Фото тютчева федора ивановича

Федор Иванович был второй, или меньший, сын Ивана Николаевича и Екатерины Львовны Тютчевых и родился в 1803 г. 23 ноября, в родовом тютчевском имении, селе Овстуг Орловской губернии Брянского уезда. Тютчевы принадлежали к старинному русскому дворянству. Хотя в родословной и не показано, откуда «выехал» их первый родоначальник, но семейное предание выводит его из Италии, где, говорят, и поныне, именно во Флоренции, между купеческими домами встречается фамилия Dudgi. В Никоновской летописи упоминается «хитрый муж» Захар Тутчев, которого Дмитрий Донской, пред началом Куликовского побоища, подсылал к Мамаю со множеством золота и двумя переводчиками для собрания нужных сведений, – что «хитрый муж» и исполнил очень удачно. В числе воевод Иоанна III, усмирявших Псков, называется также «воевода Борис Тютчев Слепой». С тех пор никто из Тютчевых не занимал видного места в русской истории ни на каком поприще деятельности. Напротив в половине XVIII века, если верить запискам Добрынина, брянские помещики Тютчевы славились лишь разгулом и произволом, доходившими, до неистовства. Однако же отец Федора Ивановича, Иван Николаевич, не только не наследовал этих семейных свойств, но, напротив, отличался необыкновенным благодушием, мягкостью, редкой чистотой нравов и пользовался всеобщим уважением. Окончив свое образование в Петербурге, в Греческом корпусе, основанном Екатериной в ознаменование рождения великого князя Константина Павловича и под влиянием мысли о «Греческом прожекте», Иван Николаевич дослужился в гвардии до поручика и на 22 году жизни женился на Екатерине Львовне Толстой, которая была воспитана, как дочь, родной своей теткой, графиней Остерман. Затем Тютчевы поселились в орловской деревне, на зиму переезжали в Москву, где имели собственные дома и подмосковную, – одним словом, зажили тем известным образом жизни, которым жилось тогда так привольно и мирно почти всему русскому зажиточному, досужему дворянству, не принадлежавшему к чиновной аристократии и не озабоченному государственной службой. Не выделяясь ничем из общего типа московских боярских домов того времени, дом Тютчевых – открытый, гостеприимный, охотно посещаемый многочисленной родней и московским светом – был совершенно чужд интересам литературным, и в особенности, русской литературы. Радушный и щедрый хозяин был, конечно, человек рассудительный, с спокойным, здравым взглядом на вещи, но не обладал ни ярким умом, ни талантами. Тем не менее в натуре его не было никакой узкости, и он всегда был готов признать и уважить права чужой, более даровитой природы.

Федор Иванович Тютчев и по внешнему виду (он был очень худ и малого роста), и по внутреннему духовному строю был совершенной противоположностью своему отцу; общего у них было разве одно благодушие. Зато он чрезвычайно походил на свою мать, Екатерину Львовну, женщину замечательного ума, сухощавого, нервного сложения, с наклонностью к ипохондрии, с фантазией, развитой до болезненности. Отчасти по принятому тогда в светском кругу обыкновению, отчасти, может быть, благодаря воспитанию Екатерины Львовны в доме графини Остерман, в этом вполне русском, семействе Тютчевых преобладал и почти исключительно господствовал французский язык, так что не только все разговоры, но и вся переписка родителей с детьми и детей между собой, как в ту пору, так и потом, в течение всей жизни, велась не иначе как по-французски. Это господство французской речи не исключало, однако, у Екатерины Львовны приверженности к русским обычаям и удивительным образом уживалось рядом с церковнославянским чтением псалтырей, часословов, молитвенников у себя, в спальной, и вообще со всеми особенностями русского православного и дворянского быта. Явление, впрочем, очень нередкое в то время, в конце XVIII и в самом начале XIX века, когда русский литературный язык был еще делом довольно новым, еще только достоянием «любителей словесности», да и действительно не был еще достаточно приспособлен и выработан для выражения всех потребностей перенятого у Европы общежития и знания.

В этой-то семье родился Федор Иванович. С самых первых лет он оказался в ней каким-то особняком, с признаками высших дарований, а потому тотчас же сделался любимцем и баловнем бабушки Остерман, матери и всех окружающих. Это баловство, без сомнения, отразилось впоследствии на образовании его характера: еще с детства стал он врагом всякого принуждения, всякого напряжения воли и тяжелой работы. К счастью, ребенок был чрезвычайно добросердечен, кроткого, ласкового нрава, чужд всяких грубых наклонностей; все свойства и проявления его детской природы были скрашены какой-то особенно тонкой, изящной духовностью. Благодаря своим удивительным способностям, учился он необыкновенно успешно. Но уже и тогда нельзя было не заметить, что учение не было для него трудом, а как бы удовлетворением естественной потребности знания. В этом отношении баловницей Тютчева являлась сама его талантливость. Скажем, кстати, что ничто вообще так не балует и не губит людей в России, как именно эта талантливость, упраздняющая необходимость усилий и не дающая укорениться привычке к упорному, последовательному труду. Конечно, эта даровитость нуждается в высшем, соответственном воспитании воли, но внешние условия нашего домашнего быта и общественной среды не всегда благоприятствуют такому воспитанию; особенно же мало благоприятствовали они при той материальной обеспеченности, которая была уделом образованного класса в России во времена крепостного права. Впрочем, в настоящем случае мы имеем дело не просто с человеком талантливым, но и с исключительной натурой – натурой поэта.

Ему было почти девять лет, когда настала гроза 1812 года. Родители Тютчева провели все это тревожное время в безопасном убежище, именно в г. Ярославле; но раскаты грома были так сильны, подъем духа так повсеместен, что даже вдали от театра войны не только взрослые, но и дети, в своей мере, конечно, жили общей возбужденной жизнью. Нам никогда не случалось слышать от Тютчева никаких воспоминаний об этой године, но не могла же она не оказать сильного непосредственного действия на восприимчивую душу девятилетнего мальчика. Напротив, она-то, вероятно, и способствовала, по крайней мере в немалой степени, его преждевременному развитию, – что, впрочем, можно подметить почти во всем детском поколении той эпохи. Не эти ли впечатления детства как в Тютчеве, так и во всех его сверстниках-поэтах зажгли ту упорную, пламенную любовь к России, которая дышит в их поэзии и которую потом уже никакие житейские обстоятельства не были властны угасить?

К чести родителей Тютчева надобно сказать, что они ничего не щадили для образования своего сына и по десятому его году, немедленно «после французов», пригласили к нему воспитателем Семена Егоровича Раича. Выбор был самый удачный. Человек ученый и вместе вполне литературный, отличный знаток классической древней и иностранной словесности, Раич стал известен в нашей литературе переводами в стихах Вергилиевых «Георгию», Тассова «Освобожденного Иерусалима» и Ариостовой поэмы «Неистовый Орланд». В доме Тютчевых он пробыл семь лет; там одновременно трудился он над переводами латинских и итальянских поэтов и над воспитанием будущего русского поэта. Кроме того, он сам писал недурные стихи. В двадцатых годах, – уже после того, как Раич из дома Тютчевых перешел к Николаю Николаевичу Муравьеву, основателю, знаменитого Училища колонновожатых, для воспитания меньшего его сына, известного впоследствии писателя Андрея Николаевича Муравьева», – сделался центром особенного литературного кружка, где собирались Одоевский, Погодин, Ознобишин, Путята и другие замечательные молодые люди, при содействии которых Раич и издал несколько альманахов. Позднее он же два раза принимался издавать журнал «Галатею». Это был человек в высшей степени оригинальный, бескорыстный, чистый, вечно пребывавший в мире идиллических мечтаний, сам олицетворенная буколика, соединявший солидность ученого с каким-то девственным поэтическим пылом и младенческим незлобием. Он происходил из духовного звания; известный киевский митрополит Филарет был ему родной брат.

Нечего и говорить, что Раич имел большое влияние на умственное и нравственное сложение своего питомца и утвердил в нем литературное направление. Под его руководством Тютчев превосходно овладел классиками и сохранил это знание на всю жизнь: даже в предсмертной болезни, разбитому параличом, ему случалось приводить на память целые строки из римских историков. Ученик скоро стал гордостью учителя и уже 14-ти лет перевел очень порядочными стихами послание Горация к Меценату. Раич, как член основанного в 1811 году в Москве Общества любителей российской словесности, не замедлил представить этот перевод Обществу, где, на одном из обыкновенных заседаний, он был одобрен и прочтен вслух славнейшим в то время московским критическим авторитетом – Мерзляковым. Вслед за тем, в чрезвычайном заседании 30-го марта 1818 года, Общество почтило 14-летнего переводчика званием «сотрудника», самый же перевод напечатало в XIV части своих «Трудов». Это было великим торжеством для семейства Тютчевых и для самого юного поэта. Едва ли, впрочем, первый литературный успех не был и последним, вызвавшим в нем чувство некоторого авторского тщеславия.

В этом же 1818 году Тютчев поступил в Московский университет, то есть стал ездить на университетские лекции и сперва – в сопровождении Раича, который, впрочем, вскоре, именно в начале 1819 года, расстался со своим воспитанником.

Со вступлением Тютчева в университет дом его родителей увидел у себя новых, небывалых в нем доселе посетителей. Радушно принимались и угощались стариками и знаменитый Мерзляков, и преподаватель греческой словесности в университете Оболенский, и многие другие ученые и литераторы: собеседником их был 15-летний студент, который смотрел уже совершенно «развитым» молодым человеком и с которым все охотно вступали в серьезные разговоры и прения. Так продолжалось до 1821 года.

В этом году, когда Тютчеву не было еще и 18-ти лет, он сдал отлично свой последний экзамен и получил кандидатскую степень. По всем соображениям родных и знакомых, перед ним открывалась блестящая карьера. Но честолюбивые виды отца и матери мало тревожили душу беспечного кандидата. Предоставив решение своей будущей судьбы старшим, сам он весь отдался своему настоящему. Жаркий поклонник женской красоты, он охотно посещал светское общество и пользовался там успехом. Но ничего похожего на буйство и разгул не осталось в памяти об нем у людей, знавших его в эту первую пору молодости. Да буйство и разгул и не свойственны были его природе: для него имели цену только те наслаждения, где было место искреннему чувству или страстному поэтическому увлечению. Не осталось также, за это время, никаких следов его стихотворческой деятельности: домашние знали, что он иногда забавлялся писанием остроумных стишков на разные мелкие случаи, – и только.

В 1822 году Тютчев был отправлен в Петербург, на службу в Государственную коллегию иностранных дел. Но в июне месяце того же года его родственник, знаменитый герой Кульмской битвы, потерявший руку на поле сражения, граф А. И. Остерман-Толстой посадил его с собой в карету и увез за границу, где и пристроил сверхштатным чиновником к русской миссии в Мюнхене. «Судьбе угодно было вооружиться последней рукой Толстого (вспоминает Федор Иванович в одном из писем своих к брату лет 45 спустя), чтоб переселить меня на чужбину».

Это был самый решительный шаг в жизни Тютчева, определивший всю его дальнейшую участь.

Биографии великих и известных людей

Дата рождения: 23 ноября 1803 года
Дата смерти: 1 июля 1873 года

Место рождения: Орловская губерния Российской империи

Тютчев Федор Иванович – именитый поэт, ставший классиком. Федор Тютчев так же известен как дипломат и публицист.

Федор появился на свет в родовом имении поручика Ивана Николаевича. Мать, Екатерина Львовна, была из дворянского рода Толстых. В семье было трое детей, и все получили достойное образование.

Сначала Федор, как и остальные, находился на домашнем обучении, он обучался латыни и языку Древней Греции под руководством поэта и переводчика С. Раича.

После 14 лет мальчик стал слушателем Московского университета, а через год он стал студентом, продемонстрировав таланты в языках и сочинении. Вскоре 16-летний подросток стал членом серьезного Общества любителей словесности.

Таланты к языкам позволили одаренному молодому человеку получить место в коллегии иностранных дел. Вскоре он был отправлен в Мюнхен, в составе дипмиссии. Занятия литературой, несмотря на успехи в службе, не прекращаются и вскоре наряду со значительным повышением по службе, печатается в самых разных изданиях.

Все нарушает смерть жены дипломата после кораблекрушения. После этого печального события Федор оставляет государственный пост и остается жить за рубежом. После смерти жены Федор сочетается браком с баронессой Дернберг.

Но Федору все-таки пришлось возвратиться на родину в середине 18 века и вновь занять пост при Министерстве иностранных дел. Там его определяют на конфликтную должность старшего цензора.

Только ум и тактичность поэта и дипломата позволили ему не только удержаться на этом посту, но и вскоре стать тайным советником. В этот сложный период творчество как будто замирает, почти десять лет не было создано ни одного произведения. Зато после перерыва появились самые пронзительные творения.

В 1872 году у поэта случается инсульт, он потерял подвижность половины тела и частично потерял зрение. Проблемы со здоровьем нарастали, случился повторный инсульт и в июле 1873 поэт скончался.

Достижения Фёдора Тютчева:

• Является одним из классиков русской словесности
• Соединил русские мотивы и романтические веяния европейской поэзии
• Один из поэтов, воспевавших природу и ее лирику
• Являлся членом-корреспондентом Академии Наук

Даты из биографии Фёдора Тютчева:

• 1803 г. появился на свет
• 1817 г. стал слушателем Московского университета
• 1821 г. окончил обучение в университете
• 1826 г. бракосочетание с Э. Петерсон
• 1838 г. смерть жены
• 1844 г. возвращение на родину
• 1848 г. получение должности старшего цензора
• 1865 г. стал тайным советником
• 1873 г. скончался

Интересные факты Фёдора Тютчева:

• Федор был сердцеедом. Ему удалось добиться взаимности от А. Крюденер, которая до этого отказалась быть пассией Пушкина, Гейне, короля Людвига
• Первая жена Федора имела 4 детей, а после свадьбы с Федором родила еще троих дочерей
• Будучи женатым на Э. Петерсон, Федор завел роман с другой женщиной. После того как об этом стало известно, Элеонора пыталась совершить суицид
• Третья, гражданская жена поэта, была младше его на 23 года

Репрессированный народный фольклор

В настоящее время русское культурное наследие занимает седьмое место в Индексе национальных брендов, основанном на опросах около 20 000 человек в основном из западных стран и Дальнего Востока. Из-за относительно позднего участия России в современной глобализации и международном туризме многие аспекты русской культуры, такие как русские шутки и русское искусство, по-прежнему остаются неизвестными для иностранцев.

Русская культура выросла из культуры восточных славян с их языческими убеждениями и особым образом жизни в лесистых районах Восточной Европы. На русскую культуру большое влияние оказали соседние финно-угорские племена, кочевые народы Понтийской степи и варяги. Принятие христианства в значительной степени определило русскую культуру 2-го тысячелетия нашей эры как синтез славянской и византийской культур. А после падения Константинополя русские остались крупнейшей православной нацией, которая заявила о преемственности византийского наследия в форме идеи Третьего Рима.

Подлинная русская культура уничтожалась или перерабатывалась несколько раз за всю историю. Первый раз она была уничтожена на корню христианством, пожелавшим искоренить из русской души все языческое и представить все так, будто русская культура берет начало от православной Руси, а до крещения ничего не было.

На иллюстрации образец старорусской вышивки с использованием фольклорных мотивов. Подробнее в статье «Русский народный узор»

Последний раз русская культура подверглась настоящим репрессиям в период большевизма. С 1928 года советское правительство начинает критиковать и подвергать цензуре фольклорные исследования на основании того, что фольклор поддерживает царскую систему и буржуазную форму экономики. Особое внимание уделялось цензуре сказок и детской литературы, а вместе с этим и иллюстрации к «старым» сказкам, полагая, что это фантазии и буржуазная бессмыслица.

Чтобы продолжать изучать и развивать национальную русскую культуру, интеллектуалы и художники должны были найти способ оправдать ее ценность для советского общества. В противном случае все было бы уничтожено, ведь книги со сказками уже в 1932 году полностью сняли с книжных полок, и детям было предложено читать книги, посвященные природе и науке.

В 1934 году Максим Горький выступил с речью перед Союзом советских писателей, утверждая, что фольклор можно сознательно использовать для продвижения коммунистических ценностей. Помимо изложения художественной ценности фольклора, он подчеркнул, что традиционные легенды и сказки показывают идеальные, ориентированные на общины персонажи, которые являются образцом советского гражданина. Горький утверждал, что фольклор ориентирован на рабочий образ жизни и не может существовать без прямого вклада рабочего класса. Кроме того, по мысли Горького, фольклорные персонажи выражают высочайший уровень оптимизма, и поэтому побуждают к позитивному мышлению.

Вслед за Максимом Горьким руководитель фольклорного отдела Союза советских писателей Юрий Соколов также утверждал, что фольклор — это традиция именно трудящихся и, следовательно, может использоваться для мотивации и вдохновления коллективных проектов пролетариата. Потому что персонажи русских народных сказок почти всегда оказываются на пути самопознания, процесса, который заставлял их ценить себя не как личность, а скорее как неотъемлемую часть общего целого.

Посчитав аргументы Горького и Соколова убедительными, советское правительство озаботилось сбором и оценкой фольклора со всей страны. Стали отбираться конкретные истории, которые в достаточной мере способствовали коллективистскому духу и показывали преимущества советского общества. Так сформировалась пропаганда, в том числе пропаганда советского национализма, которая гарантировала, что в средства массовой информации поступят соответствующие версии сказок и иллюстраций к ним. Утвержденные советским правительством былины и сказки вскоре дополнились и соответствующей живописью.

Особенностью произведений такого искусства являлся контраст между жалкой жизнью в царской России и «улучшенной» под руководством Сталина. Персонажи, как сказок, так и картин, представляли собой тождества, за которым должен стремиться советский гражданин. Герой советской сказки — изображение преобразованного и улучшенная версия среднего гражданина Советского Союза. Антигероями в новом искусстве стали белые и их лидер по имени Идолище, чудовищный кумир, изначально эквивалент царя. Белые, конечно же, представлялись дурачками, застойными капиталистами, а советские граждане слыли непобедимыми героями.

На иллюстрации образы Илья Муромца, расправляющегося с Идолищем Поганым. Слева обычная, справа — конъюнктурный образ Идолища в образе китайца монгольской династии. Очевидно, этот образ создавался в период советско-китайского противостояния при Хрущеве (прим. 1956 — 1969 гг.).

К счастью после смерти Сталина в 1953 году новый фольклор не получил развития, не перешел в традицию и вскоре забылся. Сегодня он считается псевдофольклором, псевдоискусством, а из сохранившихся образцов имя Сталина исключено.

Выводы, напрашивающиеся сами собой.

Все известные нашему поколению русские народные сказки не являются подлинными, но переписанными исходя из политической конъюнктуры в сталинскую эпоху. Помимо вновь придуманных социалистических сказочных образов, например, Маршака, нам остались лишь сказки Пушкина, былины о трех богатырях и, возможно, пара десятков безобидных Аленушек с братцами Иванушками.

Новейшая история России, думается, также будет полна репрессий, признаки которой проявляются уже сейчас. Например, уже запрещена часть символов нашей древнейшей истории на основании, якобы, того, что они нацистские. Первый символ, конечно же свастика. Но наберите в поиске «Флаг Джайнов» и «статуя Будды со свастикой».

Вместе с репрессиями и запретами теряется часть не только исконно русской, но и мировой культуры.

Федор Иванович Тютчев

Федор Иванович Тютчев – замечательный русский поэт, живший в 19 веке, во времена расцвета русской культуры.

В своем творчестве Федор Тютчев воспел во всей красе красоту русской природы, не обошел вниманием поэт и любовную лирику. Многие знают Тютчева, прежде всего по строкам – «Умом Россию не понять…»

Федор Иванович родился в конце ноября 1803 года, в Орловской губернии Российской Империи, в семье дворянина. Получил хорошее домашнее образование, с детских лет проявлял тягу к учебе, а окружающие подмечали незаурядный интеллект мальчика.

Обучением Федора занимался поэт Раич. Раич рассказывал ему об античной и итальянской литературе. Будучи 12 летним мальчиком, Тютчев во всю занимался переводами под чутким руководством своего наставника. Он переводил произведения итальянских писателей.

В 1819 году Федор Иванович Тютчев решил продолжить свое обучение, но уже в университете. Поэт поступил на факультет словесности в Московский Университет.

Здесь он знакомится с лучшими умами современности. В студенческие годы Федор Иванович активно пишет стихи.

Спустя два года, обучение было окончено и Иван начал работать в коллегии иностранных дел в столице Российской Империи. Через год Федор Тютчев получил новое назначение и был отправлен в составе русской дипмиссии в Мюнхен.

За границей Тютчев чувствует себя прекрасно. В Германии он подружился с Гейне и Шеллингом. Занимался переводами произведений крупнейших немецких авторов на русский язык. Так же он активно занимался творчеством, его стихи печатались в Российской Империи.

В 1836 году в биографии поэта произошло большое событие. Стихи Федора Тютчева были опубликованы в журнале «Современник». После публикации к нему пришла известность. Федор Иванович отличался славянофильскими взглядами, за что заслужил уважение императора Николая I.

Поэт написал несколько известных статей про историческую роль России. Он считал, что судьбу человечества определит противостояние Российской Империи и революции. Отчасти эти мысли можно назвать пророческими.

В 1844 году Федор Тютчев возвращается на Родину. Спустя четыре года стал работать в министерстве иностранных дел в Столице, а спустя 10 лет стал председателем комитета иностранной цензуры. Федо Иванович был значимой фигурой в общественной жизни столицы Российской Империи. Он был прекрасным собеседником, отличался блестящим чувством юмора.

Афоризмы Тютчева были у всех на слуху. Вот, что например, Тютчев сказал о русской истории: — «История России до Петра I – одна панихида, после – сплошное уголовное дело», а вот мнение Тютчева о революции: — «Весна единственная революция, которая всегда имеет успех». Интересные мысли, не правда ли?

Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Добавить комментарий

;-) :| :x :twisted: :smile: :shock: :sad: :roll: :razz: :oops: :o :mrgreen: :lol: :idea: :grin: :evil: :cry: :cool: :arrow: :???: :?: :!: