К *** Керн (Пушкин)

← К Родзянке К *** [1] (Я помню чудное мгновенье…)
автор Александр Сергеевич Пушкин (1799—1837)
Блестит луна, недвижно море спит… →
См. Стихотворения 1825 . Дата создания: 1825 [2] , опубл.: 1827 [3] . Источник: Пушкин А. С. Собрание сочинений: В 20 т. — М.: Художественная литература, 1947. — Т. 2. Стихотворения, 1817—1825. Лицейские стихотворения в позднейших редакциях. — С. 406—407. • См. также комментарии Благого и др. и Цявловской

Я помню чудное мгновенье:
Передо мной явилась ты,
Как мимолетное виденье,
Как гений чистой красоты.

В томленьях грусти безнадежной,
В тревогах шумной суеты,
Звучал мне долго голос нежный,
И снились милые черты.

Шли годы. Бурь порыв мятежный
10 Рассеял прежние мечты,
И я забыл твой голос нежный,
Твои небесные черты.

В глуши, во мраке заточенья
Тянулись тихо дни мои
Без божества, без вдохновенья,
Без слез, без жизни, без любви.

Душе настало пробужденье:
И вот опять явилась ты,
Как мимолетное виденье,

20 Как гений чистой красоты.

И сердце бьется в упоенье,
И для него воскресли вновь
И божество, и вдохновенье,
И жизнь, и слезы, и любовь.

М.И. Глинка

Жанр: Романс для голоса и фортепиано.

Год создания: 1840. Автограф не обнаружен. Впервые издан М. Бернардом в 1842 г.

Автор текста : А. Пушкин. Стихотворение «К***». Написано между 16 и 19 июля 1825 г.; издано в «Северных цветах» на 1827 г.

Романс Глинки являет собой пример того неразрывного единства поэзии и музыки, при котором почти невозможно представить себе пушкинское стихотворение без интонации композитора. Поэтический бриллиант получил достойную музыкальную оправу. Вряд ли найдется поэт, который не мечтал бы о таком обрамлении своих творений.

Chercher la f e mme (фр. — ищите женщину) — этот совет как нельзя более кстати, если мы хотим яснее представить себе рождение шедевра. Причем оказывается, что женщин, причастных к его созданию, две, но… с одной фамилией: Керн — мать Анна Петровна и дочь Екатерина Ермолаевна. Первая вдохновила Пушкина на создание стихотворного шедевра. Вторая — Глинку на создание шедевра музыкального.

Муза Пушкина. Стихотворение

Об Анне Петровне Керн в связи с этим стихотворением Пушкина ярко пишет Ю. Лотман: «А.П. Керн в жизни была не только красивая, но и милая, добрая женщина с несчастливой судьбой. Ее подлинным призванием должна была стать тихая семейная жизнь, чего она в конце концов добилась, выйдя уже после сорока лет вторично и весьма счастливо замуж. Но в тот момент, когда она в Тригорском встретилась с Пушкиным, это — женщина, оставившая своего мужа и пользующаяся довольно двусмысленной репутацией. Искреннее чувство Пушкина к А.П. Керн, когда его надо было выразить на бумаге, характерно трансформировалось в соответствии с условными формулами любовно-поэтического ритуала. Будучи выражено в стихах, оно подчинилось законам романтической лирики и превратило А.П. Керн в «гений чистой красоты».

Стихотворение представляет собой классический катрен (четверостишие) — классический в том смысле, что каждая строфа заключает в себе законченную мысль.

Это стихотворение выражает концепцию Пушкина, согласно которой движение вперед, то есть развитие, мыслилось Пушкиным как возрождение: «первоначальные, чистые дни» — «заблужденья» — «возрождение». Эту идею Пушкин в 20-е годы по-разному формулировал в своей поэзии. И наше стихотворение — одна из вариаций на эту тему.

К***

Я помню чудное мгновенье:
Передо мной явилась ты,
Как мимолетное виденье,
Как гений чистой красоты.

В томленьях грусти безнадежной,
В тревогах шумной суеты,
Звучал мне долго голос нежный
И снились милые черты.

Шли годы. Бурь порыв мятежный
Рассеял прежние мечты,
И я забыл твой голос нежный,
Твои небесные черты.

В глуши, во мраке заточенья
Тянулись тихо дни мои
Без божества, без вдохновенья,
Без слез, без жизни, без любви.

Душе настало пробужденье:
И вот опять явилась ты,
Как мимолетное виденье,
Как гений чистой красоты.

И сердце бьется в упоенье,
И для него воскресли вновь
И божество, и вдохновенье,
И жизнь, и слезы, и любовь.

Муза Глинки. Романс

В 1826 г. с Анной Петровной познакомился Глинка. У них завязались дружеские отношения, сохранившиеся до самой смерти Глинки. Впоследствии она опубликовала «Воспоминания о Пушкине, Дельвиге и Глинке», в которых повествуется о многих эпизодах ее дружбы с композитором. Весною 1839 г. Глинка влюбился в дочь А.П. Керн — Екатерину Ермолаевну. Они намеревались пожениться, но этого не произошло. Историю своих отношений с ней Глинка описал в третьей части своих «Записок». Вот одна из записей (декабрь 1839 г.): «Зимою приехала матушка и остановилась у сестры, я потом и сам туда переехал (это был период совершенно испортившихся отношений Глинки с его женой Марией Петровной. – А.М.). Е.К. выздоровела, и я написал для нее вальс на оркестр B — dur . Потом, не знаю по какому поводу, романс Пушкина “Я помню чудное мгновенье”».

В отличие от формы стихотворения Пушкина — катрена с перекрестной рифмой, в романсе Глинки последняя строка каждой строфы повторяется. Этого требовали законы музыкальной формы. Особенность содержательной стороны стихотворения Пушкина — законченность мысли в каждой строфе — Глинка старательно сохранил и даже усилил средствами музыки. Можно утверждать, что в этом ему примером могли служить песни Ф. Шуберта, например «Форель», в которой музыкальное сопровождение строф строго согласовано с содержанием данного эпизода.

Романс М. Глинки построен таким образом, что каждая строфа, в соответствии с ее литературным содержанием, имеет и свое музыкальное оформление. Достижение этого особенно заботило Глинку. Об этом есть специальное упоминание в записках А.П. Керн: «[Глинка] взял у меня стихи Пушкина, написанные его рукою: «Я помню чудное мгновенье…», чтобы положить их на музыку, да и затерял их, Бог ему прости! Ему хотелось сочинить на эти слова музыку, вполне соответствующую их содержанию, а для этого нужно было на каждую строфу писать особую музыку, и он долго хлопотал об этом».

Вслушайтесь в звучание романса, желательно в исполнении певца Например, С. Лемешева), проникшего в его смысл, а не просто воспроизводящего ноты, и вы почувствуете это: он начинается с рассказа о былом — герой вспоминает явление ему дивного образа; музыка фортепианного вступления звучит в высоком регистре, тихо, светло, словно мираж… В третьем куплете (третья строфа стихотворения) Глинка замечательно передает в музыке изображение «бурь порыв мятежный»: в аккомпанементе само движение становится взволнованным, аккорды звучат словно учащенные удары пульса (во всяком случае, так это может исполняться), взметающие короткие гаммаобразные пассажи, словно вспышки молнии. В музыке этот прием восходит к так называемым тиратам, в изобилии встречающимся в произведениях, изображающих борьбу, стремление, порыв. Этот бурный эпизод сменяется в том же куплете эпизодом, в котором тираты слышатся уже затихая, издалека («…я забыл твой голос нежный»).

Для передачи настроения «глуши» и «мрака заточенья» Глинка тоже находит замечательное по выразительности решение: аккомпанемент становится аккордовым, никаких бурных пассажей, звучание аскетично и «уныло». После этого эпизода особенно ярко и воодушевленно звучит реприза романса (возвращение первоначального музыкального материала — то самое пушкинское возрождение), со слов: «Душе настало пробужденье». Реприза музыкальная у Глинки в точности соответствует поэтической репризе. Восторженная тема любви достигает кульминации в коде романса, каковой является последняя строфа стихотворения. Здесь она звучит страстно и возбужденно на фоне аккомпанемента, замечательно передающего биение сердца «в упоении».

Гёте и Бетховен

В последний раз А.П. Керн и Глинка встретились в 1855 году. «Когда я вошла, он меня принял с признательностью и тем чувством дружества, которым запечатлелось первое наше знакомство, не изменяясь никогда в своем свойстве. (…) Несмотря на опасение слишком сильно его расстроить, я не выдержала и попросила (как будто чувствовала, что его больше не увижу), чтобы он пропел романс Пушкина «Я помню чудное мгновенье…», он это исполнил с удовольствием и привел меня в восторг! (…)

Через два года, и именно 3 февраля (в день именин моих), его не стало! Его отпевали в той же самой церкви, в которой отпевали Пушкина, и я на одном и том же месте плакала и молилась за упокой обоих!»

Идея, выраженная Пушкиным в этом стихотворении, не была новой. Новым было ее идеальное поэтическое выражение в русской литературе. Но что касается наследия мирового — литературного и музыкального, то нельзя не вспомнить в связи с этим пушкинским шедевром другой шедевр — стихотворение И.В. Гёте «Новая любовь — новая жизнь» (1775). У немецкого классика идея возрождения через любовь развивает ту мысль, которую Пушкин выразил в последней строфе (а Глинка — в коде) своего стихотворения — «И сердце бьется в упоенье…»

Новая любовь — новая жизнь

Сердце, сердце, что случилось,
Что смутило жизнь твою?
Жизнью новой ты забилось,
Я тебя не узнаю.
Все прошло, чем ты пылало,
Что любило и желало,
Весь покой, любовь к труду, –
Как попало ты в беду?

Беспредельной, мощной силой
Этой юной красоты,
Этой женственностью милой
Пленено до гроба ты.
И возможна ли измена?
Как бежать, уйти из плена,
Волю, крылья обрести?
К ней приводят все пути.

Ах, смотрите, ах, спасите, –
Вкруг плутовки, сам не свой,
На чудесной, тонкой нити
Я пляшу, едва живой.
Жить в плену, в волшебной клетке,
Быть под башмачком кокетки, –
Как такой позор снести?
Ах, пусти, любовь, пусти!
(Перевод В. Левика)

В эпоху, более близкую Пушкину и Глинке, это стихотворение было положено на музыку Бетховеном и издано в 1810 г. в цикле «Шесть песен для голоса с сопровождением фортепиано» (ор. 75). Примечательно, что свою песню Бетховен посвятил, как и Глинка свой романс, женщине, его вдохновившей. Это была княгиня Кинская. Не исключено, что Глинка мог знать эту песню, поскольку Бетховен был его кумиром. Глинка много раз упоминает Бетховена и его творения в своих «Записках», а в одном своем рассуждении, относящемся к 1842 г., говорит даже о нем как о «модном», причем это слово вписано на соответствующей странице «Записок» красным карандашом.

Почти в это же время Бетховен пишет фортепианную сонату (ор. 81а) — одно из немногих своих программных сочинений. Каждая ее часть имеет заголовок: «Прощание», «Разлука», «Возвращение» (иначе «Свидание»). Это очень близко теме Пушкина — Глинки.

Пунктуация А. Пушкина. Цит. по: Пушкин А.С. Сочинения. Т. 1. – М.. 1954. С. 204.

Глинка М. Литературные произведения и переписка. – М., 1973. С. 297.

Выпуск 6

«Я помню чудное мгновенье» — пушкинские строки, знакомые ещё со школьных лет, как и романс, написанный на это стихотворение композитором Михаилом Глинкой.

Удивительна история создания этого романса.

В 1819 году Пушкин познакомился с Анной Петровной Керн, а в 1825-ом году вновь встретил её в соседнем Тригорском, когда был сослан в село Михайловское. Молодая, двадцатипятилетняя женщина, умная, обаятельная, очаровала поэта. Пушкин посвятил ей стихотворение «Я помню чудное мгновенье»…

Прошло почти 15 лет. В марте 1839 года Михаил Глинка, удручённый разладами в семье, часто навещал свою сестру Марию Стунееву в Смольном монастыре. В один из дней композитор увидел в гостях у сестры молодую девушку.

Это была дочь Анны Петровны Керн – Екатерина. Глинка заметил её печальную задумчивость, созвучную и его настроению. С этой встречи началось сильное увлечение Михаила Глинки Екатериной, вызвавшее к жизни прекрасные произведения – «Вальс –фантазию» для фортепиано и романс «Я помню чудное мгновенье», на пушкинское стихотворение, посвященное Анне Керн.

Звучит архивная запись пятидесятилетней давности. Романс Михаила Глинки на стихотворение Александра Пушкина «Я помню чудное мгновенье» исполняет Иван Семенович Козловский.

Фонограмма из аудиофонда
Отдела искусств Краснодарской
краевой юношеской библиотеки

Тексты других выпусков радиопередачи
«200 лучших записей на стихи Александра Сергеевича Пушкина»:

Художественный анализ стихотворения Пушкина «Я помню чудное мгновенье»

Большинство стихотворений периода Михайловской ссылки по жанрам и стилю — послания, элегии и оды, в которых можно заметить по традиционному для Пушкина то возвышенную символику, то лирическую мягкость, то шутливую интонацию дружеской беседы. Самые сокровенные воспоминания, раздумья, переживания, порывы Пушкина отражаются, прежде всего, в этих традиционных жанрах. Чаще всего поэта волнуют мысли о любви и дружбе, о юношеских идеалах и судьбе его поколения, о поэзии, вдохновении, славе. Лирика Михайловского периода запечатлела процесс духовного возрождения поэта после идейного кризиса 1823 года и мучительного потрясения, вызванного ссылкой и одиночеством в первые месяцы 1824 г.

Стихотворение «Я помню чудное мгновенье» выходит за рамки простого эпизода в биографии Пушкина. До прочтения стихотворения нужно отметить, что слово «гений», которое упоминается в произведении дважды, во времена Пушкина употреблялось в поэтическом языке в значении «дух» или «образ». Первая строфа послания — воспоминание о мимолетном и прекрасном видении юности:

  • Я помню чудное мгновенье:
  • Передо мной явилась ты,
  • Как мимолетное виденье,
  • Как гений чистой красоты.

Есть в этом четверостишии что-то от полузабытого радостного сновидения, в котором реальные очертания расплываются, и в памяти остаются лишь общие контуры. Пушкин, умевший создавать четкие, конкретные картины жизни, здесь сознательно избегает уточнений, которые бы разрушили это впечатление золотого сна юности. Это откуда и «чудесное мгновенье» в первой строке, и почти сказочная таинственность второй: «Передо мной явилась ты», и отсутствие портретных штрихов А.П.Керн, и обобщенный образ — «гений чистой красоты» в четвертой. Все поэтические средства поэта направлены на то, чтобы оттенить духовное начало в женской красоте. Эпитет «чистое» вызывает ассоциацию с одухотворенным образами мадонн, молодых матерей, созданных живописцами Возрождения и мастерами русской иконописи.

Гармония пластической и внутренней красоты этих обаятельных женских образов достигалась благодаря изяществу, «певучести» линий рисунка, свежести тонов и нравственной чистоте материнского чувства, озарявшего их облик. Возникший в первой строфе образ чистой красоты воспринимается как символ красоты и поэзии самой жизни. Впечатление радостного юношеского видения усилено во второй строфе, где душевное состояние передано в характерных для романтического стиля недомолвках:

  • В томленьях грусти безнадежной,
  • В тревогах шумной суеты,
  • Звучал мне долго голос нежный
  • И снились милые черты.

Оба эпитета: голос нежный и милые черты оттеняют нравственную основу пушкинского идеала красоты. Следующие строфы — поэтический рассказ о жизненных испытаниях, которые, казалось, навсегда изгладили из памяти радостное юношеское видение. С третьей строфы интонация стихотворения изменяется, первая строка ломается паузой, а в самой необычности порядка слов возникает тревожная нота:

  • Шли годы. Бурь порыв мятежный
  • Рассеял прежние мечты,
  • И я забыл твой голос нежный,
  • Твои небесные черты.
  • Наконец, упоминание о ссылке:
  • В глуши, во мраке заточенья
  • Тянулись тихо дни мои
  • Без божества, без вдохновенья,
  • Без слез, без жизни, без любви.

«Мрак заточенья» воспринимается не только как биографический намек. Это образ насилия над личностью, неволи, которая лишала жизнь ее радостей в широком смысла слова. Жизнь словно замерла, утратила свою поэзию — наступила душевная спячка. Божество, вдохновение, слезы, жизнь, любовь поставлены Пушкиным в один ряд как слова, символизирующие полноту и яркость чувств, светлую сторону бытия, все, что противоположно мраку неволи.

Последние две строфы звучат как гимн вечно юной и прекрасной жизни, напоминая общее радостное настроение финальных строк элегии «К морю». Там источником веры поэта в жизнь была величественная морская стихия, здесь — женская красота. Философский смысл душевного пробуждения поэта заключается в утверждении возвышающего воздействия красоты, в поэтизации свежести чувств. Как ни тяжелы испытания, выпавшие на долю поэта, каким глухим и безысходным ни кажется мрак заточенья, его душа не завяла, она готова откликнуться на зов красоты. Вот почему предпоследняя строфа повторяет мотив юношеского видения, а последняя утверждает ту полноту и силу чувств, которых был лишен поэт в неволе: Душе настало пробужденье:

  • И вот опять явилась ты,
  • Как мимолетное виденье,
  • Как гений чистой красоты,
  • И сердце бьется в упоенье,
  • И для него воскресли вновь
  • И божество, и вдохновенье,
  • И жизнь, и слезы, и любовь.

Музыкальность, свойственная стихам А.С.Пушкина вообще, в послании «А.П.Керн» достигает высшей степени совершенства. Мелодическое звучание строк здесь является поэтическим средством передачи впечатления чистоты, целомудренности восхищения автора женской красотой. Источник этой музыкальности в ритмическом рисунке послания, в необычайно легком, волнообразном чередовании ямбических стоп, в повторении рифмующихся окончаний, в усилительных смысловых повторах строк, в интонационной и смысловой перекличке первой и пятой, четвертой и последней строф.

Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Добавить комментарий

;-) :| :x :twisted: :smile: :shock: :sad: :roll: :razz: :oops: :o :mrgreen: :lol: :idea: :grin: :evil: :cry: :cool: :arrow: :???: :?: :!: