Сочинение — Лирические отступления в романе — Евгений Онегин

Александр Сергеевич Пушкин Лирика. «Евгений Онегин»

«Я теперь пишу не роман, а роман в стихах — дьявольская разница», — так сообщал А. С. Пушкин о начале работы над «Евгением Онегиным», подчеркивая его нетрадиционность. Поэтическая речь предполагает определенную авторскую свободу, именно поэтому в восьмой главе автор называет свой роман в стихах «свободным».

Свобода пушкинского произведения — это прежде всего непринужденная беседа автора с читателями, выражение авторского «я». Такая свободная форма повествования позволила Пушкину воссоздать историческую картину современного ему общества, говоря словами В. Г. Белинского, написать «энциклопедию русской жизни».

Голос автора звучит в многочисленных лирических отступлениях, которые определяют движение повествования в различных направлениях.

Одной из важнейших тем авторских отступлений в «Евгении Онегине» является изображение природы. На протяжении всего романа перед читателем проходит и зима с веселыми играми ребятишек и катанием по «опрятней модного паркета» льду, и весна — «пора любви». Пушкин рисует тихое «северное» лето, «карикатуру южных зим», и, несомненно, он не оставляет без внимания любимую осень.

Пейзаж существует в романе наряду с персонажами, что дает возможность автору характеризовать их внутренний мир через отношение к природе. Подчеркивая духовную близость Татьяны с природой, автор высоко оценивает нравственные качества героини. Порой пейзаж предстает читателю таким, каким его видит Татьяна: «она любила на балконе предупреждать зари восход», «в окно увидела Татьяна поутру побелевший двор».

В «Евгении Онегине» есть и другой ряд авторских отступлений — экскурс в русскую историю. Знаменитые строки о Москве и Отечественной войне 1812 года, отпечаток которой лег на пушкинскую эпоху, расширяют исторические рамки романа.

Нельзя не отметить авторские описания быта и нравов общества того времени. Читатель узнает о том, как воспитывалась и проводила время светская молодежь, перед ним даже открываются альбомы уездных барышень. Мнение автора о балах, моде привлекает внимание остротой наблюдения.

Какие блистательные строки посвящены театру! Драматурги, актеры. Мы словно сами попадаем в этот «волшебный край», где «блистал Фонвизин, друг свободы и переимчивый Княжнин», видим летящую, «как пух от уст Эола», Истомину.

Некоторые лирические отступления в романе носят прямо автобиографический характер. Это дает нам право говорить о том, что роман — история личности самого поэта, личности творческой, мыслящей, неординарной. Пушкин — и создатель романа, и его герой.

«Евгений Онегин» писался Александром Сергеевичем на протяжении семи лет в разные времена, при разных обстоятельствах. В поэтических строках оживают воспоминания поэта о днях, «когда в садах Лицея» к нему стала «являться Муза», о вынужденном изгнании («придет ли час моей свободы?»). Заканчивает поэт свое творение печальными и светлыми словами о прожитых днях и ушедших друзьях: «Иных уж нет, а те далече. » Словно с близкими людьми делится Пушкин с нами, читателями, размышлениями о жизни:

Кто жил и мыслил, тот не может
В душе не презирать людей.

Но грустно думать, что напрасно
Была нам молодость дана.

Поэта беспокоит своя поэтическая судьба и судьба своего творения:

Быть может, в Лете не потонет
Строфа, слагаемая мной;
Быть может (лестная надежда!)
Укажет будущий невежда
На мой прославленный портрет
И молвит: то-то был Поэт!

Выразились в лирических отступлениях и литературные пристрастия Александра Сергеевича, его творческая позиция, реализованная в романе:

. просто вам перескажу
Преданья русского семейства,
Любви пленительные сны
Да нравы нашей старины.

Дружба, благородство, преданность, любовь — качества, высоко ценимые Пушкиным. Однако жизнь сталкивала поэта не только с лучшими проявлениями этих нравственных ценностей, потому и возникли такие строки:

Кого ж любить? Кому же верить?
Кто не изменит нам один? —

потому горько читать о «друзьях», от которых «спаси нас, Боже».

Герои романа словно «добрые приятели» его создателя: «Я так люблю Татьяну милую мою», «Сноснее многих был Евгений», «. я сердечно люблю героя моего». Автор, не скрывая своей привязанности к героям, подчеркивает свою разность с Онегиным, чтобы «насмешливый читатель» не упрекнул его в том, что «намарал» он свой портрет. Трудно согласиться с Пушкиным. Его образ живет на страницах романа и не только в его героях. Поэт говорит с нами строками лирических отступлений, и мы, его потомки, имеем уникальную возможность через века беседовать с Пушкиным.

Александр Сергеевич вложил в роман свой ум, свою наблюдательность, жизненный и литературный опыт, свое знание людей и России. Он вложил в него свою душу. И в романе, может быть, больше, чем в других его произведениях, виден рост его души. Как сказал А. Блок, творения писателя — «внешние результаты подземного роста души». К Пушкину, к его роману в стихах «Евгений Онегин» это применимо в самой полной мере.

Лирические отступления в «Евгении Онегине» А. С. Пушкина и «Мертвых душах» Н. В. Гоголя

“Обилие” лирических отступлений в столь важных, возможно центральных, произведениях двух писателей — Пушкина и Гоголя — объясняется и многими общими чертами, и некоторыми различиями. Попробуем же проследить эту схожесть и отличия и понять место лирических отступлений в каждом из произведений.
Возможность лирических отступлений заявлена и Пушкиным, и Гоголем в жанре. “Евгений Онегин” — это не просто роман, а роман в стихах (“дьявольская разница!”), Пушкин особо подчеркивает соединение эпического и лирического жанров. Его роман в стихах — не только повествование о жизни героев, но и лирическое произведение, наполненное авторской индивидуальностью.
То же происходит и в прозаической “поэме” (именно так определяет Гоголь свое творение) “Мертвые души”. Ведь на самом деле это не только история чичиковской авантюры, а песня о России, глубоко личные размышления и переживания Гоголя.
С помощью лирических отступлений Пушкин вводит в художественную ткань романа свою эпоху с ее бытом (почти вся I глава), реальными людьми, которых не мог не узнать читатель (“Фонвизин, друг свободы”, “переимчивый Княжнин”, “Озеров с младой Семеновой”, “наш Катенин”, “колкий Шаховской” и многие другие). В этом важная роль лирических отступлений — расширение художественного пространства, то, что делает “Онегина” “энциклопедией русской жизни”. Ухватившись за какую-нибудь деталь, Пушкин дополняет, оживляет ее своим личностным восприятием, волной ассоциаций, создающими впечатление полной достоверности. Лирические отступления такого рода похожи на живое общение автора и его героев; так мгновенна реакция Пушкина: стоит Онегину поехать на бал, а поэт уже восклицает:
Во дни веселий и желаний Я был от балов без ума.
Далее он пускается в столь долгие рассуждения о дамских ножках (“Ах, ножки, ножки! где вы ныне. ”), что позже ему приходится извиняться перед читателем:

В начале моего романа
(Смотрите первую тетрадь).
Я занялся воспоминаньем
О ножках мне знакомых дам.
Пора мне сделаться умней,
В делах и слоге поправляться,
И эту пятую тетрадь
От отступлений очищать.

Но все же лирические отступления занимают большую часть романа, а так как их существенная роль в том, чтобы ввести в роман автора, самого Пушкина, то он фактически оказывается главным героем, а то, что читатель узнает о нем, едва ли не важнее для Пушкина всей истории Онегина и Татьяны. Все чаще он переходит к собственным переживаниям:

Хоть я сердечно
Люблю героя моего,
Хоть возвращусь к нему, конечно,
Но мне теперь не до него.

Но об этом после, обратимся теперь к Гоголю. У него роль “бытовых” пушкинских отступлений играют развернутые сравнения — “лесенки”, в которых Гоголь, оттолкнувшись от мелкой детали, уходит далеко за пределы сюжета, однако у Гоголя это чаще всего случайные, ничем не мотивированные ответвления дороги его поэмы “мужское, круглое, широкое лицо, как молдаванские тыквы, называемые горлянками, из которых делают на Руси балалайки, двухструнные легкие балалайки, красу и потеху ухватливого двадцатилетнего парня. ” и т. д. Но главная тема поэмы — Россия, и все лирические отступления хотя бы краешком затрагивают, развивают эту тему даже в приведенном отрывке: “из которых делают на Руси. Гоголевские лирические отступления, как и пушкинские, служат расширению художественного пространства, сознанию целостного образа Руси — от бытовых деталей обобщения: “Покой был известного рода, ибо гостиница была тоже известного рода, то есть именно такая, как бывают гостинцы в губернских городах. ” и т. д.) до масштабных, наполненных философским содержанием образов птица-тройка Что касается бытовых деталей, которые становятся предметом иронии автора, то это встречается и у Пушкина:

Когда благому просвещеныо
Отодвинем более границ,
Со временем (по расчисленью
Философические таблиц,
Лет чрез пятьсот )
Дороги, верно,
У вас изменятся безмерно.
Теперь у нас дороги плохи,
Мосты забытые гниют.

и т. д. Именно тем дороги — вторая важнейшая тема “Мертвых душ”, связанная с темой России. Дорога — образ, организующий весь сюжет, и себя Гоголь вводит в лирические отступления как человека пути. “Прежде, давно, в лета моей юности. мне было весело подъезжать в первый раз к незнакомому месту. Теперь равнодушно подъезжаю ко всякой незнакомой деревне и равнодушно гляжу на ее пошлую наружность; моему охлажденному взору неприятно, мне не смешно. и безучастное молчание хранят мои недвижные уста. О моя юность! О моя совесть!”
Пушкин в конце VI главы романа тоже прощается со своей молодостью:

Мечты, мечты! где ваша сладость?
Где вечная к ней рифма, младость?
Ужель мне скоро тридцать лет?

Однако настроение Пушкина совсем иное, ему не свойственна гоголевская мрачная тоска; он принимает все, что случается с ним, что досылает ему судьба, спокойно:

Но так и быть: простимся дружно,
О юность легкая моя!
Благодарю за наслажденья,
За грусть, за милые мученья.
За все, все твои дары
Благодарю тебя. Довольно!
С ясною душою
Пускаюсь ныне в новый путь
От жизни прошлой отдохнуть.

Пушкин в лирических отступлениях — живой человек со своей судьбой, мыслями и воспоминаниями. И отношения со своими героями он строит, как с живыми людьми. Окруженные множеством литературных “образцов” (Клариса, Юлия, Дельфина, Вольмар, Вертер, Грандисон), они не оказываются ни одним из них (“Но наш герой, кто б ни был он, уж верно не был Грандисон”). Очень интересны рассуждения Пушкина о литературе, различных ее направлениях: классицизме, над которым Пушкин подтрунивает, романтизме, от которого отходит, почувствовав, что он устарел. Все это написано не вполне серьезно, в шутливом тоне:

Свой слог на важный лад настроя,
Бывало, пламенный творец
Являл нам своего героя
Как совершенства образец.

Это похоже на рассуждения Гоголя о разных “типах” писателей: “Счастлив писатель, который мимо характеров скучных, противных. не касаясь земли, весь повергался в свои далеко отторгнутые от нее и возвеличенные образы. Нет равного ему в силе — он бог! Но не таков удел и другая судьба писателя, дерзнувшего вызвать наружу все, что ежеминутно пред очами и чего не зрят равнодушные очи. Ибо не признает современный суд, что равно чудны стекла, озирающие солнцы и передающие движенье незамеченных насекомых. Сурово его поприще, и горько почувствует он свое одиночество”. Гоголь причисляет себя именно к последнему “типу”. В конце своей поэмы он отвечает на возможные обвинения “со стороны так называемых патриотов”, требующих, чтобы все сказанное о России было одинаково похвальным, хорошим, возвышенным, притчей о Кифе Мокиевиче и Мокии Кифовиче, обвиняя “думающих не о том, чтобы не делать дурного, а том, чтобы не говорили, что они делают дурное”. Одновременно Гоголь говорит и о “ценителях литературы”, у которых свое представление о цели писательского труда (“Лучше же представляйте нам прекрасное, увлекательное”). Гоголь заранее разочарован в своих читателях: “Но не то тяжело, что будут не довольны героем, тяжело то, что живет в душе неотразима уверенность, что тем же самым героем. были бы довольна читатели”.
Совсем по-другому обращается к читателю Пушкин:

Кто б ни был ты, о мой читатель,
Друг, недруг, я хочу с тобой
Расстаться нынче как приятель.
Прости. Чего бы ты за мной
Здесь ни искал в строфах небрежных.
Дай бог, чтоб в этой книжке ты.
Хотя крупицу мог найти.
За сим расстанемся, прости!

Ну а пушкинский финал:

Промчалось много, много дней
С тех пор, как юная Татьяна
И с ней Онегин в смутном сне
Явилися впервые мне —
И даль свободного романа
Я сквозь магический кристалл
Еще не ясно различал, —

напоминает гоголевское: “И долго еще определено мне чудной властью идти об руку с моими странными героями, озирать всю громадно-несущуюся жизнь, озирать ее сквозь видный миру смех и незримые, неведомые ему слезы!”
Итак, лирические отступления — очень важная часть обоих произведений. В “Евгении Онегине” они вводят истинного главного героя романа — Пушкина, человека своей эпохи, в окружение ее атрибутов и примет. Гоголь в своей поэме выступает прежде всего как мыслитель и созерцатель, пытающийся разгадать таинственную птицу-тройку — Русь (“Не так ли и ты, Русь, что бойкая, необгонимая тройка, несешься. Русь! куда ж несешься ты? дай ответ. Не дает ответа”). Лирические отступления в “Мертвых душах” часто более глубокие, философски серьезные, чем пушкинские. Но, хотя и с разных сторон, оба писателя решают одну задачу: и Пушкин и Гоголь рисуют очень широкую, объемную картину русской жизни своего времени, дополняя ее собственными суждениями и авторской идивидуальностью, и главную роль в этом играют именно лирические отступления.

83656 человек просмотрели эту страницу. Зарегистрируйся или войди и узнай сколько человек из твоей школы уже списали это сочинение.

/ Сочинения / Пушкин А.С. / Евгений Онегин / Лирические отступления в «Евгении Онегине» А. С. Пушкина и «Мертвых душах» Н. В. Гоголя

Смотрите также по произведению «Евгений Онегин»:

Лирические отступления в романе А.С. Пушкина «Евгений Онегин»

Весьма важное значение в романе «Евгений Онегин» имеют лирические отступления. В первой главе эти отступления отличаются несколь ко легкомысленным характером: поэт говорит в них, например, о своем восхищении стройными женскими ножками, восторгается искусством тогдашней балетной танцовщицы Истоминой; далее, поэт высказывает свое сочувствие Онегину, его времяпровождению за туалетом.

Но чем более Пушкин вникал в главную задачу своего романа, тем резче выска зывалось в нем объективное и беспристрастное отношение к герою: со чувствие к Онегину сменяется сознанием духовной несостоятельности людей ему подобных, он вместе с Татьяной спрашивает про своего героя: «Уж не пародия ли он! . »

Анализируя явления окружающей его жизни, Пушкин находит в них много уродливого и ложного. Отсюда в ро мане целый ряд таких лирических отступлений, которые проникнуты са тирическим элементом. Таково, например, то место в 6-й главе романа, где автор смеется над высшим обществом:

А ты, младое вдохновенье.
.
Не дай остыть душе поэта,
.
Среди лукавых, малодушных,
.
Злодеев и смешных и скучных,
Тупых, привязчивых судей

Такое же отношение к высшему свету выразил поэт еще в 8-й главе романа по поводу описания гостей, бывших в доме Татьяны, когда она была уже княгиней. В 7-й главе Пушкин сатирически описывает русские дороги:

Со временем (по расчисленью
Философических таблиц,
лет чрез пятьсот) дороги, верно,
У нас изменятся безмерно:
Шоссе России здесь и тут,
Соединив пересекут.

Лирические отступления в романе А.С. Пушкина Евгений Онегин

Лирические отступления в романе А.С. Пушкина «Евгений Онегин».

«Евгений Онегин» — первый реалистический роман в русской литературе, в

котором «отразился век и современный человек изображен довольно верно».

А.С. Пушкин работал над романом с 1823 по 1831 годы.

В этом произведении автор свободно переходит от сюжетного повествования

к лирическим отступлениям, которые прерывают ход «свободного романа». В

лирических отступлениях автор сообщает нам свое мнение по поводу тех или

иных событий, дает характеристики своим героям, рассказывает о себе. Так,

мы узнаем о друзьях автора, о литературной жизни, о планах на будущее,

знакомимся с его размышлениями о смысле жизни, о друзьях, о любви и многом

другом, что дает нам возможность составить представление не только о героях

романа, о жизни русского общества того времени, но и о личности самого

С первыми лирическими отступлениями мы встречаемся уже в первой главе

романа А.С. Пушкина. Автор описывает Евгения Онегина и показывает свое

отношение к немую

«Условий света свергнув бремя,

Как он, отстав от суеты,

С ним подружился я в то время.

Мне нравились его черты.»

Пушкин и себя причисляет к поколению Евгения Онегина. В начале романа

Онегин рисуется еще без злой иронии, разочарованность в свете сближает его

с автором: «я был озлоблен, он угрюм», — и заставляет читателей испытывать

к нему симпатию: «мне нравились его черты». Пушкин подмечает те черты,

которые роднят его с героем: внимание к внешности: «быть можно дельным

человеком и думать о красе ногтей»,-и дамам на балах, но в тоже время он

всегда «рад заметить разность» между ними и просит читателя не

отождествлять их. Но в отношении к природе Пушкин и Онегин не похожи друг

на друга. Пушкин видит в природе источник вдохновения и положительных

«Я был рожден для жизни мирной,

Для деревенской тишины»

И тут же Пушкин отмечает:

«Цветы, любовь, деревня, праздность,

Поля! Я предан вам душою

Всегда я рад заметить разность

Между Онегиным и мной.»

Все истинно русское, считает Пушкин, неразрывно связано с природным

началом, находится в полной с ним гармонии.

Столь же трепетное отношение к красотам природы мы видим и у духовно

близкой поэту героини Татьяны Лариной. Именно в природе она находит

душевное успокоение. Так, уезжая в Петербург,

«Она, как с давними друзьями,

С своими рощами, лугами

Еще беседовать спешит.»

И попав в «шум блистательных сует», более всего тоскует о «жизни

полевой». Так, автор рисует свою героиню «русскою душою», несмотря на то,

что та «выражается с трудом на языке своем родном». Татьяна «верила

преданьям старины, и снам, и карточным гаданьям, и предсказаньям луны».

Лирические отступления обычно связаны с сюжетом романа, но есть и

такие, в которых Пушкин размышляет в своей судьбе:

«Весна моих промчалась дней

(Что шутя твердил доселе)?

И ей ужель возраста нет?

Ужель мне скоро тридцать лет?»,- об образе жизни поэта:

Все, что завидно для поэта:

Забвенье жизни в бурях света,

Беседу сладкую друзей»

Пушкин рассказывает в лирических отступлениях о замысле романа:

Промчалось много, много дней

С тех пор, как юная Татьяна

И с ней Онегин в смутном сне

Явилися впервые мне-

И даль свободного романа

Я сквозь магический кристалл

Еще не ясно различал».

В лирических отступлениях А.С. Пушкина мы узнаем многое о самом поэте,

его отношении к героям романа, к жизненному укладу того времени. Эти

отступления позволяют ярче, понятнее представить образ поэта.

Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Добавить комментарий

;-) :| :x :twisted: :smile: :shock: :sad: :roll: :razz: :oops: :o :mrgreen: :lol: :idea: :grin: :evil: :cry: :cool: :arrow: :???: :?: :!: