Лопухина Варвара Александровна

Нет, не тебя так пылко я люблю,
Не для меня красы твоей блистанье:
Люблю в тебе я прошлое страданье
И молодость погибшую мою.

Когда порой я на тебя смотрю,
В твои глаза вникая долгим взором:
Таинственным я занят разговором,
Но не с тобой я сердцем говорю.

Я говорю с подругой юных дней;
В твоих чертах ищу черты другие;
В устах живых уста давно немые,
В глазах огонь угаснувших очей.
1841

Бахметева(Лопухина) Варвара Александровна — Биография

Варва́ра Алекса́ндровна Бахме́тева, урождённая Лопухина́ (1815 — 9 сентября 1851, Москва) — русская дворянка, возлюбленная поэта Михаила Юрьевича Ле́рмонтова (1814 — 1841).

(Точные день и месяц рождения неизвестны, к сожалению!)

Ранние годы

Варвара Лопухина происходила из старинного дворянского рода. Была 7 ребёнком из 8 детей, но из них 4 умерли в детстве. Её старший брат Алексей (1813—72) и сестры Мария (1802—77) и Елизавета (1809—82; мать Н. Н. Трубецкого), были близкими друзьями Михаила Лермонтова с 1828 года, со времён его обучения в Москве. Сохранилась переписка Марии Лопухиной и Лермонтова.

Варвара Лопухина познакомилась с поэтом в ноябре 1831 года, когда приехала в Москву из имения. Молодые люди полюбили друг друга. Восемнадцатилетний поэт посвятил возлюбленной множество произведений, например:

* * *
Она не гордой красотою
Прельщает юношей живых,
Она не водит за собою
Толпу вздыхателей немых.
И стан её — не стан богини,
И грудь волною не встаёт,
И в ней никто своей святыни,
Припав к земле, не признаёт.
Однако все её движенья,
Улыбки, речи и черты
Так полны жизни, вдохновенья,
Так полны чудной простоты.
Но голос душу проникает,
Как вспоминанье лучших дней,
И сердце любит и страдает,
Почти стыдясь любви своей. (1832)

По воспоминаниям родственников поэта, чувство любви к Лопухиной он сохранил до конца жизни. Однако семья Лопухиных выступала против подобного брака. Главным противником выступал отец, Александр Николаевич Лопухин (1779 — 1833). Также против такого союза высказывалась и Мария — сестра Варвары и подруга Лермонтова.

Замужество

В мае 1835 года Варвара Лопухина вышла замуж за действительного статского советника, богатого помещика Николая Фёдоровича Бахметева. Ему тогда было уже 37 лет, а Варваре только 20. О подробностях этого сватовства её внучатая племянница О. Н. Трубецкая писала:

«Судьба бедной Вареньки решилась случайно. В 1835 году на московских балах стал появляться Н. Ф. Бахметев. Ему было 37 лет, когда он задумал жениться и стал ездить в свет, чтобы высмотреть себе невесту. Выбор его колебался между несколькими приглянувшимися ему барышнями, и он молился, чтобы Господь указал ему, на ком остановить выбор. В этих мыслях он приехал на бал в Дворянское собрание и подымался по лестнице, когда, желая обогнать его, Варенька Лопухина зацепила свой бальный шарф за пуговицу его фрака. Пришлось остановиться и долго распутывать бахрому, опутавшую пуговицы со всех сторон. Николай Фёдорович усмотрел в этом несомненное указание перста свыше и посватался. Человек он был с большим состоянием и безупречной репутации. Не знаю, кто повлиял на бедную Вареньку, но предложение Бахметева было принято».

М. Д. Бутурлин писал о свадьбе Бахметева:

«Весною, чуть ли не в мае и вопреки общей почти боязни майских браков, была свадьба Николая Федоровича Бахметева с Варварою Александровною Лопухиной, в доме Лопухиных на Молчановке. Бахметевы поселились в Москве в доме Николая Федоровича на Арбате, «насупротив церкви Николы Явленного». Утверждают, что Варвара Александровна не была счастлива в замужестве, тем более что Н. Ф. Бахметев оказался большим ревнивцем и запретил жене даже говорить о Лермонтове».

По свидетельству троюродного брата Лермонтова Акима Шан-Гирея, тот при известии о свадьбе Лопухиной «изменился в лице и побледнел».

Новой фамилии Варвары Лермонтов не признавал: посылая ей новую редакцию «Демона» в посвящении к поэме в поставленных переписчиком инициалах В. А. Б. он несколько раз перечёркивает Б и пишет вместо неё Л. Лермонтов, мучимый ревностью, неоднократно выводил Бахметева в своих произведениях в образе смешного и недалёкого старика, намекая на неверность молодой жены. Однако все его язвительные выпады в сторону Николая Бахметева приходилось переносить его жене:

«За десертом, когда подали шампанское, Печорин, подняв бокал, оборотился к княгине: — Так как я не имел счастия быть на вашей свадьбе, то позвольте поздравить вас теперь. Она посмотрела на него с удивлением и ничего не отвечала. Тайное страдание изображалось на её лице, столь изменчивом, рука её, державшая стакан с водою, дрожала… Печорин всё это видел, и нечто похожее на раскаяние закралось в грудь его: за что он её мучил? с какою целью? Какую пользу могло ему принести это мелочное мщение. он себе в этом не мог дать подробного отчёта». («Герой нашего времени», «Княжна Мери».)

Бахметев приложил все усилия для уничтожения переписки жены с поэтом, поэтому основным источником сведений о их отношениях после замужества является переписка поэта с Марией Лопухиной. В 1839 году, чтобы спасти от уничтожения все материалы, связанные с Лермонтовым, Варвара Бахметева будучи на одном из европейских курортов отдала их все своей знакомой Александре Верещагиной. Многие рисунки Лермонтова и другие материалы были переданы потомками Верещагиной в Россию, однако, по мнению известного литературоведа И. Л. Андроникова «ещё не все верещагинские материалы исчерпаны».

Вскоре после замужества Варвара тяжело заболела. Уже в 1838 году во время последней её встречи с поэтом Шан-Гирей описывал её так:

«Боже мой, как болезненно сжалось моё сердце при её виде! Бледная, худая, и тени не было прежней Вареньки, только глаза сохранили свой блеск и были такие же ласковые как и прежде».

У четы Бахметевых было несколько детей, но из всех выжила только дочь Ольга (в замужестве Базилевская) (1836 — 1912). Лермонтов в 1838 году, возвращаясь из ссылки на Кавказ, встретился с ней и её матерью. По мнению П. А. Висковатого, именно ей поэт посвятил своё стихотворение «Ребёнку». Под влиянием изменившейся внешности любимой, видимо, и возникли строки:

«… — Увы! года летят;
Страдания её до срока изменили,
Но верные мечты тот образ сохранили
В груди моей».

Неоднократно Варвара Александровна выезжала вместе с мужем за границу, на лечение, но в 1841 году после гибели поэта её здоровье ещё ухудшилось. Осенью 1841 года её сестра Мария писала:

«Последние известия о моей сестре Бахметевой поистине печальны. Она вновь больна, её нервы так расстроены, что она вынуждена была провести около двух недель в постели, настолько была слаба. Муж предлагал ей ехать в Москву — она отказалась, за границу — отказалась и заявила, что решительно не желает больше лечиться. Может быть я ошибаюсь, но я отношу это расстройство к смерти Мишеля».

В 1851 году в возрасте 36 лет Варвара Бахметева скончалась. Похоронили её в Малом соборе Донского монастыря. Её муж пережил её больше чем на 30 лет. Николай Фёдорович Бахметев умер 3 марта 1884 года и был похоронен в некрополе Донского монастыря (на участке 6).

Варвара Лопухина в творчестве Лермонтова

Образ Варвары Александровны не раз находил отражение в творчестве поэта. Это и прямые посвящения произведений ей, и определённые персонажи, прототипом которых она послужила, и целый ряд портретов Вареньки, выполненных Лермонтовым. стихи 254—260 поэмы «Сашка».

Известнейшее произведение поэта «Демон» неоднократно переписывалась поэтом, её третья редакция прямо посвящена Лопухиной, шестая и седьмая отправлены ей поэтом с посвящением.

В драме «Два брата», над которой работал поэт уже после замужества Варвары, подчёркиваются меркантильные отношения современного ему брака, отношения купли-продажи, а не глубокого чувства между супругами. Подобный сюжет — сильное чувство связывающее персонажей до замужества героини, не угасает, а только становится сильнее после разлуки — будет фигурировать и в более поздних произведения поэта «Княгине Лиговской» и «Герое нашего времени». Об автобиографичности драмы Лермонтов писал «…Пишу четвёртый акт новой драмы, взятой из происшествия, случившегося со мной в Москве».

С именем Варвары Лопухиной тесно связывают и стихотворение Лермонтова адресованное Екатерине Быховец: «Нет, не тебя так пылко я люблю». По воспоминаниям самой Быховец:

«Он был страстно влюблён в В. А. Бахметеву… я думаю, он и на меня обратил внимание оттого, что находил во мне сходство, и об ней его любимый разговор был».

Автобиографичные моменты встречались и в романе «Герой нашего времени». По мнению первого биографа Лермонтова Павла Висковатого: Н. Ф. Бахметеву казалось, что все, читавшие «Княжну Мери», узнавали в образе Веры и её мужа чету Бахметевых.

Сами за себя говорят и описания, данные поэтом своим женским персонажам:

«Княгиня Лиговская»: «Княгиня Вера Дмитриевна была женщина 22 лет, среднего женского роста, блондинка с чёрными глазами, что придавало её лицу какую-то оригинальную прелесть».
Описание княгини Веры: «…она среднего роста, блондинка», у неё «глубокие» глаза, что рав­носильно определению «тёмные».
Из стихотворения «Ребёнок»:
«И быстрые глаза, и кудри золотые,
И звонкий голосок! — Не правда ль, говорят,
Ты на неё похож?»

А вот как описывала образ Варвары Бахметевой её внучатая племянница О. Н. Трубецкая: «С портрета, оставшегося у меня в Москве, глядят большие, кроткие тёмные глаза, и весь облик её овеян тихой грустью». Характерная черта: тёмные глаза и светлые волосы, присутствует практически везде, разве что в стихотворении возможно более удачный эпитет «тёмные глаза» заменён поэтом на «быстрые». Впрочем, согласно исследованиям Н. П. Пахомова к аналогичным исправлениям поэт прибегал и в «Герое нашего времени», когда родинка княжны Веры бывшая в автографе над бровью (как у Варвары Бахметевой) в окончательном варианте переместилась на щёку, чтобы «отвести возможные до­гадки о чересчур близком сходстве».

Руке Лермонтова принадлежит целый ряд портретов Варвары Александровны. Имеются как портреты, про которые известно, что это Бахметева, так и целый ряд портретов, о которых выдвигаются предположения о героине портрета.

Память

Помимо многочисленных литературных и художественных, Варвара Александровна удостоилась и иных памятников.

В 1846 году во время болезни Варвары её муж, Николай Бахметев, в надежде на выздоровление жены, построил каменную церковь в честь Святой Варвары в принадлежащем ему селе Фёдоровка Самарской губернии.

Сегодня бывшая Варваринская церковь называется храмом Благовещения Пресвятой Богородицы и является старейшим сооружением в Тольятти — памятником истории и архитектуры.

Источники: Википедия, а также по материалам книг и сети Интернет

Памяти Варвары Александровны ЛОПУХИНОЙ

«. окружи счастием душу достойную. »

Варвара Александровна Лопухина (1815-1851) — сестра московского друга Лермонтова Алексея Лопухина. Лермонтов узнал ее еще подростком, но полюбил после разрыва с Натальей Федоровной Ивановой, гораздо позднее. Аким Павлович Шан-Гирей вспоминал: «Будучи студентом, он был страстно влюблен. в молоденькую, милую, умную как день, и в полном смысле восхитительную Варвару Александровну Лопухину. Чувство к ней Лермонтова было безотчетно, но истинно и сильно, и едва ли не сохранил он его до самой смерти своей».

Акварель М.Ю. Лермонтова. «В.А. Лопухина», 1835-1838(?) гг.

Устами героя драмы «Два брата» Лермонтов так рассказал о зарождении этой любви: «С самого начала нашего знакомства я не чувствовал к ней ничего особенного кроме дружбы. Говорить с ней, сделать ей удовольствие было мне приятно и только. Ее характер мне нравился: в нем видел я какую-то пылкость, твердость и благородство, редко заметные в наших женщинах; одним словом что-то первобытное. увлекающее — частые встречи, частые прогулки, невольно яркий взгляд, случайное пожатие руки — много ли надо, чтоб разбудить таившуюся искру. Во мне она вспыхнула; я был увлечен этой девушкой, я был околдован ею, вокруг нее был какой-то волшебный очерк; вступив за его границу, я уже не принадлежал себе; она вырвала у меня признание, она разогрела во мне любовь, я предался ей как судьбе, она не требовала ни обещаний, ни клятв. но сама клялась любить меня вечно — мы расстались».

Лермонтов уехал в Петербург, Варенька оставалась в Москве.
В мае 1835 г. Варвара Александровна, поверив в слухи о том, что Лермонтов собрался жениться на Е.А. Сушковой, приняла предложение Н.Ф. Бахметева, который был намного старше ее, и вышла за него замуж. Когда Лермонтов получил известие об их свадьбе, он, по словам А.П. Шан-Гирея, «вдруг изменился в лице и побледнел; я испугался и хотел спросить, что такое, но он, подавая мне письмо, сказал: «Вот новость — прочти», — и вышел из комнаты».

Бахметев ревновал свою жену к Лермонтову. Знавший его П.А. Висковатов писал: «Недалекому Бахметеву все казалось, что все, решительно все, читавшие «Героя нашего времени», узнавали его жену и его. Нам известен случай, когда старик Бахметев на вопрос, был ли он с женой на Кавказских водах, пришел в негодование и воскликнул: «Никогда я не был на Кавказе с женою! — это все изобрели глупые мальчишки. Я был с нею больною на водах за границей, а никогда не был в Пятигорске или там в дурацком Кисловодске». Он заставил Варвару Александровну уничтожить адресованные ей письма Лермонтова. Часть рукописей и рисунков поэта ей пришлось отдать на хранение двоюродной сестре, А.М. Верещагиной.

Лермонтов посвятил В.А. Лопухиной цикл стихотворений: «Она не гордой красотою. », «Расстались мы, но твой портрет. », «Валерик» и др., а также третью редакцию поэмы «Демон», поэму «Измаил-Бей».
История их сложных отношений нашла отражение в драме «Два брата», повести «Княгиня Лиговская», романе «Герой нашего времени».

Лермонтов написал три акварельных портрета Лопухиной, ее образ часто возникает среди его карандашных рисунков. Глубокое чувство к ней он действительно сохранил «до самой смерти своей», несмотря на последующие увлечения. В драме «Два брата» поэт признавался: «Случалось мне возле других женщин забыться на мгновенье; но после первой вспышки я тотчас замечал разницу, убийственную для них — ни одна меня не привязала».

Гибель Лермонтова Варвара Александровна пережила очень тяжело. Ее сестра Мария писала в сентябре 1841 г. А.М. Верещагиной-Хюгель: «Последние известия о моей сестре Бахметевой поистине печальны. Она вновь больна, ее нервы так расстроены, что она вынуждена была провести около двух недель в постели, настолько была слаба. Муж предлагал ей ехать в Москву — она отказалась, за границу — отказалась и заявила, что решительно не желает больше лечиться. Быть может, я ошибаюсь, но я отношу это расстройство к смерти Мишеля».

Автор: научный сотрудник музея-заповедника «Тарханы» Т.Н. Кольян.

К Л. —
(ПОДРАЖАНИЕ БАЙРОНУ)

У ног других не забывал
Я взор твоих очей;
Любя других, я лишь страдал
Любовью прежних дней;
Так память, демон-властелин,
Всё будит старину,
И я твержу один, один:
Люблю, люблю одну! —

Принадлежишь другому ты,
Забыт певец тобой;
С тех пор влекут меня мечты
Прочь от земли родной;
Корабль умчит меня от ней
В безвестную страну,
И повторит волна морей:
Люблю, люблю одну! —

И не узнает шумный свет,
Кто нежно так любим,
Как я страдал и сколько лет
Я памятью томим;
И где бы я ни стал искать
Былую тишину,
Все сердце будет мне шептать:
Люблю, люблю одну! —
М.Ю. Лермонтов, 1831 г.

М.Ю. Лермонтов. «Благословление молодых», 1835 г.

Она не гордой красотою
Прельщает юношей живых,
Она не водит за собою
Толпу вздыхателей немых.
И стан ее — не стан богини,
И грудь волною не встает,
И в ней никто своей святыни,
Припав к земле, не признает.
Однако все ее движенья,
Улыбки, речи и черты
Так полны жизни, вдохновенья,
Так полны чудной простоты.
Но голос душу проникает,
Как вспоминанье лучших дней,
И сердце любит и страдает,
Почти стыдясь любви своей.
М.Ю. Лермонтов, 1830 г.

Юнкерская тетрадь М.Ю. Лермонтова. Лист набросков, 1832-1834 гг.

Расстались мы; но твой портрет
Я на груди моей храню:
Как бледный призрак лучших лет,
Он душу радует мою.
И новым преданный страстям
Я разлюбить его не мог:
Так храм оставленный — всё храм,
Кумир поверженный — всё Бог!
Автор: М.Ю. Лермонтов, 1837 г.

Я, Матерь Божия, ныне с молитвою
Пред твоим образом, ярким сиянием,
Не о спасении, не перед битвою,
Не с благодарностью иль покаянием,
Не за свою молю душу пустынную,
За душу странника в свете безродного;
Но я вручить хочу деву невинную
Теплой заступнице мира холодного.
Окружи счастием душу достойную;
Дай ей сопутников, полных внимания,
Молодость светлую, старость покойную,
Сердцу незлобному мир упования.
Срок ли приблизится часу прощальному
В утро ли шумное, в ночь ли безгласную.
Ты восприять пошли к ложу печальному
Лучшего ангела душу прекрасную.
М.Ю. Лермонтов, 1837 г.

Стихотворение «Молитва» («Я, Матерь Божия, ныне с молитвою. ») было написано Лермонтовым в Москве перед отъездом в ссылку на Кавказ. После ссылки он написал к Марии, сестре Вареньки: «. посылаю вам стихотворение, которое случайно нашел в моих дорожных бумагах, оно мне довольно нравится, а до этого я совсем забыл о нем — впрочем, это ровно ничего не доказывает. »
Видимо, что не доказывало того, что Лермонтов забыл Вареньку, которой эта «Молитва» посвящена.

Первая половина 19 века

Лопухина Варвара Александровна

Лопухина В.А.

В 1846 г. в Федоровке Ставропольского уезда помещик Николай Федорович Бахметев (1798-1884) заложил однопрестольную каменную церковь с колокольней. Храм был посвящен святой великомученице Варваре — небесной покровительнице его жены — Варвары Александровны Лопухиной, к тому времени тяжело и долго болевшей. Отец Николая – Федор Васильевич – из московских думных и ближних людей, был женат на Марии Ивановне Нарышкиной. В записках М. Д. Бутурлина, дальнего родственника Бахметева, упоминается, что Николай Федорович с сестрой воспитывался у своей родной тетки Авдотьи Ивановны Нарышкиной, богатой калужской помещицы, безвыездно проживавшей в своем имении под Тарусой, в селе Лопатино. Племянницу она выдала замуж за князя Голицына, а Николая Федоровича, женившегося на Лопухиной, сделала своим единственным наследником. Николай Федорович окончил Московское училище колонновожатых и был выпущен прапорщиком в свиту императора. Он служил в квартирмейстерской части штабс-капитаном.

В 1822 г. майор Н.Ф. Бахметев вышел в отставку. Вместе с сестрой Анной он унаследовал поместья в Елатомском уезде Тамбовской губернии и Ставропольском уезде Самарской губернии и 2300 душ крепостных. Село Федоровка перешло Бахметеву в собственность по линии Самариных, бывших с ними в родстве. Так как первый владелец села генерал Федор Васильевич Наумов был женат на Марии Михайловне Самариной.

Действительный статский советник Бахметев в 1835 г. женился на Варваре Александровне Лопухиной (1815-1851). Семейные предания Лопухиных сохранили некоторые подробности этого сватовства. «Судьба бедной Вареньки решилась случайно, — писала О.Н. Трубецкая. — В 1835 году на московских балах стал появляться Н.Ф. Бахметев. Ему было 37 лет, когда он задумал жениться и стал ездить в свет, чтобы высмотреть себе невесту. Выбор его колебался между несколькими приглянувшимися ему барышнями, и он молился, чтобы Господь указал ему, на ком остановить выбор. В этих мыслях он приехал на бал в Дворянское собрание и подымался по лестнице, когда, желая обогнать его, Варенька Лопухина зацепила свой бальный шарф за пуговицу его фрака. Пришлось остановиться и долго распутывать бахрому, опутавшую пуговицы со всех сторон. Николай Федорович усмотрел в этом несомненное указание свыше — «перста, и посватался. Человек он был с большим состоянием и безупречной репутации. Не знаю, кто повлиял на бедную Вареньку, но предложение Бахметева было принято». Варвара Александровна была страстно любима Михаилом Лермонтовым. Разделенная, но несчастливая любовь Лермонтова осталась в его стихах. Вот что писал восемнадцатилетний поэт о своей семнадцатилетней возлюбленной:

Однако, все ее движенья,
Улыбка, речи и черты
Так полны жизни, вдохновенья,
Так полны чудной простоты;
Но голос душу проникает,
Как вспоминанье лучших дней.

«Будучи студентом, — писал в своих записках кузен поэта Шан-Гирей, — он был страстно влюблен. в молоденькую, милую, умную, как день, и в полном смысле восхитительную В. А. Лопухину, это была натура, пылкая, восторженная, поэтическая и в высшей степени симпатичная. Чувство к ней Лермонтова было безотчетно, но истинно и сильно, и едва ли не сохранил он его до самой смерти своей». Варваре Александровне адресовано посвящение, предпосланное поэме «Измаил-Бей»: «Тобою полны счастья звуки. » Ее образ угадывается в героине драмы «Два брата». Ее нетрудно узнать в героинях «Героя нашего времени в и «Княгини Лиговской». Варваре Александровне Лермонтов дважды посвятил своего «Демона». Варенька Лопухина отвечала любовью на чувство Лермонтова, но, по причинам, которые вряд ли станут когда-либо известны, ее семья была против их брака. В воспоминаниях родных есть указания на то, что главным противником любви Лермонтова и Варвары Александровны был ее отец Александр Николаевич Лопухин.

То ли под влиянием отца, то ли по другим причинам против этого брака была и Мария Александровна, которая всячески препятствовала сближению своей младшей сестры с поэтом. Варенька не была красива: на щеке у нее была родинка, которой ее дразнили в детстве: «Варенька родинка, Варенька уродинка». Но она, добрейшее создание, никогда не сердилась. А.П. Шан-Гирей был свидетелем того, как встретил Лермонтов весть о замужестве «его милой Вареньки». В Петербурге, писал он, играли в шахматы, когда человек подал письмо; Мишель начал читать, но вдруг изменился в лице и побледнел; я испугался и спросил, что такое, но он, подавая мне письмо, сказал: «Вот новость — прочти», и вышел из комнаты. Это было известие о предстоящем замужестве В.А. Лопухиной. Я имел случай убедиться, что первая страсть Мишеля не исчезла».

М.Д. Бутурлин писал о свадьбе Бахметева: ««Весною, чуть ли не в мае и вопреки общей почти боязни майских браков, была свадьба Николая Федоровича Бахметева с Варварою Александровною Лопухиной, в доме Лопухиных на Молчановке. Бахметевы поселились в Москве в доме Николая Федоровича на Арбате, «насупротив церкви Николы Явленного». Утверждают, что Варвара Александровна не была счастлива в замужестве, тем более что Н.Ф. Бахметев оказался большим ревнивцем и запретил жене даже говорить о Лермонтове.

В 1838 г., проездом за границу, Лопухина остановилась с мужем в Петербурге. «Лермонтов был в Царском, — пишет Шан-Гирей. — Я послал к нему нарочного, а сам поскакал к ней. Боже мой, как болезненно сжалось мое сердце при ее виде! Бледная, худая, и тени не было прежней Вареньки, только глаза сохранили свой блеск и были такие же ласковые, как и прежде. «Ну, как вы здесь живете?» — «Почему же это вы?» — «Потому что я спрашиваю про двоих». – «Живем, как бог послал, а думаем и чувствуем, как в старину. Впрочем другой ответ будет из Царского через два часа». Это была наша последняя встреча; ни ему, ни мне не суждено было ее видеть».

У Бахметевых была единственная дочь Ольга Николаевна (1836-1912), в замужестве Базилевская. Московская семья Базилевских — общие знакомые Бутурлиных и Бахметевых. Во всех семьях были дети, и Базилевские устраивали иногда для них балы. Ольга с детства знала своего будущего мужа А. П. Базилевского, и Варвара Александровна вместе с ней бывала в гостях у Базилевских. Висковатов сообщает, что «раз только Лермонтов имел случай в третьем месте увидать дочь Варвары Александровны. Он долго ласкал ребенка, потом горько заплакал и вышел в другую комнату. Видеть любимую, страдающую женщину ему было заказано». Висковатов предполагает, что под этим впечатлением было написано стихотворение «Ребенку»:

О грезах юности томим воспоминаньем,

С отрадой тайною и тайным содроганьем,
Прекрасное дитя, я на тебя смотрю.
О, если б знало ты, как я тебя люблю.

Не правда ль, говорят,
Ты на нее похож? — Увы! года летят;
Страдания ее до срока изменили,
Но верные мечты тот образ сохранили
В груди моей.

Местом, где Лермонтов видел дочь Вареньки, был московский дом Базилевских, будущих родственников Ольги по мужу. Интересно, что в другом мемуарном источнике, воспоминаниях В. И. Анненковой, говорится, что она встретила Лермонтова в Москве в доме Базилевских, куда он был приглашен на бал. Было это, очевидно, в 1841 году, так как она упоминала, что «он приехал с Кавказа и носил пехотную армейскую формул. Ольга воспитывалась матерью до 15 лет.

Родственники Варвары Александровны, и в особенности Н. Ф. Бахметев, сделали всё возможное для того, чтобы уничтожить ее переписку с Лермонтовым и какие бы то ни было следы этой многолетней привязанности. Мучимый ревностью Лермонтов мстил Бахметеву в своих произведениях, выставляя его в роли смешного и недалекого старика-мужа, намекая на неверность ему его жены, которая любит не его, а кого-то другого. Бахметев отвечал не меньшей ненавистью. В альбоме Лопухиной один из рисунков Лермонтова назывался «Свадьба». На нем были изображены молодая девушка и мужчина средних лет, преклонившие колени перед двумя священниками и дьячком с кадилом. Позади молодых стояли старуха в чепце и расфранченный барин со взбитым коком. Девушке на рисунке — Лопухина. Мужчина средних лет — это Бахметев. Два священника, упомянутых в записках Бутурлина, переносили место действия в Лопатино. И тогда в старухе с барином легко распознавались А. И. Нарышкина и ее щеголь-зять, князь Голицын. На рисунке изображен первый приезд молодых в Лопатино. Богомольная Нарышкина поспешила еще раз благословить молодых и для этого пригласила весь причт лопатинской церкви. Другие подробности рисунка: отсутствие фаты на голове молодой женщины и простое, явно сельское одеяние священников. Рисунок был ироничен, но с оттенком печали.

Лермонтов хранил в сердце образ своей Вареньки до последних дней. Екатерина Быховец, которая двадцатилетней виделась с поэтом в последний месяц его жизни, летом 1841 года, впоследствии так писала о Лермонтове: «Он был страстно влюблен в В.А. Бахметеву; она ему была кузина; я думаю, он и на меня обратил внимание оттого, что находил во мне сходство, и об ней его любимый разговор был». О гибели Лермонтова все Лопухины скорбели искренне и глубоко, для них это была большая семейная потеря. Но, конечно, тяжелее всего пережила его смерть Варвара Александровна. Ее сестра Мария писала об этом кузине А.М. фон Хюгель осенью 1841 года: «Последние известия о моей сестре Бахметевой поистине печальны. Она вновь больна, ее нервы так расстроены, что она вынуждена была провести около двух недель в постели, настолько была слаба.

Муж предлагал ей ехать в Москву — она отказалась, за границу — отказалась и заявила, что решительно не желает больше лечиться. Может быть, я ошибаюсь, но я отношу это расстройство к смерти Мишеля». Варвара Александровна скончалась в 1851 году, через десять лет после гибели поэта. Похоронили ее в Малом соборе Донского монастыря. Над могилой находится плита с надписью: Варвара Александровна Бахметьева, рожденная Лопухина. Скончалась 9 августа 1851 года 36 лет. Помяни ее Господи во Царствии Твоем. Ее муж получил чин статского генерала, успешно служил и пережил ее на тридцать лет. Николай Федорович Бахметев умер в Москве 3 марта 1884 г. 86 лет; погребен в Донском монастыре вместе с женой.

Н.Г. Лобанова,
начальник отдела учета, публикаций и использования документов архивного фонда РФ

Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Добавить комментарий

;-) :| :x :twisted: :smile: :shock: :sad: :roll: :razz: :oops: :o :mrgreen: :lol: :idea: :grin: :evil: :cry: :cool: :arrow: :???: :?: :!: