Реферат на тему: Возвращение денди: гомосексуализм и борьба культур в постсоветской России

Реферат на тему: Возвращение денди: гомосексуализм и борьба культур в постсоветской России

Раздел: Искусство, Культура, Литература ВСЕ РАЗДЕЛЫ

Идеальная согласованность половых и биологических признаков является отличительной характеристикой этой модели сексуальности. В восемнадцатом веке, например, Екатерина Вторая, не боясь прослыть извращенной, могла гордо заявлять в своих мемуарах, что у нее ум мужчины. Екатерина упоминает также о некоем любовнике Елизаветы, который был произведен императрицей в генералы, но проявил весьма посредственные способности в военном искусстве. Екатерина поясняет, что его ум был слишком женским для военачальника. Таким образом, понятия мужского и женского были более или менее свободно употребляемыми определениями и могли быть приложимы и к женщине и к мужчине, не неся в себе непременной ассоциации с гомосексуальностью и извращенностью. Хотя, как замечает сама Екатерина, “лучше быть управляемым мужеподобной женщиной, чем женоподобным мужчиной” (Moss, 1996, 146). Действительно, слово “женоподобный”, обозначающee неуместную среди мужчин утонченность, то есть женские качества и стиль поведения, обнаруживающие себя в мужском теле, вошло в широкое употребление именно в восемнадцатом веке. “В продолжение всего восемнадцатого века”, — пишет Джордж Мосс – “разница между полами не была основным стержнем, вокруг которого строилось все человеческое мировоззрение, но со временем она обозначилась более отчетливо” (Moss, 1996, 28).7 Идеал четкой и ясной разницы между полами, “соответствующей” биологическим параметрам, проводит параллель между сексуальной моделью среднего класса, основанной на морали и Священном Писании, и научными моделями, основанными на биологии и теории эволюции. В. В. Розанов, например, в начале двадцатого века подтвердил в очередной раз четко обозначенную разницу между полами, хотя и резко осудил христианскую мораль, сделавшую секс постыдным, в особенности для женщин. В Людях лунного света (1911) он говорит: “. самец и самка – они противоположны, о только! Отсюда – все выводы, вся философия и истина.” (Розанов, 1990, 74) В основе работы Розанова лежит понятие, которое Хоми Баба определяет как “фаллическое уважение” (Bhabha, 1995, 60), выражающееся в его идентификации мужественности и жизненной энергии, представленной спермой: “Из молока цельного человека не выходит, а из семени – выходит” (Розанов, 1990, 109). Значение, которое Розанов придает в своей работе мужской потенции, лишний раз подчеркивает тот факт, что бинарные оппозиции мужское/женское и мужественное/женственное – традиционно иерархичны. Понятия мужского и мужественного стоят в этой иерархии на верхней ступени. Подобное утверждение становится более очевидным при взляде на шкалу, предлагаемую Розановым для измерения мужских и женских качеств. Мужские качества представлены положительными числами (от 1 до 8), в то время как женские качества – отрицательными (от -1 до -8). Соответственно этой шкале, мужская гомосексуальность есть не что иное как “передвижение пола из положительных в отрицательные тяготения” (Розанов, 1990, 144). Теория Розанова относится скорее к области науки, но также, как и домостроевская модель среднего класса, представляет сексуальное влечение как результат разницы полов, и эту разницу – как нечто само собою разумеющееся, происходящее от природы.

Таким образом, если традиционный кумир является следствием и отражением господствующего эталона нормативной мужественности, то любое покушение на его героический статус или, точнее, на само понятие героического, каким оно было сформулировано в советский период, должно “развязать руки” альтернативным формам мужественности, прежде бывшим “на задворках” общепринятого и дозволенного. Гомосексуальность – так же как и близкая к ней тема дендизма – служит дискредитации “естественной” связи между героизмом и нормативной мужественностью, которая представляет мужественность как непременно героическую, героизм как непременно мужественный, а оба качества как обязательные для того, чтобы войти в историю. Тема гомосексуальности освещается в журнале Дантес неоднозначно. В то время как некоторые из авторов предполагают, что Пушкин сам был гомосексуалистом или бисексуалом,11 другие используют гомосексуализм как художественный прием для шокирования адептов пушкинского культа,12 а третьи ограничиваются простым указанием на присутствие гомосексуальности и гомосексуального поведения среди пушкинских современников.13 Проблема гомосексуальности, поднимаемая в вышеупомянутом журнале, а также в беллестристике и в серьезных исследованиях, разрушает прежде обязательную ассоциацию нормативной мужественности и героизма (пушкинский канонический статус) разными способами. Такие работы, как статья Могутина, подчеркивают иконоборческую силу секса вообще и нетрадиционного секса в частности; тогда как авторы, подобные Кирсанову, предполагают, что Пушкин обитал в альтернативной сексуальной области – там, где еще не успели укорениться буржуазные взгляды нормативной сексуальности. По словам Маркова в его Диалоге о Дантесе: “Судя по дневнику приятеля Пушкина А. Н. Вульфа, отношения полов в высшем свете далеки от буржыазных норм рубежа ХIX-XX веков” (Марков, 1999, 52). Как и другие авторы Дантеса, Марков говорит о существовании прямой зависимости между буржуазными (и советскими) сексуальными нормами и пушкинским статусом национального героя. Демистификация эталона мужественности Юрий Мамин подверг сомнению эту связь между сексуальностью – и в частности, нормативной мужественностью – и героизмом уже в 1990 году в своем фильме Бакенбарды. Фактически, этот фильмможет расцениваться как радикальный подход к теме, так как Мамин позволяет себе усомниться в единстве мужественности и мужского начала, каковое лежит в самом основании буржуазных и советских сексуальных норм. Демонстрируя этот разрыв между мужским и мужественным, Мамин тем самым предполагает, что мужественность принадлежит не мужскому телу, а культуре и, следовательно, вместо того, чтобы являться неотъемлемым атрибутом “самца” — становится ролью для исполнения. Действие фильма происходит в городе Заборске в самый разгар Перестройки – 1989 году, и город находится в состоянии хаоса. Начатые Горбачевым послабления – появившаяся внезапно свобода слова и форм, в которых оно может быть преподнесено, – пошатнули устои советской морали и пиетета. В Заборске это вылилось в карнавальные шествия и практически дебош “неформального молодежного объединения” (перестроечный термин, сейчас почти забытый) под названием Капелла.

Приехав на торжества в Пушкинские Горы, они сталкиваются с себе подобной группой под названием Мцыри, одетой в мундиры а-ля Лермонтов. В результате короткой драки пушкинцы побеждают и сталкивают соперников в реку. Если связь между культурой и естеством ненадежна, то никакой контроль над возникновением все новых культурных индивидуальностей невозможен. Понимание этого было присуще Капелле и всеми силами подавлялось “бакенами”. В конце фильма пушкинцы дают волю своей столь долго сдерживаемой похоти и даже Виктор показан занимающимся любовью в своем агитпоезде. Городские власти делают из пушкинцев козлов отпущения, списывая на них все грехи. В самый разгар разнузданного веселья агитпоезд останавливают и пушкинцам силой сбривают их бакенбарды под охраной солдат с собаками. Сцена напоминает символическую кастрацию, после которой Виктор бьется на земле в истерическом припадке. Представитель властей “по работе с молодежью”, руководящий всем происходящим, называет Виктора “бабой” и объясняет, что “все только начинается”. В своем последнем семиотическом преобразовании бакенбарды оказываются не только символом мужественности, но – как и у Самсона – тем, где эта мужественность заключена, ее фетишем. Без них Виктор превращается в “бабу”. Фильм заканчивается перевоплощением пушкинцев. В финальной сцене они проходят по Заборску, одетые в стиле Маяковского, скандируя его революционные строфы. Это перевоплощение в “маяковцев” тем более иронично, что именно Маяковский в свое время предлагал от имени футуристов “сбросить старых великих с парохода современности”. Интересно заметить, что Виктор и Саша прибывают в начале фильма в Заборск именно на пароходе. Действие оказывается равным противодействию, и принципы, во имя которых предлагается “очистить” умы и души в начале, к концу фильма превращаются в свою противоположность. Дендизм и гомосексуальность Попытка создать устойчивую, “героическую” группу вокруг фигуры денди, как это доказывает фильм Мамина, обречена на провал. Поскольку скептицизм и ирония денди неизбежно обращены к исполнительской сущности любой взятой на себя “личины”, они неизбежно подрывают самые основы героически понимаемой мужественности. Возможно, именно этим объясняется популярность денди в пост-советский период, после того, как нормативный советский канон перестал существовать. Идеологический вакуум этого времени является идеальным временем для возникновения и представленив новых образов, весьма свободно использующих культурное наследие прошлого как театральный реквизит. Другой Петербург Кости Ротикова – один из многих примеров. Его обращение к теме денди не настолько явно, как в журнале Дантес19 или в фильме Мамина, но она все же упоминается, и в связи со сходным комплексом вопросов. Изданный в 1998 году, “Другой Петербург” является своего рода гомосексуальной историей столицы, с момента ее основания в 1703 году и до наших дней. Однако, это ни в коей мере не общепринятая история. Автор издал свою книгу под псевдонимом – Костя Ротиков – который немедленно ассоциируется с действующим лицом — гомосексуалистом, напоминающим денди – Козлиной песни Константина Вагинова. Инициалы “К. Р.” и выбранное автором отчество “Константинович” похожи на завуалированный намек на Великого князя Константина Константиновича Романова, друга Чайковского, поэта Серебряного Века и гомосексуалиста.

Не рафинированный представитель постиндустриального духовного производства, а новый варвар, адепт «телесных» практик — вплоть до разбоя и проституции как «телесного ремесленничества» — активно занимает сцену, тесня и носителей христианской духовности, и носителей светской культуры просвещения. Поэтому вопрос о двух типах эроса — языческого, представляющего эмансипацию инстинкта, и христианского, просветленного, требующего торжества духа над материей, становится основным вопросом нашей постиндустриальной эпохи. С особой остротой он встал у нас, в постсоветской России. Наблюдая плоды «либерализации», мы вправе спросить: кто же сегодня реально празднует свою «победу над тоталитаризмом»? Кого на самом деле мы освободили: человека или скота, сидящего в человеке? тех, кто воплощает успехи духовности и просвещения, или тех, кто воплощает худшие инстинкты, всегда ждущие своего часа? Адепты первой версии постиндустриального общества заняты были противопоставлением массового промышленного — нетворческого — труда творческому труду профессионалов духовного производства, становящегося основным классом и производительной силой новой эпохи

В плохом смысле слова

«Власть против геев» становится популярной картинкой гражданской активности

Публика вновь увлечена фарсом. Дума принимает в первом чтении закон о запрете пропаганды гомосексуализма среди несовершеннолетних (388 «за»), обиженные законом меньшинства выходят протестовать, «православные активисты» выходят протестовать против меньшинств, публично грозя попортить им лицо, блогеры дописались до сравнения современной РФ с нацистской Германией — впрочем, такие сравнения у них всегда под рукой.

Повод для общественной бури ничтожен — закон написан так, что сама возможность его практического применения сомнительна. Сомнительны и рассуждения о «поражении в правах миллионов граждан России», если только не предполагать, что до принятия закона эти граждане считали себя вправе делиться обстоятельствами собственной половой жизни со всеми подряд несовершеннолетними. Но из этого скверного анекдота может много чего вырасти — от превращения темы сексуальных меньшинств в политическую до универсального способа отвлекать внимание публики на ложные цели. Благо публика охотно ведется.

Против пояснительной записки

Нужно уточнение. Граждане бурно обсуждают не сам закон. Его текст представляет собой поправки в Кодекс об административных правонарушениях: мол, за пропаганду штраф, один с физического лица, другой — с юридического. Обсуждают пояснительную записку, которая, как известно, юридической силы не имеет.

«Пропаганда гомосексуализма приняла в современной России широкий размах» — с этих слов начинается пояснительная записка. Риторические правила требуют после таких слов привести примеры наблюдаемого неприятного явления. Примеров нет. Дальше речь про цели закона: «Семья, материнство и детство в их традиционном, воспринятом от предков понимании представляют собой те ценности, которые обеспечивают непрерывную смену поколений». Ценности эти надо беречь, а значит, необходимо «установить меры, направленные на обеспечение интеллектуальной, нравственной и психической безопасности детей» и запретить пропаганду гомосексуализма «как деятельности по целенаправленному и бесконтрольному распространению информации, способной нанести вред здоровью, нравственному и духовному развитию, в том числе сформировать искаженные представления о социальной равноценности традиционных и нетрадиционных сексуальных отношений».

Вот «социальная неравноценность» меньшинства и возмутила. «Я тоже могу судить о законопроекте по пояснительной записке, — говорит активист ЛГБТ сообщества Елена Костюченко, — в ней сказано, что следует оградить детей от информации о гомосексуализме как норме поведения. Но гомосексуализм — это норма поведения примерно для семи миллионов граждан России. Их этим законом фактически делают людьми второго сорта и предлагают ввести запрет на научную информацию». Семь миллионов, разумеется, никто не спросил о том, что они считают нормой, сама цифра взята по принципу «средний процент по популяции», достоверность среднего процента неоднократно оспаривалась, но, видимо, именно эту цифру Костюченко считает «научной информацией».

Уместно вспомнить о том, что в несколь

Полная версия материала доступна только подписчикам

Читать материалы в полном объеме могут только те, кто оформил платную подписку на ONLINE-версию журнала.

«Под это что угодно можно подвести»

Как в России и мире боролись с гомосексуализмом и его пропагандой

В мае 2013 года исполнится 20 лет со дня исключения статьи «Мужеложство» из российского Уголовного кодекса. Возможно, к этому моменту в стране уже начнет действовать запрет на «пропаганду гомосексуализма». Кстати, лоббировать этот запрет некоторые депутаты Госдумы начали ровно десять лет назад. «Лента.ру» изучила исторический опыт борьбы с гомосексуализмом и его пропагандой в России и мире.

На протяжении своей истории человечество неоднократно предпринимало попытки искоренить гомосексуализм. Жестокое наказание — вплоть до кастрации и смертной казни — предусматривал кодекс византийского императора Юстиниана, составленный в 529-534 годах. Этот кодекс считается основой европейского права; впоследствии уголовная ответственность за сексуальные контакты мужчины с мужчиной была включена в законодательства многих европейских стран. Уголовное преследование за гомосексуализм исключил лишь кодекс Наполеона, принятый в начале XIX века.

В России ответственность за гомосексуализм была впервые введена Воинским уставом Петра I — в 1716 году. Глава «О содомском грехе, о насилии и блуде» воинского артикула предписывает «жестоко на теле наказать» за мужеложство и «осквернение отрока». За то же самое, но с применением насилия полагалась смертная казнь или «вечная ссылка на галеру».

В 1832 году гомосексуализм был признан преступлением в общем уголовном законодательстве России. Наказанием служила ссылка в Сибирь на срок до пяти лет. Уголовное уложение 1903 года смягчило наказание — от трех месяцев до года тюрьмы. После февральской революции 1917 года наказание за гомосексуализм было отменено.

Борьба с «пропагандой гомосексуализма» — изобретение ХХ века. До современной России, где попытки запретить эту самую пропаганду предпринимаются с 2003 года, с «вербовкой в гомосексуалисты» сражались сразу в нескольких странах.

Однако первенство в этом вопросе принадлежит СССР эпохи тридцатых. Известно, как минимум, о двух докладных записках зампреда ОГПУ Генриха Ягоды Иосифу Сталину. В этих записках Ягода обвиняет гомосексуалов, облавы на которых были начаты осенью 1933 года, в «развращении совершенно здоровой молодежи, красноармейцев, краснофлотцев и отдельных вузовцев». Параллельно гомосексуалы были обвинены в контрреволюционной деятельности — намерении создать «прямые шпионские ячейки» на базе раскрытых ОГПУ «сетей салонов, очагов, притонов, групп и других организованных формирований».

Правда, законодательные акты, ставшие следствием этих докладных записок, напрямую вводили ответственность «за мужеложство», а не за его пропаганду. Сперва, 17 декабря 1933 года, ЦИК СССР постановил «распространить уголовную ответственность за мужеложство, т.е. половое сношение мужчины с мужчиной, на случай добровольных сношений, независимо от недостижения одним из участников половой зрелости». Тем же постановлением союзным республикам было предложено включить в свои Уголовные кодексы соответствующую статью: за мужеложство предлагалось наказывать лишением свободы на срок до пяти лет, за мужеложство «с насилием, за плату или публично» — до восьми лет.

Статья о мужеложстве 1 апреля 1934 года была добавлена в УК РСФСР под номером 154-а. В отличие от постановления ЦИК в УК эта статья была еще жестче — она установила нижние границы наказания для гомосексуалов, чего в постановлении не было: от трех до пяти лет за «простое» мужеложство и от пяти до восьми — за отягощенное насилием или зависимым положением одного из партнеров. Столько же (и без ограничения минимальных сроков) тогда давали за изнасилование — до пяти лет за обычное, до восьми — за групповое.

В 1959 году постановление ЦИК СССР 1933 года было признано утратившим силу «в связи с введением в действие основ уголовного законодательства». Новый УК, начавший действовать в 1960-м, сохранил статью «Мужеложство» — правда, она изменила номер (стала статьей 121) и была немного смягчена — исчезли нижние пределы наказания. Максимальные сроки заключения, которые можно было получить за однополые отношения, были оставлены теми же — пять и восемь лет.

В таком виде статья существовала до 29 апреля 1993 года, пока не была отменена в связи с решением российских властей о вступлении в Совет Европы. В новой редакции УК по статье 121 наказывалось лишь мужеложство, совершенное с применением насилия, угроз либо в отношении несовершеннолетнего или зависимого человека. Нижнего предела наказания не было, максимальный срок был снижен до семи лет.

На женщин советский закон о мужеложстве не распространялся никогда. Зато мужеложство и лесбиянство наказываются в современной России. Действующий Уголовно-исполнительный кодекс РФ причисляет гомосексуальные контакты к числу злостных нарушений порядка отбывания наказания в местах лишения свободы — руководству таких мест предписано составлять списки лиц, имеющих соответствующие наклонности. Их записывают в графу «Осужденные, состоящие на профилактическом учете».

В действующем УК РФ мужеложство и лесбиянство упоминаются, в частности, в статье 132 («Насильственные действия сексуального характера»). Однополый сексуальный контакт с применением насилия или под угрозой может стоить трех-шести лет заключения, то же самое преступление, совершенное группой — четырех-десяти лет, то же в отношении несовершеннолетнего — от восьми до 15 лет колонии.

Бескомпромиссная борьба с гомосексуалами велась в гитлеровской Германии, где, как и в современной России, власти были озабочены улучшением демографии. Там тоже обсуждалась «опасность заражения общества через пример». Антигейское законодательство постоянно совершенствовалось — начиная с 1933 года была запрещена профильная пресса, закрывались бары и правозащитные организации, ориентированные на геев. В 1934 году в Гестапо был создан спецотдел по борьбе с гомосексуализмом, а в 1936 году — Имперское центральное бюро по борьбе с гомосексуализмом и абортами. После ужесточения законодательства в 1935 году для обвинения в гомосексуализме было достаточно взгляда. Обновленный параграф 175 имперского уголовного законодательства угрожает тюрьмой «мужчине, совершающему блуд с другим мужчиной или позволяющему ему совершать блуд над собой». При этом срок тюремного заключения в УК не указывался. В дальнейшем борцы за гетеросексуальность обсуждали возможность замены тюремного заключения для гомосексуалов на каторгу, а также введение в УК кастрации для «генетически обусловленных» геев. В 1935 году была внесена поправка в закон «О предупреждении генетических болезней», которой разрешена кастрация «по собственному желанию» для мужчин, осужденных по статье о гомосексуализме.

Летом 1940 года Главное управление имперской безопасности издало указ, разрешающий аресты и помещение в концлагеря всех мужчин, «совративших» более одного партнера. Осенью того же года главное управление криминальной полиции выпустило свой указ, которым предложило кастрацию в качестве альтернативы концлагерю. По некоторым данным, позже, в 1942 году, начальники концлагерей получили право по своему усмотрению решать вопрос о кастрации осужденных по статье о гомосексуализме. Закон о принудительной кастрации геев предполагалось ввести в действие в 1945 году, однако по объективным причинам это сделано не было. Точных данных о численности людей, пострадавших от всех действовавших нововведений, нет. Известно лишь, что с 1937 по 1939 годы через Гестапо по подозрению в гомосексуализме прошли около 95 тысяч человек. Около 25 тысяч из них позже были осуждены за это.

Непосредственно с «пропагандой гомосексуализма» религиозные граждане начали борьбу во второй половине 1970-х годов в США. Очевидно, это была реакция на первые успехи движения за права геев. В 1977 году коалиция «Спасите наших детей» добивалась отмены поправки о недопущении дискриминации на рабочих местах (в частности, в школах) по признаку сексуальной ориентации, действовавшей в законодательстве округа Майами-Дейд в штате Флорида. Лидер кампании — христианка Анита Брайант — заявляла об опасности «вербовки» гомосексуалами детей в школах. После рефрендума антидискриминационная поправка была отменена и возвращена в законодательство только в 1998 году.

До 1960-х годов в США действовала уголовная ответственность за гомосексуализм. В 20 штатах можно было задержать любого заподозренного в гомосексуальности, а в Пенсильвании и Калифорнии гомосексуалам грозило пожизненное содержание в психиатрической клинике. Кампания против гомосексуалов проводилась в рамках борьбы с коммунистами и прочими инакомыслящими, развернутой сенатором Джозефом Маккарти в 1947 году. Гомосексуалы обвинялись в склонности к совершению преступлений и угрозе национальной безопасности. За три года кампании тысячи людей потеряли работу, были закрыты гей-бары и запрещено ношение одежды противоположного пола. В 1952 году Американской психиатрической ассоциацией гомосексуализм был признан социопатическим расстройством личности — и его пытались лечить, в том числе кастрацией и лоботомией. Первая организация в защиту прав геев появилась в США в 1950 году. Ее, что неудивительно, создал коммунист Гарри Хей («Общество Маттачине»).

Законодательные инициативы против «пропаганды гомосексуализма», как правило, выдвигались консервативными политиками-популистами при поддержке религиозных организаций, считавших, что открытая информация о гомосексуальности разрушает институт семьи и приводит к росту числа гомосексуалов в обществе. Так, в Великобитании в период правления Маргарет Тэтчер в законе о местном самоуправлении (Local Government Act) появилась специальная статья (параграф 28), предписывавшая местным властям «не допускать содействия в распространении гомосексуальности или материалов с целью его поощрения», а также «не допускать в процессе обучения в школах материалов о приемлемости гомосексуальности». Законодательный акт был принят в 1988 году, в 2003 году — после трехлетней борьбы лейбористов в парламенте — его отменили, так ни разу и не применив.

В 2006 году законопроект о запрете пропаганды гомосексуализма в СМИ инициировала «Латвийская первая партия», считавшая, что такой акт позволил бы «усилить роль семьи в обществе». Латвийский сейм отклонил этот законопроект.

В Литве в 2009 году был принят закон «О защите несовершеннолетних от негативной информации», криминализовавший публичное распространение информации о гомосексуальности. Инициаторы законопроекта заявляли, что численность гомосексуалов увеличивается под влиянием такой информации. Президент страны Валдас Адамкус наложил вето на этот закон, но сейм преодолел его. Под давлением нового президента Дали Грибаускайте закон был поправлен, но в 2010 году депутаты попытались включить статью о «пропаганде гомосексуализма» в КоАП. Впрочем, после жесткой реакции Евросоюза этот законопроект был отклонен.

Законопроект о «пропаганде гомосексуализма» с 2011 года обсуждается на Украине. В Верховной Раде лежат уже как минимум три версии документа, представленные различными политическими силами.

В современной России первый законопроект о введении уголовной ответственности за «пропаганду гомосексуализма» был внесен в Госдуму в 2003 году, через десять лет после отмены советской статьи о «мужеложстве». Инициатива принадлежала депутату от партии «Родина» Александру Чуеву. Парламентарий предлагал дополнить УК России статьей, запрещающей геям работать в учебных заведениях, армии и колониях. Наказывать за преступление Чуев предлагал с помощью судебного запрета на работу в соответствующих заведениях на срок от двух до пяти лет. Законопроект вносился в Госдуму в общей сложности четыре раза — в 2003, 2004, 2006 и 2009 годах, но парламент всякий раз отклонял его, ссылаясь на противоречие статье 29 Конституции (свобода выражения мнения и убеждений), а также статьям 8, 10, 14 Европейской конвенции о правах человека (право на уважение частной и семейной жизни, свободу выражения мнения и запрещение дискриминации). Коллеги-депутаты прямо упрекали Чуева в популизме.

Тем не менее, идея Чуева нашла отклик в российских регионах. В 2006 году Рязанская областная дума первой запретила «пропаганду гомосексуализма», за ней потянулись Архангельская, Костромская, Новосибирская, Самарская, Магаданская области и Санкт-Петербург. Аналогичные законопроекты обсуждались также в Москве, Калининградской, Свердловской, Владимирской областях, республике Якутия и в Краснодарском крае.

Гей-активисты прошли все судебные инстанции в России, оспаривая региональные законы. Ни Верховный суд, ни Конституционный никаких нарушений в этих законах не нашли. В частности, Верховный суд постановил, что эти законы не препятствуют проведению публичных акций гей-активистов и информированию людей о гомосексуальности. Жалоба на рязанский закон сейчас находится в Европейском суде по правам человека, а Комитет ООН по правам человека уже удовлетворил требования активистов и дал России время на восстановление их прав, рассказал «Ленте.ру» основатель правозащитного проекта GayRussia Николай Алексеев.

Алексеев обратил внимание «Ленты.ру» на то, что в большинстве регионов законы «о пропаганде гомосексуализма» лишь принимаются, но почти не применяются. Так, по самому скандальному закону, принятому в Санкт-Петербурге, пока был оштрафован лишь сам Алексеев, а два гей-активиста, вышедшие к детской библиотеке в Костроме в знак протеста против принятия аналогичного закона, судом были признаны невиновными.

По мнению Алексеева, и на региональном, и на федеральном уровне депутаты голосуют за законы против «пропаганды гомосексуализма», считая, что «это идиотизм» и «не веря в то, за что голосуют». То же самое, по его мнению, относится и к закону о митингах, о запрете на усыновление российских детей гражданами США и другим. «Есть какая-то установка, что надо так делать, потому что это против Запада. Это просто очередной повод показать Западу, что «мы не идем по вашему пути и не надо нам навязывать ваши ценности». Кроме того, идет четкая, ясная тенденция ужесточения контроля над обществом под видом борьбы за нравственность, за права детей. Под это все что угодно можно подвести».

Гомосексуализм в Древней Греции

#1 andy4675

В Древней Греции гомосексуализм действительно существовал. Но повальным явлением он не являлся. И, конечно, вопреки муссируемому у многих авторов, а также в западноевропейском кинематографе, не являлся чем-то обычным, абсолютно приемлимым и не порицаемым.

Идеи гомосексуализма особенно отчётливы у многих авторов. В целом, их можно разделить на категории. Например, в первую категорию входят престарелые философы (Платон), затем — люди, проводившие много лет в военных лагерях (т. е. вдали от женщин), также не гнушающиеся философией (Ксенофонт), затем — авторы 2 века новой эры, когда гомосексуализм в римской Греции уже действительно становится повальным (Плутарх Херонейский, Герод Аттик). Эти, уже устоявшиеся идеи, отражены и в работе эрудита Афинея, и у историка Диогена Лаэртского в 3 веке.

Но что думали о гомосексуализме сами древние греки, если убрать логизмы и умозаключения указанных авторов? Например, сам же Плутарх сохранил для нас такой рассказ о царе Македонии Филиппе, сыне Аминты и о Священном Отряде Фив.

Плутарх, Пелопид 18-19:

18. Священный отряд, как рассказывают, впервые был создан Горгидом: в него входили триста отборных мужей, получавших от города все необходимое для их обучения и содержания и стоявших лагерем в Кадмее; по этой причине они носили имя «городского отряда», так как в ту пору крепость обычно называли «городом». Некоторые утверждают, что отряд был составлен из любовников и возлюбленных. Сохранилось шутливое изречение Паммена, который говорил, что гомеровский Нестор оказал себя неискусным полководцем, требуя, чтобы греки соединялись для боя по коленам и племенам:

Пусть помогает колену колено и племени племя 14 , —

вместо того, чтобы поставить любовника рядом с возлюбленным. Ведь родичи и единоплеменники мало тревожатся друг о друге в беде, тогда как строй, сплоченный взаимной любовью, нерасторжим и несокрушим, поскольку любящие, стыдясь обнаружить свою трусость, в случае опасности неизменно остаются друг подле друга. И это не удивительно, если вспомнить, что такие люди даже перед отсутствующим любимым страшатся опозориться в большей мере, нежели перед чужим человеком, находящимся рядом, — как, например, тот раненый воин, который, видя, что враг готов его добить, молил: «Рази в грудь, чтобы моему возлюбленному не пришлось краснеть, видя меня убитым ударом в спину». Говорят, что Иолай, возлюбленный Геракла, помогал ему в трудах и битвах. Аристотель сообщает, что даже в его время влюбленные перед могилой Иолая приносили друг другу клятву в верности. Вполне возможно, что отряд получил наименование «священного» по той же причине, по какой Платон 15 зовет любовника «боговдохновенным другом». Существует рассказ, что вплоть до битвы при Херонее он оставался непобедимым; когда же после битвы Филипп, осматривая трупы, оказался на том месте, где в полном вооружении, грудью встретив удары македонских копий, лежали все триста мужей, и на его вопрос ему ответили, что это отряд любовников и возлюбленных, он заплакал и промолвил: «Да погибнут злою смертью подозревающие их в том, что они были виновниками или соучастниками чего бы то ни было позорного».

19. Впрочем, поэты неправы, утверждая, будто начало этим любовным связям среди фиванцев положила страсть Лая 16 ; на самом деле волею законодателей, желавших с детства ослабить и смягчить их природную горячность и необузданность, все игры и занятия мальчиков постоянно сопровождались звуками флейты, которой было отведено почетное первое место, а в палестрах воспитывалось ясное и светлое чувство любви, умиротворявшее нравы молодежи и вносившее в них умеренность. И совершенно правильно фиванцы считают жительницей своего города богиню, родившуюся, как говорят, от Ареса и Афродиты 17 , ибо где боевой и воинственный дух теснее всего связан с искусством убеждения, прелестью и красотой, там, благодаря гармонии, из всех многообразных частей возникает самое стройное и самое благовидное государство.

Бойцов, священного отряда Горгид распределял по всему строю гоплитов, ставя их в первых рядах; таким образом доблесть этих людей не особенно бросалась в глаза, а их мощь не была направлена на исполнение определенного задания, поскольку они были разъединены и по большей части смешаны с воинами похуже и послабее. Лишь Пелопид, после того как они столь блистательно отличились при Тегирах, сражаясь у него на глазах, больше не разделял и не расчленял их, но использовал как единое целое, посылая вперед в самые опасные и решительные минуты боя. Подобно тому, как кони, запряженные в колесницу, бегут быстрее, нежели поодиночке, — не потому, что общими усилиями они легче рассекают воздух, но потому, что их разжигает соревнование и соперничество друг с другом, — так, полагал он, храбрые люди, внушая друг другу рвение к славе и подвигам, оказываются особенно пригодны и полезны для совместных действий.

14. Пусть помогает колену колено и племени племя… — «Илиада», II, 363.

15. Платон — См.: «Федр», 255в.

16. …страсть Лая… — Фиванский царь Лай влюбился в Хрисиппа, сына Пелопа, и похитил его; именно за это, по моралистической версии мифа, он был наказан смертью от руки неузнанного своего сына Эдипа.

17. …от Ареса и Афродиты… — Богиня Гармония, жена Кадма, основателя Кадмеи.

Царь Филипп, т. о., явно считал зазорным даже подозрение в гомосексуализме. И, как современник и очевидец, он с полной ясностью свидетельствует, что члены Священного Отряда Фив гомосексуалистами не были. Скорее всего, это был наговор их врагов.

Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Добавить комментарий

;-) :| :x :twisted: :smile: :shock: :sad: :roll: :razz: :oops: :o :mrgreen: :lol: :idea: :grin: :evil: :cry: :cool: :arrow: :???: :?: :!: