Стихи пушкина о русском языке

А. С. ПУШКИН — НАШЕ ВСЁ!

В морге мы дрожим от хлада,
Но денёк для нас – что надо!
В ожиданье коллектив,
Ведь сегодня — креатив.
На стене – товарищ Пушкин,
На столе — всё для пирушки.
Спирт по кружкам разливаем
И тихонько напеваем:
Pushkin was born on this day…* (* Пушкин родился в этот день)
(Сколько хочешь, повторяй).
Не понравилось поэту,
Что поём мы песню эту.
Принахмурился портрет:
«Объясните, что за бред!
Где язык любимый, русский
Где салонный langue** французский? (** ланг — язык, р/тр)
Не слыхать родимых слов,
Кто мне дать ответ готов»?
Тут наш шеф – начальник морга
Матершинник Гарик Хлорка,
Доморощенный пиит,
С уваженьем говорит:
“Песня эта для проформы.
За@бали нас реформы,
Иносранят нашу речь,
Нет, чтобы её беречь.
Я же лично, как солдат,
Уважаю русский мат.
«Катится «Телега жизни» (АСП)
И её не поломать
Послужи, язык Отчизне,
«Запевай е@ёна мать!» (АСП)

(Все поют матерные стихи АСП)

P. S.
Точно, братцы, ё моё!
А. С. Пушкин – наше всё!!

Автор:
Кот Вася Внимание! Использование произведения без разрешения автора (сайты, блоги, печать, концерты, радио, ТВ и т.д.) запрещено!
Раздел: Матерные Поделиться: Опубликовано: 2012-05-31 10:17:21 Изменено: 2014-10-18 21:10:06 Статистика: посещений: 6948, посетителей: 4674, отзывов: 2 , голосов: +7
Тема
Re: №23. СОБРАНИЕ КОЛЛЕКТИВА .
Сообщить модератору
Простые, озорные трататушки, ну
Что, впрочем, было свойственно и Пушкину ))
Оценка: +1

Re: №23. СОБРАНИЕ КОЛЛЕКТИВА .
Сообщить модератору

The Captive

A captive, alone in a dungeon I dwell,
Entombed in the stillness and murk of a cell.
Outside, in the courtyard, in wild, frenzied play,
My comrade, an eagle, has pounced on his prey.

Then, leaving the blood-spattered morsel, his eye,
He fixes on me with a dolorous cry,
A cry that is more like a call or a plea-
«‘Tis time,» he is saying, «’tis time, let us flee!

«We’re both wed to freedom, so let us away
To where lonely storm-clouds courageously stray,
Where turbulent seas rush to merge with the sky,
Where only the winds dare to venture and I. «

Translated by I.Zheleznova.

Так оно и есть, Jzverg.
в этом стишке говорится о том, что А. С. Пушкина любят не только (и не столько) мастера изящной словесности, но и весёлые матершинники, потому как великий поэт был Великим проказником.

Однажды в день похорон моего бывшего сотрудника, в морге (в кабинете гл. паталогоанатома), я увидел портрет Пушкина и надпись под ним:
«Я памятник себе воздвиг нерукотворный,
К нему не зарастёт НАРОДНАЯ тропа.»
А. С. Пушкин
О таком нерукотворном памятнике мечтают все пишущие люди.

Переводы Пушкина на английский язык

Здесь представлены наиболее известные стихотворения А. С. Пушкина (1799-1837), русского писателя и поэта, родоначальника новой русской литературы, создателя русского литературного языка, с переводами на английский язык.

Pushkin in English

Узник

Сижу за решеткой в темнице сырой.
Вскормленный в неволе орел молодой,
Мой грустный товарищ, махая крылом,
Кровавую пищу клюет под окном,

Клюет, и бросает, и смотрит в окно,
Как будто со мною задумал одно.
Зовет меня взглядом и криком своим
И вымолвить хочет: «Давай улетим!

Мы вольные птицы; пора, брат, пора!
Туда, где за тучей белеет гора,
Туда, где синеют морские края,
Туда, где гуляем лишь ветер. да я. «

А. С. Пушкин, 1822

Note
In all probability what prompted Pushkin to write this poem was his visit to the Kishinev prison. Set to music, it made a beautiful song.

***
По всей вероятности, на написание этого стихотворения Пушкина подвиг его визит в кишиневскую тюрьму (где он беседовал с арестантами, от которых он узнал о готовящемся побеге). (Кстати, в это время Пушкин и сам находился в так называемой «Южной ссылке»). Позже «Узник» был переложен на музыку.

Не пой, красавица, при мне.

Не пой, красавица, при мне
Ты песен Грузии печальной:
Напоминают мне оне
Другую жизнь и берег дальный.

Увы! напоминают мне
Твои жестокие напевы
И степь, и ночь — и при луне
Черты далекой, бедной девы.

Я призрак милый, роковой,
Тебя увидев, забываю;
Но ты поешь — и предо мной
Его я вновь воображаю.

Не пой, красавица, при мне
Ты песен Грузии печальной:
Напоминают мне оне
Другую жизнь и берег дальный.

А. С. Пушкин, 1828

Sing, lovely one, I beg, no more.

Sing, lovely one, I beg, no more
The songs of Georgia in my presence,
For of a distant life and shore
Their mournful sound calls up remembrance;

For of a moonlit steppe, and night
They cruelly, vengefully remind me,
And of a face long lost to sight,
Well loved, but left, alas, behind me.

When you are nigh, I gaze at you,
And lo! No fatal shadow haunts me:
But at your song’s first note, anew
It reappears, and plagues and taunts me.

Sing, lovely one, I beg, no more
The songs of Georgia in my presence,
For of a distant life and shore
Their mournful sound calls up remembrance.

(Translated by Irina Zheleznova)

Note
The composer Mikhail Glinka said that Pushkin had written this poem «to the tune of a Georgian melody which he chanced to hear A. Olenina (one of Glinka’s pupils) sing».
«Fatal shadow» apparently a reference to M. N. Rayevskaya-Volkonskaya.

***
Композитор Михаил Глинка сказал, что Пушкин написал это стихотворение на грузинскую мелодию, которую он случайно услышал в исполнении А. Олениной (бравшей уроки пения и Глинки).
«Далекая бедная дева» — очевидно, относится к M. H. Раевской, которая, став женой декабриста С. Г. Волконского, поехала за ним на каторгу в Сибирь.
(Пушкин вспоминает в стихотворении о своем пребывании летом 1820 г. на Северном Кавказе с семьей Раевских.)

На холмах Грузии.

На холмах Грузии лежит ночная мгла;
Шумит Арагва предо мною.
Мне грустно и легко; печаль моя светла;
Печаль моя полна тобою,
Тобой, одной тобой. Унынья моего
Ничто не мучит, не тревожит,
И сердце вновь горит и любит — оттого,
Что не любить оно не может.

А. С. Пушкин, 1829

Upon the hills of Georgia lies the haze of night…

Upon the hills of Georgia lies the haze of night…
Below, Aragva foams… . The sadness
That fills the void of fais is, strangely, half delight,
‘Tis both sweet pain and sweeter gladness.
Because you haunt my heart, it cannot be at rest,
And yet ’tis light, and untormented
By morbid thoughts…. It loves…. it loves because it must,
And, for all that, remains contented.

(Translated by Irina Zheleznova)

Note
It is obvious from the first version of the poem, preserved in manuscript, that Pushkin was inspired by his recollections of the first time he went to the Caucasus in the summer of 1820 together with the family of general Rayevsky, and of his passion for M. N. Rayevskaya-Volkonskaya.

***
Из первого (чернового) варианта этого стихотворения, сохранившегося в рукописях, явственно следует, что Пушкин был вдохновлен воспоминаниями о своем первом пребывании на Кавказе летом 1820 года, и времени, проведенном года вместе с семьей генерала Раевского, когда он был влюблен в M. H. Раевскую-Волконскую.

Я вас любил.

Я вас любил: любовь еще, быть может,
В душе моей угасла не совсем;
Но пусть она вас больше не тревожит;
Я не хочу печалить вас ничем.
Я вас любил безмолвно, безнадежно,
То робостью, то ревностью томим;
Я вас любил так искренно, так нежно,
Как дай вам бог любимой быть другим.

А. С. Пушкин, 1829

I loved you, and that love.

I loved you, and that love to die refusing,
May still — who knows! Be smoldering in my breast.
Pray, be not pained — believe me, of my choosing
I’d never have you troubled nor yet distressed.
I loved you mutely, hopelessly and truly,
With shy yet fervent, tenderness aglow;
Mine was a jealous passion and unruly….
May Heaven grant another loves you so!

(Translated by Irina Zheleznova)

I Loved You.

I loved you — and love it may yet be
Deep in my soul. It might still smoulder there.
But do not trouble your dear heart for me
I would not want to make you shed a tear

I loved you — Helplessly Hopelessly
Timidity and longing plagued my mind
I loved you so tenderly so truly
God grant that you may such another find

(Translated by Karen)

Note
It is not known to whom this poem was addressed.

Кавказ

Кавказ подо мною. Один в вышине
Стою над снегами у края стремнины;
Орел, с отдаленной поднявшись вершины,
Парит неподвижно со мной наравне.
Отселе я вижу потоков рожденье
И первое грозных обвалов движенье.

Здесь тучи смиренно идут подо мной;
Сквозь них, низвергаясь, шумят водопады;
Под ними утесов нагие громады;
Там ниже мох тощий, кустарник сухой;
А там уже рощи, зеленые сени,
Где птицы щебечут, где скачут олени.

А там уж и люди гнездятся в горах,
И ползают овцы по злачным стремнинам,
И пастырь нисходит к веселым долинам,
Где мчится Арагва в тенистых брегах,
И нищий наездник таится в ущелье,
Где Терек играет в свирепом веселье;

Играет и воет, как зверь молодой,
Завидевший пищу из клетки железной;
И бьется о берег в вражде бесполезной
И лижет утесы голодной волной.
Вотще! нет ни пищи ему, ни отрады:
Теснят его грозно немые громады.

А. С. Пушкин, 1829

The Caucasus

Below me the silver-capped Caucasus lies…
A stream at my feet rushes, foaming and roaring.
I watch a lone eagle, o’er the peaks calmly soaring
Drift near as he motionless circles the skies.
Here rivers are born that tear mountain asunder
And landslides begin with a crash as of thunder.

Here float solemn storm-clouds; and through them cascade
Swift torrents of water; they plunge o’er the edges
Of great, naked cliffs and spill down to the ledges
That patches of moss and dry brushwood invade.
Beneath spread green groves, lush with herbs and sweet-scented
Where birds dwell in peace and where deer browse, contented.

Lower still in the hills, nestle men; flocks of sheep
The pasturelands roam; to the gay, flowery meadow
Where courses Arafva, her banks clothed in shadow,
A shepherd descends. In a narrow and deep
Ravine a poor horseman lurks, tense and unsleeping,
And wild, laugh-crazed Terek goes tumbling and leaping.

He lashes about like a beast in a cage
With food out of reach, full of hunger and craving,
And licks at the boulders, and, howling and raving,
Strikes out at the shore in a frenzy and rage.
Alas! He is thwarted: the mountains surround him;
Mute, threatening giants, they press darkly round him.

(Translated by Irina Zheleznova)

Note
The poem was prompted by Pushkin’s travel impressions during his journey to Erzerum.

***
В этом стихотворении отражены впечатления А. С. Пушкина от путешествия в Арзрум.

Пора, мой друг, пора.

Пора, мой друг, пора! покоя сердце просит —
Летят за днями дни, и каждый час уносит
Частичку бытия, а мы с тобой вдвоем
Предполагаем жить. И глядь — как раз — умрем.

На свете счастья нет, но есть покой и воля.
Давно завидная мечтается мне доля —
Давно, усталый раб, замыслил я побег
В обитель дальную трудов и чистых нег.

А. С. Пушкин, 1834

‘Tis time, my friend.

‘Tis time, my friend, ’tis time! The heart to peace aspires:
Day follows day; the rolling stream of hours
Crumbles the banks of being, and you and I
Had thought to live, and yet, behold, we die.

Though joy for ever flees, peace stays and concentration.
For long now has it been my consolation,
Hard-driven slave, to plan rebellious flight
To some far sanctuary of work and chaste delight.

(Translated by Avril Pyman)

Note
In this poem, addressed to his wife, Pushkin expresses his ardent desire to retire, quit St. Petersburg, and get away from the court and from society, to settle in the country, wholly devoting himself to writing.
***
В этом стихотворении, адресованном его жене (Наталье Гончаровой), Пушкин выражает свое горячее желание уйти в отставку, покинуть Санкт-Петербург, царский двор и общество, и поселиться в деревне, полностью посвятив себя творчеству.

Я памятник себе воздвиг нерукотворный.

Exegi monumentum
Я памятник себе воздвиг нерукотворный,
К нему не зарастет народная тропа,
Вознесся выше он главою непокорной
Александрийского столпа.

Нет, весь я не умру — душа в заветной лире
Мой прах переживет и тленья убежит —
И славен буду я, доколь в подлунном мире
Жив будет хоть один пиит.

Слух обо мне пройдет по всей Руси великой,
И назовет меня всяк сущий в ней язык,
И гордый внук славян, и финн, и ныне дикой
Тунгус, и друг степей калмык.

И долго буду тем любезен я народу,
Что чувства добрые я лирой пробуждал,
Что в мой жестокий век восславил я Свободу
И милость к падшим призывал.

Веленью божию, о муза, будь послушна,
Обиды не страшась, не требуя венца,
Хвалу и клевету приемли равнодушно
И не оспаривай глупца.

А. С. Пушкин, 1836

A monument I’ve raised not built with hands.

Exegi monumentum
A monument I’ve raised not built with hands,
And common folk shall keep the path well trodden
To where it unsubdued and towering stands
Higher than Alexander’s Column.

I shall not wholly die-for in my sacred lyre
My spirit shall outlive my dust’s corruption —
And honour shall I have, so long the glorious fire
Of poesy flames on one single scutcheon.

Rumour of me shall then my whole vast country fill,
In every tongue she owns my name she’ll speak.
Proud Slave’s posterity, Finn, and-unlettered still —
The Tungus, and the steppe-loving Kalmyk.

And long the people yet will honour me
Because my lyre was tuned to loving-kindness
And, in a cruel Age, I sang of Liberty
And mercy begged of Justice in her blindness.

Indifferent alike to praise or blame
Give heed, O Muse, but to the voice Divine
Fearing not injury, nor seeking fame,
Nor casting pearls to swine.

(Translated by Avril Pyman)

«Черт меня догадал
родиться в России
с душою и талантом!»

Пушкин — Н.Н. Пушкиной,
18 мая 1836 г.

Note
The epigraph is taken from Horatio’s ode «To Melpomene». By «Alexander’s Column» Pushkin means Triumphal Column erected in Palace Square in St. Petersburg as a monument to Russia’s victory in the war of 1812 during the reign of Alexander I.
In Pushkin’s manuscript the fourth verse had a more political ring:

And long the people yet will reverence me
Because new harmonies in song I found,
And, like Radishchev, sang of liberty,
And let my lyre to mercy’s praise resound.

Translated by Avril Pyman

Эпиграф взят из оды Горация «К Мельпомене».
Под «Александрийским столпом» Пушкин подразумевает Александровскую колонну, воздвигнутую в Петербурге на Дворцовой площади в честь победы России в войне 1812 года, во время царствования Александра I.
В черновой рукописи четвертая строфа имеет более политизированный оттенок, и читалась первоначально:
И долго буду тем любезен я народу,
Что звуки новые для песен я обрел,
Что вслед Радищеву восславил я Свободу
И милосердие воспел.

Стихи и выссказывания о русском языке

  • Из них: 0 0

Русский язык
Во дни сомнений, во дни тягостных раздумий о судьбах моей родины, — ты один мне поддержка и опора, о великий, могучий, правдивый и свободный русский язык! Не будь тебя — как не впасть в отчаяние при виде всего, что совершается дома? Но нельзя верить, чтобы такой язык не был дан великому народу!
И.С.Тургенев

***
Берегите наш язык, наш прекрасный русский язык – это клад, это достояние, переданное нам нашими предшественниками! Обращайтесь почтительно с этим могущественным орудием; в руках умелых оно в состоянии совершать чудеса.
И.С.Тургенев

***
Русский язык в умелых руках и опытных устах красив, певуч, выразителен, гибок, послушен, ловок и вместителен.
А.И.Куприн

***
Язык — это история народа. Язык — это путь цивилизации и культуры. Поэтому-то изучение и сбережение русского языка является не праздным занятием от нечего делать, но насущной необходимостью.
А.Куприн

***
Русский язык! Тысячелетия создавал народ это гибкое, пышное, неисчерпаемо богатое, умное поэтическое… орудие своей социальной жизни, своей мысли, своих чувств, своих надежд, своего гнева, своего великого будущего… Дивной вязью плел народ невидимую сеть русского языка: яркого как радуга вслед весеннему дождю, меткого как стрелы, задушевного как песня над колыбелью, певучего… Дремучий мир, на который он накинул волшебную сеть слова, покорился ему, как обузданный конь.
А.Н.Толстой

***
Обращаться с языком кое-как – значит и мыслить кое-как: неточно, приблизительно, неверно.
А.Н.Толстой

***
Не страшно под пулями мертвыми лечь,
Не горько остаться без крова,-
И мы сохраним тебя, русская речь,
Великое русское слово.
Свободным и чистым тебя пронесем,
И внуками дадим, и от плена спасем,
Навеки.
А.А.Ахматова

***
Нет таких звуков, красок, образов и мыслей — сложных и простых, — для которых не нашлось бы в нашем языке точного выражения.
… С русским языком можно творить чудеса!
К.Г.Паустовский

***
Русский язык неисчерпаемо богат, и все обогащается с быстротой поражающей.
Максим Горький

***
Дивишься драгоценности нашего языка: что ни звук, то и подарок; все зернисто, крупно, как сам жемчуг, и право, иное название драгоценнее самой вещи.
Н.В.Гоголь

***
Нет слова, которое было бы так замашисто, бойко, так вырывалось бы из-под самого сердца, так бы кипело и животрепетало, как метко сказанное русское слово.
Н.Гоголь

***
Русский язык — язык, созданный для поэзии, он необычайно богат и примечателен главным образом тонкостью оттенков. — П.Мериме

***
Язык
С благоговеньем прикасайся
К тому, чем ты вооружён,
Твори светло и упивайся
Безбрежным русским языком

Воздушно лёгок, сочен, вкусен,
Суров и нежен, многолик,
Во всех мелодиях искусен
Наш удивительный язык.

Ему к лицу и термин узкий,
И междометный вздох, и клич,
Гордись, что понимаешь русский,
Старайся глубину постичь.

Смешно и грустно слышать, право,
Как эллочек и фимок рать
К заморским «ингам”, „шн” и “вау”
Его, кряхтя, хотят прижать.
Сергей Скачко

***
Хочу писать на русском языке
О всем, что мыслю, чувствую и вижу,
Что в жизни я люблю и ненавижу,
Пока перо держу еще в руке.

Пройти ли мне ступенями веков,
Всей правды о России вожделея?
Какую малость я подъять успею
От времени, что спит под спудом слов?

Но я – историк. Вспять не поверну.
Не ведая начертанных мне сроков,
Над родиной, отшедшей от истоков,
Я летописей крылья разверну.

И проведя корабль души моей
Сквозь рифы смут, насилья и безвластья,
Я смею верить, что приму участье
В грядущем просвещении царей.

Хочу поведать людям сей земли,
Как пращуры грешили и творили,
Чтоб все мы тех уроков не забыли
И с Богом в сердце в будущее шли!
Игорь Желнов

***
Язык наш сладок, чист, и пышен, и богат;
Но скудно вносим мы в него хороший склад;
Так чтоб незнанием его нам не бесславить,
Нам нужно весь свой склад хоть несколько поправить.
А.Сумароков

***
Какая сладкая отрава:
кружочки, палочки, тире –
вести их слева и направо
под шорох дат в календаре.

У каждой буковки – звоночек,
значок в пустыне мировой,
чтоб сердце – этот пастырь строчек –
их различало меж собой.

Когда кириллицы цыплята
бумажным лугом побегут,
душа – не столь большая плата
за этот плен, за этот труд.

Свести разрозненные части,
все тридцать звуков словаря
в одну строку – какое счастье! –
и все тебе благодаря.

Как рад отшельник молчаливый
ладошкам теплого дождя,
так и поэт: сидит, счастливый,
себя в стихи переводя.
Евгений Тищенко

Другие темы этого раздела смотрите здесь — Стихи, стишки и стихотворения для детей, поздравления

О Пушкине

Александр Сергеевич Пушкин (1799 — 1837) — величайший русский поэт и писатель , прозаик, драматург, публицист, критик, основоположник новой русской литературы, создатель русского литературного языка.

Высказывания известных людей о поэте: Н. Гоголь

При имени Пушкина тотчас осеняет мысль о русском национальном поэте. В самом деле, никто из поэтов наших не выше его и не может более назваться национальным; это право решительно принадлежит ему. В нём, как будто в лексиконе, заключилось всё богатство, сила и гибкость нашего языка. Он более всех, он далее раздвинул ему границы и более покавсё его пространство.

Пушкин есть явление чрезвычайное и, может быть, единственное явление русского духа: это русский человек в его развитии, в каком он, может быть, явится через двести лет. В нём русская природа, русская душа, русский язык, русский характер отразились в такой же чистоте, в такой очищенной красоте, в какой отражается ландшафт на выпуклой поверхности оптического стекла.

А. Герцен

Пушкин как нельзя более национален и а то же время понятен для иностранцев. Он редко подделывается под на- родный язык русских песен, он выражает свою мысль такой, какой она возникает у него в уме. Как все великие поэты, он всегда на уровне своего читателя: он растёт, становится мрачен, грозен, трагичен; его стих шумит, как море, как лес, волнуемый бурею, но в то же время он ясен, светел, сверкающ, жаждет наслаждений, душевных волнений. Везде русский поэт реален, — в нём нет ничего болезненного, ничего из той преувеличенной психологической патологии, из того абстрактного христианского спиритуализма, которые так часто встречаются у немецких поэтов. Его муза — не бледное существо, с расстроенными нервами, закутанное в саван, это — женщина горячая, окружённая ореолом здоровья, слишком богатая истинными чувствами, чтобы искать воображаемых, достаточно несчастная, чтобы не выдумывать несчастья искусственные.

И. Тургенев

Он дал окончательную обработку нашему языку, который теперь по своему богатству, силе, логике и красоте формы признается даже иностранными филологами едва ли не первым после древнегреческого; он ото- звался типическими образами, бессмертными звуками на все веяния русской жизни.

Н. Чернышевский

Значение Пушкина неизмеримо велико. Через него разлилось литературное образование на десятки тысяч людей, между тем как до него литературные интересы занимали немногих. Он первый возвёл у нас литературу в достоинство национального дела, между тем как прежде она была, по удачному заглавию одного из старинных журналов, «Приятным и полезным препровождением времени» для тесного кружка дилетантов. Он был первым поэтом, который стал в глазах всей русской публики на то высокое место, какое должен занимать в своей стране великий писатель. Вся возможность дальнейшего развития русской литературы была приготовлена и отчасти ешё приготовляется Пушкиным.

Л. Толстой

Чувство красоты развито у него до высшей степени, как ни у кого. Чем ярче вдохновение, тем больше должно быть кропотливой работы для его исполнения. Мы читаем у Пушкина стихи такие гладкие, такие простые, и нам кажется, что у него так и вылилось это в такую форму. А нам не видно, сколько он употребил труда для того, чтобы вышло так просто и гладко.

А. Платонов

Пушкин — природа, непосредственно действующая самым редким своим способом: стихами. Поэтому правда, истина, прекрасное, глубина и тревога у него совпадают автоматически. Пушкину никогда не удавалось исчерпать себя даже самым великим своим произведением, — и это оставшееся вдохновение, не превращенное прямым образом в данное произведение и всё же ощущаемое читателем, действует на нас неотразимо. Истинный поэт после последней точки не падает замертво, а вновь стоит у начала своей работы. У Пушкина окончания произведений похожи на морские горизонты: достигнув их, опять видишь перед собою бесконечное пространство, ограниченное лишь мнимой чертою.

Сергей Есенин — Пушкину
Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Добавить комментарий

;-) :| :x :twisted: :smile: :shock: :sad: :roll: :razz: :oops: :o :mrgreen: :lol: :idea: :grin: :evil: :cry: :cool: :arrow: :???: :?: :!: