Мастерство художественных деталей в рассказах Чехова

Мастерство художественных деталей в рассказах Чехова

После смерти Чехова Л.Н. Толстой сказал: «Достоинство его творчества то, что оно понятно и сродно не только всякому русскому, но и всякому человеку вообще. А это главное». Действительно, предметом исследования Чехова (так же как и Толстого и Достоевского) стал внутренний мир человека. Но художественные методы, художественные приемы, которые использовали в своем творчестве писатели, различны. Чехов по праву считается мастером короткого рассказа, новеллыминиатюры.

За долгие годы работы в юмористических журналах Чехов поневоле отточил мастерство рассказчика, научился в небольшой объем втискивать максимум содержания. В маленьком рассказе невозможны пространные описания, внутренние монологи, поэтому и выступает на первый план художественная деталь. Именно детали несут у Чехова огромную смысловую нагрузку.Давайте посмотрим, как буквально одна фраза может сказать все о человеке.

Вспомним маленький юмористический рассказ «Смерть чиновника», главный герой которого многими своими чертами напоминает нам Акакия Акакиевича Башмачкина. В театре, случайно чихнув, чиновник Червяков обрызгал лысину генерала Бризжалова. Это обстоятельство так поразило Червякова, что он постоянно ходит извиняется перед Бризжаловым. Бризжалов, человек не злой, сначала благосклонно принимает извинения Червякова, но в конце, доведенный до исступления его назойливостью, выгоняет его вон. Червяков, не понимая, почему Бризжалов так раздражен, думает, что его карьере конец, приходит домой и умирает. В последней фразе дано практически объяснение всему: «Прийдя машинально домой, не снимая вицмундира, он лег на диван и. помер». Герой умирает, не сняв вицмундира, эта чиновничья униформа как будто приросла к нему. Страх перед вышестоящим чином убил человека.

Анна Сергеевна, героиня рассказа «Дама с собачкой», приехала в Ялту, не в состоянии более переносить обстановку своего дома и общество мужа, которого она не любила и не уважала. В определенном смысле она была подготовлена к роману с Гуровым, которого воспринимала как человека из другой, лучшей жизни. Символом того душного мира, откуда она пытается бежать, в рассказе является лорнетка: перед тем, как полюбить Гурова, Анна Сергеевна теряет ее, и это начало попытки «бегства». Позже, в театре города С., Гуров увидел ее вновь с «вульгарной лорнеткой» в руках — попытка «бегства» не удалась. Беликов, «человек в футляре», в противоположность Анне Сергеевне не пытается как-то изменить течение своей жизни, разнообразить ее, потому что в любом многообразии, в разрешении себе чего-то нового скрывала для него жизнь неопределенность и вызывала непреодолимое стремление окружить себя «оболочкой», «футляром», чтобы защититься. Отсюда и чехлы и футлярчики, в которые были упакованы все его вещи. Беликов всю жизнь чего-то опасался, его пугала сама жизнь, потому-то после смерти его лицо приняло простое, приятное, даже веселое выражение: он попал в футляр, из которого не надо никогда выходить.

В рассказе «Душечка» Чехов, описывая жизнь Оленьки Племянниковой,в нескольким местах повторяет, что жила она хорошо и счастливо. Эта деталь наводит на мысль, что на самом деле жизнь «душечки» не казалась автору столь уж достойной восхищения и подражания. «Душечка» не имеет ни собственных желаний, ни мыслей. В последней части рассказа, повествующей об отношении «душечки» к Саше, сыну ветеринара, Чехов уже не пишет, что жила она хорошо и счастливо, имея, может быть, в виду то, что наконец его нашла?

Оленька Племянникова в чем-то схожа с Ольгой Ивановной, героиней рассказа «Попрыгунья». У Ольги Ивановны та же зависимость от чужого мнения. Но если «душечка» не была чересчур привередлива в своих знакомствах, то для Ольги Ивановны ценность представляли только знаменитости и прочие необыкновенные люди, к которым она причисляла и себя.

В больших произведениях Чехова, как и в рассказах, нет ни одной «лишней» детали. Например, в пьесе «Три сестры» Наташа впервые появляется на сцене в розовом платье с зеленым пояском — деталь, говорящая о полном отсутствии вкуса, говорит о душевных качествах героини больше, чем развернутая характеристика. Чехов считает, что если в пьесе в первом действии на сцене висит ружье, то в конце оно должно обязательно выстрелить.

Так, использование детали важно и в «Вишневом саде». Вспомним «многоуважаемый шкаф», звук лопнувшей струны как раз перед продажей вишневого сада, стук топоров в конце пьесы.

Все они несут обязательную смысловую нагрузку и важны для раскрытия как характеров персонажей, так и для самого действия пьесы.К концу подходит XX век. Человечество готовится встретить третье тысячелетие. Но Чехов остается для нас одним из самых бесспорных художественных и моральных авторитетов.

купить мбор 5ф и другую огнезащиту от ООО «КРОСТ», в том числе маты прошивные базальтовые, огнезащитную краску. Полный ассортимент огнезащитных материалов.

Сочинение на тему: Чем люди живы?

Вопрос, который вынесен в заголовок этого сочинения, взят из рассказа Л.Н.Толстого. Вопрос этот, пожалуй, актуален во все времена. Особенно в переломные, кризисные эпохи. Когда некоторые пытаются говорить о каком-то «золотом веке» русской истории, они просто не знают эту историю как следует.

Всегда в России всё было относительно – относительно людей, политики, внешних и внутренних отношений. И вообще всё зависит от внутренней установки каждого человека: если ты стоишь за добро, хочешь нести людям спокойствие и свет – значит, вокруг тебя в

Чем живы люди сегодня? Общество расслоено на богатых и бедных. Полноценный средний класс отсутствует. Это накладывает отпечаток на всю нацию, на весь народ. Но даже в этой, не вполне нормальной ситуации, всегда находятся те, кто доволен свои нехитрым уделом, кто стремится жить, а не выживать.

Например, те, кто обретается в провинции. Это очень специфическая среда: отношения между людьми пока еще добрее и сердечнее, тяга земли сильнее, а дыхание прогресса ощущается гораздо слабее, чем в столицах и центрах. Здесь люди заняты личным

Общение может показаться примитивным: все друг друга знают, встречаются часто, по несколько раз на дню. Еще бывают застолья по случаю каких-нибудь праздников или даже без них, когда собравшиеся за столом поют хором старые советские или русские народные песни. Вот этим и живы люди – памятью души и сердца, заботой о ближних, неискоренимым оптимизмом.

Что касается богатых, их жизнь, вроде бы, разнообразнее, но на поверку гораздо скучнее. Денег, как говорится, куры не клюют, на всё хватает, дом – полная чаша. А счастья – простого, человеческого – как не было, так и нет. И все развлечения и поездки – лишь способ разогнать тоску одиночества. А когда не удается – начинается обычное бытовое пьянство, а за ним деградация личности.

Представителям среднего класса есть, что терять. Они всего в жизни добились почти исключительно сами, не прогибаясь и не кланяясь. Поэтому дорожат тем, что имеют и расставаться не собираются. Живут, в основном, от зарплаты до зарплаты, но если зададутся целью, то могут скопить капитал в течение года на заграничную поездку. А так – преимущественно работа и дом. Катастрофически не хватает времени на самообразование, на то, чтобы прочесть давно отложенные книги.

Подростки и молодежь чаще всего предоставлены сами себе. Родители слабо представляют, чем живет и дышит их чадо. Хорошо, если рядом оказывается старший наставник, способный зажечь и увлечь – велопоходами, например или спортом вообще. Тогда ребята не будут прожигать время зря. Но в большинстве своем подрастающее поколение учится через пень-колоду – потому, что это надо родителям, приобщается к вредным привычкам, четких моральных принципов не имеет.

Интереснее всего живут люди творческих профессий. Для того, кто занят собственным творчеством, не важно, что происходит вокруг. Сначала он «варится в собственном соку», потом выходит к людям. И если есть отклик, возникает диалог – значит, человек талантлив, ему есть, что сказать окружающим, оставить частицу себя в этом мире.

Человек так устроен, что никогда не будет доволен тем, что уже имеет. Потому что иначе – духовная смерть гораздо раньше физической, как в известном рассказе Чехова «Ионыч». Пока мы живы – мы беспокоимся, радуемся, огорчаемся. Всегда находится то, что заставляет нас проявлять активность.

Русская провинция в изображении Чехова срочно надо сочинение

В ГОДЫ политической реакции, наступившей после поражения революции 1905—1907 годов, революционным силам пришлось временно отступить, с тем чтобы начать подготовку к следующему этапу борьбы. Русские марксисты во главе с В. И. Лениным видели в революции 1905—1907 годов репетицию грядущей Великой пролетарской революции и неустанно готовили ее. Демократическая интеллигенция в целом также не смирилась с торжеством реакции. Однако расправа с революционным движением и революционной мыслью, запрет на распространение прогрессивных идей создали благоприятную почву для антиобщественных учений в философии, для моды на мистицизм, для возникновения искусства, избравшего предметом рассмотрения разложение, упадок, смерть. Писатели-реалисты, демократы, и прежде всего М. Горький, активно боролись против этих тенденций в искусстве — как своим творчеством, так и открытыми публицистическими выступлениями.
Важную роль сыграла в предреволюционные годы литературно-критическая деятельность А. В. Луначарского. В ряде работ Луначарский развивал ленинские идеи о партийности литературы и искусства, о плодотворности тесной связи художника с революционным движением.
А В. Луначарский никогда не воспринимал театр и театральную критику как нечто побочное, второстепенное по отношению к революционной борьбе. Напротив, Луначарский всегда был убежден, что в «критике должен жить теоретик-марксист во всей строго научной объективности и вместе с тем настоящий темпераментный боец».
Реалистические позиции в театральном творчество отстаивали также передовые театральные критики — А. Кугель, Н. Эфрос, Л. Гуревич. Хотя надо отметить, что противоречия времени после поражения революции 1905—1907 годов сказались в их работах, как и в ряде работ А. В. Луначарского (в концепцию социалистического искусства будущего, построенную Луначарским, проникли элементы «богоискательства», «богостроительства»).
Основой для творчества многих художников в литературе, живописи, театре оставалась эстетика символизма, развитие которой продолжалось в эти кризисные для буржуазного искусства межреволюционные годы, особенно в первое их пятилетие.
Однако в собственно сценическом искусстве символизм не имел столь широкого распространения, какое он нашел в русской поэзии, и в частности в поэтической драме конца XIX — начала XX века. Самым значительным его проявлением в театре так и остались опыты. В. Э. Мейерхольда в театре В. Ф. Комиссаржевской.
Наиболее отчетливо взгляды символистов на театр выявились в их теоретических манифестах и декларациях. Представители этого течения во многом отталкивались от статьи В. Я. Брюсова «Ненужная правда», опубликованной еще в 1902 году в журнале «Мир искусства». Изображению реальной жизни на сцене Брюсов противопоставлял сценическую условность. В театре, считал он, должна царить «душа художника, его чувствование» ‘.
Один из представителей русского декаданса, поэт Вячеслав Иванов, в своих многочисленных выступлениях развернул теоретическую программу театрального символизма. Многие символисты призывали театр обратиться к религиозным сюжетам, к изображению мистического, таинственного, «потустороннего». В. Иванов предлагал возвратиться к формам античного искусства с его «культом бога Диониса».
В 1908 году в издательстве «Шиповник» вышел сборник «Театр» с подзаголовком «Книга о новом театре». Авторы сборника В. Брюсов, А. Белый, Ф. Сологуб, Г. Чулков пытались обосновать наступление «кризиса театра», доказывали, что реализм изжил себя, призывали к возрождению «чистого искусства». В. Мейерхольд в статье «Театр (к истории и технике)» доказывал, в частности, неизбежность уничтожения рампы, отделяющей актера от зрителя.
Один из теоретиков «нового театра», Н. Н. Евреинов, в работах «Театр как таковой», «Театрализация жизни», «Театр для себя» утверждал, что театр не может быть специальным видом искусства, потому что в человеке с детства заложен биологический инстинкт театральности и вся жизнь человека — непрерывный спектакль, который разыгрывается до самой его смерти. И игры первобытных людей, и церемониал при дворе Людовика XIV, и религиозные обряды христиан, и бытовой ритуал деревенской свадьбы — все это Евреинов считал театром. Теория Евреинова размывала границы театра, отрицала его как вид искусства.
В спорах о театре сказал свое слово и известный литературный критик Ю. И. Айхенвальд, талантливый, но крайне субъективистский литератор эстетского толка. Он утверждал во всех своих книгах и статьях идею «искусства для искусства» и отрицал театр еще более прямолинейно, чем Евреинов. Статья Айхенвальда 1914 года так и называлась — «Отрицание театра». В ней доказывалось, что «театр — ложный и незаконный вид искусства» ‘, и даже вовсе не искусство, ибо он лишен какой-либо художественной самостоятельности, целиком завися от литературы, от драматургии; он является «подделкой жизни».
В годы реакции получили широкое распространение бездумные, чисто развлекательные произведения, рассчитанные на обывательские вкусы. Обильным потоком хлынули на театральную сцену душещипательные мелодрамы, пошлые комедии, непристойные фарсы, отечественные и переводные, преимущественно французские («Вендетта», «Зверь проснулся», «Кровь за кровь», «Смерть в объятиях», «Женщина и паяц» и пр.).
В Петербурге и Москве возникают многочисленные театры «малых форм» (театры миниатюр): Интимный театр, Троицкий театр, Театр Струйского, Литейный театр и т. д. Создаются театры для исполнения «фарсов с раздеваниями»: Фарс Беляева, Фарс Смолякова, Театр Валентины Лин. Самыми репертуарными пьесами в обеих столицах и провинции становятся бульварпые комедии и мелодрамы В. Рышкова («Змейка», «День денщика Душкина», «Казенная квартира»), Л. Урванцова («Благодать», «Вера Мирцева»), В. Потапенко («Жулик»), пьесы М. Арцыбашова, па все лады варьирующие эротические мотивы («Ревность», «Закон Дикаря»).
Однако и в это кризисное для буржуазного искусства время драматургия и театр в лице ее лучших представителей, лучших коллективов развивают прогрессивные традиции русского искусства. Реалистическое, демократическое направление в искусстве не только не сдает позиций, но с каждым годом набирает новые силы, все ощутимее проникаясь идеями революции. Демократическая часть общества все явственнее воспринимает революцию 1905—1907 годов как первый этап борьбы за освобождение народа. Беспощадную критику капиталистического мира, его бездуховности и бездушия продолжает в своих пьесах Горький, делая новые шаги на пути формирования метода социалистического реализма. Иными путями идут к отрицанию буржуазного общества Александр Блок и Леонид Андреев. Театры продолжают ставить лучшие пьесы русской и зарубежной классики. В работе Московского Художественного театра формируются те принципы сценического искусства, которые позднее составят основу знаменитой «системы» К. С. Станиславского — системы передового, реалистического искусства, неразрывно связанного с жизнью народа.
1 См.: В спорах о театре. Сб. ст. М., 1914, с. 13.

Реферат на тему: Изображение «новых людей» в произведениях Тургенева и Чернышевского

Раздел: Литература, Лингвистика ВСЕ РАЗДЕЛЫ

Таковы были их семейные отношения и устройство мастерских Верой Павловной. Отсутствие окончательной цели у Базарова сделало догматичными его суждения. Он практически никогда не отстаивал своей точки зрения, не пытался доказать правильность своих выводов. Свое утверждение он считал неопровержимой истиной, и лишь сама жизнь могла заставить Базарова усомниться в этом. Например, утверждение Базарова: «Мы действуем в силу того, что мы признаем полезным» — выглядит несколько догматично. У «новых людей» оно выдвигается как теория разумного эгоизма, которую Лопухов излагает Вере Павловне: «.человек действует по необходимости, его действия определяются влияниями, под которыми происходят (.) влияния берут верх над другими, когда поступок имеет житейскую важность, эти побуждения называются выводами, игра их в человеке — соображением выгод. поэтому человек всегда действует по расчету выгод». Отсутствие окончательной цели у Базарова, жизненная несостоятельность его взглядов лишали его будущего. Это автор подчеркивает с помощью художественных средств. Так, Базаров одинок, у него нет друзей, которые полностью разделяли бы его взгляды. Нелепая смерть героя также не вытекает из логики романа. Герцен писал, что Тургенев не знал, что делать с Базаровым, и уморил его «тифусом». Чернышевский же, в отличие от Тургенева, изображает людей, за которыми будущее. Он пишет, что число «новых людей» постоянно растет и что их деятельность уже приносит определенные результаты. Такая разница в изображении героев и их взглядов объясняется тем, что Тургенев отразил в своем романе начальный период разночинно-демократического движения. Базарову не суждена победа, так как он стоит еще в преддверии будущего, и этим Тургенев объясняет причину его гибели. Чернышевский описывает движение шестидесятых годов, он рисует образы «новых людей» с безоговорочным сочувствием, без тех внутренних противоречий, которые были характерны для отношения к «нигилизму» автора «Отцов и детей». Список литературы

Наибольшие удачи т-ра были связаны с глубоким раскрытием современной темы, жизни советских людей. Т-р осуществил пост. пьес «Фронт» (1942), «Поединок» бр. Тур и Шейнина (1944, реж. Берсенев), «Так и будет» (1944, режиссёр и исполнитель роли Савельева — Берсенев, майор Греч — Бирман, Оля — Серова), «Под каштанами Праги» (1945) Симонова, «За тех, кто в море!» Лавренёва (1947, реж. Берсенев), «Губернатор провинции» бр. Тур и Шейнина (1947). В 1949 Гиацинтовой был пост. спектакль о юности В. И. Ленина «Семья» Попова, в к-ром Гиацинтова создала образ гордой и сильной рус. женщины, матери Ленина — Марии Александровны Ульяновой. Острые вопросы жизни молодёжи были затронуты в спектакле «Годы странствий» Арбузова (1954, Ведерников — Карнович-Валуа, Люся — Фадеева, Тётя Тася — Гиацинтова), рассказывающем о формировании характеров, об ответственности человека перед обществом. В 50-60-е гг. осуществлены пост. спектаклей: «Новые люди» по роману Чернышевского «Что делать?» (1952), «Твоё личное дело» Ошанина и Успенской (1953), «Вишнёвый сад»; «Друзья-сочинители» Венкстерн (оба в 1954), «В доме господина Драгоми-реску» Ловинеску, «Мужество» по Кетлинской (оба в 1955), «Когда цветёт акация» Винникова, «Хлеб и розы» Салынского (оба в 1957), «Пароход зовут «Орлёнок»» Галича, «Братья Ершовы» по Кочетову (оба в 1959), «Опасный возраст» Нариньяни, «Цветы живые» Погодина (оба в 1960), «Ночное чудо» Ягджана (1961), «Большое волнение» Дворецкого, «Бесприданница» (1962), «Лучше останься мёртвым» Витлингера (1963). В 1958 пост. «Святая Жанна» Шоу (Жанна Фадеева, Дофин-С. Яковлев). В 1964 пост. «В день свадьбы» Розова. После смерти И. Н. Берсенева гл. режиссёрами т-ра были С. В

Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Добавить комментарий

;-) :| :x :twisted: :smile: :shock: :sad: :roll: :razz: :oops: :o :mrgreen: :lol: :idea: :grin: :evil: :cry: :cool: :arrow: :???: :?: :!: