ПОЭТ И ПОЭЗИЯ В ТВОРЧЕСТВЕ Б

Поэзия часто говорит о себе самой — устами авторов. Те или иные аспекты поэтического предназначения привлекают к себе внимание разных поэтов, едва ли не всех. В русской литературе эта градация представлена величайшими ее именами, такими, как Пушкин, Лермонтов, Тютчев, Некрасов, Блок, Маяковский, Ахматова. Свое, оригинальное мнение по этому вопросу высказал и Борис Пастернак. Оно явилось следствием его общих мировоззренческих и эстетических взглядов и представляет собой последовательную, выдержанную в едином ключе систему.

Первое, что привлекает внимание в стихах Пастернака, посвященных теме искусства, это его уподобление губке, впитывающей все вокруг:

Поэзия! Греческой губкой в присосках
Будь ты, и меж: зелени клейкой
Тебя б положил я на мокрую доску
Зеленой садовой скамейки.

Эта мгновенно родившаяся формула одного из ранних стихотворений поэта стала устойчивым образом поэзии во всем его творчестве, своеобразным ее определением. Позже, в стихотворении, которое так и называется — «Определение поэзии», автор не находит ничего более емкого и точного для передачи сущности искусства, чем перечисление явлений окружающего мира:

Это — круто налившийся свист,
Это — щелканье сдавленных льдинок,
Это — ночь, леденящая лист,
Это — двух соловьев поединок.

Так складывается в поэзии Пастернака единственный и неповторимый образ искусства-губки, искусства — органа чувств, этакого шестого чувства, о котором некогда писал Гумилев. Этот образ не сразу стал доминирующим в творчестве автора. Так, в стихотворении «Пиры» поэт еще склонен к традиционным изображениям поэтических пиршеств: «Исчадья мастерских, мы трезвости не терпим». Вспоминается Блок с его «Поэтами»; «А у поэта всемирный запой, и мало ему конституций!» Но уже и в этом стихотворении пиршество имеет особый характер:

Пью горечь тубероз, небес осенних горечь,
И в них твоих измен горящую струю.
Пью горечь вечеров, ночей и людных сборищ,
Выдающей строфы сырую горечь пью.

Что значит поэзия для людей? На этот вопрос Пастернак уверенно отвечает, что в ней — наше право на бессмертие: «А в рифмах умирает рок». В рифмах рождается та правда, которая невозможна в мире обыденности, та правда, с которой в эту жизнь входит «миров разноголосица».

Поэзия имеет своим истоком саму жизнь — во всех ее проявлениях. И так же, как сама жизнь, согласно Пастернаку, есть непреходящее чудо, поэзия является «и творчеством, и чудотворством». Поэзия творит «образ миpa в слове явленный». Искусство открывает человеку глаза на мир, на его чудесное существование — в этом его нравственная задача, в этом — утверждение принципов добра и красоты.

Искусство и простота — тема, которая волновала Пастернака. Его самого нередко упрекали в ненужной, чрезмерной сложности образов и приемов. И потому в стихотворении «Волны» он решает раз и навсегда определить характер и пределы поэтической простоты. Поэзии доступно особое знание, она находится в родстве «со всем, что есть», она знается «с будущим в быту», и потому мир для нее предстает в первозданной его простоте. Однако поэт не имеет права выносить эту правду в ее чистом виде, он должен создать мир более сложный: простота в этом случае, наверное, похожа на эссенцию, которая должна быть разбавлена, чтобы ее можно было использовать:

Но мы пощажены не будем,
Когда ее не утаим.
Она всего нужнее людям
Но сложное понятней им.

Фигура поэта неоднократно предстает перед нами в творчестве Пастернака. Нередко он обращается в своих стихах к образам художников прошлого и современности: Шекспир, Пушкин, Блок, Маяковский. Шопен, Мейерхольд — вот герои его произведений и их адресаты. У поэта особая судьба. Поэтами действительно рождаются, это судьбой данный дар. Поэт есть такое же явление природы, как деревья, как море. Пастернак в какой-то степени романтизирует судьбу художника. Особенно это чувствуется в цикле «Темы и акации», неназванным героем которого стал один из поэтических кумиров автора, Пушкин. Герой дан у Пастернака скорее как тип, общий образец судьбы художника. Он есть стихия самой жизни, стихия природная — автор дается к пушкинскому образу моря, соединяя в нем одновременно «стихию свободной стихии с свободной стихией стиха». В поэтическом призвании равно заключены и свобода, и подчинение, поэтому в стихах появляется, наряду с образом свободной стихии моря, образ пустыни — где, как известно, был вручен герою пушкинского «Пророка» дар «глаголом жечь сердца людей».

Поэт вынужден платить за свой гений, платить отказом от частного «я». Но при этом мир поэзии Пастернака не знает таких трагедий выбора между призванием и личной жизнью, как, к примеру, у Маяковского, которому приходилось наступать «на горло собственной песне». Мир уравновешен своей сути — иначе он просто не смог бы существовать, поэтому автор говорит о трагическом противопоставлении поэта и действительности. Конфликт, конечно, присутствует, но не в таких предельных формах, как у многих собратьев по творчеству. Более того, герой Пастернака не снимает часть вины за него и с себя:

Я послан Богом мучить
Себя, родных и тех,
Которых мучат грех.

Применительно к личности художника автор употребляет определения, которые вряд ли бы показались уместными кому-либо еще: поэт — заложник и должник, раб; он — в плену и в долгу перед жизнью:

Жизнь ведь тоже только миг,
Только растворенье
Нас самих во всех других
Как бы им в даренье.
Судьба поэта потому полна испытаний и тягот:
. строчки с кровью — убивают,
Нахлынут горлом и убьют!

Целью творчества Пастернак считает самовыражение, самоотдачу. Его не прельщает просто людская слава: поэт должен творить так, чтобы завоевать любовь пространства. Мир этот ждет труда художника так же, как труда пахаря. Поэт должен исполнить свое предназначение на земле несмотря ни на что: судьбой за него продуман распорядок действий, и он не вправе отказаться играть свою роль.

Сам Пастернак всей своей жизнью подтверждал свою верность провозглашенным им принципам поэтического предназначения. Все, что им создано, несет на себе отпечаток тех идеалов духовности, которые он проповедовал в своих стихах. Он во всем пытался «дойти до самой сути», он был требователен к себе, к своему мастерству: известно, что он тщательно и подолгу редактировал свои произведения (об этом с иронией говорит Маяковский в стихотворении «Тамара и Демон»: «И пусть, озверев от помарок, про это пишет себе Пастернак. »).

Борис Пастернак не склонен был приписывать поэзии цели конкретные, практические, как делал это в какой-то мере тот же Маяковский. Поэт лишь отчасти заимствует у классической традиции представления о предназначении поэзии и дает ей новое определение — поэзия-губка. Она впитывает мир целиком, чтобы потом, будучи выжатой, явить его людям, открыть им его — в этом ее высокое предназначение, ведь у поэта особое, полное и первичное знание о мире. Личность самого Пастернака — пример для многих его собратьев: к примеру, А. Ахматова писала в своих стихах о желании «Пастернака перепастерначить». Пастернак — явление для русской литературы сакральное: он — Поэт.

Предыдущий реферат из данного раздела: Что привлекает меня в поэзии Пушкина?

Следующее сочинение из данной рубрики: Миф о загадочной русской душе

Анализ стихотворения Пастернака “Определение поэзии”

Стихотворение «Определение поэзии» вполне можно назвать у Б.Пастернака программным, поскольку в нем дается четкое изложение тому, что следует понимать под поэзией. Многие поэты и до, и после Пастернака писали свой взгляд на это определение, но пастернаковский характерен тем, что дает очень яркий по краскам, очень громкий по звукам, очень объемный по образам ответ на этот вечный вопрос.

Стихотворение не разбито автором на строфы через пробелы, но в условной первой строфе дается звуковое понимание поэзии – например, через соловьиную трель

Например, поэт пишет «щелканье сдавленных льдинок» вместо того, чтобы сказать об обычном хрусте снежинок под ногами, известном каждому. Фигаро – усеченное название оперы Моцарта «Женитьба Фигаро», а значит, тоже музыка для посвященных. А непонятное слово «садкан» – означает название одной их тантрических духовных практик.

Особое внимание притягивает к себе строчки «это – сладкий заглохший горох, это – слезы вселенной

Поэт очень много сочетает высокого и низкого: Фигаро – на грядку, «небосвод завалился ольхою», доски в воде. Таким образом, поэт четко дает понять, что именно такое сочетание и рождает поэзию. Борьба и единство противоположностей дает новое понимание сути всех на свете вещей и явлений окружающего мира. Один предмет перерождается в другой, все взаимосвязано и взаимозависимо, и в то же время противостоит друг другу.

Это подтверждает и финал стихотворения, поскольку «вселенная», которая готова была расплакаться в середине произведения, оказалась «место глухое». Значит, только здесь, на Земле, где живет чувствующий, слышащий, осязающий и все понимающий человек, и рождается поэзия.

Тема природы в лирике Б. Пастернака

Творчество Бориса Пастернака многообразно и самобытно. У этого поэта имеется своя точка зрения, своя трактовка всех основных жизненных явлений. Поэтому нам так интересно читать произведения этого художника, соглашаясь или не соглашаясь с ним. В любом случае, это обогащает нас опытом, делает богаче и мудрее.

Тема природы занимает одно из главных мест в творчестве Б. Пастернака. Поэт своеобразно изображает мир природы и взаимоотношения человека с ней. Этот мир необычен, сложен и многообразен. Вспомним хотя бы такие произведения Пастернака, как «Февраль. Достать чернил и плакать!», «Ландыши» и другие.

В стихотворении «Февраль. Достать чернил и плакать!» лирический герой передает свое предоощущение весны как всемирной жажды обновления жизни. В этой прелестной лирической миниатюре окружающий мир представлен звучащим на многие лады. Здесь и плавность, и шуршание, и грохот природы (клик колес, грохочущая слякоть, шум ливня, «ветер криками изрыт» и т.д.) Все это звуки приближающейся весны. Здесь поэт очень удачно, на мой взгляд, использует прием звукописи: пролетка – ливень – слезы; колеса – клик – слякоть – слагаются – лужи.

В данном стихотворении большое место занимают черные (темные) оттенки цвета («весною черною горит», «обугленные груши», «чернеют проталины»). Но они не кажутся мрачными, так как передают динамику прихода весны. Поэтому здесь черный цвет ассоциируется с цветом показавшейся из-под снега земли. Получается, что черные краски в этом стихотворении являются символом обновления жизни.

Стихотворение начинается с назывного предложения: «Февраль». Это слово ассоциируется с вьюгой, поземкой, холодом, морозом, ветром, а также с февральской лазурью. То есть оно связано с ощущением скорой весны и таянием снега. Таким образом, уже первое предложение в стихотворении заявляет о приближении самой молодой поры года.

В композиции этого произведения, на мой взгляд, можно выделить внутренний и внешний планы. Внешний – это образ приближающейся, во всем чувствующейся весны. Внутренний план повествует о процессе пробуждения поэзии. Лирический герой, прорвавшись в мир обновляющейся жизни, обретает способность «слагать стихи», «писать о феврале навзрыд». При этом в произведении усиливаются и нарастают чувства, ощущения, переживания. Природа и поэзия уравниваются. Поэзию творит включение поэта в мир живой природы.

В1927 году Б. Пастернак пишет стихотворение «Ландыши», вошедшее в его сборник «Поверх барьеров». При произнесении названия этого произведения возникают ассоциации: ландыш серебристый, душистый, «светлого мая привет». В мыслях рисуется хрупкость, чистота, стройность, изящество этого весеннего цветка.

Однако, перечитывая текст Пастернака, убеждаешься, что таких ассоциаций у поэта нет. Стихотворение начинается с неполного предложения: «С утра жара». Образ жары усиливается в последующих строках первой строфы: «грузный полдень», «потное плечо», «жары нещадная резня». Образ жары создается с помощью эпитетов, метафор, а также звукописи. Как эхо, повторяются звуки слова «жара» и сходные с ними: грузный полдень, жары нещадная резня. Поэт гиперболизирует этот образ, усиливает его, используя в первой и второй строфах такие глаголы и глагольные формы, как «хряснет», «обламываясь», «рухнет».

В третьей и четвертой строфах стихотворения мы наблюдаем метафору «жары нещадная резня» и сравнение «Весна здесь сказочна, как Углич». Эти тропы связаны между собой ассоциативно: вид березок напоминает красавиц Древней Руси, а также древнерусскую архитектуру с ее белоснежными свечками соборов под золотыми и зелеными куполами. Совсем, как в Угличе.

В четвертой строфе уже чувствуется присутствие лирического героя. Он способен всмотреться и насладиться миром, укрывшим его от жары. Природа позволяет всматриваться в себя бесконечно:

И вот ты входишь в березняк,

Вы всматриваетесь друг в дружку.

Более того, внимательному наблюдателю природа открывает свои тайны. В этом состоит ее удивительное чудо:

Но ты уже предупрежден.

Вас кто-то наблюдает снизу:

Сырой овраг сухим дождем

Росистых ландышей унизан.

Такое олицетворение помогает автору подчеркнуть, что природа тоже ждет встречи с человеком, прислушивается и присматривается к нему. Таким образом, в стихотворении показан путь человека к природе.

Осмысление лирики Пастернака, посвященного природе, позволяет нам увидеть, что все его стихотворения глубоко философичны. Они не просто раскрывают красоту русской природы, ее тайны. Эти произведения показывают взаимоотношения и взаимопроникновения природы и человека друг в друга, результатом которого является творчество. Природа для лирического героя – мастерская, где «производится чудо».

0 человек просмотрели эту страницу. Зарегистрируйся или войди и узнай сколько человек из твоей школы уже списали это сочинение.

Анализ стихотворения Б.Л.Пастернака «Определение поэзии»

Б.Л.Пастернак. Определение поэзии.

Автор: Долгова Татьяна Леонидовна, учитель русского

языка и литературы 1-ой квалификационной ка-

тегории МКОУ «Кременская СОШ» Клетского

района Волгоградской области.

Б.Л. Пастернак «Определение поэзии»

Это – круто налившийся свист,

Это – щелканье сдавленных льдинок,

Это – ночь, леденящая лист,

Это – двух соловьев поединок.

Это – сладкий заглохший горох,

Это – слезы вселенной в лопатках,

Это – с пультов и с флейт – Figaro

Низвергается градом на грядку.

Все, что ночи так важно сыскать

На глубоких купаленных доньях,

И звезду донести до садка

На трепещущих мокрых ладонях.

Площе досок в воде – духота

Небосвод завалился ольхою.

Этим звездам к лицу б хохотать,

Ан вселенная – место глухое.

Поэзия часто говорит о себе самой устами авторов. Те или иные аспекты поэтического предназначения привлекают к себе внимание разных поэтов, едва ли не всех. В русской литературе это представлено величайшими именами, такими как А.С. Пушкин, М.Ю. Лермонтов, Ф.И. Тютчев, Н.А. Некрасов, А.А. Блок, В.В. Маяковский, А.А. Ахматова. Свое оригинальное мнение по этому вопросу высказал и Б.Л. Пастернак, который вступал в поэзию в составе футуристической группы «Центрифуга», но испытал к тому, же и сильнейшее воздействие А. Блока и А. Белого. Таким образом, мнение это явилось следствием его общих мировоззренческих и эстетических взглядов и представляет собой последовательную, выдержанную в едином ключе систему. Первое, что привлекает внимание в стихах Пастернака, посвященных теме искусства, это его уподобление губке, впитывающей все вокруг:

Поэзия! Греческой губкой в присосках

Будь ты, и меж зелени клейкой

Тебя б положил я на мокрую доску

Зеленой садовой скамейки.

Это мгновенно родившаяся формула одного из ранних стихотворений поэта стала устойчивым образом поэзии во всем его творчестве, своеобразным ее определением.

Позже, в стихотворении, которое так и называется «Определение поэзии» (оно входит в цикл «Занятье философией» книги «Сестра моя – жизнь», изданной в 1922 году), автор не находит ничего более емкого и точного для передачи сущности искусства (поэзии), чем перечисление явлений окружающего мира:

Это – круто налившийся свист,

Это – щелканье льдинок,

Это – ночь, леденящая лист

Это двух соловьев поединок.

Поэзия, по Пастернаку, имеет своим истоком саму жизнь во всех ее проявлениях. И так же, как сама жизнь, согласно Пастернаку, есть непреходящее чудо, поэзия является и творчеством, и чудотворчеством. Поэзия творит «образ мира в слове явленный».

Стихотворение «Определение поэзии» относится к философской лирике, так как посвящено осмыслению такого понятия, как творчество.

Тема стихотворения вынесена в заглавие – «Определение поэзии. В нем автор называет предмет, о котором пойдет речь. Однако разговор получается не прямым, а окольным – он ведется ассоциативно, около предмета. И поэтому заглавие здесь обязательное, так как несет разъяснительную функцию.

В этом стихотворении бросается в глаза мнимая произвольность определений поэзии: кажется, одно из определений без ущерба может быть заменено другим, а подбор слов обусловлен не смысловой, а, скорее, звуковой близостью. Действительно, на первый взгляд, странный ряд: «свист, щелканье льдинок, ночь леденящая лист, поединок соловьев, горох, слезы вселенной, Фигаро».

Однако вспомним, что «чем случайней, тем вернее слагаются стихи навзрыд». К тому же звуковой портрет поэзии в первой строфе не должен удивлять («свист», «щелканье»), а «ночь» и «пенье соловьев» вообще являются непременным атрибутом любовной лирики. Учитывая замечание Пастернака, что « …лопатками в дореволюционной Москве назывались стручки зеленого гороха … Под слезами вселенной в лопатках разумелся образ звезд, как бы держащихся на внутренней стенке лопнувшего стручка, — следует отметить оригинальность и точность ассоциативного мышления поэта. Фигаро – опера Моцарта «Женитьба Фигаро».

Во второй строфе с поэзией отождествляется и горох, и звезды, и музыка – все, чем богат мир… В результате такого восприятия действительности весь мир обнаруживает необыкновенную цельность: все предметы бытия связаны между собою, превращаются один в другой, так что музыка оборачивается градом («низвергается градом на грядку»), а звезда – рыбой («и звезду донести до садка»). В этом романтическом стихотворении неожиданным оказывается финал – вселенная глуха к поэзии. Но главное, на мой взгляд, не в этом, а в том, что поэзия – есть и она воплощение и единство всего, что только существует на свете.

Все образы в стихотворении не только наглядны, но и сочетаются по принципу смежности, метонимически. Пастернак стремится многократно и многопланово определить суть поэзии. Соединенные в одном ряду разнородные понятия: «туго налившийся свист», «щелканье сдавленных льдинок», «леденящая лист ночь», «сладкий заглохший горох», «слезы вселенной в лопатках» и т.д. создают многогранную картину действительности, активизируют разные типы восприятия. Семикратный повтор конструкций (анафора) с ключевым словом «это» не оставляет впечатления поэтического приема, а кажется вполне понятным желанием поэта наиболее полно определить поэзию.

В стихотворении поэт обнаруживает единство не только высоких, но собственно поэтических тем: природы, любви и искусства – в них постоянно входят, их пронизывают бытовые реалии («ночь», «льдинки», «пение соловья», «музыка» и «грядки», «горох», «садок»). Использование разговорно-бытовой лексики («лопатки», «завалился», «хохотать») в поэтическом контексте на общем фоне межстилевой и книжной лексики («низвергается», «сыскать», «доньях» и т.д. усиливает) выразительность, неожиданность восприятия. Говоря о поэтике стихотворения, нельзя не отметить и столь характерное для творчества Пастернака олицетворение, пронизывающее большинство метафор: « слезы вселенной», «небосвод завалился», «звездам б хохотать»… Оно еще раз подтверждает, что поэзия – это реальный мир предметов, явлений, чувств окружающей действительности. В стихотворении также используется звукопись (аллитерация): «… круто налившийся свист», «щелканье сдавленных льдинок», «ночь леденящая лист») ( с , ш л , д , ) и др., которая усиливает выразительность и значимость данных слов.

Стихотворение написано дольником, который делает стихотворение более ритмичным и акцентирует внимание на особо значимых словах. Рифма – перекрестная, в первой и третьей строках – усеченная.

Таким образом, поэзия, по мнению Б.Л. Пастернака, не есть нечто искусственное, противостоящее жизни, но – часть жизни, составляющая человеческого бытия. Отожествление поэта и природы, передача авторских прав пейзажу – все это, в сущности, служит одной единственной цели. Стихи, сочиненные самой природой, не могут быть подделкой. Так автор утверждает подлинность написанного. Подлинность, достоверность, по Б. Пастернаку, — главная особенность истинного искусства. Каким же образом достигается эта подлинность? Самое важное здесь – «не искать голоса жизни, звучащего в нас». Поэтому обостренная впечатлительность, повышенная восприимчивость ко всем ощущениям, ко всем движениям окружающего мира – главная черта подлинной поэзии. Именно это и утверждает Б.Л. Пастернак в своем стихотворении «Определение поэзии».

Гиржева Г.Н. Некоторые особенности лирики Бориса Пастернака. /Г.Н. Гиржева// Русский язык в школе. — №1 – 1990 – стр. 54-60.

Пастернак Б.Л. Стихотворения и поэмы. Переводы. М.: Правда, 1990

Русская литература. Большой учебный справочник для школьников и поступающих в вузы. /М.Г. Павловец, Т.В. Павловец, Б.Л. Пастернак. Стихотворения – М.: Дрофа, 1998.

С.Л. Страхов «Русская поэзия XX века в выпускном классе»: Книга для учителя. _ М.: Просвещение, 1999.

С.Страшнов «Явленная тайна». К урокам по творчеству Б.Пастернака. /Страшнов С.// Литерратура в школе — №1 – 2000 стр. 80-83

Н.М. Шанский «Среди поэтических строк» Б.Л. Пастернака /Н.М. Шанский // Русский язык в школе — №6 1989 стр. 60-65.

Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Добавить комментарий

;-) :| :x :twisted: :smile: :shock: :sad: :roll: :razz: :oops: :o :mrgreen: :lol: :idea: :grin: :evil: :cry: :cool: :arrow: :???: :?: :!: