Сергею Есенину — вский

(19.07.1893 — 14.04.1930).
Родился в селе Багдади Кутаисской губернии. Отец — дворянин, служил лесничим, предки — из казаков Запорожской Сечи; мать из рода кубанских казаков. В 1902—1906 гг. Маяковский учился в Кутаисской гимназии, в июле 1906 г., после смерти отца, вместе с матерью и двумя сестрами переезжает в Москву, где поступает в IV класс 5-й классической гимназии (за неуплату денег за обучение был исключен из V класса в марте 1908 г.).

В Москве Маяковский знакомится с революционно настроенными студентами, увлекается марксистской литературой, вступает в начале 1908 г. в партию большевиков, подвергается арестам, 11 месяцев проводит в Бутырской тюрьме, откуда освобождается в январе 1910 г. как несовершеннолетний. В тюрьме Маяковский написал тетрадь стихов (1909), которая была отобрана надзирателями; с нее поэт исчислял начало своего творчества. После освобождения из тюрьмы он прерывает партийную работу, чтобы «делать социалистическое искусство». В 1911 г. Маяковский поступает в Училище живописи, ваяния и зодчества, где знакомится с Д. Д. Бурлюком, организатором футуристической группы «Гилея», который открывает в нем «гениального поэта». Через три года, в феврале 1914, Маяковский вместе с Бурлюком был исключен из училища за публичные выступления.

В декабре 1912 г. Маяковский дебютирует как поэт в альманахе «Пощечина общественному вкусу», где были напечатаны его стихотворения «Ночь» и «Утро». В нем же был опубликован и манифест русских кубо-футуристов, подписанный Д. Бурлюком, А. Крученых, В. Маяковским и В. Хлебниковым. В манифесте провозглашалось нигилистическое отношение к русской литературе настоящего и прошлого: «Бросить Пушкина, Достоевского, Толстого и проч. и проч. с Парохода современности. (. ) Всем этим Максимам Горьким, Куприным, Блокам, Сологубам, Ремизовым, Аверченкам, Черным, Кузминым, Буниным и проч. и проч. нужна лишь дача на реке. Такую награду дает судьба портным». Однако вопреки декларациям Маяковский высоко ценил Гоголя, Достоевского, Блока, и других писателей, которые оказали глубокое влияние на его творчество. Творчески плодотворным стал для Маяковского 1913 г., когда вышел его первый сборник «Я» (цикл из четырех стихотворений), написана и поставлена программная трагедия «Владимир Маяковский» и было совершено вместе с другими футуристами большое турне по городам России. Сборник «Я» был написан от руки, снабжен рисунками В. Н. Чекрыгина и Л. Шехтеля и размножен литографическим способом в количестве 300 экземпляров. В качестве первого раздела этот сборник вошел в книгу стихов поэта «Простое как мычание» (1916).

В 1915—1917 гг. Маяковский проходит военную службу в Петрограде в автошколе. 17 декабря 1918 г. поэт впервые прочел со сцены Матросского театра стихи «Левый марш (Матросам)». В марте 1919 г. он переезжает в Москву, начинает активно сотрудничать в РОСТА (Российское телеграфное агентство), оформляет (как поэт и как художник) для РОСТА агитационно-сатирические плакаты («Окна РОСТА»). В 1919 г. вышло первое собрание сочинений поэта — «Все сочиненное Владимиром Маяковским. 1909-1919». В конце 10-х гг. Маяковский связывает свои творческие замыслы с «левым искусством», выступает в «Газете футуристов», в газете «Искусство коммуны».

Футуризм Маяковского с самого начала и до конца дней поэта имел романтический характер. Маяковский и в советское время оставался футуристом, хотя и с новыми свойствами: «комфутом», то есть коммунистическим футуристом, а также руководителем ЛЕФа (Левого фронта искусств) (1922—1928). В 1922—1924 гг. Маяковский совершает несколько поездок за границу — Латвия, Франция, Германия; пишет очерки и стихи о европейских впечатлениях: «Как работает республика демократическая?» (1922); «Париж (Разговорчики с Эйфелевой башней)» (1923) и ряд других. В Париже поэт будет и в 1925, 1927, 1928, 1929 гг. (лирический цикл «Париж»); в 1925 г. состоится поездка Маяковского по Америке («Мое открытие Америки»). В 1925—1928 гг. он много ездит по Советскому Союзу, выступает в самых разных аудиториях. В эти годы поэт публикует многие из тех своих произведений: «Товарищу Нетте, пароходу и человеку» (1926); «По городам Союза» (1927); «Рассказ литейщика Ивана Козырева. » (1928).

Исследователи творческого развития Маяковского уподобляют его поэтическую жизнь пятиактному действу с прологом и эпилогом. Роль своего рода пролога в творческом пути поэта сыграла трагедия «Владимир Маяковский» (1913), первым актом стали поэмы «Облако в штанах» (1914—1915) и «Флейта-позвоночник» (1915), вторым актом—поэмы «Война и мир» (1915— 1916) и «Человек» (1916—1917), третьим актом — пьеса «Мистерия-буфф» (первый вариант—1918, второй—1920— 1921) и поэма «150 000 000» (1919— 1920), четвертым актом—поэмы «Люблю» (1922), «Про это» (1923) и «Владимир Ильич Ленин» (1924), пятым актом—поэма «Хорошо!» (1927) и пьесы «Клоп» (1928—1929) и «Баня» (1929—1930), эпилогом—первое и второе вступления в поэму «Во весь голос» (1928—1930) и предсмертное письмо поэта «Всем» (12 апреля 1930 г.). Остальные произведения Маяковского, в том числе многочисленные стихотворения, тяготеют к тем или иным частям этой общей картины, основу которой составляют крупные произведения поэта.

Художественный мир Маяковского являет собою синтетическую драму, которая включает в себя свойства разных драматургических жанров: трагедии, мистерии, эпико-героической драмы, комедии, райка, кинематографа, феерии и т. д., подчиненных основному у Маяковского — трагическому характеру его главного героя и трагедийной структуре всего его творчества. Следует заметить, что не только его пьесы, но и поэмы по-своему драматургичны и чаще всего трагедийны.

В трагедии «Владимир Маяковский» поэт видит свой жизненный долг и назначение своего искусства в том, чтобы способствовать достижению человеческого счастья. Искусство для него с самого начала было не просто отражением жизни, а средством ее переделки, орудием жизнестроительства.

Маяковский стремится поставить своего лирико-трагедийного героя, выражающего устремления всего человечества, на место Бога — одряхлевшего, беспомощного, не способного на какие-либо деяния ради людей. Этот герой из-за своей неразделенной любви к женщине и к людям в целом становится богоборцем с сердцем Христа. Однако, для того чтобы стать Человеко-богом, герой и все остальные люди должны быть свободными, раскрыть свои лучшие возможности, сбросить с себя всякое рабство. Отсюда революционный нигилизм Маяковского, нашедший свое выражение в определении программного смысла поэмы «Облако в штанах»: «»Долой вашу любовь», «долой ваше искусство», «долой ваш строй», «долой вашу религию» — четыре крика четырех частей». Любви, искусству, социальному строю и религии старого мира Маяковский противопоставляет свою любовь, свое искусство, свое представление о социальном устройстве будущего, свою веру в идеал нового, во всех отношениях прекрасного человека. Попытка реализации этой программы после революции оказалась для поэта трагической. В «Облаке» Маяковский выходит к людям «безъязыкой» улицы в роли поэта-пророка, «тринадцатого апостола», «сегодняшнего дня крикогубого Заратустры», чтобы произнести перед ними новую Нагорную проповедь. Называя себя «сегодняшнего дня крикогубым Заратустрой», Маяковский хотел сказать, что и он, подобно Заратустре, является пророком грядущего — но не сверхчеловека, а освобожденного от рабства человечества.

В поэмах-трагедиях «Облако в штанах», «Флейта-позвоночник», «Война и мир», «Человек» и «Про это» у героя Маяковского, выступающего в роли богоборца, «тринадцатого апостола», Демона и воителя, появляются трагические двойники, похожие на Христа. В изображении этой трагической двойственности Маяковский развивает традиции Гоголя, Лермонтова, Достоевского и Блока, становится богоборцем с сердцем Христа. Его богоборчество начинается с мук неразделенной любви к женщине и только потом приобретает социальный и бытийный смысл. В поэме «Флейта-позвоночник» он показал грядущий праздник взаимной, разделенной любви, а в поэме «Война и мир» — праздник братского единения всех стран, народов и материков. Маяковский хотел разделенной любви не только для себя, но «чтоб всей вселенной шла любовь». Его идеалы трагически разбивались о реальную действительность. В поэме «Человек» показан крах всех усилий и устремлений героя, направленных на достижение личных и общественных идеалов. Этот крах обусловлен косностью человеческого естества, трагическим дефицитом любви, рабской покорностью людей Повелителю Всего — этому всесильному наместнику Бога на земле, символу власти денег, власти буржуазии, способной купить любовь и искусство, подчинить себе волю и разум людей.

В пьесе «Мистерия-буфф» и поэме «150 000 000» поэт ставит революционные массы народа на место Бога и Христа. При этом, в отличие от «Двенадцати» Блока, Маяковский односторонне идеализирует социальное сознание и творческие возможности революционных масс, которые еще недавно изображались поэтом как безликие толпы людей, покорные Повелителю Всего, а теперь, по подсказке автора, самоуверенно заявляющие: «Мы сами себе и Христос и Спаситель!»

В гениальной поэме-трагедии «Про это» Маяковский показал борьбу лирического героя за идеальную, разделенную любовь, без которой нет жизни. В ходе этого трагического поединка с героем происходят фантастические метаморфозы, его природное естество под воздействием «громады любви» развоплощается, превращается в творческую и духовную энергию, символами которой являются стих, поэзия и страдающий Христос. Гиперболический процесс метаморфоз выражен поэтом в сложной системе трагических двойников поэта: медведя, комсомольца-самоубийцы, похожего одновременно и на Иисуса, и на самого Маяковского, и других. В целом этот трагедийный метаморфический процесс обретает форму поэмы-мистерии о любви, страданиях, смерти и грядущем воскресении Всечеловека, Человека природного, стремящегося занять место Бога.

В поэме «Хорошо!» и сатирической дилогии «Клоп» и «Баня» Маяковский изображает, как в революционной борьбе рождается советская Россия, славит «отечество. которое есть,/но трижды — которое будет», внимательно следит за ростками новой жизни, стремясь как поэт романтико-футуристического склада помочь их быстрому развитию. Вместе с тем он обнаруживает в зародыше раковые опухоли советского общества, грозящие ему смертельными болезнями.

После поэмы «Хорошо!» Маяковский хотел написать поэму «Плохо», но вместо нее написал сатирические пьесы «Клоп» и «Баня», в которых показал самые опасные тенденции в молодом советском обществе: перерождение рабочих и партийцев в мещан — любителей красивой, «аристократической» жизни за чужой счет (Присыпкин) и усиление власти невежественных и некомпетентных партийно-советских бюрократов вроде Победоносикова. Сатирическая дилогия поэта показала, что основная масса людей оказалась не готова занять место Бога и приступить к реализации высоких идеалов и потенциальных возможностей человека. В поэме «Во весь голос» Маяковский называет настоящее «окаменевшим говном», а реализацию своего идеала Человека переносит в неопределенно далекое «коммунистическое далеко».

Сатира поэта, особенно «Баня», вызвала травлю со стороны рапповской критики.

В феврале 1930 г. поэт вступает в РАПП (Российская Ассоциация пролетарских писателей). Этот поступок Маяковского был осужден его друзьями. Отчуждение и общественная травля усугублялись личной драмой («любовная лодка разбилась о быт»). Маяковскому упорно стали отказывать в выезде за границу, где у него должна была состояться встреча с женщиной (стихотворение «Письмо Татьяне Яковлевой», 1928), с которой намеревался связать свою жизнь. Все это привело Маяковского к самоубийству, предсказанному еще в трагедии «Владимир Маяковский».

Как правильно: Августовский или августОвский?

Припомнимъ снова и то, что всѣ мы плохо знаемъ по-руски…

Даль В.И. Толковый словарь живого великорусского языка

…Намедни меня спросили, к ак правильно, где поставить ударение в слове « августовский »а́ вгустовский или август о́ вский?

До приснопамятного 2009 г. (см. Приказ Министерства образования и науки Российской Федерации от 8 июня 2009 г. № 195) в этом слове ударение ставилось на первый слог – а́ вгустовский (см., например, Орфографический словарь русского языка: 106 000 слов. М.: Рус. яз., 1986. С. 15).

Ныне допускается и а ́вгустовский , и август о ́вский .

Поэтические иллюстрации вариантов ударения:

• Не хочу я лететь в зенит,

Слишком многое телу надо.

Что ж так имя твоё звенит,

Словно а́ вгустовская прохлада?

(Сергей Есенин. «Ты такая ж простая, как все…»);

• И в август о́ вский свод из мрамора,

Как обезглавленных гортани,

Заносят яблоки адамовы

Казнённых замков очертанья

(Борис Пастернак. «Пока мы по Кавказу лазаем…»).

Список словарей, содержащих нормы современного русского литературного языка при его использовании в качестве государственного языка РФ:

Краткая биография Комаровского

Биография

Василий Алексеевич Комаровский (1881-1914). Отец — шталмейстер императорского двора, граф, в роду были многие замечательные предки, кровно и по свойству Комаровские были связаны с Веневитиновыми, гр. Муравьевыми, гр. Виельгорскими и др.

Василий Комаровский интересовался генеалогией и историей своего рода, хранил историко-литературные документы семьи.

В 1900 после Александровского лицея поступил на юридический факультет Петербургского университета, но курса не закончил — тяжелая психическая болезнь с периодическими обострениями мешала систематическому образованию.

Жил в Царском Селе у своей тетки до самой смерти, наступившей в психиатрической лечебнице. В последние годы В. Комаровский, мало интересующийся текущей литературной жизнью, подружился с А. Ахматовой; и именно акмеисты впоследствии спасли имя Комаровского от забвения.

Его единственная книга «Первая пристань» (1913) не сделала имя автора известным, хотя и привлекла ненадолго внимание публики после ранней смерти. Зрительная убедительность произведений цикла «Итальянские впечатления» (Комаровский никогда не был в Италии) не меньше, чем его стихов на античные сюжеты; он был талантливым художником и знатоком искусства, успел составить «Указатель к таблице главных живописцев Европы с 1200 по 1800 г.».

Место Комаровского в литературном потоке начала XX века совершенно особенное и независимое от влияний. Как и Ин. Анненский, он был «одним из последних хранителей царскосельской мифологии», и литературная репутация его в узком кругу молодых поэтов была высока. «Самые блистательные и самые ледяные русские стихи», — сказал о Комаровском Г. Иванов.

Сергею Есенину — вский

Это композитор глубоко русский. Его душевный мир — это мир чистых и возвышенных страстей. В этой музыке много чего-то недосказанного, какой-то затаенной нежности, большого душевного целомудрия.
Г. Свиридов

Б. Чайковский — яркий и своеобразный мастер, в творчестве которого органично сплелись оригинальность, неповторимость и глубокая почвенность музыкального мышления. В течение нескольких десятилетий композитор, вопреки соблазнам моды и прочим привходящим обстоятельствам, бескомпромиссно идет своим путем в искусстве. Показательно, как смело вводит он в свои произведения самые простые, порой даже примелькавшиеся попевки и ритмоформулы. Ибо пройдя сквозь фильтр его поразительного звукоощущения, неистощимой изобретательности, умения сопрягать, казалось бы, несовместимое, его свежей, прозрачной инструментовки, графически четкой, но колористически богатой фактуры, обычнейшая интонационная молекула предстает перед слушателем словно заново родившейся, обнаруживает свою суть, свою сердцевину.

Б. Чайковский родился в семье, где музыку очень любили и поощряли занятия ею сыновей, которые оба избрали музыку своей профессией. В детские годы Б. Чайковский сочинил первые фортепианные пьесы. Некоторые из них до сих пор входят в репертуар юных пианистов. В прославленной школе Гнесиных он занимался по классу фортепиано у одной из ее основательниц Е. Гнесиной и у А. Головиной, а его первым педагогом по композиции был Е. Месснер — человек, воспитавший многих прославленных музыкантов, удивительно безошибочно умевший подвести ребенка к решению достаточно сложных композиционных задач, раскрыть ему содержательный смысл интонационных превращений и сопряжений.

В училище и в Московской консерватории Б. Чайковский занимался в классах прославленных советских мастеров — В. Шебалина, Д. Шостаковича, Н. Мясковского. Уже тогда вполне отчетливо заявили о себе важные особенности творческой личности молодого музыканта, которые Мясковский сформулировал так: «Своеобразный русский склад, исключительная серьезность, хорошая композиторская техника. » Одновременно Б. Чайковский занимался в классе замечательного советского пианиста Л. Оборина. Композитор и сегодня выступает интерпретатором своих сочинений. В его исполнении записаны на грампластинки фортепианный Концерт, Трио, скрипичная и виолончельная сонаты, фортепианный Квинтет.

В ранний период творчества композитор создал ряд крупных произведений: Первую симфонию (1947), Фантазию на русские народные темы (1950), «Славянскую рапсодию» (1951). Симфониетту для струнного оркестра (1953). В каждом из них автор обнаруживает оригинальный, глубоко индивидуальный подход к, казалось бы, известным интонационно-мелодическим и содержательно-смысловым идеям, к традиционным формам, нигде не сбиваясь на распространенные в те годы трафаретные, ходульные решения. Недаром его сочинения включали в свой репертуар такие дирижеры, как С. Самосуд и А. Гаук. В десятилетие 1954-64 гг., ограничившись преимущественно областью камерно-инструментальных жанров (фортепианное Трио — 1953; Первый квартет — 1954; струнное Трио — 1955; Соната для виолончели и фортепиано, Концерт для кларнета и камерного оркестра — 1957; Соната для скрипки и фортепиано — 1959; Второй квартет — 1961; Фортепианный квинтет — 1962), композитор не только выработал безошибочно узнаваемую на слух музыкальную лексику, но и определил важнейшие черты собственного образного мира, где красота, воплощенная в мелодических темах, по-русски вольных, неспешных, «немногословных», предстает как символ нравственной чистоты и стойкости человека.

Концерт для виолончели с оркестром (1964) открывает новый период в творчестве Б. Чайковского, отмеченный крупными симфоническими концепциями, в которых ставятся важнейшие вопросы бытия. Беспокойная, живая мысль сталкивается в них то с равнодушно-безостановочным бегом времени, то с косностью, рутиной обыденной ритуальности, то со зловещими сполохами безудержной, безжалостной агрессивности. Порой эти столкновения кончаются трагически, но и тогда в памяти слушателя остаются мгновения высших озарений, взлетов человеческого духа. Таковы Вторая (1967) и Третья, «Севастопольская» (1980), симфонии; Тема и восемь вариаций (1973, к 200-летию Дрезденской штаатскапеллы); симфонические поэмы «Ветер Сибири» и «Подросток» (по прочтении романа Ф. Достоевского — 1984); Музыка для оркестра (1987); Скрипичный (1969) и Фортепианный (1971) концерты; Четвертый (1972), Пятый (1974) и Шестой (1976) квартеты.

Иногда лирическая экспрессия словно скрыта за полушутливыми, полуироническими масками стилизации или суховатой этюдности. Но и в Партите для виолончели и камерного ансамбля (1966), и в Камерной симфонии в возвышенно-печальных финалах среди осколков-отголосков предыдущих хоралов и маршевых движений, унисонов и токкат открывается нечто хрупкое и затаенно-личное, дорогое. В Сонате для двух фортепиано (1973) и в Шести этюдах для струнных и органа (1977) за чередованием различных видов фактуры также скрывается второй план — наброски, «этюды» о чувствах и размышлениях, разрозненных жизненных впечатлениях, постепенно складывающихся в стройную картину осмысленного, «очеловеченного мира». Композитор редко обращается к средствам, привлеченным из арсенала других искусств. Его дипломная работа в консерватории — опера «Звезда» по Э. Казакевичу (1949) — осталась незавершенной. Но сравнительно немногие вокальные произведения Б. Чайковского посвящены сущностным проблемам: художник и его предназначение (цикл «Лирика Пушкина» — 1972), размышления о жизни и смерти (кантата для сопрано, клавесина и струнных «Знаки Зодиака» на ст. Ф. Тютчева, А. Блока, М. Цветаевой и Н. Заболоцкого), о человеке и природе (цикл «Последняя весна» на ст. Н. Заболоцкого). В 1988 г. на фестивале советской музыки в Бостоне (США) были впервые исполнены «Четыре стихотворения И. Бродского», созданные еще в 1965 г. До недавнего времени их музыка у нас в стране была известна только в авторской транскрипции 1984 г. (Четыре прелюдии для камерного оркестра). Лишь на фестивале «Московская осень-88» цикл первый раз в СССР прозвучал в первоначальной версии.

Б. Чайковский — автор поэтичной и веселой музыки к радиосказкам для детей по Г. X. Андерсену и Д. Самойлову: «Оловянный солдатик», «Калоши счастья», «Свинопас», «Кот в сапогах», «Слоненок-турист» и многим другим, известным также благодаря грамзаписям. При всей внешней простоте и незатейливости здесь много остроумнейших деталей, тонких реминисценций, но начисто отсутствуют даже малейшие намеки на шлягерную стандартизированность, заштампованность, которыми грешит порой подобная продукция. Столь же свежи, точны и убедительны его музыкальные решения в таких кинофильмах, как «Сережа», «Женитьба Бальзаминова», «Айболит-66», «Лоскутик и облако», «Уроки французского», «Подросток».

Образно говоря, в произведениях Б. Чайковского мало нот, но много музыки, много воздуха, простора. Его интонации не банальны, но их незатертость и новизна далеки как от «химически чистых» лабораторных опытов, намеренно освобожденных даже от намека на бытовое интонирование, так и от попыток «заигрывания» с этой средой. В них слышна неустанная душевная работа. Той же работы души требует эта музыка и от слушателя, предлагая ему взамен высокое наслаждение от интуитивного постижения гармонии мира, которое способно дать только истинное искусство.

Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Добавить комментарий

;-) :| :x :twisted: :smile: :shock: :sad: :roll: :razz: :oops: :o :mrgreen: :lol: :idea: :grin: :evil: :cry: :cool: :arrow: :???: :?: :!: