Поэт и революция в лирике вского

Радость трубите всеми голосами!
Мы все
на земле
солдаты одной,
жизнь созидающей рати.
В. Маяковский. Революция.

В советском литературоведении Владимир Маяковский считался «адептом» социалистической революции, поэтом, который полностью принял переворот 1917 года и добровольно посвятил свой талант «правому делу трудящихся». Сейчас мы понимаем, что, наверное, все не так однозначно и прямолинейно было во взглядах великого поэта. Однако, действительно, в его творчестве очень большое место занимают произведения, посвященные Октябрьской революции.
В литературу Маяковский входит как революционный романтик, решительно отвергнувший мир капитализма. Лейтмотивом дооктябрьского периода творчества поэта становится бунтарский крик: «долой буржуазную цивилизацию, враждебную самому прекрасному, что создано природой и историей, — человеку!»
Страдания людей в условиях капиталистического общества, уродующего истинную мораль, нравственность и культуру, подталкивали Маяковского ко все более активной агитации народных масс за революционное решение проблемы. Уже в поэме «Облако в штанах», написанной в 1914 – 1915 годах, поэт пророчествовал:
В терновом венце революций
грядет шестнадцатый год.
С октября 1917 года начинается новый этап в творчестве Маяковского. Мрачные картины людского горя, страданий уступают место мажорному, одическому утверждению начавшихся в стране коренных перемен, свершившихся благодаря революции. Отношение поэта к этому явлению можно проследить на примере таких его произведений, как поэтохроника «Революция», стихотворения «Ода революции», «Приказ по армии искусства», «Левый марш».
В «Революции», написанной в апреле 1917 года, Маяковский создает почти осязаемый образ свершившегося. Он описывает события, происходившие в Петрограде, с документальной точностью историка, заключенной в стихотворной форме повествования. Но, в то же время, документальность здесь сочетается с оригинальным восприятием событий, рождающих в воображении автора романтический образ:
И вот неведано,
из пенья толпы ль,
из рвущейся меди ли труб гвардейцев
нерукотворный,
сияньем пробивая пыль,
образ возрос.
Горит.
Рдеется.
Эти строки прекрасно иллюстрируют отношение поэта к революции. Он обожествляет ее, наделяет способностью «сияньем» пробивать «пыль». Маяковский искренне верит в силу этого «нерукотворного образа», который способен разрушить «тысячелетнее «Прежде», «пересмотреть миров основу».
Лирический герой, с которым, по сути, отождествляется Маяковский, ощущает себя частью народных масс, вышедших на борьбу против «двуглавого орла» — символа империализма. Он восклицает: «Мы победим! Слава нам!»
Поэт в этом произведении утверждает мысль о мировой революции, которую он будет развивать на протяжении всего творческого пути:
Мы все
на земле
созданы одной,
жизнь созидающей рати…
— Граждане!
… Идем
запутавшемуся миру на выручку!
«О, четырежды славься, благословенная!» – восклицает Маяковский в стихотворении 1918 года «Ода революции». В нем поэт откровенно восхваляет «нерукотворный образ», славящий «человечий труд». «Освистанной», «осмеянной батареями» революции «восторженно» возносит он «оды торжественное «О»!». Поэт восторгается победой ее над обывательщиной, которая, зализывая раны, выкрикивает: «- О, будь ты проклята трижды!»
Изменения, которые революция внесла во все сферы жизни общества, не могли не коснуться и искусства, о чем Маяковский пишет в «Приказе по армии искусства». В нем он выражает мысль о том, каким должен быть творческий человек в период перемен. Поэт призывает художников всякого рода воспеть «революции дни», вытереть «из сердца старое» и совершить «в будущее прыжок». Он пропагандирует активную жизненную позицию «поэта-рабочего», трудящегося на благо нового строя, утверждая:
Только тот коммунист истинный,
кто мосты к отступлению сжег.
После того, как в СССР активно начала внедряться мысль о внутренних и внешних врагах, Маяковский встает на «защиту» революции. Эта идея нашла отражение в его стихотворении «Левый марш». Оно посвящено конкретному адресату – матросам и отразило реальные черты времени. Этим произведение сильно отличается от всего, что было создано Маяковским в первые послеоктябрьские годы.
В «Левом марше» на художественном уровне показана железная поступь революции, ее организованный характер. Это передано поэтом маршевым ритмом и многократным повтором команды: «Левой! Левой! Левой!». Стихотворение звучит призывом развернуться в марше и пойти против старого мира, живущего «законом, данным Адамом и Евой». Герой Маяковского открыто побуждает крепить «у мира на горле пролетариата пальцы», чтобы «в солнечный край непочатый, за голод… шаг миллионный печатать».
Таким образом, тема поэта и революции – одна из ведущих тем «послеоктябрьского» Маяковского. В своих произведениях поэт выразил «революционные» ожидания и надежды на изменения, которые принесут свободу, равенство, братство всем людям, не только в СССР, но и в масштабе планеты. Думаю, долго время поэт верил в эти «установки». Однако ему пришлось трагически разочароваться в них, что и привело, на мой взгляд, этого талантливого художника к гибели.

0 человек просмотрели эту страницу. Зарегистрируйся или войди и узнай сколько человек из твоей школы уже списали это сочинение.

/ Сочинения / Маяковский В.В. / Стихотворения / Поэт и революция в лирике В.В.Маяковского

Смотрите также по произведению «Стихотворения»:

ВЛАДИМИР МАЯКОВСКИЙ

Маяковский Владимир Владимирович (1893—1930) — советский поэт, драматург, киносценарист, кинорежиссёр, киноактёр, художник, редактор журналов «ЛЕФ» («Левый Фронт»), «Новый ЛЕФ».
Родился в семье лесничего. Отец Маяковского происходил из дворянской семьи. В 1902 году Маяковский поступил в гимназию в Кутаиси. В 1906, после внезапной смерти отца, от заражения крови, семья Владимира Маяковского переехала в Москву. В Москве он поступил в IV класс 5-й классической гимназии (ныне московская школа № 91), где учился в одном классе с братом Б. Л. Пастернака. В марте 1908 года был исключен из V класса за неуплату.
Увлекшись идеями социал-демократии, вступил в 1908 в РСДРП и принимал участие в подпольной работе. Маяковский трижды арестовывался, но в конце концов, в 1910 был отпущен на поруки матери, как несовершеннолетний, после чего вышел из рядов коммунистической партии и, вопреки распространенному мнению, впоследствии в нее не вступал.
В 1911 Владимир Маяковский становится учащимся «Школы живописи, ваяния и зодчества» в Москве. Через учившегося там же Давида Бурлюка, одного из лидеров группы кубофутуристов «Гилея», Маяковский познакомился с миром московского литературно-художественного авангарда. Бурлюк, которого Маяковский познакомил со своими стихами, высоко оценил их и рекомендовал продолжить занятия поэзией. Первые публикации Маяковского (стихотворения «Ночь», «Утро») появились в конце 1912 именно в издании «Гилеи»: «Пощечина общественному вкусу».
В мае 1913 был напечатан литографским способом в количестве 300 экземпляров первый сборник Маяковского — «Я!» с иллюстрациями автора и его товарищей по «Школе живописи, ваяния и зодчества» — В. Чекрыгина и Л. Шехтеля.
Метрика стихов Маяковского (кроме немногих, написанных традиционными силлабо-тоническими размерами) характерна для поэзии 1910-х, в целом — это, как правило, тонические размеры — акцентный стих, тактовик. Большинство произведений Маяковского «свободно меняет размер от строфы к строфе», а «четыре типа стиха» — ямб, хорей, дольник и акцентный стих — «составляли основной метрический репертуар Маяковского…».
Маяковский, вместе с Бурлюком, В. Каменским и другими членами группы кубофутуристов активно участвует в «футуристических турне» по России — коллективных выступлениях с лекциями и чтением стихов. В выступлениях были сильны элементы театрализации, эпатажа (вызывающая манера поведения, необычные одежда, грим). За эти публичные выступления Маяковский и Бурлюк были исключены из училища в феврале 1914 года. В 1914 в петербургском театре «Луна-парк» была поставлена, при участии автора, трагедия Маяковского «Владимир Маяковский», в которой поэт исполнил главную роль — поэта Владимира Маяковского. Аллегорические персонажи пьесы сопоставимы с персонажами пьес Велимира Хлебникова.
Отзываясь на начало Первой мировой войны, Владимир Маяковский, которому было отказано во вступлении в действующую армию по причине политической неблагонадежности, пишет ряд «антивоенных» произведений. Однако крупнейшим произведением Маяковского того времени является поэма «Облако в штанах» (1914-1915, первоначальное название — «Тринадцатый апостол»). В предисловии ко 2-му изданию в 1918 (первому без цензурных изъятий) автор так определял содержание поэмы: «долой вашу любовь, долой ваше искусство, долой ваш строй, долой вашу религию».
Маяковский дореволюционного периода активно занимался созданием мифа вокруг собственной личности, объединяющего черты «проклятого поэта» и ницшеанского «сверхчеловека». «Ницшеанская» линия в творчестве раннего Маяковского ярче всего представлена именно в поэме «Облако в штанах» (Я над всем, что сделано, / ставлю nihil).
Стихи Маяковского в большой мере предназначались для устной декламации. Его «эпатажные» произведения («Нате!», (1913); «Вам!», (1915)) были рассчитаны как раз на авторское чтение в традиционалистски настроенной аудитории, вне которой не могли произвести подразумевавшегося автором шокового эффекта.
В 1915 Маяковский сотрудничал в журнале «Новый Сатирикон», где опубликовал ряд сатирических и юмористических стихотворений («Гимн судье», «Гимн ученому», «Гимн обеду», «Вот так я сделался собакой» и др.). В них сильно влияние образности и стилистики поэтов-«сатириконцев» (Саша Черный и др.), проявлявшееся впоследствии и в сатирических стихах Маяковского советского периода.
В 1915 Маяковский познакомился с семьей Лили и Осипа Бриков. Брик финансировал публикацию книг поэта и альманаха футуристов «Взял», а Лиля стала адресатом множества стихов и поэм Маяковского.
В начале сентября 1915 Маяковского призвали на военную службу, он был определен в тыловую Военно-автомобильную школу под Петроградом, где и служил до 1917 года. Во время службы Маяковский продолжал печататься (благодаря помощи О. Брика).
Поэмы Маяковского 1910-х («Флейта-позвоночник» (1915), «Война и мир» (1915-1916), «Человек» (1916-1917)), отталкиваясь от ситуации, реально присутствовавшей в жизни автора, продолжали работу по созданию «мифа Маяковского». К нему добавился новый аспект — безнадежная любовь к женщине, наделенной именем и узнаваемыми чертами внешности и биографии Лили Брик, которая предпочитает лирическому герою-поэту человека, способного обеспечить ей бытовое благополучие.
Февральская революция, а впоследствии — октябрьская революция были первоначально восприняты Маяковским скорее как выплеск стихийных сил. Поэт приветствовал не просто социальный переворот, а обновление всей тверди, мироздания в целом, а значит, и искусства.
Пьеса «Мистерия-Буфф» была написана в 1917-1918 (2-я редакция — 1921) и поставлена к первой годовщине октябрьского переворота самим автором. В ней вновь используются библейские сюжеты и образность, довольно прозрачно соотнесенные с современными событиями (Всемирный потоп — революция, Земля обетованная — осуществленный коммунизм).
К 1918 относятся опыты Маяковского в области кино (всего снято три фильма) Маяковский выступил в роли сценариста, режиссера и актера. Впоследствии Маяковский неоднократно писал киносценарии, часть которых была реализована.
В 1919 Маяковский перебрался из Петербурга в Москву где начал активно сотрудничать в РОСТА (1919—1921), оформлял (как поэт и как художник) для РОСТА агитационно-сатирические плакаты («Окна РОСТА»). В 1919 году вышло первое собрание сочинений поэта — «Всё сочинённое Владимиром Маяковским. 1909—1919».
В 1920 Маяковский закончил поэму «150 000 000» в которой отражена тема мировой революции. С начала 1920-х постепенно наметился отход Маяковского от традиций футуризма; в поздних стихах о них напоминают практически лишь свободная метрика, составные рифмы и обилие окказионализмов (слов, связанных с определенным случаем, поводом, и не зарегистрированных как языковая норма).
В 1923 году Маяковский организовал группу ЛЕФ (Левый фронт искусств), толстый журнал «ЛЕФ» (в 1923—1925 годах вышло семь номеров). В группу входили как литераторы (Маяковский, Б. Пастернак, Н. Асеев, С. Третьяков) и филологи (В. Шкловский, О. Брик), так и представители других областей искусства (С. Эйзештейн, Дзига Вертов, А. Родченко, В. Степанова). В это время издаются поэмы «Про это» (1923), «Рабочим Курска, добывшим первую руду, временный памятник работы Владимира Маяковского» (1923) и «Владимир Ильич Ленин» (1924).
Поэма «Про это» (1923), напечатанная в первом номере журнала «Леф», содержавшем декларацию группы, подавалась как образец «литературы факта» (первое отдельное издание поэмы было проиллюстрировано фотомонтажами Родченко с использованием фотографий Маяковского и Л. Брик).
В 1920-х работал (в сотрудничестве с А. Родченко) над рекламой и дизайном упаковки (трест «Моссельпром», «Резинотрест», ГУМ и др.; Серебряная медаль и диплом Выставки декоративно-прикладного искусства в Париже, 1925).
В 1922—1926 годах активно сотрудничал в «Известиях», в 1926—1929 годах — в «Комсомольской правде». Печатался в журналах: «Новый мир», «Молодая гвардия», «Огонёк», «Крокодил», «Красная нива» и др. Работал в агитке и рекламе, за что подвергался критике Б. Пастернака, В. Катаева, М. Светлова.
Являясь штатным или внештатным корреспондентом множества советских газет, Маяковский часто писал стихи к определенным событиям, датам агитационного, пропагандистского содержания. Как журналист и как рекламный представитель треста «Моссельпром», он довольно часто бывал за рубежом, «буржуазная» действительность также становилась темой пропагандистских стихов. Также много писал для детей.
В 1922—1924 годах Маяковский совершает несколько поездок за границу — Латвия, Франция, Германия; пишет очерки и стихи о европейских впечатлениях. В 1925 году состоялось самое длительное его путешествие: поездка по Америке. Маяковский посетил Гавану, Мехико и в течение трех месяцев выступал в различных городах США с чтением стихов и докладов.
В 1925—1928 годах он много ездил по Советскому Союзу, выступает в различных городах с чтением собственных стихов. Обязательным элементом таких вечеров были ответы-импровизации на записки из зала, сопровождавшиеся шутками, рассчитанными зачастую на самый невзыскательный вкус. В эти годы поэт опубликовал произведения «Товарищу Нетте, пароходу и человеку» (1926); «По городам Союза» (1927); «Рассказ литейщика Ивана Козырева…» (1928).
В 1927 году Маяковский восстановил журнал ЛЕФ под названием «Новый ЛЕФ». Всего вышло 24 номера. Летом 1928 года Маяковский разочаровался в ЛЕФе и ушел из организации и журнала. В этом же году он начинает писать свою личную биографию «Я сам». В ноябре вышел в свет I и II том собрания сочинений.
В конце 1920-х Маяковский вновь обратился к драматургии. Его пьесы «Клоп» (1928, 1-я пост. — 1929) и «Баня» (1929, 1-я пост. — 1930) написаны для театра Мейерхольда. Они сочетают сатирическое изображение действительности 1920-х с развитием излюбленного мотива Маяковского — воскрешения и путешествия в будущее.
Сатирические пьесы «Клоп» (1928) и «Баня» (1929) были поставлены В. Мейерхольдом. Сатира поэта, особенно «Баня», вызвала травлю со стороны рапповской критики. В 1929 году поэт организовал группу «РЕФ», но уже в феврале 1930 года ушёл из неё, вступив в РАПП (Российскую ассоциацию пролетарских писателей), где сразу же подвергается нападкам, критики называли его «попутчиком», а не «пролетарским писателем».
В марте 1930 Маяковский организовал ретроспективную выставку «20 лет работы», на которой были представлены все области его деятельности. Выставку игнорировали и партийное руководство, и бывшие коллеги по Лефу/Рефу.
Провал выставки, провал спектакля по пьесе «Баня» в театре Мейерхольда, трения с другими членами РАПП, опасность потери голоса, которая сделала бы невозможными публичные выступления, неудачи в личной жизни, стали причиной того, что 14 апреля 1930 Маяковский застрелился.

Стихи маяковского 1917

При подготовке этого раздела были использованы публикации:

Собрание сочинений, тт. I—X, Гиз и ГИХЛ, М. — Л., 1928—1933; Избранные произведения, ГИХЛ, М. — Л., 1931; Избранные стихи, «Федерация», М., 1932; Забытые статьи, «Литературное наследство», М., 1932, кн. II.

Чуковский К., Ахматова и Маяковский, «Дом искусства», 1920, кн. I; Слонимский А., Некрасов, Маяковский, «Книга и революция», 1921, кн. II; Шапирштейн-Лерс, Общественный смысл русского литературного футуризма, М., 1922; Арватов Б., Синтаксис Маяковского (перепеч. в сб. его статей «Социологическая поэтика»), «Печать и революция», 1923, I; Лелевич Г., Вл. Маяковский, «На посту», 1923, I; Коган П. С., Литература этих лет, М., 1924; Шенгели Г., Маяковский во весь рост, М., 1927; Воронский А. К., В. Маяковский, «Красная новь», 1925, II (и в его сб. «Литературные типы», М., 1925); Жирмунский В., Введение в метрику, Л., 1925, стр. 222—225 (о метрической системе М.); Дукор И., Маяковский-газетчик, «На литературном посту», 1927, XXII—XXXIII; Зонин А., В. Маяковский, «Книга и революция», 1929, VII; Его же, Довольно грошевых истин, «Печать и революция», 1930, III; Авербах Л., Памяти Маяковского, «На литературном посту», 1930, IX (отд. изд.: М., 1930 (с обращением секретариата РАПП), и М., 1931); Горбачев Г., Современная русская литература, М. — Л., 1930; Беспалов И., Путь Маяковского «Печать и революция», 1930, III; Его же, Из темы о Маяковском, «Красная новь», 1930, VII; Бескин О. М., Ранний Маяковский (Социальная характеристика дореволюционного творчества Маяковского), «Литература и искусство», 1930, I; Анисимов И., Пути развития Маяковского, там же, 1930, III; Асеев Н., Володя маленький и Володя большой, «Красная новь», 1930, VI; Гельфанд М., Главное в облике Маяковского, «Печать и революция», 1930, III; Гроссман-Рощин И., Тезисы и творчество Вл. Маяковского, «Октябрь», 1930, V—VI (то же, «На литературном посту», 1930, XI); Дукор И., Магистрали Маяковского, «Октябрь», 1930, IX; Селивановский А., Свинцово-тяжелые стихи, «На литературном посту», 1930, IX; Ольховый Б., Поэт социальной направленности, «Молодая гвардия», 1930, VIII; Храпченко М., Вл. Маяковский, «Русский язык в советской школе», 1930, IV; Динамов С., Творческий метод Маяковского, «Октябрь», 1930, XII; Луначарский А., Жизнь и смерть, «Комсомольская правда» от 20/IV, 1930; Полонский Вячеслав, О Маяковском, ГИХЛ, М. — Л., 1931; Асеев Н., Работа Маяковского, «Новый мир», 1931, IV (о творческом методе поэта); Выгодский Д., Владимир Маяковский в Испании и Испанской Америке, «Звезда», 1931, IV; Луначарский А. В., Вл. Маяковский новатор, Из речи в Комакадемии на вечере памяти Вл. Вл. Маяковского 14/IV 1931, «Литература и искусство», 1931, V—VI; Лурье Г. И., К биографии В. В. Маяковского (по архивным материалам), «Каторга и ссылка», 1931, IV; Нельс С., Сатира В. Маяковского, «Пролетарская литература», 1931, IV; Оксенов Инн., Маяковский в дореволюционной литературе, «Ленинград», 1931, IV; «Борьба за метод», Сб. дискуссионных статей о творчестве Дм. Фурманова, А. Безыменского и др., ГИХЛ, М. — Л., 1931 (статьи о М.: Л. Авербаха, А. Зонина, И. Беспалова); Усиевич Е., Путь Маяковского, «Литературное наследство», Москва, 1932, кн II.

Писатели современной эпохи, т. I, Под редакцией Б. П. Козьмина, изд. ГАХН, М., 1928; Владиславлев И. В., Литература великого десятилетия (1917—1927), т. I, М. — П., 1928; Материалы к библиографии Маяковского — при Собр. сочин. Маяковского, т. I, М. — Л., 1928, стр. 335—356 (указана и заграничная литература о Маяковском).

Владимир Маяковский: биография, статья Маяковского: как делать стихи?
«Стихи о любви и стихи про любовь» — Любовная лирика русских поэтов & Антология русский поэзии. © Copyright Пётр Соловьёв

1917 – 1924 Стихи Маяковского. Часть 1. — художественный анализ. Маяковский Владимир Владимирович

«Принимать или не принимать? Такого вопроса для меня. не было. Моя революция. Пошел в Смольный. Работал. Все, что приходилось», — записал Маяковский в главке «Октябрь» своей поэтической автобиографии.

Действительно, в отличие от многих представителей творческой интеллигенции Маяковский сразу и горячо приветствовал Октябрьскую революцию. В начале ноября 1917 года только что избранный ВЦИК попытался собрать в Смольном петроградских писателей, артистов, художников. Пришло лишь несколько человек, среди них — Маяковский.

17 ноября — еще месяца не прошло со дня победы революционного народа — А. В. Луначарский на собрании творческой интеллигенции предложил создать Государственный совет по художественным делам. (Данный материал поможет грамотно написать и по теме 1917 – 1924 Стихи Маяковского. Часть 1.. Краткое содержание не дает понять весь смысл произведения, поэтому этот материал будет полезен для глубокого осмысления творчества писателей и поэтов, а так же их романов, повестей, рассказов, пьес, стихотворений.) Большинство присутствующих неодобрительно встретило предложение народного комиссара. Однако протокол сохранил мнение Маяковского: «Нужно приветствовать новую власть и войти с ней в контакт».

Политическая позиция Маяковского ясна и безапелляционна: он — в числе активнейших «комиссаров» революции, стремящихся поддержать, защитить, прославить ее завоевания.

Гражданским подвигом Маяковского стала агитационная работа в Российском телеграфном агентстве. Более двух лет поэт рисовал плакаты и сочинял стихотворные тексты для «окон» РОСТА, откликаясь на известия с фронтов и новости хозяйственной жизни, политические решения и хронику первых шагов молодого государства.

«Вспоминаю — отдыхов не было, — рассказывал позднее Маяковский. — Работали в огромной, нетопленной, сводящей морозом (впоследствии выедающая глаза дымом буржуйка) мастерской РОСТА.

Придя домой, рисовал опять, а в случае особой срочности клал под голову, ложась спать, полено вместо подушки, с тем расчетом, что на полене особенно не заспишься и, поспав ровно столько, сколько необходимо, вскочишь работать снова. »

Поэма и пьеса, стихи и плакаты — пожалуй, никогда Маяковский не работал так напряженно, как в эти трудные грозовые годы. И никогда так стремительно не менялись тематика, поэтическая манера, пафос и интонации его произведений.

Что такое социалистическое искусство? Каковы формы участия поэта в строительстве новой жизни? Какая поэзия нужна новому, массовому читателю? — нужно было найти ответы на эти вопросы.

В «Открытом письме рабочим», написанном через несколько месяцев после Великой Октябрьской социалистической революции, Маяковский восклицал: «Никому не дано знать, какими огромными солнцами будет освещена жизнь грядущего. Может быть, художники в стоцветные радуги превратят серую пыль городов, может быть, с кряжей гор неумолчно будет звучать музыка превращенных в флейты вулканов, может быть, волны океанов заставим перебирать сети протянутых из Европы в Америку струн. » Сколько «может быть»! Будущее искусства, как и будущее человечества, представало в радужном ореоле, но еще в очень расплывчатых очертаниях.

Одно поэт знал твердо: новое время требует «песен», достойных совершающихся перемен. В предисловии к сборнику «Все сочиненное Владимиром Маяковским», вышедшему в 1919 году, он заявил: «Оставляя написанное школам, ухожу от сделанного и, только перешагнув через себя, выпущу новую книгу».

Шаги поэта в послеоктябрьские годы были действительно шагами Гулливера. Он стремительно рос, мужал его голос, крепли интонации, оттачивалось и совершенствовалось умение переводить свое, интимно-личное, в общезначимое.

К первой годовщине Октября Маяковский написал пьесу «Мистерия-Буфф» — «героическое, эпическое и сатирическое» изображение революционной эпохи. Многие ее мотивы подготовлены ранней поэзией, но в целом это совершенно новое произведение — и по задорно-героическому пафосу, и по стилевой манере, ориентированной на народные зрелища, цирковые и балаганные представления, разыгрываемые во время празднеств и ярмарок.

Бойкие каламбуры и частушечные присловья, остроты и поговорки так и сыплются из уст персонажей, создавая особую, празднично-карнавальную атмосферу, в которой смешное и серьезное, комическое и драматическое живут в нерасторжимом единстве. («Обещали и делим поровну: одному бублик, другому — дырка от бублика. Это и есть демократическая республика».)

«Мистерия-Буфф» воспела «дорогу революции» — от бурного потопа, захлестнувшего весь мир, до «солнечной нашей коммуны». Сказочное, аллегорическое путешествие «семи пар нечистых» — тружеников-пролетариев — через земной ад и нематериальный рай в землю, вымытую и очищенную революционным потоком, прославило первые шаги народа к социализму, показало их в ореоле величия, в исторической перспективе.

В годы гражданской войны Маяковский написал поэму «150 000 000» — о подвиге народа, совершившего революцию и отстоявшего ее завоевания. Стремясь подчеркнуть легендарность происходящего, он прибегнул к грандиозным обобщениям и вымыслам. Поединок русского народа с международным империализмом, пытавшимся задушить молодую республику, изображен в поэме как былинная схватка богатыря Ивана («Россия вся единый Иван») и американского президента Вудро Вильсона. В сражение втягиваются люди, звери, вещи, идеи — никто и ничто не может остаться в стороне от битвы («вдруг уничтожились все середины — нет на земле никаких середин»).

Революция нашла в лице Маяковского не только восторженного лирика, но и мудрого летописца «наших бед, побед, буден».

Поэт раз и навсегда связал свою судьбу с судьбой революционного

Народа, с судьбой страны, бросившей вызов всему миру, с судьбой партии, возглавившей дерзновенный бросок в счастливое будущее — коммунизм.

Маяковский уже сказал яростное «Нет!» буржуазному миру. Разрушение старого уклада и создание на его обломках нового мира, прекрасного и совершенного, вызвало у поэта взрыв энтузиазма и громогласное «Да!», которое он облек в форму вдохновенных «маршей», ликующих «приказов», торжественной «Оды революции».

Поэзия всегда развивалась в союзе с музыкой, обмениваясь с ней темами и настроениями, приемами и терминами, но «музыкальность» стиха и до сих пор зачастую отождествляется с камерностью, напевностью, мелодичностью. Маяковский свои первые послереволюционные стихи ориентировал на музыку оркестра, задающую тон движению марширующих колонн, на грохот барабана и звон литавр, выбивающих четкий ритм.

Так возникла необычная форма поэтического «марша», громкой «хоровой» лирики:

Дней бык пег. Медленна лет арба. Наш бог бег. Сердце наш барабан.

Стихотворение «Наш марш», из которого взяты процитированные строки, замысловато и несколько нарочито: воодушевление поэта еще не оформилось в конкретные образы, «высокие» метафоры и уподобления («второй потоп», «быстролетные кони» времени с радугой вместо дуг, «небо», «Большая медведица») еще не сплавились органически с земными конкретно-историческими деталями.

Пройдет всего один год, и романтические мечты породнятся с героикой действительности: в декабре 1918 года для выступления перед матросами Маяковский написал свой знаменитый «Левый марш» — поэтический шедевр, который навсегда запечатлел особую, строгую и возвышенную красоту революционного движения народа. Это стихотворение, в котором голос поэта сливается с многоголосьем народных масс, не раз звучало на городских площадях и улицах, на митингах и демонстрациях.

Поэтические «приказы» тоже отразили стремление Маяковского слить с великой эпохой и содержание, и форму стихов. Искусство не могло остаться в стороне от народной жизни, от фронтов, мобилизаций, распоряжений и лозунгов. «Революцией мобилизованный и призванный», поэт, в свою очередь, призывал других художников на службу революции. Уже в 1918 году он написал «Приказ по армии искусства», «мобилизуя» деятелей искусств на «баррикады сердец и душ».

В музыке революции поэт уловил не только гром марша, не только резкие, категоричные речитативы, но и задушевные интонации, гуманные и человечные мелодии. Вслед за программным «Нашим маршем» Маяковский пишет стихотворение «Хорошее отношение к лошадям». В нем нет внешних примет обновления мира, и все-таки это явно послереволюционная лирика: обновился строй чувств, иным стало восприятие окружающего, изменилось зрение художника.

Еще более заметны новые лирические интонации и новая образная структура в стихотворении, которому Маяковский дал предлинное название — «Необычайное приключение, бывшее с Владимиром Маяковским летом на даче (Пушкино, Акулова гора, дача Румянцева, 27 верст по Ярославской жел. дор.)».

«Небесное» приобрело земные черты: солнце в гостях у Поэта говорит басом, пьет «чаи» с вареньем и жалуется на свою судьбу. В свою очередь, дела и обязанности человека, неотложные нужды дня («что-де заела РОСТА», — сетует поэт) приобретают ореол величия.

Светлое, мажорное мироощущение, задорный юмор, спокойные, покровительственные интонации — это новые качества лирики Маяковского.

Властитель «просветленных страданием слов» и «высоких вымыслов» почувствовал себя вершителем земных дел, творцом нового миропорядка. Маяковский становится реалистом.

Наступало время, когда от «абордажей и штурма» страна переходила к «трудовой осаде», когда социализм из мечты превращался в явь, в практическую задачу, решение которой зависело от усилий всех и каждого.

Отныне лирическое волнение поэта все чаще вызывалось неотложными делами и нуждами народа, создающего новое общество. Как свою личную радость и боль Маяковский воспринимал успехи и неудачи, победы и поражения «страны-подростка». Его стихи насыщаются жгучей общественной проблематикой, злобой дня, в которой поэт усматривал большое, принципиальное содержание. Одной из первых удач на этом пути стало стихотворение «Прозаседавшиеся». Здесь сведены в непримиримом поединке новое и старое, живое и мертвое, человеческое и казенно-бюрократическое.

Стихотворение «Прозаседавшиеся» было замечено В. И. Лениным. 6 марта 1922 года в речи «О международном и внутреннем положении Советской республики» он сказал: «Вчера я случайно прочитал в «Известиях» стихотворение Маяковского на политическую тему. Я не принадлежу к поклонникам его поэтического таланта, хотя вполне признаю свою некомпетентность в этой области. Но давно я не испытывал такого удовольствия, с точки зрения политической и административной. В своем стихотворении он вдрызг высмеивает заседания и издевается над коммунистами, что они все заседают и перезаседают. Не знаю, как насчет поэзии, а насчет политики ручаюсь, что это совершенно правильно. Мы действительно находимся в положении людей (и надо сказать, что положение это глупое), которые все заседают, составляют комиссии, составляют планы — до бесконечности. Был такой тип русской жизни — Обломов. Он все лежал на кровати и составлял планы. С тех пор прошло много времени. Россия проделала три революции, а все же Обломовы остались, тал как Обломов был не только помещик, а и крестьянин, и не только крестьянин, а и интеллигент, и не только интеллигент, а и рабочий и коммунист. Достаточно посмотреть на нас, как мы заседаем, как мы работаем в комиссиях, чтобы сказать, что старый Обломов остался и надо его долго мыть, чистить, стирать, трепать и драть, чтобы какой-нибудь толк вышел. Практическое исполнение декретов, которых у нас больше чем достаточно и которые мы печем с той торопливостью, которую изобразил Маяковский, не находит себе проверки».

Ленинская оценка вдохновила поэта и укрепила его решимость быть в ряду активных строителей нового общества — практически, словом и делом приближать коммунизм.

Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Добавить комментарий

;-) :| :x :twisted: :smile: :shock: :sad: :roll: :razz: :oops: :o :mrgreen: :lol: :idea: :grin: :evil: :cry: :cool: :arrow: :???: :?: :!: