Микеланджело Буонаротти: интересные факты

Живописец и поэт, скульптор и резчик, мыслитель и ученый – любое из этих определений с полным правом применимо к Микеланджело Буонаротти. Какие интересные факты из жизни великого нелюдимого гуманиста или человеколюбивого мизантропа Микеланджело Буонаротти мы знаем сегодня?

  1. Семья будущего скульптора была знатной, но не отличалась богатством. Дети рождались один за другим, приходилось изыскивать способы их прокормить. Когда Микеланджело был еще маленьким, мать его скончалась, и отец принял решение отдать ребенка в деревню его прежней кормилице. Там Микеланджело начал самостоятельно осваивать способы работы с глиной и резцом.
  2. Талант юного художника проявился очень рано. Представитель печально известного рода Медичи – Лоренцо Медичи Великолепный – забрал мальчика к себе во дворец, чтобы тот мог обучиться искусству ваяния на примере великолепных образцов античных скульптур, в изобилии расставленных по всему саду аристократа.
  3. Характером Микеланджело обладал весьма неуживчивым. Мог поспорить с любым, в том числе самым высокопоставленным царедворцем. Работал с бешеным усердием и того же требовал от своих учеников. Зато о своих близких родственниках гениальный скульптор заботился с величайшей нежностью. Всю жизнь он помогал отцу и четырем братьям, а они воспринимали это как должное, без особой благодарности.
  4. Крайне редко Микеланджело шел на уступки в том, что касалось его творчества. Папа Лев X утверждал: «Микеланджело страшен. С ним нельзя иметь дело».
  5. Гениальный скульптор был весьма самолюбив. Однажды он, закончив свою «Пьету» (фигура Богоматери, склонившейся над умершим Христом), услышал, как кто-то приписывает авторство другому художнику. Мастер не стерпел такого оскорбления и, чтобы ни у кого не оставалось сомнений в том, чьему резцу принадлежит «Пьета», высек на ее поясе надпись: «Сделано флорентийцем Микеланджело Буонаротти».
  6. Одно из творений Микеланджело представляет из себя Моисея с …рогами. Люди невольно начинают отыскивать в этом некий глубинный смысл, но на самом деле все проще: рога у пророка появились вследствие неправильного перевода библейского текста. Вместо рогов голову Моисея должны были увенчать лучи.
  7. Состояние Микеланджело после его смерти оценивалось в миллионы долларов. При этом мастер вел чрезвычайно скромную, даже аскетичную жизнь.
  8. Ученые считают, что скульптор имел тайную связь с неким запрещенным обществом. Во всех его работах мы видим заботу о увеличении популярности католичества. Между тем сам мастер по мировоззрению был склонен к протестантизму. Объявить этого явно он не мог: в то время это ответвление христианского вероучения приравнивалось едва ли не к еретичеству.
  9. Много споров вызывает личная жизнь Микеланджело. Существуют подозрения в его нетрадиционной ориентации, что косвенно подтверждает отсутствие собственной семьи. Но женщина все же была в жизни гениального художника. Яркой звездой она осветила его зрелые годы. Уже будучи 60-летним, Микеланджело встретил Витторию Колонну. Она не была монахиней, но жила при монастыре и вела очень чистую, праведную жизнь. Взаимную платоническую любовь этой пары описывают многие исследователи.

Творения Микеланджело Буонаротти вечны. Они приносили истинное духовное наслаждение ценителям прекрасного периода Возрождения, не потеряли популярности ни в Новое время, ни в наши дни. И пусть сегодня историки устраивают длительные разбирательства по поводу тяжелого характера Микеланджело, изучают его сложную личную жизнь – для всех, кто неравнодушен к подлинному искусству, все это не имеет значения, это лишь шелуха. Микеланджело Буонаротти будет жить в памяти людской всегда, вызывая трепет восторга и восхищения даже спустя века благодаря своим гениальным произведениям.

Марина цветаева была нетрадиционной ориентации

Бывают поэты «с биографией» и «без биографии». В сочинениях первых отражен сюжет их жизни, их судьба и поэзия образуют единое целое; у вторых жизнь и поэзия существуют отдельно друг от друга, для понимания их стихов знание биография словно бы не нужно. Цветаева — в высшей степени «поэт с биографией». Свое происхождение, обстоятельства жизни были осмыслены и переосмыслены ею в традициях романтического мифа о поэте — избраннике и страдальце.

Исследовательница поэзии Цветаевой С. Ельницкая так характеризует позицию поэта в мире: «Отношение Цветаевой-поэта к миру — это позиция:
— идеалиста-максималиста: ориентация не на то, что есть (данное), а на то, что быть должно (должное), т. е. исключительно на идеал, не существующий в реальной действительности; идеал приобретает форму мифа типа «возвышенного обмана»;
— пристрастного борца с ненавистным несовершенным миром: все, что не соответствует идеалу, упорно преодолевается, гневно отвергается и уничтожается как низкое, презренное;
— с другой стороны — страстная проповедь, прославление, громогласно-декларативное отстаивание идеала, яростная «защита мира высшего от мира низшего», доходящие порой до фанатичного навязывания своей истины; творца, не только разрушающего старый, несовершенный мир, и несовершенного себя, но и творящего новый, совершенный мир и высшего себя; миротворчество в таком случае есть мифотворчество;
— романтика-индивидуалиста, для которого главные события разворачиваются не в реальной жизни, а в душе, а преобразование мира осуществляется не во внешней сфере «строительства жизни», а в области души и духа, как созидание нового, высшего себя и своего мира» (Ельницкая С. Поэтический мир Цветаевой. Конфликт лирического героя и действительности. Wien, 1990. [Wiener Slawistischer Almanach. Sonderband 30]. С. 7).

Семья. Детские годы и юность. Первые стихи

Марина Ивановна Цветаева родилась 26 сентября ст. стиля (9 октября нов. стиля) 1892 г. в Москве.
Родителями Цветаевой были Иван Владимирович Цветаев и Мария Александровна Цветаева (урожденная Мейн). Отец, сын сельского священника, филолог-классик, профессор, возглавлял кафедру истории и теории искусств Московского университета, был хранителем отделения изящных искусств и классических древностей в Московском Публичном и в Румянцевском музеях. В 1912 г. по его инициативе в Москве был открыт Музей Александра III (ныне Государственный музей изобразительных искусств им. А.С. Пушкина). Созданию музея И.В. Цветаев посвятил многие годы своей жизни. В отце Цветаева ценила преданность собственным стремлениям и подвижнический труд, которые, как утверждала, унаследовала именно от него. Намного позднее, в 1930-х гг., она посвятила отцу несколько мемуарных очерков («Музей Александра III», «Лавровый венок», «Открытие музея», «Отец и его музей»). В отце Цветаева видела интеллигента, служащего высокой культуре. Однако Иван Владимирович, будучи человеком рационалистического склада и почти не имея свободного времени для воспитания детей, оказал на Цветаеву, с раннего детства жившую романтическими представлениями, меньшее влияние, чем мать.

Мария Александровна была второй женой Ивана Владимировича, она вышла замуж не по любви, вынужденная, под влиянием своих родителей, расстаться с любимым и любившим ее человеком, который был женат. Брак родителей Цветаевой не был счастливым: отец был привязан к первой жене, умершей В.Д. Иловайской, мать тяжело переживала эту привязанность. Мария Александровна в отличие от отца была натурой восторженно-романтической, требовательной вплоть до суровости к дочерям — Марине и ее младшей сестре Асе (Анастасии); прекрасно игравшая на пианино, она надеялась, что в дочерях также проявится музыкальный талант, и болезненно переживала крушение этих надежд. Мать передала Цветаевой и свой нравственный и духовный максимализм, и романтическое противостояние обыденности, и трагическое мироощущение. Дочь Цветаевой, Ариадна Эфрон так передала впечатления своей матери о Марии Александровне: «Детей своих Мария Александровна растила не только на сухом хлебе долга: она открыла им глаза на никогда не изменяющее человеку, вечное чудо природы, одарила их многими радостями детства, волшебством семейных праздников, рождественских елок, дала им в руки лучшие в мире книги — те, что прочитываются впервые; возле нее было просторно уму, сердцу, воображению» (Эфрон А. Страницы воспоминаний // Марина Цветаева в воспоминаниях современников: Рождение поэта. М., 2002. С. 193). В 1914 г., в возрасте двадцати одного года, Цветаева так сказала о себе, сестре Анастасии и о матери в письме литератору и мыслителю В.В. Розанову: «Ее измученная душа живет в нас, — только мы открываем то, что она скрывала. Ее мятеж, ее безумье, ее жажда дошли в нас до крика» (8 апреля 1914 г. // Цветаева М. Собрание сочинений: В 7 т. Т. 6. Письма. М., 1995. С. 124). Мать Марии Александровны была полькой, польское происхождение Марии Александровны стало частью поэтической мифологии Цветаевой-поэта, уподоблявшей себя польской аристократке Марине Мнишек, жене русского самозванца Григория (Лжедмитрия I) Отрепьева. По отцовской линии Мария Александровна была из обрусевших немцев. «М И , бывало, говорила про себя, что по матери и отцу в ней слились три крови, и от них — любовь к Москве, польский гонор и привязанность к Германии, — вспоминал знакомый Цветаевой, литератор М.Л. Слоним (Слоним М. О Марине Цветаевой: Из воспоминаний // Марина Цветаева в воспоминаниях современников: Годы эмиграции. М., 2002. С. 95). Мария Александровна умерла в 1906 г., когда Марина была еще юной девушкой. К памяти матери дочь сохранила восторженное преклонение. Матери Марина Ивановна посвятила очерки-воспоминания, написанные в 1930-х гг. («Мать и музыка», «Сказка матери»).

Несмотря на духовно близкие отношения с матерью, Цветаева ощущала себя в родительском доме одиноко и отчужденно. Она намеренно закрывала свой внутренний мир и для сестры Аси, и для сводных брата и сестры — Андрея и Валерии. Даже с Марией Александровной не было полного взаимного понимания. Юная Марина жила в мире прочитанных ею книг, в мире возвышенных романтических образов.

Зимнее время года Цветаевы проводили в Москве, лето — в городе Тарусе Калужской губернии. Здесь юная Цветаева полюбила русские пейзажи — широкие поля и бескрайние леса, многие часы она отдала пешим прогулкам по окрестностям Тарусы. Ездили Цветаевы и за границу. В 1903 г. Цветаева училась во французском интернате в Лозанне (Швейцария), осенью 1904 — весной 1905 г. обучалась вместе с сестрой в немецком пансионе во Фрейбурге (Германия), летом 1909 г. одна отправилась в Париж, где слушала курс старинной французской литературы в Сорбонне.

По собственным воспоминаниям, Цветаева начала писать стихи в шестилетнем возрасте. В 1906-1907 гг. она написала повесть (или рассказ) «Четвертые», в 1906 г. перевела на русский язык драму французского писателя Э. Ростана «Орленок», посвященную трагической судьбе сына Наполеона, герцога Рейхштадтского (ни повесть, ни перевод драмы не сохранились). С этого времени Наполеон и его сын, разлученный с отцом и рано умерший, становятся одними из самых дорогих для Цветаевой исторических персонажей. В литературе ей были особенно дороги творения немецких романтиков, переведенные В.А. Жуковским, т произведения А.С. Пушкина.

В печати произведения Цветаевой появились в 1910 г., когда она издала на собственные средства свою первую книгу стихов — «Вечерний альбом». Поступок юной Цветаевой был неожиданным и имел демонстративный характер: было принято, что серьезные поэты сначала печатают стихотворения в журналах и лишь затем, обретя известность и прочную литературную репутацию, решаются издать свои сочинения отдельной книгой. Цветаева имела все возможности избрать традиционный путь вхождения в литературу. Ко времени выхода сборника она была знакома с несколькими литераторами — с поэтом и теоретиком символизма Эллисом (псевдоним Л.Л. Кобылинского), с поэтом и переводчиком В.О. Нилендером. Игнорируя принятые правила литературного поведения, поступая подобно поэтам-дилетантам, Цветаева решительно демонстрировала собственную независимость и нежелание соответствовать социальной роли «литератора». Писание стихов она представляла не как профессиональное занятие, а как частное дело и одновременно как непосредственное самовыражение.

Частный, «домашний» характер первой цветаевской книги был задан в заглавии: альбомами именовались обычно рукописные книги, в которые влюбленные барышни записывали свои стихотворные признания. Названию соответствовало оформление: сборник был издан на плотной «альбомной» бумаге и переплетен в плотную «альбомную» зеленую обложку.

Стихи «Вечернего альбома» отличались «домашностью», в них варьировались такие мотивы, как пробуждение юной девичьей души, как счастье доверительных отношений, связывающих лирическую героиню и ее мать, как радости впечатлений от мира природы, как первая влюбленность, как дружба со сверстницами-гимназистсками. Раздел «Любовь» составили стихотворения, обращенные к В.О. Нилендеру, которым тогда была увлечена Цветаева. Стихи Цветаевой неожиданно сочетали темы и настроения, присущие детской поэзии, с виртуозной поэтической техникой.

Поэтизация быта, автобиографическая обнаженность, установка на дневниковый принцип, свойственные «Вечернему альбому», унаследованы стихотворениями, составившими вторую книгу Цветаевой, «Волшебный фонарь» (1912).

«Вечерний альбома» был очень доброжелательно встречен критикой: новизну тона, эмоциональную достоверность книги отметили В.Я. Брюсов, М.А. Волошин, Н.С. Гумилев, М.С. Шагинян. Сравнивая цветаевскую книгу со стихами других русских поэтов — женщин, Волошин писал: » [Н]и у одной из них эта женская, эта девичья интимность не достигала такой наивности и искренности, как у Марины Цветаевой. Это очень юная и неопытная книга — «Вечерний альбом». Ее нужно читать подряд, как дневник, и тогда каждая строчка будет понятна и уместна. Она вся на грани последних дней детства и первой юности» (Волошин М. А. Женская поэзия // Марина Цветаева в критике современников: В 2 ч. М., 2003. Ч. 1. 1910—1941 годы. Родство и чуждость. С. 24) «Волшебный фонарь» был воспринят как относительная неудача, как повторение оригинальных черт первой книги, лишенное поэтической новизны. Сама Цветаева также чувствовала, что начинает повторяться. Она переживает в 1912 г. творческий кризис; за весь год было написано только два стихотворения. Кризис был преодолен весной 1913 г. В 1913 г. Цветаева выпустила новый сборник — «Из двух книг». За исключением одного нового текста в книгу вошли стихи, прежде напечатанные в двух первых сборниках. Однако, составляя свою третью книгу, она очень строго отбирала тексты: из двухсот тридцати девяти стихотворений, входивших в «Вечерний альбом» и в «Волшебный фонарь», были перепечатаны только сорок. Такая требовательность свидетельствовала о поэтическом росте автора. Но при этом Цветаева по-прежнему чуралась литературных кругов, хотя познакомилась или подружилась с некоторыми писателями и поэтами (одним из самых близких ее друзей стал М.А. Волошин, которому Цветаева позднее посвятила мемуарный очерк «Живое о живом», 1933). Она не осознавала себя литератором. Поэзия оставалась для нее частным делом и высокой страстью, но не профессиональным делом.

Зимой 1910—1911 гг. М.А. Волошин пригласил Марину Цветаеву и ее сестру Анастасию (Асю) провести лето 1911 г. в восточном Крыму, в Коктебеле, где жил он сам. В Коктебеле Цветаева познакомилась с Сергеем Яковлевичем Эфроном. Однажды, полушутя, она сказала Волошину, что выйдет замуж только за того, кто угадает, каков ее любимый камень. Вскоре Сергей Эфрон подарил ей найденный на морском берегу сердоликовый камешек. Сердолик и был любимым камнем Цветаевой.

В Сергее Эфроне, который был моложе ее на год, Цветаева увидела воплощенный идеал благородства, рыцарства и вместе с тем беззащитность. Любовь к Эфрону была для нее и преклонением, и духовным союзом, и почти материнской заботой. «Я с вызовом ношу его кольцо / — Да, в Вечности — жена, не на бумаге. — / Его чрезмерно узкое лицо / Подобно шпаге», — написала Цветаева об Эфроне, принимая любовь как клятву: «В его лице я рыцарству верна». Встречу с ним Цветаева восприняла как начало новой, взрослой жизни и как обретение счастья: «Настоящее, первое счастье / Не из книг!». В январе 1912 г. произошло венчание Цветаевой и Сергея Эфрона. 5 сентября (старого стиля) у них родилась дочь Ариадна (Аля).

Гороскоп
Марины Ивановны Цветаевой

МАРИНА ЦВЕТАЕВА родилась 26 сентября 1892 года по старому стилю в Москве. Сама она писала, что родилась в ночь с субботы на воскресенье ровно в полночь. Это позволяет довольно точно построить ее гороскоп, рассчитав его с учетом поправок и ректификации по браку, рождению детей, переездам и смерти.

Цветаева родилась под знаком Весов, но под восходящим созвездием Льва, что сформировало ее как личность доминирующую, жаждущую завоевывать сердца и умеющую привлекать к себе окружающих. Управитель ее дома личности — Солнце в момент рождения находился в 3-ем доме. Следовательно, развитие ее личности происходило через родственные сферы, контакты, связи, взаимодействие. Солнце находится с Асцендентом в гармоничном аспекте (секстиле) — личность всегда будет выраженной, яркой, запоминающейся, привлекательной. Третьим домом управляет планета разума Меркурий. В гороскопе он находится в соединении с Солнцем, что с одной стороны дает прекрасные возможности самовыражения и хорошие умственные способности, высокое трудолюбие и энергию, но, с другой стороны, эгоцентричное мышление и неумение воспринимать объективную информацию о себе. Это соединение входит в одну из самых благоприятных конфигураций гороскопов — Большой Тригон, который включает в себя также Марс и соединение Плутона с Нептуном. Вообще, по П. Глобе Тригон является Космическим щитом против всех опасностей, дает возможность накопления потенциальной энергии, силы и реализации своего потенциала. Но в то же время он дает и излишнюю беспечность, недооценку опасностей, наивную веру в постоянное везение, что и наблюдалось у Марины до определенного момента жизни, до февраля 1920 года. Во всяком случае, Тригон Цветаевой дал ей сильнейший индивидуализм и сконцентрированность личности. Кроме гармоничного Тригона в гороскопе Марины есть и конфигурация напряженных аспектов — тауквадрат, в которую вовлечены Лунные узлы, Уран и Белая Луна, что делало ее судьбу фатальной и даже роковой, изменить события которой было почти невозможно. К счастью для Цветаевой, на вершине тауквадрата — Белой Луне у нее расположена еще одна гармоничная конфигурация — Бисекстиль, которая помогала ей довольно быстро справляться с жизненными коллизиями, переключаться, забываться, стабилизироваться. Есть еще и Полуповозка на противостоянии Солнца с Меркурием к Юпитеру. Надо сказать, что это противостояние было для Цветаевой очень негативным фактором, оно дало ей беспокойную жизнь, большие претензии и большие затруднения от собственного неблагоразумия. Ведь Юпитер находился у нее в знаке Овна, а это всегда дает очень пылкий, энергичный, благородный, но недостижимый идеал «я». Один известный астролог назвал человека с таким положением Юпитера «ниагарским водопадом». Юпитер в астрологии ассоциируется с общественным признанием, с отношениями с властью. И это ей заранее было заказано. Отсюда — отсутствие чувства меры, склонность переоценивать свое значение, ошибки в оценке ситуаций и своего положения, склонность к тщеславию, расточительность. Ко всему прочему, Марс у нее находится в Водолее, что делало ее поведение совершенно непредсказуемым, волю странной и свободной. К тому же Марс имеет квадратуру к Черной Луне, что дает связь с духом мятежным, безрассудным, духом насилия и непокорности. Этот дух делает человека безрассудно храбрым, нетерпеливым и опрометчивым. Точно такой же аспект был и у Наполеона, и у Пушкина (может быть, поэтому эти великие люди с детства привлекали Марину).

Марина была — типичные Весы, плюс к тому, шесть ее планет при рождении находились в воздушных знаках. Все они — в связках между собой, что обеспечивает идеальную реализацию «воздушных» качеств человека. Весы стремятся к гармонии всю жизнь, но более всего любят красивую упаковку, внешнюю сторону. Даже когда они говорят или делают какую-нибудь гадость, они это делают красиво и с обворожительной улыбкой.

Одной из важных точек гороскопа Марины можно назвать соединение Плутона с Нептуном. Нептун — планета высших чувств и иллюзий, а Плутон — планета, выражающая и волю Божью, и чуждые энергии, и сексуальность. Это очень и очень тонкий аспект, который, как пишет К. Сельченок, связан «с глубинным взаимоотношением индивида к человеческому обществу в целом». Его активное включение побуждает человека внести в мир переосмысление мировоззренческих установок. Это поколенческий аспект, так что он был и у Маяковского, и у Ахматовой. Но если Ахматова всю жизнь стремилась «отдать», то Марина, имея Восходящий узел в Тельце, всегда хотела «брать». По кармической астрологии такое положение Лунных узлов выдвигает в качестве основной кармической задачи искусство и талант, мастерство и совершенство, а программа личности определяется творческим характером труда.

Проблема жизни и смерти.

Марина относилась к смерти как к открытию дверей в мир иной, некоей возможности вырваться из порочного круга жизни. Она говорила, что не хочет умирать, она хотела бы «не быть», то есть, покинуть этот несправедливый и неприветливый для нее мир. Уже в своем первом сборнике «Вечерний альбом» она философски размышляла о смерти и даже опрометчиво испрашивала ее у Бога:

Ты дал мне детство — лучше сказки
И дай мне смерть — в семнадцать лет!

Тот день, когда она исчезнет с поверхности земли, всегда был для нее магнитом, смерть — страхом, вопросом, загадкой, которую она решала всю свою жизнь.

Многие астрологи считают, что по натальной карте индивида можно с уверенность предсказать, какой будет его смерть: естественной или насильственной. Например, все сходятся на том, что гороскоп В.В. Маяковского явно говорит об убийстве и скрытых обстоятельствах его гибели. Смерть Марины также странна, загадочна и окутана тайной.

VIII дом — дом смерти и экстремальных жизненных обстоятельств находится у нее в знаке Рыб. С одной стороны, это говорит о том, что, полагаясь исключительно на свою интуицию, человек может быть сильно обманут, как судьбой, так и отдельными людьми. Это частые психологические кризисы, депрессии, и сам он плохо понимает, что с ним происходит. Плохо, муторно, противно смотреть на мир, иногда чего-то (или кого-то) хочется. (Трактовка А. Подводного). С другой стороны, П. Глоба прямо пишет, что Рыбы в восьмом доме — это смерть через какую-то тайну. Управитель этого дома — Нептун, как уже говорилось, находится в соединении с Плутоном, планетой, самым теснейшим образом связанной со смертью. Плутон управляет IV домом — домом собственного дома. Значит, это смерть в своем жилище, смерть трагическая, тайная, загадочная. Переплетение этих двух домов показывает и исток, и исход, и итог. Гороскопы Маяковского и Цветаевой — классические по указаниям на несчастную смерть. Имеются и другие сходные обстоятельства их гибели. Накануне смерти Маяковского (13 апреля 1933 года) наблюдалось лунное затмение, Цветаева тоже умерла вблизи лунного затмения. А затмение это всегда — трагические, фатальные обстоятельства жизни.

Марина не могла быть самоубийцей. Нет у нее в гороскопе показаний на это. Способ самоубийства выбирается чаще всего по Черной Луне. У нее Черная Луна в Скорпионе — значит, скорее всего, она выбрала бы воду: утопилась бы или отравилась. Недаром она воды всегда боялась. Знак зодиака, находящийся в восьмом доме, также показывает зону смерти — Рыбы: это опять вода. Но Нептун в соединении с Плутоном, показателем экстремальных ситуаций — в воздухе, в Близнецах! Это явно указывает на насильственную смерть через повешение.

Самой неудачно стоящей в гороскопе планетой является Нептун, это говорит о том, что жизнь человека может окончиться хаосом, сумятицей, полной дезориентацией в жизни. Возможен шантаж, травля, клевета. Опасна вода, отравляющие вещества, алкоголь. Возможны отравления или смерть от тайных врагов. Все почти так и получилось. Но на самоубийство искушает человека Черная Луна. Она у Марины сильная, с соединением с Плутоном и Нептуном связана гармоничным аспектом. Но это говорит скорее о повышенной сексуальности, чем о склонности к самоубийству. Хотя Глоба и ставит ее Солнце в градус суицида — 16-й Весов, мы с ним не согласны. Цветаева, по нашим расчетам, родилась, когда Солнце перешло уже в 17-й градус, что гораздо больше подходит по всем показателям: по сабианскому календарю — это градус управляемый Марсом, дающий скептицизм, независимость, большие неприятности жизни, в том числе потерю состояния, что и проигралось в жизни Марины.

Таким образом, множество факторов говорит о том, что смерть Цветаевой не была самоубийством. Конечно, можно допустить, что она сама накинула себе веревку на шею, но к этому ее должны были целенаправленно подвести. Кто-то заставил ее это сделать, а значит, убил.

И еще одно обстоятельство, указывающее на загадочность ее смерти. В астрологии важно, под каким солнечным знаком умер человек, как он соотносится со знаком рождения. Цветаева родилась под знаком Весы, умерла под Девой. Дева относительно Весов 12-й знак: знак тайны, тумана, загадки.

Знала ли Марина Цветаева,
что ее муж — агент НКВД?

В истории первой эмиграции мы постепенно открываем для себя новые главы. Одна из них, пока еще далеко не полная, связана с деятельностью НКВД в русском зарубежье. По всей вероятности, то немногое, что попало на страницы прессы, — лишь видимая часть айсберга, основание которого все еще прочно упрятано в секретных архивах.

Используя искреннее стремление одних наших соотечественников вернуться на Родину и материальные трудности других, НКВД с их помощью провел за границей в 20-е и 30-е годы операции, среди которых наиболее известные — убийство генералов Кутепова и Миллера, а также убийство бывшего советского агента Игнатия Рейсса-Порецкого, порвавшего с чекистами и написавшего обвинительное письмо Сталину.

Согласно разным свидетельствам и в том числе недавно опубликованным в «Литературной газете» воспоминаниям Дмитрия Сеземана «ликвидацию» И. Рейсса осуществила «группа агентов, среди которых главную роль исполнял Сергей Яковлевич Эфрон», муж Марины Цветаевой. Эта операция проходила, по словам Д. Сеземана, при попустительстве французского правительства, которое «старалось не замечать деятельность советских разведчиков на своей территории». НКВД, говорится в публикации в «Литературной газете», находил себе кадры в двух парижских организациях — «евразийцев» и «Союза возвращения на Родину», в которых участвовал С. Эфрон.

О том, что Эфрон выполнял задания НКВД, известно (разумеется, далеко не все) из разных источников и едва ли подлежит сомнению. О его деятельности на этом поприще рассказывала в своих мемуарах, изданных в Париже на французском языке в начале 60-х годов, писательница Зинаида Алексеевна Шаховская, которая долгие годы дружила с Мариной Цветаевой. Но вот новым моментом в последних публикациях «Литературной газеты» является утверждение нескольких авторов, что Цветаева знала о том, что ее муж — «платный агент» советских чекистов.

Д. Сеземан убежден в том, что она была в курсе всего того, чем занимался С. Эфрон. «Марина Ивановна была поэтом, она не была сумасшедшей, — пишет автор воспоминаний. — Ну что она могла предположить о деятельности Сережи, который нигде официально не служил, изредка помещал статейки в журналах, сроду не плативших никаких гонораров, но каждый месяц приносил домой несколько тысяч франков жалования? Вернувшись в Россию, вернее едва унеся ноги из Франции; где его — разыскивала полиция после убийства Рейсса-Порецкого, все (семья Цветаевой — Ю. К.) жили на бесплатной большевистской даче, и опять же Сережа практически не выходя из дому, получал регулярно жалование… Нe знала. Зачем нам нужна еще и эта ложь. «

В другой статье на ту же тему в той же газете два автора из Женевы, Петер Хубер и Даниэль Кунци, рассказывая о том, как «НКВД вербовал своих агентов» из 150-тысячной русской эмиграции во Франции, пишут: «Марина Цветаева после убийства (M. Рейсса) была задержана парижской полицией, и согласно найденному протоколу допроса утверждала, что ее муж в это время находился с ней в отпуске на Атлантическом побережье. Безусловно, она знала о деятельности своего мужа как агента НКВД в Париже, но была на допросе мужественно немногословна».

Итак, получается, что Цветаева не только знала о «подвигах» Сергея Эфрона, но и укрывала его от правосудия, была в известной степени его сообщницей и, следуя этой логике, жила в эмиграции на «тысячи франков», которые ее муж получал от НКВД. И, наконец, выходит, что «евразийство», в котором участвовали выдающиеся русские мыслители и ученые, равно как и другие эмигрантские организации, манипулировалось советскими спецслужбами.

После публикация двух этих статей в «Литературной газете» я встретился с Зинаидой Алексеевной Шаховской. В своих мемуарах «Отражения» она посвятила Цветаевой отдельную главу и напечатала в них адресованные ей поэтом письма.

Зинаида Шаховская родилась в Москве и вместе с семьей после революции эмигрировала во Францию. Участвовала в Сопротивлении, была военным корреспондентом при союзных армиях. Сотрудничала в русских эмиграционных изданиях и писала в западной прессе. Автор нескольких романов, исторических книг на французском языке и сборников воспоминаний — на французском и русском, которые сейчас начали печататься и в нашей стране. В 1956 — 1957 годах вместе с мужем — Святославом Малевским-Малевичем, в те годы бельгийским дипломатом, жила в Москве.

Зинаида Алексеевна хорошо знакома с «евразийским» движением, в котором ее муж принимал деятельное участие в 30-е годы я даже входил в состав его президиума.

— Прежде всего я считаю своим долгом защитить Марину Цветаеву, — говорит 3. А. Шаховская, — а также сказать о том, что ни Д. Сеземан, которого я встречала в Париже, ни женевские авторы «евразийства» не знают… Мне совершенно непонятно, почему сейчас многие пытаются доказать, что Цветаева была активной или пассивной соучастницей деятельности Эфрона. Марина жила во Франции в глубокой бедности, такой, какую эмиграция знала лишь в 20-е годы, да и самого Эфрона я никогда не видела богатым. Может быть, ему и платили, но в семью он никогда никаких денег не приносил.

Я имела возможность наблюдать Цветаеву в эмиграции вплоть до последней ее минуты. Натура цельная, она была человеком, который ни за что не смог бы покривить душой, была бы готова за свою правду пойти на расстрел. В рассказе Сеземана я совершенно не узнаю Марину. Она никогда ни в каких политических движениях не участвовала, «евразийством» не интересовалась, и я уверена: знай она о том, что ее муж — агент НКВД, то, возможно, порвала бы с ним. Но она от мужа никогда не отказывалась, всю жизнь его защищала. Марина мне рассказывала о том, как проходил ее допрос в парижской полиции. Я хорошо помню ее ответ следователю, когда тот приводил доказательства о причастности Эфрона к убийству И. Рейсса: «Его доверие могло быть обманутым, мое доверие к нему непоколебимо». После этого ее оставили в покое, сняв с нее все подозрения в каком-либо сообщничестве.

. Вот как сама Цветаева рассказывала о полицейском допросе корреспонденту из издававшейся в Париже на русском языке газеты «Последние новости», который побывал у нее дома в парижском пригороде Ванве 23 октября 1937 года (цитирую по только что вышедшим во Франции «Письмам Марины Цветаевой к Ариадне Берг»): «Дней двенадцать тому назад муж мой, экстренно собравшись, покинул нашу квартиру в Ванве, сказав мне, что уезжает в Испанию. С тех пор никаких известим о нем я не имею. Его советские симпатии известны мне, конечно, так же хорошо, как и всем, кто с мужем встречался. Его близкое участие во всем, что касаллось испанских дел (как известно, «Союз возвращения на Родину» отправил в Испанию немалое количество русских добровольцев), мне также было известно. 3анимался ли он еще какой-нибудь политической деятельностью, и какой именно, — не знаю.

22 октября, около семи часов утра, ко мне явились четыре инспектора полиции и произвели продолжительный обыск, захватив в комнате мужа его бумаги и личную переписку. Затем я была приглашена в «сюртэ националь» (французскую службу безопасности. — Ю. К.), где в течение многих часов меня допрашивали. Ничего нового о муже я сообщить не могла».

— Маринa была человеком не от мира сего, — продолжает рассказ Зинаида Алексеевна, — видела людей совсем другими, чем они есть на самом деле, простых смертных наделяла темя качествами, которые хотела в них видеть, то есть своей сутью. Она всегда все преувеличивала, бросалась на людей с жадностью, потом в них разочаровывалась.

Почему же Цветаева, по вашему мнению, вернулась домой? Что она ждала в Советской России? Едва ли она питала какие-то иллюзии на собственный счет и рассчитывала на благополучную жизнь.

— Ее жизнь во Франции была ужасна. Эмиграция, по словам Марины, ее «выпихивала». Россия же, как для всех тех, кто пишет по-русски, была для нее всем. Из Москвы ее звали дочь Аля и муж. Она вернулась, измученная жизнью, фактически не имевшая ни средств к существованию, ни читателей. Но возвращалась она с обреченностью, без всякой надежды. «Знайте одно, — сказала Марина мне на прощание, — что и там буду с преследуемыми, а не с преследователями, с жертвами, а не с палачами». Вскоре после ее отъезда мне сообщили о гибели Эфрона.

Марина Цветаева, считает 3. А. Шаховская, понимала, что едет в Россию на верную гибель. Об этом же свидетельствуют ее стихи — экспромт, сочиненный поэтом перед отъездом из Парижа.


Мне Франции нету милее страны
И мне на прощание слезы даны.
Как перлы они на ресницах висят.
Дано мне прощанье Марии Стюарт.


Русь! Просвятись же духом правды
И в духе истины живи —
Да будет свят твой подвиг ратный,
Велик огонь твоей Любви.

(источник — «Известия» 10.03.1991 г.,
автор статьи — Ю. Коваленко, соб. корр. «Известий» в Париже)

Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Добавить комментарий

;-) :| :x :twisted: :smile: :shock: :sad: :roll: :razz: :oops: :o :mrgreen: :lol: :idea: :grin: :evil: :cry: :cool: :arrow: :???: :?: :!: