Почему поэма Гоголя названа — Мертвые души

Николай Васильевич Гоголь

Поэму «Мертвые души» должно будет отнести к одному из самых популярных произведений Н.В. Гоголя. Поэма цитируется в поговорках. С персонажами сравнивают реальных людей. Название поэмы, такое эффектное и загадочное, дает почву для размышлений о смысле, который скрыт в нем.

Концепция первая, авантюрная

Сам термин «мертвые души» относит читателя к такому понятию, как «ревизская сказка». Ревизской сказкой называли документ, в котором фиксировались результаты подушных ревизий подлежащего налогообложению (подушной подати) населения в России с XVIII века до отмены крепостного права. Ревизии служили уточнению количества налогооблагаемого населения с целью расчета налоговой массы. Объекты ревизии фиксировались в новом списке как присутствующие или отсутствующие (умер, подался в бега, забрили в солдаты, сменил место жительства и т.д.). Ревизская сказка составлялась в соответствии с данными, предоставленными помещиком-землевладельцем или лицом, возглавляющим органы местного управления (староста, городской голова), и считалась действительной до следующей ревизии, т.е. юридические манипуляции с фактически отсутствующей «ревизской душой» в межотчетном периоде считались законными. На этом принципе составления отчетности и основывалась афера Чичикова, главного действующего лица поэмы. Но «Мертвые души» – не авантюрный роман, а поэма.

Концепция вторая, экзистенциальная

В своих письмах Гоголь делился ходом разработки фабулы и сюжета «Мертвых душ». Благодаря сохранившимся письмам, литературоведы пришли к следующему выводу: Гоголь создавал «Мертвые души», апеллируя к поэме Данте «Божественная комедия». «Божественная комедия» состоит из трех частей: «Ад», «Чистилище», «Рай». Он задумывал соотнести с ними три части (тома) поэмы. Персонажи «Мертвых душ» – души, встреченные самим писателем во время его странствий по «аду» российской современности. Себе Гоголь отвел роль проповедника. Труд был проделан грандиозный. Гоголь даже сам рисовал титульный лист и настаивал на том, чтобы книга вышла с ним. Но, как известно, цель осталась недостижимой. Третий том (тот, который апеллирует к «Раю») был сожжен.

Титульный лист первого издания, выполненный по рисунку Н.В. Гоголя

Почему Николай Гоголь назвал «Мертвые души» поэмой?

Хотя понятие жанра непрерывно изменяется и усложняется, под жанром можно понимать исторически складывающийся тип литературного произведения, которому присущи определенные черты. По этим чертам становится ясна основная мысль произведения, и мы примерно угадываем его содержание: от определения «роман» мы ждем описания длительного периода жизни героев, от комедии — динамичного действия и необычной развязки; лирическое стихотворение должно погружать нас в глубину чувств и переживаний. Но когда эти черты, присущие разным

Жанровое определение «поэма», под которой тогда однозначно понималось лироэпическое произведение, написанное в стихотворной форме и романтическое по преимуществу, принималось современниками Гоголя поразному. Одни нашли его издевательским. Реакционная критика просто глумилась над авторским определением жанра произведения.

Почему же именно этот жанр Гоголь избрал для воплощения своих идей? Неужели поэма настолько вместительна, чтобы дать простор всем мыслям и духовным переживаниям Гоголя? Ведь «Мертвые души» воплотили в себе и иронию, и художественную проповедь. Безусловно, в этом-то и состоит мастерство Гоголя. Он сумел перемешать черты, присущие разным жанрам, и гармонично соединить их под одним жанровым определением «поэма».

Что же нового внес Гоголь? Какие из черт поэмы, корни которой уходят в античность, он оставил для раскрытия своего творческого замысла? Прежде всего нам вспоминаются «Илиада» и «Одиссея» Гомера. На этой основе развернулась полемика между Белинским и Аксаковым, который считал, что «Мертвые души» написаны точно по образцу «Илиады» и «Одиссеи». «В поэме Гоголя является нам тот древний гомеровский эпос, в ней возникает вновь его важный характер, его достоинство и широко-объемлющий размер», — писал Аксаков.

Действительно, черты сходства с гомеровской поэмой очевидны, они играют большую роль в определении жанра и раскрытии замысла автора. Уже начиная с заглавия, аналогия со странствиями Одиссея очевидна. На яростные протесты цензуры против такого несколько странного названия — «Мертвые души» — Гоголь ответил, прибавив к главному названию еще одно — «Похождения Чичикова». Но похождения, путешествия, странствия Одиссея и описал великий Гомер.

Одной из самых ярких аналогий с поэмой Гомера является появление Чичикова у Коробочки. Если Чичиков Одиссей, странствующий по свету, то Коробочка предстает перед нами, пусть в таком необычном виде, нимфой Калипсо или волшебницей Цирцеей: «Ах, сударь-батюшка, да у тебя-то, как у борова, вся спина и бок в грязи. Где так изволил засалиться?» Такими словами приветствует Коробочка Чичикова, и так, только превратив их в настоящих свиней, встречает спутников Одиссея Цирцея. Пробыв у Коробочки около суток, Чичиков сам превращается в борова, поглощая пироги и прочие яства. Надо заметить, что Коробочка (кстати, единственная женщина среди помещиков) проживала в своем отдаленном поместье, напоминающем заброшенный остров Калипсо, и продержала Чичикова у себя дольше всех помещиков. У Коробочки приоткрывается тайна шкатулочки Чичикова. Некоторые исследователи полагают, что это жена Чичикова. В этом ярко проявляется мистицизм и загадочность гоголевского произведения, оно отчасти начинает напоминать лирическую поэму с волнующим мистическим сюжетом. Заглавие «Мертвые души» и черепа, нарисованные самим Гоголем на титульном листе, только подтверждают эту мысль.

Другим напоминанием о гомеровской поэме может служить образ Собакевича. Стоит лишь взглянуть на него, и мы узнаем в нем циклопа Полифема — мощного, грозного великана, обитающего в таких же огромных берлогах. Дом Собакевича вовсе не отличается красотой и изяществом, а про такое здание мы говорим — циклопическое сооружение, имея в виду его форму и полное отсутствие какой-либо логики в построении. Да и сам Собакевич противоречив: его «половина» — Феодулия Ивановна, тощая как жердь, является полной противоположностью своему мужу.

Но не только в описаниях помещиков мы находим сходство с гомеровской поэмой. Интересен также и эпизод на таможне, не уступающий по своей хитрости смекалке Одиссея. Перевозка кружев на баранах явно перенята у античного героя, который спас свою жизнь и жизни своих товарищей, подвязав людей под овец.

Аналогии есть и в композиции — экспозиция о прошлых делах Чичикова дана в конце произведения, так же, как и Одиссей рассказывает Алкиною о своих бедствиях, уже находясь почти рядом с родной Итакой. Такой перестановке вступлений, заключений и главной части способствует и еще один интересный факт: и Одиссей, и Чичиков путешествуют как бы не по своей воле — они оба постепенно затягиваются стихиями, которые управляют героями, как хотят. Обращает на себя внимание сходство этих стихий: в одном случае это грозная природа, в другом — порочная природа человека.

Итак, мы видим, что композиция непосредственно связана с жанром поэмы, и гомеровские аналогии здесь имеют огромное значение. Они играют большую роль в жанровом определении и расширяют поэму до размеров «малого рода эпопеи». На это прямо указывают необычные композиционные приемы, позволяющие охватить значительный отрезок времени, и вставные рассказы, усложняющие сюжетную линию произведения.

Но говорить о прямом влиянии античного эпоса на гоголевскую поэму было бы неправильно. Начиная с древних времен многие жанры прошли сложную эволюцию. Думать, что в наше время возможен древний эпос, это так же нелепо, как и полагать, что человечество может вновь сделаться ребенком. Об этом писал В. Белинский, полемизируя с К. Аксаковым. Но поэма Гоголя, конечно, куда философичней, и некоторые критики находят влияние другого великого произведения, правда, уже эпохи Возрождения — «Божественной комедии» Данте.

В самой структуре поэмы просматриваются некоторые черты сходства: во-первых, указывается на трехчастный принцип композиции произведения, и первый том «Мертвых душ», задуманных как трехтомник, являет собой, условно говоря, Ад дантовской комедии. Отдельные главы представляют собой круги ада: 1-й круг — Лимб — поместье Манилова, где находятся безгрешные язычники — Манилов с женой и их дети. Сладострастники Коробочка и Ноздрев населяют второй круг ада, далее следуют Собакевич и Плюшкин, одержимые Плутосом — богом богатства и скупости.

Город Дит — губернский город, и даже стражник у ворот, у которого усы кажутся на лбу и напоминают таким образом рога черта, уже говорит нам о сходстве этих порочных городов своим видом. В то время, когда Чичиков покидает город, в него вносят гроб покойного прокурора — это черти волокут его душу в ад. Через это царство тени и мрака проглядывает лишь один луч света, губернаторская дочка — Беатриче (или героиня 2 тома «Мертвых душ» Уленька Бетрищева).

Композиционные и текстовые аналогии с комедией Данте указывают на всеобъемлющий характер гоголевского произведения. Одним сравнением России с адом в первом томе Гоголь помогает нам понять, что Россия должна воспрянуть духом и из ада пройти в чистилище, а затем в рай. Такие несколько утопические и гротесковые идеи Гоголя, его всеуничтожающие и поистине гомеровские сравнения могли быть выражены только в поэме, такой мистической и необычной по своему сюжету, как у Данте.

В том, что Гоголь не сумел осуществить свой творческий замысел, состоявший в создании чистилища и рая (двух последующих томов), состоит эстетическая трагедия Гоголя. Он слишком хорошо осознавал падение России, и в его поэме пошлая российская действительность нашла свое философски полное отражение. Получилась как бы пародия, изобличение пороков российской действительности.

Задуманное Гоголем возрождение Чичикова несет в себе оттенок некоего донкихотства. Перед нами открывается еще один возможный прообраз поэмы Гоголя – травестированный рыцарский роман (которым является и «Дон-Кихот» Сервантеса). В основе травестированного рыцарского романа, а иначе плутовского, также лежит жанр похождений.

Чичиков путешествует по России, занимаясь аферами и сомнительными предприятиями, но сквозь поиски сокровищ проглядывают поиски духовного совершенства — Гоголь постепенно выводит Чичикова на прямой путь, который бы явился началом долгого пути возрождения во втором и третьем томах «Мертвых душ». Травестирование жанра, как, например, травестирование рыцарского романа в плутовской, приводит иногда к тому, что большое влияние начинают оказывать и фольклорные элементы. Их влияние на формирование жанрового своеобразия «Мертвых душ» достаточно велико. Причем на творчество Гоголя, который был украинофилом, непосредственное влияние оказали именно украинские мотивы, тем более что и травести оказались наиболее распространенными на Украине (например, поэма Котляревского «Энеида»). В. Бахтин находит в гоголевской поэме «формы веселого карнавального шествия по преисподней».

Итак, перед нами предстают обычные герои фольклорных жанров — богатыри, изображенные Гоголем как бы в перевернутом виде (в виде антибогатырей без душ). Это гоголевские помещики и чиновники, например, Собакевич, который, по мнению Набокова, является чуть ли не самым поэтическим героем Гоголя. Большую роль в поэме играет и образ народа, но не жалкие Селифан и Петрушка, которые, по сути, тоже внутренне мертвы, а идеализированный народ лирических отступлений. Он не только указывает на такой фольклорный жанр, как лирическая народная песня, но как бы подводит нас к самому глубокому в художественном и идейном смысле жанру — художественной проповеди.

Гоголь сам мыслил себя богатырем, который, прямо указуя на недостатки, воспитает Россию и удержит ее от дальнейшего падения. Он думал, что, показав «метафизическую природу зла» (Бердяев), возродит падшие «мертвые души» и своим произведением, как рычагом, перевернет их развитие в сторону возрождения. На это указывает один факт: Гоголь хотел, чтобы его поэма вышла вместе с картиной Иванова «Явление Христа народу». Таким же лучом, способствующим прозрению, Гоголь представлял и свое произведение.

В этом и есть особый замысел Гоголя: сочетание черт разных жанров придает его произведению всеобъемлющий дидактический характер притчи или поучения. Первая часть задуманной трилогии написана блестяще только один Гоголь сумел так ярко показать безобразную российскую действительность. Но в дальнейшем писателя постигла эстетическая и творческая трагедия, художественная проповедь воплотила только первую свою часть — порицание, но не имела конца — раскаяния и воскресения. Намек на раскаяние содержится в самом жанровом определении. Именно лирические отступления, которыми и должна быть наполнена настоящая поэма, указывают на него, хотя они и остаются, пожалуй, единственной чертой настоящего лироэпического произведения. Они придают всему произведению внутреннюю грусть и оттеняют иронию. Сам Гоголь говорил, что 1-й том «Мертвых душ» — это лишь «крыльцо к обширному зданию», 2-й и 3-й тома — чистилище и возрождение.

Писатель думал переродить людей путем прямого наставления, но не смог: он так и не увидел идеальных «воскресших» людей. Но его литературное начинание было продолжено в русской литературе. Достоевский, Толстой смогли показать перерождение человека, воскресение его и той действительности, которую так ярко изобразил Гоголь.

Почему Гоголь назвал свое произведение «Мертвые души» поэмой?

«Роман», «повесть», «поэма» – так называл «Мертвые души» сам Н.В. Гоголь, работая над этим произведением. Писатель, наверное, хорошо осознавал необычность жанра своего творения: «Вещь, над которой сижу и тружусь теперь…не похожа ни на повесть, ни на роман» — писал Н.В. Гоголь.

Мне кажется, назвать «Мертвые души» поэмой автора побудило сочетание в произведении субъективного начала, высокого лирического настроя, сильного авторского «голоса». И при этом в «Мертвых душах» заключены важнейшие черты реалистического романа. В этом произведении глубоко раскрываются общественные отношения, выводятся различные типы людей. В общем, все говорит об уникальности жанра «Мертвых душ».

Размышляя над вопросом «Почему Н.В. Гоголь назвал свое произведение «Мертвые души» поэмой?», можно предположить — потому что это произведение объединило в себе признаки эпопеи и романа.
К «Мертвым душам» имеет прямое отношение отмеченная Гоголем «всемирность» эпопеи, ее способность объять «не некоторые черты, но всю эпоху времени» (Н.В. Гоголь), показать «весь народ». Вместе с тем в «Мертвых душах» отразились такие черты романа, как строго выстроенная завязка, раскрытие судеб разных героев и их необходимость в развитии основной идеи произведения, а также драматизм всех «Мертвых душ».

В результате сочетания признаков различных жанров и художественных традиций в гоголевской поэме судьбы отдельных героев соединяются с судьбой всей нации, всей России. «Мертвые души» представляют собой «картину нравов» с широким философским и нравственным смыслом. Поэма Гоголя сочетает в себе объективное, повествовательное, раелистическое начало и лирические высказывания. А иногда высокая поэтическая нота сочетается у Гоголя с беспощадной прозой, «живой поток» жизни с отчетливо проявляющейся авторской целью.

И все же это произведение — поэма, в которой образ будущего России сначала не был отчетливым. Писатель не знал, куда несется Русь-тройка. И здесь очень важно подчеркнуть романтические черты «Мертвых душ»: в эпическое повествование поэмы вливается струя лирических отступлений. Основной фон начинает будто светлеть, в повествовании ощущается легкость движения.

Писатель подготавливает читателя к лирическому потоку своеобразным вступлением: «А между тем дамы уехали, хорошенькая головка с тоненькими чертами лица и тоненьким станом скрылась, как что-то похожее на виденье, и опять осталась дорога, бричка, тройка знакомых читателю лошадей, Селифан, Чичиков, гладь и пустота окрестных полей. Везде, где бы ни было в жизни, среди ли черствых, шероховато-бледных и неприятно-плеснеющих низких рядов ее или среди однообразно-хладных и скучно-опрятных сословий высших, везде хоть раз встретиться человеку явление, не похожее на все то, что случилось ему видеть дотоле…»

Интересно, что между лирической частью и изображением реальности в «Мертвых душах» мы видим совсем не плавный переход. Наоборот, мы обнаруживаем контраст, причем довольно резкий. Это своего рода толчок, который ощущается при переходе от мечты к реальности. Нередко лирическое движение у Гоголя внезапно обрывается: «..И грозно объемлет меня могучее пространство, страшною силою отразясь во глубине моей; неестественной властью осветились мои очи: у! Какая сверкающая, чудная, незнакомая земле даль! Русь. – Держи, держи, дурак! – кричал Чичиков Селифану».

Лирическое начало «Мертвых душ» (и это также жанровый признак поэмы) отличает неторопливость, обстоятельность описаний. Будто свысока Гоголь обозревает не только Россию, но и всю жизнь: «Русь! Русь! вижу тебя из иного чудного, прекрасного далека…»

Подобные лирические отступления несут важную смысловую нагрузку в поэме. Порой пронизанные настроением грусти, эти эпизоды становятся выражением какого-то пророчества: «И еще, полный недоумения, неподвижно стою я, а уже голову осенило грозное облако, тяжелое грядущими дождями, и онемела мысль перед твоим пространством».

В лирических отступлениях «Мертвых душ» разнообразие, даже богатство, раскрывается с полной силой. Именно в лирических отступлениях поэмы заключены и тоска Гоголя по идеалу, и грустная прелесть его воспоминаний о невозвратной юности, и ощущение величия природы.

«Мертвые души» Н.В. Гоголя является произведением реалистическим, но романтическая струя, живущая в нем, не позволяет назвать его иначе, как поэмой.

Сочинение Почему Гоголь назвал «Мертвые души» поэмой?-

Свое произведение «Мертвые души» Гоголь писал на протяжении многих лет. За время работы он называл «Мертвые души» романом, повестью, поэмой. Но, в конце концов, остановился именно на последнем варианте. Почему?
Безусловно, в этом произведении сильны черты романа: строго выстроенная завязка, раскрытие судеб разных героев и их необходимость в развитии основной идеи произведения. Даже можно легко выделить отдельно черты именно реалистического романа: в этом произведении глубоко раскрываются общественные отношения, выводятся различные типы людей.
Но в «Мертвых душах» невероятно сильно авторское начало. Сюжет произведения тесно переплетается с переживаниями и размышлениями автора. Поэтому «Мертвые души» изобилуют лирическими отступлениями. Гоголь сознательно включает в произведение свое «я». Это, безусловно, яркий признак лирического произведения.
В «Мертвых душах» также есть признаки эпопеи. Гоголю удалось показать свою эпоху во всей ее полноте. Он передал характер всего народа: от простолюдина до высшего общества. Очень интересно то, что в гоголевской поэме судьбы отдельных героев соединяются с судьбой всей нации, всей России. Павел Иванович Чичиков ездит по всей Руси, скупая души умерших крестьян, и через его образ читатель видит поразительную картину всей огромной страны. Чичиков встречается с различными людьми, каждый из которых типичен для своего времени. Все это обогащается авторскими размышлениями и философскими переживаниями. Так читатель видит грандиозную картину человеческих нравов и характеров.
«Мертвые души» — произведение, проникнутое невероятным лиризмом. Удивительной красотой и красочностью отличаются лирические отступления. Язык Гоголя замечательно точен, меток и музыкален. Именно в лирических отступлениях поэмы заключены и тоска Гоголя по идеалу, и грустная прелесть его воспоминаний о невозвратной юности, и ощущение величия природы. Вся эта красота произведения вновь дает возможность приблизить его к лирическому жанру.
Произведение Гоголя очень интересно, сложно, богато, гениально. Его трудно со всей полнотой отнести к какому-нибудь из жанров. Но, мне кажется, что в «Мертвых душах» основную роль играет то, что автор раскрыл здесь свою душу, обнажил свои мысли и переживания. Поэтому это уникальное произведение скорее можно отнести к лирическому жанру поэмы. .

Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Добавить комментарий

;-) :| :x :twisted: :smile: :shock: :sad: :roll: :razz: :oops: :o :mrgreen: :lol: :idea: :grin: :evil: :cry: :cool: :arrow: :???: :?: :!:

Adblock detector