Вывескам — В

«Вывескам» Владимир Маяковский

Читайте железные книги!
Под флейту золоченой буквы
полезут копченые сиги
и золотокудрые брюквы.

А если веселостью песьей
закружат созвездия «Магги»-
бюро похоронныех процессий
свои проведут саркофаги.

Когда же, хмур и плачевен,
загасит фонарные знаки,
влюбляйтесь под небом харчевен
в фаянсовых чайников маки!

Анализ стихотворения Маяковского «Вывескам»

В 1913 году свет увидел сборник «Требник троих», состоящий из стихотворений и рисунков. В него были включены произведения Маяковского, Хлебникова, братьев Бурлюков. Владимир Владимирович отдал для книги пятнадцать текстов. Среди них – стихотворение «Вывескам». Изначально оно было напечатано без названия и в сопровождении иллюстрации, сделанной одним из крупнейших представителей русского авангарда Татлиным. Анализируемое произведение относится к урбанистической лирике Маяковского, которая играла важнейшую роль на первых этапах его творчества. Согласно воспоминаниям Давида Бурлюка, Владимир Владимирович интересовался городскими натюрмортами. Как губка впитывал он все то, что происходило на улицах и бульварах, запечатлевал в своей «безмерной памяти», чтобы впоследствии воспроизвести на бумаге.

Город в «Вывескам» Маяковского представлен не таким мрачным местом, как у Блока или Брюсова, не такой колыбелью страданий простых граждан, как у Некрасова, не таким рассадником пьянства и разврата, как у Есенина. Скорее, Владимир Владимирович передает восприятие его, свойственное провинциалам, причем выражено это не напрямую, а спрятано между строк. Вообще практически вся поэзия Маяковского – громкая, декларативная, напористая – кажется именно городской. Ее рождение сложно представить в условиях тихой российской деревни, где правят бал вековые устои и патриархальные традиции.

В стихотворении «Вывескам» Маяковский при помощи ярких нетривиальных образов описывает обычную улицу, каких немало во всем мире. Как видно уже из названия, в центре внимания поэта оказываются вывески. Владимир Владимирович упоминает рекламу продукта, широко известного и в наше время. Речь идет о бульонных кубиках, изобретенных швейцарским предпринимателем и кулинаром Юлиусом Магги в конце девятнадцатого столетия. Для их популяризации была развернута невероятная рекламная кампания, которая не могла не попасть в поле зрения Маяковского. Кстати, кубик «Магги» упоминается и в творчестве другого известно поэта Серебряного века – Николая Гумилева. О продукте предприимчивого швейцарца говорится в стихотворении «Экваториальный лес», написанном в 1918 году.

В первой строке анализируемого текста лирический герой призывает читать железные вывески. В некотором смысле призыв этот связан с дальнейшей деятельностью Маяковского, конкретнее – с рекламой, у истоков которой в СССР стоял поэт.

Маяковский и Евпатория

Владимир Владимирович Маяковский и его ранние дореволюционные произведения. Крымские стихи Маяковского периода гражданской войны. Публичные выступления во время поездок. Маяковский и Советский Крым. Выступления перед больными в санаториях Евпатории.

Рубрика Литература
Вид курсовая работа
Язык русский
Дата добавления 16.11.2008
Размер файла 56,6 K

Отправить свою хорошую работу в базу знаний просто. Используйте форму, расположенную ниже

Студенты, аспиранты, молодые ученые, использующие базу знаний в своей учебе и работе, будут вам очень благодарны.

Проникнутый с юношеских лет чувством глубокой ненависти к миру угнетателей и эксплуататоров, отразивший свои революционные взгляды уже в ранних дореволюционных произведениях —„Облако в штанах», „Война и мир» и др., — Маяковский с первого же дня Великой Октябрьской социалистической революции становится ее мужественным солдатом. « ‘Матросы и красногвардейцы шли на штурм Зимнего дворца, распевая частушку Маяковского: „Ешь ананасы, рябчиков жуй, день твой последний приходит, буржуй!”

В 1919 году Маяковский начинает работать в РОСТА (Российское телеграфное агентство). Это яркая страница в жизни и творчестве Владимира Владимировича. Наряду с созданием многих стихотворений, поэм и пьес, он вместе с коллективом работников делал „Окна сатиры РОСТА», которые представляли собой агитационные плакаты с подписями к ним.

На первых порах „Окна РОСТА» вывешивались в витринах магазинов и на вокзалах, в агитационных пунктах и в других местах, где собирался народ. С приходом Маяковского в РОСТА „Окна» получили большую политическую, агитационную и художественную целеустремленность.

Сам Маяковский об этом периоде своей деятельности вспоминал так:

„Первые окна сатиры делались в одном экземпляре и вывешивались в немедленно обступаемых народом витринах и окнах пустующих магазинов, дальнейшие размножались трафаретом, иногда до ста—ста пятидесяти экземпляров, расходившихся по окнам агитпунктов. Диапазон тем огромен: агитация за Коминтерн и за сбор грибов для голодающих, борьба с Врангелем и с тифозной вошью, плакаты о сохранении старых газет и об электрификации. Плакатов не менее трех тысяч двухсот. Подписей — второе собрание сочинений».

Стихи Маяковского гремели над страною в грозные годы гражданской войны:

„Шумел Колчак, что пароход. Шалишь, верховный. Задний ход.»

„Японцы, всуе белых учите,— ярмо микадо нам не всучите.»

„Мчит Пилсудский, пыль столбом, звон идет от мар-ша. Разобьется глупым лбом об коммуну маршал.»

Десятки и сотни подобных двустиший и четверостиший, метких острот, призывных, проникнутых революционным пафосом, рифмованных лозунгов, будили, ободряли, вселяли уверенность в победе.

Крымская тематика вступает в творчество В. В. Маяковского с 1920 года.

. Разгар гражданской войны. Иностранные захватчики и белобандиты ведут ожесточенную борьбу против Советской республики. Вслед за разгромленными Деникиным и Юденичем поднимается Врангель, собравший остатки деникинских войск. На западе по приказу Антанты бросила свои силы на Советскую страну Польша.

Маяковский направляет свое оружие против нового врага—Врангеля, окопавшегося в Крыму и начавшего оттуда наступление.

Добить Врангеля! Врангель еще жив, добей его без пощады!— такова партийная директива, которая внедрялась в сознание миллионов и которой служило поэтическое слово Маяковского.

Широко популярный в народе рассказ о том, „Как кума про Врангеля толковала без всякого ума»,— только частица написанного в те дни Мая-ковским на тему борьбы с белогвардейщиной. Вот краткий перечень названий этих стихов: „Кажется, небольшая вещь камень», „Праздновать— способы разные, как мы праздник отпразднуем», „Врангель, «Врангель, где ты был?», „Антанта признавала», „Крестьянин, так встречай Врангеля!», „Была у Врангеля добрая тетя», „Третья», „У Врангеля—буржуя все в распоряжении», „Ты не пошел на фронт бить барона?» „Последняя страничка гражданской войны» и многие, многие другие.

В большинстве случаев каждая из этих работ связывалась с агитационными плакатами.

Крымские стихи Маяковского периода гражданской войны обращены не только к фронту, но и к врангелевскому тылу, где вновь на шее трудящихся уселись заводчики, помещики и кулаки.

О крымских стихах и плакатах Маяковского, многие из которых делались с „телеграфной, пулеметной быстротой», можно сказать словами самого поэта: „Это не только стихи. это — прото-кольная запись труднейшего трехлетия революционной борьбы, переданная пятнами красок и звоном лозунгов».

„Грозный смех» Маяковского разил врагов рево-люции, его стихи вдохновляли красноармейцев на * фронте, бодрили уставших, клеймили трусов и маловеров. Его слово гремело не только над Советской республикой, оно перекатывалось через линию фронта и снарядом врывалось во вражеский стан.

Белогвардейская крымская печать злобно шипела на Маяковского, как на поэта революции. Ялтинский „Южный курьер» в № 82 за 31 августа 1920 года, в связи с выступлениями в Ялте реакционного поэта С. Клычкова, писал, снисходительно похлопывая по плечу Есенина и Клюева: „Утверждение С. Клычкова, будто Клюев и Есенин — не барды советского строя и Октябрьской революции, вряд ли можно оспаривать, ибо до Маяковского в этом смысле поэты-крестьяне не допрыгнули».

После гражданской войны В. В. Маяковский не раз возвращается к теме борьбы за освобождение Крыма. Это, прежде всего, многие страницы поэмы „Хорошо!»,- написанной в 1927 году к десятилетию Октября.

Героическая борьба за освобождение Крыма нашла яркое отражение в творчестве великого поэта социалистической революции, поэта, „революцией мобилизованного и призванного» для борьбы за радостное настоящее и еще более светлое будущее советского народа.

В многообразной творческой работе Маяковского большое место занимали его поездки по Советскому Союзу и за границу. Поездки эти были подлинными творческими командировками поэта. — Мне необходимо ездить,— говорил он,—общение с живыми вещами почти заменяет мне чтение книг. („Мое открытие Америки»).

Друг Владимира Владимировича» поэт орденоносец Николай Асеев вспоминает: „Особенность дарования Маяковского и, быть может, один из коренных признаков массовости его творчества состояли в том, что ему не только не мешали, а, наоборот, помогали, являлись необходимыми и неотъемлемыми от работы — шум окружавшей его жизни, уличное движение, вся пестрота впечатлений, которые не оставались посторонними процессу его творчества».

В многочисленных поездках Маяковский собирал массу разнородного материала, еще в большей степени окунался в ту „пестроту впечатлений», которая была так необходима для его творчества. Разъезжая, сталкиваясь с людьми и общественными явлениями, он осязал и перерабатывал в стих многое из того, что до тех пор было ему известно, зачастую лишь по наслышке.

„Отбившись, мы ездим по странам по всем»,— заявляет Маяковский в одном из стихотворений 1928 года. Об этом же — в „Разговоре с фининспек-тором»:

в холода и в зной.

в авансы и в займы я.

учтите билет проездной!

езда в незнаемое.

Громадное значение придавал Владимир Владимирович своим публичным выступлениям во время поездок. Постоянное общение с многотысячной аудиторией отличало в нем подлинного поэтического трибуна революции.

….Продолжаю прерванную традицию трубадуров и менестрелей. Езжу по городам и читаю. Новочеркасск, Винница, Харьков, Париж, Ростов, Тиф-лис, Берлин, Казань, Свердловск, Тула, Прага, Ленинград, Москва, Воронеж, Ялта, Евпатория, Вятка, и т. д., и т. д., и т. д.

В этом беглом перечне городов мы встречаем и крымские города — Ялту, Евпаторию. Путешествовать начал Маяковский с первых лет своей поэтической деятельности. Крым он посетил впервые в декабре 1913 года, во время „турнэ футуристов» по России. В поездке этой участвовали Владимир Маяковский, Давид Бурлюк, Василий Каменский. В Крыму Маяковский и его друзья выступали тогда в Симферополе, в Керчи и Севастополе. В творчестве Маяковского эта первая поездка в Крым следа не оставила.

В Советский Крым Владимир Владимирович приехал первый раз в 1924 году, а в 1926—1929 гг. бывал здесь каждое лето. Поездки в Крым Владимир Владимирович предпринимал, главным образом, ради отдыха, но отдых этот бывал весьма относительным. „Маяковский, выезжая отдыхать на юг, менял там свой режим—подолгу лежал на солнце, вел размеренную жизнь, но для головы, для мозга он режима не менял. Он продолжал работать, продолжал обдумывать свои новые произведения. И даже нередко выступал перед публикой с чтением своих стихов. Это был, конечно, не отдых»,— пишет М. Зощенко.

Приезжая в Крым, Маяковский живо интересовался жизнью нашей республики, знакомился с местными литераторами и журналистами. Между прочим, одно из стихотворений Маяковского о загранице, написанное в результате поездки в Америку в 1925 году, а именно „Тропики», было впервые опубликовано в газете „Красный Крым».

Проездом, например, через Симферополь Владимир Владимирович посещал редакцию „ Красного Крыма», беседовал с редакционными работниками, делился с начинающими литераторами своим писательским опытом, давал советы. То же бывало и в других городах Крыма.

Пишущему эти строки известно много случаев, да крымские литераторы обращались к Владимиру Владимировичу и получали от него ценнейшие указания и критические замечания.

В результате крымских поездок Маяковского среди его произведений начали время от времени появляться и стихи на крымские темы. Непосредственно посвящены Крыму следующие произведения: „Севастополь — Ялта», „Ялта — Севастополь», „Чудеса», „Крым» („И глупо звать его „Красная Ницца» ..), „Крым» („Хожу, гляжу. «) ,,Земля наша обильна», „Польза землетрясений», „Евпатория», „Канцелярские привычки», „Небесный чердак».

В других стихах крымская тематика затрагивается частично, в связи с какой-либо другой основной темой. К числу этих стихов относятся ,,Еврей», „Славянский вопрос-то решается просто» и другие.

Кроме того, следует иметь в виду и те произведения, которые хотя и не имеют прямого отноше-ния к крымской тематике, но в Крыму создавались или заканчивались поэтом.

В 1924 году Маяковский, будучи в Крыму, продолжал работу над поэмой „Владимир Ильич Ленин». Последние разделы поэмы „Хорошо!», ее заключительные главы были написаны им летом 1927 года в Крыму и из Ялты были отправлены в Госиздат. Из двух разделов, которыми заканчивается поэма, последний—„Я земной шар чуть не весь обошел»— был написан в Ялте; здесь же Маяковский и выступил впервые с его чтением.

Во время одного из приездов в Ялту Маяковский написал известное стихотворение „Товарищу Нетте—пароходу и человеку». Посвящено оно па-мяти советского дипкурьера Теодора Нетте, убитого белобандитами за границей. Именем Нетте назван один из пароходов Черноморского флота. Стихотворение написано под свежим впечатлением встречи с пароходом „Нетте» в Одесском порту, откуда Маяковский направился в Крым. Стихотворение „Товарищу Нетте — пароходу и человеку» — ярчайший образец публицистической лирики.

Перейдем теперь к стихам, написанным непосред-ственно на крымские темы. Как и во всем творчестве поэта, мы видим в них органическую слитность лирики с публицистикой, пример лирики обще-ственной.

Лирически воспринимает поэт пейзажи, цветы, горы, море, все богатства крымской природы.

Новости проекта «Культура»

Добавлена страница об известном евпаторийце — Борисе Завальнюке

Приглашаю к сотрудничеству евпаторийских поэтов, прозаиков, художников. Пишите

Владимир Маяковский в Евпатории

Первое знакомство с Крымом у В.В. Маяковского состоялось в 1913 году, когда он вместе с другими футуристами, в том числе Игорем Северяниным, совершил турне по Крыму с чтением стихов и лекций. Одиннадцать лет спустя Маяковский снова в Крыму. Жизнь его в этот приезд, так же как и в последующие меньше всего напоминала отдых. В «Я сам», в главе «1926-й год», поэт напишет: «Вторая работа – продолжаю прерванную традицию трубадуров и менестрелей. Езжу по городам и читаю: Новочеркасск. Париж, Ростов. Ялта, Евпатория… и т.д., и т.д.».

Многочисленные выступления; работа над поэмами «Хорошо», «Владимир Ильич Ленин»; создание сценариев «Дети», «Слон и спичка» для Ялтинской кинофабрики и, конечно же, новые стихи.
Для любого евпаторийца главным стихотворением В.В. Маяковского конечно же является «Евпатория», последнее четверостишье которого актуально как тогда, так и теперь.

Чуть вздыхает волна,
и, вторя ей,
Ветерок
над Евпаторией.

Ветерки эти самые
рыскают,
Гладят
щеку евпаторийскую.

Ляжем
пляжем
в песочке рыться мы
бронзовыми
евпаторийцами.

Скрип уключин,
всплески
и крики —
развлекаются
евпаторийки.

В дым черны,
в тюбетейках ярких
караимы —
евпаторьяки.

И, сравнясь,
загорают рьяней
москвичи —
евпаторьяне.

Всюду розы
на ножках тонких.
Радуются
евпаторёнки.

Все болезни
выжмут
горячие
грязи
евпаторячьи.

Пуд за лето
с любого толстого
соскребет
евпаторство.

Очень жаль мне
тех, которые
не бывали
в Евпатории.

Сопровождавший поэта Павел Лавут так рассказывал на страницах евпаторийской городской газеты об одном из выступлении В.В.Маяковского:
«Евпатория, клуб «Первое Мая». Открытая площадка заполнена целиком. Обладателям входных билетов некуда втиснуться. Курортники настроены шумно и весело. Маяковский в ударе: «Евпатория — это вещь!».

Па следующий день он выступал в санатории «Таласса» для костнотуберкулезных. Эстрадой служила терраса главного корпуса. Перед ней расположились больные.

Тяжелобольных вынесли на кроватях. Других вывели под руки и уложили на шезлонгах. Собрался весь медицинский персонал. Всего — человек 300.

Во втором диске песен о Евпатории на стихотворение В. Маяковского «Евпатория» есть прекрасная музыкальная композиция.

В 1927 году на экраны вышел пропагандистский фильм «Евреи на земле». Одним из сценаристов фильма был Владимир Маяковский. Часть съемок фильма проходила в Евпатории и в Евпаторийском районе.

Маяковский и Евпатория

Проникнутый с юношеских лет чувством глубокой ненависти к миру угнетателей и эксплуататоров, отразивший свои революционные взгляды уже в ранних дореволюционных произведениях —„Облако в штанах&quo ;, „Война и мир&quo ; и др., — Маяковский с первого же дня Великой Октябрьской социалистической революции становится ее мужественным солдатом. « ‘Матросы и красногвардейцы шли на штурм Зимнего дворца, распевая частушку Маяковского: „Ешь ананасы, рябчиков жуй, день твой последний приходит, буржуй!” В 1919 году Маяковский начинает работать в РОСТА (Российское телеграфное агентство). Это яркая страница в жизни и творчестве Владимира Владимировича. Наряду с созданием многих стихотворений, поэм и пьес, он вместе с коллективом работников делал „Окна сатиры РОСТА&quo ;, которые представляли собой агитационные плакаты с подписями к ним. На первых порах „Окна РОСТА&quo ; вывешивались в витринах магазинов и на вокзалах, в агитационных пунктах и в других местах, где собирался народ. С приходом Маяковского в РОСТА „Окна&quo ; получили большую политическую, агитационную и художественную целеустремленность. Сам Маяковский об этом периоде своей деятельности вспоминал так: „Первые окна сатиры делались в одном экземпляре и вывешивались в немедленно обступаемых народом витринах и окнах пустующих магазинов, дальнейшие размножались трафаретом, иногда до ста—ста пятидесяти экземпляров, расходившихся по окнам агитпунктов. Диапазон тем огромен: агитация за Коминтерн и за сбор грибов для голодающих, борьба с Врангелем и с тифозной вошью, плакаты о сохранении старых газет и об электрификации. Плакатов не менее трех тысяч двухсот. Подписей — второе собрание сочинений&quo ;. Стихи Маяковского гремели над страною в грозные годы гражданской войны: „Шумел Колчак, что пароход. Шалишь, верховный. Задний ход.&quo ; „Японцы, всуе белых учите,— ярмо микадо нам не всучите.&quo ; „Мчит Пилсудский, пыль столбом, звон идет от мар­ша. Разобьется глупым лбом об коммуну маршал.&quo ; Десятки и сотни подобных двустиший и четверостиший, метких острот, призывных, проникнутых революционным пафосом, рифмованных лозунгов, будили, ободряли, вселяли уверенность в победе. Крымская тематика вступает в творчество В. В. Маяковского с 1920 года. .Разгар гражданской войны. Иностранные захватчики и белобандиты ведут ожесточенную борьбу против Советской республики. Вслед за разгромленными Деникиным и Юденичем поднимается Врангель, собравший остатки деникинских войск. На западе по приказу Антанты бросила свои силы на Советскую страну Польша. Маяковский направляет свое оружие против нового врага—Врангеля, окопавшегося в Крыму и начавшего оттуда наступление. Добить Врангеля! Врангель еще жив, добей его без пощады!— такова партийная директива, которая внедрялась в сознание миллионов и которой служило поэтическое слово Маяковского. Широко популярный в народе рассказ о том, „Как кума про Врангеля толковала без всякого ума&quo ;,— только частица написанного в те дни Мая­ковским на тему борьбы с белогвардейщиной. Вот краткий перечень названий этих стихов: „Кажется, небольшая вещь камень&quo ;, „Праздновать— способы разные, как мы праздник отпразднуем&quo ;, „Врангель, «Врангель, где ты был?&quo ;, „Антанта признавала&quo ;, „Крестьянин, так встречай Врангеля!&quo ;, „Была у Врангеля добрая тетя&quo ;, „Третья&quo ;, „У Врангеля—буржуя все в распоряжении&quo ;, „Ты не пошел на фронт бить барона?&quo ; „Последняя страничка гражданской войны&quo ; и многие, многие другие.

В большинстве случаев каждая из этих работ связывалась с агитационными плакатами. Крымские стихи Маяковского периода гражданской войны обращены не только к фронту, но и к врангелевскому тылу, где вновь на шее трудящихся уселись заводчики, помещики и кулаки. О крымских стихах и плакатах Маяковского, многие из которых делались с „телеграфной, пулеметной быстротой&quo ;, можно сказать словами самого поэта: „Это не только стихи. это — прото­кольная запись труднейшего трехлетия революционной борьбы, переданная пятнами красок и звоном лозунгов&quo ;. „Грозный смех&quo ; Маяковского разил врагов рево­люции, его стихи вдохновляли красноармейцев на фронте, бодрили уставших, клеймили трусов и маловеров. Его слово гремело не только над Советской республикой, оно перекатывалось через линию фронта и снарядом врывалось во вражеский стан. Белогвардейская крымская печать злобно шипела на Маяковского, как на поэта революции. Ялтинский „Южный курьер&quo ; в № 82 за 31 августа 1920 года, в связи с выступлениями в Ялте реакционного поэта С. Клычкова, писал, снисходительно похлопывая по плечу Есенина и Клюева: „Утверждение С. Клычкова, будто Клюев и Есенин — не барды советского строя и Октябрьской революции, вряд ли можно оспаривать, ибо до Маяковского в этом смысле поэты-крестьяне не допрыгнули&quo ;. После гражданской войны В. В. Маяковский не раз возвращается к теме борьбы за освобождение Крыма. Это, прежде всего, многие страницы поэмы „Хорошо!&quo ;,- написанной в 1927 году к десятилетию Октября. Героическая борьба за освобождение Крыма нашла яркое отражение в творчестве великого поэта социалистической революции, поэта, „революцией мобилизованного и призванного&quo ; для борьбы за радостное настоящее и еще более светлое будущее советского народа. В многообразной творческой работе Маяковского большое место занимали его поездки по Советскому Союзу и за границу. Поездки эти были подлинными творческими командировками поэта. — Мне необходимо ездить,— говорил он,—общение с живыми вещами почти заменяет мне чтение книг. („Мое открытие Америки&quo ;). Друг Владимира Владимировича&quo ; поэт орденоносец Николай Асеев вспоминает: „Особенность дарования Маяковского и, быть может, один из коренных признаков массовости его творчества состояли в том, что ему не только не мешали, а, наоборот, помогали, являлись необходимыми и неотъемлемыми от работы — шум окружавшей его жизни, уличное движение, вся пестрота впечатлений, которые не оставались посторонними процессу его творчества&quo ;. В многочисленных поездках Маяковский собирал массу разнородного материала, еще в большей степени окунался в ту „пестроту впечатлений&quo ;, которая была так необходима для его творчества. Разъезжая, сталкиваясь с людьми и общественными явлениями, он осязал и перерабатывал в стих многое из того, что до тех пор было ему известно, зачастую лишь по наслышке. „Отбившись, мы ездим по странам по всем&quo ;,— заявляет Маяковский в одном из стихотворений 1928 года. Об этом же — в „Разговоре с фининспек­тором&quo ;: И тянет меня в холода и в зной.

Бросаюсь, опутан в авансы и в займы я. Гражданин, учтите билет проездной! — Поэзия — вся!— езда в незнаемое. Громадное значение придавал Владимир Владимирович своим публичным выступлениям во время поездок. Постоянное общение с многотысячной аудиторией отличало в нем подлинного поэтического трибуна революции. .Продолжаю прерванную традицию трубадуров и менестрелей. Езжу по городам и читаю. Новочеркасск, Винница, Харьков, Париж, Ростов, Тиф­лис, Берлин, Казань, Свердловск, Тула, Прага, Ленинград, Москва, Воронеж, Ялта, Евпатория, Вятка, и т. д., и т. д., и т. д. В этом беглом перечне городов мы встречаем и крымские города — Ялту, Евпаторию. Путешествовать начал Маяковский с первых лет своей поэтической деятельности. Крым он посетил впервые в декабре 1913 года, во время „турнэ футуристов&quo ; по России. В поездке этой участвовали Владимир Маяковский, Давид Бурлюк, Василий Каменский. В Крыму Маяковский и его друзья выступали тогда в Симферополе, в Керчи и Севастополе. В творчестве Маяковского эта первая поездка в Крым следа не оставила. В Советский Крым Владимир Владимирович приехал первый раз в 1924 году, а в 1926—1929 гг. бывал здесь каждое лето. Поездки в Крым Владимир Владимирович предпринимал, главным образом, ради отдыха, но отдых этот бывал весьма относительным. „Маяковский, выезжая отдыхать на юг, менял там свой режим—подолгу лежал на солнце, вел размеренную жизнь, но для головы, для мозга он режима не менял. Он продолжал работать, продолжал обдумывать свои новые произведения. И даже нередко выступал перед публикой с чтением своих стихов. Это был, конечно, не отдых&quo ;,— пишет М. Зощенко. Приезжая в Крым, Маяковский живо интересовался жизнью нашей республики, знакомился с местными литераторами и журналистами. Между прочим, одно из стихотворений Маяковского о загранице, написанное в результате поездки в Америку в 1925 году, а именно „Тропики&quo ;, было впервые опубликовано в газете „Красный Крым&quo ;. Проездом, например, через Симферополь Владимир Владимирович посещал редакцию „ Красного Крыма&quo ;, беседовал с редакционными работниками, делился с начинающими литераторами своим писательским опытом, давал советы. То же бывало и в других городах Крыма. Пишущему эти строки известно много случаев, да крымские литераторы обращались к Владимиру Владимировичу и получали от него ценнейшие указания и критические замечания. В результате крымских поездок Маяковского среди его произведений начали время от времени появляться и стихи на крымские темы. Непосредственно посвящены Крыму следующие произведения: „Севастополь — Ялта&quo ;, „Ялта — Севастополь&quo ;, „Чудеса&quo ;, „Крым&quo ; („И глупо звать его „Красная Ницца&quo ; .), „Крым&quo ; („Хожу, гляжу.&quo ;) ,Земля наша обильна&quo ;, „Польза землетрясений&quo ;, „Евпатория&quo ;, „Канцелярские привычки&quo ;, „Небесный чердак&quo ;. В других стихах крымская тематика затрагивается частично, в связи с какой-либо другой основной темой. К числу этих стихов относятся ,Еврей&quo ;, „Славянский вопрос-то решается просто&quo ; и другие.

Вся эта хозяйственная работа проводилась наряду с огромной массово-политической работой. За дни боев было восемь политических занятий, шесть женских собраний, несколько докладов и бесед на политические темы. Таковы боевые будни замечательных подруг наших командиров. Д. Левантовский, Комиссар Краснознаменного ансамбля красноармейской тесни и пляски С песней на фронте «Где торжествует Ленинское слово, Несокрушим красноармейский штык. » (Из песни о военном комиссаре) «И песня, и стих — это бомба и знамя, и голос певца подымает класс, а тот, кто сегодня поет не с нами, тот против нас». (Маяковский) Наглая провокация японских самураев в районе озера Хасан застала нас на обратном пути в Москву, куда мыз возвращались после пятимесячной поездки по Дальнему Востоку. Нечего и говорить, что мы не могли в эти дни оставить своих дальневосточных друзей. Мы обратились с просьбой к народному комиссару обороны товарищу Ворошилову и начальнику Политуправления РККЛ тов. Мехлису направить нас в район боев. Наша просьба была удовлетворена. * * * Мыс Посьет — на берегу моря

Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Добавить комментарий

;-) :| :x :twisted: :smile: :shock: :sad: :roll: :razz: :oops: :o :mrgreen: :lol: :idea: :grin: :evil: :cry: :cool: :arrow: :???: :?: :!: