Пушкин и лермонтов назначение поэта и поэзии

Тема поэта, его назначения и судьбы занимает важное место в творчестве классиков русской литературы А. С. Пушкина и М. Ю. Лермонтова. На протяжении всей своей жизни они размышляли над этой проблемой, и поэтому образ поэта, стихотворца у них не является статичным, а изменяется совместно с самими авторами, их взглядами, мировоззрением.

В ранней лирике Пушкина поэзия расценивалась как гражданское служение Отчизне. Поэт должен был «воспеть свободу миру, на тронах поразить порок». Эти строки из оды «Вольность», написанной в 1817 году, призывают к свержению тирании, склониться царей «под сень надежную закона». Ода явилась первым примером гражданской лирики, которая позже найдет отражение и в творчестве Лермонтова.
В стихотворении к Н. Ю. Плюсковой Пушкин прямо заявляет:

Свободу лишь учася славить,

Стихами жертвуя лишь ей,

Я не рожден царей забавить

Стыдливой музою моей.

Он считает, что назначение поэта содержится в том, чтобы быть «эхом народа», показывать все его идеи свободы, равенства, братства, откликаться на все нужды. Лермонтов же, сравнивая поэта с кинжалом в стихотворении «Поэт», писал, что поэт «воспламенял бойца для битвы, он нужен был толпе, как чаша для пиров, как фимиам в часы молитвы». Автор также полагает, что поэт утратил свое былое важность в современном мире:

Твой стих, как божий дух, носился над толпой

И, отзыв мыслей благородных,

Звучал, как колокол, на башне вечевой

Во дни торжеств и бед народных.

Лермонтов, обращаясь к поэтам-современникам, задает риторический вопрос: «Проснешься ль ты опять, осмеянный пророк?»

Переживая творческое взросление, Пушкин начинает все больше места в своем творчестве уделять романтизму. В срок южной ссылки образ поэта максимально романтизирован.

Теперь поэт — одинокий человек, обладающий нечеловеческой властью над умами и судьбами людей. Он может видеть прошлое и предсказывать будущее, никому неподвластен, кроме Бога. Это показано в «Песне о Вещем Олеге», где поэт сравнивается с волхвами:

Волхвы не боятся могучих владык,

А княжеский дар им не нужен;

Правдив и свободен их вещий язык

И с волей небесною дружен.

Кумирами Пушкина, как и всей тогдашней молодежи, были Байрон и Наполеон — две великие личности, ставшие воплощением романтической судьбы, властителями дум, не до конца понятые и отверженные миром (элегия «К морю»).

В стихотворении «Свободы сеятель пустынный. » автор говорит, что он «бросал живительное семя», то есть творил, стремился донести до людей идеалы свободы и «вольности святой», но «потерял я только пора, благие мысли и труды». «Мирные народы» не поняли его, он остался одиноким. Эта характерная для романтизма антитеза — человек и общество, поэт и чернь — находит отражение и в творчестве М. Лермонтова. Он также считал поэта избранным, одиноким человеком с величественной, тонко чувствующей душой:

Нет, я не Байрон, я другой,

Еще неведомый избранник,

Как он, гонимый миром странник,

Но только с русскою душой.

Лермонтов считал, что любой стихотворец обречен в этом мире на страдание, непонимание и недолгую жизнь. Такова судьба поэта:

Погиб Поэт! — невольник чести —

Пал, оклеветанный молвой.

Судьбы свершился приговор!

Но у Лермонтова, в отличие от Пушкина, противостояние поэта и толпы доведено до абсолюта, что обусловлено различными качествами лирического героя обоих поэтов. Это наблюдается и в романтических произведениях обоих поэтов: стихи Лермонтова более трагичны по своему содержанию, чем произведения Пушкина. Это объясняется ещё и тем, что они жили в разное пора. Пушкин являлся носителем оптимистических декабристских идей, овеянных революционным романтизмом, а Лермонтов — дитя эпохи разочарования, пессимизма, реакции, наступившей в стране после подавления восстания декабристов.

После южной ссылки Пушкин начал преодолевать романтический максимализм и стал задаваться вопросом: «Может ли поэзия стать источником жизни, материальных благ?» Он начинает рассматривать поэзию как ремесло, профессию, дающую вероятность существовать. Ответ на эти вопросы мы находим в стихотворении «Разговор книгопродавца с поэтом» (1824): «без финансов и свободы нет», а также «не продается вдохновенье, но можно рукопись продать». В конце стихотворения поэт переходит на прозу и продает свою рукопись. Это было совершенно неприемлемо для Лермонтова, так как он не рассматривал поэзию как средство к существованию.

В 1826 году Пушкин анонсирует стихотворение «Пророк», являющееся своеобразным поэтическим манифестом автора. В нем пишется о свойствах, какими должен обладать поэт, в отличие от обыкновенного человека, чтобы достойно исполнять свое предназначение. Если в других стихотворениях, говоря о поэте и поэзии, Пушкин использует аллегорические образы античной мифологии (Музы, Аполлон, Парнас), то тут он обращается к библейской мифологии: вместо поэта — пророк, вместо музы — шестикрылый серафим, вместо Аполлона — Бог. Посланник Бога, серафим, преобразует всю природу человека, чтобы сделать из него поэта-пророка. У него открываются глаза («вещие зеницы»), серафим дает поэту вместо языка «жало мудрыя змеи», вместо обыкновенного трепетного сердца — он вдвигает ему в грудь «угль, пылающий огнем». Но и этого полного преображения человека оказывается недостаточно, чтобы стать поэтом («Как труп в пустыне я лежал»). Нужна ещё высокая поставленная проблема, мысль, во имя которой поэт творит, которая оживляет его. Эта поставленная проблема, мысль образно выражена как «Бога глас»:

Восстань, пророк, и виждь, и внемли,

Исполнись волею моей

И, обходя моря и земли,

Глаголом жги сердца людей.

Чуть более чем через десять лет Лермонтов напишет свое стихотворение «Пророк», своеобразное продолжение пушкинского, вступая с ним в полемику. Бог дает поэту все, чтобы помочь людям увидеть и познать истину, но толпа отвергает его, он им не нужен. Если у Пушкина поэт изображен в минуты торжества, то у Лермонтова он в несчастье и нужде, поэт одинок в мире людей. Это лишний раз подчеркивает ту отрешенность от мира, одиночество, которое было характерно для лермонтовского понимания места художника в жизни:

Смотрите ж, дети, на него:

Как он угрюм, и худ, и бледен!

Смотрите, как он наг и беден,

Как презирают все его!

В более поздний срок своего творчества Пушкин задается вопросом: «Что такое искусство? Что есть творческая свобода?» Он считает, что природа любого творца двойственна. Так, «пока не требует поэта к священной жертве Аполлон», это обычный человек, со всеми его недостатками и слабостями.

Но лишь божественный глагол

До слуха чуткого коснется,

Душа поэта встрепенется,

Как пробудившийся орел.

Ему начинает открываться другой, высший мир, на него нисходит вдохновение, и он начинает творить.

В стихотворении «Поэт и толпа» (1828) автор указывает нам на модифицирование искусства и поэзии. По его мнению, поставленная проблема искусства «не какая-то польза, а созидание прекрасного». «Цель поэзии — поэзия», — писал Пушкин. Лермонтов в целом соглашался с ним. Он полагал, что в словах главное не их смысл, не их лексическое важность, а их звучание и гармония:

Есть речи — значенье

Темно иль ничтожно,

Но им без волненья

Как полны их звуки

В них слезы разлуки,

В них трепет свиданья.

Пушкин призывает всех поэтов служить только своей Музе, быть свободным от

мнения света, толпы:

Поэт! Не дорожи любовию народной.

Восторженных похвал пройдет минутный шум;

Услышишь суд глупца и смех толпы холодной,

Но ты останься тверд, спокоен и угрюм.

В середине 20-х годов в творчестве Пушкина на смену романтизму приходит реализм. Поэт пытается понять природу вдохновения, у которого много источников, но наиболее важные из них — это любовь и природа — вечные, непреходящие ценности, не зависящие от уклада жизни, политических и социальных условий.

Так, главной мыслью стихотворения «Осень» (1833) является мысль о возникновении поэтического вдохновения, которое неподвластно человеческому разуму:

И забываю мир — и в сладкой тишине

Я сладко усыплен моим воображеньем,

И пробуждается ^поэзия во мне.

И мысли в голове волнуются в отваге,

И рифмы легкие навстречу им бегут,

И пальцы просятся к перу, перо к бумаге,

Минута — и стихи свободно потекут.

Вторая, но не менее важная Муза Пушкина — это любовь:

Душе настало пробужденье:

И вот опять явилась ты,

Как мимолетное виденье,

Как гений чистой красоты.

И сердце бьется в упоенье,

И для него воскресли ещё

И божество, и вдохновенье,

И жизнь, и слезы, и любовь.

В отличие от Пушкина, Лермонтов видел источник своего вдохновения в другом. Он писал, что поэт принадлежит высшему миру, в отличие от обыкновенного человека. Именно оттуда нисходит на него вдохновение:

И длительно на свете томилась она,

Желанием чудным полна;

И звуков небес сменить не могли

Ей скучные песни земли, —

писал Лермонтов в стихотворении «Ангел».

Подводя своеобразный результат своей жизни, Пушкин анонсирует стихотворение «Я памятник себе воздвиг нерукотворный», в котором утверждает свое бессмертие, «доколь в подлунном мире жив будет хоть один пиит». Его обращение к Музе явилось своеобразным наставлением будущим поэтам следовать своему предназначению и пониманию своего задолженности перед народом и собой:

Веленью божию, о муза, будь послушна,

Обиды не страшась, не требуя венца.

Хвалу и клевету приемли равнодушно

И не оспоривай глупца.

В заключение следует сообщить, что и Пушкин, и Лермонтов привнесли новое в понимание темы поэта и поэзии, его назначения в обществе, задолженности перед народом. Они наполнили поэзию гражданским звучанием. Эту традицию продолжили многие русские поэты в XIX и XX веках.

Пушкин и лермонтов назначение поэта и поэзии

Пушкин о назначение поэта и поэзии

На берег выброшен грозою,
Я гимны прежние пою

Каждого поэта на протяжении жизьни, и особенно в зрелые годы, волнует вопрос о значении его труда для общества и вообще о назначении поэтического творчества. А.С. Пушкин высоко оценивал роль и характер деятельности поэта. Поэзия для Пушкина всегда была искусством, высочайшим проявлением творческого духа. Обязательным условием нормальной творческой деятельности он считал свободу творчества, независимость личности поэта. Его волновал также вопрос о том высоком предназначении, которое он должен выполнить как поэт. Еще на заре своей литературной деятельности, в лицейских стихотворениях, Пушкин задумывался над задачей, ролью, судьбой поэзии и поэта в современном, ему обществе.

В первом напечатанном стихотворении. «К другу стихотворцу» мы находим .такие размышления поэта: Не так, любезный друг, писатели богаты; Судьбой им нe даны ни мраморны палаты, Ни чистым золотом набиты сундуки; Лачужка под землей, высоки чердаки — Вот пышны их дворцы, великолепны залы. Их жизнь — ряд горестей, гремяща слава — сон. И все же, прекрасно понимая незавидную судьбу поэта в современном ему обществе, лицеист Пушкин для себя избирает путь литературного творчества. Он готов вступить на него, как бы ни была трудна судьба поэта, какие бы лишения и тревоги, борьба и страдания его не ожидали. «Мой жребий пал; я лиру избираю», — пишет Пушкин. Уже в этом раннем стихотворении ясно слышатся ноты презрения по отношению «к сильным мира сего», не способным ни ценить, ни тем более понимать поэзию и самого поэта.

В 1815 году Пушкин пишет стихотворение «К Лицинию». Вспоминая римского сатирика Ювенала, Пушкин так определяет задачи поэта: «Свой дух воспламеню жестоким Ювеналом, в сатире праведной порок изображу, и нравы сих веков потомству обнажу». Так возникает в творчестве Пушкина образ поэта — борца, прямо противоположный привычным представлениям XVIII века о назначении поэта. В понимании Пушкина, поэт не одописатель в честь вельмож и царей, он — «эхо русского народа». Об этом он и говорит в стихотворении «К Плюсковой»: «Я не рожден царей забавить стыдливой лирою моей. Любовь и тайная свобода внушали сердцу гимн простой, и неподкупный голос мой был эхо русского народа». «Свободная гордость», «скромная, благородная лира», стремление служить своей поэзией одной лишь свобода, отказ воспевать царей, сознание глубокой связи с народом — все это оставалось неизменным во взглядах Пушкина в течение всей его творческой жизни.

Во многих стихотворениях Пушкина мы видим противопоставление поэта светскому обществу, среди которого он живет. Он называет это общество презрительно и гневно: «толпа», «чернь». Пушкин защищает мысль о свободе поэта от «черни», т.е. от невежественных гонителей поэта, от светского общества, от «гордых невежд» и «знатных глупцов». В 1826-1831 годах Пушкин создает ряд стихотворений на тему поэта и поэзии: «Пророк», «Поэту», «Поэт», «Эхо», в которых автор развивает свои взгляды на задачи поэта: поэт свободен в своем творчестве, он идет своими путями, определенными его высоким призванием: творчество поэта — «благородный подвиг», поэт независим от служения светской толпе.

Сквозь все творчество на эту тему проходит идея о трагической участи поэта в жизни. Когда -то эту же тему развивал придворный поэт Жуковский. Он был талантлив, но тем не менее, поэтов раньше держали при «дворе» в качестве лакеев и шутов. Пушкин избежал участи своего кумира детства. Уже ранняя поэзия Пушкина по богатству мыслей, по художественному уровню почти ничем не отличалась от произведений признанных тогда мастеров русской поэзии. Вбирая в свою поэзию достижения современной ему литературы, Пушкин уже в лицее стремится идти «своим путем». Пушкин требует от поэзии истины и выражения чувств, он далек от классицизма Жуковского, он не согласен со своим учителем Державиным, который считал, что поэзия должна «парить» над миром, Пушкин — поэт действительности. Он силен во всех жанрах поэзии: ода, дружеское послание, элегия, сатира, эпиграмма — везде Пушкин смел, его поэтический стиль нельзя спутать с другими поэтами. Во времена Пушкина не только почти все лицеисты писали стихи, но и высокообразованный слой дворянства был достаточно силен в литературе, поэзия была почитаема в салонах; считалось, что, неумение писать стихи, такой же дурной тон, как неумение танцевать или говорить по-французски.

В творчестве каждого поэта рано или поздно начинается перелом, когда он должен осмыслить — для чего он пишет стихи? Перед Пушкиным такого выбора не стояло, он знал, что поэзия нужна всем, чтобы нести свет и свободу в этот мир. Позднее, сто лет спустя, Маяковский очень точно оценил труд поэта, заявив: «Поэзия — та же добыча радия, в грамм — добыча, в год — труды, изводишь единого слова ради тысячи тонн словесной руды». Поэт-декабрист Рылеев писал Пушкину: «На тебя устремлены глаза России; тебя любят, тебе верят, тебе подражают. Будь поэт и гражданин». Пушкин выполнил это завещание.

купить мбор 5ф и другую огнезащиту от ООО «КРОСТ», в том числе маты прошивные базальтовые, огнезащитную краску. Полный ассортимент огнезащитных материалов.

Пушкин и лермонтов назначение поэта и поэзии

Настоящий большой поэт не может создавать произведения просто ради самого процесса стихосложения. Он невольно задумывается о том, в чем смысл и назначение его творчества, о чем он хочет поведать людям, какова вообще роль поэзии в жизни общества. Эти вопросы глубоко волновали Лермонтова. Взгляды его на поэта и поэзию постепенно менялись, приобретая зрелость и глубину. Юный поэт-романтик, ощущая свой могучий поэтический дар, возвышающий его над людьми, прежде всего ценит собственную свободу, презирая мнения «насмешливого, безумного света».

Я сам собою жил доныне,
Свободно мчится песнь моя,
Как птица дикая в пустыне,
Как вдаль по озеру ладья.

Но уже тогда поэта одолевают сомнения: можно ли желать славы и бессмертия, если его народ влачит жалкое, ничтожное существование.

Безумец я! вы правы, правы!
Смешно бессмертье на земли.
Как смел желать я громкой славы,
Когда вы счастливы в пыли?

Здесь слышится раскаянье поэта в своем гордом высокомерии, в отторженности от земной, обыденной жизни. Нет. Поэт нужен людям, он должен быть с ними и в горе, и в радости. Лермонтов пришел к пониманию того, что литература, поэзия является могучим средством воздействия на сердца и умы людей. Особую актуальность приобретали эти мысли в 30-е годы XIX века, когда именно литературная деятельность давала возможность протестовать против ненавистного уклада жизни. Лермонтов видит назначение поэзии в том, чтобы она пробуждала в людях любовь к родине, стремление к свободе. Поэт — это человек, который ни перед кем не склоняет «гордого чела». Но Лермонтов понимал также, что поэзия может превратиться в средство развлечения толпы, если она замкнется в кругу сугубо личных, камерных тем, отгородившись от актуальных вопросов жизни, от политической борьбы. Эти мысли Лермонтова с особой силой прозвучали в стихотворении «Поэт». Он неожиданно и оригинально сближает два образа — кинжала и поэта. Казалось бы, какая может существовать связь между неодушевленным предметом и человеком, наделенным даром слагать стихи? Однако она есть. Это доказывает история кинжала, рассказанная в первой части стихотворения. Автор вспоминает славную боевую службу кинжала, который верой и правдой служил «наезднику в горах», не на одной груди оставив страшный след «и не одну прорвав кольчугу». Но после гибели своего хозяина кинжал перестал быть грозным боевым оружием и долго пролежал заброшенным «в походной лавке армянина».

Теперь родных ножон, избитых на войне,
Лишен героя спутник бедный;
Игрушкой золотой он блещет на стене —
Увы, бесславный и безвредный!

Смысл истории кинжала в том, что он из страшного оружия превратился в безвредную блестящую игрушку, украшающую ковер. Теперь сравнение кинжала с поэтом принимает понятный и глубокий смысл. Ведь и поэзия может служить забавой, средством увеселения светской знати, если поэт откажется от своего высокого назначения, от своей гуманной миссии.

В наш век изнеженный не так ли ты, поэт,
Свое утратил назначенье,
На злато променяв ту власть, которой свет
Внимал в немом благоговенье?

В следующих строфах этого стихотворения Лермонтов высказывает свой взгляд на роль и назначение поэзии. Нужность, необходимость поэзии людям подчеркивается здесь выразительными сравнениями: «как чаша для пиров», «как фимиам в часы молитвы», «как божий дух» и, наконец, «как колокол на башне вечевой». Цель поэзии — «воспламенять бойца для битвы». Значит, поэт — это не только человек, обладающий поэтическим даром. Для Лермонтова, как и для Пушкина, это пророк, стоящий выше других людей, способный вести их за собой. Поэт должен обладать смелостью, независимостью, неподкупностью, энергией и неутомимостью. Но «простой и гордый» поэт не сразу находит отклик в душах людей, которые тешатся «блестками и обманом». Таким образом, Лермонтов прямо говорит о тех многочисленных трудностях, опасностях, людской неблагодарности, которые будут сопровождать путь поэта, отважившегося стать пророком. Но все-таки Лермонтов, обращаясь к поэту, призывает его быть верным своему высокому назначению:

Проснешься ль ты опять, осмеянный пророк?
Иль никогда на голос мщенья
Из золотых ножон не вырвешь свой клинок,
Покрытый ржавчиной презренья?

В стихотворении «Поэт» возникает мотив взаимоотношения поэта и общества, который становится ведущим в стихотворениях «Смерть Поэта» и «Пророк». В «Пророке» Лермонтов рисует идеал, созданный его воображением, а в стихотворении «Смерть Поэта» он воплощает его в образе реально живущего человека — великого Пушкина. В нем счастливо соединились и «свободный, смелый дар», и гордость, и честь, и удивительная способность постижения людей. Именно эти качества Пушкина ненавистны светской черни, «жадною толпой стоящею у трона», которую Лермонтов прямо обвиняет в убийстве великого поэта России. Он клеймит позором этих высокородных негодяев, бросая им в лицо хлесткие, как пощечина, обвинения: «Свободы, Гения и Славы палачи», «наперсники разврата», «надменные потомки известной подлостью прославленных отцов». Лермонтов грозит им божьим судом, который «недоступен звону злата, и мысли и дела он знает наперед».

Продолжая тему роли поэта в обществе, Лермонтов пишет стихотворение «Пророк», в котором развивает мысли одноименного пушкинского произведения. Если Пушкин основное внимание сосредоточил на том, какими качествами должен обладать поэт-пророк и как они мучительно даются, то лермонтовский герой в начале стихотворения уже обладает «всеведеньем», которое дает ему право провозглашать людям «любви и правды чистые ученья». Он хочет пробудить в них стремление к лучшей жизни, желание избавиться от «злобы и порока». Но его гуманные искренние слова не вызывают отклика в обществе, погрязшем в грехе и разврате.

В меня все ближние мои
Бросали бешено каменья.

В своей благородной миссии пророку приходится терпеть насмешки, унижения, жестокость, изгнание. Пророк чувствует себя свободным только в прекрасном мире природы, полном гармонии, но он вновь возвращается к людям, ибо не может отказаться от своего назначения, трудной и благородной миссии. Значит, пророк не покорился судьбе, не отказался в угоду «могущественным старцам» от идеалов любви и справедливости. Таким должен быть истинный поэт, не отступающий перед трудностями и гонениями.

Продолжив лучшие пушкинские традиции в определении роли поэта и поэзии в обществе, Лермонтов оказал огромное влияние на многих великих русских поэтов, которые развили его мысли в своей гражданственной, свободной поэзии.

«А. С. Пушкин и М. Ю. Лермонтов о назначении поэта и поэзии»

Тема поэта, его назначения и судьбы занимает важное место в творчестве классиков русской литературы А. С. Пушкина и М. Ю. Лермонтова. На протяжении всей своей жизни они размышляли над этой проблемой, и поэтому образ поэта, стихотворца у них не является статичным, а изменяется вместе с самими авторами, их взглядами, мировоззрением.
В ранней лирике Пушкина поэзия расценивалась как гражданское служение Отчизне. Поэт должен был “воспеть свободу миру, на тронах поразить порок”. Эти строки из оды “Вольность”, написанной в 1817 году, призывают к свержению тирании, склониться царей “под сень надежную закона”. Ода явилась первым примером гражданской лирики, которая позже найдет отражение и в творчестве Лермонтова.
В стихотворении к Н. Ю. Плюсковой Пушкин прямо заявляет:
Свободу лишь учася славить,
Стихами жертвуя лишь ей,
Я не рожден царей забавить
Стыдливой музою моей.
Он считает, что назначение поэта заключается в том, чтобы быть “эхом народа”, выражать все его идеи свободы, равенства, братства, откликаться на все нужды. Лермонтов же, сравнивая поэта с кинжалом в стихотворении “Поэт”, писал, что поэт “воспламенял бойца для битвы, он нужен был толпе, как чаша для пиров, как фимиам в часы молитвы”. Автор также полагает, что поэт утратил свое былое значение в современном мире:
Твой стих, как божий дух, носился над толпой
И, отзыв мыслей благородных,
Звучал, как колокол, на башне вечевой
Во дни торжеств и бед народных.
Лермонтов, обращаясь к поэтам-современникам, задает риторический вопрос: “Проснешься ль ты опять, осмеянный пророк?”
Переживая творческое взросление, Пушкин начинает все больше места в своем творчестве уделять романтизму. В период южной ссылки образ поэта максимально романтизирован.
Теперь поэт — одинокий человек, обладающий нечеловеческой властью над умами и судьбами людей. Он может видеть прошлое и предсказывать будущее, никому неподвластен, кроме Бога. Это показано в “Песне о Вещем Олеге”, где поэт сравнивается с волхвами:
Волхвы не боятся могучих владык,
А княжеский дар им не нужен;
Правдив и свободен их вещий язык
И с волей небесною дружен.
Кумирами Пушкина, как и всей тогдашней молодежи, были Байрон и Наполеон — две великие личности, ставшие воплощением романтической судьбы, властителями дум, не до конца понятые и отверженные миром (элегия “К морю”).
В стихотворении “Свободы сеятель пустынный. ” автор говорит, что он “бросал живительное семя”, то есть творил, стремился донести до людей идеалы свободы и “вольности святой”, но “потерял я только время, благие мысли и труды”. “Мирные народы” не поняли его, он остался одиноким. Эта характерная для романтизма антитеза — человек и общество, поэт и чернь — находит отражение и в творчестве М. Лермонтова. Он также считал поэта избранным, одиноким человеком с величественной, тонко чувствующей душой:
Нет, я не Байрон, я другой,
Еще неведомый избранник,
Как он, гонимый миром странник,
Но только с русскою душой.
Лермонтов считал, что любой стихотворец обречен в этом мире на страдание, непонимание и недолгую жизнь. Такова судьба поэта:
Погиб Поэт! — невольник чести —
Пал, оклеветанный молвой.
Судьбы свершился приговор!
Но у Лермонтова, в отличие от Пушкина, противостояние поэта и толпы доведено до абсолюта, что обусловлено различными качествами лирического героя обоих поэтов. Это наблюдается и в романтических произведениях обоих поэтов: стихи Лермонтова более трагичны по своему содержанию, чем произведения Пушкина. Это объясняется еще и тем, что они жили в разное время. Пушкин являлся носителем оптимистических декабристских идей, овеянных революционным романтизмом, а Лермонтов — дитя эпохи разочарования, пессимизма, реакции, наступившей в стране после подавления восстания декабристов.
После южной ссылки Пушкин начал преодолевать романтический максимализм и стал задаваться вопросом: “Может ли поэзия стать источником жизни, материальных благ?” Он начинает рассматривать поэзию как ремесло, профессию, дающую возможность жить. Ответ на эти вопросы мы находим в стихотворении “Разговор книгопродавца с поэтом” (1824): “без денег и свободы нет”, а также “не продается вдохновенье, но можно рукопись продать”. В конце стихотворения поэт переходит на прозу и продает свою рукопись. Это было совершенно неприемлемо для Лермонтова, так как он не рассматривал поэзию как средство к существованию.
В 1826 году Пушкин пишет стихотворение “Пророк”, являющееся своеобразным поэтическим манифестом автора. В нем говорится о свойствах, какими должен обладать поэт, в отличие от обыкновенного человека, чтобы достойно выполнять свое предназначение. Если в других стихотворениях, говоря о поэте и поэзии, Пушкин использует аллегорические образы античной мифологии (Музы, Аполлон, Парнас), то здесь он обращается к библейской мифологии: вместо поэта — пророк, вместо музы — шестикрылый серафим, вместо Аполлона — Бог. Посланник Бога, серафим, преобразует всю природу человека, чтобы сделать из него поэта-пророка. У него открываются глаза (“вещие зеницы”), серафим дает поэту вместо языка “жало мудрыя змеи”, вместо обыкновенного трепетного сердца — он вдвигает ему в грудь “угль, пылающий огнем”. Но и этого полного преображения человека оказывается недостаточно, чтобы стать поэтом (“Как труп в пустыне я лежал”). Нужна еще высокая цель, идея, во имя которой поэт творит, которая оживляет его. Эта цель, идея образно выражена как “Бога глас”:
Восстань, пророк, и виждь, и внемли,
Исполнись волею моей
И, обходя моря и земли,
Глаголом жги сердца людей.
Чуть более чем через десять лет Лермонтов напишет свое стихотворение “Пророк”, своеобразное продолжение пушкинского, вступая с ним в полемику. Бог дает поэту все, чтобы помочь людям увидеть и познать истину, но толпа отвергает его, он им не нужен. Если у Пушкина поэт изображен в минуты торжества, то у Лермонтова он в несчастье и нужде, поэт одинок в мире людей. Это лишний раз подчеркивает ту отрешенность от мира, одиночество, которое было характерно для лермонтовского понимания места художника в жизни:
Смотрите ж, дети, на него:
Как он угрюм, и худ, и бледен!
Смотрите, как он наг и беден,
Как презирают все его!
В более поздний период своего творчества Пушкин задается вопросом: “Что такое искусство? Что есть творческая свобода?” Он считает, что природа любого творца двойственна. Так, “пока не требует поэта к священной жертве Аполлон”, это обычный человек, со всеми его недостатками и слабостями.
Но лишь божественный глагол
До слуха чуткого коснется,
Душа поэта встрепенется,
Как пробудившийся орел.
Ему начинает открываться иной, высший мир, на него нисходит вдохновение, и он начинает творить.
В стихотворении “Поэт и толпа” (1828) автор указывает нам на изменение искусства и поэзии. По его мнению, цель искусства “не какая-то польза, а созидание прекрасного”. “Цель поэзии — поэзия”, — писал Пушкин. Лермонтов в целом соглашался с ним. Он полагал, что в словах главное не их смысл, не их лексическое значение, а их звучание и гармония:
Есть речи — значенье
Темно иль ничтожно,
Но им без волненья
Внимать невозможно.
Как полны их звуки
Безумством желанья!
В них слезы разлуки,
В них трепет свиданья.
Пушкин призывает всех поэтов служить только своей Музе, быть свободным от
мнения света, толпы:
Поэт! Не дорожи любовию народной.
Восторженных похвал пройдет минутный шум;
Услышишь суд глупца и смех толпы холодной,
Но ты останься тверд, спокоен и угрюм.
В середине 20-х годов в творчестве Пушкина на смену романтизму приходит реализм. Поэт пытается понять природу вдохновения, у которого много источников, но наиболее важные из них — это любовь и природа — вечные, непреходящие ценности, не зависящие от уклада жизни, политических и социальных условий.
Так, главной мыслью стихотворения “Осень” (1833) является мысль о возникновении поэтического вдохновения, которое неподвластно человеческому разуму:
И забываю мир — и в сладкой тишине
Я сладко усыплен моим воображеньем,
И пробуждается ^поэзия во мне.
И мысли в голове волнуются в отваге,
И рифмы легкие навстречу им бегут,
И пальцы просятся к перу, перо к бумаге,
Минута — и стихи свободно потекут.
Вторая, но не менее важная Муза Пушкина — это любовь:
Душе настало пробужденье:
И вот опять явилась ты,
Как мимолетное виденье,
Как гений чистой красоты.
И сердце бьется в упоенье,
И для него воскресли вновь
И божество, и вдохновенье,
И жизнь, и слезы, и любовь.
В отличие от Пушкина, Лермонтов видел источник своего вдохновения в другом. Он писал, что поэт принадлежит высшему миру, в отличие от обыкновенного человека. Именно оттуда нисходит на него вдохновение:
И долго на свете томилась она,
Желанием чудным полна;
И звуков небес заменить не могли
Ей скучные песни земли, —
писал Лермонтов в стихотворении “Ангел”.
Подводя своеобразный итог своей жизни, Пушкин пишет стихотворение “Я памятник себе воздвиг нерукотворный”, в котором утверждает свое бессмертие, “доколь в подлунном мире жив будет хоть один пиит”. Его обращение к Музе явилось своеобразным наставлением будущим поэтам следовать собственному предназначению и пониманию своего долга перед народом и собой:
Веленью божию, о муза, будь послушна,
Обиды не страшась, не требуя венца.
Хвалу и клевету приемли равнодушно
И не оспоривай глупца.
В заключение следует сказать, что и Пушкин, и Лермонтов внесли новое в понимание темы поэта и поэзии, его назначения в обществе, долга перед народом. Они наполнили поэзию гражданским звучанием. Эту традицию продолжили многие русские поэты в XIX и XX веках.

Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Добавить комментарий

;-) :| :x :twisted: :smile: :shock: :sad: :roll: :razz: :oops: :o :mrgreen: :lol: :idea: :grin: :evil: :cry: :cool: :arrow: :???: :?: :!: