О дряни

Слава. Слава, Слава героям.

Впрочем,
им
довольно воздали дани.
Теперь
поговорим
о дряни.

Утихомирились бури революционных лон.
Подернулась тиной советская мешанина.
И вылезло
из-за спины РСФСР
мурло
мещанина.

(Меня не поймаете на слове,
я вовсе не против мещанского сословия.
Мещанам
без различия классов и сословий
мое славословие.)

Со всех необъятных российских нив,
с первого дня советского рождения
стеклись они,
наскоро оперенья переменив,
и засели во все учреждения.

Намозолив от пятилетнего сидения зады,
крепкие, как умывальники,
живут и поныне
тише воды.
Свили уютные кабинеты и спаленки.

И вечером
та или иная мразь,
на жену.
за пианином обучающуюся, глядя,
говорит,
от самовара разморясь:
«Товарищ Надя!
К празднику прибавка —
24 тыщи.
Тариф.
Эх, заведу я себе
тихоокеанские галифища,
чтоб из штанов
выглядывать
как коралловый риф!»
А Надя:
«И мне с эмблемами платья.
Без серпа и молота не покажешься в свете!
В чем
сегодня
буду фигурять я
на балу в Реввоенсовете?!»
На стенке Маркс.
Рамочка ала.
На «Известиях» лежа, котенок греется.
А из-под потолочка
верещала
оголтелая канареица.

Маркс со стенки смотрел, смотрел.
И вдруг
разинул рот,
да как заорет:
«Опутали революцию обывательщины нити.
Страшнее Врангеля обывательский быт.
Скорее
головы канарейкам сверните —
чтоб коммунизм
канарейками не был побит!»Владимир Маяковский стихи

Российский и советский поэт-футурист, драматург, редактор журналов «ЛЕФ», «Новый ЛЕФ» и «РЕФ».

Основы стихосложения — тонический и силлабический

. Безударный
. пуст
. слог
. В ударении —
. дых
. титанический
. Презираю
. выравненность
. строк
. Обожаю
. стих
. тонический!

В заключение цикла заметок о ритмике остановлюсь на двух других системах
стихосложения — тонической и силлабической
Вкратце поговорим о так называемом «тоническом» стихе.
В этом виде стиха совпадает только КОЛИЧЕСТВО УДАРЕНИЙ,
приходящееся на одну строку, а количество слогов и размещение
ударений в общем произвольны.
Ярчайшим представителем тонического стихосложения
является конечно же Маяковский.
Хотя конечно он писал не только тонические, но и смешанные
и силлаботонические стихи, но наиболее характерен для него
тонический стих.

Остановлюсь на нескольких заблуждениях, связанных с тоническим стихом.
Во-первых, заблуждение о некоей особой звучности тонического стиха.
Это, однако, вовсе не свойство тонической системы стихосложения,
а свойство Маяковского.
Само по себе оно никак не появится, сколько ни строй «лесенок».
Более того — это свойство — ВЫНУЖДЕННОЕ .
В тоническом стихе сильно ослаблен внутристрочный ритм
— не соблюдается ни длина строки, ни размещение ударений.
Поэтому стихотворец ВЫНУЖДЕН снабжать стихи громыхающими
рифмами и выпирающими аллитерациями.
Тонический стих на спокойном звуке просто рассыплется.
Поэтому написание достойно звучащих тонических стихов
требует серьезной технической подготовки.

Пишущий вынужден прибегать не только к стихотворной технике.
И специальное громыхающее прочтение, никак не соответствующее
реальной речи.
И специальные типографские приемы.
Пресловутая «лесенка» — вынужденное «приобретение»
тонического стихосложения.
Стихотворец печатает строку с разрывами, чтобы указать,
на какие единицы надо разбивать строку при прочтении
(это не всегда можно сделать однозначно).
Он типографскими приемами делает то, что невозможно сделать по-другому.
Попробуйте записать стихи Маяковского без лесенки,
нормальными строфами, и вы увидите, насколько они поблекнут.
Попробуйте прочитать то, что получилось, как нормальные стихи
— и вы ужаснетесь!

В целом я отношусь к тонической системе стихосложения отрицательно.
Не лучшим способом она соответствует природе русского языка.
По сравнению с силлаботоническим стихосложением — это шаг назад.
Впрочем, время давно уже все рассудило.
Тоническое стихосложение оказалось бесплодным цветком практически
одного автора.
Тот факт, что у Маяковского не нашлось сколько-нибудь достойных
последователей, говорит сам за себя.
Последователи у него, конечно, были, — но где то на задворках поэзии.
Вам имя Луконина о чем-нибудь говорит? (кое-кто из литературоведов
считает его наиболее ортодоксальным последователем). И не только вам
— никто из опрошенных мной любителей поэзии и стихоплетов ничего
о нем не знает.
Кое-чем Маяковский, конечно, обогатил стихосложение, но запустить
на длительную орбиту тоническую систему, и уж тем более , вытеснить
силлаботонику, он не смог, несмотря на
огромную работоспособность и талант.
Кстати, мне приходилось даже встречать мнение,
что к концу жизни и сам Маяковский начал склоняться
к силлаботонике.

Заметим еще, что такой органический недостаток тонической системы,
как неизбежно «громыхающий» звук делает некоторые вещи вообще
невозможными.
Таким стихом можно писать плакаты и лозунги, вещать с трибун,
рвать рубашку на груди.
Но элегия, нежная лирика, философские раздумья, описания природы и т.д.
просто несовместимы с громыханием.
А звучные стихи никто не мешает писать и в силлаботонике.

Конечно же, я не хочу сказать, что Маяковский растратил талант впустую.
Но, не пытаясь так упорно навязать несвойственную языку систему,
он без сомнения, добился бы большего.
(о сознательном политическом задолизательстве здесь не будем)
В конце концов, как говорят в науке, отрицательный результат
эксперимента — тоже результат.

В общем, хотя тонический стих кое-где и применим, в целом —
это тупиковое ответвление .
По крайней мере, для русской поэзии.

Вкратце упомяну также о СИЛЛАБИЧЕСКОМ стихосложении.
При этом в строке содержится одинаковое количество СЛОГОВ,
а количество и размещение ударений значения не имеют.
Поскольку в русском языке слоги произносятся примерно с
одинаковой скоростью, то в таких стихах строковая симметрия
заключается в одинаковом времени звучания каждой строки.
Кроме того, силлабические стихи снабжались рифмой,
обычно смежной (что вполне понятно — при большем удалении рифм
такие стихи будут просто рассыпаться).
Силлабические стихи были, собственно, заимствованы у поляков.
Такие стихи считаются характерными для языков с неярко
выраженным силовым ударением, с ударением, занимающим
постоянное место в слове.
И с установлением силлаботонической системы они быстро и тихо,
безо всякой борьбы, вымерли.
От них осталось только название «вирши».
Хотя вначале в нем не было ничего обидного,
это слово сейчас означает неумело написанные стихи.
И такое переосмысление дает ясную оценку
силлабической системы применительно к русскому языку.
Любопытно, что даже любители «авангарда» и «экспериментов»
о силлабических стихах не вспоминают.
Поэтому современных примеров силлабических стихов привести
не могу. А любители старины могут найти их в поэтических
справочниках.

Силлабическое и тоническое стихосложение — две стороны,
два компонента силлаботонического.
И каждая из них сама по себе естественно, проигрывает
силлаботонике.

********************
На этом раздел о ритме в стихах заканчиваю.

Хороших и интересных стихов всем дочитавшим до конца!

«А все-таки (Улица провалилась, как нос сифилитика)» В. Маяковский

Улица провалилась, как нос сифилитика.
Река — сладострастье, растекшееся в слюни.
Отбросив белье до последнего листика,
сады похабно развалились в июне.

Я вышел на площадь,
выжженный квартал
надел на голову, как рыжий парик.
Людям страшно — у меня изо рта
шевелит ногами непрожеванный крик.

Но меня не осудят, но меня не облают,
как пророку, цветами устелят мне след.
Все эти, провалившиеся носами, знают:
я — ваш поэт.

Как трактир, мне страшен ваш страшный суд!
Меня одного сквозь горящие здания
проститутки, как святыню, на руках понесут
и покажут богу в свое оправдание.

И бог заплачет над моею книжкой!
Не слова — судороги, слипшиеся комом;
и побежит по небу с моими стихами под мышкой
и будет, задыхаясь, читать их своим знакомым.

Анализ стихотворения Маяковского «А все-таки (Улица провалилась, как нос сифилитика)»

Свой первый поэтический сборник Владимир Маяковский издал в 1913 году, будучи студентом художественного училища. Это событие настолько изменило жизнь молодого поэта, что он искренне стал считать себя гением. Публичные выступления Маяковского, носившие подчас крамольный характер, не остались незамеченными руководством училища, откуда поэт был исключен в 1914 году. Тогда же появилось на свет стихотворение «А все-таки», в котором автор попытался уверить самого себя и окружающих в том, что он добьется успеха на литературном поприще.

Конечно, для молодого человека такое заявление можно считать дерзостью. Однако Маяковский, обращаясь к читателям, без тени смущения констатирует: «Я – ваш поэт». Он хочет быть востребованным, но еще не осознает, какую опасность сулит ему общественное признание. Пройдет совсем немного времени, и автор превратится в культовую фигуру московского бомонда, его будут приглашать на литературные вечера и щедро оплачивать публичные выступления. Но при этом в огромной толпе почитателей Маяковский будет ощущать себя безумно одиноким и никому не нужным. То, к чему он стремился, окажется мифом, иллюзией. Потому что толпе будет совершенно все равно, что творится в душе поэта, который вынужден читать свои стихи перед подвыпившей, вульгарной и жаждущей развлечений публикой.

Пока же Маяковский пребывает в наивном заблуждении, что очень скоро станет певцом униженных и оскорбленных, перед которыми готов настежь распахнуть собственную душу. Поэт верит, что настанет тот момент, когда его «проститутки, как святыню, на руках понесут и покажут богу в свое оправданье». При этом стихи Маяковского окажутся настолько восхитительными, что Всевышний заплачет над ними, после чего «будет, задыхаясь, читать их своим знакомым».

Конечно же, в этих строчках сквозит юношеский максимализм, хотя автор, обращаясь к читателям, признается: «Мне страшен ваш страшный суд!». Он боится быть отверженным толпой, которую очень скоро начнет презирать за то, что она безлика, беспринципна и легко поддается манипуляциям. При этом поэт, избравший в своих ранних произведениях тактику шоковой терапии для своих читателей и использующий в стихах достаточно откровенные выражения, сам будет поражен до глубины души, что обороты наподобие «нос сифилитика» будут восприниматься ими вполне обыденно и естественно, что указывает на деградацию общества, у которого Маяковский пытался получить сочувствие и понимание.

Стихи маяковского без

Что такое
хорошо
и что такое
плохо?

Крошка сын
к отцу пришел,
и спросила кроха:
— Что такое
хорошо
и что такое
плохо?-
У меня
секретов нет,-
слушайте, детишки,-
папы этого
ответ
помещаю
в книжке.

— Если ветер
крыши рвет,
если
град загрохал,-
каждый знает —
это вот
для прогулок
плохо.
Дождь покапал
и прошел.
Солнце
в целом свете.
Это —
очень хорошо
и большим
и детям.

Если
сын
чернее ночи,
грязь лежит
на рожице,-
ясно,
это
плохо очень
для ребячьей кожицы.

Если
мальчик
любит мыло
и зубной порошок,
этот мальчик
очень милый,
поступает хорошо.

Если бьет
дрянной драчун
слабого мальчишку,
я такого
не хочу
даже
вставить в книжку.

Этот вот кричит:
— Не трожь
тех,
кто меньше ростом!-
Этот мальчик
так хорош,
загляденье просто!
Если ты
порвал подряд
книжицу
и мячик,
октябрята говорят:
плоховатый мальчик.

Если мальчик
любит труд,
тычет
в книжку
пальчик,
про такого
пишут тут:
он
хороший мальчик.

От вороны
карапуз
убежал, заохав.
Мальчик этот
просто трус.
Это
очень плохо.

Этот,
хоть и сам с вершок,
спорит
с грозной птицей.
Храбрый мальчик,
хорошо,
в жизни
пригодится.
Этот
в грязь полез
и рад.
что грязна рубаха.
Про такого
говорят:
он плохой,
неряха.
Этот
чистит валенки,
моет
сам
галоши.
Он
хотя и маленький,
но вполне хороший.

Помни
это
каждый сын.
Знай
любой ребенок:
вырастет
из сына
cвин,
если сын —
свиненок,
Мальчик
радостный пошел,
и решила кроха:
«Буду
делать хорошо,
и не буду —
плохо».

Владимир Маяковский: что такое хорошо и что такое плохо.
«Стихи о любви и стихи про любовь» — Любовная лирика русских поэтов & Антология русский поэзии. © Copyright Пётр Соловьёв

Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Добавить комментарий

;-) :| :x :twisted: :smile: :shock: :sad: :roll: :razz: :oops: :o :mrgreen: :lol: :idea: :grin: :evil: :cry: :cool: :arrow: :???: :?: :!: