Стих бородино лермонтов текст

«Скажи-ка, дядя, ведь недаром
Москва, спаленная пожаром,
Французу отдана?
Ведь были ж схватки боевые,
Да, говорят, еще какие!
Недаром помнит вся Россия
Про день Бородина!»

— Да, были люди в наше время,
— Не то, что нынешнее племя:
Богатыри — не вы!
Плохая им досталась доля:
Немногие вернулись с поля.
Не будь на то господня воля,
Не отдали б Москвы!

Мы долго молча отступали.
Досадно было, боя ждали,
Ворчали старики: «Что ж мы?
на зимние квартиры?
Не смеют, что ли, командиры
Чужие изорвать мундиры
О русские штыки?»

И вот нашли большое поле:
Есть разгуляться где на воле!
Построили редут.
У наших ушки на макушке!
Чуть утро осветило пушки
И леса синие верхушки —
Французы тут как тут.

Забил заряд я в пушку туго
И думал: угощу я друга!
Постой-ка, брат мусью!
Что тут хитрить, пожалуй к бою;
Уж мы пойдем ломить стеною,
Уж постоим мы головою
За родину свою!

Два дня мы были в перестрелке.
Что толку в этакой безделке?
Мы ждали третий день.
Повсюду стали слышны речи:
«Пора добраться до картечи!»
И вот на поле грозной сечи
Ночная пала тень.

Прилег вздремнуть я у лафета,
И слышно было до рассвета,
Как ликовал француз.
Но тих был наш бивак открытый:
Кто кивер чистил весь избитый,
Кто штык точил, ворча сердито,
Кусая длинный ус.

И только небо засветилось,
Все шумно вдруг зашевелилось,
Сверкнул за строем строй.
Полковник наш рожден был хватом:
Слуга царю, отец солдатам.
Да, жаль его: сражен булатом,
Он спит в земле сырой.

И молвил он, сверкнув очами:
«Ребята! не Москва ль за нами?
Умремте ж под Москвой,
Как наши братья умирали!»
И умереть мы обещали,
И клятву верности сдержали
Мы в Бородинский бой.

Ну ж был денек! Сквозь дым летучий
Французы двинулись, как тучи,
И все на наш редут.
Уланы с пестрыми значками,
Драгуны с конскими —хвостами,
Все промелькнули перед нами,
Все побывали тут.

Вам не видать таких сражений.
Носились знамена, как тени,
В дыму огонь блестел,
Звучал булат, картечь визжала,
Рука бойцов колоть устала,
И ядрам пролетать мешала
Гора кровавых тел.

Изведал враг в тот день немало,
Что значит русский бой удалый,
Наш рукопашный бой.
Земля тряслась — как наши груди;
Смешались в кучу кони, люди,
И залпы тысячи орудий
Слились в протяжный вой.

Вот смерклось.
Были все готовы
Заутра бой затеять новый
И до конца стоять.
Вот затрещали барабаны —
И отступили бусурманы.
Тогда считать мы стали раны,
Товарищей считать.

Михаил Лермонтов
стихотворение
«Поле Бородина»

Всю ночь у пушек пролежали
Мы без палаток, без огней,
Штыки вострили да шептали
Молитву родины своей.
Шумела буря до рассвета;
Я, голову подняв с лафета,
Товарищу сказал:
«Брат, слушай песню непогоды:
Она дика как песнь свободы».
Но, вспоминая прежни годы,
Товарищ не слыхал.

Пробили зорю барабаны,
Восток туманный побелел,
И от врагов удар нежданый
На батарею прилетел.
И вождь сказал перед полками:
«Ребята, не Москва ль за нами?
Умремте ж под Москвой,
Как наши братья умирали»
И мы погибнуть обещали,
И клятву верности сдержали
Мы в бородинский бой.

Что Чесма, Римник и Полтава?
Я вспомня леденею весь,
Там души волновала слава,
Отчаяние было здесь.
Безмолвно мы ряды сомкнули,
Гром грянул, завизжали пули,
Перекрестился я.
Мои пал товарищ, кровь лилася,
Душа от мщения тряслася,
И пуля смерти понеслася
Из моего ружья.

Марш, марш! пошли вперед, и боле
Уж я не помню ничего.
Шесть раз мы уступали поле
Врагу и брали у него.
Носились знамена как тени,
Я спорил о могильной сени,
В дыму огонь блестел.
На пушки конница летала,
Рука бойцов колоть устала,
И ядрам пролетать мешала
Гора кровавых тел.

Живые с мертвыми сравнялись.
И ночь холодная пришла,
И тех, которые остались,
Густою тьмою развела.
И батареи замолчали,
И барабаны застучали,
Противник отступил:
Но день достался нам дороже! —
В душе сказав: помилуй боже!
На труп застывший, как на ложе,
Я голову склонил.

И крепко, крепко наши спали
Отчизны в роковую ночь.
Мои товарищи, вы пали!
Но этим не могли помочь. —
Однако же в преданьях славы
Все громче Римника, Полтавы
Гремит Бородино.
Скорей обманет глас порочный,
Скорей небес погаснут очи,
Чем в памяти сынов полночи
Изгладится оно.

Стихотворение написано в 1830 или 1831 году. Впервые опубликовано под названием «Бородино» в 1860 году в собрании сочинений под редакцией Дудышкина.

Стихотворение является первой попыткой Лермонтова воспроизвести в форме рассказа очевидца события Бородинской битвы, имевшей решающее значение для победы русских войск над Наполеоном.

Французские военные историки рассматривали Бородинскую битву как бесспорную победу Наполеона. Спор между ними и русскими историками о значении Бородинского боя с особой остротой был воспринят декабристами и Пушкиным, а также следующим поколением, к которому принадлежал Лермонтов.

Вальтер Скотт
(известный британский писатель)

Большое впечатление на Лермонтова произвела поэма В. Скотта «Поле Ватерлоо», с которой поэт познакомился в 1830 году. «Поле Бородина» является как бы ответом В. Скотту и другим западно-европейским поэтам и историкам, которые, преувеличивая значение последней победы антинаполеоновской коалиции, недооценивали значения Бородинской битвы, надломившей силы французов.

Бородино (Лермонтов)

Короткая справка
← Смерть поэта Бородино («Скажи-ка, дядя, ведь недаром. »)
автор Михаил Юрьевич Лермонтов (1814—1841)
Молитва (Я, Матерь Божия. ) →
См. Стихотворения 1837—1841 . Дата создания: 1837, опубл.: 1837 [1] . Источник: 1. Лермонтов М. Ю. ФЭБ ЭНИ «Лермонтов» Сочинения: В 6 т. — М.; Л.: Изд-во АН СССР, 1954. — Т. 2. Стихотворения, 1832—1841. — С. 80—83. , 2. Лермонтов М. Ю. Полное собрание стихотворений в 2 томах. — Л.: Советский писатель. Ленинградское отделение, 1989. — Т. 2. Стихотворения и поэмы. 1837—1841. — С. 9—13. • Написано в связи с 25-летием со времени Отечественной войны 1812 года

Авторские и издательские редакции текста [ править ]

  • Бородино // «Современник», 1837, т. 6 (дореформенная орфография)
  • Бородино // Сочинения в 6 т. 1954—1957. Т.2, 1954
  • Бородино // Полное собрание стихотворений в 2 т., 1989. Т.2
  • Бородино // Полное собрание стихотворений в 2 т., 1989. Т.2 (Ё)


«Скажи-ка, дядя, ведь не даром
Москва, спаленная пожаром,
Французу отдана?
Ведь были ж схватки боевые?
5 Да, говорят, еще какие!
Не даром помнит вся Россия
Про день Бородина!»

— Да, были люди в наше время,
Не то, что нынешнее племя:

10 Богатыри — не вы!
Плохая им досталась доля:
Не многие вернулись с поля…
Не будь на то господня воля,
Не отдали б Москвы!

  • 15 Мы долго молча отступали,
    Досадно было, боя ждали,
    Ворчали старики:
    «Что ж мы? на зимние квартиры?
    Не смеют что ли командиры
  • 20 Чужие изорвать мундиры
    О русские штыки?»

    И вот нашли большое поле:
    Есть разгуляться где на воле!
    Построили редут.

    25 У наших ушки на макушке!
    Чуть утро осветило пушки
    И леса синие верхушки —
    Французы тут-как-тут.

    Забил заряд я в пушку туго

  • 30 И думал: угощу я друга!
    Постой-ка, брат, мусью!
    Что тут хитрить, пожалуй к бою;
    Уж мы пойдем ломить стеною,
    Уж постоим мы головою
  • 35 За родину свою!

    Два дня мы были в перестрелке.
    Что толку в этакой безделке?
    Мы ждали третий день.
    Повсюду стали слышны речи:

    40 «Пора добраться до картечи!»
    И вот на поле грозной сечи
    Ночная пала тень.

    Прилег вздремнуть я у лафета,
    И слышно было до рассвета,

    45 Как ликовал француз.
    Но тих был наш бивак открытый:
    Кто кивер чистил весь избитый,
    Кто штык точил, ворча сердито,
    Кусая длинный ус.

  • 50 И только небо засветилось,
    Всё шумно вдруг зашевелилось,
    Сверкнул за строем строй.
    Полковник наш рожден был хватом:
    Слуга царю, отец солдатам…
  • 55 Да, жаль его: сражен булатом,
    Он спит в земле сырой.

    И молвил он, сверкнув очами:
    «Ребята! не Москва ль за нами?
    Умремте ж под Москвой,

    60 Как наши братья умирали!»
    — И умереть мы обещали,
    И клятву верности сдержали
    Мы в бородинский бой.

    Ну ж был денек! Сквозь дым летучий

  • 65 Французы двинулись как тучи,
    И всё на наш редут.
    Уланы с пестрыми значками,
    Драгуны с конскими хвостами,
    Все промелькнули перед нами,
  • 70 Все побывали тут.

    Вам не видать таких сражений.
    Носились знамена как тени,
    В дыму огонь блестел,
    Звучал булат, картечь визжала,

    75 Рука бойцов колоть устала,
    И ядрам пролетать мешала
    Гора кровавых тел.

    Изведал враг в тот день немало,
    Что значит русский бой удалый,

    80 Наш рукопашный бой.
    Земля тряслась — как наши груди,
    Смешались в кучу кони, люди,
    И залпы тысячи орудий
    Слились в протяжный вой…

  • 85 Вот смерклось. Были все готовы
    Заутра бой затеять новый
    И до конца стоять…
    Вот затрещали барабаны —
    И отступили басурманы.
  • 90 Тогда считать мы стали раны,
    Товарищей считать.

    Да, были люди в наше время,
    Могучее, лихое племя:
    Богатыри — не вы.

    95 Плохая им досталась доля:
    Не многие вернулись с поля.
    Когда б на то не божья воля,
    Не отдали б Москвы!


    «Скажи-ка, дядя, ведь недаром
    Москва, спаленная пожаром,
    Французу отдана?
    Ведь были ж схватки боевые,
    Да, говорят, еще какие!
    Недаром помнит вся Россия
    Про день Бородина!»

    «Да, были люди в наше время,
    Не то, что нынешнее племя:
    Богатыри — не вы!
    Плохая им досталась доля:
    Не многие вернулись с поля…
    Не будь на то господня воля,
    Не отдали б Москвы!

    Мы долго молча отступали.
    Досадно было, боя ждали,
    Ворчали старики:
    «Что ж мы? на зимние квартиры?
    Не смеют, что ли, командиры
    Чужие изорвать мундиры
    О русские штыки?»

    И вот нашли большое поле:
    Есть разгуляться где на воле!
    Построили редут.
    У наших ушки на макушке!
    Чуть утро осветило пушки
    И леса синие верхушки —
    Французы тут как тут.

    Забил заряд я в пушку туго
    И думал: угощу я друга!
    Постой-ка, брат мусью!
    Что тут хитрить, пожалуй к бою;
    Уж мы пойдем ломить стеною,
    Уж постоим мы головою
    За родину свою!

    Два дня мы были в перестрелке.
    Что толку в этакой безделке?
    Мы ждали третий день.
    Повсюду стали слышны речи:
    «Пора добраться до картечи!»
    И вот на поле грозной сечи
    Ночная пала тень.

    Прилег вздремнуть я у лафета,
    И слышно было до рассвета,
    Как ликовал француз.
    Но тих был наш бивак открытый:
    Кто кивер чистил весь избитый,
    Кто штык точил, ворча сердито,
    Кусая длинный ус.

    И только небо засветилось,
    Всё шумно вдруг зашевелилось,
    Сверкнул за строем строй.
    Полковник наш рожден был хватом:
    Слуга царю, отец солдатам…
    Да, жаль его: сражен булатом,
    Он спит в земле сырой.

    И молвил он, сверкнув очами:
    «Ребята! не Москва ль за нами?
    Умремте ж под Москвой,
    Как наши братья умирали!»
    И умереть мы обещали,
    И клятву верности сдержали
    Мы в Бородинский бой.

    Ну ж был денек! Сквозь дым летучий
    Французы двинулись, как тучи,
    И всё на наш редут.
    Уланы с пестрыми значками,
    Драгуны с конскими хвостами,
    Все промелькнули перед нами,
    Все побывали тут.

    Вам не видать таких сражений.
    Носились знамена́, как тени,
    В дыму огонь блестел,
    Звучал булат, картечь визжала,
    Рука бойцов колоть устала,
    И ядрам пролетать мешала
    Гора кровавых тел.

    Изведал враг в тот день немало,
    Что значит русский бой удалый,
    Наш рукопашный бой.
    Земля тряслась — как наши груди;
    Смешались в кучу кони, люди,
    И залпы тысячи орудий
    Слились в протяжный вой…

    Вот смерклось. Были все готовы
    Заутра бой затеять новый
    И до конца стоять…
    Вот затрещали барабаны —
    И отступили бусурманы.
    Тогда считать мы стали раны,
    Товарищей считать.

    Да, были люди в наше время,
    Могучее, лихое племя:
    Богатыри — не вы.
    Плохая им досталась доля:
    Не многие вернулись с поля.
    Когда б на то не божья воля,
    Не отдали б Москвы!»

    Примечания [ править ]

    1. ↑«Современник», 1837, том 6, с. 207—211.
  • Лермонтов М. Ю. Сочинения: В 6 т. — М.; Л.: Изд-во АН СССР, 1954. — Т. 2. Стихотворения, 1832—1841. — С. 80—83. Лермонтов М. Ю. Полное собрание стихотворений в 2 томах. — Л.: Советский писатель. Ленинградское отделение, 1989. — Т. 2. Стихотворения и поэмы. 1837—1841. — С. 9—13.
    ЛЕРМОНТОВ М. Ю. БОРОДИНО

    МИХАИЛ ЮРЬЕВИЧ ЛЕРМОНТОВ — ЗНАМЕНИТОЕ СТИХОТВОРЕНИЕ

    15 октября 1814 года родился один из величайших поэтов человечества Михаил Юрьевич Лермонтов. Он погиб совсем молодым — ему не исполнилось еще и двадцати семи лет. За свою короткую жизнь он создал множество гениальных творений. Но нет, пожалуй, среди них более популярного, чем стихотворение «Бородино».

    В 1837 году исполнялась 25-я годовщина Бородинского сражения, и М. Ю. Лермонтов написал стихотворение «Бородино» о мужестве, отваге, стойкости русских солдат-богатырей, грудью защитивших свою родину.

    Слово «Бородино» знает весь мир. Это название деревни, находящейся неподалеку от Москвы, на старой Смоленской дороге. Возле Бородина 7 сентября 1812 года произошла великая битва: русские войска под командованием фельдмаршала М. И. Кутузова нанесли поражение французской армии, которую возглавлял прославленный полководец — император Наполеон I.

    Бородино — одна из величайших в истории битв, в которой решалась наша судьба — судьба народов России. Бородино — самый важный момент в ходе Отечественной войны 1812 года. В этом сражении с наивысшей силой проявился патриотический подъем русской армии и всего русского общества. Бородино -великое поражение Наполеона, начало его заката и окончательной гибели его «непобедимой» армии. Вот какой обширный и глубокий смысл вложил М. Ю. Лермонтов в заглавие своего стихотворения.

    О великой битве рассказывает простой русский солдат. С восторгом вспоминает он, как в день Бородина русская армия поклялась головой постоять за родину, сломить натиск врага, преградить ему путь. И как сдержала в бою «клятву верности».

    ЛЕРМОНТОВ М. Ю. БОРОДИНО

    Год написания: 1837 г.

    Скажи-ка, дядя, ведь не даром

    Москва, спаленная пожаром,

    Ведь были ж схватки боевые?

    Да, говорят, еще какие!

    Не даром помнит вся Россия

    Про день Бородина!

    — Да, были люди в наше время,

    Не то, что нынешнее племя:

    Богатыри — не вы!

    Плохая им досталась доля:

    Не многие вернулись с поля.

    Не будь на то господня воля,

    Не отдали б Москвы!

    Мы долго молча отступали,

    Досадно было, боя ждали,

    «Что ж мы? на зимние квартиры?

    Не смеют что ли командиры

    Чужие изорвать мундиры

    О русские штыки?»

    И вот нашли большое поле:

    Есть разгуляться где на воле!

    У наших ушки на макушке!

    Чуть утро осветило пушки

    И леса синие верхушки —

    Забил заряд я в пушку туго

    И думал: угощу я друга!

    Постой-ка, брат, мусью!

    Что тут хитрить, пожалуй к бою;

    Уж мы пойдем ломить стеною,

    Уж постоим мы головою

    За родину свою!

    Два дня мы были в перестрелке.

    Что толку в этакой безделке?

    Мы ждали третий день.

    Повсюду стали слышны речи:

    «Пора добраться до картечи!»

    И вот на поле грозной сечи

    Ночная пала тень.

    Прилег вздремнуть я у лафета,

    И слышно было до рассвета,

    Как ликовал француз.

    Но тих был наш бивак открытый:

    Кто кивер чистил весь избитый,

    Кто штык точил, ворча сердито,

    Кусая длинный ус.

    И только небо засветилось,

    Всё шумно вдруг зашевелилось,

    Сверкнул за строем строй.

    Полковник наш рожден был хватом:

    Слуга царю, отец солдатам.

    Да, жаль его: сражен булатом,

    Он спит в земле сырой.

    И молвил он, сверкнув очами:

    «Ребята! не Москва ль за нами?

    Умремте ж под Москвой,

    Как наши братья умирали!»

    — И умереть мы обещали,

    И клятву верности сдержали

    Мы в бородинский бой.

    Ну ж был денек! Сквозь дым летучий

    Французы двинулись как тучи,

    И всё на наш редут.

    Уланы с пестрыми значками,

    Драгуны с конскими хвостами,

    Все промелькнули перед нами,

    Все побывали тут.

    Вам не видать таких сражений.

    Носились знамена как тени,

    В дыму огонь блестел,

    Звучал булат, картечь визжала,

    Рука бойцов колоть устала,

    И ядрам пролетать мешала

    Гора кровавых тел.

    Изведал враг в тот день немало,

    Что значит русский бой удалый,

    Наш рукопашный бой.

    Земля тряслась — как наши груди,

    Смешались в кучу кони, люди,

    И залпы тысячи орудий

    Слились в протяжный вой.

    Вот смерклось. Были все готовы

    Заутра бой затеять новый

    И до конца стоять.

    Вот затрещали барабаны —

    И отступили басурманы.

    Тогда считать мы стали раны,

    Да, были люди в наше время,

    Могучее, лихое племя:

    Богатыри — не вы.

    Плохая им досталась доля:

    Не многие вернулись с поля.

    Когда б на то не божья воля,

    Не отдали б Москвы!

    Картечь — артиллерийский снаряд, предназначенный для поражения противника на близком расстоянии.

    Сеча — сражение, битва.

    Лафет — станок, на котором укрепляется ствол, артиллерийского орудия.

    Редут — полевое укрепление.

    Басурманы — здесь: враги.

    История написания стихотворения Бородино

    Считается, что замысел стихотворения возник у автора ещё в 1830—1831 годы, когда на начальном этапе воплощения литературной идеи Лермонтовым было создано стихотворение «Поле Бородина».

    К 25-летнему юбилею Отечественной войны 1812 года и Бородинской битвы Михаил Лермонтов решил создать новое произведение, которое отличалось бы особым тематическим содержанием. Активная обсуждаемость известных событий и героического сопротивления народа России в год антинаполеоновской кампании в широких слоях общества обусловила проявление повышенного интереса к этому историческому периоду. В частности, Лермонтов в этот период много размышлял о судьбе народа в истории, о прошлом и настоящем России и её народа, о роли конкретного события в истории народа и страны. Анализируя этот аспект, В. Г. Белинский позже отмечал, что ключевой мыслью «Бородина» является «жалоба на настоящее поколение, дремлющее в бездействии, зависть к великому прошлому, полному славы и великих дел».

    Эта тема лермонтовского творчества получила чрезвычайно широкое распространение в этот период, она красной нитью проходит через многие его поэтические произведения второй половины 1830-х годов. Непосредственным поводом к написанию стихотворения послужило знакомство Лермонтова с воспоминаниями Алексея Афанасьевича Столыпина, ветерана Отечественной войны, который находился в родственных отношениях с поэтом.

    В какой-то степени образ отстранённого повествователя в стихотворении на прототипическом уровне пересекается с личностью Столыпина, несмотря на то, что нарративный компонент стихотворения представляется не офицером, а безымянным солдатом-рассказчиком, мудрым (всеведающим) и проницательным участником освободительной войны, что придаёт стихотворному тексту эпичность и мотивирует его фольклорное наполнение.

    Этот солдат-артиллерист весьма точно передаёт хоть и стихийные, но эпохальные настроения, характерные для беспристрастного народного начала, по определению являющегося внеличностным. Что касается красочного образа безымянного полковника, то его автор также не объективирует, однако в его чертах могут прочитываться протитипические личности Петра Багратиона, раненного на поле боя, а затем и генерала от инфантерии Дмитрия Дохтурова, который заменил первого в сражении.

    Именно народный облик солдата-рассказчика определяет неподражаемую сказовую манеру батального нарратива, которая получает органичное звучание. Такое своеобразное нарративное освещение исторической битвы придаёт ей эпохальный, универсальный масштаб, при этом само Бородинское сражение приобретает особую достоверность. Сперва ветеран описывает события, предшествовашие самому сражению: длительное отступление русской армии, тщательный выбор места предстоящего сражения, подготовительные работы перед боем, клятва верности воинов своему патриотическому долгу.

    Далее автор акцентирует внимание на протяжённости ожесточённого сражения и передаёт психологическое и нравственное состояние русского войска после завершения боя.

    Непримиримый антагонизм двух временных культурно-исторических планов актуализирует авторских рефрен, являющийся ключевым для всего понимания стихотворения:

    «Да, были люди в наше время, / Не то, что нынешнее племя, / Богатыри — не вы!».

    Автор обращается в поиску идеала в прошлом, тема искания эксплицитно заявлена в другом важном тексте Лермонтова: «Песня про царя Ивана Васильевича, молодого опричника и удалого купца Калашникова», который также был написан в 1837 году. Что касается стилевого наполнения стихотворения, то о нём достаточно ёмко и полновесно отозвался Белинский: «благороден, силен и полон поэзии». Неизвестный автор переложил стихотворение Лермонтова на музыку, после чего оно получило широкое распространение как народная песня.

    Подробный стиховеческий и культурно-исторический анализ поэтического текста М. Ю. Лермонтова представлен в труде литературоведа, театроведа и педагога Сергея Николаевича Дурылина «Как работал Лермонтов» (издан в Москве в 1934 году), а также в книге известного советского языковеда и литературоведа Виктора Владимировчиа Виноградова «Очерки по истории русского литературного языка» (Москва, 1938).

    Следует обратить внимание на литературоведческое исследование Николая Бродского, которое посвящено именно этому стихотворению и называется «„Бородино“ Лермонтова и его патриотические традиции» (увидело свет в 1948 году) и на научную статью Л. В. Кутьевой «К изучению стихотворения Лермонтова „Бородино“», которая была опубликована в первом номере литературоведческого периодического издания «Русская словесность» за 1998 год.

    Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
    Добавить комментарий

    ;-) :| :x :twisted: :smile: :shock: :sad: :roll: :razz: :oops: :o :mrgreen: :lol: :idea: :grin: :evil: :cry: :cool: :arrow: :???: :?: :!: