Почему в произведениях А

В творчестве Пушкина в произведениях разных жанров возникает мотив стихии. Вода, огонь, метель — это природные стихии, которые в художественных образах писателя приобретают символическое зна­чение. Стихия непредсказуема, непреодолима, может закружить в вихре событий, перепутать, перемешать и разбросать человеческие судьбы. Метель, как символический образ, возникает в творчестве Пуш­кина в поздний период, в тридцатые годы поэт пишет о метели и в стихах, и в прозе. Это повесть «Метель» из цикла «Повести покойно­го Ивана Петровича Белкина», стихотворение «Бесы», глава «Вожа­тый» в романе «Капитанская дочка».

В повести «Метель» природная стихия является основой сюжет­ной интриги, но не становится главной темой. В произведении два любовных романа, природная стихия находится в центре, разделяя или объединяя их. В самый кульминационный момент повести, побег Маши из родительского дома, появляется новое действующее лицо — Метель («Вдруг» «в одну минуту поднялся ветер», «небо слилось с землей»). С появлением метели заурядное течение любовной истории обрывается, судьба разлучила влюбленных, но одновременно соеди­нила церковным таинством двух незнакомых людей.

«Бесы» написаны в очень сложный для духовной и творческой жизни автора период. В начале стихотворения путник уже во власти метели и предчувствует приближение пугающих событий:

Страшно, страшно поневоле. Средь неведомых равнин.

Угроза гибели осознана, и дальше действие развивается более стремительно. Первое упоминание беса — просто присказка («В поле бес нас водит, видно»), но уже в следующей строчке этот образ имеет реальные очертания: «Посмотри: вон, вон играет. / Дует, плюет на меня». Метель не отступает: «Вьюга злится, вьюга скачет», и окру­жают ездока уже полчища бесов: «Вижу: духи собралися средь бе­леющих равнин». Рефреном проходящая строка «Мчатся тучи, вьются тучи» делит стихотворение на 3 части, меняя настроение каждой.

В повести «Капитанская дочка» метель называется бурей, бура­ном — это нечто могущественное, страшное. Буря разразится еще и в социальном плане. Метель сведет Гринева и Пугачева. Здесь она не­что вроде пророчества, предвещающего глубокие социальные потря­сения. Стихия сближает совершенно разных людей — «народного ца­ря» и «обычного человека».

Во всех произведениях Пушкина метель есть мистическая, сверхъ­естественная сила, которая управляет судьбами людей, как правило, ра­зумно и справедливо («Метель», «Капитанская дочка»). Человек оказы­вается неспособным изменить что-либо. Находясь в окружении стихии, которая символизирует судьбу, рок, случай, герой оказывается бесси­лен перед ней. Он представлен как песчинка в мире, управляемом выс­шими силами, и ему приходится подчиниться их воле.

Жанр произведения метель пушкин

Состав оркестра: 2 флейты, флейта-пикколо, 2 гобоя, английский рожок, 2 кларнета, малый кларнет, 2 фагота, контрафагот, 4 валторны, 3 трубы, 3 тромбона, туба, литавры, бубен, малый барабан, тарелки, большой барабан, колокола, колокольчики, челеста, 2 арфы, фортепиано, струнные.

История создания

В 1964 году к Свиридову обратился известный артист и кинорежиссер В. Басов, приступавший к съемкам кинофильма «Метель» по пушкинской повести. Свиридов, не тяготевший к «абстрактным» музыкальным жанрам, сочинявший, как правило, музыку текстовую, очень любил и работу для театра и кино: она давала ему возможность воплощения конкретных образов и ситуаций, дисциплинировала необходимостью точно укладываться в заданный хронометраж.

Повесть «Метель» была написана А. С. Пушкиным (1799—1837) в 1830 году, в золотую пору его творчества, оставшуюся в истории под названием «Болдинская осень» и давшую невиданную россыпь гениальных произведений, вылившихся из-под пера поэта как бы в одночасье. Посетивший свое нижегородское имение Болдино, Пушкин вынужден был там остаться надолго в связи с объявленным холерным карантином. И в этом вынужденном уединении появилось огромное количество произведений разных жанров, в том числе — прозаических, известных под общим названием «Повести Белкина».

Образец великолепной, лаконичной и ясной прозы, «Метель», написанная в один день, 20 октября, представляет собой, в сущности, анекдот о провинциальной семнадцатилетней девице, Марье Гавриловне Р., которая решила бежать из дома, чтобы тайно обвенчаться со своим бедным и потому неприемлемым для родителей избранником, и о том, как метель вмешалась в планы влюбленных и в результате полностью изменила судьбы трех человек.

Композитора привлекла идея воссоздать в музыке образ современной Пушкину провинциальной России. Его музыка лишена того оттенка иронии, который явно ощущается в повести. Поэтизация простой жизни маленьких городков и усадеб, а не столичных чиновников и аристократов, жизни, особенно близкой Свиридову, — вот что стало основным в его музыкальном решении. Он исходил из интонаций, бытовавших в начале XIX века: вальсовых, маршевых, романсовых, перезвона бубенцов, всегда висевших на дугах ямщицких лошадей. Но эти простые, подчас наивные интонации одухотворены им, использованы творчески, с особым, присущим только Свиридову настроением. Музыка зазвучала как ретроспектива давно ушедшей, но милой, привлекательной, вызывающей ностальгическое чувство жизни.

В 1973 году из отдельных музыкальных эпизодов, созданных для кинофильма, композитор решил составить сюиту. Ее девять номеров создали последовательный ряд своего рода иллюстраций к пушкинской повести. Так и было решено назвать новый опус: музыкальные иллюстрации к повести Пушкина «Метель». Однако по жанру это именно сюита с присущими ей образными контрастами между соседними частями, притом с чертами концентричности в форме, в которой первые два номера в несколько измененных вариантах зеркально повторяются в заключении.

Музыка

№ 1, «Тройка» — начинается «с полуслова» мощно, фортиссимо, аккордами медной группы, сопровождаемыми непрерывной дробью малого барабана, четкими ударами бубна, тремоло литавр. Затем вступают струнные — активными скачками в ритме барабанной дроби. Но вот внезапно звучность стихает до пианиссимо, остаются только непрерывная дробь барабана, да вторящие ей аккорды струнных, и на их фоне возникает раздольная песня (соло гобоя), чисто русская в своей диатонике, с широким распевом. Она длится, переходит к кларнету, затем ее подхватывает фагот и, наконец, скрипки. Потом она начинает звучать более полно у скрипок вместе с деревянными, обвивается подголосками и достигает кульминации, в которой вновь вступает мощно медная группа со своими аккордами, воспринимаемыми как естественное продолжение привольной мелодии. Теперь обе темы звучат одновременно, но постепенно стихают: удаляется тройка, напев растворяется в восходящем ходе арфы.

№ 2, «Вальс» — открывается призывными фанфарами, после которых вступает непритязательная мелодия с характерным для вальса аккомпанементом (бас на первой доле и аккорды на второй и третьей). В нем нет пышности и великолепия бального танца. Кажется, он звучит в непритязательной обстановке домашнего праздника, в небогатой усадьбе или в саду провинциального городка. Мелодия, длительно разворачивающаяся то у скрипок, то расцвечивающаяся тембрами деревянных инструментов, неприхотлива, но обаятельна.

№ 3, «Весна и осень», — это две крошечные миниатюры. Первая — нежный флейтовый напев в темпе allegretto, сопровождаемый еле слышными аккордами струнных. Затем флейту сменяет скрипка с тем же напевом. После паузы начинается вторая миниатюра (это осень, пора отцветания и усталости), с тем же мотивом, но приглушенным, у солирующей скрипки с сурдиной, и аккомпанируют ей своими мягкими аккордами теперь кларнеты и валторны — пианиссимо, с сурдинами. Скрипке подпевает английский рожок, гобой вставляет свою реплику, и все угасает на тончайшем пианиссимо.

№ 4, «Романс», после четырех тактов вступления начинается привычным для бытового музицирования отыгрышем рояля. Скрипка соло запевает мелодию романса, основанную на попевках, типичных для романсовой музыки середины XIX века, но разворачивающуюся все шире, привольнее. Солирующий альт «подпевает», словно второй голос в дуэте, затем их сменяют флейта и гобой, потом к пению присоединяется английский рожок. А рояль продолжает меланхолично исполнять свою партию — долгий бас на первой доле и два аккорда арпеджиато, словно подражающие арфе, которая, однако, также вступает с длящимися по целому такту аккордами. Музыка становится более взволнованной, достигается кульминация, в которой роль солиста берет на себя труба, а подпевать ей начинают валторны. В заключении все утихает, кларнет и солирующая виолончель завершают дуэт.

№ 5, «Пастораль», отличается покачивающимся шестидольным движением, наивной мелодией гобоя, прозрачным звучанием одних только деревянных инструментов. На миг их сменяет струнная группа, затем возвращаются тембры деревянных. Вместе с гобоем запевают скрипки, появляются легкие аккорды валторн, но звучание остается прозрачным. Лишь раз возникает громкая звучность и снова уходит.

Резким контрастом вступает №6 — развернутый «Военный марш» в tutti духового оркестра (в этом номере струнные не заняты) с чуточку преувеличенными, пародийными интонациями, грозными ударами тарелок и большого барабана, мощным уханьем медных басов. В среднем эпизоде стихает большинство инструментов, с залихватской мелодией вступает труба, поддержанная гобоями (ей аккомпанируют валторны синкопированным ритмом, да продолжают отбивать шаг ударные и «ухать» низкие духовые). Но вот вступает вторая труба, пронзительно прорезают звуковую массу флейты, марш снова гремит в полную мощь.

И снова контраст — № 7, «Венчание». Опять миниатюра, медленные тихие звучания струнных с сурдинами, переплетение мелодических линий, из которых складывается прозрачная фактура, лишенная аккомпанемента как такового. Атмосфера таинственности, затаенной нежности внезапно сменяется страстными восклицаниями (флейта, гобой и скрипки на крещендо от форте к фортиссимо). Мощные удары аккордов оркестра — как удары судьбы.

№ 8, «Отзвуки вальса» — со знакомой по второму номеру мелодией, — все время в тихом, приглушенном звучании, воспринимается как воспоминание о минутах былого счастья.

Заключительный № 9, «Зимняя дорога», возвращает слушателя к первому образу — тройки, летящей через зимнюю мглу под неумолчный звон дорожных колокольцев, под меланхоличную нескончаемую песнь.

Жанр произведения метель пушкин

У нас проблема. Публикация не найдена , но она была здесь ранее!

Причины: публикация перенесена в архив (скорее всего) ИЛИ она была удалена автором.

СОВЕТ: воспользуйтесь поиском и уточните ее наличие!
. или напишите в Отдел поддержки пользователей с проблемой. Должны помочь!

«Музыкальные иллюстрации Г. Свиридова к повести А.С. Пушкина «Метель» как средство эмоционального постижения художественного текста»

Статья напечатана в журнале «Русская словесность» №3, 2010.

Аннотация. В статье рассматривается сопоставление фрагментов повести А. Пушкина «Метель» с музыкальными иллюстрациями Г. Свиридова с целью пробуждения читательского воображения и эмоционального мира учащихся.

Ключевые слова: музыкальные иллюстрации, фрагменты текста, музыкальное воплощение, средство постижения, эмоциональный мир.

Произведения Пушкина уже с первых дней появления в свет не только были предметом многочисленных разборов, критики, полемики, восторженных отзывов и язвительных упрёков, но вместе с тем стали источником вдохновения для представителей самых разнообразных родов искусства.

Наиболее склонными к иллюстрированию Пушкина оказываются музыканты; в музыкальных иллюстрациях поэт занял более видное место, чем в других изящных искусствах. Едва появился «Кавказский пленник» в 1823 году, как знаменитые в своё время композитор Кавос и балетмейстер Дидло поставили большой балет по содержанию поэмы. «Руслан и Людмила», «Цыганы», многие мелкие стихотворения немедленно вслед за появлением своим служили темою или текстом для сценических представлений, романсов и т.п.» — пишет Корганов В.Д. в книге «Пушкин в музыке», изданной в 1899 году. (1, с.6-7.)

На протяжении двух столетий имя Пушкина в области музыки далеко опередило имена многих других русских писателей.

Одно из самых удачных воплощений произведений Пушкина в русской музыке ХХ века принадлежит Георгию Свиридову. Первой творческой удачей композитора стали именно романсы на стихи поэта. Уже зрелым мастером он обратился к иллюстрированию пушкинской «Метели».

Наиболее сложный характер взаимодействий искусств – совпадение эстетического идеала, художественного мышления писателя и композитора, что проявляется в эстетических взглядах, стилевой манере авторов разных видов искусств.

Георгий Свиридов считал, что: «Слово и музыка, литература и музыка, музыкальное произведение может существовать только тогда, когда оно добавляет нечто к стихам или литературному сочинению». (3,с.81.) Музыкальные иллюстрации композитора не только добавляют «нечто» к произведению Пушкина, но и дают его музыкальную интепретацию, а следовательно ведут читателя к углублённому прочтению повести. Цикл музыкальных иллюстраций к «Метели» состоит из девяти картин, которые следуют сюжету произведения («Тройка», «Вальс», «Весна и осень», «Романс», «Пастораль», «Военный марш», «Венчание», «Отзвуки вальса», «Зимняя дорога»). «Задача композитора совсем не в том, чтобы приписать мелодию, ноты к словам… — отмечал Свиридов, — здесь должно быть создано органичное соединение слова с музыкой». (3, с.81.) Автор шаг за шагом следует за поэтом, создавая «метельные» взлёты и падения, бережно сохраняя традиции пушкинской эпохи, придавая ей ещё больше одухотворённости своей необыкновенной музыкой.

Привлечение сюжетов композитора на заключительном уроке сопровождается выборочным чтением фрагментов повести, когда отдаётся предпочтение тем отрывкам художественного текста, которые нашли проникновенное воплощение в музыкальных иллюстрациях.

После звучания первой – «Тройка» — ученики отмечают, что у Пушкина описываются картины русской деревенской жизни, когда помещики навещают друг друга («соседи поминутно ездили к нему…» [Гавриле Гавриловичу]). Да и Марья Гавриловна едет в церковь (и возвращается из неё) на тройке лошадей, присланной Владимиром (« [кучер] взял вожжи, и лошади полетели»). Бурмин, спеша в Вильну, в полк, заплутав по метели, попадает в церковь на венчание и … уезжает из неё… Школьники не проходят мимо того, что основные события повествования происходят зимой, поэтому мелодия одновременно навевала воспоминания о стихотворениях А.С. Пушкина «Зимняя дорога» и «Бесы», которые звучали ещё на первом уроке изучения «Метели». Они воспроизводили в устных словесных иллюстрациях картины бескрайней русской равнины, укрытой снегами, видели одиноко бегущую тройку лошадей с бубенцами, когда снег летит из-под копыт, и даже дремлющего в кибитке автора «Метели». («Тройка – это постоянно присутствующий образ в повести А.С. Пушкина «Метель». Начало иллюстрации «Тройка» — быстрое, резкое, музыка захватывает тебя. Мне сразу представилась тройка лошадей, бегущая по лесу или средь широкого поля. Продолжение мелодии спокойное, похожее на мирный бег лошадки.

Под эту музыку ярче всего я вижу картину, когда Маша едет в церковь на тройке, присланной Владимиром. Передо мной её тревожное лицо и взгляд, устремлённый в неизвестность…» — пишет Лиана П. – ученица шестого класса.)

Наиболее известной и яркой иллюстрацией к повести является «Романс», который использовался для более глубокого погружения в мир чувств героев: в нём переживания и сомнения Маши, когда она собирается покинуть родительский дом; её скорбь по погибшему Владимиру и умершему отцу; печаль, вызванная неопределённостью дальнейшей судьбы. («Романс» начинается тревожно, но в умеренном темпе, потом мелодия сходит на нет. И на пиано начинается главная тема, исполняемая скрипкой. Музыка помогает глубоко погрузиться в чувства героев. Во время прослушивания мне ясно представлялись переживания Марии: скорбь по умершему отцу и Владимиру, печаль из-за неопределённости судьбы. Потом медленная грустная мелодия переходит на крещендо в ещё более трагическую, и скрипка передаёт своё соло трубе. Тут беспокойство и безысходность судьбы Маши очень ощутимы из-за громкого минорного соло и аккордов в сопровождении. Но потом мелодия затихает, снова солирует скрипка, и музыка исчезает совсем. Все переживания героев перепутаны «метелью» в их жизни. «Романс» с его взлётами и падениями напоминает метель, » — Оля М., обучается в музыкальной школе.)

В картине «Венчание» шестиклассники чувствуют непонятную тоску и тревогу, предчувствие беды, чего-то неотвратимого, что подтверждает и сон Марьи Гавриловны перед побегом из дома. Музыка предвещает беду: Владимир не приедет, сбившись с пути; Маша обвенчается с неизвестным; судьба троих останется неясной… («Венчание – это момент, где метель решает судьбу троих героев. Музыка самая печальная и пророчащая, в ней даже слышится что-то зловещее. Сразу вспоминаешь сон Марьи Гавриловны перед побегом из дому, и вместе с героиней ждёшь чего-то ужасного. Владимир заплутал в метели, Маша обвенчалась неизвестно с кем… Неясностью, непонятностью и тревогой наполнена картина «Венчание», » — Оксана К.)

Подтекстом пушкинской «Метели» является тема Отечественной войны 1812 года: Владимир умирает от ран, полученных в Бородинском сражении; Бурмин возвращается героем. Музыкальная иллюстрация «Военный марш» прекрасно воссоздаёт атмосферу исторической эпохи и позволяет учащимся глубже ощутить «упоительный восторг» того «незабвенного», «блистательного времени», когда «сильно билось русское сердце при слове отечество», оттого, что «война со славою была кончена». («Мелодии Георгия Свиридова грустные и задумчивые, они заставляют мыслить и сопереживать. «Военный марш» оживляет иллюстрирование своей торжественной и радостной музыкой. Я представляла себе гусаров на лошадях, радостных женщин, букеты цветов. Но мне кажется, что в марше отражено не только время славы и восторга после победы русских воинов в Отечественной войне 1812 года, но и то, что Бурмин возвращается героем и судьба вновь соединяет его с Машей, » — Ирина Г.)

Тургенев считал, что в литературном произведении, как и в музыке, «необходимо под конец напомнить первоначальный мотив». (4, с.166.)

Георгий Свиридов мастерски завершает иллюстрирование картиной «Зимняя дорога», которая благодаря искусному повтору «первоначального мотива» («Тройка») замыкает кольцо и создаёт единую музыкальную канву.

Осмысление словесной ткани произведения в соединении с музыкой-интерпретацией позволяет школьникам глубже понять стремления героев и основную мысль «Метели»: надуманная, ненатуральная любовь Маши и Владимира под влиянием природы (метели), времени, зародившейся настоящей любви исчезает и открывает «дорогу» для истинных чувств. «Метель» жизни успокоилась и впереди – ровная и долгая дорога. («А вот и развязка запутанной повести. Название совершенно гармонирует со смыслом музыки и текста. Для меня «Зимняя дорога» явилась плавным переходом от метели к ясному небу, от жизненной смуты к спокойствию, счастью и умиротворению… Маша и Бурмин наконец-то объяснились и, думаю, будут счастливы, » — Алёна Н.)

Сопоставление литературного текста с музыкальными произведениями позволяет пробудить читательское воображение и эмоциональную сферу обучающихся, побуждает углублённо прожить многие эпизоды текста, расширить границы словесного искусства посредством обращения к музыкальному, посмотреть, как одно искусство преломляется в другом, что позволяет активизировать воспринимающе-интерпретирующую деятельность учащихся, создать ситуацию учебного диалога на уроке. Тем самым достигается глубина восприятия текста, постижение авторской картины мира, а самое главное – происходит полноценное развитие личности читателя.

Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Добавить комментарий

;-) :| :x :twisted: :smile: :shock: :sad: :roll: :razz: :oops: :o :mrgreen: :lol: :idea: :grin: :evil: :cry: :cool: :arrow: :???: :?: :!:

Adblock detector