летите, летите! Мы с вами летим!», — именно так юный Тютчев формулирует свое отношение к старости. Создавая это стихотворение, поэт убежден, что умрет достаточно молодым, и ему не доведется испытать те чувства, которые свойственны людям пожилого возраста на пороге естественной смерти. Автор рассчитывает на то, что его жизнь оборвется внезапно, и у него не будет времени на сожаления о том, что она оказалась столь скоротечной.

Правда, сбыться юношеским надеждам Тютчева было не суждено, так как последние полгода перед смертью он провел в постели, полностью парализованный и зависимый от близких ему людей. Тем не менее, в какой-то степени стихотворение «Листья» оказалось пророческим, так как Тютчев до самых последних дней своей жизни не смог смириться с тем, что его тело отказывается выполнять команды мозга, дряхлеет и утрачивает жизненную силу. Именно поэтому, пережив свой первый инсульт в декабре 1872 года, поэт не захотел прислушиваться к увещеваниям врачей, и уже 1 января отправился с дружеским визитом к знакомым. Это решение стало для поэта роковым, так как во время прогулки с ним случился повторный инсульт, после которого Тютчев уже не смог оправиться. Равно как и не сумел опровергнуть истину о том, что у каждого человека – своя судьба, и попытки ее изменить, подстроив под собственные желания, лишь в исключительных случаях могут увенчаться успехом.

Сообщение о Федоре Ивановиче Тютчеве с кратким содержанием

На нашем сайте Вы можете скачать сообщение о Федоре Ивановиче Тютчеве или прочитать его краткое содержание.

Мы настоятельно рекомендуем Вам прочитать полный вариант сообщения, поскольку его краткое содержание не способно раскрыть всю сложность личности и глубину творчества Тютчева, знакомство с поэзией которого, как правило, начинается в 6 классе.

Краткое содержание сообщения о Федоре Ивановиче Тютчеве

Биография

Федор Иванович Тютчев (5.12.1803 – 15.07.1873) родился в дворянской семье, в имении Овстуг (Брянский уезд, Орловская губерния). Детские годы Тютчева прошли в Москве. Домашние учителя во главе с поэтом-переводчиком Семеном Раичем обучали его латыни и античной лирике. О способностях будущего дипломата и поэта говорит то, что он в 14 лет уже был вольнослушателем словесного отделения Московского университета.

После окончания университета Тютчев начинает дипломатическую карьеру (20 лет работает в Мюнхене и 2 года в Турине). В 1839 году он выходит в отставку, вызванную его самовольной поездкой в Швейцарию для бракосочетания с Эрнестиной Дернберг. Первая жена Тютчева, Элеонора Петерсен, скончалась 1838 году. На государственную службу Тютчев возвращается в 1845 году и становится старшим цензором министерства иностранных дел. В 1850 году Ф.И.Тютчев познакомился Елене Александровне Денисьевой, которая стала его последней любовью, осужденной высшим светом за разницу в положении и возрасте.

В 1858 году Федор Иванович становится Председателем комитета иностранной цензуры и занимает этот пост 15 лет. За заслуги Тютчев получает в 1865 году высокий чин тайного советника. Интересуется европейской политикой, пишет политические статьи, несмотря на слабеющее здоровье. Сильные головные боли и утрата свободы движения левой рукой в конце 1872 года были симптомом надвигающего инсульта, от которого поэт скончался через 8 месяцев в Царском селе.

Основные периоды творчества Ф.И. Тютчева

Собственные стихи Тютчев начал писать рано: первые из них («Любезному папеньке!», «Всесилен я и вместе слаб…») датируются 1813-1816 годами. Первые публикации известны только узкому кругу близких людей, потому что поэт печатался очень мало. Перу Тютчева принадлежит около 400 стихотворений (считая варианты и незавершенные черновики), а его творческий и жизненный путь можно разделить на три периода:

  1. Детское и юношеское творчество в духе поэзии 18 века (1810 – 1820).
  2. Оригинальное творчество – синтез русской одической поэзии 18 века и традиций европейского романтизма (середина 1820-х –1840-е годы). В 1836 году в «Современнике» А.С. Пушкина публикуется 16 и потом еще 8 стихотворений Ф.И. Тютчева под заголовком «Стихотворения, присланные из Германии».
  3. После 10-летнего периода, когда стихи Тютчевым почти не писались, с 1850-х по 1870-е годы он создает много политических стихотворений и стихов «на случай». В 1854 году состоялась публикация его первой книги, в которой были старые и новые стихи, составившие знаменитый «денисьевский цикл», посвященный Елене Денисьевой («Я очи знал, о, эти очи. », «Последняя любовь», «Сегодня, друг, пятнадцать лет минуло…» и др.).

Первое знакомство с Ф.И. Тютчевым в школе

С изучения в 6-м классе краткой биографии и нескольких стихотворений поэта (в основном пейзажных) начинается постижение лирики и личности Ф.И. Тютчева. Стихотворения «Листья», «Неохотно и несмело. » позволяют почувствовать сложные, переходные состояния природы, воплощают смятение чувств в душе поэта. В стихотворении «С поляны коршун поднялся. » противопоставлены два образа: свобода полета вольной птицы и земная – «в поте и пыли» – ипостась человека. В список дополнительной литературы для самостоятельного чтения в 6 классе включено еще 3 стихотворения: «Сон на море», «Весна», «Как весел грохот летних бурь. ».

Тюютчев Ф.И. Стихи о природе

В небе тают облака

В небе тают облака,
И, лучистая на зное,
В искрах катится река,
Словно зеркало стальное…

Час от часу жар сильней,
Тень ушла к немым дубровам,
И с белеющих полей
Веет запахом медовым.

Чудный день! Пройдут века —
Так же будут, в вечном строе,
Течь и искриться река
И поля дышать на зное.

Еще в полях белеет снег,
А воды уж весной шумят —
Бегут и будят сонный брег,
Бегут и блещут и гласят —

Они гласят во все концы:
«Весна идет, весна идет!
Мы молодой весны гонцы,
Она нас выслала вперед».

Весна идет, весна идет!
И тихих, теплых майских дней
Румяный, светлый хоровод
Толпится весело за ней!

Люблю грозу в начале мая,
Когда весенний, первый гром,
Как бы резвяся и играя,
Грохочет в небе голубом.

Гремят раскаты молодые!
Вот дождик брызнул, пыль летит…
Повисли перлы дождевые,
И солнце нити золотит…

С горы бежит поток проворный,
В лесу не молкнет птичий гам,
И гам лесной, и шум нагорный —
Все вторит весело громам…

Ты скажешь: ветреная Геба, 1
Кормя Зевесова орла,
Громокипящий кубок с неба,
Смеясь, на землю пролила!

Весна (Любовь земли и прелесть года)

Любовь земли и прелесть года,
Весна благоухает нам.
Творенью пир дает природа,
Свиданья пир дает сынам.

Дух жизни, силы и свободы
Возносит, обвевает нас.
И радость в душу пролилась,
Как отзыв торжества природы,
Как Бога животворный глас.

Где вы, Гармонии сыны.
Сюда. и смелыми перстами
Коснитесь дремлющей струны,
Нагретой яркими лучами
Любви, восторга и весны.

Как в полном, пламенном расцвете,
При первом утра юном свете,
Блистают розы и горят;
Как зефир в радостном полете
Их разливает аромат:

Так, разливайся, жизни сладость,
Певцы. за вами по следам.
Так порхай наша, други, младость
По светлым счастия цветам.

Вам, вам сей бедный дар признательной любви,
Цветок простой, не благовонный;
Но вы, наставники мои,
Вы примете его с улыбкой благосклонной.
Так слабое дитя, любви своей в залог,
Приносит матери на лоно
В лугу им сорванный цветок.

Весна (Как ни гнетёт рука судьбины)

Как ни гнетет рука судьбины,
Как ни томит людей обман,
Как ни браздят чело морщины,
И сердце как ни полно ран,
Каким бы строгим испытаньям
Вы ни были подчинены —
Что устоит перед дыханьем
И первой встречею весны!

Весна… она о вас не знает,
О вас, о горе и о зле,
Бессмертьем взор ее сияет,
И ни морщины на челе.
Своим законам лишь послушна,
В условный час слетает к вам
Светла, блаженно-равнодушна,
Как подобает божествам.

Цветами сыплет над землею,
Свежа, как первая весна;
Была ль другая перед нею —
О том не ведает она:
По небу много облак бродит,
Но эти облака ея,
Она ни следу не находит
Отцветших весен бытия.

Не о былом вздыхают розы
И соловей в ночи поет,
Благоухающие слезы
Не о былом аврора льет —
И страх кончины неизбежной
Не свеет с древа ни листа:
Их жизнь, как океан безбрежный,
Вся в настоящем разлита.

Игра и жертва жизни частной!
Приди ж, отвергни чувств обман
И ринься, бодрый, самовластный,
В сей животворный океан!
Приди, струей его эфирной
Омой страдальческую грудь —
И жизни божеско-всемирной
Хотя на миг причастен будь!

Есть в осени первоначальной

Есть в осени первоначальной
Короткая, но дивная пора —
Прозрачный воздух, день хрустальный,
И лучезарны вечера…

Где бодрый серп гулял и падал колос,
Теперь уж пусто все — простор везде, —
Лишь паутины тонкий волос
Блестит на праздной борозде…

Пустеет воздух, птиц не слышно боле,
Но далеко еще до первых зимних бурь —
И льется чистая и теплая лазурь
На отдыхающее поле…

Зима недаром злится

Зима недаром злится,
Прошла ее пора —
Весна в окно стучится
И гонит со двора.

И все засуетилось,
Все нудит Зиму вон —
И жаворонки в небе
Уж подняли трезвон.

Зима еще хлопочет
И на Весну ворчит:
Та ей в глаза хохочет
И пуще лишь шумит…

Взбесилась ведьма злая
И, снегу захватя,
Пустила, убегая,
В прекрасное дитя…

Весне и горя мало:
Умылася в снегу
И лишь румяней стала
Наперекор врагу.

Как весел грохот летних бурь

Как весел грохот летних бурь,
Когда, взметая прах летучий,
Гроза, нахлынувшая тучей,
Смутит небесную лазурь
И опрометчиво-безумно
Вдруг на дубраву набежит,
И вся дубрава задрожит
Широколиственно и шумно.

Как под незримою пятой,
Лесные гнутся исполины;
Тревожно ропщут их вершины,
Как совещаясь меж собой, —
И сквозь внезапную тревогу
Немолчно слышен птичий свист,
И кой-где первый желтый лист,
Крутясь, слетает на дорогу…

Как неожиданно и ярко

Как неожиданно и ярко,
На влажной неба синеве,
Воздушная воздвиглась арка
В своем минутном торжестве!
Один конец в леса вонзила,
Другим за облака ушла —
Она полнеба обхватила
И в высоте изнемогла.

О, в этом радужном виденье
Какая нега для очей!
Оно дано нам на мгновенье,
Лови его — лови скорей!
Смотри — оно уж побледнело,
Еще минута, две — и что ж?
Ушло, как то уйдет всецело,
Чем ты и дышишь и живешь.

Как хорошо ты, о море ночное

Как хорошо ты, о море ночное, —
Здесь лучезарно, там сизо-темно…
В лунном сиянии, словно живое,
Ходит, и дышит, и блещет оно…

На бесконечном, на вольном просторе
Блеск и движение, грохот и гром…
Тусклым сияньем облитое море,
Как хорошо ты в безлюдье ночном!

Зыбь ты великая, зыбь ты морская,
Чей это праздник так празднуешь ты?
Волны несутся, гремя и сверкая,
Чуткие звезды глядят с высоты.

В этом волнении, в этом сиянье,
Весь, как во сне, я потерян стою —
О, как охотно бы в их обаянье
Всю потопил бы я душу свою…

Уж солнца раскаленный шар
С главы своей земля скатила,
И мирный вечера пожар
Волна морская поглотила.

Уж звезды светлые взошли
И тяготеющий над нами
Небесный свод приподняли
Своими влажными главами.

Река воздушная полней
Течет меж небом и землею,
Грудь дышит легче и вольней,
Освобожденная от зною.

И сладкий трепет, как струя,
По жилам пробежал природы,
Как бы горячих ног ея
Коснулись ключевые воды.

Пусть сосны и ели
Всю зиму торчат,
В снега и метели
Закутавшись, спят —
Их тощая зелень,
Как иглы ежа,
Хоть ввек не желтеет,
Но ввек не свежа.

Мы ж, легкое племя,
Цветем и блестим
И краткое время
На сучьях гостим.
Все красное лето
Мы были в красе —
Играли с лучами,
Купались в росе.

Но птички отпели,
Цветы отцвели,
Лучи побледнели —
Зефиры ушли.
Так что же нам даром
Висеть и желтеть?
Не лучше ль за ними
И нам улететь!

О буйные ветры,
Скорее, скорей!
Скорей нас сорвите
С докучных ветвей,
Сорвите, умчите,
Мы ждать не хотим,
Летите, летите!
Мы с вами летим.

Не то, что мните вы, природа

Не то, что мните вы, природа:
Не слепок, не бездушный лик…
В ней есть душа, в ней есть свобода,
В ней есть любовь, в ней есть язык…

Вы зрите лист и цвет на древе:
Иль их садовник приклеил?
Иль зреет плод в родимом чреве
Игрою внешних, чуждых сил?

Они не видят и не слышат,
Живут в сем мире, как впотьмах!
Для них и солнцы, знать, не дышат
И жизни нет в морских волнах!

Лучи к ним в душу не сходили,
Весна в груди их не цвела,
При них леса не говорили
И ночь в звездах нема была!

И языками неземными,
Волнуя реки и леса,
В ночи не совещалась с ними
В беседе дружеской гроза!

Не их вина: пойми, коль может,
Органа жизнь глухонемой!
Увы, души в нем не встревожит
И голос матери самой!

Небо бледно-голубое
Дышит светом и теплом
И приветствует Петрополь
Небывалым сентябрем.

Воздух, полный теплой влаги,
Зелень свежую поит
И торжественные флаги
Тихим веяньем струит.

Блеск горячий солнце сеет
Вдоль по невской глубине —
Югом блещет, югом веет,
И живется как во сне.

Все привольней, все приветней
Умаляющийся день —
И согрета негой летней
Вечеров осенних тень.

Ночью тихо пламенеют
Разноцветные огни —
Очарованные ночи,
Очарованные дни…

Словно строгий чин природы
Уступил права свои
Духу жизни и свободы,
Вдохновениям любви…

Словно, ввек ненарушимый,
Был нарушен вечный строй
И любившей и любимой
Человеческой душой…

В этом ласковом сиянье,
В этом небе голубом —
Есть улыбка, есть сознанье,
Есть сочувственный прием.

И святое умиленье
С благодатью чистых слез
К нам сошло, как откровенье —
И во всем отозвалось…

Небывалое доселе
Поднял вещий наш народ —
И Дагмарина неделя
Перейдет из рода в род.

Лист зеленеет молодой —
Смотри, как листьем молодым
Стоят обвеяны березы
Воздушной зеленью сквозной,
Полупрозрачною, как дым…

Давно им грезилось весной,
Весной и летом золотым, —
И вот живые эти грезы,
Под первым небом голубым,
Пробились вдруг на свет дневной…

О, первых листьев красота,
Омытых в солнечных лучах,
С новорожденною их тенью!
И слышно нам по их движенью,
Что в этих тысячах и тьмах
Не встретишь мертвого листа.

Смотри, как роща зеленеет

Смотри, как роща зеленеет,
Палящим солнцем облита —
А в ней какою негой веет
От каждой ветки и листа!

Войдем и сядем над корнями
Дерев, поимых родником, —
Там, где, обвеянный их мглами,
Он шепчет в сумраке немом.

Над нами бредят их вершины,
В полдневный зной погружены —
И лишь порою крик орлиный
До нас доходит с вышины…

Уже полдневная пора
Палит отвесными лучами, —
И задымилась гора
С своими черными лесами.

Внизу, как зеркало стальное,
Синеют озера струи,
И с камней, блещущих на зное,
В родную глубь спешат ручьи.

И между тем как полусонный
Наш дольний мир, лишенный сил,
Проникнут негой благовонной,
Во мгле полуденной почил, —

Горе, как божества родные,
Над издыхающей землей
Играют выси ледяные
С лазурью неба огневой.

Лазурь небесная смеется,
Ночной омытая грозой,
И между гор росисто вьется
Долина светлой полосой.

Лишь высших гор до половины
Туманы покрывают скат,
Как бы воздушные руины
Волшебством созданных палат.

Чародейкою Зимою
Околдован, лес стоит —
И под снежной бахромою,
Неподвижною, немою,
Чудной жизнью он блестит.

И стоит он, околдован, —
Не мертвец и не живой —
Сном волшебным очарован,
Весь опутан, весь окован
Легкой цепью пуховой…

Солнце зимнее ли мечет
На него свой луч косой —
В нем ничто не затрепещет,
Он весь вспыхнет и заблещет
Ослепительной красой.

«Листья», анализ стихотворения Тютчева

Стихотворение «Листья», созданное в 1830 году, относится к раннему периоду творчества Ф. Тютчева. Оно входит в число пейзажно-философских произведений поэта. Наряду с изображением леса в нем нашли отражение философские размышления поэта о смысле жизни, о том, что можно считать подлинной жизнью.

В основе поэтической пьесы лежит олицетворение. Листья рассматриваются как живые существа, чувствующие и думающие. Все повествование построено в форме «монолога» листьев («мы ж легкое племя», «мы были в красе», «мы с вами летим»).

Композиция стихотворения включает четыре строфы-восьмистишия, при этом каждую из них составляют обозначенные четверостишиями-предложениями две полустрофы.

Произведение построено на контрастах: грусти и радости воспоминаний, статики и динамики, смерти и жизни. Первая строфа описывает зимний лес. В ней звучат настроения смирения и тоски, усиленные частицей «пусть» и стилистически сниженной лексикой (торчат, тощая зелень, не свежа). В повествовании отсутствует динамика. Иглы сосен и елей символизируют людей, не умеющих ярко, полноценно жить. Они лишены порывов и исканий, а их эмоции и чувства бедны и тусклы («тощая зелень»). Повтор лексемы «ввек» подчеркивает неизменность их скучной и однообразной жизни. Такие люди не чувствуют опустошения (зелень «ввек не желтеет»), но и не ощущают всей полноты жизни («ввек не свежа»). Эти ощущения усиливает аллитерация свистящих и шипящих звуков «с», «ш», «щ».

Вторая строфа погружает в мир, воспринимаемый листьями как подлинная жизнь. Противопоставление с первой строфой усиливают антитеза «ввек — кратко» и частица «ж». Листья символизируют людей, проживающих свою жизнь страстно, всеми чувствами. Эту часть произведения отличает приподнятое настроение, созданное с помощью богатого образного строя: автор вводит эпитеты «красное лето», «легкое племя», олицетворения «цветем», «блестим». Аллитерация сонорных согласных «м» и «л» подчеркивает одухотворенность такой жизни. Быстротечность и мимолетность жизни листьев передается сменой времени глаголов: в первой части строфы глаголы имеют настоящее время, а во второй – употреблены в прошедшем времени (купались, играли).

Третья строфа изображает перемены, которые приносит в жизнь листьев приход осени. Грустное настроение создается отсутствием ярких эпитетов, использованием олицетворений, обозначающих угасание (отпели, отцвели, побледнели, ушли). Первое четверостишие имеет вид бессоюзного нераспространенного предложения, при этом глаголы в нем употреблены в прошедшем времени. Во второй части строфы с помощью риторического вопроса, усиленного эмоционально окрашенным словом «даром», выражено сомнение: «Так что же нам даром висеть и желтеть?». Здесь же предлагается решение проблемы – улететь с южными теплыми ветрами.

В четвертой строфе темп ускоряется, что достигается за счет патетических интонаций, обилия повторов и восклицательных предложений. Олицетворения выражены глаголами в повелительном наклонении (сорвите, умчите, летите) или в настоящем времени (мы… летим). Поэт использует яркие эпитеты («буйные ветры», «докучливых ветвей»). Листья стремятся улететь с ветром, не желая мириться со скучным и бессмысленным существованием. В последней строке («Мы с вами летим!») звучат победные интонации сбывшейся мечты. Ощущение свиста ветра и ощущение полета создается Тютчевым при помощи аллитерации звука «с» и ассонанса гласных «о», «у», «е».

«Листья» отличает богатство поэтического синтаксиса: риторический вопрос, насыщенность восклицательными предложениями, синтаксический параллелизм в третьей строфе («Птички отпели//, Цветы отцвели//, Лучи побледнели//, Зефиры ушли»). Стихотворение насыщено олицетворениями, эпитетами, встречается также сравнение (как иглы ежа). Произведение написано двухстопным амфибрахием, трехсложной стопой с ударением на втором слоге.

Стихотворение «Листья» напоминает, что в быстротечном течении жизни не нужно мириться с серостью будней, нужно стремиться наполнить каждый прожитый день радостью, принося в мир красоту, гармонию и добро.

Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Добавить комментарий

;-) :| :x :twisted: :smile: :shock: :sad: :roll: :razz: :oops: :o :mrgreen: :lol: :idea: :grin: :evil: :cry: :cool: :arrow: :???: :?: :!:

Adblock detector