Ошибка 404

К сожалению, набранная вами страница не существует.

  • Страница была удалена с сервера
  • Страница временно недоступна
  • Если Вы набирали адрес вручную, проверьте, пожалуйста, правильно ли он набран.

Что можно сделать?

Попробуйте найти информацию, начав с главной страницы

Аудиокниги скачать бесплатно. Аудио книги онлайн без регистрации бесплатно.

Скачать аудиокниги бесплатно

Все аудиокниги на Bibe.ru можно скачать бесплатно

Аудиокниги в электронной библиотеке Bibe.ru – бесплатны. Вы имеете уникальную возможность скачать книги бесплатно, и при этом совершенно легально. Все тексты книг озвучены дикторами, специально для этого сайта.

Ответы на частые вопросы

Ответы на вопросы по сайту + пятиминутное видео о том, как скачать аудиокниги бесплатно и без регистрации. Решение проблем при распаковке архивов с книгами, проигрыванием mp3 файлов. Более 10 популярных вопросов и ответов о скачивании аудиокниг с онлайн библиотеки Bibe.ru без регистрации и смс.

Хотели бы Вы озвучить книгу для сайта?

Вам нравится скачивать аудиокниги с сайта бесплатно? А хотели бы Вы озвучить какую-то книгу, чтобы посетители сайта могли и Ваши озвучки аудио книг тоже скачать бесплатно?

Вы автор книги? Позвольте скачать Вашу книгу бесплатно.

Если Вы являетесь обладателем авторских прав на какой-то интересный рассказ, роман или целую книгу, можно опубликовать бесплатную аудио-версию Вашей книги в электронной библиотеке Bibe.ru. Все желающие смогли бы эту аудиокнигу скачать бесплатно и без регистрации с сайта Bibe.ru. Так же о Вашей новой бесплатной аудиокниге будет рассказано более чем 300 тысячам подписчиков рассылки уведомлений о новых бесплатных аудиокнигах этого сайта.

Поиск аудиокниги на сайте

Мертвые души — Н.В. Гоголь

Поэма «Мертвые Души» написана Гоголем в изящной и столь ценимой манере тонкой сатиры, имена ее героев стали нарицательными, а цитаты из нее стали крылатыми фразами. Она знакома нам со школьной скамьи, но, к сожалению, не всегда мы готовы оценить всю красочность и самобытность произведения в ранней молодости.

Скачайте эту аудио книгу бесплатно, и она займет достойное место в вашей коллекции книг.

Известно, что замысел «Мертвых Душ» был подсказан Гоголю Пушкиным. Гоголь работал на этой поэмой долго и самозабвенно, мысля написать ее в трех частях, по аналогии с «Божественной Комедией» Данте. Гоголь представлял, что в его произведении будут «Ад», «Чистилище» и «Рай», как и у Данте. До нас дошла только первая часть поэмы, в которой Гоголь раскрывал сущность, «ад», русской жизни. Во второй и третьей частях он хотел показать возрождение Руси, однако третья часть так и не была написана, а вторая была сожжена.

Сюжет поэмы заключается в том, что коллежский советник Павел Иванович Чичиков приезжает в город NN с целью скупить у местных помещиков «души» умерших крестьян, для того чтобы затем заложить их в опекунский совет и составить себе капитал.

Следуя за Чичиковым и аудиокнигой в дома местных помещиков, мы сталкиваемся с самыми разными типажами – расточительным мечтателем Маниловым и бережливой Коробочкой, пройдохой Ноздревым, хозяйственным Собакевичем и скрягой Плюшкиным. Наблюдая за героями поэмы, мы начинаем понимать, что само название – «Мертвые Души» — относится не только к афере Чичикова, но и к описываемым персонажам.

Информация от автора озвучки этой книги

Я, Польский Сергей, — переводчик по профессии и призванию. Образование — высшее, ин.яз. Долгое время жил и работал за границей (Англия и Чили). Теперь живу и работаю в России, чему очень рад (в гостях хорошо, а дома лучше).

В мире переводов я профессионал, а в мире аудиокниг — поклонник, коллекционер, любитель. Впервые с аудиокнигами познакомился в Англии, когда у нас о них и не слышали, ну, кроме радиоспектаклей, которые, как правило, не давали всего произведения, а только отрывки. Для меня стало откровением огромное количество полных книг, доступных читателям (слушателям) в общественной библиотеке города Дорсет (округ Дорчестер, Англия) бесплатно.

Затем я наблюдал за развитием аудиокниг в России, и рад, что первоначальный период наживы на этом виде искусства завершен. Логическим продолжением этого периода должна стать доступность аудиокниг каждому, без нарушения закона. Поэтому, когда я узнал о существовании этого проекта — сразу записался «добровольцем». Буду начитывать по мере возможности и наличия свободного времени.

Искренне верю в пользу аудиокниг и сожалею, что нельзя начитывать более современные вещи. Конечно я диктор-любитель и мои начитки не могут даже приблизиться к уровню работ профессионалов в этой области. Но пусть лучше будет любительская версия произведения бесплатно, доступная всем, чем только профессиональная, недоступная (в силу множества различных причин) очень и очень многим. Не все могут позволить себе платные аудиокниги, далеко не все. И я верю, что время доступных аудиокниг в общественных библиотеках всё ближе.

Скачать бесплатно: Аудиокнига ««Мертвые души», книга Н.В. Гоголя» Это полная версия аудиокниги. Скачать и слушать аудиокнигу можно бесплатно без регистрации.
(254 329 скачиваний с 01/08/2009)

Классика ру

Но не то тяжело, что будут недовольны героем, тяжело то, что живет в душе неотразимая уверенность, что тем же самым героем, тем же самым Чичиковым были бы довольны читатели. Не загляни автор поглубже ему в душу, не шевельни на дне ее того, что ускользает и прячется от света, не обнаружь сокровеннейших мыслей, которых никому другому не вверяет человек, а покажи его таким, каким он показался всему городу, Манилову и другим людям, и все были бы радешеньки и приняли бы его за интересного человека. Нет нужды, что ни лицо, ни весь образ его не метался бы как живой пред глазами; зато по окончании чтения душа не встревожена ничем, и можно обратиться вновь к карточному столу, тешащему всю Россию. Да, мои добрые читатели, вам бы не хотелось видеть обнаруженную человеческую бедность. Зачем, говорите вы, к чему это? Разве мы не знаем сами, что есть много презренного и глупого в жизни? И без того случается нам часто видеть то, что вовсе не утешительно. Лучше же представляйте нам прекрасное, увлекательное. Пусть лучше позабудемся мы! «Зачем ты, брат, говоришь мне, что дела в хозяйстве идут скверно? — говорит помещик приказчику. — Я, брат, это знаю без тебя, да у тебя речей разве нет других, что ли? Ты дай мне позабыть это, не знать этого, я тогда счастлив». И вот те деньги, которые бы поправили сколько-нибудь дело, идут на разные средства для приведения себя в забвенье. Спит ум, может быть обретший бы внезапный родник великих средств; а там имение бух с аукциона, и пошел помещик забываться по миру с душою, от крайности готовою на низости, которых бы сам ужаснулся прежде.

Еще падет обвинение на автора со стороны так называемых патриотов, которые спокойно сидят себе по углам и занимаются совершенно посторонними делами, накопляют себе капитальцы, устроивая судьбу свою на счет других; но как только случится что-нибудь, по мненью их, оскорбительное для отечества, появится какая-нибудь книга, в которой скажется иногда горькая правда, они выбегут со всех углов, как пауки, увидевшие, что запуталась в паутину муха, и подымут вдруг клики: «Да хорошо ли выводить это на свет, провозглашать об этом? Ведь это все, что ни описано здесь, это все наше — хорошо ли это? А что скажут иностранцы? Разве весело слышать дурное мнение о себе. Думают, разве это не больно? Думают, разве мы не патриоты?» Да такие мудрые замечания, особенно насчет мнения иностранцев, признаюсь, ничего нельзя прибрать в ответ. А разве вот что: жили в одном отдаленном уголке России два обитателя. Один был отец семейства, по имени Кифа Мокиевич, человек нрава кроткого, проводивший жизнь халатным образом. Семейством своим он не занимался; существованье его было обращено более в умозрительную сторону и занято следующим. как он называл, философическим вопросом: » Вот, например, зверь, — говорил он, ходя по комнате, — зверь родится нагишом. Почему же именно нагишом? Почему не так, как птица, почему не вылупливается из яйца? Как, право, того: совсем не поймешь натуры, как побольше в нее углубишься!» Так мыслил обитатель Кифа Мокиевич. Но не в этом еще главное дело. Другой обитатель был Мокий Кифович, родной сын его. Был он то, что называют на Руси богатырь, и в то время, когда отец занимался рожденьем зверя, двадцатилетняя плечистая натура его так и порывалась развернуться. Ни за что не умел он взяться слегка: все или рука у кого-нибудь затрещит, или волдырь вскочит на чьем-нибудь носу. В доме и в соседстве все, от дворовой девки до дворовой собаки, бежало прочь, его завидя; даже собственную кровать в спальне изломал он в куски. Таков был Мокий Кифович, а впрочем, был он доброй души. Но не в этом еще главное дело. А главное дело вот в чем: «Помилуй, батюшка барин, Кифа Мокиевич, — говорила отцу и своя и чужая дворня, — что у тебя за Мокий Кифович? Никому нет от него покоя, такой припертень!» — «Да, шаловлив, шаловлив, — говорил обыкновенно на это отец, — да ведь как быть: драться с ним поздно, да и меня же все обвинят в жестокости; а человек он честолюбивый, укори его при другом-третьем, он уймется, да ведь гласность-то — вот беда! город узнает, назовет его совсем собакой. Что, право, думают, мне разве не больно? разве я не отец? Что занимаюсь философией да иной раз нет времени, так уж я и не отец? Ан вот нет же, отец! отец, черт их побери, отец! У меня Мокий Кифович вот тут сидит, в сердце! — Тут Кифа Мокиевич бил себя весьма сильно в грудь кулаком и приходил в совершенный азарт. — Уж если он и останется собакой, так пусть же не от меня об этом узнают, пусть не я выдал его». И, показав такое отеческое чувство, он оставлял Мокия Кифовича продолжать богатырские свои подвиги, а сам обращался вновь к любимому предмету, задав себе вдруг какой-нибудь подобный вопрос: «Ну а если бы слон родился в яйце, ведь скорлупа, чай, сильно бы толста была, пушкой не прошибешь; нужно какое-нибудь новое огнестрельное орудие выдумать». Так проводили жизнь два обитателя мирного уголка, которые нежданно, как из окошка, выглянули в конце нашей поэмы, выглянули для того, чтобы отвечать скромно на обвинение со стороны некоторых горячих патриотов, до времени покойно занимающихся какой-нибудь философией или приращениями на счет сумм нежно любимого ими отечества, думающих не о том, чтобы не делать дурного, а о том, чтобы только не говорили, что они делают дурное. Но нет, не патриотизм и не первое чувство суть причины обвинений, другое скрывается под ними. К чему таить слово? Кто же, как не автор, должен сказать святую правду? Вы боитесь глубоко устремленного взора, вы страшитесь сами устремить на что-нибудь глубокий взор, вы любите скользнуть по всему недумающими глазами. Вы посмеетесь даже от души над Чичиковым, может быть, даже похвалите автора, скажете: «Однако ж кое-что он ловко подметил, должен быть веселого нрава человек!» И после таких слов с удвоившеюся гордостию обратитесь к себе, самодовольная улыбка покажется на лице вашем, и вы прибавите: «А ведь должно согласиться, престранные и пресмешные бывают люди в некоторых провинциях, да и подлецы притом немалые!» А кто из вас, полный христианского смиренья, не гласно, а в тишине, один, в минуты уединенных бесед с самим собой, углубит вовнутрь собственной души сей тяжелый запрос: «А нет ли и во мне какой-нибудь части Чичикова?» Да, как бы не так! А вот пройди в это время мимо его какой-нибудь его же знакомый, имеющий чин ни слишком большой, ни слишком малый, он в ту же минуту толкнет под руку своего соседа и скажет ему, чуть не фыркнув от смеха: «Смотри, смотри, вон Чичиков, Чичиков пошел!» И потом, как ребенок, позабыв всякое приличие, должное званию и летам, побежит за ним вдогонку, поддразнивая сзади и приговаривая: «Чичиков! Чичиков! Чичиков!»

Но мы стали говорить довольно громко, позабыв, что герой наш, спавший во все время рассказа его повести, уже проснулся и легко может услышать так часто повторяемую свою фамилию. Он же человек обидчивый и недоволен, если о нем изъясняются неуважительно. Читателю сполагоря, рассердится ли на него Чичиков, или нет, но что до автора, то он ни в коком случае не должен ссориться с своим героем: еще не мало пути и дороги придется им пройти вдвоем рука в руку; две большие части впереди — это не безделица.

— Эхе-хе! что ж ты? — сказал Чичиков Селифану, — ты?

— Что? — сказал Селифан медленным голосом.

— Как что? Гусь ты! как ты едешь? Ну же, потрогивай!

И в самом деле, Селифан давно уже ехал зажмуря глаза, изредка только потряхивая впросонках вожжами по бокам дремавших тоже лошадей; а с Петрушки уже давно невесть в каком месте слетел картуз, и он сам, опрокинувшись назад, уткнул свою голову в колено Чичикову, так что тот должен был дать ей щелчка. Селифан приободрился и, отшлепавши несколько раз по спине чубарого, после чего тот пустился рысцой, да помахнувши сверху кнутом на всех, примолвил тонким певучим голоском: «Не бойся!» Лошадки расшевелились и понесли, как пух, легонькую бричку. Селифан только помахивал да покрикивал: «Эх! эх! эх!» — плавно подскакивая на козлах, по мере того как тройка то взлетала на пригорок, то неслась духом с пригорка, которыми была усеяна вся столбовая дорога, стремившаяся чуть заметным накатом вниз. Чичиков только улыбался, слегка подлетывая на своей кожаной подушке, ибо любил быструю езду. И какой же русский не любит быстрой езды? Его ли душе, стремящейся закружиться, загуляться, сказать иногда: «черт побери все!» — его ли душе не любить ее? Ее ли не любить, когда в ней слышится что-то восторженно-чудное? Кажись, неведомая сила подхватила тебя на крыло к себе, и сам летишь, и все летит: летят версты, летят навстречу купцы на облучках своих кибиток, летит с обеих сторон лес с темными строями елей и сосен, с топорным стуком и вороньим криком, летит вся дорога невесть куда в пропадающую даль, и что-то страшное заключено в сем быстром мельканье, где не успевает означиться пропадающий предмет, — только небо над головою, да легкие тучи, да продирающийся месяц одни кажутся недвижны. Эх, тройка! птица тройка, кто тебя выдумал? знать, у бойкого народа ты могла только родиться, в той земле, что не любит шутить, а ровнем-гладнем разметнулась на полсвета, да и ступай считать версты, пока не зарябит тебе в очи. И не хитрый, кажись, дорожный снаряд, не железным схвачен винтом, а наскоро живьем с одним топором да молотом снарядил и собрал тебя ярославский расторопный мужик. Не в немецких ботфортах ямщик: борода да рукавицы, и сидит черт знает на чем; а привстал, да замахнулся, да затянул песню — кони вихрем, спицы в колесах смешались в один гладкий круг, только дрогнула дорога, да вскрикнул в испуге остановившийся пешеход — и вон она понеслась, понеслась, понеслась. И вон уже видно вдали, как что-то пылит и сверлит воздух.

Гоголь мертвые души отрывок

К портретам персонажей «Мёртвых душ» Боклевский приступил, по-видимому, в середине 50-х годов, когда началось его сближение с кружком Островского. Публикация гоголевских типов из «Мёртвых душ» началась в 1875 году с журнала «Пчела». В 1882 году впервые появился в печати «Альбом гоголевских типов в рисунках художника П.Боклевского». Иллюстрированию Гоголя художник посвятил всю свою жизнь. Наиболее полно представлены рисунки П.М.Боклевского в Полном собрании сочинений Н.В.Гоголя, вышедшем в 1912 году под редакцией Овсяннико-Куликовского1.

Боклевский полностью отказывается от воспроизведения бытовых деталей, обстановки. Его главная задача – передать интеллектуальную скудость, нравственное убожество гоголевских типов. Поэтому художник ограничивается только портретами героев, концентрирует внимание на изображении их лиц.

В многочисленных портретах Чичикова Боклевский сумел передать и мягкую вкрадчивость Павла Ивановича и твёрдость его характера, скрытого под этой кажущейся мягкостью. Круглое лицо, цветущие щёки, полный подбородок, волосы, гладко и аккуратно зачёсанные, почтенные, лысеющие височки говорят о степенности благонамеренного человека. Плавные, круглые линии овала лица Павла Ивановича находятся в контрасте с острыми, косыми штрихами, резко вычерчивающими хищный нос, тонкие брови, хитрые глаза Чичикова. На губах «херсонского помещика» застыла заученная, любезная улыбка. Так художник создаёт образ осторожного хищника, человека, ведущего двойную игру.

Приторную любезность отъявленного плута замечательно передает эскизный портрет Чичикова во весь рост. Павел Иванович идет на зрителя. Он склонился в почтительном полупоклоне, на лице улыбка, в знак приятности он снял картуз и держит его в левой руке. Правая – у сердца, причем мизинец жеманно отставлен, так как Павел Иванович не чужд изящных манер. Коварные замыслы Чичикова выдают только походка да глаза в узких щелках. Павел Иванович едва переступает, он крадется, соблюдая осторожность вора. Его глаза, окруженные сетью морщинок, явно смеются над простаками, которые так легко доверяются ему.

Манилов представлен художником отдыхающим в послеобеденный час. Распустив галстук, расстегнув жилет, с неизменной трубкой с длинным чубуком, он нежится в мягком кресле. Манилов – деликатный, образованный барин. Поэтому пуховики располагают его к мечтательности. Он завёл глаза, запрокинул голову – унёсся фантазией под облака. Однако с подушек он не поднимается, пребывает в полной праздности, и зрителю ясно, что фантазии Манилова так же эфемерны, как дым, выходящий из его трубки.

Собакевич – помещик-кулак. В соответствии с фамилией художник придал его физиономии угрюмую свирепость цепного пса. Из-под нависших бровей на нас подозрительно глядят маленькие звериные глазки. Губы сложены в брюзгливую гримасу. Таков Собакевич в ряде погрудных изображений. Акварельный же портрет Собакевича в коричневом костюме с ногами, повёрнутыми носками внутрь, заставляет вспомнить о сходстве нашего героя с «медведем средней величины».

Коробочка – «одна из тех матушек, небольших помещиц, которые плачутся на неурожай, убытки и держат голову несколько набок, а между тем набирают понемногу деньжонок в пестрядевые мешочки, размещённые по ящикам комодов». Акварельный портрет Коробочки представляет добродушную старушку небольшого роста, в чепце и капоте, в смешных вязаных башмачках. Круглая, мягкая фигура Настасьи Петровны, с какой-то тряпкой, повязанной на шее, удивительно напоминает плотно набитый куль или мешок – немаловажный атрибут домовитой помещицы. Боклевский часто придаёт гоголевским персонажам наружность, сходную с тем или иным животным. Это создаёт у зрителя дополнительные ассоциации, которые способствуют лучшему пониманию сущности образа. Так, не случайно Собакевич похож на медведя, а Чичиков – на хитрую лису. Коробочка Боклевского заставляет подумать о ком-либо из небольших грызунов, заботливых, домовитых зверьков, которые всё, что ни увидят, тащат в свою норку. В самом деле, у неё круглые, удивлённые глазки, треугольником поднятая верхняя губка, обнажающая резцы, и, наконец, коротенькие ручки, простодушно сложенные поверх выступающего брюшка, совсем как лапки мыши.

Плюшкин изображён у Боклевского высохшим, беззубым стариком с запавшим ртом, провалившимися щеками, одетым в лохмотья. Вместе с тем художник сумел придать фигуре скупца нечто грозное и зловещее. Это воплощение бесчеловечной, мертвящей алчности. Плюшкин живёт отшельником, в каждом человеке видит вора. На всех рисунках Боклевского он повёрнут спиной к зрителю, смотрит искоса, через плечо, брови настороженно подняты, мышиные глазки сверлят собеседника. Лучше всяких слов эта поза и этот взгляд рассказывают об отчуждённости от людей «заплатанного». Линии крючковатого носа и выступающего подбородка у Плюшкина почти сливаются. Это придаёт его физиономии нечто колдовское, страшное.

Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Добавить комментарий

;-) :| :x :twisted: :smile: :shock: :sad: :roll: :razz: :oops: :o :mrgreen: :lol: :idea: :grin: :evil: :cry: :cool: :arrow: :???: :?: :!:

Adblock detector