Стихи пушкина онегин

Евгений Онегин — главный герой романа, молодой франт с богатым наследством, “наследник всех своих родных” , как говорит о нём сам Пушкин. Онегин показан самим Пушкиным, как человек с очень сложным и противоречивым характером. Сам Пушкин говорит о нём весьма противоречиво: весь роман, преисполнен легкой иронией. Пушкин иронично смакует ученость Онегина, его “хорошести” ” , как-то: манеры, способности вести разговор, все эти положительные качества даются как-то иронично. Автор, с каким-то неповторимо корректным смакованием, хвалит Онегина, но в то же время всегда остаётся капля тонкой иронии, которая не исчезает почти до самого конца. Но в то же время сам Пушкин, как он говорит в первой главе, подружился с Онегиным, что поэту нравятся его черты, что он проводил с Онегиным ночи на набережной Невы, говорит о том, как они делились друг с другом воспоминаниями минувших дней.

Онегин кажется законченным эгоистом, что в принципе немудрено: отец почти не обращал на него внимания, целиком и полностью отдаваясь своим делам, поручив его убогим гувернёрам — “мосье и мадам” , а те в свою очередь холили парня, лишь (“слегка за шалости бранили” , “не докучали моралью строгой” ) , что естественно, мальчик вырос в человека, думающего только о себе, о своих желаниях и удовольствиях, не умеющий, да и не хотящий уметь обращать внимания на чувства, интересы, страдания других, способный с легкостью обидеть человека, оскорбить, унизить — причинить боль человеку, даже не задумываясь над этим. Его острый язык и подлость характера стали причиной гибели Ленского. Пушкин хорошо сказал о его злом и остром языке: “СперваОнегина язык меня смущал; но я привык к его язвительному спору, и к шутке с желчью пополам, и злости мрачных эпиграмм”.

Противоречия в характере Онегина, сочетания в нем безусловно положительных черт с резко отрицательными, обнаруживаются на протяжении всего романа; четко видны изменения Онегина: ему надоедает жизнь городского франта, ему наскучивает эта роль и он переселяется в поместье, оставленное ему в наследство от дяди. Там он на некоторый промежуток времени находит интересные занятия, но и они ему наскучивают через пару деньков. События, происходящие в последних главах, сильнее всего действуют на него: первое его изменение — смена привычного эгоизма и пассивного невнимания к окружающим приходит вместе со смертью его друга, Ленского, которая происходит по вине Онегина. В этот момент, он уже не тот высокомерный, стоящий выше всех жизненных впечатлений, иногда только недовольный сам собой, холодный эгоист. Он буквально приходит в ужас от своего страшного и бессмысленного преступления. Убийство Ленского то и переворачивает всю его жизнь. Он не переносит воспоминаний об этом зловещем преступлении, которые приносят знакомые места, он мечется по свету в поисках забытья, но эти поиски не увенчиваются успехом. Он возвращается после долгого путешествия по России. Он познаёт все муки любви, сидя запершись у себя в кабинете. Онегин уже теперь не может, как прежде, проходить по жизни, вовсе игнорируя чувства и переживания людей, с которыми он, сталкиваясь в прошлом, думал только о самом себе.

Сравнение Пушкина и Онегина

В произведении А.С. Пушкина «Евгений Онегин», помимо самого Онегина, существует еще один главный герой. Таковым является сам автор романа в стихах. На протяжении всей линии повествования Пушкин находится в свободной беседе с читателем, то и дело прерывая ту или иную сюжетную зарисовку своими комментариями.

Может показаться, что Пушкин присутствует везде, где есть Онегин; будто свысока наблюдает за своим героем. Поэтому, говоря о Пушкине и Онегине, одни литературоведы ставят между ними знак равенства, а другие утверждают, что эти фигуры абсолютно противоположны.

Итак, из романа в стихах о Пушкине мы узнаем почти столько же, сколько и об Онегине. Когда автор в начале произведения рассказывает о своем герое, читатель понимает, что эти две личности во многом похожи. Оба дворянского происхождения, они разочаровались в нынешней действительности, потеряли интерес к жизни:
«Страстей игру мы знали оба;
Томила жизнь обоих нас;
В обоих сердца жар угас. »
На этом их сходства заканчиваются. Гораздо больше можно сказать о различиях между личностями Пушкина и Онегина.
Пушкин воспитывался в семье, а летом был в гостях у своей бабушки, Марии Ганнибал. У поэта было хорошее, светлое детство. Онегин же рос без матери, а его отец, легкомысленный чиновник, не обращал никакого внимания на сына, поручив его воспитание французским учителям, которые почти ничему не научили юного Онегина. Вполне возможно, что именно детство заложило в герое фундамент для развития таких качеств, как презрение ко всему окружающему, злоба, резкость и хладнокровие.

Пушкин, в свою очередь, получил качественное образование, развил в себе поэтические начала. Для Пушкина поэзия являлась предназначением, долгом человека искусства, он называл ее «высокой страстью». Онегин изначально же не был приобщен ни к чему высокому, поэтому «не мог ямба от хорея отличить», и к поэзии относился весьма равнодушно.

Если говорить о театре, как о разновидности высокого, то Пушкин посещал концерты с целью духовного обогащения внутреннего мира и саморазвития, чего не скажешь об Онегине: «Входит. идет по ногам. лорнет наводит на дам. потом, едва взглянув на сцену. отвернулся и зевнул». Для Евгения такое мероприятие — не более чем лишний способ взаимодействия с дворянским обществом.

У двух сопоставляемых фигур различается также в корне отношение к труду и любой целенаправленной деятельности. Если А.С. Пушкин мог днями и ночами сидеть, подбирая наиболее четкое и подходящее слово, позволяющее создать яркий, запоминающийся образ в стихотворении или ином произведении, то Евгений Онегин, которому с детства доставалось все готовенькое, на блюдечке с голубой каемочкой, не хотел и не умел трудиться: «Упорный труд ему был тошен». Он был способен лишь потреблять жизнь, людей, а также чувства.

Чувства, еще один аспект в сравнении А.С. Пушкина и его героя Евгения Онегина. Значение любви для Пушкина невозможно выразить словами, хотя ему это удавалось. Под властью любви Пушкиным написаны множество замечательных стихотворений, составивших любовную лирику поэта. Пушкин говорит о любви как о вещи небесной, всемогущей, которая способна заставить людей совершать невероятные, порой импульсивные поступки.

У Онегина же отношение к любви, как и ко всему, — потребительское. Он крутит романы на один день и не способен отличать истинную любовь от любви для людей и на людях. Для Онегина любовь — «наука страсти нежной» . Ключевое слово здесь -наука. Для Пушкина, да и по общепринятым неписанным нормам, любовь не терпит научного подхода, и точные законы к ней не применимы. В любви все сложнее, чем кажется. Но у Онегина изначально сформировано неверное представление о любви и чувствах в общем. Так, даже дружеские отношения Онегин не воспринимает всерьез и убежден, что друзья для хорошей жизни не нужны. Когда Евгением овладевает хандра, ему «надоедают друзья». У Пушкина такое выражение вызвало бы недоумение и сожаление, ведь кто, как не Пушкин умеет ценить своих друзей! «К Каверину», « К Чаадаеву», «Пущину», «19 октября», — все эти стихотворения были написаны в честь тех, без кого Пушкин не стал бы тем, кем он стал.

Итак, сравнивая Пушкина и Онегина, можно увидеть, что ,несмотря на то, что они оба дворяне, образ жизни Пушкина соответствует его личности — он развивается духовно, творит бескорыстно, и не идет на поводу у толпы. Наоборот, личность Онегина разительно отличается от того «меню» жизни, по которому она живет. Онегин не знает, куда податься, что бы такое сделать. А ведь он ощущает, что в нем есть потенциал, но только читателям романа известны истинные его масштабы. Это видит сам автор, однако относится к герою иронически, не желаю как — либо навязывать свою точку зрения.

Наконец, мы подошли к вопросу о свободе. Кто же из героев по-настоящему свободен? Ответ очевиден.

Онегин обладает внешней свободой — он сам себе хозяин, никому ничего не должен, идет туда, куда ему вздумается. Но у него нет главного — внутренней свободы, понимания себя, гармонии с собой. Он пытается найти свое место в этой жизни, а внутри его переполняют противоречия. А когда Онегин начинает анализировать свои поступки в прошлом, он испытывает не что иное, как разочарование, сожаление и приходит к осознанию бессмысленности своих действий. Это и делает Онегина несчастным.

Пушкин же, наоборот, хоть и стеснен физически (постоянные ссылки, угрозы цензуры), но духовно — свободен. Он осознал свое предназначение, разобрался в себе и, самое главное, научился быть независимым. Пушкин так и называл такое состояние — внутренняя свобода. Жаль, он Евгению Онегину ее постичь не дано.

Стихи пушкина онегин

«Евгений Онегин» &#151 трудное произведение. Самая легкость стиха, привычность содержания, знакомого с детства читателю, как ни странно создают добавочные трудности в понимании пушкинского романа в стихах.

Иллюзорное представление о «понятности» произведения скрывает от сознания современного читателя огромное число непонятных ему слов, выражений, фразеологизмов, имен, намеков, цитат.

Особенность и значение «Евгения Онегина» не только в том, что были найдены новый сюжет, новый жанр и новый герой, но и в новаторском отношении к художественному слову. Изменилось самое понятие художественного текста. Роман в стихах &#151 жанр, который автор отделяет и от традиционного прозаического романа, и от романтической поэмы.

«Евгений Онегин» отличается особой манерой, воссоздающей иллюзию непринужденного рассказа. «Забалтываюсь до нельзя», &#151 говорит автор. Эта манера связывалась в сознании Пушкина с прозой («проза требует болтовни»). Однако эффект простоты авторского повествования создавался исключительно сложными поэтическими средствами. Переключение интонаций, игра точками зрения, система ассоциаций, реминисценций и цитат, стихия авторской иронии &#151 все это создавало исключительно богатую смысловую конструкцию. Простота была кажущейся и требовала от читателя высокой поэтической культуры.

«Евгений Онегин» опирался на всю полноту европейской культурной традиции: от французской психологической прозы XVII &#151 XVIII в.в. до романтической поэмы, также на опыты «игры с литературой» от Стерна до «Дон Жуана» Байрона. Однако чтобы сделать первый шаг в мировой литературе, надо было произвести революцию в русской. И не случайно «Евгений Онегин» &#151 бесспорно, самое трудное для перевода и наиболее теряющее при этом произведение русской литературы.

Одновременно «Евгений Онегин» был итогом всего предшествующего пушкинского пути. Поэма «Кавказский пленник» и романтические элегии подготовили тип героя; «Руслан и Людмила» &#151 контрастность и иронию стиля; дружеские послания &#151 интимность авторского тона.

Поэтическое слово «Евгения Онегина» одновременно обыденно и неожиданно. Обыденно, так как автор отказался от традиционной стилистики: «высокие» и «низкие» слова уравнены как материал. Оставляя за собой свободу выбора любого слова, Пушкин позволяет читателю наслаждаться разнообразием речи, в которой есть и высокое, и простое слово.

Контрастное соположение слов, стихов, строф и глав, разрушение всей системы читательских ожиданий придают слову и тексту «Евгения Онегина» краски первозданности. Неслыханное дотоле обилие цитат, реминисценций, намеков до предела активизирует культурную память читателя. Но на все это накладывается авторская ирония. Она обнажает условность любых литературных решений и призвана вырвать роман из сферы «литературности», включить его в контекст «жизни действительной». Все виды и формы литературности обнажены, открыто явлены читателю и иронически сопоставлены друг с другом, условность любого способа выражения насмешливо продемонстрирована автором. Но за разоблаченной фразеологией обнаруживается не бездонная пустота романтической иронии, а правда простой жизни и точного смысла.

В романе постоянно идет диалог автора с читателем. Вот, к примеру, авторское обращение к читателю в четвертой главе, открывающееся словами: «Вы согласитесь, мой читатель. » Этот эпизод романа отмечен острой иронией, переливами комической экспрессии: от притворного добродушия вначале доя ядовитой насмешки в конце. Авторская мысль и слово как бы проникают здесь в чужую жизненную позицию, чтобы в итоге довести все до комического абсурда. Исследуется «житейский опыт &#151 ум глупца».

Вы согласитесь, мой читатель,
Что очень мило поступил
С печальной Таней наш приятель;
Не в первый раз он тут явил
Души прямое благородство,
Хотя людей недоброхотство
В нем не щадило ничего:
Враги его, друзья его
(Что, может быть, одно и то же)
Его честили так и сяк.

Пушкинская мысль берет свой разбег с нарочитого парадокса &#151 отождествления «врагов» и «друзей». Далее следует несколько иронических строк в адрес «друзей». И в друг автор как бы оглядывается на собеседника:

А что? Да так. Я усыпляю
Пустые, черные мечты.

Этот авторский жест несет в себе энергию живого разговорного слова. И далее в ходе иронической беседы с читателем возникает эпизод с абсолютной серьезностью тона. Автор выражает неистовый гнев, глубоко личный в своих истоках, но и понятный каждому по его собственному опыту:

Я только в скобках замечаю,
Что нет презренной клеветы,
На чердаке вралем рожденной
И светской чернью ободренной,
Что нет нелепицы такой,
Ни эпиграммы площадной,
Которой бы ваш друг с улыбкой,
В кругу порядочных людей,
Без всякой злобы и затей,
Не повторил стократ ошибкой.

Примечательно, что авторское высказывание завершается иронически, но уже словами и интонациями «друзей»:

А впрочем, он за вас горой:
Он вас так любит. как родной!

Вот только небольшой пример многоплановости авторского диалога с читателем в «Евгении Онегине».

Современная автору критика не разглядела в романе его новаторского содержания. Это произошло потому, что в «Евгении Онегине» нет традиционных жанровых признаков: начала, конца, традиционного сюжета и привычных героев. Уже в конце 1-й главы поэт, как бы опасаясь, что читатель не заметит противоречивости характеристик, заявил: «Пересмотрел все это строго; / Противоречий очень много, / Но их исправить не хочу». Таким образом, противоречие как принцип построения «пестрых глав» Пушкин положил в основу художественной идеи романа.

На уровне характеров это дало включение основных персонажей в контрастные пары, причем антитезы Онегин &#151 Ленский, Онегин &#151 Татьяна, Онегин &#151 Зарецкий, Онегин &#151 автор и др. дают разные и порой трудно совместимые облики заглавного героя. Более того, Онегин разных глав предстает перед нами в разном освещении и в сопровождении противоположных авторских оценок. Да и сама авторская оценка дается как целый хор разных голосов.

Гибкая структура онегинской строфы позволяет такое разнообразие интонаций, что в конце концов позиция автора раскрывается не какой-либо одной сентенцией, а всей системой оценок. Так, например, категорическое осуждение героя в 7-й главе, данное от лица повествователя, чей голос слит с голосом Татьяны, «начинающей понимать» загадку Онегина («подражанье, ничтожный призрак», «чужих причуд истолкованье. «), почти дословно повторено в 8-й, но уже от лица «самолюбивой ничтожности», «благоразумных людей», и опровергнуто всем тоном авторского повествования. Но, давая новую оценку героя, Пушкин не отменяет и старой. Он предпочитает сохранить и столкнуть обе. Так, например, в характеристиках Татьяны находим явное противоречие: «русская душою», «она по-русски плохо знала. И изъяснялася с трудом На языке своем родном».

Пушкин, таким образом построив текст, дает понять читателю, что жизнь принципиально не вмещается в литературу. И действительно, реальная жизнь таит в себе неисчерпаемые возможности и бесконечные варианты. Поэтому автор не дал сюжету однозначного развития, хотя и вывел в своем романе основные типы русской жизни. Это, с одной стороны, Онегин &#151 тип «русского европейца», человека ума и культуры и одновременно денди, томимого пустотой жизни; и с другой стороны, Татьяна &#151 русская женщина, связавшая народность чувств с европейским образованием, а прозаичность светского существования &#151 с одухотворенностью всего строя жизни.

Пушкин и Онегин в романе Пушкина «Евгений Онегин»

Может ли хороший человек не любить стихи Пушкина? По-моему, нет. Можем ли мы себе когда-нибудь представить, чтобы Пушкин убил на дуэли Дантеса? Конечно же, нет… «Гений и злодейство — две вещи несовместные», — считал поэт. Пушкин может быть только жертвой, а не убийцей. Он не может служить царю и сколачивать себе состояние. Не может обыгрывать партнера в карты и добросовестно составлять отчеты о саранче. Почему же этот человек оказывается самым близким любому, кому дорога русская культура?

С первыми шагами по земле мы влюбляемся

Мы говорим «наш Пушкин». Изучая каждый этап его жизни, изумляемся бесконечности пушкинского гения. Дивимся его жизнелюбию, преданности друзьям, честности, отваге и беззащитности. Есть у Пушкина произведение особое, исключительное. Среди русских книг эта книга то же, что и ее автор среди русских писателей. Это роман в стихах «Евгений Онегин» — любимое детище Пушкина, во многом отражение его самого. Если искать аналоги в мировой культуре, то я могу сравнить

Вот что сам Пушкин сказал о романе: «Пишу я «Онегина» для себя. Это моя прихоть, мое развлечение. Почему художник может написать картину не для продажи, а для себя и может любоваться, когда хочет, а писатель менее свободен в этом отношении?». Вряд ли существует произведение, которое бы так ярко отразило душу и характер народа и проблемы общечеловеческие — бытия, любви и дружбы, взаимоотношения человека и общества.

Был ли Пушкин «лишним человеком»? Нет, безусловно, не был. Он ведь писал стихи, завещая своим поэтическим потомкам: «Глаголом жги сердца людей». У него были друзья, которых он любил и которые любили его. Но общество, к которому он принадлежал, не доросло до понимания гения.

Другое дело Онегин — вымышленный и в то же время реальный «добрый приятель» поэта. Он в чем-то похож на Пушкина. Образованностью (особенно после встречи с Татьяной), широтой взглядов. Но он — лишний человек среди тех, кто не ценит поэзию, философичность, острый ум. Он не реализовавшийся человек — первая трагическая фигура в русской литературе. «Эгоист поневоле», он не находит применения своим силам, не вписывается в предназначенный ему круг людей. Всякое дело ему быстро надоедает. От скуки им овладела «охота к перемене мест». Он едет в деревню, но, в отличие от Пушкина, не чувствует красоты природы и не способен творчески общаться с ней, видеть в ней «приют спокойствия, трудов и вдохновения».

Пушкин никогда не был эгоистом. Он способен был жертвовать собою ради других. Онегин, хотя и страдающий, но эгоист. Он эгоист во всех сценах романа. Не эгоист он только в последний свой приход к Татьяне. Онегин «как дитя, влюблен». Великолепное, хотя и простое, сравнение. Ведь ребенок не может думать одно, а говорить другое. Есть люди, которых не коснулась никакая житейская грязь, они всю жизнь сохраняют чистоту и прелесть детства. Таким человеком был Пушкин.

«Вот начало большого стихотворения, которое, вероятно, не будет окончено», — писал он в предисловии к первому изданию первой главы. Это «большое стихотворение» не может быть окончено, так как жизнь автора в нем значит больше, чем вымышленный романный сюжет. Создавая роман, Пушкин создавал, созидал и нового себя. Впервые в роли героя-автора Пушкин выступает при описании онегинского дня — в эпизоде посещения театра. Пушкин перемещает сюжет к себе, в ссылку, организует его вокруг собственных переживаний. «Мои богини! что вы? где вы?» — мечтает он о возвращении. Пушкин любит театр, все в нем полно поэзии, жизни и красоты, а для Онегина все скучно. Автор переживает: «Другие ль девы, сменив, не заменили вас?», а с точки зрения Онегина: «Всех пора на смену».

Пушкин прекрасно знает и чувствует театр, он восхищается тем, как балерина «быстрой ножкой ножку бьет». Онегин же «идет меж кресел по ногам». Он никогда не смог бы дать емкую пушкинскую формулу балета — «душой исполненный полет», потому что, в отличие от Пушкина, не был человеком полета.
Всегда я рад заметить разность
Между Онегиным и мной.
«Разность» есть и в ощущении деревни, которая была для Пушкина «лоном счастья и забвенья», почвой и животворящим источником собственного творчества, а для Онегина — местом вынужденного пребывания, чем-то инородным, не созвучным его петербургской натуре.
Онегин живет как бы не свою жизнь. У него другая — высокая сущность. Эта его сущность не на первом плане. Она иногда просвечивается, и мы видим, что Евгений «вчуже чувство уважал». По прочтении письма Татьяны «чувствий пыл им на минуту овладел». Онегин честен и открыт с Татьяной, после гибели Ленского «всем сердцем юношу любя, он обвинял себя во многом». Мы видим, что совесть, побежденная «честью», не совсем умерла в нем. Мы заме чаем это в трехстрочии, раскинутом на весь роман:

«С душою, полной сожалений» — в первой главе,
«В тоске сердечных угрызений» — в шестой,
«В тоске безумных сожалений» — в восьмой.

Тема моего сочинения столь неисчерпаема, что мне мало что удалось сказать. «Онегина воздушная громада, как облако, стояла надо мной» (Анна Ахматова).

Я хотела бы закончить свою работу строками из стихотворения Пушкина «Андрей Шенье»:

Я скоро весь умру. Но, тень мою любя,
Храните рукопись, о други, для себя!
Когда гроза пройдет, толпою суеверной
Сбирайтесь иногда читать мой свиток верный
И, долго слушая, скажите: это он;
Вот речь его. А я, забыв могильный сон,
Взойду невидимо и сяду между вами,
И сам заслушаюсь, и вашими слезами
Упьюсь… И, может быть, утешен буду я
Любовью.

Такие стихи никогда не смог бы написать Онегин. На это способен только гений Пушкина.

Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Добавить комментарий

;-) :| :x :twisted: :smile: :shock: :sad: :roll: :razz: :oops: :o :mrgreen: :lol: :idea: :grin: :evil: :cry: :cool: :arrow: :???: :?: :!:

Adblock detector