Гавриил Романович Державин

Предложение устроить жизнь «себе к покою» абсолютно не вписывалось в представления того времени, считавшие идеалом жизнь активную, общественную, публичную, посвященную государству и государыне.

Будучи назначен кабинет-секретарём Екатерины II (1791-93), Державин не угодил императрице, был отставлен от службы при ней. В последствии в 1794 Державин был назначен президентом Коммерц-коллегии. В 1802-1803 министром юстиции. С 1803 находился в отставке.

Казалось бы, Державин должен был бы, подобно многим его современникам, не «унижаться» до демонстрации своей внутренней жизни в одах. Но поэт был уже человеком следующей эпохи — времени приближавшегося сентиментализма, с его культом простой, незатейливой жизни и ясных, нежных чувств и даже романтизма с его бурей эмоций и самовыражением отдельной личности.

В своем переложении библейского псалма Властителям и судиям этот верноподанный служака высказал мысли, которые были бы под стать, скорее, революционеру. Говоря о «царях», он ставит их вровень с каждым смертным перед лицом окончательной гибели и не боится воскликнуть: «И вы подобно так умрете, Как ваш последний раб умрет!»

Очевидно, что Державин не вкладывал в эти строки никакого революционного содержания. Для него куда важнее было провозгласить подвластность любого смертного единому, Божественному закону. Это же представление о единстве человеческой природы, сближающей между собой царя, поэта и в принципе любого человека, проявилось и в «Оде к Фелице». Произведение, воспевающее Екатерину II в образе Фелицы, было настолько непривычным, что поэт долго не решался его опубликовать. Когда же ода все же увидела свет, взволнованный Деражавин ожидал неприятностей. Последствия, впрочем, оказались совсем иными — растроганная императрица плакала, слушая оду, и в знак своей благодарности пожаловала поэту табакерку, усыпанную бриллиантами. Фелица поразила не только Екатерину, но и все образованное общество. Новизна ее была очевидна. Императрица восхвалялась здесь прежде всего за свои человеческие качества — простоту, милосердие, просвещенность, скромность — а не за государственные заслуги, или, вернее, именно эти душевные достоинства и оказывались под державинским пером главными качествами настоящей государыни. Поразила читателей и непривычная форма оды. Обращения к императрице перемежались здесь с отступлениями, описывавшими жизнь самого поэта — ситуация для традиционной оды неслыханная. К тому же приличествовавший высокому жанру высокопарный и торжественный стиль также был решительно отброшен, ему на смену пришел куда более простой язык. Язык, в котором, по мнению Ю. Тынянова, «именно низкая лексика, именно снижение к быту способствует оживлению образа».

Мало того, Державин допускает в своей оде описание совсем уж низменных материй. Он говорит о том, как «прокажет» с женой: «Играю в дураки», «на голубятню лажу», «то в жмурки резвимся порой»… Державин, по словам поэта В.Ходасевича, «понимал, что его ода — первое художественное воплощение русского быта, что она — зародыш нашего романа… Державин первый начал изображать мир таким, как представлялся он художнику. В этом смысле первым истинным лириком был в России он».

Даже в оде «Бог», с возвышенными и торжественными строфами, воспевающими божественное величие, соседствует описание личных переживаний и размышлений автора:

Точно также и в «Водопаде» автор, оплакивающий кончину князя Потемкина, сосредотачивается прежде всего не на его военных или государственных успехах, то есть не на том, что,с точки зрения той эпохи, должно было сохраниться на века, а на исключительно личном ощущении преходящести, временности всего существующего, будь то слава, успех или богатство: «. И все, что близ тебя блистало, Уныло и печально стало.»

Однако все подвиги и достижения государственного человека не исчезнут бесследно. Вечная жизнь им будет дарована благодаря великому искусству, благодаря певцам, что лишь истину поют.

Здесь же, в «Водопаде», Державин создает абсолютно новаторский для того времени пейзаж. Достаточно абстрактным описаниям природы в стихах его предшественников приходит на смену возвышенное, романтизированное, но все же описание совершенно конкретного места — карельского водопада Кивач.

Новые черты, проявившиеся в творчестве Деражавина в 70-80-е годы, значительно усилились в последние десятилетия его жизни. Поэт отказывается от од, в его поздних произведениях явно преобладает лирическое начало. Среди стихотворений, созданных Державиным в конце XYIII — начале XIX вв. — дружеские послания, шуточные стихи, любовная лирика — жанры, размещавшиеся в классицистской иерархии намного ниже одической поэзии. Старящегося поэта, ставшего при жизни почти классиком, это ничуть не смущает, так как именно таким образом он может выразить в стихах свою индивидуальность. Он воспевает простую жизнь с ее радостями, дружбой, любовью, оплакивает ее кратковременность, скорбит об ушедших близких.

Искренним и скорбным чувством проникнуто его стихотворение «Ласточка», посвященное памяти рано умершей первой жены:

Сама идея обращения к маленькой птичке для того, чтобы поделиться с ней своим горем, на два десятилетия раньше была абсолютно невозможна. Теперь же, во многом благодаря Державину, поэтическое мироощущение изменилось. Простые человеческие чувства требовали простых слов. Отсюда — интерес Державина к анакреонтической лирике, названной так по имени знаменитого древнегреческого поэта Анакреонта, прославившегося своим радостным отношением к жизни, воспеванием любви, дружбы, веселья, вина.

В переложение одного из стихотворений Анакреона, названного Державиным «К лире», поэт, безусловно, вложил свои собственные мысли, не случайно он не стал делать буквальный перевод с древнегреческого, а перенес произведение многовековой давности в свое время. Если еще в «Водопаде» поэты, воспевавшие великих героев, тем самым увековечивали их подвиги, то теперь все выглядит совсем по-другому: «. Петь откажемся героев, А начнем мы петь любовь.»

Ясная и незамысловатая жизнь постоянно присутствует в творчестве позднего Державина. Иногда он предвкушает веселую встречу друзей, как в «Приглашении к обеду»:

Иногда — радости любви, конечно же, на лоне природы, как в стихотворении «Соловей во сне»:

Ярче всего новый жизненный идеал был сформулирован Державиным в его поэме «Евгению». Жизнь званская, где он подробно описывает прелести жизни в его имении Званка.

В этой поэме, казалось бы, сконцентрировалось то, к чему Державин постепенно шел в течение многих лет. Частная, простая жизнь, все мельчайшие детали деревенской жизни описываются со вкусом и почти ощутимой осязательностью, со свойственной лишь Державину «шероховатой грандиозностью» (Ю. Тынянов):

Несмотря на новаторский характер творчества Державина, в конце жизни его литературное окружение составляли в основном сторонники сохранения старинного русского языка и противники того легкого и изящного слога, которым в начале XIX века начал писать сначала Карамзин, а затем и Пушкин. С 1811 Державин состоял в литературном обществе «Беседа любителей русской словесности», защищавшем архаический литератуный стиль.

Это не помешало Державину понять и высоко оценить талант юного Пушкина, чьи стихи он услышал на экзамене в Царскосельском лицее. Символический смысл этого события станет понятен только позже — литературный гений и новатор приветствовал своего младшего преемника.

Последние строки, оставленные нам Державиным перед своей кончиной, вновь, как и в «Оде на смерть кн. Мещерского» или «Водопаде» говорили о бренности всего сущего:

Гаврила Романович Державин, сам по себе, составил целую эпоху в истории литературы. Его произведения — величественные, энергичные и совершенно неожиданные для второй половины восемнадцатого века — оказали и до сегодняшнего дня продолжают оказывать влияние на развитие русской поэзии. И сам Державин прекрасно понимал значение сделанного им для русской поэзии. Не случайно в своем переложении «Памятника» Горация он предрекал себе бессмертие за то

Умер Гаврила Романович, 8 (20) июля 1816, в своем любимом имении Званка, Новгородской области.

Союз поэзии и жизни в лирике Г.Р. Державина.

В последней трети 18 века в русской литературе происходит ее сближение с жизнью. Это вызвало много художественных открытий в искусстве. В области поэзии этот процесс ярче всего отразился в творчестве Г.Р. Державина.

Всю жизнь Державин занимался государственной службой. Лишь выйдя в отставку, он полностью посвятил себя литературному творчеству, поэзии. В те же годы – с 1808 по 1816 годы – вышло пятитомное собрание сочинений Державина, подводившее итог его литературой деятельности.

Поэтическому искусству Г.Р. Державин учился у своих именитых предшественников: Тредиаковского, Ломоносова и Сумарокова. Но так уж сложилась судьба поэта, что с самых первых его шагов в поэзии наставницей ему была сама жизнь. Подтверждение тому – творчество поэта и его собственное признание:

Кто вел его на Геликон

И управлял его шаги?

Не школ витийственных содом,

Природа, нужда и враги!

К этому четверостишию Державин добавил: «Объяснение четырех последних строк составит историю моего стихотворства, причины оного и необходимость». Действительно, поэт увидел истинную природу – мир многозвучный и многоцветный, в его вечном движении и изменениях, безгранично раздвинул рамки поэтического (от самых высоких сюжетов до бытовых подробностей).

Богатая жизненная школа помогла Державину увидеть тяжелейшие условия, в каких пребывал народ, злоупотребления властью помещиков и страшный разбой администрации. Державин не был противником самодержавия, но смело выступал против тех, кто не уважал закон. Врагами поэта становились те, кто забывал общественное благо и интересы народа, предавшись праздной дворцовой жизни.

Державин видел продажность сильных мира сего, открывших дорогу «злодейству и неправде». В своем стихотворении «Властителям и судьям» он призвал на их головы страшную кару:

Воскресни, боже! Боже правых!

И их молению внемли:

Приди, суди, карай лукавых,

И будь един царем земли!

Вместе с тем острый взгляд Державина-поэта помог ему увидеть, оценить красоту простых людей, воспеть красоту крестьянских девушек:

Как сквозь жилки голубые

Льется розовая кровь,

На ланитах огневые

Ямки врезала любовь…

Нужно отметить, что Державин внес в свою поэзию личностное начало, внес себя. Художественные открытия Г.Р. Державина обогатили русскую поэзию и преобразовали её. Вот почему наследие этого поэта не уходит из нашей жизни, как не уходит в прошлое его лирика.

0 человек просмотрели эту страницу. Зарегистрируйся или войди и узнай сколько человек из твоей школы уже списали это сочинение.

/ Сочинения / Державин Г.Р. / Разное / Союз поэзии и жизни в лирике Г.Р. Державина.

Смотрите также по разным произведениям Державина:

А.П. Машкин. «Эстетическая теория Батте и лирика Державина» 1

С 1779 года поэзия Державина перерождается

Новое направление, «этот особый путь» лирики Державина идет под руководством эстетической теории Баттё, требовавшей простоты и естественности, удовольствия и поучения. Баттё придал душу поэзии Державина и, отчасти, указал «правила», слишком отличные от тех, которые ранее поэт почерпал у Тредьяковского 2 и Ломоносова.

Державин с 1779 года останавливается на излюбленной литературной форме произведений — оде

Державин материал для своих од брал из области жизни-природы, из области воззрений своих собственных на общество, на вселенную, причем он имел в виду всегда русскую жизнь, русское общество, свои воззрения Он, Державин, в своих одах, на фоне русской жизни, воспевал в живых образах русских царей, отечественных героев и великих деятелей на пользу родине в разных сферах общественно-политической жизни. Он, Державин, в ярких образах, воспевал добродетель, воспевал те святые истины, руководствоваться которыми должно было русское общество в своей жизни. Притом почти все его песни-оды отличаются художественным языком, музыкальностью; в них слышится та поэзия стиха, которую отмечали в них Жуковский и Карамзин, Пушкин и Гоголь.

Баттё, действительно, повлиял на поэта. Но нельзя, конечно, утверждать, . что перерождение происходило только под влиянием новой эстетической теории французского профессора. Большую роль сыграли и советы его друзей и, прежде всего, врожденный дар поэта Появилось музыкальное, художественное описание совершеннейших эпизодов из русской жизни, появились картиннейшие характеристики теперь уже исторических личностей, появились восторженные прославления «Бога» и благороднейшие излияния великого сердца Великого поэта. Наконец, появилась и цель поэзии — в живых образах ставить пред обществом идеалы добра и правды.

Державин не только восхвалял «добродетель строгу» и прославлял лиц, отличающихся ею, но и требовал от людей выполнения определенных нравственных законов, особенно от тех, кому ходом исторических событий вручена была власть над государством и над отдельными сферами общественно-политической жизни.

Лира Державина не только наставляла и прославляла, а также и карала не выполнявших, с точки зрения поэта, основных принципов этики государственного деятеля. Достаточно припомнить «Фелицу», «Вельможу», «Видение Мурзы» Этическая точка зрения Державина не требует от человека полного отречения от себя для других, не требует отречения от земных удовольствий и наслаждений. Она ставит лишь определенный предел им

Поучение является одним из существенных элементов поэзии Державина, которая отображала торжество вечных законов правды над преходящими житейскими удовольствиями. Это торжество отливалось в конкретные формы, наполненные русской жизнью, русским духом; в них отливалась соответствующая эпоха нашей исторической жизни, с ее героями, с ее нравами, бытом, природой, и отливалась ярко и правдиво.

Его оды очень рельефно рисовали пред читателем прекраснейшие картины, образы, подражали природе.

Орудие подражания — стих и слова, тон и ритм делали эту натуру-жизнь духа и сердца изящной. Здесь творил Гений поэта, его вдохновение.

Процесс творчества указывает, как много внимания уделял он [Державин] отделке своего стиха: он неоднократно перерабатывал уже созданное произведение, советовался со своими друзьями, лишь после тщательной отделки отдавал в печать. В результате та музыкальность «мерной речи», то подражание в языке изящной природе, которым лирика Державина особенно отличается от стихотворений его предшественников и современников.

Примечания

1. Машкин А.П. Эстетическая теория Баттё и лирика Державина / А.П. Машкин // Вестник образования и воспитания. — 1916. — № 5/6. — С. 382—401.

Основные темы и мотивы философской лирики Державина

Философская поэзия Гавриила Державина полностью искренняя и правдивая, что может быть подтверждено отказом писателя от должности «придворного поэта», сочинения по заказу лирических од, написания произведений в строго очерченных рамках. Философская лирика шла из сердца, души поэта. Все воспеваемое переживалось автором, а не диктовалось веянием эпохи, в которой жил и творил Державин. Его лирика характеризуется этой принципиальностью, желанием жить, как велит сердце. Поэзия литератора состоит из разнообразных убеждений, рассуждений.

К основной тематике лирической философии Державина относятся темы о Боге, божественном на Земле. Жизнь, смерть, любовь, человеческие, государственные судьбы — вот перечень тем, которые отражались поэтов в творчестве. И, безусловно, самая любимая литературная форма, которая применялась лириком в философской поэзии, представлена хвалебной одой. Ода является поэтическим произведением, посвященным определенным героям, событиям. Оды характеризуются максимальной торжественностью, возвышенностью. Интерес вызывает тот факт, что Державиным была подведена теоретическая основа под его философские произведения, написано несколько трудов, в которых описывается ода как литературный жанр.

Божественная тема представляет главную линию во всем творчестве автора. Обращаясь к ней, он выступает не робким просителем, юнцом, а уверенным, мудрым, опытным человеком. Бог у Державина это «начало начал», «первоисточник, первопричина всего существующего», «Наивысший Закон, Высший Судия» над всеми, кто живет. Поэтом утверждается, что Бог присутствует в каждом из людей. И, кроме того, он является источником духовной жизни, а также государственных деяний, так как лишь благодаря Божьей милости, его помощи случается то, что случается. Это относится к жизни людей и государства. Своей философией Державиным подчеркивается, что нет разделения природы и человека, который неотделим от Божественного начала. Все есть единое, поэтому все обладает высшей, божественной природой.

Еще одна тема затронута автором. Она представлена темой смерти, которая, похоже, является ключевым мотивом философских рассуждений многих мыслителей прошлого, поэтому она присутствует также в философской поэзии Державина. Поэт называет смерть самой могущественной силой, всесильным природным законом. Однако, хотя это явление ужасно и непредсказуемо, оно считается еще и справедливым, так как перед смертью все равны — бедняки и богачи.

Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Добавить комментарий

;-) :| :x :twisted: :smile: :shock: :sad: :roll: :razz: :oops: :o :mrgreen: :lol: :idea: :grin: :evil: :cry: :cool: :arrow: :???: :?: :!:

Гавриил Романович Державин

«Сей дар богов лишь к чести
И к поученью их путей
Быть должен обращен, не к лести
И темной похвале людей».

Имя Гавриила Романовича Державина носит первый государственный университет в Тамбове. Университет был открыт в 1918 году, но идея развития высшего образования в Тамбовской губернии появилась еще в XVIII веке и принадлежала Гавриилу Державину. Еще в 1786-1788 годах, будучи губернатором края, он мечтал о создании здесь университета. И хотя его мечтам в то время сбыться было не суждено, ему принадлежит много начинаний в духе века Просвещения. Он создал народные училища, молодые дворяне получали в его доме частичное высшее образование — изучали арифметику, риторику. Тамбовский театр — тоже детище Гаврилы Державина.

Как поэт и политический деятель, он много сделал для России и литературы того времени. Он не сразу достиг высокого социального статуса и положения в обществе, в молодости ему пришлось и жить в казарме, и сидеть на хлебе и воде, и выбираться из карточных долгов. Тем не менее, он оставался человеком Просвещения для России. Заслуга его как поэта заключалась в том, что он первым «раскачал» традиции классицизма, проложив дорогу Александру Пушкину. Пушкин и Державин встретились лишь однажды, когда Державин принимал экзамены в лицее. Пушкину тогда было 16 лет, Державину — 71, по тем временам — глубокий старик, но очень известный и почитаемый поэт. Услышав «Воспоминания в Царском Селе» из уст молодого автора Александра, Державин пришел в абсолютный восторг. Пушкин от застенчивости убежал, не дав Гавриле Романовичу поздравить себя с успехом.

Имя Гавриил в переводе означает «Моя мощь — Бог» или «Божественный воин». В полной мере он свое имя оправдал. Несмотря на то, что Державин до конца дней своих оставался убежденным монархистом, он имел врожденную внутреннюю этику и умел рассмотреть за политическими лозунгами второй план, услышать мнение другой стороны.

Так, ему пришлось три года участвовать в подавлении Пугачевского восстания (бунты бушевали с 1762 по 1773). Сначала он ревностно соблюдал монаршее предписание, но поговорив с крестьянами и услышав их жалобы, он смог увидеть и понять несправедливость, которая творилась местными власть имущими в российской глубинке. «Надобно остановить грабительство или, чтоб сказать яснее, беспрестанное взяточничество, которое почти совершенно истощает людей. » — писал он в официальном донесении казанскому губернатору и начальнику секретной следственной комиссии генералу Бранту. «Сколько я смог приметить, это лихоимство производит в жителях наиболее ропота, потому что всякий, кто имеет с ними малейшее дело, грабит их. Это делает легковерную и неразумную чернь недовольною и, если смею говорить откровенно, это всего более поддерживает язву, которая теперь свирепствует в нашем отечестве». Об этом же он писал и императрице. По мнению А. Дугина, философа современности, за Пугачевским бунтом был и еще один план. Это народный протест против европеизации Руси, разрушения национальных традиций и древнего уклада жизни. И этот бунт был подавлен.

Эти события изменили взгляды Державина на все, что происходило в стране, в отличие от дворянского большинства того времени. С той поры он четко определил роль поэзии для себя как проводника Высшей воли, по крайней мере к этому она должна стремиться.

Деятельность Гаврилы Державина на государственной службе была неоднозначной. Правдолюбец и борец, он не удерживался ни на одной государственной службе, тут же начиная бороться с недостатками. Практически все его назначения заканчивались скандалами и отстранением от должности, после чего Державину приходилось подолгу восстанавливать свою репутацию и материальное обеспечение, но он своего добивался. Державин был борец везде — и на государственной службе, и в отстаивании своих личных интересов.

Державин, будучи еще солдатом, участвовал в составе полка в перевороте, в результате которого был убит Петр III, и Екатерина II взошла на престол. Показательно, что впоследствии он, как и многие думающие люди, не смог избежать разочарования в государыне. Но это было позже.

В 1780 году Державин стал известен благодаря переложению 81 Псалма — «Властителям и судиям». Это стихотворение уже отличается от ломоносовских од, с его прославлением и пышными речами. В стихотворении «Властителям и судиям» ярко проявилась гражданская позиция поэта и его взгляд на то, что должны делать люди, находящиеся у власти, однако, вместо этого сплошь и рядом они творят «злоупотребления»:

«Ваш долг: спасать от бед невинных,
Несчастливым подать покров;
От сильных защищать бессильных,
Исторгнуть бедных из оков.

Не внемлют! видят — и не знают!
Покрыты мздою очеса:
Злодействы землю потрясают,
Неправда зыблет небеса.

Цари! Я мнил, вы боги властны,
Никто над вами не судья,
Но вы, как я подобно, страстны,
И так же смертны, как и я».

В этом стихотворении отразились и личные переживания из детства Державина. После смерти отца, его мать, вдова, взяв с собой детей, долго обивала пороги государственных учреждений, добиваясь пенсии, но часто встречала пренебрежение со стороны «властителей».

В 1782 году вышла знаменитая ода «Фелице», которая попала к императрице через знакомых Державина. Ода явилась тогда ярким образцом и сатиры, и надежд Державина на то, что «человек Екатерина» свободна от пороков, которыми были известны ее приближенные. В отличие от «Властителей и судий», где Державин выступал гневным обличителем, в оде «Фелице» он написал свой образ идеального монарха:

«Тебе единой лишь пристойно,
Царевна! свет из тьмы творить;
Деля Хаос на сферы стройно,
Союзом целость их крепить;
Из разногласия согласье
И из страстей свирепых счастье
Ты можешь только созидать.
Так кормщик, через понт плывущий,
Ловя под парус ветр ревущий,
Умеет судном управлять. ».

Интересно, что «Фелица» имела успех еще и потому, что очень многие узнали реальных вельмож того времени. То есть в одном произведении были и сатира, и ирония, и пафос, и надежда.

Особенно пострадавшим от правдолюбия Гаврилы Романовича оказался А.А. Вяземский, министр и правая рука Екатерины. На протяжении всей жизни Державина Вяземский был его врагом. Особенно интересен случай, когда Вяземский представил императрице ежегодный отчет о доходах государства, где, зная характер Екатерины, которой постоянно и внезапно требовались дополнительные средства, он утаивал в смете дополнительные средства. Из каких соображений он это делал, это вопрос истории, но то, что Державин помешал Вяземскому скрыть реальные доходы государства — это факт.

Дважды Державин был губернатором — сначала Олонецкой, затем Тамбовской губернии. Он был прирожденным администратором. Пройдя путь от солдата до министра финансов, Гаврила Державин очень хорошо понимал нужды и недостатки низов, поэтому старался внедрять в русской глубинке обучение, приобщал местных людей к искусству, интересовался мнением о его правлении, прося открыто указывать ему на недостатки. Особенно он старался уничтожить бюрократическую чиновничью машину, чем, естественно, вызывал недовольство других представителей губернских администраций. Те всячески старались выжить Державина, используя любые средства.

В 1791 году Екатерина II приблизила к себе Гаврилу Романовича, назначив его статс-секретарем. Поначалу Державин обрадовался такому назначению, думая, что в непосредственной близости к царице он сумеет уменьшить чиновничье крючкотворство, и многие дела будут решаться быстрее. Но он ошибался. Императрица, собственно, сама и создала этот аппарат, поэтому разрушать его не собиралась. Много раз и императрица, и дворяне просили Державина написать в их честь хвалебные оды, но изменять себе Державин не мог. Разочаровавшись в императрице, он долго избегал просьб Екатерины написать что-либо подобное «Фелице». В конце концов, Державин засел за хвалебную оду, но так и «не собрался с духом и не мог таких императрице тонких писать похвал, каковы в оде Фелице и тому подобных сочинениях, которые им писаны не в бытность еще при дворе: ибо издалека те предметы, которые ему казались божественными и приводили дух его в воспламенение, явились ему, при приближении ко двору, весьма человеческими».

Здесь опять, вероятно, проявились внутренний стержень и совесть Державина — пойти против себя для удовлетворения эго императоров (и собственного процветания) он никогда не мог. Предпочитал попасть в немилость.

Интересно, что постоянно переживая взлеты и отставки, Державин очень хорошо знал силу своего таланта и умел его применить. Оды, написанные Екатерине II, Павлу I и Александру I, помогли попасть Державину «в милость» императоров, но его характер и желание сделать страну лучше в результате приводили к опале со стороны царей. Последнюю отставку тогда уже министра юстиции Гаврилы Державина царь Александр I так прокомментировал: «Ты слишком ревностно служишь». На эту отставку Державин достойно ответил стихотворением «Свобода», где снова четко обозначил свою внутреннюю позицию:

«Дальше: власти мне святые
Иго то велели несть,
Все венцы суля земные,
Титла, золото и честь.
Нет! — восстав от сна глубока,
Я сказал им, — не хочу.
Не хочу моей свободы,
Совесть на мечты менять. »

Кроме названных произведений, у Державина были и юмористические, и лирические стихи. Он очень любил свою первую жену, которую изображал в своих произведениях в образе Плениры:

«А если милой и приятной
Любим Пленирой я моей
И в светской жизни коловратной
Имею искренних друзей,
Живу с моим соседом в мире,
Умею петь, играть на лире:
То кто счастливее меня?» (1781)

Душа моя! гостья ты мира:
Не ты ли перната сия? —
Воспой же бессмертие, лира!
Восстану, восстану и я, —
Восстану, — и в бездне эфира
Увижу ль тебя я, Пленира? («Ласточка», 1792—1794)

И Державин, и его современники считали литературную деятельность делом не серьезным. Важнее слов были «дела», государственная служба. Только потом уже Пушкин напишет, что его миссия в том, чтобы «глаголом жечь сердца людей». Действительно, роль искусства не стоит недооценивать. И кто знает, что более значимо — губернские дела и государственная служба, или поэзия, которая благодаря Державину стала более демократичной, понятной и проложила дорогу Пушкину и Лермонтову.

Гавриил Романович Державин

Предложение устроить жизнь «себе к покою» абсолютно не вписывалось в представления того времени, считавшие идеалом жизнь активную, общественную, публичную, посвященную государству и государыне.

Будучи назначен кабинет-секретарём Екатерины II (1791-93), Державин не угодил императрице, был отставлен от службы при ней. В последствии в 1794 Державин был назначен президентом Коммерц-коллегии. В 1802-1803 министром юстиции. С 1803 находился в отставке.

Казалось бы, Державин должен был бы, подобно многим его современникам, не «унижаться» до демонстрации своей внутренней жизни в одах. Но поэт был уже человеком следующей эпохи — времени приближавшегося сентиментализма, с его культом простой, незатейливой жизни и ясных, нежных чувств и даже романтизма с его бурей эмоций и самовыражением отдельной личности.

В своем переложении библейского псалма Властителям и судиям этот верноподанный служака высказал мысли, которые были бы под стать, скорее, революционеру. Говоря о «царях», он ставит их вровень с каждым смертным перед лицом окончательной гибели и не боится воскликнуть: «И вы подобно так умрете, Как ваш последний раб умрет!»

Очевидно, что Державин не вкладывал в эти строки никакого революционного содержания. Для него куда важнее было провозгласить подвластность любого смертного единому, Божественному закону. Это же представление о единстве человеческой природы, сближающей между собой царя, поэта и в принципе любого человека, проявилось и в «Оде к Фелице». Произведение, воспевающее Екатерину II в образе Фелицы, было настолько непривычным, что поэт долго не решался его опубликовать. Когда же ода все же увидела свет, взволнованный Деражавин ожидал неприятностей. Последствия, впрочем, оказались совсем иными — растроганная императрица плакала, слушая оду, и в знак своей благодарности пожаловала поэту табакерку, усыпанную бриллиантами. Фелица поразила не только Екатерину, но и все образованное общество. Новизна ее была очевидна. Императрица восхвалялась здесь прежде всего за свои человеческие качества — простоту, милосердие, просвещенность, скромность — а не за государственные заслуги, или, вернее, именно эти душевные достоинства и оказывались под державинским пером главными качествами настоящей государыни. Поразила читателей и непривычная форма оды. Обращения к императрице перемежались здесь с отступлениями, описывавшими жизнь самого поэта — ситуация для традиционной оды неслыханная. К тому же приличествовавший высокому жанру высокопарный и торжественный стиль также был решительно отброшен, ему на смену пришел куда более простой язык. Язык, в котором, по мнению Ю. Тынянова, «именно низкая лексика, именно снижение к быту способствует оживлению образа».

Мало того, Державин допускает в своей оде описание совсем уж низменных материй. Он говорит о том, как «прокажет» с женой: «Играю в дураки», «на голубятню лажу», «то в жмурки резвимся порой»… Державин, по словам поэта В.Ходасевича, «понимал, что его ода — первое художественное воплощение русского быта, что она — зародыш нашего романа… Державин первый начал изображать мир таким, как представлялся он художнику. В этом смысле первым истинным лириком был в России он».

Даже в оде «Бог», с возвышенными и торжественными строфами, воспевающими божественное величие, соседствует описание личных переживаний и размышлений автора:

Точно также и в «Водопаде» автор, оплакивающий кончину князя Потемкина, сосредотачивается прежде всего не на его военных или государственных успехах, то есть не на том, что,с точки зрения той эпохи, должно было сохраниться на века, а на исключительно личном ощущении преходящести, временности всего существующего, будь то слава, успех или богатство: «. И все, что близ тебя блистало, Уныло и печально стало.»

Однако все подвиги и достижения государственного человека не исчезнут бесследно. Вечная жизнь им будет дарована благодаря великому искусству, благодаря певцам, что лишь истину поют.

Здесь же, в «Водопаде», Державин создает абсолютно новаторский для того времени пейзаж. Достаточно абстрактным описаниям природы в стихах его предшественников приходит на смену возвышенное, романтизированное, но все же описание совершенно конкретного места — карельского водопада Кивач.

Новые черты, проявившиеся в творчестве Деражавина в 70-80-е годы, значительно усилились в последние десятилетия его жизни. Поэт отказывается от од, в его поздних произведениях явно преобладает лирическое начало. Среди стихотворений, созданных Державиным в конце XYIII — начале XIX вв. — дружеские послания, шуточные стихи, любовная лирика — жанры, размещавшиеся в классицистской иерархии намного ниже одической поэзии. Старящегося поэта, ставшего при жизни почти классиком, это ничуть не смущает, так как именно таким образом он может выразить в стихах свою индивидуальность. Он воспевает простую жизнь с ее радостями, дружбой, любовью, оплакивает ее кратковременность, скорбит об ушедших близких.

Искренним и скорбным чувством проникнуто его стихотворение «Ласточка», посвященное памяти рано умершей первой жены:

Сама идея обращения к маленькой птичке для того, чтобы поделиться с ней своим горем, на два десятилетия раньше была абсолютно невозможна. Теперь же, во многом благодаря Державину, поэтическое мироощущение изменилось. Простые человеческие чувства требовали простых слов. Отсюда — интерес Державина к анакреонтической лирике, названной так по имени знаменитого древнегреческого поэта Анакреонта, прославившегося своим радостным отношением к жизни, воспеванием любви, дружбы, веселья, вина.

В переложение одного из стихотворений Анакреона, названного Державиным «К лире», поэт, безусловно, вложил свои собственные мысли, не случайно он не стал делать буквальный перевод с древнегреческого, а перенес произведение многовековой давности в свое время. Если еще в «Водопаде» поэты, воспевавшие великих героев, тем самым увековечивали их подвиги, то теперь все выглядит совсем по-другому: «. Петь откажемся героев, А начнем мы петь любовь.»

Ясная и незамысловатая жизнь постоянно присутствует в творчестве позднего Державина. Иногда он предвкушает веселую встречу друзей, как в «Приглашении к обеду»:

Иногда — радости любви, конечно же, на лоне природы, как в стихотворении «Соловей во сне»:

Ярче всего новый жизненный идеал был сформулирован Державиным в его поэме «Евгению». Жизнь званская, где он подробно описывает прелести жизни в его имении Званка.

В этой поэме, казалось бы, сконцентрировалось то, к чему Державин постепенно шел в течение многих лет. Частная, простая жизнь, все мельчайшие детали деревенской жизни описываются со вкусом и почти ощутимой осязательностью, со свойственной лишь Державину «шероховатой грандиозностью» (Ю. Тынянов):

Несмотря на новаторский характер творчества Державина, в конце жизни его литературное окружение составляли в основном сторонники сохранения старинного русского языка и противники того легкого и изящного слога, которым в начале XIX века начал писать сначала Карамзин, а затем и Пушкин. С 1811 Державин состоял в литературном обществе «Беседа любителей русской словесности», защищавшем архаический литератуный стиль.

Это не помешало Державину понять и высоко оценить талант юного Пушкина, чьи стихи он услышал на экзамене в Царскосельском лицее. Символический смысл этого события станет понятен только позже — литературный гений и новатор приветствовал своего младшего преемника.

Последние строки, оставленные нам Державиным перед своей кончиной, вновь, как и в «Оде на смерть кн. Мещерского» или «Водопаде» говорили о бренности всего сущего:

Гаврила Романович Державин, сам по себе, составил целую эпоху в истории литературы. Его произведения — величественные, энергичные и совершенно неожиданные для второй половины восемнадцатого века — оказали и до сегодняшнего дня продолжают оказывать влияние на развитие русской поэзии. И сам Державин прекрасно понимал значение сделанного им для русской поэзии. Не случайно в своем переложении «Памятника» Горация он предрекал себе бессмертие за то

Умер Гаврила Романович, 8 (20) июля 1816, в своем любимом имении Званка, Новгородской области.

Михаил Державин

фотографии >>

биография

Державин Михаил Михайлович

Родился 15 июня 1936 года в Москве в семье известного артиста Михаила Степановича Державина, народного артиста РСФСР, который был одним из ведущих актеров Театра имени Е. Вахтангова.

Заслуженный артист РСФСР (16.10.1974).
Заслуженный деятель культуры Польши (1976).
Народный артист РСФСР (1.06.1989).

В 1954 году поступил в театральное училище им. Щукина (курс Л.М. Шихматова), после окончания которого с 1959 года работал в Московском театре имени Ленинского комсомола, в 1967 года актер выступал на сцене театра на Малой Бронной, куда в числе других актеров перешел вслед за режиссером А.В. Эфросом, и в том же году пришел в Московский Театр Сатиры, где работал до последних лет жизни.

Огромную популярность актеру принесла телевизионная передача «Кабачок «13 стульев», в котором ему досталась роль пана Ведущего.

В кино дебютировал еще будучи студентом второго курса, сыграв главную роль в фильме «Они были первыми». Одна из наиболее запомнившихся ролей — в фильме «Трое в лодке, не считая собаки» Наума Бирмана по произведению Джерома К. Джерома, где актер сыграл вместе со своими партнерами по театральной сцене Андреем Мироновым и Александром Ширвиндтом. В 90-х годах снимался во многих комедиях режиссера Анатолия Эйрамджана, таких как «Бабник», «Моя морячка» и других.

С 1957 года выступал на эстраде с юмористическими интермедиями в дуэте с Александром Ширвиндтом, в 1985-1987 они вместе вели телевизионную музыкальную программу «Утренняя почта».

Ушёл из жизни 10 января 2018 года в госпитале г. Одинцово. Московской области.

Театр им. Ленинского комсомола
Бубусь («Опасный возраст» Семена Нариньяни, постановка С. Л. Штейна, 1960)
Молодой муж («Огонь твоей души» А. Араксманяна, постановка Р. Капланяна)
Конь Карагуш, заколдованный джигит («Чудесная встреча» Л. Черкашиной, режиссер — А. А. Муатов)
Киноартист («Снимается кино. » Э. Радзинского, постановка А.В. Эфроса)
Комментатор и репортер («Центр нападения умрет на заре» Агустина Куссани, постановка Б. Н. Толмазова)
Ведущий («Аттракционы», представление в 2-х отделениях по киносценариям А. Володина, постановка Феликса Бермана)
Алеша Переверзев («До свидания, мальчики» Б. Балтера, В. Токарева)
Алексей («Гамлет из квартиры № 13» А. Вейцлера и А. Мишарина, постановка О.Я. Ремеза)
Печорин («О Лермонтове. » О. Ремеза и Т. Чеботаревской, Постановка О. Ремеза)
Пистер («Каждому свое» С. Алешина, постановка А. В. Эфроса и Л. К. Дурова)
Полуянов, прокурор («Судебная хроника» Я. Волчека, постановка А.М. Адоскина и А.В. Эфроса)
Юрий Куницин («Чемодан с наклейками» Дм. Угрюмова, постановка С.Л. Штейна)

Театр Сатиры
Марсиаль («Интервенция» Л.И. Славина; режиссёр В. Плучек, 1967)
Марич («Последний парад» А. Штейна, 1968)
Елисеев («Банкет» А. Арканова и Гр. Горина, 1968)
Велосипедкин («Баня» В. Маяковского, 1970)
Медведь («Обыкновенное чудо» Е. Шварца, 1971)
Бобчинский («Ревизор» Н. Гоголя, 1972)
Красная кепка («Ремонт» М. Рощина, 1975)
Скалозуб («Горе от ума» А. Грибоедова, 1976)
Тартюф в одноименной пьесе Ж.Б. Мольера, 1977)
Иванов («Феномены» Гр. Горина. 1979)
Браун («Трехгрошовая опера» Б. Брехта, 1980)
Телятев («Бешеные деньги» А. Островского, 1981)
Семенов («Мы, нижеподписавшиеся. » А. Гельмана, 1982)
Виктор Викторович («Самоубийца» Н. Эрдмана, 1982)
Епиходов («Вишневый сад» А. Чехова, 1983)
Николай Буркини («Прощай, конферансье!» Гр. Горина, 1984)
Роберт Макнамара («Бремя решения» Ф. Бурлацкого, 1985)
«Молчи, грусть, молчи. » (1985)
Ответственный, член Особой комиссии («Рыжая кобыла с колокольчиком» И. Друцэ, 1986)
Американец («Привет от Цюрупы!»)
«Маленькие комедии большого дома»
Мартын Нароков («Таланты и поклонники» А. Островского)
Генерал Пуркрабек («Швейк, или Гимн идиотизму» по Я. Гашеку)
Цукерман («Поле битвы после победы принадлежит мародерам» Э.С. Радзинского)
Маштю («Орнифль» Ж. Ануя)
«Андрюша» (спектакль-обозрение, посвященное Андрею Миронову)
«Нам все еще смешно» (ревю, посвященное 80-летнему юбилею театра)
Счастливцев («Счастливцев – Несчастливцев» Гр. Горина, 1997)

последнее обновление информации: 15.12.19

источники информации

публикации

И тут появился Джордж – словно из шляпы фокусника. Бац! И в кресле – старый добрый друг. Его не по годам кличут молодым человеком – миловидный, округлый, с брюшком, любитель как поесть, так и приготовить знаменитое ирландское рагу. С этого момента ясно, что фильм «Трое в лодке, не считая собаки» стряхнёт с себя наваждение меланхолии (как искупавшийся в реке пёс отряхивает с шерсти воду) и превратиться в то, чем ему и положено быть – в комедию.Джордж в исполнении Михаила Державина сияющим выражением лица задавал позитивную ноту. Прочь уныние из «безнадёжно больных джентльменов». Пускай английский автор приписывает им самые, что ни на есть, экзотические недуги – от воспаления коленной чашечки до плясок святого Вита, Джордж найдёт, чем удивить и порадовать товарищей – у него, как у профессионального эстрадника, легко отыщется рояль в кустах, точнее, сковородка со струнами, а именно банджо.

Из всей троицы джеромовских героев персонаж Михаила Державина самый неунывающий участник речного «роуд-муви». Если в лице Харриса (А. Ширвиндт) мы сталкиваемся нос к носу с маской суховатого джентльмена, точно проглотившего за ланчем выпуск «Спортивного листка». А в лице Джи (А. Миронов) – с веером масок, за которыми и уследить непросто, то Джордж равен самому себе – как воздух над живописной долиной Темзы, как лёгкий бриз, как речная волна.

Михаил Державин и был тем самым воздухом, которого обычно не замечают. Киноролей у Михаила Михайловича, потомственного театрального актёра, немного – среди них нет ни Гамлета, ни Павки Корчагина. Если жулик, то по фамилии Валетный, мелкий и незлобный, способный на пакости в не особо крупных размерах на текстильной фабрике (сериал про ЗнаТоКов). Если сплетник, то от доброты душевной, как Бобчинский в телеверсии «Ревизора». Но вот обычный курортник незаметно превращается у него в необычного – упрямого аккордеониста, который назло козням перетягивает на свою сторону симпатии публики и выигрывает музыкальный конкурс (фильм «Моя морячка»). Откуда в рядовом отдыхающем нефтянике такая воля к победе? Откуда это наполоновское? Или это чисто державинское? Как жаль, что артист с державинской фамилией не сыграл нашего анти-наполеона – фельдмаршала Кутузова. Роль, которая пришлась бы ему в пору, хоть в комедии, хоть в батальной драме. Роль, которая могла соединить комическую краску с игривым величием, лукавство с простотой. Но, увы, когда Державин подошёл к возрасту Кутузова, наступил спрос на «импотентов» и «женихов из Майами».

Самым постоянным экранным образом Державина был пан Ведущий в передаче-спектакле «Кабачок «13 стульев», но как артиста его запомнят, в первую очередь, участником парного конферанса с Александром Ширвиндтом на «Новогодних огоньках» да «Утренних почтах» и «Кинопанорамах». Эпизоды с их выступлениями без перерыва кочуют по интернету, показывают в современных передачах на ТВ. О эта участь скомороха! Однако – «попробуй, рассмеши», когда ты ни слова не говоришь по-русски, а только лопочешь не по-нашему и лучезарно улыбаешься в зал.

Если актёр Михаил Державин и был воздухом, то воздухом, в котором нуждаются все – приятным и немного опьяняющим, дающим всем вокруг быть собой и тонко чувствующим меру допустимых веществ в атмосфере. И потому, как обычный зритель я говорю: «Мне за Державина не обидно». Обидно, что ролей в кино немного.

Державин

По семейному преданию , род Державиных происходил от одного из татарских мурз. Гавриил Романович родился в родовом имении в селе Кармачи под Казанью в 1743 году, там же провёл детство. Он рано лишился отца, майора Романа Николаевича. Мать — Фёкла Андреевна (урожденная Козлова).

Литературная и общественная известность приходит к Державину в 1782 году, после написания оды «Фелица», которая восхваляет императрицу Екатерину II. Державина назначают наместником Олонецкой губернии, а с 1785 — губернатором Тамбовской. В обоих случаях попытки Державина навести порядок, борьба с коррупцией приводят к конфликтам с местной элитой, и в 1789 году он возвращается в столицу, где занимает различные высокие административные должности. Всё это время Державин не оставляет литературное поприще, создает оды «Бог» (1784), «Гром победы, раздавайся!» (1791, неофициальный Российский гимн), «Вельможа» (1794), «Водопад» (1798) и многие другие.

Неоднократно Гавриил Романович посещал усадьбу Зубриловка, принадлежащую его другу Сергею Фёдоровичу Голицыну. Точно известно, что он посещал усадьбу осенью 1788 года [1] .

В 1803 году Державин уходит в отставку, поселяется в Санкт-Петербурге и в своём имении Званка в Новгородской губернии. В последние годы своей жизни сосредотачивается на литературной деятельности.

Гавриил Романович и его супруга Дарья Алексеевна похоронены в Спасо-Преображенском соборе Варлаамо-Хутынского монастыря близ Великого Новгорода (см. фото).

Державин скончался в 1816 году в своём доме в имении «Званка». Гроб с телом покойного на барже по Волхову отправился в своё последнее пристанище. Во время Великой Отечественной войны монастырские постройки подверглись артиллерийскому обстрелу, а затем более 40 лет находились в руинах. В 1959 году состоялось перезахоронение останков поэта и его жены в Новгородском Детинце. В 1993 году, сразу после окончания реставрации монастырского собора и в связи с 250-летием поэта, останки Гавриила и Дарьи Державиных были возвращены в прежние склепы.

Государственная служба

28 июня 1762 года — Вместе с полком участвовал в государственном перевороте, поставившем на престол Екатерину II

  • 1762—1775 — Солдат гвардейского Преображенского полка;
  • 1786—1788 — Губернатор Тамбовской губернии;
  • 1791—1793 — Кабинет-секретарь Екатерины II
  • с 1793 — Сенатор
  • с 1794 — Президент Коммерц-коллегии
  • 1802—1803 — Министр юстиции
  • 1809 — окончательно отстранен со всех государственных постов («уволен от всех дел»).

Творчество

Державин развивает традиции русского классицизма, являясь продолжателем традиций Ломоносова и Сумарокова. [2]

Для него предназначение поэта — прославление великих поступков и порицание дурных. В оде «Фелица» он прославляет просвещённую монархию, которую олицетворяет правление Екатерины II. Умная, справедливая императрица противопоставляется алчным и корыстным придворным вельможам:

Едина ты лишь не обидишь, Не оскорбляешь никого, Дурачества сквозь пальцы видишь, Лишь зла не терпишь одного…

Главным объектом поэтики Державина является человек как неповторимая индивидуальность во всём богатстве личных вкусов и пристрастий. Многие его оды имеют философский характер, в них обсуждается место и предназначение человека на земле, проблемы жизни и смерти:

Я связь миров повсюду сущих, Я крайня степень вещества; Я средоточие живущих, Черта начальна божества; Я телом в прахе истлеваю, Умом громам повелеваю, Я царь — я раб — я червь — я бог! Но, будучи я столь чудесен, Отколе происшёл? — безвестен: А сам собой я быть не мог. Ода «Бог», (1784)

Предсмертное стихотворение Гавриила Романовича Державина «Река времён». Помощь по воспроизведению

Державин создаёт ряд образцов лирических стихотворений, в которых философская напряженность его од сочетается с эмоциональным отношением к описываемым событиям. В стихотворении «Снигирь» (1800) Державин оплакивает кончину Суворова:

Что ты заводишь песню военну Флейте подобно, милый снигирь? С кем мы пойдём войной на Гиену? Кто теперь вождь наш? Кто богатырь? Сильный где, храбрый, быстрый Суворов? Северны громы в гробе лежат.

Перед своей смертью Державин начинает писать оду РУИНА ЧТИ, от которой до нас дошло только начало:

Река времён в своём стремленьи Уносит все дела людей И топит в пропасти забвенья Народы, царства и царей. А если что и остаётся Чрез звуки лиры и трубы, То вечности жерлом пожрётся И общей не уйдёт судьбы!

Увековечение памяти

  • Имя Г. Р. Державина присвоено Тамбовскому государственному университету.
  • Единственная площадь в Лаишево (Татарстан) называется Державинской.
  • Одна из улиц Тамбова носит название Державинской в честь Г. Р. Державина [3] .
  • В Великом Новгороде на Памятнике «1000-летие России» среди 129 фигур самых выдающихся личностей в российской истории (на 1862 год) есть фигура Г. Р. Державина.
  • Памятная стела на родине поэта в селе Державино (Сокуры).
  • Памятник в Казани, существоваший в 1846—1932 годах и воссозданный в 2003 году.
  • Памятник на Державинской площади в Лаишево [4] .
  • Памятник в Тамбове [5] .
  • Памятник, мемориальная доска и улица в Петрозаводске[6] .
  • Мемориальный знак в Званке (ныне на территории Чудовского районаНовгородской области на берегу р. Волхов). [7]
  • Музей-усадьба Г.Р.Державина и русской словесности его времени (наб. реки Фонтанки, д. 118). Памятник в Санкт-Петербурге[8] .
  • В Лаишево краеведческий музей носит имя поэта, которому посвящена большая часть экспозиции музея.
  • В Лаишево ежегодно проводятся: праздник Державина (с 2000 г.), Державинские чтения с вручением республиканской литературной премии имени Державина (с 2002 г.), всероссийский литературный Державинский фестиваль (с 2010 г.).
  • Лаишевский район часто неофициально именуется Державинским краем.
  • В честь Державина назван кратер на Меркурии. [9]
Памятник Г. Р. Державину в Губернаторском парке Петрозаводска Памятник Гавриле Державину в Лядском саде Казани Г. Р. Державин на Памятнике «1000-летие России» в Великом Новгороде

Исследования

  • М.Гусельникова, М.Калинин. Державин и Заболоцкий. Самара: Самарский университет, 2008. 298 с., 300 экз., ISBN 978-5-86465-420-0

Примечания

  1. Малинин Георгий Александрович. Памятные места Саратовской области. Саратов: Саратовское книжное издательство, 1958. — 167 с.
  2. Державин / Статья в Литературной энциклопедии, автор — Д. Д. Благой
  3. http://tambov.fio.ru/vjpusk/vjp081/rabot/25/new_page_4.htm
  4. http://rustik68.narod.ru/rt/IMG_2869m.jpg
  5. http://www.nashaslava.ru/sight/421/
  6. ГТРК Карелия / Карельский губернатор купил машину. Паровую. 200 лет назад
  7. Минюст планирует восстановить знаменитую усадьбу Державина «Званка»
  8. Новые памятники Санкт-Петербурга
  9. Карты Меркурия

Ссылки

Державин Г.Р. в Викицитатнике ?
Державин Г.Р. в Викитеке ?
Державин Г.Р. на Викискладе ?
  • Г. Р. Державин — сайт о жизни и творчестве
  • Державин Г. Р. Сборник произведений
  • Литературный портрет Г. Р. Державина. Биография Г. Р. Державина в Виртуальной энциклопедии Pro Питер
  • Державин Гаврила Романович «Духовные оды» Библиотека ImWerden
  • Державин Гавриил Романович «Сочинения. Под ред. Я. Грота. Том 1. 1864» Библиотека ImWerden
  • Державин Гавриил Романович «Сочинения. Под ред. Я. Грота. Том 2. 1865» Библиотека ImWerden
  • Державин Гавриил Романович «Сочинения. Под ред. Я. Грота. Том 3. 1866» Библиотека ImWerden
  • Державин Гавриил Романович «Сочинения. Под ред. Я. Грота. Том 4. 1867» Библиотека ImWerden
  • Державин Гавриил Романович «Сочинения. Под ред. Я. Грота. Том 5. 1869» Библиотека ImWerden
  • Державин Гавриил Романович «Сочинения. Под ред. Я. Грота. Том 6. 1871» Библиотека ImWerden
  • Державин Гавриил Романович «Сочинения. Под ред. Я. Грота. Том 7. 1872» Библиотека ImWerden
  • Державин Гавриил Романович «Сочинения. Под ред. Я. Грота. Том 8. Жизнь Державина. 1880» Библиотека ImWerden
  • Державин Гавриил Романович «Сочинения. Под ред. Я. Грота. Том 9. 1883» Библиотека ImWerden
  • Ходасевич Владислав Фелицианович «Державин» Библиотека Мошкова
  • Державин Гавриил стихи в Антологии русской поэзии
  • «Никогда не будет подлец» — Статья д.ф.н Ю. Минералова
  • Шпаргалка по «Творчеству Державина Г. Р.»
  • Державин Г. Р. Описание торжества бывшего по случаю взятия города Измаила в доме генерал-фельдмаршала князя Потемкина-Таврического, близ конной Гвардии, в присутствии императрицы Екатерины II, 1791 года 28 апреля // Державин Г. Р. Сочинения. — Ч. 4. — Спб.: В типогр. Шнора, 1808. — С. 22-60. — Сетевая версия — Е. Кутьковой.
  • Милена, вторая жена Державина / Излож. И. Хрущева // Русский вестник, 1903. — Т. 283. — Кн. 2. — С. 549—580.
  • Державин — аудиостихи, переписка, жизнеописание
Предшественник:
П. Х. Обольянинов
Генерал-прокурор Правительствующего Сената

Преемник:
П. В. Лопухин
Произведения этого автора находятся в общественном достоянии. Вы можете помочь проекту, добавив их в Викитеку и разместив ссылку на них на этой странице.

Wikimedia Foundation . 2010 .

Смотреть что такое «Державин, Гавриил Романович» в других словарях:

Державин Гавриил Романович — Гавриил Державин Портрет работы Боровиковского Дата рождения: 3 (14) июля 1743 Место рождения: Казань, Российская империя Дата смерти: 8 (20) июля 1816 Место смерти: имение Званка … Википедия

Державин Гавриил Романович — Державин, Гавриил Романович знаменитый поэт. Родился 3 июля 1743 г. в Казани, в семье мелкопоместных дворян. Его отец, армейский офицер, жил то в Яранске, то в Ставрополе, под конец в Оренбурге. Родители Державина не обладали образованием, но… … Биографический словарь

Державин, Гавриил Романович — — знаменитый поэт, государственный человек и общественный деятель второй половины прошлого и первой четверти нынешнего столетия (р. 3 июля 1743, ум. 8 июля 1816). Предок его, татарский мурза Багрим, в ХV столетии, в княжение Василия… … Большая биографическая энциклопедия

ДЕРЖАВИН Гавриил Романович — Гавриил Романович (3.07.1743, Казань (по др. сведениям, дер. Кармачи или Сокуры под Казанью) 8.07.1816, с. Званка Новгородского у. и губ.), поэт, гос. деятель. Из мелкопоместного дворянского рода татар. происхождения. В 1759 1762 гг. учился в… … Православная энциклопедия

Державин, Гавриил Романович — Смотри также (1743 1716). На публичном экзамене в лицее (1814) юный Пушкин в присутствии Державина читал свои Воспоминания в Царском Селе . Поэт сохранил память об этом своем первом выступлении на литературное поприще ( Послание Жук. , 1816 г.,… … Словарь литературных типов

Державин Гавриил Романович — знаменитый поэт; род. 3 июля 1743 г. в Казани; по происхождению принадлежал к мелкопоместным дворянам. Его отец, армейский офицер, почти вслед за рождением ребенка должен был переехать по делам службы еще далее на восток и жил то в Яранске, то в… … Энциклопедический словарь Ф.А. Брокгауза и И.А. Ефрона

Державин, Гавриил Романович — (1743 1816) начал свою поэтическую деятельность одами, в которых старался подражать Ломоносову. Однако, начиная с Фелицы , оды в честь Екатерины II, торжественный тон ломоносовской лирики постепенно уступает у Державина место более живой реальной … Исторический справочник русского марксиста

Державин, Гавриил Романович — Смотри также (1743 1816). Первой книгой, попавшейся Гончарову вне классов , были сочинения Д., которые он и переписывал и учил наизусть (Автобиография) … Словарь литературных типов

Державин, Гаврила Романович — Гавриил Державин Портрет работы Боровиковского Дата рождения: 3 (14) июля 1743 Место рождения: Казань, Российская империя Дата смерти: 8 (20) июля 1816 Место смерти: имение Званка … Википедия

Державин Гаврила Романович — Гавриил Державин Портрет работы Боровиковского Дата рождения: 3 (14) июля 1743 Место рождения: Казань, Российская империя Дата смерти: 8 (20) июля 1816 Место смерти: имение Званка … Википедия

Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Добавить комментарий

;-) :| :x :twisted: :smile: :shock: :sad: :roll: :razz: :oops: :o :mrgreen: :lol: :idea: :grin: :evil: :cry: :cool: :arrow: :???: :?: :!:

Гавриил Романович Державин

Бог («О ты, пространством бесконечный. »)

Властителям и судиям («Восстал всевышний бог, да судит. »)

Ключ («Седящ, увенчан осокою. »)

Памятник («Я памятник себе воздвиг чудесный, вечный. »)

Праведный судия («Я милость воспою и суд. »)

Русские девушки («Зрел ли ты, певец Тиисский. »)

ГАВРИИЛ РОМАНОВИЧ ДЕРЖАВИН (1743-1816)

Пушкинскую эпоху называют золотым веком русской поэзии не только благодаря

Александру Сергеевичу. В это же время творили прекрасные поэты — Державин,

Батюшков, Жуковский, Баратынский, баснописец Крылов, начинали Лермонтов и

Гавриил Романович Державин был непосредственным предшественником Пушкина. Он был славой XVIII века, его боготворили, им восхищались. Можно сказать, что слава

Державина перешла к Пушкину.

Сам Александр Сергеевич вспоминает, как он относился к Державину в юности:

«Державина видел я только однажды в жизни, но никогда того не позабуду Это было

в 1815 году, на публичном экзамене в Лицее. Как узнали мы, что Державин будет к

нам, все мы взволновались. Дельвиг вышел на лестницу, чтоб дождаться его и

поцеловать ему РУКУ» руку, написавшую «Водопад». Державин был очень стар Он

был в мундире и в плисовых сапогах. Экзамен наш очень его утомил. Он сидел,

подперши голову рукою. Лицо его было бессмысленно, глаза мУгны, губы отвислы:

портрет его (где представлен он в колпаке и халате) очень похож. Он дремал до

тех пор, пока не начался экзамен в

русской словесности. Тут он оживился, глаза заблистали; он преобразился весь.

Разумеется, читаны были его стихи, разбирались его стихи, поминутно хвалили его

стихи. Он слушал с живостию необыкновенной. Наконец вызвали меня. Я прочел

«Воспоминания в Царском Селе», стоя в двух шагах от Державина. Я не в силах

описать состояния души моей: когда дошел я до стиха, где упоминаю имя Державина,

голос мой отроческий зазвенел, а сердце забилось с упоительным восторгом. Не

помню, как я кончил свое чтение, не помню, куда убежал. Державин был в

восхищении; он меня требовал, хотел меня обнять. Меня искали, но не нашли. «

Это Пушкин написал в 1835 году, к этому времени отношение его к поэзии Державина

по существу не изменилось. Он считал его великим поэтом.

Некоторые мыслители считали, что великая русская литература началась с оды

Державина «Бог». Именно этой одой он открыл свое собрание сочинений:

О Ты, пространством бесконечный, Живый в движеньи вещества, Теченьем времени

превечный, Без лиц, в трех лицах божества! Дух всюду сущий и единый, Кому нет

места и причины, Кого никто постичь не мог. Кто все собою наполняет, Объемлет,

зиждет, сохраняет, Кого мы называем: Бог.

Ты есть! — природы чин вещает, Гласит мое мне сердце то, Меня мой разум уверяет,

Ты есть — и я уж не ничто!

Частица целой я вселенной,

Поставлен, мнится мне, в почтенной

Средине естества я той,

Где кончил тварей Ты телесных,

Где начал Ты духов небесных

И цепь существ связал всех мной.

Я связь миров, повсюду сущих, Я крайня степень вещества; Я средоточие живущих; Я

телом в прахе истлеваю, Умом громам повелеваю, Я царь — я раб — я червь — я Бог!

Но, будучи я столь чудесен, Отколе происшел ? — безвестен; А сам собой я быть не

Державин — поэт классицизма. Но он внес в классицизм «сердечную простоту»,

поэтому его оды, его лирические стихи как бы шагнули из условностей классицизма

в живую жизнь. В творчестве поэта отразилось много конкретных черт русской

жизни, русского быта, живых русских раздумий того времени. В них появилось

Современному читателю порой читать Державина трудновато. Но таков поэтический

язык допушкинской эпохи. Это русский язык еще неустоявшийся и пестрый, еще не

приведенный в гармонию. Он насыщен формами и оборотами, которые шли из старины.

Родился Гавриил Державин близ Казани в семье мелкопоместного дворянина. Систематического образования не получил. Десять лет прослужил солдатом в Преображенском полку. В 1772 году был произведен в офицеры. В 1977 году перешел на штатскую службу: служил в сенате, был губернатором в Петрозаводске и Тамбове, затем секретарем Екатерины II, министром юстиции при Александре I. Отличаясь независимостью характера и прямотой («Горяч и в правде черт!» — говорил он о себе), Державин нередко ссорился с начальством, побывал даже под судом. С 1803 года жил на покое, проводя лето в своем имении Званке, на берегу Волхова.

Сочинять стихи он начал, еще будучи солдатом, писал в казарме. В 1776 году свои

оды поэт напечатал отдельной книжкой, но без обозначения своего имени. Книжка

осталась незамеченной. Позже он был принят в кружок популярных в то время

писателей — Н.А. Львова,

И.И. Хемницера, В.В Капниста, многому учился у них, штудировал труды теоретиков

классицизма — Буало, Батте, читал Горация и других античных авторов.

Эти штудии Державину сильно помогли Свои новые сочинения он анонимно печатал в

петербургских журналах — и это уже были истинно державинские произведения- «На

смерть князя Мещерского», «Ключ», «Стихи на рождение в Севере порфирородного

отрока». Читатели почувствовали, что никто из прежних поэтов, ни Сумароков, ни

Ломоносов, с такой смелостью не пользовались «низким штилем», не вводили так

просторечия, не рисовали с такой смелостью в стихах самих себя, своих знакомцев,

окружающую обстановку В стихах классицистов все было регламентировано, а

Державин, сохраняя оду как жанр, насыщал ее новым содержанием.

Огромный успех имела ода Державина «Фелица», написанная в 1782 году. Под видом

царевны «Киргиз-Кайсацкия орды» Фелицы поэт вывел императрицу Екатерину. Та,

прочитав оду, наградила поэта и дала ему личную аудиенцию.

Державин нарисовал в «Фелице» образ Екатерины как просвещенной «матери

отечества», неустанно радеющей о благе подданных, свято соблюдающей законы,

умной и простой в быту й привычках Поэт пытался создать идеальный образ монарха.

В каком-то смысле эта ода была уроком поэта царям.

Державин воспевал императрицу, но при этом сатирически рисовал ее вельмож. За

что те, естественно, мстили ему. Так он и был услан подальше от столицы в глухую

Олонецкую губернию — но губернатором. Державин объездил весь Север Во время

плавания по Белому морю однажды в шторм он чуть не погиб

Гавриил Романович был очень смелым, решительным, мужественным человеком. Есть в

его биографии и такой факт. Когда до Петербурга дошли слухи о восстании

Пугачева, Державин добился назначения его в команду к генералу Бибикову,

возглавлявшему правительственные войска против повстанцев. Три года он провел в

огне крестьянской войны, два раза чуть не попал в плен к самому Пугачеву

«В лице Державина поэзия русская сделала великий шаг вперед», — писал Белинский.

А историк русской литературы Г Гуковский подтверждает: «Его стихи рвут из рук,

их переписывают в заветные тетради, они не нуждаются даже в печати, их и без

того знают наизусть все. » Это уже 80-90 годы конца XVIII века

Державин придавал огромное значение изобразительной силе стихов, звуковой,

Прочитаем вместе замечательное стихотворение «Лебедь», в котором и звукопись

прекрасна, и изобразительность изумительная, и со-

держание очень серьезное — в этом стихотворении, которое напоминает греческое

предание о том, что души поэтов после смерти превращаются в лебедей, мы видим,

что Державин знал себе цену как поэту и понимал, что останется он в памяти людей

не как вельможа, а как великий поэт.

Необычайным я пареньем От тленна мира отделюсь, С душой бессмертною и пеньем,

Как лебедь, в воздух поднимусь

В двояком образе нетленный, Не задержусь в вратах мытарств; Над завистью

превознесенный, Оставлю под собой блеск царств.

Да, так! Хоть родом я не славен, Но, будучи любимец муз, Другим вельможам я не

равен И самой смертью предпочтусь.

Не заключит меня гробница, Средь звезд не превращусь я в прах, Но, будто некая

цевница, С небес раздамся в голосах

И се уж кожа, зрю, перната Вкруг стан обтягивает мой, Пух на груди, спина

крылата, Лебяжьей лоснюсь белизной

Лечу, парю — и под собою Моря, леса, мир вижу весь; Как холм, он высится главою,

Чтобы услышать Богу песнь.

С Курильских островов до Буга, От Белых до Каспийских вод, Народы, света с

полукруга, Составившие россов род.

Со временем о мне узнают: Славяне, гунны, скифы, чудь, И все, что бранью днесь

пылают, Покажут перстом и рекут:

«Вот тот летит, что, строя лиру, Языком сердца говорил И, проповедуя мир миру,

Себя всех счастьем веселил».

Прочь с пышным, славным погребеньем, Друзья мои! Хор муз, не пой! Супруга!

облекись терпеньем! Над мнимым мертвецом не вой.

Державин прославил в своих стихах полководцев Румянцева и Суворова, казачьего

атамана Платова, но прославил и простого русского солдата — Росса, как он

возвышенно его называл. Он пишет и о барышнях-дворянках, и воспевает девушек

крестьянок. Он большой жизнелюб, поэтому пейзажи его очень настоящие,

выразительные, яркие. Природа у Державина бодра и целительна.

Мы начали рассказ о Державине с отрывка из воспоминаний Пушкина. Но Пушкин не

знал, что через несколько дней после этого экзамена в Лицее Гаврила Романович

сказал Аксакову: «Скоро явится свету второй Державин: это Пушкин».

Державин Гавриил Романович (1743-1816)

Державин совершил в русской поэзии подлинный литературный переворот. Писатели-современники, восторгались автором «Фелицы». Державин смело ломает рамки традиционных жанров и стилей, создает новые традиции, предваряя тем «пестрые главы» пушкинского «Евгения Онегина» и другие сложные жанровые образования XIX в. «Первым живым глаголом юной русской поэзии» назвал его В. Г Белинский. В XX в. интерес к творчеству Державина не ослабевает: Мандельштам под влиянием державинской «Грифельной оды» написал свою «грифельную оду», а Бродский создал стихотворение «На смерть Жукова» с прямыми реминисценциями из Державина.

«Певец Фелицы»

Державин Г.Р. Портрет работы В. Боровиковского. 1975 г.

Державин происходил из бедной семьи мелкопоместных казанских дворян. Он рано потерял отца и не смог получить систематического образования. В двадцать лет его призывают в Петербург на военную службу. Державин начинает с подражания образцовым русским поэтам, в первую очередь М В. Ломоносову и А. П. Сумарокову. Опираясь на русскую поэтическую традицию, Державин обращается с ней весьма вольно, допуская смешение различных жанров, и в результате находит свой путь в поэзии.

Стихотворения Державина начинают появляться в журналах. Однако настоящая известность приходит к поэту в 1873 г. с появлением знаменитой оды «Фелица», обращенной к Екатерине. Здесь тонкие похвалы императрице сочетались с острыми сатирическими выпадами против ее «мурз»- фаворитов, придворных. Поэт не побоялся задеть даже всесильного Потемкина. Литературный успех оды был велик: «певец Фелицы» признан крупнейшим поэтом современности. Вместе с тем «Фелица» навлекла на Державина ненависть осмеянных им «мурз», что вынудило императрицу отправить дерзкого поэта в почетную ссылку: он был назначен в глухую Олонецкую губернию, затем его переводили в Кемь и в Тамбов. Везде Державин пытался развивать энергичную просветительскую деятельность, но каждый раз резкий и вспыльчивый характер приводил к ссорам и скандалам. «Я тем. бесполезен, что горяч и в правде чорт»,-восклицает он в стихах этого периода. В конце концов, Екатерина назначила его своим личным секретарем и сама же жаловалась, что он «при докладах не только грубил ей, но и бранился». За время своих скитаний Державин всесторонне узнал русскую жизнь, которую затем отразил в своем творчестве.

Поэзия жизни

А. С. Пушкин высоко ценил творчество Г. Р. Державина. В 1815 г. на экзамене в Лицее состоялась единственная встреча юного поэта со знаменитым одописцем. «Державина видел я только однажды в жизни, но никогда того не забуду»,-вспоминал поэт. «Я прочел свои «Воспоминания в Царском Селе», стоя в двух шагах от Державина. Голос мой отроческий зазвенел, а сердце забилось с упоительным восторгом. Державин был в восхищении; он меня требовал, хотел меня обнять. Меня искали, но не нашли».

Оды Державина разнообразны по тематике и стилю. Стремление очистить российскую государственность от «сора» побуждало поэта создавать сатирические произведения, обличавшие «злых князей мира». Такова ода «Вельможа», резкие выпады которой приближаются к пафосу радищевской «Вольности». Героика времени нашла выражение в победно-патриотических стихах. Победы Суворова отразились в ряде сочинений-одах «На взятие Измаила», «На взятие Варшавы», «На переход Альпийских гор» и др. Суворов у Державина-народный герой, эпический витязь-богатырь, бесстрашный в бою, великодушный к побежденным.

В стихах Державина появляются описания реального быта и пейзажа-живописные картины природы представлены, например, в «Осени во время осады Очакова», быт крестьян и «сельские забавы»-в послании «Евгению. Жизнь Званская». В духовных и философских одах поэт стремится понять Бога и свое место во Вселенной (ода «Бог»), размышляет о смерти («На смерть князя Мещерского», «Грифельная ода»), призывает «высший суд» («Властителям и судьям»). Итог своему творчеству Державин подводит в стихотворении «Памятник»- вольном переложении оды Горация: основной своей заслугой поэт считал умение «истину царям с улыбкой говорить». Поэзия Державина автобиографична: здесь появляется образ автора, возникают детали державинской биографии. Преодолев жанровые ограничения классицизма, создав новый тип лирического стихотворения, поэт «зажег блестящую зарю новой русской поэзии» (Белинский). Не случайно сам поэт в стихах завещал свою «ветху лиру» молодому поэту-романтику — В.А. Жуковскому.

Презентация на тему: Державин Гавриил Романович

Державин Гавриил Романович Выполнила: Ученица ИФФ2-10 класса Шеменёва Анастасия Научный руководитель: Степанова И.А.

Проблема, лежавшая в основе работы: Г.Р. Державин – поэт и государственный деятель, одна из самых ярких личностей XVIII века. Цель моей работы заключалась в исследовании проблемы писатель и эпоха. Источниковедческой базой работы являются автобиографические «Записки» Державина, где отражен жизненный путь Державина поэта и характер эпохи. В качестве дополнительных источников привлекались роман Ходасевича «Державин» и роман Михайлова.

Державин – поэт и государственный деятель эпохи просвещения. 24 ноября 1873 года в Петербурге состоялась торжественная церемония открытия памятника Екатерине II. Под грохот пушек Петропавловской крепости и колокольный звон перед собравшимися предстала фигура императрицы, а у ее ног – девять сподвижников, прославивших ее царствование. Среди них и Гаврила Романович Державин. Мы знаем Г.Р. Державина, прежде всего как признанного первого русского лирика XVIII в., дерзнувшего смешать и спутать все стили, дерзнувшего заговорить «языком сердца» и «истину царям с улыбкой говорить».

Но сам поэт считал себя имеющим право на уважение не столько за поэтическую деятельность, сколько за благие свои стремления к государственной службе. Никто из литераторов не дослужился до таких чинов и не занимал столь высоких должностей, как Державин: губернатор Олонецкой и Тамбовской губерний, статс-секретарь при Екатерине II, сенатор, государственный казначей, министр юстиции. И добился он всего без большого образования, без знатной родни, без связей. XVIII век – век Просвещения, время значительных успехов русской государственности и русской культуры. Эпоха Петра I и Екатерины II являющихся воплощением идеи абсолютной монархической власти. Радищев назвал это столетие «безумным» и «мудрым». Это век развития в русском искусстве классицизма, не отделимого от идей воспитания человека и преобразования мира в соответствии с требованиями разума, пропаганда идеи служения личности обществу и государству. Искусство классицизма призвано было воспитывать в человеке гражданственность и благонравие.

«Падал я, вставал в мой век.»«Записки» Державина. Один из поэтов нашего края Валентик в стихотворении, посвященном 260-летию со дня рождения Державина, скажет о нем: «Держава – в имени и роде! И в поэтической породе Держал он свой державный шаг, Поэзии российской флаг.» Мысли об общественном благе, необходимости честного исполнения своего долга и служения Родине, неоднократно звучали в автобиографических «Записках» Державина, написанных им в 1811-1813 годах. Замечу, что автор о себе пишет преимущественно в третьем лице – «он», и лишь иногда, в минуты сильного волнения, сбивается на «я».

В своей работе я хочу остановиться на некоторых страницах этой книги, наиболее ярко, на мой взгляд, раскрывающих характер Державина: чувство собственного достоинства, решительность, прямота в обращении с сильными мира сего, правдолюбие и вместе с тем вспыльчивость и горячность, нежелание и неумение подчиняться. Культ честного служения обществу, государству, державе пронизывает все творчество Г.Р. Державина, Державин-держава-державность. Кажется, что фамилия поэта – это псевдоним, настолько ясно она ложится на идеологию классицизма.

Когда читаешь первые главы «Записок», немало сходного невольно обнаруживаешь в судьбе молодого Державина с судьбой хорошо знакомого пушкинского героя – Петра Гринева. Они почти сверстники, близкие по происхождению, семейным традициям. Вспоминаешь эпизод из «Капитанской дочки», когда Петруша Гринев проигрывает в карты и, несмотря на недовольство Савельича, отдает долг как человек, живущий по закону чести. Державин во времена своей службы вообще очень сильно пристрастился к картам, бывало, и проигрывал, но никогда « не старался каким – либо переворотом отыгрываться или обманами, лжами и пустыми о заплате уверениями доставать деньги; но всегда содержал слово свое свято, соблюдал при всяком случае верность, справедливость и приязнь». Державин – был свидетелем события русской истории XVIII века – крестьянского восстания предводительством Емельяна Пугачева. Он, как и пушкинский герой, оказался в эпицентре событий и наверняка мог бы повторить слова Гринева о Пугачевском бунте «бессмысленном и беспощадном».

Державин и Екатерина II. В 1791 году Державин назначается секретарем Екатерины II. Дворцовая жизнь текла по своим особым законам. Климат двора нередко определялся фаворитами императрицы, которые в угоду своим личным интересам готовы были на все. Что касается Державина, то он часто становился «неугодным» для многих вельмож из-за своего служебного рвения. Державин увидел жизнь двора воочию, и у него изменилось представление и о Екатерине II. Первая встреча с Екатериной ошеломила его, но в дальнейшем он изменяет свое мнение о ней. Это не означало, конечно, что Державин перестал видеть в ней «просвещенную монархиню», просто в представлении Державина она утрачивает черты исключительности, перестает быть неземным существом.

Оценка личности и деятельности Державина в романе Ходасевича «Державин». Роман Ходасевича «Державин» был написан в 1931 году. Его автор – поэт «серебряного века». Главное достоинство Державина – поэта, Ходасевич видит в том, что он сумел «выразить свою личность такой, какова она была, нарисовать портрет свой живым и правдивым, не искаженным условной позой и не стесненным классической драпировкой». Ходасевич сумел найти новый подход к изображению жизни поэта, не прибегая к расширению фактического материала. «Биограф — не романист. Ему дано изъяснить и освещать, но отнюдь не выдумывать», — подчеркивает он в предисловии к роману.

Избранный писателем принцип повествования в критике назван «принципом психологических расшифровок». Излагая известные факты биографии Державина, Ходасевич пытается психологически мотивировать поступки персонажей. Кроме того по всему роману разбросаны характеристики Державина и оценки его деятельности на государственном поприще: «движимый человеколюбием», «поклонник Закона», «умом был прям, а душой прост», «упрямый и прямолинейный». Роман Ходасевича по существу заканчивается истолкованием оды «На тленность», написанной за два дня до смерти. Стихотворение не закончено, это акростих: из первых букв стихотворных строк складывается выражение «РУИНА ЧТИ». Что это означает? И каким могло быть продолжение? Кажется, что Державин в этом стихотворении отказывается от мысли о том, что история и поэзия («Звуки лиры и трубы») способны побеждать время. Но мы помним, что мысль о поэтическом бессмертии впряжена в стихотворении Державина «Памятник». Для Ходасевича, пережившего потрясения революции и ощутившего себя поэтом отошедшего времени, поэтическое завещание Державина стало поводом для размышлений о собственной судьбе.

Заключение. Однажды Г.Р. Державин написал эпитафию самому себе: « Здесь лежит Державин, который поддерживал правосудие, но, подавленный неправдою, пел, защищая законы». Державин на всю жизнь остался верен своему принципу: правосудие превыше всего. Работа с «Записками» Г.Р. Державина и романом Ходасевича дала мне возможность более глубоко прочувствовать Державина как личность. Эпоха играет немалую роль в деятельности и жизни любого человека, а в биографии Державина его время, XVIII век отразился со всеми его позитивными и негативными сторонами.

Державин Г.Р. «Записки», Москва, 2000г. Державин Г.Р. «Записки», Москва, 2000г. Ходасевич В.Ф. «Державин», Москва, 1988г. Благой Д.Д. «История русской литературы XVIII век», Москва, 1946 г. Гусев В. « Мощь и трагедия «старина»» / Материалы научной международной конференции посвященной 260-летию со дня рождения поэта. Пашкуров Л.К., Казань, 2003 г.

Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Добавить комментарий

;-) :| :x :twisted: :smile: :shock: :sad: :roll: :razz: :oops: :o :mrgreen: :lol: :idea: :grin: :evil: :cry: :cool: :arrow: :???: :?: :!:

Гавриил Романович Державин

«Сей дар богов лишь к чести
И к поученью их путей
Быть должен обращен, не к лести
И темной похвале людей».

Имя Гавриила Романовича Державина носит первый государственный университет в Тамбове. Университет был открыт в 1918 году, но идея развития высшего образования в Тамбовской губернии появилась еще в XVIII веке и принадлежала Гавриилу Державину. Еще в 1786-1788 годах, будучи губернатором края, он мечтал о создании здесь университета. И хотя его мечтам в то время сбыться было не суждено, ему принадлежит много начинаний в духе века Просвещения. Он создал народные училища, молодые дворяне получали в его доме частичное высшее образование — изучали арифметику, риторику. Тамбовский театр — тоже детище Гаврилы Державина.

Как поэт и политический деятель, он много сделал для России и литературы того времени. Он не сразу достиг высокого социального статуса и положения в обществе, в молодости ему пришлось и жить в казарме, и сидеть на хлебе и воде, и выбираться из карточных долгов. Тем не менее, он оставался человеком Просвещения для России. Заслуга его как поэта заключалась в том, что он первым «раскачал» традиции классицизма, проложив дорогу Александру Пушкину. Пушкин и Державин встретились лишь однажды, когда Державин принимал экзамены в лицее. Пушкину тогда было 16 лет, Державину — 71, по тем временам — глубокий старик, но очень известный и почитаемый поэт. Услышав «Воспоминания в Царском Селе» из уст молодого автора Александра, Державин пришел в абсолютный восторг. Пушкин от застенчивости убежал, не дав Гавриле Романовичу поздравить себя с успехом.

Имя Гавриил в переводе означает «Моя мощь — Бог» или «Божественный воин». В полной мере он свое имя оправдал. Несмотря на то, что Державин до конца дней своих оставался убежденным монархистом, он имел врожденную внутреннюю этику и умел рассмотреть за политическими лозунгами второй план, услышать мнение другой стороны.

Так, ему пришлось три года участвовать в подавлении Пугачевского восстания (бунты бушевали с 1762 по 1773). Сначала он ревностно соблюдал монаршее предписание, но поговорив с крестьянами и услышав их жалобы, он смог увидеть и понять несправедливость, которая творилась местными власть имущими в российской глубинке. «Надобно остановить грабительство или, чтоб сказать яснее, беспрестанное взяточничество, которое почти совершенно истощает людей. » — писал он в официальном донесении казанскому губернатору и начальнику секретной следственной комиссии генералу Бранту. «Сколько я смог приметить, это лихоимство производит в жителях наиболее ропота, потому что всякий, кто имеет с ними малейшее дело, грабит их. Это делает легковерную и неразумную чернь недовольною и, если смею говорить откровенно, это всего более поддерживает язву, которая теперь свирепствует в нашем отечестве». Об этом же он писал и императрице. По мнению А. Дугина, философа современности, за Пугачевским бунтом был и еще один план. Это народный протест против европеизации Руси, разрушения национальных традиций и древнего уклада жизни. И этот бунт был подавлен.

Эти события изменили взгляды Державина на все, что происходило в стране, в отличие от дворянского большинства того времени. С той поры он четко определил роль поэзии для себя как проводника Высшей воли, по крайней мере к этому она должна стремиться.

Деятельность Гаврилы Державина на государственной службе была неоднозначной. Правдолюбец и борец, он не удерживался ни на одной государственной службе, тут же начиная бороться с недостатками. Практически все его назначения заканчивались скандалами и отстранением от должности, после чего Державину приходилось подолгу восстанавливать свою репутацию и материальное обеспечение, но он своего добивался. Державин был борец везде — и на государственной службе, и в отстаивании своих личных интересов.

Державин, будучи еще солдатом, участвовал в составе полка в перевороте, в результате которого был убит Петр III, и Екатерина II взошла на престол. Показательно, что впоследствии он, как и многие думающие люди, не смог избежать разочарования в государыне. Но это было позже.

В 1780 году Державин стал известен благодаря переложению 81 Псалма — «Властителям и судиям». Это стихотворение уже отличается от ломоносовских од, с его прославлением и пышными речами. В стихотворении «Властителям и судиям» ярко проявилась гражданская позиция поэта и его взгляд на то, что должны делать люди, находящиеся у власти, однако, вместо этого сплошь и рядом они творят «злоупотребления»:

«Ваш долг: спасать от бед невинных,
Несчастливым подать покров;
От сильных защищать бессильных,
Исторгнуть бедных из оков.

Не внемлют! видят — и не знают!
Покрыты мздою очеса:
Злодействы землю потрясают,
Неправда зыблет небеса.

Цари! Я мнил, вы боги властны,
Никто над вами не судья,
Но вы, как я подобно, страстны,
И так же смертны, как и я».

В этом стихотворении отразились и личные переживания из детства Державина. После смерти отца, его мать, вдова, взяв с собой детей, долго обивала пороги государственных учреждений, добиваясь пенсии, но часто встречала пренебрежение со стороны «властителей».

В 1782 году вышла знаменитая ода «Фелице», которая попала к императрице через знакомых Державина. Ода явилась тогда ярким образцом и сатиры, и надежд Державина на то, что «человек Екатерина» свободна от пороков, которыми были известны ее приближенные. В отличие от «Властителей и судий», где Державин выступал гневным обличителем, в оде «Фелице» он написал свой образ идеального монарха:

«Тебе единой лишь пристойно,
Царевна! свет из тьмы творить;
Деля Хаос на сферы стройно,
Союзом целость их крепить;
Из разногласия согласье
И из страстей свирепых счастье
Ты можешь только созидать.
Так кормщик, через понт плывущий,
Ловя под парус ветр ревущий,
Умеет судном управлять. ».

Интересно, что «Фелица» имела успех еще и потому, что очень многие узнали реальных вельмож того времени. То есть в одном произведении были и сатира, и ирония, и пафос, и надежда.

Особенно пострадавшим от правдолюбия Гаврилы Романовича оказался А.А. Вяземский, министр и правая рука Екатерины. На протяжении всей жизни Державина Вяземский был его врагом. Особенно интересен случай, когда Вяземский представил императрице ежегодный отчет о доходах государства, где, зная характер Екатерины, которой постоянно и внезапно требовались дополнительные средства, он утаивал в смете дополнительные средства. Из каких соображений он это делал, это вопрос истории, но то, что Державин помешал Вяземскому скрыть реальные доходы государства — это факт.

Дважды Державин был губернатором — сначала Олонецкой, затем Тамбовской губернии. Он был прирожденным администратором. Пройдя путь от солдата до министра финансов, Гаврила Державин очень хорошо понимал нужды и недостатки низов, поэтому старался внедрять в русской глубинке обучение, приобщал местных людей к искусству, интересовался мнением о его правлении, прося открыто указывать ему на недостатки. Особенно он старался уничтожить бюрократическую чиновничью машину, чем, естественно, вызывал недовольство других представителей губернских администраций. Те всячески старались выжить Державина, используя любые средства.

В 1791 году Екатерина II приблизила к себе Гаврилу Романовича, назначив его статс-секретарем. Поначалу Державин обрадовался такому назначению, думая, что в непосредственной близости к царице он сумеет уменьшить чиновничье крючкотворство, и многие дела будут решаться быстрее. Но он ошибался. Императрица, собственно, сама и создала этот аппарат, поэтому разрушать его не собиралась. Много раз и императрица, и дворяне просили Державина написать в их честь хвалебные оды, но изменять себе Державин не мог. Разочаровавшись в императрице, он долго избегал просьб Екатерины написать что-либо подобное «Фелице». В конце концов, Державин засел за хвалебную оду, но так и «не собрался с духом и не мог таких императрице тонких писать похвал, каковы в оде Фелице и тому подобных сочинениях, которые им писаны не в бытность еще при дворе: ибо издалека те предметы, которые ему казались божественными и приводили дух его в воспламенение, явились ему, при приближении ко двору, весьма человеческими».

Здесь опять, вероятно, проявились внутренний стержень и совесть Державина — пойти против себя для удовлетворения эго императоров (и собственного процветания) он никогда не мог. Предпочитал попасть в немилость.

Интересно, что постоянно переживая взлеты и отставки, Державин очень хорошо знал силу своего таланта и умел его применить. Оды, написанные Екатерине II, Павлу I и Александру I, помогли попасть Державину «в милость» императоров, но его характер и желание сделать страну лучше в результате приводили к опале со стороны царей. Последнюю отставку тогда уже министра юстиции Гаврилы Державина царь Александр I так прокомментировал: «Ты слишком ревностно служишь». На эту отставку Державин достойно ответил стихотворением «Свобода», где снова четко обозначил свою внутреннюю позицию:

«Дальше: власти мне святые
Иго то велели несть,
Все венцы суля земные,
Титла, золото и честь.
Нет! — восстав от сна глубока,
Я сказал им, — не хочу.
Не хочу моей свободы,
Совесть на мечты менять. »

Кроме названных произведений, у Державина были и юмористические, и лирические стихи. Он очень любил свою первую жену, которую изображал в своих произведениях в образе Плениры:

«А если милой и приятной
Любим Пленирой я моей
И в светской жизни коловратной
Имею искренних друзей,
Живу с моим соседом в мире,
Умею петь, играть на лире:
То кто счастливее меня?» (1781)

Душа моя! гостья ты мира:
Не ты ли перната сия? —
Воспой же бессмертие, лира!
Восстану, восстану и я, —
Восстану, — и в бездне эфира
Увижу ль тебя я, Пленира? («Ласточка», 1792—1794)

И Державин, и его современники считали литературную деятельность делом не серьезным. Важнее слов были «дела», государственная служба. Только потом уже Пушкин напишет, что его миссия в том, чтобы «глаголом жечь сердца людей». Действительно, роль искусства не стоит недооценивать. И кто знает, что более значимо — губернские дела и государственная служба, или поэзия, которая благодаря Державину стала более демократичной, понятной и проложила дорогу Пушкину и Лермонтову.

Гавриил Романович Державин

Предложение устроить жизнь «себе к покою» абсолютно не вписывалось в представления того времени, считавшие идеалом жизнь активную, общественную, публичную, посвященную государству и государыне.

Будучи назначен кабинет-секретарём Екатерины II (1791-93), Державин не угодил императрице, был отставлен от службы при ней. В последствии в 1794 Державин был назначен президентом Коммерц-коллегии. В 1802-1803 министром юстиции. С 1803 находился в отставке.

Казалось бы, Державин должен был бы, подобно многим его современникам, не «унижаться» до демонстрации своей внутренней жизни в одах. Но поэт был уже человеком следующей эпохи — времени приближавшегося сентиментализма, с его культом простой, незатейливой жизни и ясных, нежных чувств и даже романтизма с его бурей эмоций и самовыражением отдельной личности.

В своем переложении библейского псалма Властителям и судиям этот верноподанный служака высказал мысли, которые были бы под стать, скорее, революционеру. Говоря о «царях», он ставит их вровень с каждым смертным перед лицом окончательной гибели и не боится воскликнуть: «И вы подобно так умрете, Как ваш последний раб умрет!»

Очевидно, что Державин не вкладывал в эти строки никакого революционного содержания. Для него куда важнее было провозгласить подвластность любого смертного единому, Божественному закону. Это же представление о единстве человеческой природы, сближающей между собой царя, поэта и в принципе любого человека, проявилось и в «Оде к Фелице». Произведение, воспевающее Екатерину II в образе Фелицы, было настолько непривычным, что поэт долго не решался его опубликовать. Когда же ода все же увидела свет, взволнованный Деражавин ожидал неприятностей. Последствия, впрочем, оказались совсем иными — растроганная императрица плакала, слушая оду, и в знак своей благодарности пожаловала поэту табакерку, усыпанную бриллиантами. Фелица поразила не только Екатерину, но и все образованное общество. Новизна ее была очевидна. Императрица восхвалялась здесь прежде всего за свои человеческие качества — простоту, милосердие, просвещенность, скромность — а не за государственные заслуги, или, вернее, именно эти душевные достоинства и оказывались под державинским пером главными качествами настоящей государыни. Поразила читателей и непривычная форма оды. Обращения к императрице перемежались здесь с отступлениями, описывавшими жизнь самого поэта — ситуация для традиционной оды неслыханная. К тому же приличествовавший высокому жанру высокопарный и торжественный стиль также был решительно отброшен, ему на смену пришел куда более простой язык. Язык, в котором, по мнению Ю. Тынянова, «именно низкая лексика, именно снижение к быту способствует оживлению образа».

Мало того, Державин допускает в своей оде описание совсем уж низменных материй. Он говорит о том, как «прокажет» с женой: «Играю в дураки», «на голубятню лажу», «то в жмурки резвимся порой»… Державин, по словам поэта В.Ходасевича, «понимал, что его ода — первое художественное воплощение русского быта, что она — зародыш нашего романа… Державин первый начал изображать мир таким, как представлялся он художнику. В этом смысле первым истинным лириком был в России он».

Даже в оде «Бог», с возвышенными и торжественными строфами, воспевающими божественное величие, соседствует описание личных переживаний и размышлений автора:

Точно также и в «Водопаде» автор, оплакивающий кончину князя Потемкина, сосредотачивается прежде всего не на его военных или государственных успехах, то есть не на том, что,с точки зрения той эпохи, должно было сохраниться на века, а на исключительно личном ощущении преходящести, временности всего существующего, будь то слава, успех или богатство: «. И все, что близ тебя блистало, Уныло и печально стало.»

Однако все подвиги и достижения государственного человека не исчезнут бесследно. Вечная жизнь им будет дарована благодаря великому искусству, благодаря певцам, что лишь истину поют.

Здесь же, в «Водопаде», Державин создает абсолютно новаторский для того времени пейзаж. Достаточно абстрактным описаниям природы в стихах его предшественников приходит на смену возвышенное, романтизированное, но все же описание совершенно конкретного места — карельского водопада Кивач.

Новые черты, проявившиеся в творчестве Деражавина в 70-80-е годы, значительно усилились в последние десятилетия его жизни. Поэт отказывается от од, в его поздних произведениях явно преобладает лирическое начало. Среди стихотворений, созданных Державиным в конце XYIII — начале XIX вв. — дружеские послания, шуточные стихи, любовная лирика — жанры, размещавшиеся в классицистской иерархии намного ниже одической поэзии. Старящегося поэта, ставшего при жизни почти классиком, это ничуть не смущает, так как именно таким образом он может выразить в стихах свою индивидуальность. Он воспевает простую жизнь с ее радостями, дружбой, любовью, оплакивает ее кратковременность, скорбит об ушедших близких.

Искренним и скорбным чувством проникнуто его стихотворение «Ласточка», посвященное памяти рано умершей первой жены:

Сама идея обращения к маленькой птичке для того, чтобы поделиться с ней своим горем, на два десятилетия раньше была абсолютно невозможна. Теперь же, во многом благодаря Державину, поэтическое мироощущение изменилось. Простые человеческие чувства требовали простых слов. Отсюда — интерес Державина к анакреонтической лирике, названной так по имени знаменитого древнегреческого поэта Анакреонта, прославившегося своим радостным отношением к жизни, воспеванием любви, дружбы, веселья, вина.

В переложение одного из стихотворений Анакреона, названного Державиным «К лире», поэт, безусловно, вложил свои собственные мысли, не случайно он не стал делать буквальный перевод с древнегреческого, а перенес произведение многовековой давности в свое время. Если еще в «Водопаде» поэты, воспевавшие великих героев, тем самым увековечивали их подвиги, то теперь все выглядит совсем по-другому: «. Петь откажемся героев, А начнем мы петь любовь.»

Ясная и незамысловатая жизнь постоянно присутствует в творчестве позднего Державина. Иногда он предвкушает веселую встречу друзей, как в «Приглашении к обеду»:

Иногда — радости любви, конечно же, на лоне природы, как в стихотворении «Соловей во сне»:

Ярче всего новый жизненный идеал был сформулирован Державиным в его поэме «Евгению». Жизнь званская, где он подробно описывает прелести жизни в его имении Званка.

В этой поэме, казалось бы, сконцентрировалось то, к чему Державин постепенно шел в течение многих лет. Частная, простая жизнь, все мельчайшие детали деревенской жизни описываются со вкусом и почти ощутимой осязательностью, со свойственной лишь Державину «шероховатой грандиозностью» (Ю. Тынянов):

Несмотря на новаторский характер творчества Державина, в конце жизни его литературное окружение составляли в основном сторонники сохранения старинного русского языка и противники того легкого и изящного слога, которым в начале XIX века начал писать сначала Карамзин, а затем и Пушкин. С 1811 Державин состоял в литературном обществе «Беседа любителей русской словесности», защищавшем архаический литератуный стиль.

Это не помешало Державину понять и высоко оценить талант юного Пушкина, чьи стихи он услышал на экзамене в Царскосельском лицее. Символический смысл этого события станет понятен только позже — литературный гений и новатор приветствовал своего младшего преемника.

Последние строки, оставленные нам Державиным перед своей кончиной, вновь, как и в «Оде на смерть кн. Мещерского» или «Водопаде» говорили о бренности всего сущего:

Гаврила Романович Державин, сам по себе, составил целую эпоху в истории литературы. Его произведения — величественные, энергичные и совершенно неожиданные для второй половины восемнадцатого века — оказали и до сегодняшнего дня продолжают оказывать влияние на развитие русской поэзии. И сам Державин прекрасно понимал значение сделанного им для русской поэзии. Не случайно в своем переложении «Памятника» Горация он предрекал себе бессмертие за то

Умер Гаврила Романович, 8 (20) июля 1816, в своем любимом имении Званка, Новгородской области.

Гаврила романович державин стихи

Когда я читаю стихи Державина, у меня возникает сложное чувство.

Что ни говори, для восприятия, современного читателя эти стихи трудноваты: и обороты, и слова старинные, и от жанра оды мы успели отвыкнуть. Но мне кажется, что в них живет душа очень умного, ироничного человека &#151 их автора. И еще я думаю, что человек этот был смелым экспериментатором в языке и литературе.

Возьмем хотя бы его известные оды. Посвящены они по большей части императрице Екатерине Великой. Но героиня самой известной из них названа Державиным Фелицей, что значит «счастливая», а не «великая» или «мудрая», как можно было бы ожидать. И действительно, эта «царевна Киргиз-Кайсацкия орды» велика именно тем, что счастлива и человечна. Ее достоинства в том, что она ходит пешком и ест простую пищу, разрешает самостоятельно мыслить и говорить правду. Словно для того, чтобы подчеркнуть ее простоту, рядом автор рисует и «свой» портрет», на который, по его словам, «весь свет похож»:

А я, проспавши до полудня,
Курю табак и кофе пью;
Преобращая в праздник будни,
Кружу в химерах мысль мою.

Хотелось бы особо отметить, что в своих одах Гавриил Романович Державин во многом отошел от правил классицизма. Так, в оде «Фелица» писатель смешал в одном произведении разные жанры, соединил оду с сатирой, резко противопоставив положительный образ царицы отрицательным образам ее вельмож. Под пером Державина ода приблизилась к произведению, правдиво и просто изображавшему действительность. Нарушая строгие правила классицизма, Державин отверг установившуюся в литературе теорию трех стилей Ломоносова. Таким образом, он осуществил «опрощение», «снижение» высокого слога, приспособив его к нормам разговорного языка, далекого от утонченности светского дворянского салона.

Очень красочно характеризует эту державинскую особенность смешения высокого слова с низким Н.В.Гоголь: «Слог у него (Державина) так крупен, как ни у кого из наших поэтов; разъяв анатомическим ножом, увидишь, что это происходит от необыкновенного соединения самых высоких слов с самыми низкими и простыми.

И смерть как гостью ожидает,
Крутя задумавшись усы.

Кто, кроме Державина, осмелился бы соединить такое дело, как ожидание смерти, с таким ничтожным действием, каково кручение усов?» («Выбранные места из переписки с друзьями»)

Обличая «свет» и придворную знать, поэт отмечает, что представители этого круга погрязли в суете, незаслуженных забавах и развлечениях, косности и непросвещенности. С удивительной прямотой и резкостью он высмеивает вельмож, которые кичатся своим высоким положением, не имея никаких заслуг перед страной. В оде «Вельможа» он пишет:

Осел останется ослом,
Хотя осыпь его звездами,
Где должно действовать умом,
Он только хлопает ушами.

В оде «Властителям и судиям» Державин рисует свой идеал государственного деятеля:

Ваш долг есть: сохранять законы,
На лица сильных не взирать,
Без помощи, без обороны
Сирот и вдов не оставлять.

Согласитесь, поместить в оду не восхваление, а критику своего общества &#151 это довольно смело! К тому же, если повнимательней перечесть заслуги Фелицы и примерить их к Екатерине II, то некоторые строки могут показаться злой сатирой:

Стыдишься слыть ты тем великой,
Чтоб страшной, нелюбимой быть;
Медведице прилично дикой
Животных рвать и кровь их пить.

. И славно ль быть тому тираном,
Великим в зверстве Тамерланом,
Кто благостью велик как бог?

Державин говорит это женщине, потопившей в крови восстание Емельяна Пугачева, взошедшей на престол после убийства своего мужа! Недаром в последних строфах он с горечью вопрошает, обращаясь к Фелице:

Но где твой трон сияет в мире?
Где, ветвь небесная, цветешь?

Этим поэт как бы подчеркивает, как мало соответствует Россия образу идеальной страны.

Мысль о величии простых человеческих чувств, а также о бренности всего земного пронизывает оду «На смерть князя Мещерского». Мне кажется, это очень характерно для Державина &#151 посвятить оду одному из своих знакомых, чье имя так и кануло бы в историю, если бы поэт не написал о его смерти. Жизнь делит людей на богатых и бедных, сытых и голодных, царей и подданных, а смерть равняет всех:

Глядит на всех &#151 и на царей,
Кому в державу тесны миры;
Глядит на пышных богачей,
Что в злате и сребре кумиры;
Глядит на прелесть и красы,
Глядит на разум возвышенный,
Глядит на слезы дерзновенны
И точит лезвие косы.

Интересно то, что в самые разные годы, в самых разных стихах у поэта прорывается тема смерти. Державин был отважным человеком. Он не робел ни перед царевым, ни перед вельможным гневом, ни перед пугачевскими разбойниками, ни перед бушующим Белым морем. Но его умение полнокровно жить и чувствовать, страстно переживать жизнь в слове, может быть, и не давало ему отвести взгляд от смерти. В своей удивительной оде «Бог» он говорит о своем понимании жизни, смерти, бессмертии, обращаясь к Создателю:

Твоей то правде нужно было,
Чтоб смертну бездну преходило
Мое бессмертно бытие:
Чтоб дух мой в смертность облачился
И чтоб чрез смерть я возвратился,
Отец! &#151 в бессмертие Твое.

Размышляя о жизни и смерти, поэт в своих исканиях пришел к постижению истины через веру в Спасителя. Себе и другим и утешение он оставляет слова надежды:

Почто ж терзаться и скорбеть,
Что смертный друг твой жил не вечно?
Жизнь есть небес мгновенный дар;
Устрой ее себе к покою
И чистою твоей душою
Благословляй судеб удар.

И не случайно Гаврила Романович Державин очень много стихов написал именно о земных радостях и печалях, которые близки всем людям без исключения. Это «Объявление любви», «Разлука», «Купидон», «Разные вина» и другие. Их слог очень прост, ярок и доступен читателю XX века, как доступны описанные переживания: любовь, печаль, расставания, радости дружбы. В знаменитом послании «Евгению. Жизнь Званская» поэт противопоставляет суетную придворную жизнь, полную интриг, клеветы, и жизнь простую, деревенскую. Он так подробно, со вкусом перечисляет прелести званского житья, что тоже хочется побывать среди прекрасных пейзажей, искупаться в пруду, глядеть, «как на воду ложится красный день», и пить «под небом чай душистый». Мне кажется, что Державину было очень важно утвердить в умах своих читателей эти вечные ценности человеческой души, может быть, даже в противовес уже привычным приоритетам, подчиняющим личность государству.

Согласно Державину, идея государственности не должна подминать под себя человека. В стихотворении «Властителям и судиям» он высказывает мысль о том, что закон должен быть не только справедливым, но и гуманным.

Без помощи, без обороны
Сирот и вдов не оставлять.
Несчастливым подать покров,
От сильных защищать бессильных,
Исторгнуть бедных из оков.

А далее поэт приходит и вовсе к крамольному по тем временам выводу: цари, эти «земные боги», на самом деле смертны, как и все, и так же подвержены страстям. Не правда ли, нужна большая смелость, чтобы так открыто восстать против произвола властителей:

Воскресни, Боже! Боже правых!
И их молению внемли:
Приди, суди, карай лукавых
И будь един царем земли!

Эта смелость обошлась поэту дорого, &#151 он пережил ссылку, но о своих словах и делах он не жалел. Недаром в переложении оды Горация, получившем название «Памятник», поэт среди своих заслуг, обеспечивших ему бессмертие, отмечает прежде всего:

Что первый я дерзнул в забавном русском слоге
О добродетелях Фелицы возгласить,
В сердечной простоте беседовать о Боге
И истину царям с улыбкой говорить.

До сих пор не было сказано еще об одной важной теме поэта Державина. Русский солдат, русский народ является главным героем его победно-патриотических произведений. Русский народ в изображении Державина &#151 защитник своей родины и освободитель порабощенных Наполеоном народов Европы. В оде «На переход Альпийских гор» поэт восклицает:

Воюет росс за обще благо,
За свой, за ваш, за всех покой.

Одним из мистических событий в русской литературной жизни, как мне кажется, явилась встреча «старика-Державина», признанного мэтра русской поэзии, и юного лицеиста Александра Пушкина, будущая слава которого затмит всех его предшественников. Сам Пушкин в своих воспоминаниях так описывал это событие: «Державина видел я только однажды в жизни, но никогда того не забуду. Это было в 1815 году, на публичном экзамене в Лицее. Державин был очень стар. Экзамен наш очень его утомил. Он дремал до тех пор, пока не начался экзамен по русской словесности. Тут он оживился, глаза заблистали; он преобразился весь. Разумеется, читаны были его стихи. Он слушал с живостью необыкновенной. Наконец вызвали меня. Я прочел мои «Воспоминания в Царском Селе», стоя в двух шагах от Державина. Я не в силах описать состояния души моей: когда дошел я до стиха, где упоминаю имя Державина, голос мой отрочески зазвенел, а сердце забилось с упоительным восторгом. Не помню, как я кончил свое чтение, не помню, куда убежал. Державин был в восхищении; он меня требовал, хотел меня обнять. Меня искали, но не нашли. » Вот такая судьбоносная встреча двух великих поэтов, определивших своим творчеством важные вехи на пути развития русского национального языка и литературы.

Гавриил Романович Державин гордо верил в свое творчество, в его бессмертие, он писал: «А я Пиит &#151 и не умру». И его пророческим словам суждено сбыться. Мы и сегодня читаем произведения Державина, отыскивая в них заветные строки:

База
стихотворений

Авторы стихов

Список авторов стихов по алфавиту:

Гаврила Романович Державин (1743 – 1816) относится к поэтам русской эпохи Просвещения, яркий представитель классицизма в литературе. Его биография полна не только литературными достижениями – Державин занимал высшие посты: был правителем Олонецкого наместничества, губернатором Тамбовской губернии, кабинет-секретарем Екатерины II, президентом Коммерц-коллегии, министром юстиции, состоял в Российской академии с её основания. Биография Державина началась под Казанью, в родовом имении. Свою службу государству он начал в Преображенском полку простым солдатом, дослужившись до офицера, а потом и до более высоких чинов, причем в этом отчасти помогли ему и литературные произведения. После восхваляющей императрицу оды «Фелица» Державин был назначен впервые наместником, позже приходит к Державину в 1782 году, после написания оды «Фелица». Из-за попыток бороться с коррупцией он конфликтовал с местной элитой что в Олонецкой, что в Тамбовской губерниях, и потом вернулся в Петербург.

Стихотворения Державина были известны – его «Гром победы, раздавайся!» даже считался неофициальным гимном России. В отставке, Державин больше занимается литературной деятельностью.

Стихотворения Державина были известны – его «Гром победы, раздавайся!» даже считался неофициальным гимном России. В отставке, Державин больше занимается литературной деятельностью.

Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Добавить комментарий

;-) :| :x :twisted: :smile: :shock: :sad: :roll: :razz: :oops: :o :mrgreen: :lol: :idea: :grin: :evil: :cry: :cool: :arrow: :???: :?: :!:

Гавриил Романович Державин

«Сей дар богов лишь к чести
И к поученью их путей
Быть должен обращен, не к лести
И темной похвале людей».

Имя Гавриила Романовича Державина носит первый государственный университет в Тамбове. Университет был открыт в 1918 году, но идея развития высшего образования в Тамбовской губернии появилась еще в XVIII веке и принадлежала Гавриилу Державину. Еще в 1786-1788 годах, будучи губернатором края, он мечтал о создании здесь университета. И хотя его мечтам в то время сбыться было не суждено, ему принадлежит много начинаний в духе века Просвещения. Он создал народные училища, молодые дворяне получали в его доме частичное высшее образование — изучали арифметику, риторику. Тамбовский театр — тоже детище Гаврилы Державина.

Как поэт и политический деятель, он много сделал для России и литературы того времени. Он не сразу достиг высокого социального статуса и положения в обществе, в молодости ему пришлось и жить в казарме, и сидеть на хлебе и воде, и выбираться из карточных долгов. Тем не менее, он оставался человеком Просвещения для России. Заслуга его как поэта заключалась в том, что он первым «раскачал» традиции классицизма, проложив дорогу Александру Пушкину. Пушкин и Державин встретились лишь однажды, когда Державин принимал экзамены в лицее. Пушкину тогда было 16 лет, Державину — 71, по тем временам — глубокий старик, но очень известный и почитаемый поэт. Услышав «Воспоминания в Царском Селе» из уст молодого автора Александра, Державин пришел в абсолютный восторг. Пушкин от застенчивости убежал, не дав Гавриле Романовичу поздравить себя с успехом.

Имя Гавриил в переводе означает «Моя мощь — Бог» или «Божественный воин». В полной мере он свое имя оправдал. Несмотря на то, что Державин до конца дней своих оставался убежденным монархистом, он имел врожденную внутреннюю этику и умел рассмотреть за политическими лозунгами второй план, услышать мнение другой стороны.

Так, ему пришлось три года участвовать в подавлении Пугачевского восстания (бунты бушевали с 1762 по 1773). Сначала он ревностно соблюдал монаршее предписание, но поговорив с крестьянами и услышав их жалобы, он смог увидеть и понять несправедливость, которая творилась местными власть имущими в российской глубинке. «Надобно остановить грабительство или, чтоб сказать яснее, беспрестанное взяточничество, которое почти совершенно истощает людей. » — писал он в официальном донесении казанскому губернатору и начальнику секретной следственной комиссии генералу Бранту. «Сколько я смог приметить, это лихоимство производит в жителях наиболее ропота, потому что всякий, кто имеет с ними малейшее дело, грабит их. Это делает легковерную и неразумную чернь недовольною и, если смею говорить откровенно, это всего более поддерживает язву, которая теперь свирепствует в нашем отечестве». Об этом же он писал и императрице. По мнению А. Дугина, философа современности, за Пугачевским бунтом был и еще один план. Это народный протест против европеизации Руси, разрушения национальных традиций и древнего уклада жизни. И этот бунт был подавлен.

Эти события изменили взгляды Державина на все, что происходило в стране, в отличие от дворянского большинства того времени. С той поры он четко определил роль поэзии для себя как проводника Высшей воли, по крайней мере к этому она должна стремиться.

Деятельность Гаврилы Державина на государственной службе была неоднозначной. Правдолюбец и борец, он не удерживался ни на одной государственной службе, тут же начиная бороться с недостатками. Практически все его назначения заканчивались скандалами и отстранением от должности, после чего Державину приходилось подолгу восстанавливать свою репутацию и материальное обеспечение, но он своего добивался. Державин был борец везде — и на государственной службе, и в отстаивании своих личных интересов.

Державин, будучи еще солдатом, участвовал в составе полка в перевороте, в результате которого был убит Петр III, и Екатерина II взошла на престол. Показательно, что впоследствии он, как и многие думающие люди, не смог избежать разочарования в государыне. Но это было позже.

В 1780 году Державин стал известен благодаря переложению 81 Псалма — «Властителям и судиям». Это стихотворение уже отличается от ломоносовских од, с его прославлением и пышными речами. В стихотворении «Властителям и судиям» ярко проявилась гражданская позиция поэта и его взгляд на то, что должны делать люди, находящиеся у власти, однако, вместо этого сплошь и рядом они творят «злоупотребления»:

«Ваш долг: спасать от бед невинных,
Несчастливым подать покров;
От сильных защищать бессильных,
Исторгнуть бедных из оков.

Не внемлют! видят — и не знают!
Покрыты мздою очеса:
Злодействы землю потрясают,
Неправда зыблет небеса.

Цари! Я мнил, вы боги властны,
Никто над вами не судья,
Но вы, как я подобно, страстны,
И так же смертны, как и я».

В этом стихотворении отразились и личные переживания из детства Державина. После смерти отца, его мать, вдова, взяв с собой детей, долго обивала пороги государственных учреждений, добиваясь пенсии, но часто встречала пренебрежение со стороны «властителей».

В 1782 году вышла знаменитая ода «Фелице», которая попала к императрице через знакомых Державина. Ода явилась тогда ярким образцом и сатиры, и надежд Державина на то, что «человек Екатерина» свободна от пороков, которыми были известны ее приближенные. В отличие от «Властителей и судий», где Державин выступал гневным обличителем, в оде «Фелице» он написал свой образ идеального монарха:

«Тебе единой лишь пристойно,
Царевна! свет из тьмы творить;
Деля Хаос на сферы стройно,
Союзом целость их крепить;
Из разногласия согласье
И из страстей свирепых счастье
Ты можешь только созидать.
Так кормщик, через понт плывущий,
Ловя под парус ветр ревущий,
Умеет судном управлять. ».

Интересно, что «Фелица» имела успех еще и потому, что очень многие узнали реальных вельмож того времени. То есть в одном произведении были и сатира, и ирония, и пафос, и надежда.

Особенно пострадавшим от правдолюбия Гаврилы Романовича оказался А.А. Вяземский, министр и правая рука Екатерины. На протяжении всей жизни Державина Вяземский был его врагом. Особенно интересен случай, когда Вяземский представил императрице ежегодный отчет о доходах государства, где, зная характер Екатерины, которой постоянно и внезапно требовались дополнительные средства, он утаивал в смете дополнительные средства. Из каких соображений он это делал, это вопрос истории, но то, что Державин помешал Вяземскому скрыть реальные доходы государства — это факт.

Дважды Державин был губернатором — сначала Олонецкой, затем Тамбовской губернии. Он был прирожденным администратором. Пройдя путь от солдата до министра финансов, Гаврила Державин очень хорошо понимал нужды и недостатки низов, поэтому старался внедрять в русской глубинке обучение, приобщал местных людей к искусству, интересовался мнением о его правлении, прося открыто указывать ему на недостатки. Особенно он старался уничтожить бюрократическую чиновничью машину, чем, естественно, вызывал недовольство других представителей губернских администраций. Те всячески старались выжить Державина, используя любые средства.

В 1791 году Екатерина II приблизила к себе Гаврилу Романовича, назначив его статс-секретарем. Поначалу Державин обрадовался такому назначению, думая, что в непосредственной близости к царице он сумеет уменьшить чиновничье крючкотворство, и многие дела будут решаться быстрее. Но он ошибался. Императрица, собственно, сама и создала этот аппарат, поэтому разрушать его не собиралась. Много раз и императрица, и дворяне просили Державина написать в их честь хвалебные оды, но изменять себе Державин не мог. Разочаровавшись в императрице, он долго избегал просьб Екатерины написать что-либо подобное «Фелице». В конце концов, Державин засел за хвалебную оду, но так и «не собрался с духом и не мог таких императрице тонких писать похвал, каковы в оде Фелице и тому подобных сочинениях, которые им писаны не в бытность еще при дворе: ибо издалека те предметы, которые ему казались божественными и приводили дух его в воспламенение, явились ему, при приближении ко двору, весьма человеческими».

Здесь опять, вероятно, проявились внутренний стержень и совесть Державина — пойти против себя для удовлетворения эго императоров (и собственного процветания) он никогда не мог. Предпочитал попасть в немилость.

Интересно, что постоянно переживая взлеты и отставки, Державин очень хорошо знал силу своего таланта и умел его применить. Оды, написанные Екатерине II, Павлу I и Александру I, помогли попасть Державину «в милость» императоров, но его характер и желание сделать страну лучше в результате приводили к опале со стороны царей. Последнюю отставку тогда уже министра юстиции Гаврилы Державина царь Александр I так прокомментировал: «Ты слишком ревностно служишь». На эту отставку Державин достойно ответил стихотворением «Свобода», где снова четко обозначил свою внутреннюю позицию:

«Дальше: власти мне святые
Иго то велели несть,
Все венцы суля земные,
Титла, золото и честь.
Нет! — восстав от сна глубока,
Я сказал им, — не хочу.
Не хочу моей свободы,
Совесть на мечты менять. »

Кроме названных произведений, у Державина были и юмористические, и лирические стихи. Он очень любил свою первую жену, которую изображал в своих произведениях в образе Плениры:

«А если милой и приятной
Любим Пленирой я моей
И в светской жизни коловратной
Имею искренних друзей,
Живу с моим соседом в мире,
Умею петь, играть на лире:
То кто счастливее меня?» (1781)

Душа моя! гостья ты мира:
Не ты ли перната сия? —
Воспой же бессмертие, лира!
Восстану, восстану и я, —
Восстану, — и в бездне эфира
Увижу ль тебя я, Пленира? («Ласточка», 1792—1794)

И Державин, и его современники считали литературную деятельность делом не серьезным. Важнее слов были «дела», государственная служба. Только потом уже Пушкин напишет, что его миссия в том, чтобы «глаголом жечь сердца людей». Действительно, роль искусства не стоит недооценивать. И кто знает, что более значимо — губернские дела и государственная служба, или поэзия, которая благодаря Державину стала более демократичной, понятной и проложила дорогу Пушкину и Лермонтову.

Гавриил Романович Державин

Предложение устроить жизнь «себе к покою» абсолютно не вписывалось в представления того времени, считавшие идеалом жизнь активную, общественную, публичную, посвященную государству и государыне.

Будучи назначен кабинет-секретарём Екатерины II (1791-93), Державин не угодил императрице, был отставлен от службы при ней. В последствии в 1794 Державин был назначен президентом Коммерц-коллегии. В 1802-1803 министром юстиции. С 1803 находился в отставке.

Казалось бы, Державин должен был бы, подобно многим его современникам, не «унижаться» до демонстрации своей внутренней жизни в одах. Но поэт был уже человеком следующей эпохи — времени приближавшегося сентиментализма, с его культом простой, незатейливой жизни и ясных, нежных чувств и даже романтизма с его бурей эмоций и самовыражением отдельной личности.

В своем переложении библейского псалма Властителям и судиям этот верноподанный служака высказал мысли, которые были бы под стать, скорее, революционеру. Говоря о «царях», он ставит их вровень с каждым смертным перед лицом окончательной гибели и не боится воскликнуть: «И вы подобно так умрете, Как ваш последний раб умрет!»

Очевидно, что Державин не вкладывал в эти строки никакого революционного содержания. Для него куда важнее было провозгласить подвластность любого смертного единому, Божественному закону. Это же представление о единстве человеческой природы, сближающей между собой царя, поэта и в принципе любого человека, проявилось и в «Оде к Фелице». Произведение, воспевающее Екатерину II в образе Фелицы, было настолько непривычным, что поэт долго не решался его опубликовать. Когда же ода все же увидела свет, взволнованный Деражавин ожидал неприятностей. Последствия, впрочем, оказались совсем иными — растроганная императрица плакала, слушая оду, и в знак своей благодарности пожаловала поэту табакерку, усыпанную бриллиантами. Фелица поразила не только Екатерину, но и все образованное общество. Новизна ее была очевидна. Императрица восхвалялась здесь прежде всего за свои человеческие качества — простоту, милосердие, просвещенность, скромность — а не за государственные заслуги, или, вернее, именно эти душевные достоинства и оказывались под державинским пером главными качествами настоящей государыни. Поразила читателей и непривычная форма оды. Обращения к императрице перемежались здесь с отступлениями, описывавшими жизнь самого поэта — ситуация для традиционной оды неслыханная. К тому же приличествовавший высокому жанру высокопарный и торжественный стиль также был решительно отброшен, ему на смену пришел куда более простой язык. Язык, в котором, по мнению Ю. Тынянова, «именно низкая лексика, именно снижение к быту способствует оживлению образа».

Мало того, Державин допускает в своей оде описание совсем уж низменных материй. Он говорит о том, как «прокажет» с женой: «Играю в дураки», «на голубятню лажу», «то в жмурки резвимся порой»… Державин, по словам поэта В.Ходасевича, «понимал, что его ода — первое художественное воплощение русского быта, что она — зародыш нашего романа… Державин первый начал изображать мир таким, как представлялся он художнику. В этом смысле первым истинным лириком был в России он».

Даже в оде «Бог», с возвышенными и торжественными строфами, воспевающими божественное величие, соседствует описание личных переживаний и размышлений автора:

Точно также и в «Водопаде» автор, оплакивающий кончину князя Потемкина, сосредотачивается прежде всего не на его военных или государственных успехах, то есть не на том, что,с точки зрения той эпохи, должно было сохраниться на века, а на исключительно личном ощущении преходящести, временности всего существующего, будь то слава, успех или богатство: «. И все, что близ тебя блистало, Уныло и печально стало.»

Однако все подвиги и достижения государственного человека не исчезнут бесследно. Вечная жизнь им будет дарована благодаря великому искусству, благодаря певцам, что лишь истину поют.

Здесь же, в «Водопаде», Державин создает абсолютно новаторский для того времени пейзаж. Достаточно абстрактным описаниям природы в стихах его предшественников приходит на смену возвышенное, романтизированное, но все же описание совершенно конкретного места — карельского водопада Кивач.

Новые черты, проявившиеся в творчестве Деражавина в 70-80-е годы, значительно усилились в последние десятилетия его жизни. Поэт отказывается от од, в его поздних произведениях явно преобладает лирическое начало. Среди стихотворений, созданных Державиным в конце XYIII — начале XIX вв. — дружеские послания, шуточные стихи, любовная лирика — жанры, размещавшиеся в классицистской иерархии намного ниже одической поэзии. Старящегося поэта, ставшего при жизни почти классиком, это ничуть не смущает, так как именно таким образом он может выразить в стихах свою индивидуальность. Он воспевает простую жизнь с ее радостями, дружбой, любовью, оплакивает ее кратковременность, скорбит об ушедших близких.

Искренним и скорбным чувством проникнуто его стихотворение «Ласточка», посвященное памяти рано умершей первой жены:

Сама идея обращения к маленькой птичке для того, чтобы поделиться с ней своим горем, на два десятилетия раньше была абсолютно невозможна. Теперь же, во многом благодаря Державину, поэтическое мироощущение изменилось. Простые человеческие чувства требовали простых слов. Отсюда — интерес Державина к анакреонтической лирике, названной так по имени знаменитого древнегреческого поэта Анакреонта, прославившегося своим радостным отношением к жизни, воспеванием любви, дружбы, веселья, вина.

В переложение одного из стихотворений Анакреона, названного Державиным «К лире», поэт, безусловно, вложил свои собственные мысли, не случайно он не стал делать буквальный перевод с древнегреческого, а перенес произведение многовековой давности в свое время. Если еще в «Водопаде» поэты, воспевавшие великих героев, тем самым увековечивали их подвиги, то теперь все выглядит совсем по-другому: «. Петь откажемся героев, А начнем мы петь любовь.»

Ясная и незамысловатая жизнь постоянно присутствует в творчестве позднего Державина. Иногда он предвкушает веселую встречу друзей, как в «Приглашении к обеду»:

Иногда — радости любви, конечно же, на лоне природы, как в стихотворении «Соловей во сне»:

Ярче всего новый жизненный идеал был сформулирован Державиным в его поэме «Евгению». Жизнь званская, где он подробно описывает прелести жизни в его имении Званка.

В этой поэме, казалось бы, сконцентрировалось то, к чему Державин постепенно шел в течение многих лет. Частная, простая жизнь, все мельчайшие детали деревенской жизни описываются со вкусом и почти ощутимой осязательностью, со свойственной лишь Державину «шероховатой грандиозностью» (Ю. Тынянов):

Несмотря на новаторский характер творчества Державина, в конце жизни его литературное окружение составляли в основном сторонники сохранения старинного русского языка и противники того легкого и изящного слога, которым в начале XIX века начал писать сначала Карамзин, а затем и Пушкин. С 1811 Державин состоял в литературном обществе «Беседа любителей русской словесности», защищавшем архаический литератуный стиль.

Это не помешало Державину понять и высоко оценить талант юного Пушкина, чьи стихи он услышал на экзамене в Царскосельском лицее. Символический смысл этого события станет понятен только позже — литературный гений и новатор приветствовал своего младшего преемника.

Последние строки, оставленные нам Державиным перед своей кончиной, вновь, как и в «Оде на смерть кн. Мещерского» или «Водопаде» говорили о бренности всего сущего:

Гаврила Романович Державин, сам по себе, составил целую эпоху в истории литературы. Его произведения — величественные, энергичные и совершенно неожиданные для второй половины восемнадцатого века — оказали и до сегодняшнего дня продолжают оказывать влияние на развитие русской поэзии. И сам Державин прекрасно понимал значение сделанного им для русской поэзии. Не случайно в своем переложении «Памятника» Горация он предрекал себе бессмертие за то

Умер Гаврила Романович, 8 (20) июля 1816, в своем любимом имении Званка, Новгородской области.

Гавриил Романович Державин

Бог («О ты, пространством бесконечный. »)

Властителям и судиям («Восстал всевышний бог, да судит. »)

Ключ («Седящ, увенчан осокою. »)

Памятник («Я памятник себе воздвиг чудесный, вечный. »)

Праведный судия («Я милость воспою и суд. »)

Русские девушки («Зрел ли ты, певец Тиисский. »)

Гавриил Романович Державин

«Сей дар богов лишь к чести
И к поученью их путей
Быть должен обращен, не к лести
И темной похвале людей».

Имя Гавриила Романовича Державина носит первый государственный университет в Тамбове. Университет был открыт в 1918 году, но идея развития высшего образования в Тамбовской губернии появилась еще в XVIII веке и принадлежала Гавриилу Державину. Еще в 1786-1788 годах, будучи губернатором края, он мечтал о создании здесь университета. И хотя его мечтам в то время сбыться было не суждено, ему принадлежит много начинаний в духе века Просвещения. Он создал народные училища, молодые дворяне получали в его доме частичное высшее образование — изучали арифметику, риторику. Тамбовский театр — тоже детище Гаврилы Державина.

Как поэт и политический деятель, он много сделал для России и литературы того времени. Он не сразу достиг высокого социального статуса и положения в обществе, в молодости ему пришлось и жить в казарме, и сидеть на хлебе и воде, и выбираться из карточных долгов. Тем не менее, он оставался человеком Просвещения для России. Заслуга его как поэта заключалась в том, что он первым «раскачал» традиции классицизма, проложив дорогу Александру Пушкину. Пушкин и Державин встретились лишь однажды, когда Державин принимал экзамены в лицее. Пушкину тогда было 16 лет, Державину — 71, по тем временам — глубокий старик, но очень известный и почитаемый поэт. Услышав «Воспоминания в Царском Селе» из уст молодого автора Александра, Державин пришел в абсолютный восторг. Пушкин от застенчивости убежал, не дав Гавриле Романовичу поздравить себя с успехом.

Имя Гавриил в переводе означает «Моя мощь — Бог» или «Божественный воин». В полной мере он свое имя оправдал. Несмотря на то, что Державин до конца дней своих оставался убежденным монархистом, он имел врожденную внутреннюю этику и умел рассмотреть за политическими лозунгами второй план, услышать мнение другой стороны.

Так, ему пришлось три года участвовать в подавлении Пугачевского восстания (бунты бушевали с 1762 по 1773). Сначала он ревностно соблюдал монаршее предписание, но поговорив с крестьянами и услышав их жалобы, он смог увидеть и понять несправедливость, которая творилась местными власть имущими в российской глубинке. «Надобно остановить грабительство или, чтоб сказать яснее, беспрестанное взяточничество, которое почти совершенно истощает людей. » — писал он в официальном донесении казанскому губернатору и начальнику секретной следственной комиссии генералу Бранту. «Сколько я смог приметить, это лихоимство производит в жителях наиболее ропота, потому что всякий, кто имеет с ними малейшее дело, грабит их. Это делает легковерную и неразумную чернь недовольною и, если смею говорить откровенно, это всего более поддерживает язву, которая теперь свирепствует в нашем отечестве». Об этом же он писал и императрице. По мнению А. Дугина, философа современности, за Пугачевским бунтом был и еще один план. Это народный протест против европеизации Руси, разрушения национальных традиций и древнего уклада жизни. И этот бунт был подавлен.

Эти события изменили взгляды Державина на все, что происходило в стране, в отличие от дворянского большинства того времени. С той поры он четко определил роль поэзии для себя как проводника Высшей воли, по крайней мере к этому она должна стремиться.

Деятельность Гаврилы Державина на государственной службе была неоднозначной. Правдолюбец и борец, он не удерживался ни на одной государственной службе, тут же начиная бороться с недостатками. Практически все его назначения заканчивались скандалами и отстранением от должности, после чего Державину приходилось подолгу восстанавливать свою репутацию и материальное обеспечение, но он своего добивался. Державин был борец везде — и на государственной службе, и в отстаивании своих личных интересов.

Державин, будучи еще солдатом, участвовал в составе полка в перевороте, в результате которого был убит Петр III, и Екатерина II взошла на престол. Показательно, что впоследствии он, как и многие думающие люди, не смог избежать разочарования в государыне. Но это было позже.

В 1780 году Державин стал известен благодаря переложению 81 Псалма — «Властителям и судиям». Это стихотворение уже отличается от ломоносовских од, с его прославлением и пышными речами. В стихотворении «Властителям и судиям» ярко проявилась гражданская позиция поэта и его взгляд на то, что должны делать люди, находящиеся у власти, однако, вместо этого сплошь и рядом они творят «злоупотребления»:

«Ваш долг: спасать от бед невинных,
Несчастливым подать покров;
От сильных защищать бессильных,
Исторгнуть бедных из оков.

Не внемлют! видят — и не знают!
Покрыты мздою очеса:
Злодействы землю потрясают,
Неправда зыблет небеса.

Цари! Я мнил, вы боги властны,
Никто над вами не судья,
Но вы, как я подобно, страстны,
И так же смертны, как и я».

В этом стихотворении отразились и личные переживания из детства Державина. После смерти отца, его мать, вдова, взяв с собой детей, долго обивала пороги государственных учреждений, добиваясь пенсии, но часто встречала пренебрежение со стороны «властителей».

В 1782 году вышла знаменитая ода «Фелице», которая попала к императрице через знакомых Державина. Ода явилась тогда ярким образцом и сатиры, и надежд Державина на то, что «человек Екатерина» свободна от пороков, которыми были известны ее приближенные. В отличие от «Властителей и судий», где Державин выступал гневным обличителем, в оде «Фелице» он написал свой образ идеального монарха:

«Тебе единой лишь пристойно,
Царевна! свет из тьмы творить;
Деля Хаос на сферы стройно,
Союзом целость их крепить;
Из разногласия согласье
И из страстей свирепых счастье
Ты можешь только созидать.
Так кормщик, через понт плывущий,
Ловя под парус ветр ревущий,
Умеет судном управлять. ».

Интересно, что «Фелица» имела успех еще и потому, что очень многие узнали реальных вельмож того времени. То есть в одном произведении были и сатира, и ирония, и пафос, и надежда.

Особенно пострадавшим от правдолюбия Гаврилы Романовича оказался А.А. Вяземский, министр и правая рука Екатерины. На протяжении всей жизни Державина Вяземский был его врагом. Особенно интересен случай, когда Вяземский представил императрице ежегодный отчет о доходах государства, где, зная характер Екатерины, которой постоянно и внезапно требовались дополнительные средства, он утаивал в смете дополнительные средства. Из каких соображений он это делал, это вопрос истории, но то, что Державин помешал Вяземскому скрыть реальные доходы государства — это факт.

Дважды Державин был губернатором — сначала Олонецкой, затем Тамбовской губернии. Он был прирожденным администратором. Пройдя путь от солдата до министра финансов, Гаврила Державин очень хорошо понимал нужды и недостатки низов, поэтому старался внедрять в русской глубинке обучение, приобщал местных людей к искусству, интересовался мнением о его правлении, прося открыто указывать ему на недостатки. Особенно он старался уничтожить бюрократическую чиновничью машину, чем, естественно, вызывал недовольство других представителей губернских администраций. Те всячески старались выжить Державина, используя любые средства.

В 1791 году Екатерина II приблизила к себе Гаврилу Романовича, назначив его статс-секретарем. Поначалу Державин обрадовался такому назначению, думая, что в непосредственной близости к царице он сумеет уменьшить чиновничье крючкотворство, и многие дела будут решаться быстрее. Но он ошибался. Императрица, собственно, сама и создала этот аппарат, поэтому разрушать его не собиралась. Много раз и императрица, и дворяне просили Державина написать в их честь хвалебные оды, но изменять себе Державин не мог. Разочаровавшись в императрице, он долго избегал просьб Екатерины написать что-либо подобное «Фелице». В конце концов, Державин засел за хвалебную оду, но так и «не собрался с духом и не мог таких императрице тонких писать похвал, каковы в оде Фелице и тому подобных сочинениях, которые им писаны не в бытность еще при дворе: ибо издалека те предметы, которые ему казались божественными и приводили дух его в воспламенение, явились ему, при приближении ко двору, весьма человеческими».

Здесь опять, вероятно, проявились внутренний стержень и совесть Державина — пойти против себя для удовлетворения эго императоров (и собственного процветания) он никогда не мог. Предпочитал попасть в немилость.

Интересно, что постоянно переживая взлеты и отставки, Державин очень хорошо знал силу своего таланта и умел его применить. Оды, написанные Екатерине II, Павлу I и Александру I, помогли попасть Державину «в милость» императоров, но его характер и желание сделать страну лучше в результате приводили к опале со стороны царей. Последнюю отставку тогда уже министра юстиции Гаврилы Державина царь Александр I так прокомментировал: «Ты слишком ревностно служишь». На эту отставку Державин достойно ответил стихотворением «Свобода», где снова четко обозначил свою внутреннюю позицию:

«Дальше: власти мне святые
Иго то велели несть,
Все венцы суля земные,
Титла, золото и честь.
Нет! — восстав от сна глубока,
Я сказал им, — не хочу.
Не хочу моей свободы,
Совесть на мечты менять. »

Кроме названных произведений, у Державина были и юмористические, и лирические стихи. Он очень любил свою первую жену, которую изображал в своих произведениях в образе Плениры:

«А если милой и приятной
Любим Пленирой я моей
И в светской жизни коловратной
Имею искренних друзей,
Живу с моим соседом в мире,
Умею петь, играть на лире:
То кто счастливее меня?» (1781)

Душа моя! гостья ты мира:
Не ты ли перната сия? —
Воспой же бессмертие, лира!
Восстану, восстану и я, —
Восстану, — и в бездне эфира
Увижу ль тебя я, Пленира? («Ласточка», 1792—1794)

И Державин, и его современники считали литературную деятельность делом не серьезным. Важнее слов были «дела», государственная служба. Только потом уже Пушкин напишет, что его миссия в том, чтобы «глаголом жечь сердца людей». Действительно, роль искусства не стоит недооценивать. И кто знает, что более значимо — губернские дела и государственная служба, или поэзия, которая благодаря Державину стала более демократичной, понятной и проложила дорогу Пушкину и Лермонтову.

Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Добавить комментарий

;-) :| :x :twisted: :smile: :shock: :sad: :roll: :razz: :oops: :o :mrgreen: :lol: :idea: :grin: :evil: :cry: :cool: :arrow: :???: :?: :!:

Гавриил Романович Державин

Предложение устроить жизнь «себе к покою» абсолютно не вписывалось в представления того времени, считавшие идеалом жизнь активную, общественную, публичную, посвященную государству и государыне.

Будучи назначен кабинет-секретарём Екатерины II (1791-93), Державин не угодил императрице, был отставлен от службы при ней. В последствии в 1794 Державин был назначен президентом Коммерц-коллегии. В 1802-1803 министром юстиции. С 1803 находился в отставке.

Казалось бы, Державин должен был бы, подобно многим его современникам, не «унижаться» до демонстрации своей внутренней жизни в одах. Но поэт был уже человеком следующей эпохи — времени приближавшегося сентиментализма, с его культом простой, незатейливой жизни и ясных, нежных чувств и даже романтизма с его бурей эмоций и самовыражением отдельной личности.

В своем переложении библейского псалма Властителям и судиям этот верноподанный служака высказал мысли, которые были бы под стать, скорее, революционеру. Говоря о «царях», он ставит их вровень с каждым смертным перед лицом окончательной гибели и не боится воскликнуть: «И вы подобно так умрете, Как ваш последний раб умрет!»

Очевидно, что Державин не вкладывал в эти строки никакого революционного содержания. Для него куда важнее было провозгласить подвластность любого смертного единому, Божественному закону. Это же представление о единстве человеческой природы, сближающей между собой царя, поэта и в принципе любого человека, проявилось и в «Оде к Фелице». Произведение, воспевающее Екатерину II в образе Фелицы, было настолько непривычным, что поэт долго не решался его опубликовать. Когда же ода все же увидела свет, взволнованный Деражавин ожидал неприятностей. Последствия, впрочем, оказались совсем иными — растроганная императрица плакала, слушая оду, и в знак своей благодарности пожаловала поэту табакерку, усыпанную бриллиантами. Фелица поразила не только Екатерину, но и все образованное общество. Новизна ее была очевидна. Императрица восхвалялась здесь прежде всего за свои человеческие качества — простоту, милосердие, просвещенность, скромность — а не за государственные заслуги, или, вернее, именно эти душевные достоинства и оказывались под державинским пером главными качествами настоящей государыни. Поразила читателей и непривычная форма оды. Обращения к императрице перемежались здесь с отступлениями, описывавшими жизнь самого поэта — ситуация для традиционной оды неслыханная. К тому же приличествовавший высокому жанру высокопарный и торжественный стиль также был решительно отброшен, ему на смену пришел куда более простой язык. Язык, в котором, по мнению Ю. Тынянова, «именно низкая лексика, именно снижение к быту способствует оживлению образа».

Мало того, Державин допускает в своей оде описание совсем уж низменных материй. Он говорит о том, как «прокажет» с женой: «Играю в дураки», «на голубятню лажу», «то в жмурки резвимся порой»… Державин, по словам поэта В.Ходасевича, «понимал, что его ода — первое художественное воплощение русского быта, что она — зародыш нашего романа… Державин первый начал изображать мир таким, как представлялся он художнику. В этом смысле первым истинным лириком был в России он».

Даже в оде «Бог», с возвышенными и торжественными строфами, воспевающими божественное величие, соседствует описание личных переживаний и размышлений автора:

Точно также и в «Водопаде» автор, оплакивающий кончину князя Потемкина, сосредотачивается прежде всего не на его военных или государственных успехах, то есть не на том, что,с точки зрения той эпохи, должно было сохраниться на века, а на исключительно личном ощущении преходящести, временности всего существующего, будь то слава, успех или богатство: «. И все, что близ тебя блистало, Уныло и печально стало.»

Однако все подвиги и достижения государственного человека не исчезнут бесследно. Вечная жизнь им будет дарована благодаря великому искусству, благодаря певцам, что лишь истину поют.

Здесь же, в «Водопаде», Державин создает абсолютно новаторский для того времени пейзаж. Достаточно абстрактным описаниям природы в стихах его предшественников приходит на смену возвышенное, романтизированное, но все же описание совершенно конкретного места — карельского водопада Кивач.

Новые черты, проявившиеся в творчестве Деражавина в 70-80-е годы, значительно усилились в последние десятилетия его жизни. Поэт отказывается от од, в его поздних произведениях явно преобладает лирическое начало. Среди стихотворений, созданных Державиным в конце XYIII — начале XIX вв. — дружеские послания, шуточные стихи, любовная лирика — жанры, размещавшиеся в классицистской иерархии намного ниже одической поэзии. Старящегося поэта, ставшего при жизни почти классиком, это ничуть не смущает, так как именно таким образом он может выразить в стихах свою индивидуальность. Он воспевает простую жизнь с ее радостями, дружбой, любовью, оплакивает ее кратковременность, скорбит об ушедших близких.

Искренним и скорбным чувством проникнуто его стихотворение «Ласточка», посвященное памяти рано умершей первой жены:

Сама идея обращения к маленькой птичке для того, чтобы поделиться с ней своим горем, на два десятилетия раньше была абсолютно невозможна. Теперь же, во многом благодаря Державину, поэтическое мироощущение изменилось. Простые человеческие чувства требовали простых слов. Отсюда — интерес Державина к анакреонтической лирике, названной так по имени знаменитого древнегреческого поэта Анакреонта, прославившегося своим радостным отношением к жизни, воспеванием любви, дружбы, веселья, вина.

В переложение одного из стихотворений Анакреона, названного Державиным «К лире», поэт, безусловно, вложил свои собственные мысли, не случайно он не стал делать буквальный перевод с древнегреческого, а перенес произведение многовековой давности в свое время. Если еще в «Водопаде» поэты, воспевавшие великих героев, тем самым увековечивали их подвиги, то теперь все выглядит совсем по-другому: «. Петь откажемся героев, А начнем мы петь любовь.»

Ясная и незамысловатая жизнь постоянно присутствует в творчестве позднего Державина. Иногда он предвкушает веселую встречу друзей, как в «Приглашении к обеду»:

Иногда — радости любви, конечно же, на лоне природы, как в стихотворении «Соловей во сне»:

Ярче всего новый жизненный идеал был сформулирован Державиным в его поэме «Евгению». Жизнь званская, где он подробно описывает прелести жизни в его имении Званка.

В этой поэме, казалось бы, сконцентрировалось то, к чему Державин постепенно шел в течение многих лет. Частная, простая жизнь, все мельчайшие детали деревенской жизни описываются со вкусом и почти ощутимой осязательностью, со свойственной лишь Державину «шероховатой грандиозностью» (Ю. Тынянов):

Несмотря на новаторский характер творчества Державина, в конце жизни его литературное окружение составляли в основном сторонники сохранения старинного русского языка и противники того легкого и изящного слога, которым в начале XIX века начал писать сначала Карамзин, а затем и Пушкин. С 1811 Державин состоял в литературном обществе «Беседа любителей русской словесности», защищавшем архаический литератуный стиль.

Это не помешало Державину понять и высоко оценить талант юного Пушкина, чьи стихи он услышал на экзамене в Царскосельском лицее. Символический смысл этого события станет понятен только позже — литературный гений и новатор приветствовал своего младшего преемника.

Последние строки, оставленные нам Державиным перед своей кончиной, вновь, как и в «Оде на смерть кн. Мещерского» или «Водопаде» говорили о бренности всего сущего:

Гаврила Романович Державин, сам по себе, составил целую эпоху в истории литературы. Его произведения — величественные, энергичные и совершенно неожиданные для второй половины восемнадцатого века — оказали и до сегодняшнего дня продолжают оказывать влияние на развитие русской поэзии. И сам Державин прекрасно понимал значение сделанного им для русской поэзии. Не случайно в своем переложении «Памятника» Горация он предрекал себе бессмертие за то

Умер Гаврила Романович, 8 (20) июля 1816, в своем любимом имении Званка, Новгородской области.

Стихотворения державина

Воспринимать и анализировать стихотворение Г.Р. Державина «Памятник» ученикам сложно по ряду причин, и прежде всего потому, что слог Державина современному школьнику кажется архаичным. Главная же трудность в том, что ученикам знакомо стихотворение Пушкина «Я памятник себе воздвиг…», и они воспринимают державинское стихотворение на фоне пушкинского (а не наоборот, что соответствовало бы историческому ходу вещей). Отсюда, по крайней мере, две опасности: 1) особенности стихотворения Державина оказываются трудно различимы (ср. Державин: “От тлена убежав. ”, “Слух прoйдет обо мне. ”; Пушкин: “. и тленья убежит. ”, “Слух обо мне пройдёт. ” и так далее); 2) такой взгляд, естественно, антиисторичен. Однако самая большая сложность для понимания этого текста в том, что его нельзя рассматривать изолированно — для понимания художественной сути «Памятника» нужно выявить его контекстуальные связи (а значит, необходимо не только знакомство со стихотворением А.С. Пушкина, но, хотя бы поверхностное, и со стихотворением М.В. Ломоносова). Проблема, с которой мы тут сталкиваемся, очень непроста: не так давно — в младшей и средней школе — учитель объяснял ученику, что есть понятие авторства и существует плагиат; и теперь, естественно, ученик воспринимает традицию и стремление поэта ей следовать как плагиат. При чтении «Памятников» проблема заимствования впервые поворачивается школьнику совершенно иной своей стороной: он должен оценить значение традиционности и традиции для искусства и особую их важность для нормативного искусства классицизма. (Стоит учесть, что, кроме трёх самых известных «Памятников» Ломоносова, Державина, Пушкина, аналогичные стихи есть у К.Батюшкова, А.Фета, В.Брюсова, В.Ходасевича, С.Шервинского, Л.Мартынова и других. Впрочем, и Гораций позаимствовал эту тему у своих предшественников.) И только оценив традиционность «Памятника» Державина, можно разглядеть его своеобразие.

Первый русский «Памятник», принадлежащий М.В. Ломоносову (1748), является переводом оды Горация, выполненным пятистопным ямбом. Здесь сохранены античные реалии источника: “Я знак бессмертия себе воздвигнул. // Превыше пирамид и крепче меди, // Что бурный аквилон сотреть не может, // Ни множество веков, ни едка древность”. (Аквилон в древнеримской мифологии — бог северного ветра. — Е.А.)

Первые строки стихотворения Г.Р. Державина, впервые опубликованного под заглавием «К Музе. Подражание Горацию» (1795) и написанного шестистопным ямбом, довольно точно передают соответствующие строки Горация и близки стихам Ломоносова. То есть стихотворение Державина начинается как перевод или, в крайнем случае, как обозначенное в заглавии подражание. Но очень быстро здесь появляются отступления от латинского оригинала, и стихотворение перерастает подражание. Прежде всего следует перечисление чисто российских гидронимов: “Слух прoйдет обо мне от Белых вод до Черных, // Где Волга, Дон, Нева, с Рифея льёт Урал”, — перечисляет Державин места своей будущей славы (Рифейские горы — это топоним; так иногда античные географы называли Уральские горы. — Е.А.), и удалённость названных им рек друг от друга задаёт масштаб этой славы, соответствующий масштабности изображения мира в оде XVIII века. (Пушкин подхватит эту традицию: “Слух обо мне пройдёт по всей Руси великой…”) А дальше поэт прямо скажет о том, в чём видит свои заслуги (“Что первый я дерзнул в забавном русском слоге // О добродетелях Фелицы возгласить, // В сердечной простоте беседовать о Боге // И истину царям с улыбкой говорить”), и многое определит в своей поэзии. Это и её ведущие темы и мотивы (многократные обращения в одах к Фелице, философские размышления о сущем в оде «Бог», «Грифельной оде» и другие), это и её качественное, содержательное своеобразие: фигура поэта перестаёт быть условной; фактически Державин оказывается создателем русской автобиографической поэзии. В «Памятнике» ему важно сказать о собственной славе. Таким образом, оказывается, что Державин не случайно выбирает стихотворение Горация как образец для подражания. «Памятник» античного поэта задаёт эту тему — тему индивидуальной поэтической славы, актуальную для античной поэзии и совершенно невозможную в классицистической. (Важность темы индивидуальной поэтической славы для античной поэзии наглядно показывает стихотворение К.Ф. Батюшкова «Гезиод и Омир, соперники» (1816–1817). Здесь эта тема воплощается в сюжете поэтического состязания.) Великий поэт никогда не укладывается в заданные рамки, даже если сам их себе выбирает: поэт-классицист Державин выбирает заданную тему и создаёт на неё оригинальную вариацию, причём создаёт уже в духе романтизма — он ставит себя в один ряд с монархами и героями, он “поднимает” индивидуальное “я”, и это “я” художника. (Учитель может иметь в виду, что теме индивидуальной поэтической славы Державин посвящает ряд стихотворений: например, свою «Грифельную оду».) Индивидуальное поэтическое открытие Державина оказывается в стихотворении не менее важным, чем стилистическая традиция классицизма.

Стихотворение Г. Р. Державина «Памятник» (восприятие, истолкование, оценка)

Поэзия XVIII века нуждалась в полной перестройке – придворные лживые оды, полные напыщенных фраз и чувств, не давали развития уже назревшей проблеме национального характера, решения которой стало просто необходимой. Равнодушию вельмож постепенно начинает противопоставляться просвещённый разум и благородные порывы частного человека. Именно поэтому вклад Гавриила Романовича Державина в русскую литературу несомненно велик.

Отличительные черты творчества Державина можно легко проследить на примере стихотворения «Памятник», которое было написано в 1775 году.

Прежде всего, в лирику Державина вошла его собственная жизнь. Образ поэта создавался теперь уже не как отрешённый от всякой обыденности и житейской прозы, но в единстве с ними и через них. Стихотворение «Памятник» содержит некоторые биографические сведения из жизни поэта. Его лирический герой не вымышлен воображением, он дышит и действует. Именно поэтому стихи начинаются с личного местоимения я: «Я памятник себе воздвиг чудесный, вечный». И далее продолжается рассказ о себе:

…первый я дерзнул в забавном русском слоге

О добродетелях Фелицы возгласить,

В сердечной простоте беседовать о боге

И истину царям с улыбкой говорить.

Фелица. Так называл Державин Екатерину II. Ещё в 1783 году была опубликована посвящённая императрице ода с тем же названием, которая принесла Державину литературную славу. А в том, что поэт говорил истину царям, сомневаться не приходится. Биография его служит прямым тому доказательством. И Павел I, и Александр I в своё время отказались от услуг Гавриила Романовича, так как истина не всем приятна.

Ещё одна отличительная черта поэзии Державина – соединение «высоких» и «низких» слов. Так поэт добивается большей выразительности и эмоциональности:

Я памятник себе воздвиг чудесный, вечный,

Металлов твёрже он и выше пирамид…

Слух пройдет обо мне от Белых вод до Черных…

Что первый я дерзнул в забавном русском слоге…

В сердечной простоте беседовать о боге…

И, наряду с этими простыми и понятными каждому строчками, есть в «Памятнике» стихи, наполненные высокой лексикой. Особенно показательно последнее четверостишие, наполненное героическим воодушевлением и верой в свое предназначение:

О муза! возгордись заслугой справедливой,

И презрит кто тебя, сама тех презирай;

Непринуждённою рукой неторопливой

Чело твоё зарёй бессмертия венчай.

В основу стихотворения положен образ памятника. Это материальное свидетельство заслуг отдельной личности становится в произведении Державина одухотворённой памятью человечества. Художественный приём, лежащий в основе стихотворения, — метафора:

Я памятник себе воздвиг чудесный, вечный,

Металлов твёрже он и выше пирамид;

Ни вихрь его, ни гром не сломит быстротечный,

И времени полёт его не сокрушит.

Ещё один излюбленный приём поэта – антитеза. С помощью неё он выявляет диалектическую связь противоречий в их единстве. Например:

Что первый я дерзнул в забавном русском слоге

О добродетелях Фелицы возгласить,

В сердечной простоте беседовать о боге

И истину царям с улыбкой говорить.

Именно поэтому особым достижением Державина следует признать художественное исследование противоречивости бытия. Причём найденные противоречия (сердечная простота-бог, русский слог-добродетель, истина-улыбка) он провозглашает нормой.

Наряду с антитезой, Державин был вынужден использовать и одушевление, так как этого требует основной художественный приём – метафора. Вот четверостишие, полностью состоящее из олицетворений:

Так! – весь я не умру, но часть меня большая,

От тлена убежав, по смерти станет жить,

И слава возрастёт моя, не увядая,

Доколь славянов род вселенна будет чтить.

Стихотворение написано двустопным ямбом, который обычно подразумевает четкость и жёсткость стиха. Но стихи содержат множество пиррихиев, поэтому строфы звучат мягко и плавно. Рифмовка перекрёстная с чередованием мужской и женской рифм. Иногда, для сохранения ритма в строке, автор использует перенесение нормативного ударения («Слух пройдет обо мне от Белых вод до Черных»; «И презрит кто тебя, сама тех презирай»), неполноту окончаний (вселена, славянов).

В стихотворении Державин утверждал вечность литературного творчества, определял свои несомненные заслуги перед Отечеством («Всяк будет помнить то в народах неисчётных / Как из безвестности я тем известен стал»). Но не менее он гордился и своим народом («Доколь славянов род вселенна будет чтить»). Также большое значение имеет и образ императрицы («О добродетелях Фелицы возгласить»). Но с самой большой теплотой поэт относится к своей Музе, считая, что именно она, то есть божье проведение, двигала его пером:

О муза! возгордись заслугой справедливой,

И презрит кто тебя, сама тех презирай;

Непринуждённою рукой неторопливой

Чело твоё зарёй бессмертия венчай.

Таким образом, поэт у Державина представлен как орудие высшей силы, действующее по велению свыше и направленное на обличение пороков окружающей среды.

0 человек просмотрели эту страницу. Зарегистрируйся или войди и узнай сколько человек из твоей школы уже списали это сочинение.

/ Сочинения / Державин Г.Р. / Разное / Стихотворение Г. Р. Державина «Памятник» (восприятие, истолкование, оценка)

Смотрите также по разным произведениям Державина:

Памятник (Державин)

← Бой Памятник
автор Гавриил Романович Державин (1743-1816)
Надгробная императрице Екатерине II →
См. Стихотворения 1796 . Дата создания: 1795, опубл.: 1795.

Я памятник себе воздвиг чудесный, вечный,
Металлов тверже он и выше пирамид;
Ни вихрь его, ни гром не сломит быстротечный,
И времени полет его не сокрушит.

5 ‎ Так! — весь я не умру, но часть меня большая,
От тлена убежав, по смерти станет жить,
И слава возрастёт моя, не увядая,
Доколь славянов род вселенна будет чтить.

Слух пройдет обо мне от Белых вод до Чёрных,
10 Где Волга, Дон, Нева, с Рифея льет Урал;
Всяк будет помнить то в народах неисчётных,
Как из безвестности я тем известен стал,

Что первый я дерзнул в забавном русском слоге
О добродетелях Фелицы возгласить,
15 В сердечной простоте беседовать о Боге
И истину царям с улыбкой говорить.

О Муза! возгордись заслугой справедливой,
И презрит кто тебя, сама тех презирай;
Непринуждённою рукой неторопливой
20 Чело твоё зарёй бессмертия венчай.

Примечания

Датируется 1795 г. Впервые опубл.: «Приятное и полезное препровождение времени», 1795, ч. 7, стр. 147, под заглавием «К Музе. Подражание Горацию». Подражание оде Горация «К Мельпомене» (кн. III, ода 30), переведенной до него Ломоносовым (см. «Я знак бессмертия себе воздвигнул…») Однако Державин переосмыслил Горация, создав самостоятельное стихотворение. Опыт Державина продолжил Пушкин в стихотворинии «Я памятник себе воздвиг нерукотворный…». Н. Г. Чернышевский впоследствии писал о Державине: «В своей поэзии что ценил он? Служение на пользу общую. То же думал и Пушкин. Любопытно в этом отношении сравнить, как они видоизменяют существенную мысль Горациевой оды «Памятник», выставляя свои права на бессмертие. Гораций говорит: «я считаю себя достойным славы за то, что хорошо писал стихи»; Державин заменяет это другим: «я считаю себя достойным славы за то, что говорил правду и народу и царям»; Пушкин — «за то, что я благодетельно действовал на общество и защищал страдальцев» (Чернышевский. Полное собрание сочинений, т. 3. М., 1947, стр. 137). См. также Подражание Горацию К. Н. Батюшкова.

Комментарий Я. Грота

Подражание оде Горация К Мельпомене, (кн. 3, ода 30), сперва озаглавленное и у Державина К Музе.

Здесь всего яснее выразилось сознание Державина в своем поэтическом достоинстве и значении, сознание, которое уже прежде высказывалось у него, напр., в одах Видение Мурзы и Мой истукан. На такое смелое заявление о самом себе, какое мы видим в Памятнике, он, может быть, не решился бы без примера Горация, который в XVIII столетии считался образцом во всех европейских литературах. Немецкие поэты, бывшие в руках Державина, особенно Гагедорн, щедро воздавали римскому лирику дань удивления, а друг Державина, Капнист, перевел оду Горация, послужившую подлинником Памятника, в стихах, которые начинаются так:

«Я памятник себе воздвигнул долговечной;
Превыше пирамид и крепче меди он.
Ни едкие дожди, ни бурный Аквилон,
Ни цепь несметных лет, ни время быстротечно
Не сокрушат его. — Не весь умру я; нет: —
Большая часть меня от вечных Парк уйдет» и проч.
(Соч. Капниста, изд. Смирд. 1849, стр. 454).

Ср. новейший перевод г. Фета в Одах Горация (стр. 107) и Памятник Пушкина (1836 г.). «Любопытно», говорит г. Галахов, «сличить три стихотворения: Горация, Державина и Пушкина, чтобы видеть, что именно каждый поэт признавал в своей деятельности заслуживающим бессмертия». Прибавим, что Пушкин подражал уже не Горацию, а прямо Державину, сохранив не только то же число стихов и строф с тем же заглавием, как в его Памятнике, но и весь ход мыслей, даже многие выражения своего предшественника. По замечанию Белинского (Соч. его, ч. VII, стр. 146), Державин выразил мысль Горация в такой оригинальной форме, так хорошо применил ее к себе, что честь этой мысли так же принадлежит ему, как и Горацию. «В стихотворениях Державина и Пушкина», продолжает критик, «резко обозначился характер двух эпох, которым принадлежат они: Д. говорит о бессмертии в общих чертах, о бессмертии книжном; П. говорит о своем памятнике: „К нему не зарастет народная тропа“ и этим стихом олицетворяет ту живую славу для поэта, которой возможность настала только с его времени.» Другой критик, задавая себе вопрос: что ценил Державин в своей поэзии? отвечает: «Служение на пользу общую. То же думал и Пушкин. Любопытно в этом отношении сравнить, как они видоизменяют существенную мысль Горациевой оды Памятник, выставляя свои права на бессмертие. Гораций говорит: «Я считаю себя достойным славы за то, что хорошо писал стихи»; Державин замечает это другим (образом): «Я считаю себя достойным славы за то, что говорил правду и народу и царям»; Пушкин — «за то, что я благодетельно действовал на общество и защищал страдальцев» (Очерки Гоголевского периода русской лит., статья 4-ая в Современнике 1856 г., т. LVI).

Памятник Державина был напечатан в изданиях: 1798 г., стр. 398, и 1808, ч. I, LXV; — в обоих этим стихотворением кончается том. Памятник Пушкина также заканчивает один отдел стихотворений в изданиях как Анненкова (т. III), так и Исакова (т. I).

Первый рисунок (Олен.) представляет поэта, взирающего с благоговением на божественное сияние; второй — пьедестал с книгою истории. Эта виньетка приложена к I ч. изд. 1808 г.

Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Добавить комментарий

;-) :| :x :twisted: :smile: :shock: :sad: :roll: :razz: :oops: :o :mrgreen: :lol: :idea: :grin: :evil: :cry: :cool: :arrow: :???: :?: :!:

Гавриил Романович Державин

Предложение устроить жизнь «себе к покою» абсолютно не вписывалось в представления того времени, считавшие идеалом жизнь активную, общественную, публичную, посвященную государству и государыне.

Будучи назначен кабинет-секретарём Екатерины II (1791-93), Державин не угодил императрице, был отставлен от службы при ней. В последствии в 1794 Державин был назначен президентом Коммерц-коллегии. В 1802-1803 министром юстиции. С 1803 находился в отставке.

Казалось бы, Державин должен был бы, подобно многим его современникам, не «унижаться» до демонстрации своей внутренней жизни в одах. Но поэт был уже человеком следующей эпохи — времени приближавшегося сентиментализма, с его культом простой, незатейливой жизни и ясных, нежных чувств и даже романтизма с его бурей эмоций и самовыражением отдельной личности.

В своем переложении библейского псалма Властителям и судиям этот верноподанный служака высказал мысли, которые были бы под стать, скорее, революционеру. Говоря о «царях», он ставит их вровень с каждым смертным перед лицом окончательной гибели и не боится воскликнуть: «И вы подобно так умрете, Как ваш последний раб умрет!»

Очевидно, что Державин не вкладывал в эти строки никакого революционного содержания. Для него куда важнее было провозгласить подвластность любого смертного единому, Божественному закону. Это же представление о единстве человеческой природы, сближающей между собой царя, поэта и в принципе любого человека, проявилось и в «Оде к Фелице». Произведение, воспевающее Екатерину II в образе Фелицы, было настолько непривычным, что поэт долго не решался его опубликовать. Когда же ода все же увидела свет, взволнованный Деражавин ожидал неприятностей. Последствия, впрочем, оказались совсем иными — растроганная императрица плакала, слушая оду, и в знак своей благодарности пожаловала поэту табакерку, усыпанную бриллиантами. Фелица поразила не только Екатерину, но и все образованное общество. Новизна ее была очевидна. Императрица восхвалялась здесь прежде всего за свои человеческие качества — простоту, милосердие, просвещенность, скромность — а не за государственные заслуги, или, вернее, именно эти душевные достоинства и оказывались под державинским пером главными качествами настоящей государыни. Поразила читателей и непривычная форма оды. Обращения к императрице перемежались здесь с отступлениями, описывавшими жизнь самого поэта — ситуация для традиционной оды неслыханная. К тому же приличествовавший высокому жанру высокопарный и торжественный стиль также был решительно отброшен, ему на смену пришел куда более простой язык. Язык, в котором, по мнению Ю. Тынянова, «именно низкая лексика, именно снижение к быту способствует оживлению образа».

Мало того, Державин допускает в своей оде описание совсем уж низменных материй. Он говорит о том, как «прокажет» с женой: «Играю в дураки», «на голубятню лажу», «то в жмурки резвимся порой»… Державин, по словам поэта В.Ходасевича, «понимал, что его ода — первое художественное воплощение русского быта, что она — зародыш нашего романа… Державин первый начал изображать мир таким, как представлялся он художнику. В этом смысле первым истинным лириком был в России он».

Даже в оде «Бог», с возвышенными и торжественными строфами, воспевающими божественное величие, соседствует описание личных переживаний и размышлений автора:

Точно также и в «Водопаде» автор, оплакивающий кончину князя Потемкина, сосредотачивается прежде всего не на его военных или государственных успехах, то есть не на том, что,с точки зрения той эпохи, должно было сохраниться на века, а на исключительно личном ощущении преходящести, временности всего существующего, будь то слава, успех или богатство: «. И все, что близ тебя блистало, Уныло и печально стало.»

Однако все подвиги и достижения государственного человека не исчезнут бесследно. Вечная жизнь им будет дарована благодаря великому искусству, благодаря певцам, что лишь истину поют.

Здесь же, в «Водопаде», Державин создает абсолютно новаторский для того времени пейзаж. Достаточно абстрактным описаниям природы в стихах его предшественников приходит на смену возвышенное, романтизированное, но все же описание совершенно конкретного места — карельского водопада Кивач.

Новые черты, проявившиеся в творчестве Деражавина в 70-80-е годы, значительно усилились в последние десятилетия его жизни. Поэт отказывается от од, в его поздних произведениях явно преобладает лирическое начало. Среди стихотворений, созданных Державиным в конце XYIII — начале XIX вв. — дружеские послания, шуточные стихи, любовная лирика — жанры, размещавшиеся в классицистской иерархии намного ниже одической поэзии. Старящегося поэта, ставшего при жизни почти классиком, это ничуть не смущает, так как именно таким образом он может выразить в стихах свою индивидуальность. Он воспевает простую жизнь с ее радостями, дружбой, любовью, оплакивает ее кратковременность, скорбит об ушедших близких.

Искренним и скорбным чувством проникнуто его стихотворение «Ласточка», посвященное памяти рано умершей первой жены:

Сама идея обращения к маленькой птичке для того, чтобы поделиться с ней своим горем, на два десятилетия раньше была абсолютно невозможна. Теперь же, во многом благодаря Державину, поэтическое мироощущение изменилось. Простые человеческие чувства требовали простых слов. Отсюда — интерес Державина к анакреонтической лирике, названной так по имени знаменитого древнегреческого поэта Анакреонта, прославившегося своим радостным отношением к жизни, воспеванием любви, дружбы, веселья, вина.

В переложение одного из стихотворений Анакреона, названного Державиным «К лире», поэт, безусловно, вложил свои собственные мысли, не случайно он не стал делать буквальный перевод с древнегреческого, а перенес произведение многовековой давности в свое время. Если еще в «Водопаде» поэты, воспевавшие великих героев, тем самым увековечивали их подвиги, то теперь все выглядит совсем по-другому: «. Петь откажемся героев, А начнем мы петь любовь.»

Ясная и незамысловатая жизнь постоянно присутствует в творчестве позднего Державина. Иногда он предвкушает веселую встречу друзей, как в «Приглашении к обеду»:

Иногда — радости любви, конечно же, на лоне природы, как в стихотворении «Соловей во сне»:

Ярче всего новый жизненный идеал был сформулирован Державиным в его поэме «Евгению». Жизнь званская, где он подробно описывает прелести жизни в его имении Званка.

В этой поэме, казалось бы, сконцентрировалось то, к чему Державин постепенно шел в течение многих лет. Частная, простая жизнь, все мельчайшие детали деревенской жизни описываются со вкусом и почти ощутимой осязательностью, со свойственной лишь Державину «шероховатой грандиозностью» (Ю. Тынянов):

Несмотря на новаторский характер творчества Державина, в конце жизни его литературное окружение составляли в основном сторонники сохранения старинного русского языка и противники того легкого и изящного слога, которым в начале XIX века начал писать сначала Карамзин, а затем и Пушкин. С 1811 Державин состоял в литературном обществе «Беседа любителей русской словесности», защищавшем архаический литератуный стиль.

Это не помешало Державину понять и высоко оценить талант юного Пушкина, чьи стихи он услышал на экзамене в Царскосельском лицее. Символический смысл этого события станет понятен только позже — литературный гений и новатор приветствовал своего младшего преемника.

Последние строки, оставленные нам Державиным перед своей кончиной, вновь, как и в «Оде на смерть кн. Мещерского» или «Водопаде» говорили о бренности всего сущего:

Гаврила Романович Державин, сам по себе, составил целую эпоху в истории литературы. Его произведения — величественные, энергичные и совершенно неожиданные для второй половины восемнадцатого века — оказали и до сегодняшнего дня продолжают оказывать влияние на развитие русской поэзии. И сам Державин прекрасно понимал значение сделанного им для русской поэзии. Не случайно в своем переложении «Памятника» Горация он предрекал себе бессмертие за то

Умер Гаврила Романович, 8 (20) июля 1816, в своем любимом имении Званка, Новгородской области.

Памятник (Державин)

← Бой Памятник
автор Гавриил Романович Державин (1743-1816)
Надгробная императрице Екатерине II →
См. Стихотворения 1796 . Дата создания: 1795, опубл.: 1795.

Я памятник себе воздвиг чудесный, вечный,
Металлов тверже он и выше пирамид;
Ни вихрь его, ни гром не сломит быстротечный,
И времени полет его не сокрушит.

5 ‎ Так! — весь я не умру, но часть меня большая,
От тлена убежав, по смерти станет жить,
И слава возрастёт моя, не увядая,
Доколь славянов род вселенна будет чтить.

Слух пройдет обо мне от Белых вод до Чёрных,
10 Где Волга, Дон, Нева, с Рифея льет Урал;
Всяк будет помнить то в народах неисчётных,
Как из безвестности я тем известен стал,

Что первый я дерзнул в забавном русском слоге
О добродетелях Фелицы возгласить,
15 В сердечной простоте беседовать о Боге
И истину царям с улыбкой говорить.

О Муза! возгордись заслугой справедливой,
И презрит кто тебя, сама тех презирай;
Непринуждённою рукой неторопливой
20 Чело твоё зарёй бессмертия венчай.

Примечания

Датируется 1795 г. Впервые опубл.: «Приятное и полезное препровождение времени», 1795, ч. 7, стр. 147, под заглавием «К Музе. Подражание Горацию». Подражание оде Горация «К Мельпомене» (кн. III, ода 30), переведенной до него Ломоносовым (см. «Я знак бессмертия себе воздвигнул…») Однако Державин переосмыслил Горация, создав самостоятельное стихотворение. Опыт Державина продолжил Пушкин в стихотворинии «Я памятник себе воздвиг нерукотворный…». Н. Г. Чернышевский впоследствии писал о Державине: «В своей поэзии что ценил он? Служение на пользу общую. То же думал и Пушкин. Любопытно в этом отношении сравнить, как они видоизменяют существенную мысль Горациевой оды «Памятник», выставляя свои права на бессмертие. Гораций говорит: «я считаю себя достойным славы за то, что хорошо писал стихи»; Державин заменяет это другим: «я считаю себя достойным славы за то, что говорил правду и народу и царям»; Пушкин — «за то, что я благодетельно действовал на общество и защищал страдальцев» (Чернышевский. Полное собрание сочинений, т. 3. М., 1947, стр. 137). См. также Подражание Горацию К. Н. Батюшкова.

Комментарий Я. Грота

Подражание оде Горация К Мельпомене, (кн. 3, ода 30), сперва озаглавленное и у Державина К Музе.

Здесь всего яснее выразилось сознание Державина в своем поэтическом достоинстве и значении, сознание, которое уже прежде высказывалось у него, напр., в одах Видение Мурзы и Мой истукан. На такое смелое заявление о самом себе, какое мы видим в Памятнике, он, может быть, не решился бы без примера Горация, который в XVIII столетии считался образцом во всех европейских литературах. Немецкие поэты, бывшие в руках Державина, особенно Гагедорн, щедро воздавали римскому лирику дань удивления, а друг Державина, Капнист, перевел оду Горация, послужившую подлинником Памятника, в стихах, которые начинаются так:

«Я памятник себе воздвигнул долговечной;
Превыше пирамид и крепче меди он.
Ни едкие дожди, ни бурный Аквилон,
Ни цепь несметных лет, ни время быстротечно
Не сокрушат его. — Не весь умру я; нет: —
Большая часть меня от вечных Парк уйдет» и проч.
(Соч. Капниста, изд. Смирд. 1849, стр. 454).

Ср. новейший перевод г. Фета в Одах Горация (стр. 107) и Памятник Пушкина (1836 г.). «Любопытно», говорит г. Галахов, «сличить три стихотворения: Горация, Державина и Пушкина, чтобы видеть, что именно каждый поэт признавал в своей деятельности заслуживающим бессмертия». Прибавим, что Пушкин подражал уже не Горацию, а прямо Державину, сохранив не только то же число стихов и строф с тем же заглавием, как в его Памятнике, но и весь ход мыслей, даже многие выражения своего предшественника. По замечанию Белинского (Соч. его, ч. VII, стр. 146), Державин выразил мысль Горация в такой оригинальной форме, так хорошо применил ее к себе, что честь этой мысли так же принадлежит ему, как и Горацию. «В стихотворениях Державина и Пушкина», продолжает критик, «резко обозначился характер двух эпох, которым принадлежат они: Д. говорит о бессмертии в общих чертах, о бессмертии книжном; П. говорит о своем памятнике: „К нему не зарастет народная тропа“ и этим стихом олицетворяет ту живую славу для поэта, которой возможность настала только с его времени.» Другой критик, задавая себе вопрос: что ценил Державин в своей поэзии? отвечает: «Служение на пользу общую. То же думал и Пушкин. Любопытно в этом отношении сравнить, как они видоизменяют существенную мысль Горациевой оды Памятник, выставляя свои права на бессмертие. Гораций говорит: «Я считаю себя достойным славы за то, что хорошо писал стихи»; Державин замечает это другим (образом): «Я считаю себя достойным славы за то, что говорил правду и народу и царям»; Пушкин — «за то, что я благодетельно действовал на общество и защищал страдальцев» (Очерки Гоголевского периода русской лит., статья 4-ая в Современнике 1856 г., т. LVI).

Памятник Державина был напечатан в изданиях: 1798 г., стр. 398, и 1808, ч. I, LXV; — в обоих этим стихотворением кончается том. Памятник Пушкина также заканчивает один отдел стихотворений в изданиях как Анненкова (т. III), так и Исакова (т. I).

Первый рисунок (Олен.) представляет поэта, взирающего с благоговением на божественное сияние; второй — пьедестал с книгою истории. Эта виньетка приложена к I ч. изд. 1808 г.

«Памятник» Г. Державин

Я памятник себе воздвиг чудесный, вечный,
Металлов тверже он и выше пирамид;
Ни вихрь его, ни гром не сломит быстротечный,
И времени полет его не сокрушит.

Так! — весь я не умру, но часть меня большая,
От тлена убежав, по смерти станет жить,
И слава возрастет моя, не увядая,
Доколь славянов род вселенна будет чтить.

Слух пройдет обо мне от Белых вод до Черных,
Где Волга, Дон, Нева, с Рифея льет Урал;
Всяк будет помнить то в народах неисчетных,
Как из безвестности я тем известен стал,

Что первый я дерзнул в забавном русском слоге
О добродетелях Фелицы возгласить,
В сердечной простоте беседовать о Боге
И истину царям с улыбкой говорить.

О муза! возгордись заслугой справедливой,
И презрит кто тебя, сама тех презирай;
Непринужденною рукой неторопливой
Чело твое зарей бессмертия венчай.

Анализ стихотворения Державина «Памятник»

Практически каждый поэт в своем творчестве обращается к теме вечности, пытаясь найти ответ на вопрос, какая же судьба уготована его произведениям. Подобными эпическими одами славились Гомер и Гораций, а позже – многие русские литераторы, в числе которых оказался и Гавриил Державин. Этот поэт является одним из ярчайших представителей классицизма, который унаследовал европейские традиции слагать свои стихи «высоким штилем», но, вместе с тем, настолько адаптировал их к разговорной речи, что они были доступны пониманию практически любого слушателя.

При жизни Гавриил Державин был обласкан императрицей Екатериной II, которой посвятил свою знаменитую оду «Фелица», однако его вклад в русскую литературу был по достоинству оценен потомками лишь после смерти поэта, который стал своего рода духовным наставником для Пушкина и Лермонтова.

Предвидя подобное развитие событий, в 1795 году Гавриил Державин написал стихотворение «Памятник», которое первоначально назвал «К музе». Это произведение по своей форме было выдержано в лучших традициях древнегреческой поэзии, однако его содержание очень многие посчитали вызывающим и нескромным. Тем не менее, отражая нападки критиков, Державин советовал им не обращать внимания на напыщенный слог, а вдумываться в содержание, отмечая, что не себя он восхваляет в данном произведении, а русскую литературу, которой, наконец, удалось вырваться из тесных оков классицизма и стать более простой для понимания.

Естественно, огромная заслуга в этом принадлежит самому Державину, о чем он и упомянул в своем стихотворении, отметив, что воздвиг себе памятник, который «металлов тверже» и «выше пирамиды». При этом автор утверждает, что ему не страшны ни бури, ни гром, ни годы, так как сие сооружение – не материального, а духовного свойства. Державин намекает на то, что ему удалось «очеловечить» поэзию, которой отныне суждено стать общедоступной. И вполне естественно, что будущие поколения сумеют оценить по достоинству красоту стихотворного слога, которая ранее была доступна лишь избранным. Поэтому поэт не сомневается, в том, что его ждет если и не слава, то бессмертие. «Весь я не умру, но часть меня большая, от тлена убежав, по смерти станет жить», — отмечает поэт. При этом он подчеркивает, что слух о нем прокатится по всей русской земле.

Именно эта фраза вызвала негодование оппонентов поэта, которые приписали Державину чрезмерную гордыню. Однако автор имел ввиду не собственные поэтические достижения, а новые веяния в русской поэзии, которые, как он и предвидел, будут подхвачены новым поколением литераторов. И именно их произведения получат широкую популярность среди различных слоев населения благодаря тому, что сам поэт сумеет их научить «в сердечной простоте беседовать о Боге и истину царям с улыбкой говорить».

Примечательно, что в своих предположениях о будущем русской поэзии, чело которой будет увенчано «зарей бессмертия», Гавриил Державин оказался прав. Примечательно, что незадолго до смерти поэт присутствовал на выпускном экзамене в Царскосельском лицее и слушал стихи юного Пушкина, которого «в гроб сходя, благословил». Именно Пушкину суждено было стать продолжателем поэтических традиций, которые были заложены в русской литературе Державиным. Неудивительно, что знаменитый русский поэт, подражая своему учителю, впоследствии создал стихотворение «Я памятник себе воздвиг нерукотворный», которое перекликается с «Памятником» Державина и является продолжением многогранной полемики о роли поэзии в современном русском обществе.

Державин стихи читать

Я памятник себе воздвиг чудесный, вечный,
Металлов тверже он и выше пирамид;
Ни вихрь его, ни гром не сломит быстротечный,
И времени полет его не сокрушит.

Так! – весь я не умру, но часть меня большая,
От тлена убежав, по смерти станет жить,
И слава возрастет моя, не увядая,
Доколь славянов род вселенна будет чтить.

Слух пройдет обо мне от Белых вод до Черных,
Где Волга, Дон, Нева, с Рифея[2] льет Урал;
Всяк будет помнить то в народах неисчетных,
Как из безвестности я тем известен стал[3],

Что первый я дерзнул в забавном русском слоге
О добродетелях Фелицы[4] возгласить,
В сердечной простоте беседовать о Боге
И истину царям с улыбкой говорить.

О муза[5]! возгордись заслугой справедливой,
И презрит кто тебя, сама тех презирай;
Непринужденною рукой неторопливой
Чело[6] твое зарей бессмертия венчай.

Река времен в своем стремленьи. [8]

Река времён в своём стремленьи
Уносит все дела людей
И топит в пропасти забвенья
Народы, царства и царей.
А если что и остаётся
Чрез звуки лиры и трубы,
То вечности жерлом пожрётся
И общей не уйдёт судьбы.
6 июля 1816

1. «Памятник» – Впервые напечатано под заглавием «К Музе. Подражание Горацию». Вольное переложение оды Горация «К Мельпомене[7]» (кн. III, ода 30). Наиболее близкий к оригиналу перевод сделан Ломоносовым в 1747 году.
В 1795 году Державин написал стихотворение «Памятник», которому суждено было оставить заметный след в истории русской поэзии. В этом произведении Державин попытался осмыслить свою поэтическую деятельность, свое место в русской литературе. Хотя стихотворение написано за много лет до смерти поэта, оно носит как бы итоговый характер, представляет своего рода поэтическое завещание Державина.

По теме и композиции данное стихотворение восходит к оде 30 римского поэта Горация «Создал памятник я. » («К Мельпомене») из третьей книги его од. Однако, несмотря на это внешнее сходство, Белинский в упоминавшейся выше статье «Сочинения Державина» счел необходимым отметить оригинальность державинского стихотворения, его существенное отличие от оды Горация: «Хотя мысль этого превосходного стихотворения взята Державиным у Горация, но он умел выразить в такой оригинальной, одному ему свойственной форме, так хорошо применить ее к себе, что честь этой мысли так же принадлежит ему, как и Горацию».

Как известно, эту традицию своеобразного осмысления пройденного литературного пути, традицию, идущую от Горация и Державина, воспринял и творчески развил в стихотворении «Я памятник себе воздвиг нерукотворный. » (1836) А. С. Пушкин. Но при этом Гораций, Державин и Пушкин, подводя итог своей творческой деятельности, различно оценивали свои поэтические заслуги, по-разному формулировали свои права на бессмертие.

Гораций считал себя достойным славы за то, что хорошо писал стихи, сумел передать на латинском языке неповторимую гармонию, ритмы и стихотворные размеры древнегреческих лириков – эолийских поэтов Алкея и Сапфо: «Первым я приобщил песню Эолии к италийским стихам. »

Державин в «Памятнике» особо выделяет свою поэтическую искренность и гражданскую смелость, свое умение говорить просто, понятно и доступно о самых высоких материях. Именно в этом, а также в своеобразии своего «забавного русского слога» он видит неоспоримое достоинство своих стихотворений, свою высшую заслугу перед русской поэзией:

Что первый я дерзнул в забавном русском слоге О добродетелях Фелицы возгласить, В сердечной простоте беседовать о Боге И истину царям с улыбкой говорить.

Пушкин же утверждал, что право на всенародную любовь он заслужил гуманностью своей поэзии, тем, что своей лирой он пробуждал «чувства добрые». Взяв за основу своего стихотворения державинский «Памятник» и специально подчеркивая это целым рядом художественных деталей, образов, мотивов, Пушкин давал тем самым понять, как тесно связан он с Державиным исторической и духовной преемственностью. Эту преемственность, это непреходящее значение поэзии Державина в истории русской литературы очень хорошо показал в статье «Сочинения Державина» Белинский: «Если Пушкин имел сильное влияние на современных ему и явившихся после него поэтов, то Державин имел сильное влияние на Пушкина. Поэзия не родится вдруг, но, как все живое, развивается исторически: Державин был первым живым глаголом юной поэзии русской». (вернуться)

2. Рифей – Уральские горы. (вернуться)

3. . Как из безвестности я тем известен стал и проч. – «Автор из всех российских писателей был первый, который в простом забавном легком слоге писал лирические песни и, шутя, прославлял императрицу, чем и стал известен» («Объяснения. »). (вернуться)

4. Фелица – так называет Державин Екатерину II в своей оде. Название Екатерины Фелицей (от латинского felicitas – счастье) подсказано одним из ее собственных литературных произведений – сказкой, написанной для ее маленького внука, будущего Александра I. См. подробнее: Г.Р.Державин Ода «Фелица». (вернуться)

5. Муза – 1. В греческой мифологии – одна из девяти богинь, покровительниц различных искусств и наук, вдохновлявших поэтов и ученых в их творчестве. 2. перен. Источник поэтического вдохновения, олицетворяемый в образе женщины, богини ( поэт. устар.). (вернуться)

6. Чело – лоб (устар.). (вернуться)

7. Мельпомена – в греческой мифологии одна из 9 муз, покровительница трагедии. (вернуться)

Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Добавить комментарий

;-) :| :x :twisted: :smile: :shock: :sad: :roll: :razz: :oops: :o :mrgreen: :lol: :idea: :grin: :evil: :cry: :cool: :arrow: :???: :?: :!:

Гавриил Романович Державин

Гавриил Романович Державин (1743—1816) родился в Казанской губернии в небогатой дворянской семье. В начале своей жизни он узнал и горе, и нужду. Первоначальное скудное образование получил дома, затем обучался в казанской гимназии, которую, однако, не закончил. В 1762 году он прибыл в Преображенский полк в Петербург и долго служил солдатом. Лишь через десять лет его произвели в прапорщики. К тому времени он на своем опыте изучил военные и гражданские порядки, что позволило ему сохранить трезвость ума и здравый смысл.

В 1773 году Державин выступил в печати. В том же году был прикомандирован к секретной следственной комиссии и в течение 1774 года служил в войсках, действовавших против Пугачева. Там он продолжал писать стихи. Спустя два года из написанных стихотворений составился сборник. Выход его остался незамеченным, хотя наиболее чуткие читатели, как, например, младший современник Державина И. И. Дмитриев, находили в стихах молодого поэта «благородную смелость, строгие правила и резкость в выражениях». Серьезная поэтическая работа началась в Петербурге, когда в 1777 году Державин был переведен туда на статскую службу. Вскоре он женился.

Первые произведения («На рождение в Севере порфирородного отрока», «На смерть князя Мещерского», «Ключ»), принесшие Державину поэтическую известность, появились в 1779 году. Поэт полагал, что «велелепие и пышность» оды «несвойственны» его таланту. Следуя этому убеждению, он перенес античных богов в суровую русскую зиму и обошелся с ними запросто. Борея, например, он назвал «лихим стариком». Славя рождение великого князя Александра, будущего императора Александра I, он решился наставлять его:

Будь страстей своих владетель,
Будь на троне человек!

В эти годы Державин входит в дружеский литературный кружок. Там собирались писатели Н. А. Львов, В. В. Капнист, баснописец И. И. Хемницер.

«Фелица» («Ода к премудрой Киргиз-кайсацкой царевне Фелице, писанная Татарским Мурзою, издавна поселившимся в Москве, а живущим по делам своим в Санкт-Петербурге. Передана с арабского языка») (1782). Екатерина II обратила внимание на Державина, когда он опубликовал оду в журнале «Собеседник любителей русского слова» (1783).

Державин опоэтизировал Екатерину II, создав ее живой облик и отдав должное ее человеческим качествам — энергии, деловитости, умению прощать слабости и промахи, простоте, справедливости. Императрице противопоставлен иронический двойник автора — ленивый и любящий роскошь мурза. Одновременно Державин задел и екатерининских вельмож, занимавших влиятельные посты в государстве. Как похвала Екатерине, так и нравоописательные картины, изображавшие сановников и мурзу, были выражены в непринужденном разговорном тоне, с живым, неподдельным юмором. В оду вошли будни, реальный быт, обстановка и распорядок державинского дома. Все это решительно противоречило традиционным жанровым и стилевым признакам похвальной оды. Впоследствии Гоголь как заслугу Державина отметил «необыкновенное соединение самых высоких слов с самыми низкими и простыми». Один из поэтов — современников Державина также поставил ему в заслугу простоту стиля:

Наш слух оглох от громких лирных тонов.
Признаться, видно, что из моды
Уж вывелись парящи оды.
Ты простотой сумел себя средь нас вознесть!

Екатерина II оценила адресованную ей оду, и перед Державиным открылись двери дворца. Он был назначен правителем Олонецкой, а потом Тамбовской губерний. Приближенный затем ко двору, поэт не вписался в его атмосферу, и конфликты с императрицей и с ее фаворитами следовали один за другим. Екатерина II в конце концов сделала его кабинет-секретарем, но вскоре перевела в сенаторы. Впоследствии так же поступили Павел I, призвавший Державина на службу и вскоре отказавшийся от его услуг, и Александр I, сделавший Державина министром юстиции и через год освободивший поэта от этих обязанностей. Придворная карьера Державина каждый раз оканчивалась ссорой между гордым, прямым, честным, крутого нрава поэтом и покровителями-самодержцами.

На поэтическом поприще Державин добился несравненно больших успехов. Смелое скрещение бытового просторечия и высоких речений, которое было удачно опробовано им в «Фелице», теперь проникло в его оды «На счастие», «Вельможа» и др. Поэту удалось сплавить высокий, одический жанр и стиль с сатирическим.

Богатая жизненная школа дала Державину возможность увидеть настоящий мир — великолепную, многоцветную и многозвучную природу в ее движении и изменениях, красоту простых людей, привлекательность крестьянских девушек («Русские девушки»), незабываемые простые и тихие радости семейного бытия («Евгению. Жизнь Званская»). Но Державин ценил и пиршества знати с их богатством и красочностью, обилием блюд и разнообразными утехами, которые у него непременно связываются с мыслью о скоротечности бытия и неумолимом забвении. В этом чувствуется жизнелюбивый человек XVIII столетия, принадлежащий к богатой, блестящей и пышной культуре, который скорбит о ее уходе с исторической сцены.

Вместе с тем в своей жизни Державин повидал не только роскошные обеды богачей и вельмож. Ему были знакомы тяжелые условия народного труда и быта, упоение помещиков своей властью, лихоимство чиновничества и судей, бесстыдное воровство сановников.

Державин стремился укрепить самодержавие и выступал против тех, кто нарушал и презирал законы монархии.

После выхода в отставку Державин посвятил себя литературным трудам. Несколько месяцев ежегодно он проводил в своем имении Званка Новгородской губернии. Помимо занятий поэзией, Державин обратился к драматургии и сочинил несколько оперных либретто и трагедий. В его новом доме в XIX веке заседало литературное общество «Беседа любителей русского слова». Итог творческой деятельности Державина был подведен выходом в 1808—1816 годах собрания его сочинений, которое стало крупным культурным событием страны.

В последние годы творчества Державин оказался не чужд новым веяниям в литературе: у него проскальзывают и сентиментальные ноты, и романтические мотивы. Поэт чувствовал, что настало время для проникновения личного начала в литературу, в частности в поэзию, и пошел навстречу новым художественным исканиям. В его поэзии частный, бытовой мир начал соединяться с космическим и вселенским. В единстве их обнаружилась тесная и неожиданная связь, примиряющая противоречия бытия. Практический выход из этих противоречий виделся Державину в мудрой «умеренности», в прославлении «золотой середины», в единстве радостей сельской жизни с ее прозаическими и поэтическими сторонами. К этому призывал Державина его любимый античный поэт Гораций (о его творчестве см. во второй части учебника). К его знаменитому сочинению и обратился Державин, раздумывая о сделанном в поэзии. Он, как и Гораций, как впоследствии Пушкин, создал себе своими поэтическими трудами «нерукотворный памятник».

«Разлука» Г. Державин

Неизбежным нашим роком
Расстаешься ты со мной.
Во стенании жестоком
Я прощаюся с тобой.

Обливаяся слезами,
Скорби не могу снести;
Не могу сказать словами —
Сердцем говорю: прости!

Руки, грудь, уста и очи
Лобызаю у тебя.
Нету силы, нету мочи
Отделиться от тебя:

Лобызаю, умираю,
Тебе душу отдаю,
Иль из уст твоих желаю
Душу взять с собой твою.

Анализ стихотворения Державина «Разлука»

Незадолго до смерти Гавриил Державин, будучи уже известным литератором, издал сборник стихов под названием «Анакреонтические песни», полностью состоящий из любовной лирики. Более поздние произведения были посвящены двум супругам поэта – Елене Бастидон, которая скончалась в 30-летнем возрасте, и Дарье Дьяковой. С ней Державин прожил почти четверть века. Тем не менее, в сборник вошло стихотворение «Разлука», датированное 1776 годом, посвященное таинственной незнакомке. Предполагается, что героиней этого произведения стала одна офицерских жен, к которой поэт испытывал очень нежные чувства. Однако документальных подтверждений этому предположению нет, хотя доподлинно известно, что с 1762 по 1777 год Державин служил в Преображенском полку.

Несмотря на то, что имя женщины, которой посвящено стихотворение «разлука», до сих пор остается тайной, характер ее взаимоотношений с Державиным не оставляет сомнений в том, что эти двое людей искренне любят друг друга. Однако уже первая строчка стихотворения указывает на то, что им не суждено быть вместе. «Неизбежным нашим роком расстаешься ты со мной», — отмечает автор, подчеркивая при этом, что предстоящая разлука заставляет слезы наворачиваться на глаза. Обращаясь к своей возлюбленной, Державин восклицает: «Не могу сказать словами, сердцем говорю – прости!». За что именно извиняется поэт, догадаться не сложно. Вероятно, он просит прощение за ту душевную боль, которую причинил своей избраннице, заранее зная, что им никогда не суждено быть вместе. Тем не менее, они сделали свой выбор, и теперь должны расплачиваться за любовь страданиями, притупить которые в силах лишь время. Однако в момент расставания им не верится в то, что порознь они смогут существовать. Поэтому поэт с отчаяньем констатирует: «Нету силы, нету мочи отделиться от тебя». Он предвидит, что даже спустя годы его чувства к избраннице будут такими же сильными, потому что во время прощания с ней поэт отдает возлюбленной самое дорогое, что у него есть – свою душу. И взамен получает такой же подарок от этой таинственной незнакомки, с которой Державина свела судьба.

Примечательно, что автор умышленно сохранил ее имя в тайне. Впервые это стихотворение было опубликовано в «Московском журнале» без подписи, так как Державин настоял на анонимности. Поэтому более 25 лет никто и не предполагал, что именно он является автором «Разлуки».

Презентация по литературе «А.С.Пушкин: основные мотивы лирики»
презентация к уроку по литературе (9 класс) на тему

Презентация предназначена для учащихся 9 классов и в помощь учителям литературы. Направлена на знакомство с основными мотивами лирики А.С.Пушкина и на обучение анализу стихотворного текста. Может быть использована для изучения лирики как на конкретном уроке, так и на уроке по закреплению пройденного материала.

Скачать:

Вложение Размер
a.s.pushkin_osnovnye_motivy_liriki.ppt 841.5 КБ

Предварительный просмотр:

Подписи к слайдам:

По теме: методические разработки, презентации и конспекты

Презентация рассказывает об основных темах и мотивах цветаевской лирики, дает ключ в поэзии М.Цветаевой.

Материал представляет собой разработку урока литературы «Основные мотивы лирики С.Есенина» для обучающихся 1 курса образовательных учреждений , реализующих программы НиСПО .

Урок с использованием современных технологий.

В презентации представлен материал, сопровождающий лекцию учителя на уроке в 9 классе. Портреты адресатов лирики поэта.

Материал предназначен для самостоятельной работы в 9 классе (болеющим ученикам, тем. кто находится на карантине) и содержит теоретические сведения и вопросы по текстам произведений п.

Основные мотивы лирики Пушкина, названия стихотворений.

Статья может быть использована как материал к уроку литературы в 7 классе.

Конспект и презентация к уроку литературы «А.С. Пушкин «Я памятник себе воздвиг нерукотворный. «

Основная цель урока — выявление темы и идеи стихотворения «Я памятник себе воздвиг нерукотворный. «, а также сопоставление стихотворения Пушкина и Державина «Памятник». Методы и приемы, используемые на уроке, — построфный анализ, сопоставление и сравнение двух стихотворений, а также частичный анализ использования средств художественной выразительности — помогают учителю добиться поставленной цели, а учащимся — проникнуться пафосом стихотворения.

Целевая аудитория: для 9 класса

Автор: Приказюк Зарина Абдусатаровна
Место работы: —
Добавил: KarMaN

Физкультминутки обеспечивают кратковременный отдых детей на уроке, а также способствуют переключению внимания с одного вида деятельности на другой.

Уважаемые коллеги! Добавьте свою презентацию на Учительский портал и получите бесплатное свидетельство о публикации методического материала в международном СМИ.

Подпишитесь на почтовую рассылку Учительского портала и получайте ссылки на новые разработки уроков, презентации, тесты и другие методические материалы на электронную почту. Это бесплатно!

Диплом и справка о публикации каждому участнику!

© 2007 — 2020 Сообщество учителей-предметников «Учительский портал»
Свидетельство о регистрации СМИ: Эл № ФС77-64383 выдано 31.12.2015 г. Роскомнадзором.
Территория распространения: Российская Федерация, зарубежные страны.
Учредитель: Никитенко Евгений Игоревич

Использование материалов сайта возможно только с разрешения администрации портала.

Ответственность за разрешение любых спорных вопросов, касающихся опубликованных материалов и их содержания, берут на себя пользователи, разместившие материал на сайте.
Администрация портала готова оказать поддержку в решении любых вопросов, связанных с работой и содержанием сайта.

Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Добавить комментарий

;-) :| :x :twisted: :smile: :shock: :sad: :roll: :razz: :oops: :o :mrgreen: :lol: :idea: :grin: :evil: :cry: :cool: :arrow: :???: :?: :!:

Гавриил Романович Державин

Предложение устроить жизнь «себе к покою» абсолютно не вписывалось в представления того времени, считавшие идеалом жизнь активную, общественную, публичную, посвященную государству и государыне.

Будучи назначен кабинет-секретарём Екатерины II (1791-93), Державин не угодил императрице, был отставлен от службы при ней. В последствии в 1794 Державин был назначен президентом Коммерц-коллегии. В 1802-1803 министром юстиции. С 1803 находился в отставке.

Казалось бы, Державин должен был бы, подобно многим его современникам, не «унижаться» до демонстрации своей внутренней жизни в одах. Но поэт был уже человеком следующей эпохи — времени приближавшегося сентиментализма, с его культом простой, незатейливой жизни и ясных, нежных чувств и даже романтизма с его бурей эмоций и самовыражением отдельной личности.

В своем переложении библейского псалма Властителям и судиям этот верноподанный служака высказал мысли, которые были бы под стать, скорее, революционеру. Говоря о «царях», он ставит их вровень с каждым смертным перед лицом окончательной гибели и не боится воскликнуть: «И вы подобно так умрете, Как ваш последний раб умрет!»

Очевидно, что Державин не вкладывал в эти строки никакого революционного содержания. Для него куда важнее было провозгласить подвластность любого смертного единому, Божественному закону. Это же представление о единстве человеческой природы, сближающей между собой царя, поэта и в принципе любого человека, проявилось и в «Оде к Фелице». Произведение, воспевающее Екатерину II в образе Фелицы, было настолько непривычным, что поэт долго не решался его опубликовать. Когда же ода все же увидела свет, взволнованный Деражавин ожидал неприятностей. Последствия, впрочем, оказались совсем иными — растроганная императрица плакала, слушая оду, и в знак своей благодарности пожаловала поэту табакерку, усыпанную бриллиантами. Фелица поразила не только Екатерину, но и все образованное общество. Новизна ее была очевидна. Императрица восхвалялась здесь прежде всего за свои человеческие качества — простоту, милосердие, просвещенность, скромность — а не за государственные заслуги, или, вернее, именно эти душевные достоинства и оказывались под державинским пером главными качествами настоящей государыни. Поразила читателей и непривычная форма оды. Обращения к императрице перемежались здесь с отступлениями, описывавшими жизнь самого поэта — ситуация для традиционной оды неслыханная. К тому же приличествовавший высокому жанру высокопарный и торжественный стиль также был решительно отброшен, ему на смену пришел куда более простой язык. Язык, в котором, по мнению Ю. Тынянова, «именно низкая лексика, именно снижение к быту способствует оживлению образа».

Мало того, Державин допускает в своей оде описание совсем уж низменных материй. Он говорит о том, как «прокажет» с женой: «Играю в дураки», «на голубятню лажу», «то в жмурки резвимся порой»… Державин, по словам поэта В.Ходасевича, «понимал, что его ода — первое художественное воплощение русского быта, что она — зародыш нашего романа… Державин первый начал изображать мир таким, как представлялся он художнику. В этом смысле первым истинным лириком был в России он».

Даже в оде «Бог», с возвышенными и торжественными строфами, воспевающими божественное величие, соседствует описание личных переживаний и размышлений автора:

Точно также и в «Водопаде» автор, оплакивающий кончину князя Потемкина, сосредотачивается прежде всего не на его военных или государственных успехах, то есть не на том, что,с точки зрения той эпохи, должно было сохраниться на века, а на исключительно личном ощущении преходящести, временности всего существующего, будь то слава, успех или богатство: «. И все, что близ тебя блистало, Уныло и печально стало.»

Однако все подвиги и достижения государственного человека не исчезнут бесследно. Вечная жизнь им будет дарована благодаря великому искусству, благодаря певцам, что лишь истину поют.

Здесь же, в «Водопаде», Державин создает абсолютно новаторский для того времени пейзаж. Достаточно абстрактным описаниям природы в стихах его предшественников приходит на смену возвышенное, романтизированное, но все же описание совершенно конкретного места — карельского водопада Кивач.

Новые черты, проявившиеся в творчестве Деражавина в 70-80-е годы, значительно усилились в последние десятилетия его жизни. Поэт отказывается от од, в его поздних произведениях явно преобладает лирическое начало. Среди стихотворений, созданных Державиным в конце XYIII — начале XIX вв. — дружеские послания, шуточные стихи, любовная лирика — жанры, размещавшиеся в классицистской иерархии намного ниже одической поэзии. Старящегося поэта, ставшего при жизни почти классиком, это ничуть не смущает, так как именно таким образом он может выразить в стихах свою индивидуальность. Он воспевает простую жизнь с ее радостями, дружбой, любовью, оплакивает ее кратковременность, скорбит об ушедших близких.

Искренним и скорбным чувством проникнуто его стихотворение «Ласточка», посвященное памяти рано умершей первой жены:

Сама идея обращения к маленькой птичке для того, чтобы поделиться с ней своим горем, на два десятилетия раньше была абсолютно невозможна. Теперь же, во многом благодаря Державину, поэтическое мироощущение изменилось. Простые человеческие чувства требовали простых слов. Отсюда — интерес Державина к анакреонтической лирике, названной так по имени знаменитого древнегреческого поэта Анакреонта, прославившегося своим радостным отношением к жизни, воспеванием любви, дружбы, веселья, вина.

В переложение одного из стихотворений Анакреона, названного Державиным «К лире», поэт, безусловно, вложил свои собственные мысли, не случайно он не стал делать буквальный перевод с древнегреческого, а перенес произведение многовековой давности в свое время. Если еще в «Водопаде» поэты, воспевавшие великих героев, тем самым увековечивали их подвиги, то теперь все выглядит совсем по-другому: «. Петь откажемся героев, А начнем мы петь любовь.»

Ясная и незамысловатая жизнь постоянно присутствует в творчестве позднего Державина. Иногда он предвкушает веселую встречу друзей, как в «Приглашении к обеду»:

Иногда — радости любви, конечно же, на лоне природы, как в стихотворении «Соловей во сне»:

Ярче всего новый жизненный идеал был сформулирован Державиным в его поэме «Евгению». Жизнь званская, где он подробно описывает прелести жизни в его имении Званка.

В этой поэме, казалось бы, сконцентрировалось то, к чему Державин постепенно шел в течение многих лет. Частная, простая жизнь, все мельчайшие детали деревенской жизни описываются со вкусом и почти ощутимой осязательностью, со свойственной лишь Державину «шероховатой грандиозностью» (Ю. Тынянов):

Несмотря на новаторский характер творчества Державина, в конце жизни его литературное окружение составляли в основном сторонники сохранения старинного русского языка и противники того легкого и изящного слога, которым в начале XIX века начал писать сначала Карамзин, а затем и Пушкин. С 1811 Державин состоял в литературном обществе «Беседа любителей русской словесности», защищавшем архаический литератуный стиль.

Это не помешало Державину понять и высоко оценить талант юного Пушкина, чьи стихи он услышал на экзамене в Царскосельском лицее. Символический смысл этого события станет понятен только позже — литературный гений и новатор приветствовал своего младшего преемника.

Последние строки, оставленные нам Державиным перед своей кончиной, вновь, как и в «Оде на смерть кн. Мещерского» или «Водопаде» говорили о бренности всего сущего:

Гаврила Романович Державин, сам по себе, составил целую эпоху в истории литературы. Его произведения — величественные, энергичные и совершенно неожиданные для второй половины восемнадцатого века — оказали и до сегодняшнего дня продолжают оказывать влияние на развитие русской поэзии. И сам Державин прекрасно понимал значение сделанного им для русской поэзии. Не случайно в своем переложении «Памятника» Горация он предрекал себе бессмертие за то

Умер Гаврила Романович, 8 (20) июля 1816, в своем любимом имении Званка, Новгородской области.

Гавриил Романович Державин — Русские девушки текст песни

Гавриил Романович Державин

Литература XVIII века представлена в учебнике творчеством Г. Р. Державина. С личностью поэта, воина, государственного деятеля учащиеся уже встречались в средних классах и убедились, что произведения Державина сложны и неоднозначны. Поэтому надо внимательно отнестись к их комментированию, проследить, какие проблемы они поднимают и какой отклик находят в произведениях русских поэтов XIX и XX веков. На изучение творчества Державина отводим два урока.

УРОК 2. «Совершенно особый путь». Личность и судьба Державина

В центре первого урока — знакомство с удивительной биографией поэта и периодизация его творчества. Этот материал может быть дан в лекции учителя и сообщениях специально подготовленных учеников.

«Бывший при императрице Екатерине Второй, сенатор и президент, потом при императоре Павле член верховного Совета и государственный казначей, а при императоре Александре министр юстиции, действительный тайный советник и разных орденов кавалер» — так начинаются автобиографические «Записки» Державина, над которыми он увлеченно работал в последние годы жизни. Биографический материал может быть взят из этих «Записок», а также из романа В. Ходасевича «Державин». В качестве индивидуального задания можно предложить сопоставить «Записки» Державина с «Капитанской дочкой» Пушкина. Много сходного можно найти в судьбах Г. Державина и Петра Гринева. Они близки во взглядах на жизнь, судьбы их соответствуют духу времени, образ мыслей — настроениям прогрессивного дворянства.

Основные этапы жизни и творчества Державина

  1. годы. «Ученичество».
    1. Рождение. Учеба в Казанской гимназии. Смерть отца. Петербург. Служба рядовым в Преображенском полку. Участие в дворцовом перевороте. Первый офицерский чин. Борьба с повстанцами в период крестьянской войны под предводительством Пугачева.
    2. «Кропание стихов». Подражание А. Кантемиру и В. Тредиаковскому, основоположникам русской литературы XVIII века, «просветителям» М. В. Ломоносову и А. П. Сумарокову, Ф. А. Козловскому, прапорщику Преображенского полка, где Державин был рядовым. Увлечение живописью. Рисовать и писать стихи Державин начал одновременно, профессиональным художником не стал, но интерес к живописи сохранил на всю жизнь.
  2. годы. «Особый путь».
    1. «Хотел парить и не мог а для того в 1779 году избрал совершенно особый путь», — вспоминал Державин. Пойти по особому, не ломоносовскому пути — это значило, прежде всего, не писать торжественных од. Поиски новой поэтической манеры, «особого пути» Державин ведет по разным направлениям. Он смело нарушает теорию «трех штилей» и смешивает в своих стихах слова «высокие» и «низкие». Возникает новое поэтическое качество: стихотворный образ превращается в картину, в словесную живопись.
      Эти положения можно аргументировать на примере стихотворения «Ключ»:
      1) Найдите в стихотворении сменяющие друг друга картины источника при разном освещении, в разное время суток. Какие средства языка использует поэт для создания этих картин?
      2) Как поэту удается создать «говорящие», «живые» картины, воспроизвести словом цвет? Какое настроение придает тексту его живописный колорит?
      Стремление Державина «живописать» словом получило поддержку в львовском кругу. Поэт сближается с молодыми литераторами Н. А. Львовым, И. И. Хемницером, В. В. Капнистом, художниками В. Л. Боровиковским и Д. Г. Левицким.
    2. Идя по своему «особому пути», Державин обращается к философской проблематике. В конце годов XVIII века в русском обществе распространяется учение о самоусовершенствовании и самовоспитании как наиболее действенном пути построения разумного и гармоничного миропорядка. В этом аспекте можно провести анализ оды «Бог». Обращаясь к истории ее создания, можно поставить основные проблемные вопросы урока:
    • Почему именно это стихотворение Державин считал вершиной своего творчества?
    • Почему оно получило мировую известность и переведено на многие языки мира?

    Вопросы и задания для анализа оды «Бог»

    Каким настроением проникнута ода? Меняется ли это настроение по ходу текста?

    Каковы ключевые образы оды? Как они взаимосвязаны?

    Каким предстает в оде человек? Что характерно для его личности? Какие слова и выражения рисуют образ человека?

    В качестве индивидуального задания можно предложить сопоставить оду «Бог» Державина со стихотворением «Плач, или Ночные мысли» Э. Лонга (перевод А. М. Кутузова).
    Итог анализа оды «Бог». Гимн Богу, созданный Державиным, есть одновременно и гимн Человеку, выражение веры в его божественную сущность, которая могла бы стать спасительной для современного поэту человечества. «Бог» — произведение чрезвычайно емкое, многослойное, при анализе очень важен его подтекст, выявляющий космизм мысли, энергию чувств.

  3. 1804—1816 годы. «Анакреонтические песни».
    В 1804 году выходит сборник стихов Державина, в котором воспеваются радости частной жизни, любовь, веселье.

Вопросы и задания к стихотворению «Русские девушки»

  1. Прочитайте выразительно стихотворение «Русские девушки». Какое настроение является в нем главным?
  2. Какие образные картины вам представились?
  3. Какие художественные средства использует поэт, передавая динамику и своеобразие русского танца?
  1. Державин и Суворов.
    Поэт был близким другом великого полководца и посвятил ему несколько стихотворений. Одно из них — «Снигирь». (Название дается в авторской орфографии.) Стихи эти поразили читателей именно суворовским единством простоты и величия. Можно посвятить финальную часть урока обучению выразительному чтению, обращая внимание на особенности ритма стихотворения, цезуру в середине каждого стиха и особенности рифмовки последних стихов каждого шестистишия.

Вывод урока. Произведения Державина по выбору тематики и особенностям поэтического стиля стали художественным открытием в русской литературе конца XVIII — начала XIX века.

УРОК 3. «Где добродетель обитает » Традиции и новаторство в творчестве Державина

На втором уроке важно показать учащимся значение творчества Державина и его влияние на творчество поэтов последующих поколений. В центре урока — чтение и изучение оды «Фелица».

Вопросы и задания к оде «Фелица»

  1. Какова история создания оды? (Для ответа на этот вопрос можно использовать записки «Объяснения на сочинения Державина», сделанные поэтом в конце жизни.)
  2. Объясните смысл названия оды.
  3. Сопоставьте оду Державина «Фелица» с «Одой на день восшествия на престол императрицы Елисаветы Петровны » Ломоносова. Что общего и различного в облике героинь этих произведений?
  4. Какие художественные приемы используют поэты дли создания центрального образа каждой оды?
  5. Почему, несмотря на один и тот же стихотворный размер, оды звучат ? Сопоставьте лексику, синтаксис и поэтические интонации этих произведений.
  6. Есть ли в одах сатирическое изображение действительности?
  7. Почему Екатерина II плакала при чтении оды и дала ей высокую оценку?

Вторая часть урока может быть посвящена выразительному чтению стихотворений «Соловей» и «Памятник».

Что общего в этих стихотворениях? Какая мысль их объединяет? Стихотворение Державина «Памятник» уместно сопоставить с одноименными одами Горация и Ломоносова и выявить черты сходства и различия в этих текстах.

Для урока внеклассного чтения или для самостоятельных учебных исследований, рефератов учащимся можно предложить тему «Традиции Державина в творчестве русских поэтов Для ее раскрытия используются «Думы» К. Рылеева, стихи В. Кюхельбекера, А. Пушкина, А. Фета, Ф. Тютчева, В. Брюсова, Н. Заболоцкого, И. Бродского. В финале урока можно прочитать и обсудить стихотворение Д. Самойлова «Державин».

Гаврила Романович Державин

Родился 14 июля 1743 года в Казани или в одной из ближних деревушек, принадлежавших отцу. Если верить «Запискам», то первое слово, которое он произнес, когда ему исполнился всего лишь год, было: «Бог!». Державина учили ссыльный каторжник из немцев Иосиф Розе, невежественный и жестокий, затем гарнизонный «школьник» Лебедев и артиллерии штык-юнкер Полетаев. Державин был понятлив, умел с четырех лет читать по-русски и по-церковно-славянски, от Розе выучился немецкому языку, хорошо рисовал, неплохо чертил. Отец Державина, Роман Николаевич, бедный дворянин, вынужденный служить офицером невысокого чина, пытался определить сына в высшее дворянское учебное заведение — Петербургский шляхетный корпус, но не хватило денег. А в 1754 году отец умер.

Мать устроила Гаврилу и его брата в Казанскую гимназию. Он и здесь учился очень хорошо и получил от тамошнего отнюдь не блестящего образования больше, чем оно могло дать: директор гимназии Веревкин заметил способного студента и взял его в экспедицию по раскопкам и описанию развалин древнего города Болгары с целью «сыскать там каких только можно древностей». План и виды ханского дворца, каланчи с подземными ходами, списки с надписей гробниц, археологические находки. — все это нужно было вычертить, нарисовать и описать. Может быть, такая интересная работа и стала первым литературным трудом будущего автора «Фелицы».

Но кончить гимназию не пришлось: Державина призвали на военную службу. И не офицером, как принято среди дворян, а простым рядовым. Державин служил в Преображенском гвардейском полку. Приходилось выполнять всякую работу вместе с обычными солдатами, жить в казарме, писать за малограмотных сослуживцев письма домой особым языком, на солдатский манер. Первые его стихи, сатирические куплеты, сочиненные без всяких правил, имели успех, их еще долго распевали в гвардейских полках.

Спустя десять лето после начала солдатской службы, уже получив первый офицерский чин, Державин осуществляет решительный поворот в своей карьере: по своему желанию участвует в подавлении пугачевского восстания. Потом служба в сенате, назначение губернатором в Петрозаводск, переход на губернаторство в Тамбов, после небольшой вынужденной передышки назначение личным секретарем Екатерины II, затем, уже при Павле, самые разные должности в сенате и Совете при высочайшем дворе, наконец, при Александре I, Державин — министр юстиции. И вдруг в 1803 году, опять-таки по своему желанию, уходит в отставку. К тому времени поэт уже твердо знал, что слово — главное его дело. Сочинение стихов помогало Державину часто.

Порою и мешало. Так, из-за сатирических куплетов,. видимо, задевавших самолюбие начальства, имя юного гвардейца несколько раз вычеркивали из списков представленных к офицерскому званию. Позднее, когда Екатерина прочла в рукописи стихотворение «Властителям и судиям», Державина могли ожидать большие неприятности по обвинению в том, что он пишет «якобинские стихи».

Да и первую прославившую его оду «Фелица» (1782) друзья не советовали автору не то что печатать, а даже показывать кому-либо. Но Екатерина, прочитав оду и «узнав» в Фелице себя, наградила Державина подарком — осыпанной бриллиантами табакеркой с червонцами. Ода была напечатана, а Державин стал знаменит. Чтобы понять Державина, поэта и человека, нужно без конца перечитывать его оду «Бог».

Он писал ее с 1780 по 1784 год. К тому времени он был уже известным поэтом, автором таких шедевров, как «На смерть князя Мещерского», «На рождение в Севере порфирородного отрока», «Ключ», «Кружка», «Фелица». Прожитая жизнь и многолетний опыт творчества (Державину в тот момент был 41 год) послужили ему достаточной опорой для создания своей лучшей религиозной и философской оды, которая стала и его поэтическим манифестом.

Затем Державин пишет такие замечательные стихи как «На смерть князя Мещерского» (1779), «К первому соседу» (1780), «Водопад» (1794), «Венец бессмертия» (1798) и его продолжение — «Русские девушки» (1799). Оглядываясь на свое творчество, Державин написал «Рассуждение о лирической поэзии, или об оде» (1807-1816). В 1812 году Державин создал стихотворную сказку «Царь-девица», целиком построенную на образах русского фольклора. Уйдя в отставку, Державин принимается за новые, итоговые издания своих сочинений («Анакреонтические песни» в 1804 году; «Сочинения Державина», в 4 томах, 1808; в 1816 году — дополнительный пятый том, каждый экземпляр которого Державин собственноручно подписал), диктует к ним подробные «Объяснения» (которые нужно читать вместе со стихами как некую часть державинского текста), спешит закончить автобиографические «Записки», тоже являющиеся как бы комментарием, без которого трудно понять характер Державина-человека, почти полностью завершает «Рассуждение о лирической поэзии, или об оде», где излагает не только свою теорию, но и историю мировой лирики.

находит в ней место и для себя, в сущности, объясняет читателю свой творческий метод и стиль. Державин теперь не царев служащий, а независимый поэт, и он делает все, чтобы читатели и другие писатели его знали и понимали. За Державина в начале века шла борьба.

Порою он сам подавал этому повод. В 1811 году в петербургском доме поэта на Фонтанке собралось на свое первое заседание общество патриотов-консерваторов в политике и литературе, возглавленное адмиралом Шишковым, — «Беседа любителей российского слова», отстаивавшее неоклассицизм. Как член «Беседы» Державин обсуждал на заседаниях этого общества свои поэтические и теоретические труды, прежде всего «Рассуждение о лирической поэзии».

«Беседчики» считали Державина своим, но он разошелся с ними по многим вопросам, а «Рассуждение» так и не было до конца напечатано. Державин внимательно присматривался к сентиментально-романтическому направлению в литературе начала века. С Карамзиным он всегда оставался в дружеских отношениях. В. А.

Жуковскому в одном из четверостиший даже хотел завещать свою «ветху лиру». Всем известно, как он оценил стихи отрока А. Пушкина на царскосельском экзамене в 1815 году. И все же значение Державина в поэзии начала века долго не было понято.

А между тем его литературная позиция выражена в лучших стихах последних лет. Кроме «Анакреонтических песен», именно в 1800 — 1810-е годы явились такие шедевры, как «Снегирь», «Лебедь», «Аристипова баня», «Царь-девица» и последнее знаменитое восьмистишие-акростих, записанное автором за несколько дней до смерти на грифельной доске, — «Река времен». Также поэт написал идиллию «Евгению. Жизнь Званская» (1807).

Она, без сомнения, одно из самых лучших, если не лучшее создание Державина — его «золотое завещание» «золотому веку» нашей литературы.Слава его в это время была велика. В журналах начала века иногда попадаются гравюры с изображением Званки, имения Державина на берегу Волхова, где он проводил летние месяцы, где и умер в ночь с 20 на 21 июля 1816 года.

Гавриил Романович Державин

Бог («О ты, пространством бесконечный. »)

Властителям и судиям («Восстал всевышний бог, да судит. »)

Ключ («Седящ, увенчан осокою. »)

Памятник («Я памятник себе воздвиг чудесный, вечный. »)

Праведный судия («Я милость воспою и суд. »)

Русские девушки («Зрел ли ты, певец Тиисский. »)

Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Добавить комментарий

;-) :| :x :twisted: :smile: :shock: :sad: :roll: :razz: :oops: :o :mrgreen: :lol: :idea: :grin: :evil: :cry: :cool: :arrow: :???: :?: :!:

Гавриил Романович Державин

«Сей дар богов лишь к чести
И к поученью их путей
Быть должен обращен, не к лести
И темной похвале людей».

Имя Гавриила Романовича Державина носит первый государственный университет в Тамбове. Университет был открыт в 1918 году, но идея развития высшего образования в Тамбовской губернии появилась еще в XVIII веке и принадлежала Гавриилу Державину. Еще в 1786-1788 годах, будучи губернатором края, он мечтал о создании здесь университета. И хотя его мечтам в то время сбыться было не суждено, ему принадлежит много начинаний в духе века Просвещения. Он создал народные училища, молодые дворяне получали в его доме частичное высшее образование — изучали арифметику, риторику. Тамбовский театр — тоже детище Гаврилы Державина.

Как поэт и политический деятель, он много сделал для России и литературы того времени. Он не сразу достиг высокого социального статуса и положения в обществе, в молодости ему пришлось и жить в казарме, и сидеть на хлебе и воде, и выбираться из карточных долгов. Тем не менее, он оставался человеком Просвещения для России. Заслуга его как поэта заключалась в том, что он первым «раскачал» традиции классицизма, проложив дорогу Александру Пушкину. Пушкин и Державин встретились лишь однажды, когда Державин принимал экзамены в лицее. Пушкину тогда было 16 лет, Державину — 71, по тем временам — глубокий старик, но очень известный и почитаемый поэт. Услышав «Воспоминания в Царском Селе» из уст молодого автора Александра, Державин пришел в абсолютный восторг. Пушкин от застенчивости убежал, не дав Гавриле Романовичу поздравить себя с успехом.

Имя Гавриил в переводе означает «Моя мощь — Бог» или «Божественный воин». В полной мере он свое имя оправдал. Несмотря на то, что Державин до конца дней своих оставался убежденным монархистом, он имел врожденную внутреннюю этику и умел рассмотреть за политическими лозунгами второй план, услышать мнение другой стороны.

Так, ему пришлось три года участвовать в подавлении Пугачевского восстания (бунты бушевали с 1762 по 1773). Сначала он ревностно соблюдал монаршее предписание, но поговорив с крестьянами и услышав их жалобы, он смог увидеть и понять несправедливость, которая творилась местными власть имущими в российской глубинке. «Надобно остановить грабительство или, чтоб сказать яснее, беспрестанное взяточничество, которое почти совершенно истощает людей. » — писал он в официальном донесении казанскому губернатору и начальнику секретной следственной комиссии генералу Бранту. «Сколько я смог приметить, это лихоимство производит в жителях наиболее ропота, потому что всякий, кто имеет с ними малейшее дело, грабит их. Это делает легковерную и неразумную чернь недовольною и, если смею говорить откровенно, это всего более поддерживает язву, которая теперь свирепствует в нашем отечестве». Об этом же он писал и императрице. По мнению А. Дугина, философа современности, за Пугачевским бунтом был и еще один план. Это народный протест против европеизации Руси, разрушения национальных традиций и древнего уклада жизни. И этот бунт был подавлен.

Эти события изменили взгляды Державина на все, что происходило в стране, в отличие от дворянского большинства того времени. С той поры он четко определил роль поэзии для себя как проводника Высшей воли, по крайней мере к этому она должна стремиться.

Деятельность Гаврилы Державина на государственной службе была неоднозначной. Правдолюбец и борец, он не удерживался ни на одной государственной службе, тут же начиная бороться с недостатками. Практически все его назначения заканчивались скандалами и отстранением от должности, после чего Державину приходилось подолгу восстанавливать свою репутацию и материальное обеспечение, но он своего добивался. Державин был борец везде — и на государственной службе, и в отстаивании своих личных интересов.

Державин, будучи еще солдатом, участвовал в составе полка в перевороте, в результате которого был убит Петр III, и Екатерина II взошла на престол. Показательно, что впоследствии он, как и многие думающие люди, не смог избежать разочарования в государыне. Но это было позже.

В 1780 году Державин стал известен благодаря переложению 81 Псалма — «Властителям и судиям». Это стихотворение уже отличается от ломоносовских од, с его прославлением и пышными речами. В стихотворении «Властителям и судиям» ярко проявилась гражданская позиция поэта и его взгляд на то, что должны делать люди, находящиеся у власти, однако, вместо этого сплошь и рядом они творят «злоупотребления»:

«Ваш долг: спасать от бед невинных,
Несчастливым подать покров;
От сильных защищать бессильных,
Исторгнуть бедных из оков.

Не внемлют! видят — и не знают!
Покрыты мздою очеса:
Злодействы землю потрясают,
Неправда зыблет небеса.

Цари! Я мнил, вы боги властны,
Никто над вами не судья,
Но вы, как я подобно, страстны,
И так же смертны, как и я».

В этом стихотворении отразились и личные переживания из детства Державина. После смерти отца, его мать, вдова, взяв с собой детей, долго обивала пороги государственных учреждений, добиваясь пенсии, но часто встречала пренебрежение со стороны «властителей».

В 1782 году вышла знаменитая ода «Фелице», которая попала к императрице через знакомых Державина. Ода явилась тогда ярким образцом и сатиры, и надежд Державина на то, что «человек Екатерина» свободна от пороков, которыми были известны ее приближенные. В отличие от «Властителей и судий», где Державин выступал гневным обличителем, в оде «Фелице» он написал свой образ идеального монарха:

«Тебе единой лишь пристойно,
Царевна! свет из тьмы творить;
Деля Хаос на сферы стройно,
Союзом целость их крепить;
Из разногласия согласье
И из страстей свирепых счастье
Ты можешь только созидать.
Так кормщик, через понт плывущий,
Ловя под парус ветр ревущий,
Умеет судном управлять. ».

Интересно, что «Фелица» имела успех еще и потому, что очень многие узнали реальных вельмож того времени. То есть в одном произведении были и сатира, и ирония, и пафос, и надежда.

Особенно пострадавшим от правдолюбия Гаврилы Романовича оказался А.А. Вяземский, министр и правая рука Екатерины. На протяжении всей жизни Державина Вяземский был его врагом. Особенно интересен случай, когда Вяземский представил императрице ежегодный отчет о доходах государства, где, зная характер Екатерины, которой постоянно и внезапно требовались дополнительные средства, он утаивал в смете дополнительные средства. Из каких соображений он это делал, это вопрос истории, но то, что Державин помешал Вяземскому скрыть реальные доходы государства — это факт.

Дважды Державин был губернатором — сначала Олонецкой, затем Тамбовской губернии. Он был прирожденным администратором. Пройдя путь от солдата до министра финансов, Гаврила Державин очень хорошо понимал нужды и недостатки низов, поэтому старался внедрять в русской глубинке обучение, приобщал местных людей к искусству, интересовался мнением о его правлении, прося открыто указывать ему на недостатки. Особенно он старался уничтожить бюрократическую чиновничью машину, чем, естественно, вызывал недовольство других представителей губернских администраций. Те всячески старались выжить Державина, используя любые средства.

В 1791 году Екатерина II приблизила к себе Гаврилу Романовича, назначив его статс-секретарем. Поначалу Державин обрадовался такому назначению, думая, что в непосредственной близости к царице он сумеет уменьшить чиновничье крючкотворство, и многие дела будут решаться быстрее. Но он ошибался. Императрица, собственно, сама и создала этот аппарат, поэтому разрушать его не собиралась. Много раз и императрица, и дворяне просили Державина написать в их честь хвалебные оды, но изменять себе Державин не мог. Разочаровавшись в императрице, он долго избегал просьб Екатерины написать что-либо подобное «Фелице». В конце концов, Державин засел за хвалебную оду, но так и «не собрался с духом и не мог таких императрице тонких писать похвал, каковы в оде Фелице и тому подобных сочинениях, которые им писаны не в бытность еще при дворе: ибо издалека те предметы, которые ему казались божественными и приводили дух его в воспламенение, явились ему, при приближении ко двору, весьма человеческими».

Здесь опять, вероятно, проявились внутренний стержень и совесть Державина — пойти против себя для удовлетворения эго императоров (и собственного процветания) он никогда не мог. Предпочитал попасть в немилость.

Интересно, что постоянно переживая взлеты и отставки, Державин очень хорошо знал силу своего таланта и умел его применить. Оды, написанные Екатерине II, Павлу I и Александру I, помогли попасть Державину «в милость» императоров, но его характер и желание сделать страну лучше в результате приводили к опале со стороны царей. Последнюю отставку тогда уже министра юстиции Гаврилы Державина царь Александр I так прокомментировал: «Ты слишком ревностно служишь». На эту отставку Державин достойно ответил стихотворением «Свобода», где снова четко обозначил свою внутреннюю позицию:

«Дальше: власти мне святые
Иго то велели несть,
Все венцы суля земные,
Титла, золото и честь.
Нет! — восстав от сна глубока,
Я сказал им, — не хочу.
Не хочу моей свободы,
Совесть на мечты менять. »

Кроме названных произведений, у Державина были и юмористические, и лирические стихи. Он очень любил свою первую жену, которую изображал в своих произведениях в образе Плениры:

«А если милой и приятной
Любим Пленирой я моей
И в светской жизни коловратной
Имею искренних друзей,
Живу с моим соседом в мире,
Умею петь, играть на лире:
То кто счастливее меня?» (1781)

Душа моя! гостья ты мира:
Не ты ли перната сия? —
Воспой же бессмертие, лира!
Восстану, восстану и я, —
Восстану, — и в бездне эфира
Увижу ль тебя я, Пленира? («Ласточка», 1792—1794)

И Державин, и его современники считали литературную деятельность делом не серьезным. Важнее слов были «дела», государственная служба. Только потом уже Пушкин напишет, что его миссия в том, чтобы «глаголом жечь сердца людей». Действительно, роль искусства не стоит недооценивать. И кто знает, что более значимо — губернские дела и государственная служба, или поэзия, которая благодаря Державину стала более демократичной, понятной и проложила дорогу Пушкину и Лермонтову.

ГАВРИИЛ РОМАНОВИЧ ДЕРЖАВИН (1743-1816)

Пушкинскую эпоху называют золотым веком русской поэзии не только благодаря

Александру Сергеевичу. В это же время творили прекрасные поэты — Державин,

Батюшков, Жуковский, Баратынский, баснописец Крылов, начинали Лермонтов и

Гавриил Романович Державин был непосредственным предшественником Пушкина. Он был славой XVIII века, его боготворили, им восхищались. Можно сказать, что слава

Державина перешла к Пушкину.

Сам Александр Сергеевич вспоминает, как он относился к Державину в юности:

«Державина видел я только однажды в жизни, но никогда того не позабуду Это было

в 1815 году, на публичном экзамене в Лицее. Как узнали мы, что Державин будет к

нам, все мы взволновались. Дельвиг вышел на лестницу, чтоб дождаться его и

поцеловать ему РУКУ» руку, написавшую «Водопад». Державин был очень стар Он

был в мундире и в плисовых сапогах. Экзамен наш очень его утомил. Он сидел,

подперши голову рукою. Лицо его было бессмысленно, глаза мУгны, губы отвислы:

портрет его (где представлен он в колпаке и халате) очень похож. Он дремал до

тех пор, пока не начался экзамен в

русской словесности. Тут он оживился, глаза заблистали; он преобразился весь.

Разумеется, читаны были его стихи, разбирались его стихи, поминутно хвалили его

стихи. Он слушал с живостию необыкновенной. Наконец вызвали меня. Я прочел

«Воспоминания в Царском Селе», стоя в двух шагах от Державина. Я не в силах

описать состояния души моей: когда дошел я до стиха, где упоминаю имя Державина,

голос мой отроческий зазвенел, а сердце забилось с упоительным восторгом. Не

помню, как я кончил свое чтение, не помню, куда убежал. Державин был в

восхищении; он меня требовал, хотел меня обнять. Меня искали, но не нашли. «

Это Пушкин написал в 1835 году, к этому времени отношение его к поэзии Державина

по существу не изменилось. Он считал его великим поэтом.

Некоторые мыслители считали, что великая русская литература началась с оды

Державина «Бог». Именно этой одой он открыл свое собрание сочинений:

О Ты, пространством бесконечный, Живый в движеньи вещества, Теченьем времени

превечный, Без лиц, в трех лицах божества! Дух всюду сущий и единый, Кому нет

места и причины, Кого никто постичь не мог. Кто все собою наполняет, Объемлет,

зиждет, сохраняет, Кого мы называем: Бог.

Ты есть! — природы чин вещает, Гласит мое мне сердце то, Меня мой разум уверяет,

Ты есть — и я уж не ничто!

Частица целой я вселенной,

Поставлен, мнится мне, в почтенной

Средине естества я той,

Где кончил тварей Ты телесных,

Где начал Ты духов небесных

И цепь существ связал всех мной.

Я связь миров, повсюду сущих, Я крайня степень вещества; Я средоточие живущих; Я

телом в прахе истлеваю, Умом громам повелеваю, Я царь — я раб — я червь — я Бог!

Но, будучи я столь чудесен, Отколе происшел ? — безвестен; А сам собой я быть не

Державин — поэт классицизма. Но он внес в классицизм «сердечную простоту»,

поэтому его оды, его лирические стихи как бы шагнули из условностей классицизма

в живую жизнь. В творчестве поэта отразилось много конкретных черт русской

жизни, русского быта, живых русских раздумий того времени. В них появилось

Современному читателю порой читать Державина трудновато. Но таков поэтический

язык допушкинской эпохи. Это русский язык еще неустоявшийся и пестрый, еще не

приведенный в гармонию. Он насыщен формами и оборотами, которые шли из старины.

Родился Гавриил Державин близ Казани в семье мелкопоместного дворянина. Систематического образования не получил. Десять лет прослужил солдатом в Преображенском полку. В 1772 году был произведен в офицеры. В 1977 году перешел на штатскую службу: служил в сенате, был губернатором в Петрозаводске и Тамбове, затем секретарем Екатерины II, министром юстиции при Александре I. Отличаясь независимостью характера и прямотой («Горяч и в правде черт!» — говорил он о себе), Державин нередко ссорился с начальством, побывал даже под судом. С 1803 года жил на покое, проводя лето в своем имении Званке, на берегу Волхова.

Сочинять стихи он начал, еще будучи солдатом, писал в казарме. В 1776 году свои

оды поэт напечатал отдельной книжкой, но без обозначения своего имени. Книжка

осталась незамеченной. Позже он был принят в кружок популярных в то время

писателей — Н.А. Львова,

И.И. Хемницера, В.В Капниста, многому учился у них, штудировал труды теоретиков

классицизма — Буало, Батте, читал Горация и других античных авторов.

Эти штудии Державину сильно помогли Свои новые сочинения он анонимно печатал в

петербургских журналах — и это уже были истинно державинские произведения- «На

смерть князя Мещерского», «Ключ», «Стихи на рождение в Севере порфирородного

отрока». Читатели почувствовали, что никто из прежних поэтов, ни Сумароков, ни

Ломоносов, с такой смелостью не пользовались «низким штилем», не вводили так

просторечия, не рисовали с такой смелостью в стихах самих себя, своих знакомцев,

окружающую обстановку В стихах классицистов все было регламентировано, а

Державин, сохраняя оду как жанр, насыщал ее новым содержанием.

Огромный успех имела ода Державина «Фелица», написанная в 1782 году. Под видом

царевны «Киргиз-Кайсацкия орды» Фелицы поэт вывел императрицу Екатерину. Та,

прочитав оду, наградила поэта и дала ему личную аудиенцию.

Державин нарисовал в «Фелице» образ Екатерины как просвещенной «матери

отечества», неустанно радеющей о благе подданных, свято соблюдающей законы,

умной и простой в быту й привычках Поэт пытался создать идеальный образ монарха.

В каком-то смысле эта ода была уроком поэта царям.

Державин воспевал императрицу, но при этом сатирически рисовал ее вельмож. За

что те, естественно, мстили ему. Так он и был услан подальше от столицы в глухую

Олонецкую губернию — но губернатором. Державин объездил весь Север Во время

плавания по Белому морю однажды в шторм он чуть не погиб

Гавриил Романович был очень смелым, решительным, мужественным человеком. Есть в

его биографии и такой факт. Когда до Петербурга дошли слухи о восстании

Пугачева, Державин добился назначения его в команду к генералу Бибикову,

возглавлявшему правительственные войска против повстанцев. Три года он провел в

огне крестьянской войны, два раза чуть не попал в плен к самому Пугачеву

«В лице Державина поэзия русская сделала великий шаг вперед», — писал Белинский.

А историк русской литературы Г Гуковский подтверждает: «Его стихи рвут из рук,

их переписывают в заветные тетради, они не нуждаются даже в печати, их и без

того знают наизусть все. » Это уже 80-90 годы конца XVIII века

Державин придавал огромное значение изобразительной силе стихов, звуковой,

Прочитаем вместе замечательное стихотворение «Лебедь», в котором и звукопись

прекрасна, и изобразительность изумительная, и со-

держание очень серьезное — в этом стихотворении, которое напоминает греческое

предание о том, что души поэтов после смерти превращаются в лебедей, мы видим,

что Державин знал себе цену как поэту и понимал, что останется он в памяти людей

не как вельможа, а как великий поэт.

Необычайным я пареньем От тленна мира отделюсь, С душой бессмертною и пеньем,

Как лебедь, в воздух поднимусь

В двояком образе нетленный, Не задержусь в вратах мытарств; Над завистью

превознесенный, Оставлю под собой блеск царств.

Да, так! Хоть родом я не славен, Но, будучи любимец муз, Другим вельможам я не

равен И самой смертью предпочтусь.

Не заключит меня гробница, Средь звезд не превращусь я в прах, Но, будто некая

цевница, С небес раздамся в голосах

И се уж кожа, зрю, перната Вкруг стан обтягивает мой, Пух на груди, спина

крылата, Лебяжьей лоснюсь белизной

Лечу, парю — и под собою Моря, леса, мир вижу весь; Как холм, он высится главою,

Чтобы услышать Богу песнь.

С Курильских островов до Буга, От Белых до Каспийских вод, Народы, света с

полукруга, Составившие россов род.

Со временем о мне узнают: Славяне, гунны, скифы, чудь, И все, что бранью днесь

пылают, Покажут перстом и рекут:

«Вот тот летит, что, строя лиру, Языком сердца говорил И, проповедуя мир миру,

Себя всех счастьем веселил».

Прочь с пышным, славным погребеньем, Друзья мои! Хор муз, не пой! Супруга!

облекись терпеньем! Над мнимым мертвецом не вой.

Державин прославил в своих стихах полководцев Румянцева и Суворова, казачьего

атамана Платова, но прославил и простого русского солдата — Росса, как он

возвышенно его называл. Он пишет и о барышнях-дворянках, и воспевает девушек

крестьянок. Он большой жизнелюб, поэтому пейзажи его очень настоящие,

выразительные, яркие. Природа у Державина бодра и целительна.

Мы начали рассказ о Державине с отрывка из воспоминаний Пушкина. Но Пушкин не

знал, что через несколько дней после этого экзамена в Лицее Гаврила Романович

сказал Аксакову: «Скоро явится свету второй Державин: это Пушкин».

Гавриил Романович Державин

Предложение устроить жизнь «себе к покою» абсолютно не вписывалось в представления того времени, считавшие идеалом жизнь активную, общественную, публичную, посвященную государству и государыне.

Будучи назначен кабинет-секретарём Екатерины II (1791-93), Державин не угодил императрице, был отставлен от службы при ней. В последствии в 1794 Державин был назначен президентом Коммерц-коллегии. В 1802-1803 министром юстиции. С 1803 находился в отставке.

Казалось бы, Державин должен был бы, подобно многим его современникам, не «унижаться» до демонстрации своей внутренней жизни в одах. Но поэт был уже человеком следующей эпохи — времени приближавшегося сентиментализма, с его культом простой, незатейливой жизни и ясных, нежных чувств и даже романтизма с его бурей эмоций и самовыражением отдельной личности.

В своем переложении библейского псалма Властителям и судиям этот верноподанный служака высказал мысли, которые были бы под стать, скорее, революционеру. Говоря о «царях», он ставит их вровень с каждым смертным перед лицом окончательной гибели и не боится воскликнуть: «И вы подобно так умрете, Как ваш последний раб умрет!»

Очевидно, что Державин не вкладывал в эти строки никакого революционного содержания. Для него куда важнее было провозгласить подвластность любого смертного единому, Божественному закону. Это же представление о единстве человеческой природы, сближающей между собой царя, поэта и в принципе любого человека, проявилось и в «Оде к Фелице». Произведение, воспевающее Екатерину II в образе Фелицы, было настолько непривычным, что поэт долго не решался его опубликовать. Когда же ода все же увидела свет, взволнованный Деражавин ожидал неприятностей. Последствия, впрочем, оказались совсем иными — растроганная императрица плакала, слушая оду, и в знак своей благодарности пожаловала поэту табакерку, усыпанную бриллиантами. Фелица поразила не только Екатерину, но и все образованное общество. Новизна ее была очевидна. Императрица восхвалялась здесь прежде всего за свои человеческие качества — простоту, милосердие, просвещенность, скромность — а не за государственные заслуги, или, вернее, именно эти душевные достоинства и оказывались под державинским пером главными качествами настоящей государыни. Поразила читателей и непривычная форма оды. Обращения к императрице перемежались здесь с отступлениями, описывавшими жизнь самого поэта — ситуация для традиционной оды неслыханная. К тому же приличествовавший высокому жанру высокопарный и торжественный стиль также был решительно отброшен, ему на смену пришел куда более простой язык. Язык, в котором, по мнению Ю. Тынянова, «именно низкая лексика, именно снижение к быту способствует оживлению образа».

Мало того, Державин допускает в своей оде описание совсем уж низменных материй. Он говорит о том, как «прокажет» с женой: «Играю в дураки», «на голубятню лажу», «то в жмурки резвимся порой»… Державин, по словам поэта В.Ходасевича, «понимал, что его ода — первое художественное воплощение русского быта, что она — зародыш нашего романа… Державин первый начал изображать мир таким, как представлялся он художнику. В этом смысле первым истинным лириком был в России он».

Даже в оде «Бог», с возвышенными и торжественными строфами, воспевающими божественное величие, соседствует описание личных переживаний и размышлений автора:

Точно также и в «Водопаде» автор, оплакивающий кончину князя Потемкина, сосредотачивается прежде всего не на его военных или государственных успехах, то есть не на том, что,с точки зрения той эпохи, должно было сохраниться на века, а на исключительно личном ощущении преходящести, временности всего существующего, будь то слава, успех или богатство: «. И все, что близ тебя блистало, Уныло и печально стало.»

Однако все подвиги и достижения государственного человека не исчезнут бесследно. Вечная жизнь им будет дарована благодаря великому искусству, благодаря певцам, что лишь истину поют.

Здесь же, в «Водопаде», Державин создает абсолютно новаторский для того времени пейзаж. Достаточно абстрактным описаниям природы в стихах его предшественников приходит на смену возвышенное, романтизированное, но все же описание совершенно конкретного места — карельского водопада Кивач.

Новые черты, проявившиеся в творчестве Деражавина в 70-80-е годы, значительно усилились в последние десятилетия его жизни. Поэт отказывается от од, в его поздних произведениях явно преобладает лирическое начало. Среди стихотворений, созданных Державиным в конце XYIII — начале XIX вв. — дружеские послания, шуточные стихи, любовная лирика — жанры, размещавшиеся в классицистской иерархии намного ниже одической поэзии. Старящегося поэта, ставшего при жизни почти классиком, это ничуть не смущает, так как именно таким образом он может выразить в стихах свою индивидуальность. Он воспевает простую жизнь с ее радостями, дружбой, любовью, оплакивает ее кратковременность, скорбит об ушедших близких.

Искренним и скорбным чувством проникнуто его стихотворение «Ласточка», посвященное памяти рано умершей первой жены:

Сама идея обращения к маленькой птичке для того, чтобы поделиться с ней своим горем, на два десятилетия раньше была абсолютно невозможна. Теперь же, во многом благодаря Державину, поэтическое мироощущение изменилось. Простые человеческие чувства требовали простых слов. Отсюда — интерес Державина к анакреонтической лирике, названной так по имени знаменитого древнегреческого поэта Анакреонта, прославившегося своим радостным отношением к жизни, воспеванием любви, дружбы, веселья, вина.

В переложение одного из стихотворений Анакреона, названного Державиным «К лире», поэт, безусловно, вложил свои собственные мысли, не случайно он не стал делать буквальный перевод с древнегреческого, а перенес произведение многовековой давности в свое время. Если еще в «Водопаде» поэты, воспевавшие великих героев, тем самым увековечивали их подвиги, то теперь все выглядит совсем по-другому: «. Петь откажемся героев, А начнем мы петь любовь.»

Ясная и незамысловатая жизнь постоянно присутствует в творчестве позднего Державина. Иногда он предвкушает веселую встречу друзей, как в «Приглашении к обеду»:

Иногда — радости любви, конечно же, на лоне природы, как в стихотворении «Соловей во сне»:

Ярче всего новый жизненный идеал был сформулирован Державиным в его поэме «Евгению». Жизнь званская, где он подробно описывает прелести жизни в его имении Званка.

В этой поэме, казалось бы, сконцентрировалось то, к чему Державин постепенно шел в течение многих лет. Частная, простая жизнь, все мельчайшие детали деревенской жизни описываются со вкусом и почти ощутимой осязательностью, со свойственной лишь Державину «шероховатой грандиозностью» (Ю. Тынянов):

Несмотря на новаторский характер творчества Державина, в конце жизни его литературное окружение составляли в основном сторонники сохранения старинного русского языка и противники того легкого и изящного слога, которым в начале XIX века начал писать сначала Карамзин, а затем и Пушкин. С 1811 Державин состоял в литературном обществе «Беседа любителей русской словесности», защищавшем архаический литератуный стиль.

Это не помешало Державину понять и высоко оценить талант юного Пушкина, чьи стихи он услышал на экзамене в Царскосельском лицее. Символический смысл этого события станет понятен только позже — литературный гений и новатор приветствовал своего младшего преемника.

Последние строки, оставленные нам Державиным перед своей кончиной, вновь, как и в «Оде на смерть кн. Мещерского» или «Водопаде» говорили о бренности всего сущего:

Гаврила Романович Державин, сам по себе, составил целую эпоху в истории литературы. Его произведения — величественные, энергичные и совершенно неожиданные для второй половины восемнадцатого века — оказали и до сегодняшнего дня продолжают оказывать влияние на развитие русской поэзии. И сам Державин прекрасно понимал значение сделанного им для русской поэзии. Не случайно в своем переложении «Памятника» Горация он предрекал себе бессмертие за то

Умер Гаврила Романович, 8 (20) июля 1816, в своем любимом имении Званка, Новгородской области.

Об авторе

Державин Гавриил (Гаврила) Романович [3(14).7.1743, деревня Кармачи или деревня Сокуры (ныне село Державино Лаишевского района Татарстана), — 8(20).7.1816, имение Званка в Новгородской губернии], русский поэт. Родился в небогатой дворянской семье, учился в Казанской гимназии (1759—1762). С 1762 г. Державин служил солдатом в гвардейском Преображенском полку, участвовавшем в дворцовом перевороте, в результате которого на престол взошла Екатерина II. Произведенный спустя 10 лет в офицеры, участвовал в подавлении пугачевского восстания. Некоторое время служил в Сенате. После сочинения «Оды . к Фелице» (1782), обращенной к императрице, был награжден Екатериной II, через некоторое время назначен губернатором олонецким (с 1784 г.) и тамбовским (1785—1788). После отставки с должности кабинет-секретаря Екатерины II (1791—1793) назначен президентом Коммерц-коллегии. В 1802—1803 гг. министр юстиции. С 1803 г. в отставке.

Впервые выступил в печати в 1773 г. Державин стал подлинным преобразователем стилистики русского стиха. Его оригинальный поэтический стиль нашел яркое выражение в одах конца 1770-х — начала 1790-х годов: «На смерть князя Мещерского», «Фелица», «Бог», «Видение Мурзы», «Водопад» и др. Наряду с прославлением монарха, полководцев одическая поэзия Державина включала изображение недостойных вельмож, нравов придворного общества, а также интимно-лирические мотивы. Соединяя элементы оды и сатиры в пределах одного произведения, Державин одновременно разрушает иерархию ломоносовских «штилей», демократизируя лексику своих од, внося в них слова, заимствованные из «среднего» и «низкого» штилей. Словарь Державина наряду с высокими книжными речениями изобилует живыми «простонародными» словами и оборотами. Предельной резкости и силы голос Державина достигает в особом, тематически примыкающем непосредственно к сатирическим одам жанре религиозно-обличительных од, представляющих по большей части переложения библейских псалмов. В 1790-е и в начале 1800-х годв в творчестве Державина преобладает анакреонтическая лирика. Декларируя отказ от торжественной оды и обращаясь к интимной лирике, Державин тем самым полемизирует с эстетическими принципами высокой придворной поэзии, провозглашенными Ломоносовым. Эстетические воззрения Державина выражены им в трактате «Рассуждение о лирической поэзии, или об оде» (1811—1815).

С 1780-х годов вокруг Державина собрался литературный кружок, в который входили его друзья Н. А. Львов, В. В. Капнист и И. И. Хемницер. Их объединяли идеи умеренного дворянского просветительства, а в литературных взглядах — освобождение от риторики классицизма, стремление к поэтической естественности и простоте. С 1811 г. Державин состоял в литературном обществе «Беседа любителей русского слова», собиравшемся у него дома. Здесь он своим авторитетом подкреплял литературных «архаистов», противостоявших «новаторам»-карамзинистам. В последние годы жизни Державин обратился к драматургии и написал ряд пьес, знаменующих, по общему мнению современников, упадок его былого таланта («Добрыня», «Пожарский», «Ирод и Мариамна», «Евпраксия» и др.). Несмотря на это, Державин до конца жизни оставался признанным патриархом русской поэзии, почитаемым всеми литературными партиями.

Об издании

В настоящем разделе РВБ публикуются стихотворения Державина по тексту 2-го издания Большой серии «Библиотеки поэта», подготовленного Д. Д. Благим и В. А. Западовым (Л.: Сов. писатель, 1957), и письма Державина по изданию «Письма русских писателей XVIII века» (Л.: Наука, 1980).

Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Добавить комментарий

;-) :| :x :twisted: :smile: :shock: :sad: :roll: :razz: :oops: :o :mrgreen: :lol: :idea: :grin: :evil: :cry: :cool: :arrow: :???: :?: :!: