Моим стихам как драгоценным винам, настанет свой черед»

Взаимоотношения поэта и читателя никогда не были просты и лучезарны, а особенно — в катастрофическом XX веке. У поэтического наследия М. Цветаевой трудная судьба. Долгое время ее стихи были под запретом, замалчивались. Да и сейчас, когда все запреты сняты, понимание ее стихов — проблема не только для рядовых читателей, но и для литературоведов.

Действительно, лирика М. Цветаевой очень сложна. Ее стихи, как «драгоценные вина», доступны далеко не каждому. Ведь она никогда не соотносила себя ни с каким литературным направлением и ни с какой общественной группировкой. Ей нравилось быть одной — «против всех», она была «мятежницей лбом и чревом», чувствовала себя единственной и неповторимой.

За свою единственность человек, как правило, расплачивается одиночеством. Так было и с М. Цветаевой. Одинокой и непонятой чувствует она себя и юношеские годы:

Впрочем, знаю я, что и тогда

Не узнали бы вы — если б знали —

Почему мои речи резки

В вечном дыме моей папиросы, —

Сколько темной и грозной тоски

В голове моей светловолосой.

И, конечно, «одиночества верховный час» настал тогда, когда М. Цветаева уехала из России. Об этом она писала в стихотворении «Тоска по родине».

Мне все равно, каких среди

Лиц — ощетиниваться племенным Львом, из какой людской среды

Быть вытесненной — непременно —

В себя, в единоличье чувств.

Жизненное одиночество усугублялось одиночеством литературным. «Мой читатель остался в России», — печалилась М. Цветаева в одном из писем. Потеряв родину, почву, читателя, поэт остался наедине со своей трагедией. И в это время усложненность цветаевских стихов становится особенно заметной именно потому, что только так — запутанно, косноязычно, не общедоступно — можно было говорить о самом мучительном и трагическом.

Хотя некоторые сложности в ее стихах вполне объяснимы. Например, в отличие от многих поэтов, главенствующим началом в ее стихах является ритм. «Непобедимые ритмы» (выражение А. Белого) разнообразны и очень сложны. Свой ритм есть не только у фразы, но и у слова. Поэтому единица цветаевской речи — не строчка, а слог. Помогая читателю войти в ее ритмы, почувствовать их пружину, она выделяет не только отдельные слова (поэтому так часто она употребляет тире) и слоги (употребляя дефис), читая стихи М. Цветаевой, надо это иметь в виду.

И еще один очень важный момент. Есть поэты, воспринимающие мир посредством зрения. М. Цветаева же заворожена звуками. Мир открывается ей не в красках, а в звучаниях. О себе она говорила: «Пишу исключительно по слуху» и признавалась в «полном равнодушии к зрительности». Поэтому, читая многие ее стихи, абсолютно ничего невозможно себе представить, потому что они не рисуют какую-либо картину, а создают звуковой образ мира. Например, стихотворение «Поезд»:

Папильоток, пеленок, Щипцов каленых, Волос паленых, Чепцов, клеенок.

Вообще, усложненность многих стихотвореногих стихотворений М. Цветаевой была вызвана, как это ни парадоксально, стремлением к точности и краткости. Например, мысль такова: похвалы, расточаемые поэту, — лавровый венок, но поэту от этого венка тяжело, как от каменных глыб. У М. Цветаевой все это вмещено в две предельно краткие и выразительные строки:

Глыбами — лбу Лавры похвал.

Но, несмотря на все сложности, стихи эти воздействуют на читателя своей экспрессивностью, мощной энергией даже тогда, когда мысль поэта не вполне понятна. Связано это, наверное, с бесконечной открытостью поэта, с его обращенностью ко всему миру. Постоянно «вытесненная в себя, в единоличье чувств», несмотря на браваду, дерзкий вызов, М. Цветаева отчаянно искала сочувствия, понимания. Едва ли можно у другого поэта найти столь частое прямое обращение к читателю, к потомкам:

К вам всем — что мне,

Ни в чем не знавшей меры,

Я обращаюсь с требованьем веры

И с просьбой о любви.

Судьба М. Цветаевой трагична, и стихи ее — не из легких. Читать их между делом, без глубокой внутренней сосредоточенности нельзя. Но в жизни каждого человека настает момент, когда оправдываются строки из раннего пророческого стихотворения поэта:

«Моим стихам настанет свой черед»

Решением ЮНЕСКО 1992 год был назван годом Марины Цветаевой, 100-летие со дня рождения которой отмечалось тогда. И это, действительно, была не формальность календарной даты, а справедливое (но, как всегда! — посмертное) признание жизненного и творческого подвига большого Поэта.

В Цветаевой поражает все: и стихи, и судьба. Несомненно, в русской поэзии она — самая трагическая из лирических поэтесс. Эмигрировавшая в 1922 году вслед за любимым мужем, Сергеем Яковлевичем Эфроном, в Прагу, она не печаталась там, потому что была для эмиграции

Затмившая — весь свет!

Пора — пора — пора

Творцу вернуть билет…

…Не надо мне ни дыр

Ушных, ни вещих глаз.

На твой безумный мир

Ответ один — отказ. Но можно даже еще ничего не знать о судьбе Цветаевой, а прочесть

Всего хочу: с душой цыгана

идти под песни на разбой,

За всех страдать под звук органа

И амазонкой мчаться в бой…

и вдруг неожиданно, на самой высокой ноте обрывает:

Люблю и крест, и шелк, и каски,

Моя душа мгновений след…

Ты дал мне детство — лучше сказки

И дай мне смерть — в семнадцать лет!

Вообще, предельный максимализм, требовательность к себе и другим, ненасытимая жажда чувства, познания, движения вперед, вихревая игра страстей — самые яркие черты лирической героини Цветаевой. У нее, скорее, мужской характер, и, может быть, именно поэтому так сильно подействовали на меня стихи Цветаевой о любви: неповторимым соединением женской боли (потому что счастливых финалов в ее стихах почти нет) и неженской стойкости перед лицом соперника, кто бы им ни был — мужчина, женщина, не поддающееся рифме слово или сама Судьба.

У кого еще может так говорить оставленная любимым женщина:

Все ведаю — не прекословь!

Вновь зрячая — уж не любовница!

Где отступает Любовь,

Там подступает Смерть-садовница.

Отдаваясь полностью кипению страстей, не в них, тем не менее, находит опору лирическая героиня Цветаевой в наиболее, тяжелые для нее жизненные моменты. Когда кажется, что боль непреодолима, что все — в который уже раз! — разрушено и сожжено дотла, на помощь приходят сокровеннейшие, возрождающие чувства. Это — чувство Слова, своего» Богом данного, поэтического предназначения, и чувства Родины. Вот чем был для Цветаевой письменный стол — место каждодневного добровольного заточения, воспетый ею тюремщик «нормальной жизни»:

Столп столпника, уст затвор —

Ты был мне престол, простор —

Тем был мне, что морю толп

Еврейских — горящий столп!

Поэзия и жизнь для Цветаевой не просто синонимы. Больше того, «жить» значило буквально — «писать». В 1927 году, рассказывая сестре о тяжком эмигрантском быте, Цветаева писала: «…тащусь с кошелкой, зная, что утро — потеряно: сейчас буду чистить, варить, и когда все накормлены, все убрано — я лежу, вот так, вся пустая, ни одной’ строки! А утром так рвусь к столу — и это изо дня в день!». Написанные ею стихи — откровение души поэта — были так же необходимы для жизни, как кровь. Да они и были кровью души:

Вскрыла жилы: неостановимо,

Невосстановимо хлещет жизнь.

Подставляйте миски и тарелки!

Всякая тарелка будет мелкой,

Через край — и мимо —

В землю черную, питать тростник.

Невосстановимо хлещет стих.

Может быть, в порыве крайнего отчаяния написала она одно из самых трагических своих стихотворений «Тоска по родине». Она отказывается от всего, ей нет места нигде; даже Слово, родной язык, всегда бывшие спасением, уже не могут помочь. Всякий дом оказывается чужим, а храм — пустым. Кажется, в мире нет ничего, что могло бы противостоять опустошенности. И вдруг все меняется:

Всяк дом мне чужд, всяк храм мне пуст.

И все — равно, и все — едино.

Но если по дороге — куст

Встает, особенно — рябина…

Чувство своей земли, значит, осталось несмотря ни на что, и простой рябиновый куст, двойник цветаевской души, возвращает смысл, причащает к миру. Одиночество уже не беспредельно, просто душа Поэта вне времени и причастна не только к миру, но и к бесконечности, Вселенной.

Цветаеву сложно читать, ее стихи требуют от читателя большой душевной работы. Но мне кажется, что это и хорошо: это не дает нам успокаиваться в теплом уюте, поворачивает лицом к напряжению, страсти, боли. К вопросу о Вечности.

Моим стихам настанет свой черед

Решением ЮНЕСКО 1992 год был назван годом Марины Цветаевой, 100-летие со дня рождения которой отмечалось тогда. И это, действительно, была не формальность календарной даты, а справедливое (но, как всегда! — посмертное) признание жизненного и творческого подвига большого Поэта.

В Цветаевой поражает все: и стихи, и судьба. Несомненно, в русской поэзии она — самая трагическая из лирических поэтесс. Эмигрировавшая в 1922 году вслед за любимым мужем, Сергеем Яковлевичем Эфроном, в Прагу, она не печаталась там, потому что была для эмиграции слишком русской, и не печаталась на родине, в России, потому что была эмигранткой. Она потеряла родину дважды, уехав в 1922 году и вернувшись в 1939, когда у нее репрессировали мужа, арестовали дочь, когда она не знала, что с ней будет завтра, когда у нее не могло быть ни работы, ни постоянного места жительства. И в результате — самоубийство 31 августа 1941 года:

Затмившая — весь свет!

Пора — пора — пора

Творцу вернуть билет…

…Не надо мне ни дыр

Ушных, ни вещих глаз.

На твой безумный мир

Ответ один — отказ. Но можно даже еще ничего не знать о судьбе Цветаевой, а прочесть только несколько ее стихотворений, и тебя уже охватывает чувство, будто ты стоишь на краю бездны. Семнадцатилетняя Марина страстно говорит о своем желании познать мир, испытать все:

Всего хочу: с душой цыгана

идти под песни на разбой,

За всех страдать под звук органа

И амазонкой мчаться в бой…

и вдруг неожиданно, на самой высокой ноте обрывает:

Люблю и крест, и шелк, и каски,

Моя душа мгновений след…

Ты дал мне детство — лучше сказки

И дай мне смерть — в семнадцать лет!

Вообще, предельный максимализм, требовательность к себе и другим, ненасытимая жажда чувства, познания, движения вперед, вихревая игра страстей — самые яркие черты лирической героини Цветаевой. У нее, скорее, мужской характер, и, может быть, именно поэтому так сильно подействовали на меня стихи Цветаевой о любви: неповторимым соединением женской боли (потому что счастливых финалов в ее стихах почти нет) и неженской стойкости перед лицом соперника, кто бы им ни был — мужчина, женщина, не поддающееся рифме слово или сама Судьба.

У кого еще может так говорить оставленная любимым женщина:

Все ведаю — не прекословь!

Вновь зрячая — уж не любовница!

Где отступает Любовь,

Там подступает Смерть-садовница.

Столп столпника, уст затвор —

Ты был мне престол, простор —

Тем был мне, что морю толп

Еврейских — горящий столп!

Поэзия и жизнь для Цветаевой не просто синонимы. Больше того, «жить» значило буквально — «писать». В 1927 году, рассказывая сестре о тяжком эмигрантском быте, Цветаева писала: «…тащусь с кошелкой, зная, что утро — потеряно: сейчас буду чистить, варить, и когда все накормлены, все убрано — я лежу, вот так, вся пустая, ни одной’ строки! А утром так рвусь к столу — и это изо дня в день!». Написанные ею стихи — откровение души поэта — были так же необходимы для жизни, как кровь. Да они и были кровью души:

Вскрыла жилы: неостановимо,

Невосстановимо хлещет жизнь.

Подставляйте миски и тарелки!

Всякая тарелка будет мелкой,

Через край — и мимо —

В землю черную, питать тростник.

Невосстановимо хлещет стих.

Может быть, в порыве крайнего отчаяния написала она одно из самых трагических своих стихотворений «Тоска по родине». Она отказывается от всего, ей нет места нигде; даже Слово, родной язык, всегда бывшие спасением, уже не могут помочь. Всякий дом оказывается чужим, а храм — пустым. Кажется, в мире нет ничего, что могло бы противостоять опустошенности. И вдруг все меняется:

Всяк дом мне чужд, всяк храм мне пуст.

И все — равно, и все — едино.

Но если по дороге — куст

Встает, особенно — рябина…

Чувство своей земли, значит, осталось несмотря ни на что, и простой рябиновый куст, двойник цветаевской души, возвращает смысл, причащает к миру. Одиночество уже не беспредельно, просто душа Поэта вне времени и причастна не только к миру, но и к бесконечности, Вселенной.

Цветаеву сложно читать, ее стихи требуют от читателя большой душевной работы. Но мне кажется, что это и хорошо: это не дает нам успокаиваться в теплом уюте, поворачивает лицом к напряжению, страсти, боли. К вопросу о Вечности.

Моим стихам настанет свой черед

Банерная сеть «Гуманитарного фонда»

Моим стихам, как драгоценным винам, настанет свой черед…

Моим стихам, написанным так рано,

Тематический конкурс исполнителей, посвященный 115-летию со дня рождения русского поэта Марины Ивановны Цветаевой (8 октября).

1.1. Проект осуществляется Интернет-порталом «Стихофон ру – виртуальный поэтический театр».

1.2. Тематика конкурса: Стихи Марины Цветаевой

2. Условия участия в конкурсе.

2.1. Участвовать в конкурсе может любой исполнитель, прошедший регистрацию на литературном портале «Стихофон.ру». Если Вы еще не зарегистрированы на портале, осуществить это можно здесь http://www.stihophone.ru/registration.php , раздел «Регистрация автора».

2.3. К участию в конкурсе допускаются любые произведения Марины Цветаевой. Для обеспечения удобства и доступности прослушивания произведений и подведения итогов конкурса исполнители разрешают осуществление копирования их работ на жесткие диски компьютеров. При этом за исполнителями сохраняются исключительные авторских права на опубликованные звуковые файлы, как во время действия данного проекта, так и после него.

* Члены жюри могут выставлять свои работы ВНЕ КОНКУРСА

3. Номинации конкурса и ограничения публикаций.

3.1. Конкурс проводится по двум номинациям: Декламация (мелодекламация) и Песня.

3.2. Допускается размещение одним автором до 2-х произведений в одной номинации.

4. Сроки проведения конкурса и выявления победителей.

4.1. Начало размещения произведений на конкурс – 1 сентября 2007г.

4.2. Окончание размещения произведений – 25 ноября 2007 г .

4.3. Итоги конкурса объявляются до – 25 декабря 2007 г .

5. Порядок определения победителей конкурса.

5.1. Победители конкурса определяются жюри под координацией председателя жюри. Жюри формируется с момента открытия конкурса и объявляется в Приложении к настоящему Положению.

5.2. Автору, занявшему первое место, присваивается звание «Лауреата», с размещением на его авторской странице соответствующего Диплома в качестве, пригодном для распечатывания.

5.3. Авторам, занявшим соответственно вторые и третьи места в каждой из номинаций конкурса, присваиваются звания «Призеров» и соответствующие Дипломы.

5.4 Авторы, отмеченные жюри, но не вошедшие в призёры по итогам награждаются специальными дипломами и грамотами.

7.1. В номинации Декламация (мелодекламация):

— Степень оригинальности исполнения.

— Ритмичность.

— Эмоциональность.

-Чувственность, проникновенность исполнения, которое обязано воздействовать на внутреннее состояние, дойти, так сказать, до слушателя.

— Культура исполнения.

7.2. В номинации ПЕСНЯ:

— Авторская мелодия;

— Образность музыкальной темы; легкость восприятия (запоминаемость);

— Новизна музыкальных ходов и темы, а не повторение «чужой» (тем более известной) музыки;

— Эмоциональность исполнения;

— Гармоничность сочетания стихотворной и музыкальной частей.

Данные требования носят рекомендательный характер и каждый член жюри свободен в своих оценках, исходя из своего опыта.

ПРИМЕЧАНИЕ:

После окончания конкурса данные о победителях заносятся в архив. Возможность удалять и редактировать произведение возвращается. ВНИМАНИЕ. — Менять аудио файл или редактировать его после помещения произведения в конкурсную ленту на сайте Сихофон.ру НЕЛЬЗЯ до окончательного подведения итогов конкурса.

После удаления произведения, занесённого в архив, информация о нем сохранится, но ссылка на произведение со страницы конкурсов работать не будет, и восстановить её не представляется возможным. Поэтому мы рекомендуем не удалять произведения, победившие на конкурсе.

Редактирование произведений, занесённых в архив, возможно, но нельзя подменять одно произведение (текст или голосовой файл) другим. Это будет считаться нарушением правил сайта, и такое произведение может быть удалено модератором.

Все посетители сайта могут под номинированными произведениями оставлять свои суждения, отзывы, оценки, которые, безусловно, будут взяты во внимание при подведении итогов.

8. Прочие условия.

8.1. Условия проекта могут быть изменены на основании предложений или замечаний Инициатора проекта и других исполнителей.

Приложение 1: Список членов жюри

Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Добавить комментарий

;-) :| :x :twisted: :smile: :shock: :sad: :roll: :razz: :oops: :o :mrgreen: :lol: :idea: :grin: :evil: :cry: :cool: :arrow: :???: :?: :!:

Adblock detector