Николай Алексеевич Некрасов Полное собрание стихотворений Н

  • Три страны света[1849]1705kОценка:9.49*15 Проза Комментарии: 2 (27/08/2007)
    Роман написан Н. А. Некрасовым совместно с А. Я. Панаевой (печатавшейся под псевдонимом Н. Станицкий) и впервые появился на страницах журнала «Современник» (1848, No 10-12; 1849, No 1-5).
  • «Три стороны света». Комментарии[1983]209kОценка:8.80*7 Критика
  • Мертвое озеро (Часть первая)[1851]993kОценка:9.63*7 Проза
  • Мертвое озеро (Часть вторая)[1851]660kОценка:8.91*12 Проза
  • Художественная проза 1840-1855 гг.[1855]1353kПроза
    Макар Осипович Случайный. Повесть
    Без вести пропавший пиита. Рассказ
    Певица. Повесть
    Двадцать пять рублей. Рассказ
    Ростовщик. Рассказ
    Капитан Кук
    Карета. Предсмертные записки дурака
    Жизнь Александры Ивановны. Повесть в четырех экипажах
    Несчастливец в любви, или Чудные любовные похождения русского Грациозо
    Опытная женщина. Повесть из провинциального быта
    В Сардинии. Повесть
    Помещик двадцати трех душ. Записки молодого человека
    Необыкновенный завтрак. Эпизод из жизни сотрудника газеты, знаменитой замысловатостью эпиграфа
    Петербургские углы. (Из записок одного молодого человека)
    Очерки литературной жизни
    Психологическая задача. Давняя быль
    Новоизобретенная привилегированная краска братьев Дирлинг и Кo. Неправдоподобный рассказ
    Тонкий человек, его приключения и наблюдения
  • Художественная проза. Незаконченные романы и повести 1841—1856 гг.[1856]1801kПроза
    Повесть о бедном Климе
    Жизнь и похождения Тихона Тростникова
    Сургучов
    Тонкий человек, его приключения и наблюдения
    «В тот же день часов в одиннадцать утра. »
  • Достоевский Ф.М.Ф.М.Достоевский, Д.В.Григорович, Н.А.Некрасов. Как опасно предаваться честолюбивым снам[1847]43kПроза

    Александр Сергеевич Пушкин Полное собрание Стихотворений

    Название Александр Сергеевич Пушкин Полное собрание Стихотворений
    страница 1/48
    Дата публикации 16.08.2014
    Размер 5.97 Mb.
    Тип Документы

    lit-yaz.ru > Астрономия > Документы

    Dis moi, pourquoi l’Escamoteur

    fist-il sifflé par le parterre?

    Hélas! c’est que le pauvre auteur

    L’escamota de Moliére.

    Скажите мне, почему «Похититель»

    Увы, потому что бедный автор

    Похитил его у Мольера.

    Je chante ce combat, que Toly remporta,

    Ou inaint guerrier périt, où Paul se signala,

    Nicolas Maturin et la belle Nitouche,Dont la main fut ie prix d’une horrible

    Пою сей бой, в котором Толи одолел,

    Где погиб не один воин, где Поль

    Николая Матюрена и прекрасную

    Рука которой была трофеем ужасной

    стычки.Стихотворения 1813 г

    Pourquoi craindrais-j’e de ie dire?

    C’est Margot qui fixe mon gout.[1]

    Так и мне узнать случилось,

    Что за птица Купидон;

    Сердце страстное пленилось;

    Признаюсь — и я влюблен!

    Пролетело счастья время,

    Как, любви не зная бремя,

    Я живал да попевал,

    Как в театре и на балах,

    На гуляньях иль в воксалах

    Легким зефиром летал;

    Как, смеясь во зло Амуру,

    Я писал карикатуру

    На любезный женской пол;

    Но напрасно я смеялся,

    Наконец и сам попался,Сам, увы! с ума сошел.

    Смехи, вольность — всё под лавку

    Из Катонов я в отставку,

    И теперь я — Селадон!

    Миловидной жрицы Тальи

    Видел прелести Натальи,

    И уж в сердце — Купидон!

    Так, Наталья! признаюся,

    Я тобою полонен,

    В первый раз еще, стыжуся,

    В женски прелести влюблен.

    Целый день, как ни верчуся

    Лишь тобою занят я;

    Ночь придет — и лишь тебя

    Вижу я в пустом мечтаньи,

    Вижу, в легком одеяньи

    Будто милая со мной;

    Робко, сладостно дыханье,

    Белой груди колебанье,

    Снег затмивший белизной,

    И полуотверсты очи,

    Скромный мрак безмолвной ночи —

    Дух в восторг приводят мой. Я один в беседке с нею,

    Вижу. девственну лилею,

    Трепещу, томлюсь, немею.

    И проснулся. вижу мрак

    Вкруг постели одинокой!

    Испускаю вздох глубокой,

    Сон ленивый, томноокой

    Отлетает на крылах.

    Страсть сильнее становится

    И, любовью утомясь,

    Я слабею всякой час.

    Всё к чему-то ум стремится,

    А к чему? — никто из нас

    Дамам в слух того не скажет,

    А уж так и сяк размажет.

    Я — по-свойски объяснюсь.

    Все любовники желают

    И того, чего не знают;

    Это свойство их — дивлюсь!

    С хватской шапкой на бекрень

    Я желал бы Филимоном

    Под вечер, как всюду тень,Взяв Анюты нежну руку,

    Изъяснять любовну муку,

    Говорить: она моя!

    Я желал бы, чтоб Назорой

    Ты старалася меня

    Удержать умильным взором.

    Иль седым Опекуном

    Легкой, миленькой Розины,

    Старым пасынком судьбины,

    В епанче и с париком,

    Дерзкой пламенной рукою

    Белоснежну, полну грудь.

    Я желал бы. да ногою

    Моря не перешагнуть.

    И, хоть по уши влюбленный,

    Но с тобою разлученный,

    Всей надежды я лишен.

    Но, Наталья! ты не знаешь

    Кто твой нежный Селадон,

    Ты еще не понимаешь,

    Отчего не смеет он

    И надеяться? — Наталья!

    Выслушай еще меня:Не владетель я Сераля,

    Не арап, не турок я.

    За учтивого китайца,

    Почитать меня нельзя,

    Не представь и немчурою,

    С колпаком на волосах,

    С кружкой, пивом налитою,

    И с цыгаркою в зубах.

    Не представь кавалергарда

    В каске, с длинным палашом.

    Не люблю я бранный гром:

    Шпага, сабля, алебарда

    Не тягчат моей руки

    За Адамовы грехи.

    — Кто же ты, болтун влюбленный?

    Взглянь на стены возвышенны,

    Где безмолвья вечный мрак;

    Взглянь на окны загражденны,

    На лампады там зажженны.

    Знай, Наталья! — я. монах!Монах

    Святой монах, грехопадение, юбка

    Хочу воспеть, как дух нечистый Ада

    Оседлан был брадатым стариком;

    Как овладел он черным клобуком,

    Как он втолкнул Монаха грешных в

    Певец любви, фернейской старичок,

    К тебе, Вольтер, я ныне обращаюсь.

    Куда, скажи, девался твой смычок,

    Которым я в Жан д’Арке восхищаюсь,

    Где кисть твоя, скажи, ужели ввек

    Их ни один не найдет человек?

    Вольтер! Султан французского Парнасса,

    Я не хочу седлать коня Пегаса,

    Я не хочу из муз наделать дам,

    Но дай лишь мне твою златую лиру,

    Я буду с ней всему известен миру.

    Ты хмуришься и говоришь: не дам.А ты поэт, проклятый Аполлоном,

    Испачкавший простенки кабаков,

    Под Геликон упавший в грязь с

    Не можешь ли ты мне помочь, Барков?

    С усмешкою даешь ты мне скрыпицу,

    Сулишь вино и музу пол-девицу:

    «Последуй лишь примеру моему». —

    Нет, нет, Барков! скрыпицы не возьму,

    Я стану петь, что в голову придется,

    Пусть как-нибудь стих за стихом

    Не в далеке от тех прекрасных мест,

    Где дерзостный восстал Иван-великой,

    На голове златой носящий крест,

    В глуши лесов, в пустыне мрачной,

    Был монастырь; в глухих его стенах

    Под старость лет один седой Монах

    Святым житьем, молитвами спасался

    И дней к концу спокойно приближался.

    Наш труженик не слишком был богат,

    За пышность он не мог попасться в ад.Имел кота, имел псалтирь и четки,

    Клобук, стихарь да штоф зеленой водки.

    Взошедши в дом, где мирно жил Монах,

    Не золота увидели б вы горы,

    Не мрамор там прельстил бы ваши

    Там не висел Рафаель на стенах.

    Увидели б вы стул об трех ногах,

    Да в уголку скамейка в пол-аршина,

    На коей спал и завтракал Монах.

    Там пуховик над лавкой не вздувался.

    Хотя монах, он в пухе не валялся

    Меж двух простынь на мягких тюфяках.

    Весь круглый год святой отец постился,

    Весь божий день он в кельи провождал,

    «Помилуй мя» в полголоса читал,

    Ел плотно, спал и всякой час молился.

    А ты, Монах, мятежный езуит!

    Красней теперь, коль ты краснеть

    Коль совести хоть капельку имеешь;

    Красней и ты, богатый Кармелит,

    И ты стыдись, Печерской Лавры житель,Сердец и душ смиренный повелитель.

    Но, лира! стой! — Далеко занесло

    Уже меня противу рясок рвенье;

    Бесить попов не наше ремесло.

    Панкратий жил счастлив в уединеньи,

    Надеялся увидеть вскоре рай,

    Но ни один земли безвестный край

    Защитить нас от дьявола не может. —

    И в тех местах, где черный сатана

    Под стражею от злости когти гложет,

    Узнали вдруг, что разгорожена

    К монастырям свободная дорога.

    И вдруг толпой все черти поднялись,

    По воздуху на крыльях понеслись —

    Иной в Париж к плешивым

    С копейками, с червонцами полез,

    Тот в Ватикан к брюхатым италианцам

    Бургонского и макарони нес;

    Тот девкою с прелатом повалился,

    Тот молодцом к монашенкам пустился.

    И слышал я, что будто старый поп,

    Одной ногой уже вступивший в гроб,Двух молодых венчал перед налоем.

    Чорт прибежал Амуров с целым роем,

    И вдруг дьячок на крылосе всхрапел,

    Поп замолчал — на девицу глядел,

    А девица на дьякона глядела.

    У жениха кровь сильно закипела,

    А бес всех их к себе же в ад повел.

    Уж темна ночь на небеса всходила,

    Уж в городах утих вседневный шум,

    Луна в окно Монаха осветила. —

    В молитвенник весь устремивший ум,

    Панкратий наш Николы пред иконой

    Со вздохами земные клал поклоны. —

    Пришел Молок (так дьявола зовут),

    Панкратия под черной ряской скрылся.

    Святой Монах молился уж, молился,

    Вздыхал, вздыхал, а дьявол тут как тут.

    Бьет час, Молок не хочет отцепиться,

    Бьет два, бьет три — нечистый всё сидит.

    «Уж будешь мой», — он сам с собой

    А наш старик уж перестал креститься,

    На лавку сел, потер глаза, зевнул,С молитвою три раза протянулся,

    Зевнул опять, и. чуть-чуть не заснул.

    Однако ж нет! Панкратий вдруг

    И снова бес Монаха соблазнять,

    Чтоб усыпить, Боброва стал читать.

    Монах скучал, Монах тому дивился.

    Век не зевал, как богу он молился.

    Но — нет уж сил, кресты, псалтирь,

    Всё позабыл; седая голова,

    Как яблоко, по груди покатилась,

    Со лбу рука в колени опустилась,

    Молитвенник упал из рук под стол,

    Святой вздремал, всхрапел, как старый

    Несчастный! спи. Панкратий вдруг

    Взад и вперед со страхом оглянулся,

    Перекрестясь с постели он встает,

    Глядит вокруг — светильня нагорела;

    Чуть слабый свет вокруг себя лиет;

    Что-то в углу как будто забелело.Монах идет — что ж? юбку видит он.

    «Что вижу я. иль это только сон? —

    Вскричал Монах, остолбенев, бледнея. —

    Как! это что?.» и, продолжать не смея,

    Как вкопаный, пред белой юбкой стал,

    Молчал, краснел, смущался, трепетал.

    Огню любви единственна преграда,

    Любовника сладчайшая награда

    И прелестей единственный покров,

    О юбка! речь к тебе я обращаю,

    Строки сии тебе я посвящаю,

    Одушеви перо мое, любовь!

    Люблю тебя, о юбка дорогая,

    Когда меня под вечер ожидая,

    Наталья, сняв парчовый сарафан,

    Тобою лишь окружит тонкий стан.

    Что может быть тогда тебя милее?

    И ты, виясь вокруг прекрасных ног,

    Струи ручьев прозрачнее, светлее,

    Касаешься тех мест, где юный бог

    Покоится меж розой и лилеей.Иль, как Филон, за Хлоей побежав,

    Прижать ее в объятия стремится,

    Зеленый куст тебя вдруг удержав.

    Она должна, стыдясь, остановиться.

    Но поздно всё, Филон, ее догнав,

    С ней на траву душистую валится

    И пламенна, дрожащая рука

    Счастливого любовью пастуха

    Тебя за край тихонько поднимает.

    Она ему взор томный осклабляет,

    И он. но нет; не смею продолжать.

    Я трепещу, и сердце сильно бьется,

    И, может быть, читатели, как знать?

    И ваша кровь с стремленьем страсти

    Но наш Монах о юбке рассуждал

    Не так, как я (я молод, не пострижен

    И счастием нимало не обижен).

    Он не был рад, что юбку увидал,

    И в тот же час смекнул и догадался,

    Что в когти он нечистого попался.Песнь вторая

    Горькие размышления, сон,

    Покаместь ночь еще не удалилась,

    Покаместь свет лила еще луна,

    То юбка всё еще была видна.

    Как скоро ж твердь зарею осветилась,

    От взоров вдруг сокрылася она.

    А наш Монах, увы, лишен покоя.

    Уж он не спит, не гладит он кота,

    Не помнит он церковного налоя,

    Со всех сторон Панкратию беда.

    «Как, — мыслит он, — когда и собачонки

    В монастыре и духа нет моем,

    Когда здесь ввек не видывал юбчонки,

    Кто мог ее принесть ко мне же в дом?

    Уж мнится мне. прости, владыко, в

    Уж нет ли здесь. страшусь сказать.

    Монах краснел и, делать что, не знал.Во всех углах, под лавками искал.

    Всё тщетно, нет, ни с чем старик

    Зато весь день, как бледна тень,

    Не ел, не пил, покойно и не спал.

    Проходит день, и вечер наступая

    Зажег везде лампады и свечи.

    Уже Монах, с главы клобук снимая,

    Ложился спать. — Но только что лучи

    Луна с небес в окно его пустила

    И юбку вдруг на лавке осветила,

    Зажмурился встревоженный Монах

    И, чтоб не впасть кой-как во искушенье,

    Хотел уже на век лишиться зренья,

    Лишь только бы на юбку не смотреть.

    Старик кряхтя на бок перевернулся

    И в простыню тепленько завернулся,

    Сомкнул глаза, заснул и стал храпеть.

    Тот час Молок вдруг в муху превратился

    И полетел жужжать вокруг него.

    Летал, летал, по комнате кружилсяИ на нос сел монаха моего.

    Панкратья вновь он соблазнять пустил.

    Монах храпит и чудный видит сон.

    Казалося ему, что средь долины,

    Между цветов, стоит под миртом он,

    Вокруг него Сатиров, Фавнов сонм.

    Иной смеясь льет в кубок пенны вины;

    Зеленый плющ на черных волосах,

    И виноград на голове висящий,

    И легкий фирз, у ног его лежащий, —

    Всё говорит, что вечно-юный Вакх,

    Веселья бог, сатира покровитель.

    Другой, надув пастушечью свирель,

    Поет любовь, и сердца повелитель

    Одушевлял его веселу трель.

    Под липами там пляшут хороводом

    Толпы детей и юношей, и дев.

    А далее, ветвей под темным сводом,

    В густой тени развесистых дерев,

    На ложе роз, любовью распаленны,

    Чуть-чуть дыша, весельем истощенны,

    Средь радостей и сладостных прохлад,

    Обнявшися любовники лежат.Монах на всё взирал смятенным оком

    То на стакан он взоры обращал,

    То на девиц глядел чернец со вздохом,

    Плешивый лоб с досадою чесал —

    Стоя, как пень, и рот в сажень разинув.

    И вдруг, в душе почувствовав кураж

    И на бекрень взъярясь клобук надвину:.

    В зеленый лес, как бело-усый паж,

    Как легкий конь, за девкою погнался.

    Быстрей орла, быстрее звука лир

    Прелестница летела, как зефир.

    Но наш Монах Эол пред ней казался,

    Без отдыха за новой Дафной гнался.

    «Не дам, — ворчал, — я промаха в

    Но леший вдруг, мелькнув из-за

    Панкратья хвать юбчонкою в лицо.

    И вдруг исчез приятный вид лесочка.

    Ручья, холмов и Нимф не видит он,

    Уж Фавнов нет, вспорхнул и Купидон,

    И нет следа красоточки прелестной.Монах один в степи глухой, безвестной,

    Некрасов Николай Алексеевич

    Некрасов Николай Алексеевич (1821—1877) — ведущий поэт русской революционной демократии, писатель и публицист. Признанный классик мировой литературы.

    Современники о нём отзывались, как о «. человек мягкий, добрый, независтливый, щедрый, гостеприимный и совершенно простой. человек с настоящею. русскою натурой — бесхитростный, весёлый и грустный, способный увлекаться и весельем и горем до чрезмерности. «.

    Силы чувства придает непреходящий интерес лирическим стихотворениям Некрасова — и эти стихотворения, наравне с поэмами, надолго обеспечивают ему первостепенное место в русской литературе. Устарели теперь его обличительные сатиры, но из лирических стихотворений и поэм Некрасова можно составить том высокохудожественного достоинства, значение которого не умрет, пока жив русский язык. Характерно, что русский модернизм, объявивший войну всем вообще традициям 60-х годов, Некрасов ставит очень высоко.

    Полное собрание стихотворений Н. А. Некрасова в трёх томах

    Проза (скачать одним архивом в формате fb2)

    Актер
    Без вести пропавший пиита
    В Сардинии
    Великодушный поступок
    Волшебное Кокорику или Бабушкина курочка
    Вот что значит влюбиться в актрису
    Двадцать пять рублей
    Дедушкины попугаи
    Жизнь Александры Ивановны
    Капитан Кук
    Карета
    Кольцо маркизы или Ночь в хлопотах
    Макар Осипович Случайный
    Мертвое озеро
    Необыкновенный завтрак
    Несчастливец в любви или Чудные любовные похождения русского Грациозо
    Новоизобретенная привилегированная краска братьев Дирлинг и Кo
    Опытная женщина
    Осенняя скука
    Очерки литературной жизни
    Певица
    Петербургские углы
    Петербургский ростовщик
    Помещик двадцати трех душ
    Похождения Петра Степанова сына Столбикова
    Психологическая задача
    Ростовщик
    Три страны света
    Утро в редакции
    Федя и Володя
    Феоклист Онуфрич Боб или муж не в своей тарелке
    Шила в мешке не утаишь — девушки под замком не удержишь

    Николай Алексеевич Некрасов Полное собрание стихотворений Н

    Вы не можете посетить текущую страницу по причине:

    1. просроченная закладка/избранное
    2. поисковый механизм, у которого просрочен список для этого сайта
    3. пропущен адрес
    4. у вас нет права доступа на эту страницу
    5. Запрашиваемый ресурс не найден.
    6. В процессе обработки вашего запроса произошла ошибка.

    Пожалуйста, перейдите на одну из следующих страниц:

    Если проблемы продолжатся, пожалуйста, обратитесь к системному администратору сайта и сообщите об ошибке, описание которой приведено ниже.

    Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
    Добавить комментарий

    ;-) :| :x :twisted: :smile: :shock: :sad: :roll: :razz: :oops: :o :mrgreen: :lol: :idea: :grin: :evil: :cry: :cool: :arrow: :???: :?: :!: