Произведения пушкина стихотворения

Лирика Пушкина. О ней говорить и трудно и легко.
Трудно, потому что это разносторонний поэт. Легко, потому что это необычайно талантливый поэт. Вспомним, как он определил сущность поэзии:


Свободен, вновь ищу союза
Волшебных звуков, чувств и дум.

Я обратил внимание на то, что непременным условием творчества поэт считает свободу. Пушкин уже к семнадцати годам был вполне сложившимся поэтом, способным соперничать с такими маститыми светилами, как Державин, Капнист. Поэтические строки Пушкина в отличие от громоздких строф Державина обрели ясность, изящество и красоту. Обновление русского языка, столь методично начатое Ломоносовым и Карамзиным, завершил Пушкин. Его новаторство нам потому и кажется незаметным, что мы сами говорим на этом языке. Бывают поэты “от ума”. Их творчество холодно и тенденциозно. Другие слишком много внимания уделяют форме. А вот лирике Пушкина присуща гармоничность. Там все в норме: ритм, форма, содержание.

Брожу ли я вдоль улиц шумных,
Вхожу ли в многолюдный храм,
Сижу ль средь юношей безумных,
Я предаюсь моим мечтам.

Так начинается одно из самых блистательных стихотворений Пушкина. Музыкальное повторение у и ли не кажется нарочитым, но создает особую мелодию стиха, всецело подчиняемую общей идее произведения. Поэта мучает мысль о скоротечности жизни, о том, что на смену ему придут новые поколения и он, возможно, будет забыт. Эта печальная мысль развивается на протяжении нескольких строф, но затем, по мере того как она уступает место философскому примирению с действительностью, меняется и звуковой настрой стихотворения. Элегическая протяженность исчезает, последние строки звучат торжественно и спокойно:

И пусть у гробового входа
Младая будет жизнь играть,
И равнодушная природа
Красою вечною сиять.

Исключительное художественное чутье Пушкина руководило им в выборе ритма, размера. Удивительно точно воспроизводится тряска дорожного экипажа:

Долго ль мне гулять на свете
То в коляске, то верхом,
То в кибитке, то в карете,
То в телеге, то пешком?

Когда читаешь стихотворение “Обвал” , невольно приходит на память гулкое горное эхо, возникают в воображении угрюмые очертания скал и обрывов.


. И ропщет бор,
И блещут средь волнистой мглы
Вершины гор.

Пушкин, как никто, умел радоваться красоте и гармонии мира, природы, человеческих отношений. Тема дружбы — одна из ведущих в лирике поэта. Через всю свою жизнь он пронес дружбу с Дельвигом, Пущиным, Кюхельбекером, зародившуюся еще в лицее. Многие вольнодумные стихи Пушкина адресованы друзьям, единомышленникам. Таким является стихотворение “К Чаадаеву” . В строках, лишенных всякой иносказательности, поэт призывает друга отдать свои силы освобождению народа.

Пока свободою горим,
Пока сердца для чести живы,
Мой друг, отчизне посвятим
Души прекрасные порывы!

Столь же недвусмысленный призыв к восстанию содержится и в знаменитой оде Пушкина “Вольность” . Главная мысль оды в том, что “вольность” возможна и в монархическом государстве, если монарх и народ строго следуют законам, в том числе и моральным. Пушкин призывает к этому, но вместе с тем звучит предупреждение тиранам: Тираны мира! трепещите!
Поэтические проклятия в их адрес занимают целую строфу.

Самовластительный злодей!
Тебя, твой трон я ненавижу
Твою погибель, смерть детей.
С жестокой радостию вижу.
Читают на твоем челе
Печать проклятия народы.
Ты ужас мира, стыд природы,
Упрек ты богу на земле.

Царь рассвирепел, прочитав эти строки. “Пушкина надо сослать в Сибирь, — заявил он. — Он бунтовщик хуже Пугачева” .
На зловещем контрасте безмятежной природы и ужасов крепостничества строится “Деревня”. Стихотворение условно можно разделить на две части. Первая часть — это “приют спокойствия” , где все полно “счастья и забвенья”. Казалось бы, по тону первой части ничто не предвещало взрыва негодования. Даже подбор оттенков говорит нам о радужных картинах сельской природы: “душистые скирды” , “светлые лучи” , “лазурные равнины” . Иначе, “везде следы довольства и труда”.

Но вторая часть стихотворения несет антикрепостническую направленность. Именно здесь, в деревне, Пушкин видит зловещую причину всех бедствий — крепостное право, “рабство тощее”, “барство дикое”. Заканчивается стихотворение риторическим вопросом:

Увижу ль, о друзья! Народ не угнетенный
И рабство, падшее по манию царя,
И над отечеством свободы посвященной
Взойдет ли, наконец, прекрасная заря?

Но царь не внял призывам поэта. Пушкина ожидала ссылка. Правда, благодаря Жуковскому, северную ссылку заменили южной. Во время восстания декабристов Пушкин жил в Михайловском. Здесь его застала весть о жестокой расправе над ними. Он пишет замечательное стихотворение “В Сибирь” , которое передает декабристам через Екатерину Трубецкую. Он посылает друзьям слова утешения:

Не пропадет ваш скорбный труд
И и дум высокое стремленье

Пушкин был не только единомышленником декабристов, его стихи воодушевляли их. Каждое новое произведение было событием, переписывалось из рук в руки. Об этом говорится в стихотворении “Арион” . А я — бесконечной веры полн, — Пловцам я пел.
Певец оказывается единственным, кто уцелел после “грозы”. Но он остается верен своим убеждениям: “я гимны прежние пою” .
Быть с друзьями в беде — священный долг каждого человека. Высокие чувства любви и дружбы неизменно сопутствуют Пушкину, не дают ему впасть в отчаянье.

Любовь для Пушкина — высочайшее напряжение всех душевных сил. Как бы ни был человек подавлен и разочарован, какой бы мрачной ни казалась ему действительность, приходит любовь — и мир озаряется новым светом.

Изумительным стихотворением о любви является стихотворение “Я помню чудное мгновенье”. Пушкин умеет найти удивительные слова, чтобы описать волшебное воздействие любви на человека:

Душе настало пробужденье:
И вот опять явилась ты,
Как мимолетное виденье,
Как гений чистой красоты.

Женский образ дан лишь в самых общих чертах: “голос нежный” , “милые черты” . Но даже эти общие контуры женского образа создают впечатление возвышенного, необычайно прекрасного.

В стихотворении “Я вас любил” показано, что настоящая любовь не эгоистическая. Это светлое, бескорыстное чувство, это желание счастья любимой. Пушкин находит удивительные строки, хотя слова совершенно простые, повседневные. Наверно, именно в этой простоте и повседневности проявляется красота чувств и нравственная чистота:

Я вас любил так искренно, так нежно,
Как дай вам бог любимой быть другим

Особое внимание стоит обратить на стихотворение “Мадонна”. Это стихотворение Пушкин посвятил своей жене. Радость и счастье от долгожданного брака (он трижды делал предложение Н. Н. Гончаровой) выразились в строках:

Исполнились мои желания.
Творец Тебя мне ниспослал,
Тебя, моя Мадонна,
Чистейшей прелести чистейший образец

Поэзия Пушкина обладает удивительным даром. Она как живительный бальзам воздействует на человека.

Стихотворения Пушкина мы знаем с юных лет, но только через какое-то время, иногда, много лет спустя, мы открываем для себя заново сказочный мир его поэзии и не устаем поражаться ее кристальной чистоте, ясности, одухотворенности. Поэзия Пушкина вечна, ибо она обращена ко всему прекрасному в человеке.

Анализ стихотворения А.С.Пушкина «Осень»

Произведение написано Пушкиным в 1833 году. А.С. приехал в имение Болдино на обратном пути с Урала. Настал период нового творческого подъема поэта: началась его вторая знаменитая «Болдинская осень». В короткое время А.С. написал множество первоклассных произведений.
Пушкин не раз и в прозе, и в стихах повторял, что осень – его любимое время года, поэтому поэт описывал «унылую пору, очей очарованье» с необычайной убедительностью и эмоциональностью. Он рассказывал о своем восхищении: «Люблю…в багрец и золото одетые леса». Поэт воспевает «прощальную красу», несмотря на скорое ее завершение. Он показывает, как рождается в его душе вдохновение, возникают поэтические образы, претворяясь в лирические создания.
Пушкин хотел заразить читателя своей особенной, небывалой любовью к осени, знамению вечного обновления жизни. Александр Сергеевич, обращаясь к «читателю дорогому», надеется, что публика сможет также понять всю красоту «улыбки на цветах увянувших» и насладиться чудесными описаниями «сладкой тишины».
Сходны в стихотворении образы осенней природы — лирического героя. В их описании передаются впечатления поэта, его чувства: «прощальная краса, природы увяданье, редкий солнца луч».
Жанр произведения – стихотворение, поэтому большое внимание уделено лирическим переживаниям. Главную роль в описании осени играют эпитеты: «могильная пропасть», «свежее дыханье». Пушкин, словно кистью рисует картину последнего вздоха природы. Метафора «в багрец и золото одетые леса» позволяет мысленно представить почти сказочные лесные богатства болдинских мест осенью. Инверсия («Люблю я пышное природы увяданье») способствует поддержанию рифмы, из-за чего ритм стихотворения кажется более живым, динамичным. Обращение «Унылая пора!» частично олицетворяет осень, делая ее еще более живописной. Пушкин использует прием аллитерации для описания шума ветра: «В их сенях ветра шум и свежее дыханье». Большое количество глухих согласных звукоподражательно описывает шелест листьев и прохладу. Размер стихотворения – ямб. Поэзия, написанная ямбом, обычно окрашена в оживленный, веселый тон, точно передающий светлое душевное состояние автора. Ритмический узор размера противоречит грустной тематике стихотворения. При этом не только не нарушается единство художественного впечатления от стихов, но, наоборот, именно этим создается особая прелесть и выразительность произведения.
В стихотворении не присутствует свойственное лирике Пушкина нарастающее движение, преобладают личные интонации. Особая выразительность создается использованием лексики старого стиля: «осенний хлад», «страждут озими», «мучишь». «Осень» интересно рифмована: отдельными строфами, по восемь стихов в каждой. Первая, третья и пятая строчки рифмуются между собой («очарованье», «увяданье», «дыханье»); вторая – с четвертой и шестой («краса», «леса», «небеса»); последние две – друг с другом («морозы», «угрозы»). Такая последовательность проведена через все стихотворение. Строфика произведения – октава, благодаря которой создается оттенок легкой грусти.
Наблюдается использование синтаксических приемов, усиливающих выразительность речи. В стихотворении присутствует перенос со строки «Так нелюбимое дитя в семье родной / К себе меня влечет». Пушкин неоднократно меняет порядок слов, использует инверсию: «к привычкам бытия вновь чувствую любовь». В стихотворении встречается синтаксический параллелизм: «Чредой слетает сон, чредой находит голод».
Красочность и пышность увядающей осени Пушкина поражает. Читая верное, точное и реалистическое изображение картин природы, невольно хочется лично увидеть рощу в Болдино, «последние лисы с нагих … ветвей», ощутить «осенний хлад». Кажется, что осень в стихотворении поэтически очеловечена, иносказательно, метафорически представлена в виде живого существа («чахоточная дева», «бедняжка клонится без ропота и гнева»), пышно наряжена «в багрец и золото». По-моему, данное творение – образец прекрасного лирического произведения, классика мировой поэзии.

141644 человека просмотрели эту страницу. Зарегистрируйся или войди и узнай сколько человек из твоей школы уже списали это сочинение.

Рекомендуем эксклюзивные работы по этой теме, которые скачиваются по принципу «одно сочинение в одну школу»:

/ Сочинения / Пушкин А.С. / Разное / Анализ стихотворения А.С.Пушкина «Осень»

Смотрите также по разным произведениям Пушкина:

«Анчар» А. Пушкин

В пустыне чахлой и скупой,
На почве, зноем раскаленной,
Анчар*, как грозный часовой,
Стоит — один во всей вселенной.

Природа жаждущих степей
Его в день гнева породила,
И зелень мертвую ветвей
И корни ядом напоила.

Яд каплет сквозь его кору,
К полудню растопясь от зною,
И застывает ввечеру
Густой прозрачною смолою.

К нему и птица не летит,
И тигр нейдет: лишь вихорь черный
На древо смерти набежит —
И мчится прочь, уже тлетворный.

И если туча оросит,
Блуждая, лист его дремучий,
С его ветвей, уж ядовит,
Стекает дождь в песок горючий.

Но человека человек
Послал к анчару властным взглядом,
И тот послушно в путь потек
И к утру возвратился с ядом.

Принес он смертную смолу
Да ветвь с увядшими листами,
И пот по бледному челу
Струился хладными ручьями;

Принес — и ослабел и лег
Под сводом шалаша на лыки,
И умер бедный раб у ног
Непобедимого владыки.

А царь тем ядом напитал
Свои послушливые стрелы
И с ними гибель разослал
К соседям в чуждые пределы.

Дата создания: 1828 г.

*Древо яда.(Прим. Пушкина.)

Анализ стихотворения Пушкина «Анчар»

Александр Пушкин по праву считается одним из выдающихся русских поэтов. Причем, его талант был по достоинству оценен еще при жизни автора, что в литературных кругах 19 века являлось редкостью. Однако у Пушкина было достаточно много врагов, и среди них – правящая элита царской России, к которой поэт также испытывал далеко не самые теплые чувства. Однако, наученный горьким опытом и не желающий вновь оказаться в изгнании, Александр Пушкин в своем творчестве более позднего периода воздержался от открытого обличения властей, завуалировав его тонкими аллегорическими образами.

Стихотворение «Анчар», созданное в 1828 году, является одним из таких произведений. Его конечный вариант вполне благопристоен и напоминает средневековую балладу. Однако до наших дней дошли черновики этого стихотворения, где недвусмысленно проводится параллель между российским царем и грозным восточным правителем, который отправляет на смерть ни в чем не повинного раба.

Анчар — смертельно опасное дерево, сок которого с незапамятных времен использовался для смазывания наконечников стрел, которым восточные воины поражали врага. Возле ядовитого анчара ничего не растет, а звери стараются обходить стороной место, где расположено это дерево. Однако это не останавливает могущественного воина, желающего добыть сок анчара. Одним взглядом он направляет в гиблое место своего слугу, заранее зная, что ему суждено умереть. Но что значит жизнь раба, когда на карту поставлен успех военной операции?

Такое поведение характерно не только для восточных владык, но и для русских самодержцев. Однако обличать в открытую российского царя, для которого жизнь простого крестьянина или же солдата не стоит и гроша, Александр Пушкин все же не рискнул. В итоге стихотворение «Анчар», если не пытаться проводить параллель с действительностью, можно отнести к разряду красивой и мрачной былины. Тем не менее, черновые варианты этого произведения недвусмысленно свидетельствуют о том, что автор на самом деле имел ввиду, когда создавал это эпическое произведение, наполненное безысходностью, жестокостью и неотвратимостью происходящего.

Исследователи творчества поэта проводят еще одну параллель между стихотворением «Анчар» и политической ситуацией в России первой половины 19 века. По их мнению, грозный восточный правитель отождествляет собой не столько царя, сколько всю страну, которая готова рассылать «послушливые стрелы», отравленные ядом, в различные страны мира. Иными словами, Россия стремится развязывать войны, чтобы упрочить мировое господство. И при этом не намерена считаться с жизнями тысяч солдат, которых отправляет на верную гибель ради осуществления своих захватнических планов.

Однако если в черновом варианте «Анчара» поэт выражает надежду на то, что мгла отступит, и грозный восточный правитель все же потерпит поражение, то в окончательной версии предугадывать ход развития событий Пушкин предоставляет самим читателям. И дело не только в том, что автор не хочет в очередной раз дразнить цензуру, которая и без того весьма придирчиво относится к каждому его произведению. Вероятно, Александр Пушкин осознает, что свергнуть самодержавие нынешнему поколению еще не под силу, и подобная идея нежизнеспособна хотя бы потому, что Россия еще не готова к столь кардинальным переменам. При этом любые попытки изменить ситуацию будут тут же пресекаться, а самым ярым патриотам и реформаторам страны предстоит пасть от стрел, отравленных соком анчара. А попросту – быть сосланными в Сибирь, невзирая на титулы, звания и благородное происхождение.

«Анализ произведения Пушкина «Из Пиндемонти»»

Известно, что «Из Пиндемонти» — оригинальное произведение, а не перевод. Сначала стихотворение было озаглавлено иначе— «Из Пиндемонти» имя этого французского поэта Пушкин вычеркнул, скорей всего, из опасения, что русские читатели могли подумать, будто и на самом деле речь идет о Франции. Николаевское правительство старательно препятствовало проникновению политических известий из этой страны, где совсем недавно произошла еще одна революция, но, несмотря на это, многие русские люди все-таки знали, что там «отвергаемые» поэтом права и свободы хоть и в урезанном виде, но существовали: была и относительная свобода печати, были и парламентские обсуждения государственного бюджета и даже дебаты по вопросам войны и мира.

Так что французскому поэту было от чего отказываться. Указание на итальянского поэта Пиндемонти в значительной степени уменьшало опасность переадресовки читательского внимания: в Италии почти так же, как и в России, поименованных в стихотворении прав не было; итальянский поэт, как и его русский «переводчик», отвергал то, чего не имел.

Таким образом обнаруживается соотношение и назначение двух смысловых пластов. Лежащая на поверхности обывательская, самодовольная и трусливая ирония («громкие права», «в сладкой участи», «мало горя мне») благожелательному цензору — были и такие — давала возможность принять стихотворение за перевод с итальянского и спокойно разрешить его к печати. Представленные в стихотворении конкретные и легко узнаваемые обстоятельства и приметы тогдашней русской действительности, они же вместе с тем были обстоятельствами и приметами жизни самого Пушкина (журнальные замыслы, чуткая цензура) — должны были взорвать эту иронию изнутри и подвести вдумчивого читателя к пониманию того, что под ее в подцензурной печати названы как раз те отсутствующие в России права и свободы, которые позволяли бы обуздывать или хотя бы ограничивать тиранический произвол властей.

Именно этот внутренний обличительный смысл первой части стихотворения определяет содержание и второй его части, которая кажется такой простодушно открытой только по первому впечатлению. Мы видели, с каким трудом Пушкин сдерживал порывы к открытому обличению, когда сочинял строки о цензуре. Пожалуй, еще нагляднее это сказалось в работе над 15-й и 16-й строчками стихотворения. В черновике сначала написалось подлинное:

Пред силой беззаконной
Не гнуть ни совести, ни мысли непреклонной…
Затем было испробовано прямо противоположное:
Пред силой законной…

И только после этого была найдена деталь, недвусмысленно указывающая на Николая I, нанесшего Пушкину всенародное оскорбление, «пожаловав» ему камер-юнкерский мундир:

…для власти, для ливреи
Не гнуть ни совести, ни помыслов, ни шеи…

Не о «французском» и уж тем более не об «итальянском» противостоянии личной свободы и свободы политической идет речь в этом стихотворении; истинное его содержание образует тема чисто русская, с давних пор занимающая в творчестве Пушкина одно из центральных мест,— тема ухода из царства бесправия и произвола, то есть тема отрицания и обличения этого царства.

Контуры обличительной темы еще отчетливее проступают в свете следующего обстоятельства: 5 июля 1936 года, кроме стихотворения «Из Пиндемонти», была закончена также «Мирская власть» — одно из самых значительных произведений пушкинской поэтической публицистики. Внимание поэта привлек как будто бы незначительный факт: в одном из храмов, находящихся скорее всего в аристократической части столицы, начальство во избежание беспорядка распорядилось поставить у распятия «в ружье и кивере двух грозных часовых». Пушкин увидел в этом символическое выражение лицемерия и цинизма мирской, то есть царской, власти, отгораживающей господ от народа даже в совершении религиозных обрядов. «К чему, скажите мне, хранительная стража?» — обращается поэт к держателям этой власти без различия рангов, а стало быть, прежде всего к верховному из них — к царю:

Иль опасаетесь, чтоб чернь не оскорбила
Того, чья казнь весь род Адамов искупила,
И, чтоб не потеснить гуляющих господ,
Пускать не велено сюда простой народ?

Два эти написанные одновременно стихотворения не противостоят, а дополняют друг друга. И тут и там в различных формах выражения Пушкин обличает силу власти беззаконной, иными словами, обличает господствовавший в то время в России общественно-политический строй. Под леденящим взором «чуткой цензуры» Пушкин в духе «гимнов прежних» продолжает борьбу за свободу; он отстаивает и личную свободу поэта, то есть творческую свободу, и свободу социальную, нисколько не упрощая своего понимания идеи свободы как идеи универсальной. Но есть в них и одно, для нашей темы весьма важное различие. «Мирская власть» — это страстная защита нравственного достоинства народа, защита прав его совести; поэт вместе с народом, и обиду народную он переживает, как свою собственную, тогда как в стихотворении «Из Пиндемонти» он противопоставляет себя народу: зависимость поэта от народа осуждена и отвергнута здесь так же, как и зависимость от царя.

Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Добавить комментарий

;-) :| :x :twisted: :smile: :shock: :sad: :roll: :razz: :oops: :o :mrgreen: :lol: :idea: :grin: :evil: :cry: :cool: :arrow: :???: :?: :!: