Автор и его герои (по роману Александра Фадеева «Разгром»)

События в романе относятся к периоду Гражданской войны на Дальнем Востоке, в которой активно участвовал сам Фадеев. Однако на первый план автор выдвигает не исторические проблемы, а социально-психологические исследования. Война, бой, партизанская жизнь – все это лишь фон для изображения внутреннего мира героев, их психологии, взаимоотношений с обществом, внутренних конфликтов. Проблемы «Разгрома» перекликаются с современными проблемами гуманизма, отношением к человеку, взаимодействиями человека и человечества. Сюжет

Метелица выдвинулся в число основных героев только в середине романа. Фадеев объяснил это тем, что уже в процессе работы над книгой увидел необходимость отдельно раскрыть характер Метелицы, а так как перестраивать роман было поздно, то эпизод с Метелицей выделился, нарушив гармоничность повествования. Авторское отношение к Метелице не вызывает сомнений: разведчик явно симпатичен Фадееву. Во-первых, внешний вид: это гибкий, стройный богатырь, в котором «била… неиссякаемым ключом… необыкновенная физическая ценность, животная, жизненная сила». Такими чудесными качествами редко наделяют отрицательного героя. Во-вторых, образ жизни: «Метелица живет так, как ему хочется, не ограничивая себя ни в чем. Это смелый, горячий, истинный человек». Третье: положительную индивидуальность Метелицы доказывают его поступки: разведка, в которую мог пойти только такой бесстрашный человек, как Метелица, достойное поведение в плену, смерть ради спасения других. Каждый его шаг смел и решителен.

Например, находясь в плену, поняв, что ему не убежать, Метелица спокойно думает о смерти, его мучает только одна мысль: как достойно принять ее, продемонстрировав врагам свое презрение к ним. Уже находясь на площадке, где его должны были опознать, Метелица держится независимо и гордо, а погибает, бросившись на спасение маленького мальчика пастушонка, не захотевшего выдать разведчика белым. Автор любит этого героя и, видимо, поэтому никогда не пишет о нем насмешливо или сочувственно, как о некоторых других, например Морозке.

Морозна не имеет достоинств, присущих Метелице, зато он тоже совершенно естествен в своих поступках, худшие качества его характера на виду: расхлябанность, близкая к хулиганству, и непредусмотрительность. В целом Морозка – хороший человек. Ему присуще чудесное качество, которого так не хватает многим, – любовь к людям. Первый раз он доказал это, спасая Мечика, рискуя собственной жизнью, а впоследствии почти каждый его поступок свидетельствовал об этом. Ярким примером является его поведение на «суде». Неумело, с трудом, но искренне он говорит: «Да разве б я… сделал такое… ну, дыни эти самые… ежели б подумал… да разве же я, братцы! Да я кровь отдам по жилке за каждого, а не то чтобы позор или как!» За этой косноязычной беспомощной речью стоит такая преданность товарищам, в которую трудно не поверить. Именно за это, за любовь к народу, за преданность делу, за доброту, ведь Морозка не мстил Мечику за потерянную жену, за гуманное начало, оно выражается даже в любви Морозки к Мишке, своему коню, – за эти лучшие человеческие качества автор любит Морозку и заставляет читателя симпатизировать ему, несмотря на многие его недостатки, с горечью он пишет о героической смерти Морозки и почти на этом заканчивает роман.

Сосредоточением лучших качеств человека является Левинсон. В его лице Фадеев изобразил лучший тип вождя масс, наделенного умом, решительностью и организаторскими способностями. Несмотря на внешний вид – Левинсон был похож на гнома своим маленьким ростом и рыжей бородкой, – командир вызывает уважение не только у своих подчиненных, но и у автора, и у читателя. Фадеев никогда не пишет о нем насмешливо или презрительно, как о Мечике, например. Мысли, чувства, поступки Левинсона таковы, какими, видимо, хотел бы увидеть их Фадеев у наиболее достойного человека, то есть лучшими, с авторской точки зрения, чертами Фадеев наделил своего лучшего героя. В Левинсоне привлекает прежде всего то, что у него отсутствует внутренний эгоизм. Все мысли и поступки его выражают интересы отряда, его личные переживания заглушены постоянной заботой о других. Практически он уже принес себя в жертву людям. Однако нет человека без недостатков. Одним из них у Левинсона является отрицательная сторона его жертвы. Для каждого человека свойствен эгоизм в той или иной степени, а полное отсутствие его неестественно. Кроме того, в каждом человеке должна быть душа, то, что движет им и привлекает к нему людей, а Левинсон подавил в себе движение души, превратив свое дело, которое должен любить, в обязанность. Правда, ему помогает исполнительность, обязательность и преданность высшим целям. Фадеев видит недостатки Левинсона и считает, что ему не хватает чудесных качеств Метелицы – жизненной силы, смелости, любви к жизни, – иначе Левинсон был бы идеальным человеком. И все же он прекрасный командир: он решительно принимает решения, так что многие не видят его колебаний, он ценит положительные черты своих подчиненных, в частности Морозкову лихость, ум и исполнительность Бакланова, смелость Метелицы, он берет на себя всю ответственность за сохранение отряда, поэтому и пользуется всеобщим уважением. Ценность его как командира подтверждается в главе «Трясина». Проблема взаимоотношений вождя и масс решается в пользу Левинсона, он сохраняет авторитет, уважение к себе и отряд как «боевую единицу». Причина этому то, что люди для него «ближе всего остального, ближе даже самого себя, потому что он чем-то обязан перед ними». Эта обязанность и составляет смысл его жизни. Позицию Левинсона разделяет автор, видимо, поэтому и читателем он воспринимается как учитель, старший, командир, а все его решения, даже в случае с гибелью Фролова, кажутся единственно правильными, хотя они приняты после длительной внутренней борьбы, Левинсону, Метелице, Морозке и некоторым другим партизанам противопоставлен Мечик. Именно он подвергается сочувственному, а чаще презрительному отношению автора. Отношение человека и общества – одна из самых важных проблем. Каждый человек живет в обществе, обязан приносить ему пользу. Левинсон, Морозка, Метелица сделали это ценой собственной жизни, что же касается Мечика, то он только мечтает о хорошем отношении к себе людей, но ведь для этого необходимо что-то сделать, а Мечик не сделал ничего. Его мечта о прекрасной любви, о романтическом подвиге не воплощаются в реальность. Устами Морозки Фадеев сразу презрительно называет его: «желторотый», а спрашивая Варю, в кого та влюблена, награждает таким эпитетом: «В энтого, маминова, что ли?» Мечик заслуживает такое отношение. Это эгоист, оценивающий сам себя высоко, но не подтверждающий этого поступками. В самые решительные моменты он поступал подло, хотя сам часто не сознавал этого. Его эгоистичная, неспособная быть преданной натура начала раскрываться уже тогда, когда он позволил наступить ногой на фотографию девушки, а потом сам порвал ее. Другой пример: рассерженный на свою лошадь за ее слабость и непривлекательный внешний вид, он не ухаживает за ней, обрекая на скорую непригодность. В конце концов, именно Мечик – вина смерти Морозки и, возможно, многих других партизан. Страшно, что мысль, которая его мучает после бегства, – не о предательстве, не о гибели друзей, а о том, что он «испачкал» свою чистую, до этого ничем не запятнанную душу: «…как мог я это сделать, – я, такой хороший и честный и никому не желавший зла…» Фадеев достаточно объективно расценивает его. Точку зрения автора выражает Левинсон: «…слаб, ленив, безволен», «никчемный пустоцвет». И все же Мечик – не воплощение зла. Причина его неудач – то, что он не близок почти никому из партизан, он из другого социального слоя, ему с детства не привиты черты, свойственные другим героям. Скорее всего, это не вина. Большинство партизан – русские мужики, вы

Статьи » Бонди С.М. Драматические произведения Пушкина

Число произведений, написанных Пушкиным для театра, невелико, но его драмы, как с художественной, так и с идейной стороны, принадлежат к самому значительному в его наследии. Все они (за исключением набросков трагедии о Вадиме Новгородском и комедии об игроке) созданы в период полной зрелости пушкинского творчества — с 1825 по 1835 г.

В законченном виде Пушкин оставил всего пять пьес: «Бориса Годунова» и четыре «маленькие трагедии» (1) . Почти до конца была доведена драма «Русалка» и до половины «Сцены из рыцарских времен». В рукописях остались планы и наброски еще около десятка пьес.

Свои драматические произведения Пушкин писал не для чтения, не как поэмы в диалогической форме, а как театральные пьесы, для постановки на сцене. Он прекрасно знал театр с детства и хорошо различал драмы чисто литературные, то есть такие, все содержание которых, идейное и художественное, полностью воспринимается при чтении, — и произведения, написанные Оля театра, в которых в расчеты автора входит игра актеров, театральное действие, непосредственно воспринимаемые зрителем. Пьесы Байрона Пушкин справедливо считал драматизированными поэмами, произведениями литературными, а не театральными. О драме Байрона «Каин» он писал: «»Каин» имеет одну токмо форму драмы, но его бессвязные сцены и отвлеченные рассуждения в самом деле относятся к роду скептической поэзии «Чильд-Гарольда»» (2) ( «О трагедиях Байрона» ). Точно так же Пушкин отрицал драматический, театральный характер трагедии поэта Хомякова «Ермак». «Идеализированный «Ермак», — писал он, — лирическое произведение пылкого юношеского вдохновения, не есть произведение драматическое» ( «О народной драме и драме «Марфа Посадница»» ).

Сам Пушкин, как и Гоголь, Островский и другие драматурги, писал свои пьесы всегда с расчетом на их театральное, сценическое воплощение (3) , и потому, читая их, мы должны для полного понимания их смысла представлять себе и действия, происходящие на сцене, но не названные Пушкиным (очень скупым на ремарки), и душевные переживания действующих лиц, которые в театральном исполнении актер, внимательно изучивший авторский текст, должен выразить в интонациях, мимике и движениях, и которые в литературном произведении, предназначенном для чтения, описываются поэтом.

Пушкин с раннего детства сочинял пьесы. В семи-восьмилетнем возрасте он разыгрывал перед сестрой придуманную им самим французскую комедию «L’Escamoteur» («Мошенник»), в лицее он писал комедии «Так водится в свете» и «Философ». Все эти произведения не дошли до нас. Самые ранние из сохранившихся драматических набросков Пушкина относятся к 1821 г.

На протяжении творчества Пушкина характер его драматургии несколько раз менялся. В этом жанре яснее, чем во всех остальных, выражалась тесная связь его поэзии с событиями современности и размышлениями поэта на социальные и политические темы.

Творчество Пушкина-драматурга отчетливо делится на четыре этапа, из которых только два средних представлены законченными произведениями.

К первому этапу (1821—1822) относятся планы и отрывки двух пьес — «Вадим» и «Игрок» («Скажи, какой судьбой друг другу мы попались. »). Это была эпоха расцвета романтизма в творчестве Пушкина и в то же время высший подъем его революционных настроений. В эти годы, в Кишиневе, в Каменке, он постоянно общался с членами Южного общества декабристов, с Владимиром Раевским, Охотниковым, Пестелем и др. Можно думать, что под влиянием этого общения с революционными деятелями Пушкин, который в своих романтических поэмах обычно не затрагивал непосредственно политических и социальных тем, задумал написать историческую трагедию о народном восстании и антикрепостническую комедию. Театр — сильнее воздействующий на зрителей, чем литература на читателей, — казался ему наиболее подходящей формой для осуществления задач политической агитации, которой требовали тогда от искусства декабристы. Однако Пушкин не осуществил этих своих замыслов и оставил их в самом начале. Темы и образы «Вадима» он начал было разрабатывать в форме поэмы, но и ее не закончил.

Насколько можно судить по оставшимся отрывкам текста и планам «Вадима» и «Игрока», драматургия Пушкина па первом этапе имела вполне традиционный характер. Комедия об игроке по форме, по языку похожа на многочисленные стихотворные комедии начала XIX в., трагедия о Вадиме и восстании новгородцев против варяжского князя Рюрика близка к декабристским трагедиям на гражданские темы, где при общей романтической их установке сохранялся ряд черт классицизма (таковы трагедии Кюхельбекера, Катенина). Отказавшись от «единства времени и места» классической драмы, и Пушкин сохранил свойственный классицизму патетический, декламационный тон речей, обращаемых не столько к партнеру, сколько к зрителям, и традиционную форму стиха: попарно рифмованный шестистопный ямб.

Статьи » Бонди С.М. Драматические произведения Пушкина

Число произведений, написанных Пушкиным для театра, невелико, но его драмы, как с художественной, так и с идейной стороны, принадлежат к самому значительному в его наследии. Все они (за исключением набросков трагедии о Вадиме Новгородском и комедии об игроке) созданы в период полной зрелости пушкинского творчества — с 1825 по 1835 г.

В законченном виде Пушкин оставил всего пять пьес: «Бориса Годунова» и четыре «маленькие трагедии» (1) . Почти до конца была доведена драма «Русалка» и до половины «Сцены из рыцарских времен». В рукописях остались планы и наброски еще около десятка пьес.

Свои драматические произведения Пушкин писал не для чтения, не как поэмы в диалогической форме, а как театральные пьесы, для постановки на сцене. Он прекрасно знал театр с детства и хорошо различал драмы чисто литературные, то есть такие, все содержание которых, идейное и художественное, полностью воспринимается при чтении, — и произведения, написанные Оля театра, в которых в расчеты автора входит игра актеров, театральное действие, непосредственно воспринимаемые зрителем. Пьесы Байрона Пушкин справедливо считал драматизированными поэмами, произведениями литературными, а не театральными. О драме Байрона «Каин» он писал: «»Каин» имеет одну токмо форму драмы, но его бессвязные сцены и отвлеченные рассуждения в самом деле относятся к роду скептической поэзии «Чильд-Гарольда»» (2) ( «О трагедиях Байрона» ). Точно так же Пушкин отрицал драматический, театральный характер трагедии поэта Хомякова «Ермак». «Идеализированный «Ермак», — писал он, — лирическое произведение пылкого юношеского вдохновения, не есть произведение драматическое» ( «О народной драме и драме «Марфа Посадница»» ).

Сам Пушкин, как и Гоголь, Островский и другие драматурги, писал свои пьесы всегда с расчетом на их театральное, сценическое воплощение (3) , и потому, читая их, мы должны для полного понимания их смысла представлять себе и действия, происходящие на сцене, но не названные Пушкиным (очень скупым на ремарки), и душевные переживания действующих лиц, которые в театральном исполнении актер, внимательно изучивший авторский текст, должен выразить в интонациях, мимике и движениях, и которые в литературном произведении, предназначенном для чтения, описываются поэтом.

Пушкин с раннего детства сочинял пьесы. В семи-восьмилетнем возрасте он разыгрывал перед сестрой придуманную им самим французскую комедию «L’Escamoteur» («Мошенник»), в лицее он писал комедии «Так водится в свете» и «Философ». Все эти произведения не дошли до нас. Самые ранние из сохранившихся драматических набросков Пушкина относятся к 1821 г.

На протяжении творчества Пушкина характер его драматургии несколько раз менялся. В этом жанре яснее, чем во всех остальных, выражалась тесная связь его поэзии с событиями современности и размышлениями поэта на социальные и политические темы.

Творчество Пушкина-драматурга отчетливо делится на четыре этапа, из которых только два средних представлены законченными произведениями.

К первому этапу (1821—1822) относятся планы и отрывки двух пьес — «Вадим» и «Игрок» («Скажи, какой судьбой друг другу мы попались. »). Это была эпоха расцвета романтизма в творчестве Пушкина и в то же время высший подъем его революционных настроений. В эти годы, в Кишиневе, в Каменке, он постоянно общался с членами Южного общества декабристов, с Владимиром Раевским, Охотниковым, Пестелем и др. Можно думать, что под влиянием этого общения с революционными деятелями Пушкин, который в своих романтических поэмах обычно не затрагивал непосредственно политических и социальных тем, задумал написать историческую трагедию о народном восстании и антикрепостническую комедию. Театр — сильнее воздействующий на зрителей, чем литература на читателей, — казался ему наиболее подходящей формой для осуществления задач политической агитации, которой требовали тогда от искусства декабристы. Однако Пушкин не осуществил этих своих замыслов и оставил их в самом начале. Темы и образы «Вадима» он начал было разрабатывать в форме поэмы, но и ее не закончил.

Насколько можно судить по оставшимся отрывкам текста и планам «Вадима» и «Игрока», драматургия Пушкина па первом этапе имела вполне традиционный характер. Комедия об игроке по форме, по языку похожа на многочисленные стихотворные комедии начала XIX в., трагедия о Вадиме и восстании новгородцев против варяжского князя Рюрика близка к декабристским трагедиям на гражданские темы, где при общей романтической их установке сохранялся ряд черт классицизма (таковы трагедии Кюхельбекера, Катенина). Отказавшись от «единства времени и места» классической драмы, и Пушкин сохранил свойственный классицизму патетический, декламационный тон речей, обращаемых не столько к партнеру, сколько к зрителям, и традиционную форму стиха: попарно рифмованный шестистопный ямб.

Стих пушкина животный утоляя

«ЖИВОТНЫЙ МИР НАШЕГО КРАЯ»
рекреационно-образовательная программа

13 мая 2015 г. в Пушкинском Заповеднике начала работу рекреационно-образовательная программа «ЖИВОТНЫЙ МИР НАШЕГО КРАЯ». В Научно-культурном центре на выставке с одноимённым названием из Краеведческого музея г. Великие Луки проводятся музейные занятия для 2-х возрастных групп: дошкольникам — «Ребятам о зверятах» и «В мире животных» для учащихся младших классов. На них дети в игровой форме знакомятся с разнообразием животного мира Псковского края, условиями обитания зверей и птиц, их повадками, рационом питания и т. д. В конце занятия ребята могут немного отдохнуть, посмотрев мультфильмы о жизни пернатых обитателей леса и видеоматериалы о жизни птиц и животных на северо-западе России.

Кроме этого, программа включает в себя проведение фотоконкурса «БЕЛКА ТАМ ЖИВЁТ. ЛЕСНАЯ», который стартует в социальной сети «В Контакте» на страничке официальной группы Пушкинского Заповедника (с условиями конкурса можно познакомиться в нашей группе).

Приглашаем всех желающих посетить музейные занятия и принять участие в нашем фотоконкурсе!

Стоимость билета на одно музейное занятие — 50 руб.

На участие в программе принимаются группы от 5 до 25 человек по предварительной заявке

Запись по тел. 8 (81146) 2-21-36 — отдел просветительной и педагогической работы (среда — воскресенье с 9.00 до 18.00)

Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Добавить комментарий

;-) :| :x :twisted: :smile: :shock: :sad: :roll: :razz: :oops: :o :mrgreen: :lol: :idea: :grin: :evil: :cry: :cool: :arrow: :???: :?: :!: