Владислав Старостин

« … мы незаметно подменим их ценности на фальшивые и заставим их в эти фальшивые ценности верить. Как? Мы найдем своих единомышленников, своих помощников и союзников в самой России. Эпизод за эпизодом будет разыгрываться грандиозная по своему масштабу трагедия гибели самого непокорного на земле народа, окончательного, необратимого угасания его самосознания. Из литературы и искусства, например, мы постепенно вытравим их социальную сущность… Литература, театры, кино — все будет изображать и прославлять самые низменные человеческие чувства. Мы будем всячески поддерживать и поднимать так называемых творцов, которые станут насаждать и вдалбливать в человеческое сознание культ секса, насилия, садизма, предательства — словом, всякой безнравственности. …Хамство и наглость, ложь и обман, пьянство и наркоманию, животный страх друг перед другом и беззастенчивость, предательство, национализм и вражду народов, прежде всего вражду и ненависть к русскому народу: все это мы будем ловко и незаметно культивировать. И лишь немногие, очень немногие будут догадываться или понимать, что происходит. Но таких людей мы поставим в беспомощное положение, превратив в посмешище. Найдем способ их оболгать и объявить отбросами общества» (американский генерал Аллен Даллес, руководитель политической разведки США в Европе, ставший в последствии директором ЦРУ).

«. россиян следует сократить до 15 миллионов человек, обслуживающих скважины и рудники. » (Маргарет Тэтчер)

Не жалко распять, для того, чтоб вернуться к Пилату.
Поэта не взять все одно ни тюрьмой, ни сумой.
Короткую жизнь. Семь кругов беспокойного лада
Поэты идут. И уходят от нас на восьмой.
(А. Башлачев)

Произведения

  • Опять кружат метели расставаний— без рубрики, 27.08.2017 04:10
  • Короче, мужчинки, давайте за нас!— без рубрики, 23.02.2017 00:59
  • С шапкою облаков, с шапкою набекрень— любовная лирика, 03.10.2016 20:38
  • Москва. Новый год.— гражданская лирика, 10.10.2013 12:04
  • Беспечный бесится апрель— философская лирика, 10.10.2013 12:02
  • Когда безветренными ночами— философская лирика, 10.10.2013 12:00
  • Береженного Бог бережет— философская лирика, 10.10.2013 11:58
  • За окнами неба насморк— городская лирика, 21.05.2012 02:17
  • Маленькие миры— философская лирика, 18.05.2012 02:08
  • Если бы да кабы— философская лирика, 18.05.2012 01:35
  • Идут года, меняются эпохи— гражданская лирика, 30.04.2011 11:44
  • Прожектора рвут небо вкривь и вкось— гражданская лирика, 30.04.2011 10:04

Избранные авторы:

Портал Стихи.ру предоставляет авторам возможность свободной публикации своих литературных произведений в сети Интернет на основании пользовательского договора. Все авторские права на произведения принадлежат авторам и охраняются законом. Перепечатка произведений возможна только с согласия его автора, к которому вы можете обратиться на его авторской странице. Ответственность за тексты произведений авторы несут самостоятельно на основании правил публикации и законодательства Российской Федерации. Вы также можете посмотреть более подробную информацию о портале и связаться с администрацией.

Ежедневная аудитория портала Стихи.ру – порядка 200 тысяч посетителей, которые в общей сумме просматривают более двух миллионов страниц по данным счетчика посещаемости, который расположен справа от этого текста. В каждой графе указано по две цифры: количество просмотров и количество посетителей.

© Все права принадлежат авторам, 2000-2020. Портал работает под эгидой Российского союза писателей. 18+

Город

Города. в этом слове дыхание улиц,
В этом слове — огни и таинственность ночи,
Ожидание чувств, что еще не проснулись,
И предчувствие ливней у труб водосточных.

Здесь слетаются звезды в ладонь как синицы,
Журавли под ногами — поймаешь? — едва ли,
Почему в городах по ночам плохо спится,
И зачем города — из бетона и стали?

Реки темных дорог — проплывают машины,
Музыкальным салоном проносятся — дальше,
Словно ворох листвы, шелестящие шины,
Города — это точки надежды и фальши.

Это сборники книг не раскрытых ни разу,
В каждой книге судьба в ожидании чуда,
Здесь осколки брильянтов доступны как стразы,
— Вы откуда, мужчина? — Да, так. ниоткуда.

Я из города детства — в младенческий город
Не желая расти, ухожу постепенно,
Жажда новых чудес утоляет мне голод.
— Вот увидишь, я встречу тебя. непременно.

Здесь случайные встречи — совсем неслучайны,
Я не зная тебя, обнажил тебя взглядом,
Откровенностью чувств и стихами отчаянья
Я магнит и ты тянешься — ближе ты — рядом.

И дыхание улиц вдруг станет неровным,
Этот пульс — удивление, страх и надежда,
Все дальнейшее будет наверно нескромным —
Оголяются нервы, срывая одежды.

И мы будем без масок, как стих, откровенны,
И всем улицам в такт — ты мечтаешь и дышишь,
Не простят одиночества старые стены,
— Я найду тебя — верь мне — найду тебя — слышишь!

«Родник поэзии — есть красота…» (По лирике Лермонтова и Шевырева)

Лирика — великое чувство познания мира и человека. Сама поэзия уклоняется от определений. Ведь она одновременно и природа, и стихия, и искусство, и дело рук человеческих. Поэзия живет подобно роднику, журчащему где-то в тенистой роще.

И подобно маленькому ручейку, быстро несущему свои воды в неспокойную реку, многие стихотворения врываются в нашу жизнь. Стоишь, наблюдая за лепечущим ручейком, заглядывая в его прозрачные глаза, вслушиваешься в чуть слышное журчание, вплетенное в покой сменяющихся дней, и на душе становится тепло и уютно. Подобно

Изумительная способность к эстетическому наслаждению присуща только человеку: она есть проявление его чувствительности. Стремясь проникнуть в тайны красоты, мы исходим из того, что наше эстетическое чувство субъективно. А красота — это объективное свойство чувствительного мира, признак высшей формы развития. Прекрасно все: природа, жизнь. Наша родина прекрасна. Прекрасен человеческий труд, в процессе которого познается красота мира; прекрасно и само творчество.

У каждого лирика

В поэзии меня особенно поражает, как по разному, но по-дивному красиво описывают поэты то или иное явление природы.

Например, мы заинтересовались образом ночи. Нам заранее известно, что это такое. Но послушаем, как рисуют ночь известные поэты:

Погаснул день! — и тьма ночная своды

Небесные, как саваном покрыла.

Кой-где во тьме вертелись и мелькали

И между них земля вертелась наша;

На ней, спокойствием объятым тихим,

Это стихотворение М.Ю. Лермонтова. Перед нами изумительная картина кавказской ночи, запечатленная цепким и острым взглядом поэта. Земля, покрытая мглою, как саваном. Ночное спокойствие, разлитое вокруг. Кругом тьма, лишь мелкие точки звезд, освещают уснувшую планету. Того, кто сумел несколькими словами изобразить величественную красоту ночи, мы вправе называть поэтом. А вот другое описание:

Какая ночь! Мороз трескучий,

На небе не единой тучи;

Как сшитый полог, синий свод

Пестреет частыми звездами

В домах темно. У ворот

Затворы с тяжкими замками.

Везде покоится народ;

Утих и шум, и крик торговый;

Лишь только лает страж дворовый

Да цепью звонкою гремит.

Перед нашими глазами встает пушкинская ночь. Покрытое пологом небо, и такая же, как и у Лермонтова, глубокая тишина разлита вокруг; лишь изредка мирное спокойствие нарушает лай сторожевого пса да лязганье цепи. И опять, как и в предыдущем стихотворении, темнота и сверкающие звезды. Или другой пример:

Мчатся тучи, вьются тучи;

Освещает снег летучий;

Мутно небо, ночь мутна.

Еду, еду в чистом поле;

Страшно, страшно поневоле

Средь неведомых равнин!

Здесь тоже тишина, но тишина зловещая, растущая, нагоняющая страх. Понять и почувствовать это нам помогают глаголы движения: мчатся, вьются, еду. Сама ночь не черна, как в других стихотворениях, а мутна. Мы не можем увидеть звезды, мутная пелена застилает все вокруг. А раз человек лишен этих мерцающих огоньков, как последней надежды, в него закрадывается какой-то животный страх, помогающий нарисовать в воображении жуткие картины:

…В поле бес нас водит, видно,

Да крутит по сторонам.

Посмотри: вон, вон играет,

Дует, плюет, на меня;

Вот — теперь в овраг толкает

Ночной страх присутствует и в предыдущих стихотворениях: в образах мертвецов и скелетов, созданных в воображении лирического героя. Мы сами извлекаем на свет свои опасения и тревоги, мысленно рисуем ночные кошмары и верим в них. Таковы и герои всех трех приведенных выше стихотворений.

Ночная темень обнажает наши души, делает их уязвимыми:

Как все в тебе согласно, стройно!

Как ты велика и спокойна!

И сколько тайн твоя полна

Какие думы и порывы

Ты в недрах зачала святых,

И сколько подвигов твоих

Присвоил день самолюбивый!

Это стихи другого поэта С.П. Шевырева, современника А.С. Пушкина. Поэт воспевает ночь, он слагает ей гимн. Ночь у Шевырева таинственна и спокойна одновременно; она наводит на размышления, заставляет вспомнить и оценить предыдущий день. Но чувство страха в стихотворении не возникает. Зато есть «пророческая тишина» — величественная и неподвижная.

И теперь, когда наступает ночь, мы видим ее совершенно другими глазами. Это благодаря лирическим произведениям мы чувствуем глубже красоту поэзии. Она наполняет нашу душу родником, бьющим из самого сердца.

Неважно, о чем мы читаем, но ни одна энциклопедия не дает нам такой исчерпывающей информации, не позволяет ощутить такой красоты и чувств, которые мы испытываем, читая стихотворения русских поэтов.

Ведь любое описание природы — это не только яркая иллюстрация к книжке, но и характеристика самого человека, который эту природу любит. Это мы через его чувства постигаем окружающий лирического героя мир земной красоты. Такова впечатляющая сила поэзии. И живой ключ, бьющий где-то в далеком лесу, в тенистой роще, обладает чувством радостной неповторимости, противостоящей пошлости и скуке.

Родники русской поэзии — это та красота, которую мы не найдем ни в одном справочнике, потому что поэты способны найти красоту, в чем бы она ни была. Они находят ее и дарят нам, и красота эта становится частью нашей души.

Стихи пушкина животный утоляя страх

Мораль сей басни проста: определенного рода публика понимает только язык силы. Все ее скандалы, истерики, припадки и филиппики в одночасье затихают, когда появляется реальный шанс нарваться на реальные неприятности, проявив чуть больше радикализма и самостоятельности, чем власть готова терпеть. Тут, впрочем, нет ничего удивительного, если мы вспомним, при каком строе формировалась ментальность этой рабьей породы. Вспомним ту систему, возвратом которой пытаются соблазнить общественность наши красные и розовые. Они-то сами никогда не прекращали жить при той системе, в которой выше любых стремлений, идеалов, принципов, убеждений или привязанностей стоит животный страх перед Властью, рабский инстинкт самосохранения.

Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Добавить комментарий

;-) :| :x :twisted: :smile: :shock: :sad: :roll: :razz: :oops: :o :mrgreen: :lol: :idea: :grin: :evil: :cry: :cool: :arrow: :???: :?: :!: