В мире много сказок

Образовательная: создать условия для осмысления произведения, для понимания авторского идеала, для активизации мыслительной деятельности учащихся.

  • создать условия для развития умения анализировать текст, создавать сочинение;
  • способствовать развитию функции самооценки, умению мыслить самостоятельно;
  • продолжать работу по развитию речи учащихся, формированию умения грамотно высказывать свои мысли.

Воспитательная: создать условия для формирования умения общаться, слушать ответы одноклассников.

I. Приветствие. Организационный момент.

– Да, в мире много сказок. Очарованию сказок подвластны все: и взрослые, и дети. Мы верим в чудеса, хотим быть похожими на сказочных героев, из сказок извлекаем первые нравственные уроки. Почему нельзя прожить без сказок? В них включены знания о мире, о взаимоотношениях людей, мечты о будущем; они рассказывают о препятствиях, возникающих у человека в жизни; они рисуют фантастический мир, наполненный чудесами, тайнами, волшебством; учат преодолевать трудности и верить в силу добра, любви и справедливости.

– Сегодня нам предстоит очередная встреча со сказкой. Какой? (Минута внутреннего сосредоточения в тишине, придумывание эпитетов и ласковых слов для сказки.)

– Наверное, она будет красивой, доброй, интересной, поучительной… В сказке – ложь, да в ней намёк…

– Сказки бывают разные: народные, авторские. Сегодня мы будем говорить об авторской сказке. Угадайте, о каком авторе пойдёт речь? Это известный датский сказочник, в чей день рождения 2 апреля отмечается День детской книги.

– Молодцы! Это Ханс Кристиан Андерсен. Какие сказки Андерсена вы знаете?

– А сейчас мы с вами узнаем название произведения. Оно спряталось в загадке. Отгадайте её.

В животе – баня,
В носу – решето,
На голове – пуговица,
Одна рука, и то на спине. (Чайник).

– Человек так устроен, что всегда стремится заглянуть вперёд, предугадать дальнейшее, словом, – прогнозировать.

– Как вы думаете, почему именно так называется произведение?

– Что может произойти в сказке с таким названием?

Презентация и аудиофайл.

– Понравилась вам сказка? Всё ли вам в ней понятно? Верными ли были ваши предположения? Наверное, есть необходимость прочитать сказку вместе…

– Читать эту сказку мы с вами будем, делая остановки, осмысливая каждый эпизод, оформляя записи на листках (см. в конце конспекта). Иными словами, станем вдумчивыми читателями-критиками и подготовим рабочий материал к сочинению. Я предлагаю эту сказку разделить на пять частей. (Вместе с детьми приступаем к чтению сказки до того места, где я предлагаю сделать остановку.)

Чтение 1-го отрывка.

Один расписной фарфоровый чайник любил хвастаться и очень собой был доволен. Он гордился и фарфором своим, и длинным носиком, и изящной ручкою и об этом говорил не уставая. А вот что крышка у него разбита и склеена – об этом он не любил говорить, это ведь недостаток, а кто же любит говорить о своих недостатках, на то есть твои недоброжелатели и враги. Весь чайный сервиз – чашки, сливочник, сахарница – охотнее говорил о хилости чайника, чем о его добротной ручке и великолепном носике. Чайнику это было известно.

«Знаю я их! – рассуждал чайник про себя. – Знаю и свой недостаток и признаю его, и в этом – моё смирение и скромность. Недостатки есть у всех, зато у каждого есть и свои преимущества. У чашек есть ручка, у сахарницы – крышка, а у меня и то и другое и ещё кое-что, чего у этих завистников никогда не будет, – мой чудный удобный носик. Благодаря ему, я – король всего чайного стола. Сахарнице и сливочнице тоже выпало на долю услаждать вкус, но только я – истинный дар, я – главный, я – услада всего жаждущего человечества: во мне кипящая безвкусная вода перерабатывается в волшебный китайский напиток».

Остановка в чтении и беседа. Работа с языковыми средствами. Это стадия осмысления прочитанного фрагмента и одновременно стадия вызова для следующего фрагмента текста. Запись ключевой фразы.

– Какая обстановка царит на чайном столе? (Нет взаимопонимания среди чайных приборов.)

– Каким вы видите героя сказки? (Гордый, самодовольный, считает себя самым лучшим, ощущает себя королём чайного стола, хотя у него есть один внешний недостаток.)

– Какое отношение к герою сказки вы испытываете? (Он эгоистичен, одинок: рассуждает сам с собой …)

Чтение 2-го отрывка.

Так рассуждал чайник в пору беспечальной юности. Но вот однажды стоит он на столе, чай разливает чья-то рука. Тонкая и изящная с виду рука оказалась неловкой: чайник выскользнул из неё, упал – и носика как не бывало, ручки тоже, о крышке же и говорить нечего, о ней и сам чайник не любил говорить. Лежал теперь бедолага чайник без чувств на полу, из него в безобразную лужу стекался кипяток. Ему был нанесён тяжёлый удар, и тяжелее всего было то, что смеялись-то не над неловкою рукой, а над ним самим.

«Этого мне никогда не забыть! – говорил чайник, рассказывая впоследствии свою биографию самому себе. – Меня прозвали калекою, сунули куда-то в угол, а на другой день подарили женщине, просившей немного сала. И вот попал я в бедную обстановку и пропадал без пользы, без всякой достойной цели.

Остановка в чтении и беседа. Работа с языковыми средствами. Это стадия осмысления прочитанного фрагмента и одновременно стадия вызова для следующего фрагмента текста. Запись ключевой фразы.

– Как вы относитесь к герою? (Жаль его, он оказался выброшенным, он одинок. Герой ощущает свою бесполезность, ненужность, обречённость. Чайник рассказывает свою биографию самому себе, нет ни малейшей надежды на лучшее. Потерян смысл существования.)

– Как будут развиваться события дальше?

Чтение 3-го отрывка.

Так стоял я и стоял, как вдруг для меня началась новая, лучшая жизнь. Да, бываешь одним, а становишься другим. Меня набили землёю – для чайника это все равно что быть закопанным -, а в землю посадили цветочную луковицу. Кто посадил, кто подарил её мне, не знаю, но дали мне её взамен китайских листочков и кипятка, взамен отбитой ручки и носика. Луковица, которая лежала, лежала во мне, стала моим сердцем, моим живым сердцем, какого прежде во мне не было. И я почувствовал, что во мне зародилась жизнь, закипели силы, забился пульс. Луковица пустила ростки, она готова была лопнуть от избытка мыслей и чувств. И они вылились в цветке.

Остановка в чтении и беседа. Работа с языковыми средствами. Это стадия осмысления прочитанного фрагмента и одновременно стадия вызова для следующего фрагмента текста. Запись ключевой фразы.

– Что нового узнали о герое? Какие чувства мы испытываем к нему? (Началась новая жизнь, лучшая жизнь. Появляется надежда на возрождение: живое сердце, силы, пульс, ростки, мысли, чувства.)

– Как будут развиваться события дальше? (На доске составляется четвёртая колонка предположений.)

Чтение 4-го отрывка.

Я любовался им, я держал его в своих объятиях, я забывал себя ради его красоты. Какое блаженство забывать себя ради других! А цветок даже не сказал мне спасибо, он и не думал обо мне, – им все восхищались, и если я был рад этому, то как же должен был радоваться он сам!

Остановка в чтении и беседа. Работа с языковыми средствами. Это стадия осмысления прочитанного фрагмента и одновременно стадия вызова для следующего фрагмента текста. Запись ключевой фразы.

– Оправдались ли ваши предположения, которые возникли после чтения предыдущего фрагмента? Каким вы видите чайник? Как меняются взгляды героя на жизнь, его ощущения, чувства? Каково настроение отрывка? (Появились чувства любви, радости, восхищения: какое блаженство забывать себя самого ради других!)

– Казалось бы, можно поставить точку. Побеждает добро. НО автор этим не заканчивает сказку. Авторская мысль развивается дальше. Что же ждёт нашего героя?

Чтение 5-го отрывка.

Но вот однажды я услышал: «Такой цветок достоин лучшего горшка!» Меня разбили, было ужасно больно. Цветок пересадили в лучший горшок, а меня выбросили на двор, и теперь я валяюсь в нём, но зато светлых и ярких воспоминаний моих у меня никто не в силах отнять!»

Остановка в чтении и беседа. Работа с языковыми средствами. Это стадия осмысления прочитанного фрагмента и одновременно стадия вызова для следующего фрагмента текста. Запись ключевой фразы.

– Как звучит концовка этой сказки? (Построена на контрасте. Внешние детали указывают на то, что чайник несчастен: разбили, больно, выбросили, валяюсь, как старый черепок…НО оптимистично звучит заключительная фраза героя: “…но зато светлых и ярких воспоминаний моих у меня никто не в силах отнять!»”)

– О чём же эта сказка? Чему можно научиться, читая это произведение?

(О людях, о взаимоотношениях, о назначении человека, о смысле жизни. Автор провёл героя через жестокие испытания, благодаря которым герой научился радоваться за других, жить ради других. Можно сказать, он проделал путь от самолюбования до самопожертвования. Андерсен говорит о том, что внешняя красота временна, её можно лишиться. Важна красота внутренняя.)

– Как получилось, что такая короткая сказка вмещает так много? Заставляет задуматься о смысле жизни, о предназначении? (Писательское мастерство).

– А теперь закончите фразы:

Возьму с собой ____________

Написать сочинение – миниатюру на одну из предложенных тем:

Идейно-художественный анализ стихотворения Федора Тютчева «Чародейкою зимою»

Ф . Тютчев – мастер пейзажной лирики . Зимой 1852 года он написал стихотворение « Чародейкою зимою ». Такое название настраивает на волшебство этого времени года и сказку , которую несет в

Чародейкою Зимою
Околдован , лес стоит .

Зима околдовала все кругом и воспротивиться этому нельзя . Но

И под снежной бахромою ,
Неподвижною , немою ,
Чудной жизнью он блестит .

Все вокруг сковано зимой , но оковы мягкие и трепетные , как белые снежинки , робкие и ранимые . Лес опутан « легкой цепью пуховой ». И это прекрасно , пусть и холодом веет .
Косой луч солнца призван не согреть пейзаж , а придать ему яркого блеска , об этом последняя , третья , строфа стихотворения поэта :

Солнце зимнее ли мещет
На него свой луч косой —
В нем ничто не затрепещет ,
Он весь вспыхнет и заблещет
Ослепительной красой .

Красивая , необычная и фольклорная форма слова « мещет » оттеняет отчужденность зимней природы . На самом деле , загадка не сложная , разгадка кроется на поверхности : солнце мечет слабые лучи на лес , чтобы еще больше разжечь его прелесть . Лес взрывается сотнями тысяч разноцветных бликов , огней . Укороченная форма « красой » появляется в тексте стихотворения не только для рифмы , но и для поддержания созданной атмосферы .

Простые слова – не для лирики Ф . Тютчева , его пейзажи – это произведения искусства самой природы . Но талант поэта проявляется в умении их запечатлеть , отразить на бумаге не с помощью красок и кистей , а с помощью слов и их комбинаций .

Отсюда и такой непривычный лексический набор слов : затрепещет , заблещет , мещет . Аллитерация на шипящий « щ » передает треск замерзлых веток , а пятистрочная строфа с рифмовкой абааб делит части речи , используемые автором на группы . Все эти особенности делают стихотворение Ф . Тютчева « Чародейкою зимою » по истине загадочным , сказочным и волшебным .

«Какое дикое ущелье. » Ф. Тютчев

Какое дикое ущелье!
Ко мне навстречу ключ бежит —
Он в дол спешит на новоселье…
Я лезу вверх, где ель стоит.

Вот взобрался я на вершину,
Сижу здесь, радостен и тих…
Ты к людям, ключ, спешишь в долину —
Попробуй, каково у них!

Анализ стихотворения Тютчева «Какое дикое ущелье!…»

Горы – один из важнейших образов в пейзажной лирике Тютчева. Они занимают ключевое место в ряде стихотворений. В их числе – «Альпы», «Хоть я и свил гнездо в долине…», «Утро в горах». По мнению литературоведа Пумпянского, горные пейзажи позволяют наиболее ярко раскрыть идею двоемирия природы, продемонстрировать соотнесенность сфер. В лирике горы принято изображать в качестве древнейшей части земного мира. С одной стороны – она укоренена в земле, с другой – возвышается над ней. Мир вершин, как правило, воспринимается как чуждый человеку. Его принято считать пространством духов. Ночью мир этот невероятно страшен, днем – светел.

Горам посвящено и стихотворение «Какое дикое ущелье. », точное время написания которого не выяснено. Примерная датировка, обычно обозначаемая исследователями творчества Тютчева, — 1830-е годы. В произведении можно увидеть вертикальное измерение пейзажа, характерное для природной лирики Федора Ивановича. Перед читателями предстают два встречных движения. Герой направляется вверх, одновременно с ним стекает вниз ручей. Первое движение затушевывается поэтом, второе, напротив, разными способами подчеркивается. Это видно даже на примере начальной строфы. Открывающая стихотворение строка обозначает место действие – дикое ущелье. Дальше речь идет о ручье, бегущем навстречу лирическому герою и спешащем в дол на новоселье. Только в финале первого четверостишия упомянут человек, лезущий вверх, где стоит ель. Во второй строфе движение к вершине прекращается. Герой оказывается в точке назначения. Ручей при этом продолжает течь – он торопится к людям, в долину.

В тютчевской лирике нередко движение связывается с водой. Возникновение этой пары легко объяснить. Вода для поэта – источник жизни, следовательно, и движения. Иногда лирические герои стихотворений Федора Ивановича разговаривают с водой, что можно наблюдать и в рассматриваемом тексте. В финале произведения «Какое дикое ущелье. » человек напрямую обращается к ключу: «…Попробуй, каково у них!».

Стихотворение соединяет в себе черты пейзажной и философской лирики. В нем поэт говорит о главном смысле человеческого бытия. Подвиг индивида заключается в том, чтобы научиться жить на земле отведенный срок, не падая духом. Путь наверх представляет собой пожизненный труд. Поднимаясь на вершину, лирический герой стремится познать скрытые начала бытия, уйти в иной мир, отказаться от страстей.

Анализ стихотворения Ф.И. Тютчева «Silentium!»

Вряд ли какое-либо другое произведение Федора Ивановича Тютчева (1803—1873) подвергалось такому множеству противоречивых интерпретаций, как его гениальное стихотворение «Silentium!» («Молчание!») (не позднее 1830 года). Стихотворение состоит из 18 строк, разделенных на три шестистишия, каждое из которых относительно самостоятельно и в смысловом, и в интонацион­но-синтаксическом отношениях. Связь этих трех частей — только в развитии лирической темы . Из формальных средств в качестве скрепляющего эти три части начала можно отметить одно­родные концевые рифмы — точные, сильные, мужские, ударные — и рифмуемые ими последние в каждом из трех шестистиший строки. Главное, что соединяет все три части в художественное це­лое, — интонация, ораторская, дидактическая, убеждающая, призывная и приказывающая. «Мол­чи, скрывайся и таи», — непререкаемое повеление первой же строки повторяется еще трижды, во всех трех шестистишиях. Первая строфа — энергичное убеждение, приказ, волевой напор.

Во второй строфе энергия напора, диктата ослабевает, она уступает интонации убеждения, смысл которого в том, чтобы разъяснить решительные указания первой строфы: почему чувства и мечты должны таиться в глубине души? Идет цепочка доказательств: «Как сердцу высказать себя? / Другому как понять тебя? / Поймет ли он, чем ты живешь? / Мысль изреченная есть ложь». Речь идет о коммуникабельности, о возможности одного человека передать другому не свои мыс­ли — это легче, — а жизнь своей души, своего сознания и подсознания, своего духа, — того, что не сводится к разуму, а гораздо шире и тоньше. Чувство, оформленное в мысль словом, будет заве­домо неполным, а значит, ложным. Недостаточным, ложным будет и понимание тебя другим. Пы­таясь рассказать жизнь своей души, свои чувства, ты только все испортишь, не достигнув цели; ты только встревожишь себя, нарушишь цельность и покой своей внутренней жизни: «Взрывая, возмутишь ключи, — / Питайся ими — и молчи».

В первой строке третьей строфы содержится предостережение о той опасности, которую несет в себе сама возможность соприкосновения двух несовместимых сфер — внутренней и внешней жизни: «Лишь жить в себе самом умей. ». Это возможно: «Есть целый мир в душе твоей / Таинс­твенно-волшебных дум; / Их оглушит наружный шум,/ Дневные разгонят лучи». «Таинствен­но-волшебные думы» возвращают мысль к первой строфе, так как они аналогичны «чувствам и мечтам», которые, как живые существа, «и встают, и заходят», — то есть это не мысли, это меч­тания, ощущения, оттенки душевных состояний, в совокупности своей составляющие живую жизнь сердца и души. Их-то и может «оглушить» «наружный шум», разогнать «дневные» «лу­чи» — вся сумятица «дневной» житейской суеты. Поэтому и нужнб беречь их в глубине ду­ши; лишь там они сохраняют свою гармонию, строй, согласное «пенье»: «Внимай их пенью — и молчи!»

Таково содержание этого совершеннейшего создания тютчевской философской лирики. Оно це­лостно и гармонично. Стоит сосредоточить внимание только на афоризме «Мысль изреченная есть ложь», и стихотворение будет говорить уже о вечной разобщенности людей, и в таком качестве будет живо и актуально для человека всех эпох, потому что’ поведает нам о том, что коренится в самой природе человека.

Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Добавить комментарий

;-) :| :x :twisted: :smile: :shock: :sad: :roll: :razz: :oops: :o :mrgreen: :lol: :idea: :grin: :evil: :cry: :cool: :arrow: :???: :?: :!:

Adblock detector