Бесы — А

Мчатся тучи, вьются тучи;
Невидимкою луна
Освещает снег летучий;
Мутно небо, ночь мутна.
Еду, еду в чистом поле;
Колокольчик дин-дин-дин…
Страшно, страшно поневоле
Средь неведомых равнин!

«Эй, пошел, ямщик. » — «Нет мочи:
Коням, барин, тяжело;
Вьюга мне слипает очи;
Все дороги занесло;
Хоть убей, следа не видно;
Сбились мы. Что делать нам!
В поле бес нас водит, видно,
Да кружит по сторонам.

Посмотри: вон, вон играет,
Дует, плюет на меня;
Вон — теперь в овраг толкает
Одичалого коня;
Там верстою небывалой
Он торчал передо мной;
Там сверкнул он искрой малой
И пропал во тьме пустой».

Мчатся тучи, вьются тучи;
Невидимкою луна
Освещает снег летучий;
Мутно небо, ночь мутна.
Сил нам нет кружиться доле;
Колокольчик вдруг умолк;
Кони стали… «Что там в поле?» —
«Кто их знает? пень иль волк?»

Вьюга злится, вьюга плачет;
Кони чуткие храпят;
Вот уж он далече скачет;
Лишь глаза во мгле горят;
Кони снова понеслися;
Колокольчик дин-дин-дин…
Вижу: духи собралися
Средь белеющих равнин.

Бесконечны, безобразны,
В мутной месяца игре
Закружились бесы разны,
Будто листья в ноябре…
Сколько их! куда их гонят?
Что так жалобно поют?
Домового ли хоронят,
Ведьму ль замуж выдают?

Мчатся тучи, вьются тучи;
Невидимкою луна
Освещает снег летучий;
Мутно небо, ночь мутна.
Мчатся бесы рой за роем
В беспредельной вышине,
Визгом жалобным и воем
Надрывая сердце мне…

Дата создания: 1830 г.

Анализ стихотворения Пушкина «Бесы»

Осенью 1830 года Александр Пушкин приехал в Болдино, чтобы уладить все вопросы, связанные со вступлением в права владения имением и подготовиться к предстоящей свадьбе. Однако из-за того, что в Москве началась эпидемия холеры, поэт был вынужден на несколько месяцев задержаться в имении. В этот период он создал множество философских и лирических произведений, одним из которых стало стихотворение «Бесы».

В нем автор вновь затрагивает так близкую и понятную для себя тему народного фольклора, описывая путешествие в метель, которое у любого путника того времени вызывало настоящий ужас. «Страшно, страшно поневоле средь неведомых равнин!», — отмечает поэт и тут же обращается к ямщику с просьбой, чтобы тот что есть силы гнал лошадей. В ответ он слышит весьма типичный для того времени рассказ, что путники заблудились, и виной тому являются бесы, которые заманили их в снежную ловушку. «В поле бес нас водит, видно, да кружит по сторонам», — отвечает своему спутнику ямщик и приводит множество примеров, как за время путешествия ему довелось столкнуться с нечистью. Она заманила лошадей в овраг, потом предстала в виде верстового столба и огонька в далекой избушке. И вот, наконец, упряжка вообще остановилась, так как «вот уж он далече скачет, лишь глаза во мгле горят».

Пушкин с огромным интересом и уважением относился к подобным рассказам, считая их неотъемлемой частью русской культуры. Однако как человек образованный, поэт прекрасно понимал, что бесы, сбивающие путешественников с пути, являются всего лишь вымыслом. И любому явлению всегда найдется простое и логическое объяснение, которое даст ответы на любые вопросы. Почему же тогда автор сделал акцент именно на этот мифический и заведомо лишенный правдоподобия сюжет? Все объясняется достаточно просто в последних строчках стихотворения, где Пушкин проводит параллель между бесами и людьми, в чьих руках сосредоточена власть. Заблудившиеся путники в стихотворении «Бесы» символизируют русский народ, который действительно потерян среди снежных равнин и не может найти свою дорогу к более счастливой и свободной жизни. Виной этому являются не суеверия и не безграмотность людей, которые бережно хранят свои традиции и культуру. Причина в том, что русские крестьяне до сих пор еще являются крепостными, и их жизнь не принадлежит им самим, заключается именно в тех самых бесах – кучке сытых и самодовольных людей, которым попросту невыгодно терять дармовую рабочую силу и развеивать иллюзии низших сословий, давая им знания, которые при определенных условиях могут стать одним из самых мощных видов оружия. Именно с бесами Пушкин сравнивает правящую элиту России, которая строит козни «простым путникам», т. е. постоянно усложняет жизнь обычным людям, заставляя их испытывать страх, унижение и обиду. У Пушкина же бесы в человеческом обличии чувство отвращения и раздражения. «Бесконечны, безобразны, в мутной месяца игре закружились бесы разны», — именно так они представляются поэту, который в этих строках проводит аналогию со светскими балами, которые в Москве не прекратились даже во время холерного карантина.

Бессмысленность существования людей, которые считают себя избранными, поэт готов им простить со спокойной душой, ведь каждый человек, по его мнению, вправе стоить свою жизнь так, как считает нужным. Однако при этом никто не имеет права бездарно распоряжаться судьбами других, используя людей для того, чтобы улучшить свое благосостояние за счет их нужд и проблем. Поэтому у Пушкина праздность светского общества, которую автор сравнивает с бесовским шабашем, вызывает глубокую печаль, «визгом жалобным и воем надрывая сердце мне». Поэт, так зависящий от мнения высшего света, наконец-то осознает, что оно является насквозь фальшивым и представляет собой очередной жизненный мираж, «игру бесов», которые готовы запутать сбить с пути и уничтожить любого здравомыслящего человека не по злобе душевной, а исключительно ради собственного развлечения. И это неутешительное открытие заставляет автора по-новому взглянуть на свою принадлежность к дворянскому сословию и правящей касте, где он является таким же изгоем, как и любой крестьянин.

Составляем кроссворд по Пушкину

Автор: mr_zagadka · Опубликовано 18.03.2013 · Обновлено 22.12.2019

Без сомнения, Александр Сергеевич Пушкин является любимым писателем, не только для детей, которые влюблены в его сказки, но и для взрослых, ведь поэмы поэта – настоящая классика русской литературы, а чтобы дети лучше запоминали сказки и пройденный школьный материал, то можно составить с ними кроссворд по Пушкину или же предложить малышу разгадать уже готовый.

Можно составить не только кроссворд по произведениям Пушкина, но и по фактам из жизни великого русского поэта. Например, несколько своим стихотворения Александр Сергеевич посвятил своей няне, вот и вопрос будет вполне уместным: «Как звали няню Пушкина?» (Арина).

Также среди вопросов, которые можно включить в кроссворд о жизни самого Пушкина, можно выделить такие легкие вопросы, как

1.Как называлось место, где Пушкин провел знаменитую осень? (Болдино)

2.Фамилия жены Александра Сергеевича. (Гончарова)

3.Название родового имения семьи Пушкиных. (Михайловское)

4.Каким оружием был убит Александр Сергеевич? (пистолет)

5.Русский художник, который написал необычайно похожий портрет Пушкина? (Кипренский)

6.Кто из русских писателей называл себе учеником Пушкина? (Тургенев)

7.На какого великого русского писателя сильное влияние оказала пушкинская проза? (Толстой)

8.Товарищ Александра Сергеевича по лицею. (Дельвиг)

9.Когда Пушкину было 9 лет, он пристрастился к чтению, на каком языке книги он читал? (французский)

10.Кто был учителем Пушкина? (Батюшков)

11.В 1811 году в какой лицей поступил Александр Сергеевич? (Царскосельский)

12.Кто сказал: «Россия немыслима без Пушкина»? (Озеров)

13.Как назывался журнал, издаваемый Пушкиным? (Современник)

14.Поэт, который откликнулся на гибель Пушкина стихотворением «На смерть Поэта» (Лермонтов)

15.Как звали жену поэта? (Наталья)

Составляя кроссворд по сказкам Пушкина, нельзя обойти стороной такие вопросы:

1.Стихотворение библейского содержания. (Пророк)

2.Как звали одного из царей, который был героем сказок Пушкина? (Салтан)

3.Герой повести «Капитанская дочка». (Пугачев)

4.Место, на котором стоит «дуб зеленый». (Лукоморье)

5.Название поэмы Пушкина – «… и Людмила». (Руслан)

6.Герой поэмы «Евгений Онегин». (Ленский)

7.Персонаж повести «Дубровский». (Троекуров)

Кроссворды для школьников могут быть составлены на основе одного пройденного произведения Александра Сергеевича Пушкина, например, кроссворд по поэме «Руслан и Людмила» может включать в себя такие вопросы:

1.Как назвался старик-ведун. (Финн)

2.Рабы Черномора. (Арал)

3.Чахнет над златом. (Кощей)

4.Возлюбленная Ратмира. (пастушка)

5.Правящий киевский князь. (Владимир)

6.Оружие Черномора. (булава)

7.Хазарский хан. (Ратмир)

8.Предмет, который помог колдуну усыпить Людмилу. (сетка)

Учитывая то, что кроссворд по сказкам – любимое развлечение детворы, то их разгадывание станет не только интересным хобби, но и повлияет на развитие ребенка, к тому же, поможет ему лучше запомнить пройденный материал на уроке литературы.

Историзм в «Капитанской дочке» Александра Пушкина

Роман «Капитанская дочка» – «прощальное» произведение А.С. Пушкина, он вырастал из его трудов по истории России. Работая над историческим романом, писатель опирался на опыт английского романиста Вальтера Скотта и первых русских исторических романистов (М. Н. Загоскина, И.И. Лажечникова). Но широта проблематики, затронутой в «Капитанской дочке» не позволяет этому произведению называться чисто историческим. Пугачевский бунт – это лишь материал для сочинения. Здесь есть и семейная хроника Гриневых, и биография самого

«Капитанская дочка» имеет заметное отклонение от принципов жанра исторического романа. Историческая проза вообще представляет собой сочинения историков (или просто людей, увлекающихся историей), ставивших своей задачей не только установление, осмысление фактов прошлого, но и яркое, живое их изображение. Этот жанр предполагает рассказ об эпохе или каком-то

Роман охватывает гораздо больший период, чем восстание Пугачева. Это становится ясно из разговоров персонажей, в которых мы встречаем множество упоминаний о событиях других времен: от Смутного времени (Гришка Отрепьев) до «кроткого царствования» Александра I.

В романе одинаково важны и тесно переплетены история государства и история жизни человека. Рассказ Петра Гринева о своей жизни как бы подтверждает подлинность и объективность его свидетельств об историческом событии. И его точка зрения господствует в романе, все события даны его глазами. Однако при внимательном прочтении мы обнаруживаем и другие мнения, хотя и не столь явно выраженные. Так, например, центральная историческая фигура – Емельян Пугачев. Его характеристика дается двумя разными группами: бунтовщиками (т.е. народом) и дворянами. В романе мы видим столкновение этих двух лагерей, столкновение их мнений, образов жизни, мировоззрений. И выразителем взглядов бунтовщиков по большей части является именно Пугачев; из его уст мы слышим эту известную сказку про орла и ворона, как нельзя лучше выражающую стиль жизни и самого Пугачева, и его приспешников. Кстати, эта сказка, на наш взгляд, является, помимо композиционного компонента, еще и своеобразной стилизацией Пушкина под классическую историческую прозу. Так, известно, что для подобной литературы эпохи Средневековья была характерна нерасчлененность с фольклором, т.е. в ней присутствовало множество сказаний, преданий, сказок.

Таким образом, возвращаясь к теме, становится очевидным, что Пушкин затронул вопрос, в некоторой степени философский, – о том, на каком принципе должно основываться государство. Так что можно говорить о противопоставлении не дворян и крестьян, а шире – власти и народа. А не это ли является центральной темой произведений на историческую тему со времен зарождения этого жанра в античный период и до современных сочинений?

Народ для Пушкина – это и Пугачев с его сподвижниками, «господами енералами», и изуродованный башкирец, и капитан Миронов, и Маша, и Савельич, и многие другие. Все они разные: кто-то стремится к мирной семейной жизни, а кто-то с кровавым оружием в руках всеми силами добивается своей не очень понятной цели. Различаются они и своим отношением к власти, символами которой в романе являются Екатерина I и Пугачев. Те, кто следовал за Пугачевым, видели в нем «народного царя», воплощающего их мечту о сильной, мудрой и справедливой власти; другие же видели разбойника и душегуба, оставаясь верными Екатерине. Но и те, и другие стремились к одному – к милосердной и гуманной власти. Можно было бы считать за основу закон, но он не может полностью удовлетворить обе стороны (и дворян, и крестьян), кто-то будет обязательно недоволен. Если же найти в своем роде среднее арифметическое в применении закона к противоборствующим сторонам, то недовольными останутся обе.

По Пушкину, история – некая сила, действующая независимо от людей, неподвластная им и даже иногда враждебная им. Для обитателей Белогорской крепости и Гринева она оказалась именно враждебной, она разрушила их мирный быт, подвергла суровым испытаниям, которые для кого-то обернулись гибелью (капитан Миронов, Василиса Егоровна). История, эта стихия, проверяла на прочность волю, мужество, верность долгу и чести. Однако для двух влюбленных, которые уже не верили в возможность совместного счастья, – Маши Мироновой и Петра Гринева – она стала той силой, которая свела их снова вместе. Таким образом, Пушкин показал тесное сплетение индивидуального, частной жизни с общим историческим процессом, что, как мы понимаем, является неотъемлемой частью нашего реального бытия.

То есть Пушкин видел в истории две стороны – темную и светлую, гуманную и бесчеловечно-жестокую. Именно исторические испытания выявляют скрытые качества: героизм и стойкость (Гринев) или подлость (Швабрин). Через историю, как через сито, просеиваются герои, и тот, кто честен и милосерден, – выживает и награждается счастьем, а того, кто низок душой, настигает кара.

Стоит, однако, отметить, что Пушкин немаловажную роль в истории отдавал воле случая. Вспомнить хотя бы случайную встречу в буран Гринева с бородатым мужиком, который совершенно неожиданно в дальнейшем будет иметь непосредственное влияние на судьбу молодого человека.

Так понимал Пушкин историю – как столкновение, борьбу враждующих сторон, без них история не существует. Без ложного пафоса можно с уверенностью утверждать, что писатель в полной мере сумел изобразить это в своем романе. Как утверждают исследователи творчества Пушкина, в период написания произведения он был увлечен утопической мечтой об обществе, построенном на принципах гуманности. Эта идея была тогда, что называется, «в моде» и, следовательно, овладела умами многих, таким образом, Пушкину удалось передать настроение, «дух» как того, пугачевского времени, так и своего.

Из произведений пушкина про еду

Пушкин в Бессарабии

Произведения Пушкина и воспоминания о нем в Бессарабии

Кишинев.— Приезд мой из Кавказа и Крыму — Орлов— Ипсиланти—Каменка — Фонт.—Греческая революция— Липранди —12 год—mort de sa femme — le renegat*—Паша арзрумский. смерть его жены — ренегат (фр.).

А.С.Пушкин. Вторая программа записок. 1833.

В лето 5 от Липецкого потопа—мы, превосходительный Рейн и жалобный Сверчок, на лужице города Кишинева, именуемой Быком, сидели и плакали, воспоминая тебя, о Арзамас, ибо благородные гуси величественно барахтались пред нашими глазами в мутных водах упомянутой речки. Живо представились им ваши отсутствующие превосходительства, и в полноте сердца своего положили они уведомить о себе членов православного братства, украшающего берега Мойки и Фонтанки.

Пушкин—Арзамасцам. 20-е числа сентября 1820 г. (?) Из Кишинева в Петербург. (Черновое)

Вот уже восемь месяцев, как я веду странническую жизнь, почтенный Николай Иванович. Был я на Кавказе, в Крыму, в Молдавии и теперь нахожусь в Киевской губернии, в деревне Давыдовых, милых и умных отшельников, братьев генерала Раевского. Время мое протекает между аристократическими обедами и демагогическими спорами. Общество наше, теперь рассеянное, было недавно разнообразная и веселая смесь умов оригинальных, людей известных в нашей России, любопытных для незнакомого наблюдателя.—Женщин мало, много шампанского, много острых слов, много книг, немного стихов. Вы поверите легко, что, преданный мгновенью, мало заботился я о толках петербургских. Поэму мою, напечатанную под вашим отеческим надзором и поэтическим покровительством, я не получил—но сердечно благодарю вас за милое ваше попечение. Некоторые №-ра «Сына» доходили до меня. Видел я прекрасный перевод «Андромахи», которого читали вы мне в вашем эпикурейском кабинете, и вдохновенные строфы:

Уже в последний раз приветствовать я мнил

Они оживили во мне воспоминанья об вас и чувство прекрасного, всегда драгоценное для моего сердца, но не примирили меня с критиками, которые нашел я в том же «Сыне отечества». Кто такой этот В., который хвалит мое целомудрие, укоряет меня в бесстыдстве, говорит мне: красней, несчастный? (что, между прочим, очень неучтиво), говорит, что характеры моей поэмы писаны мрачными красками этого нежного, чувствительного Корреджио и смелою кистию Орловского, который кисти в руки не берет и рисует только почтовые тройки да киргизских лошадей? Согласен со мнением неизвестного эпиграммиста — критика его для меня ужасно как тяжка. Допросчик умнее, а тот, кто взял на себя труд отвечать ему (благодарность и самолюбие в сторону), умнее всех их. В газетах читал я, что «Руслан», напечатанный для приятного препровожденья скучного времени, продается с превосходною картинкою — кого мне за нее благодарить? Друзья мои! надеюсь увидеть вас перед своей смертию. Покамест у меня еще поэма готова или почти готова. Прощайте—нюхайте гишпанского табаку и чихайте громче, еще громче.

Пушкин. Каменка, 4 декабря 1820.

Где Жуковский, уехал ли он с ее высочеством? Обнимаю с братским лобзанием Дельвига и Кюхельбекера. Об них нет ни слуха ни духа — журнала его не видал; писем также. Мой адрес: В Кишинев — Его превосходительству Ивану Никитичу Инзову.

Пушкин—Н. И. Гнедичу. 4 декабря 1820 г. Из Каменки в Петербург.

Милостивый государь, Иван Никитич. По позволению вашего превосходительства, Александр Сергеевич Пушкин (. ) с генералом Орловым намерен был возвратиться в Кишинев; но, простудившись очень сильно, он до сих пор не в состоянии предпринять обратный путь. О чем долгом поставляю уведомить ваше превосходительство и притом уверить, что коль скоро Александр Сергеевич получит облегчение в своей болезни, не замедлит отправиться в Кишинев. Возобновляя мою благодарность вашему превосходительству за позволение, которое вы г-ну Пушкину дали по просьбе моей, имею честь быть с совершенным почтением и преданностью вашего превосходительства покорный слуга.

А. Л. Давыдов—И. Н. Инзову. 15 декабря 1820. Из Каменки в Кишинев.

Милостивый государь Александр Львович. До сего времени я был в опасении о г. Пушкине, боясь чтобы он, невзирая на жестокость бывших морозов с ветром и метелью не отправился в обратный путь и где-нибудь при неудобствах степных дорог не получил несчастья. Но получив почтеннейшее письмо ваше от 15 сего месяца, я спокоен и надеюсь, что ваше превосходительство не позволите ему предпринять путь, поколе не получит укрепления в силах. При сем включаю копию с отношения г. екатеринославского гражданского губернатора о должных г. Пушкиным деньгах. Оно давно уже получено, и я не могу на оное отвечать, не зная обстоятельств о сем деле со стороны г. Пушкина. Покорнейше прошу ваше п-во вручить ему оное и объявить, что я желаю получить от него насчет сего дела сведение, дабы сократить по сему случаю могущую быть переписку. Поздравляя ваше п-во с наступающим новым годом, прошу принять душевное желание, чтобы провели оный с семейством вашим в полном удовольствии и утешении.

И. Н. Инзов —А. Л. Давыдову. 29 декабря 1820. Из Кишинева в Каменку.

. Но там, где ранее весна

Блестит над Каменкой тенистой

И над холмами Тульчина,

Где витгенштейновы дружины

Днепром подмытые равнины

И степи Буга облегли,

Дела иные уж пошли.

Там Пестель—для тиранов

И Муравьев, его склоняя,

И полон дерзости и сил,

Минуты вспышки торопил.

Сначала эти заговоры

Между Лафитом и Клико

Лишь были дружеские споры,

И не входила глубоко

В сердца мятежная наука,

Всё это было только скука,

Безделье молодых умов,

Забавы взрослых шалунов,

И постепенно сетью тайной Россия .

Наш царь дремал .

«Евгений Онегин». Глава 10.

И.Д.Якушкин. ИЗ «ЗАПИСОК»

Приехав в Каменку, я полагал, что никого там не знаю, и был приятно удивлен, когда случившийся здесь А. С. Пушкин выбежал ко мне с распростертыми объятиями. Я познакомился с ним в последнюю мою поездку в Петербург у Петра Чаадаева, с которым он был дружен и к которому имел большое доверие. Василий Львович Давыдов, ревностный член Тайного общества, узнавши, что я от Орлова, принял меня более чем радушно. Он представил меня своей матери и своему брату генералу Раевскому как давнишнего короткого своего приятеля. С генералом был сын его полковник Александр Раевский. Через полчаса я был тут как дома. Орлов, Охотников и я, мы пробыли у Давыдова целую неделю. Пушкин, приехавший из Кишинева, где в это время он был в изгнании, и полковник Раевский прогостили тут столько же. Мы всякий день обедали внизу у старушки матери. После обеда собирались в огромной гостиной, где всякий мог с кем и о чем хотел беседовать. Жена Ал. Львовича Давыдова, которого Пушкин так удачно назвал «рогоносец величавый», урожденная графиня Грамон, впоследствии вышедшая замуж за генерала Себестиани, была со всеми очень любезна. У нее была премиленькая дочь, девочка лет двенадцати. Пушкин вообразил себе, что он в нее влюблен, беспрестанно на нее заглядывался и, подходя к ней, шутил с ней очень неловко. Однажды за обедом он сидел возле меня и, раскрасневшись, смотрел так ужасно на хорошенькую девочку, что она, бедная, не знала, что делать, и готова была заплакать; мне стало ее жалко, и я сказал Пушкину вполголоса: «Посмотрите, что вы делаете; вашими нескромными взглядами вы совершенно смутили бедное дитя».— «Я хочу наказать кокетку,— отвечал он,—прежде она со мной любезничала, а теперь прикидывается жестокой и не хочет взглянуть на меня». С большим трудом удалось мне обратить все это в шутку и заставить его улыбнуться. В общежитии Пушкин был до чрезвычайности неловок и при своей раздражительности легко обижался каким-нибудь словом, в котором решительно не было для него ничего обидного. Иногда он корчил лихача, вероятно, вспоминая Каверина и других своих приятелей-гусаров в Царском Селе; при этом он рассказывал про себя самые отчаянные анекдоты, и все вместе выходило как-то очень пошло. Зато заходил ли разговор о чем-нибудь дельном, Пушкин тотчас просветлялся. О произведениях словесности он судил верно и с особенным каким-то достоинством. Не говоря почти никогда о собственных своих сочинениях, он любил разбирать произведения современных поэтов и не только отдавал каждому из них справедливость, но и в каждом из них умел отыскать красоты, каких другие не заметили. Я ему прочел его Noel*: «Ура! в Россию скачет», и он очень удивился, как я его знаю (. ) Все вечера мы проводили на половине у Василья Львовича, и вечерние беседы наши для всех для нас были очень занимательны. Раевский, не принадлежа сам к Тайному обществу, но подозревая его существование, смотрел с напряженным любопытством на все происходящее вокруг него. Он не верил, чтоб я случайно заехал в Каменку, и ему хотелось знать причину моего прибытия. В последний вечер Орлов, В. Л. Давыдов, Охотников и я сговорились так действовать, чтобы сбить с толку Раевского насчет того, принадлежим ли мы к Тайному обществу или нет. Для большего порядка при наших прениях был выбран президентом Раевский. С полушутливым и полуважным видом он управлял общим разговором. Когда начинали очень шуметь, он звонил в колокольчик; никто не имел права говорить, не просив у него на то дозволения, и т.д. В последний этот вечер пребывания нашего в Каменке, после многих рассуждений о разных предметах, Орлов предложил вопрос, насколько было бы полезно учреждение Тайного общества в России. Сам он высказал все, что можно было сказать за и против Тайного общества. В. Л. Давыдов и Охотников были согласны с мнением Орлова; Пушкин с жаром доказывал всю пользу, которую могло бы принести Тайное общество России. Тут, испросив слово у президента, я старался доказать, что в России совершенно невозможно существование Тайного общества, которое могло бы быть хоть на сколько-нибудь полезно. Раевский стал мне доказывать противное и исчислил все случаи, в которых Тайное общество могло бы действовать с успехом и пользой; в ответ на его выходку я ему сказал: «Мне нетрудно доказать вам, что вы шутите; я предложу вам вопрос: если бы теперь уже существовало Тайное общество, вы, наверное, к нему не присоединились бы?» — «Напротив, наверное бы присоединился»,— отвечал он. «В таком случае давайте руку»,— сказал я ему. И он протянул мне руку, после чего я расхохотался, сказав Раевскому: «Разумеется, все это только одна шутка». Другие также смеялись, кроме А. Л., «рогоносца величавого», который дремал, и Пушкина, который был очень взволнован; он перед этим уверился, что Тайное общество или существует, или тут же получит свое начало и он будет его членом; но когда увидел, что из этого вышла только шутка, он встал, раскрасневшись, и сказал со слезой на глазах: «Я никогда не был так несчастлив, как теперь; я уже видел жизнь мою облагороженною и высокую цель перед собой, и все это была только злая шутка». В эту минуту он был точно прекрасен. В 27-м году, когда он пришел проститься с А.Г.Муравьевой, ехавшей в Сибирь к своему мужу Никите, он сказал ей: «Я очень понимаю, почему эти господа не хотели принять меня в свое общество; я не стоил этой чести».

Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Добавить комментарий

;-) :| :x :twisted: :smile: :shock: :sad: :roll: :razz: :oops: :o :mrgreen: :lol: :idea: :grin: :evil: :cry: :cool: :arrow: :???: :?: :!: