Евангельский смысл басен Крылова

13 февраля — день рождения русского поэта, баснописца, писателя, переводчика И.А. Крылова.

Иван Андреевич Крылов был сотрудником Императорской Публичной библиотеки, Статским Советником, Действительным членом Императорской Российской академии, ординарным академиком Императорской Академии наук по Отделению Русского языка и словесности. Он написал более 200 басен с 1809 по 1843 год, они вышли в свет в девяти частях и переиздавались очень большими по тем временам тиражами. Популярность Крылова на родине превосходила все мыслимые пределы. По его басням учились грамоте представители высших сословий и дети из простых семей. Тиражи произведений Ивана Андреевича многократно превышали тиражи сочинений современных ему писателей и поэтов. Многие выражения из басен Крылова вошли в русский язык как крылатые слова.

В одной не так уж толстой книжке
Сошлись лягушки, рыбаки,
Ослы, медведи и мартышки,
Разбойники и мужики.
Тут Моська, Лебедь, Рак и Щука,
Тут Тришка и Демьян с ухой, –
Всё для того, чтобы наука,
Как жить, не сделалась сухой.
Чтоб в полусказочном обличье
Живее басенка была,
Чтобы евангельская притча
Вернее на душу легла.

Монах Лазарь (Афанасьев)

И.А. Крылов родился в Москве в 1769 году. Детство его и отрочество прошли в тяжёлых условиях. После смерти отца Крыловы жили в глубокой нищете. Андрей Прохорович Крылов, отец будущего писателя, был армейским офицером. Своему сыну он оставил в наследство солдатский сундучок с книгами. Мать Крылова, Мария Алексеевна, не знала грамоты, но была добра и умна от природы. Она ходила читать и отпевать покойников в богатые дворянские и купеческие дома, а будущий баснописец начал служить в одном из казённых учреждений «подканцеляристом», рано познакомился с судейским произволом, взяточничеством, крючкотворством, унизительной атмосферой человеческого бесправия.

Будущий баснописец не учился в школе. Но в нём жила жажда знаний, а способностями он обладал исключительными. Он самоучкой овладел языками, математикой и стал высокообразованным для своего времени человеком.

Жизнь не баловала Крылова, и каждый шаг к успеху давался ему не даром. Крылов писал комедии для театра, выпускал журнал «Зритель». Кроме того, он прекрасно играл на скрипке, хорошо рисовал. Но именно басня сделала его известным.

Басни Крылова знают все. Их слушали, когда ещё не умели читать. Их изучали в школе. Каждого человека они просто и ненавязчиво обучали основам морали.

Незамысловатые, на первый взгляд, истории, живо и ярко написанные писателем, сочувственно воспринимаются всеми от мала до велика. Но не всеми понимаются до конца: за простыми словами кроется необычайно глубокое понимание мироустройства.

Басня «Ларчик»

Именно глубинной основе басен Крылова посвящён не так давно изданный «Международным Фондом единства православных народов» сборник статей о творчестве замечательного русского баснописца: «И.А.КРЫЛОВ И ПРАВОСЛАВИЕ». Писатели и священники, современники баснописца и наши современники, стремились понять и объяснить феномен крыловских басен, которые не только не устарели, но и нашли новые подтверждения своей справедливости во множестве событий, произошедших за полтора века.

Так архиепископ Иоанн Сан-Францисский (Шаховской) в своей статье «Религиозное сознание в русской литературе. Крылов» пишет, что Крылов «подобен восточному мудрецу, загадывающему людям загадки, чтобы людей этих научить и вразумить. Истину своего литературного служения он сам назвал «истиною вполоткрыта». Было бы неверно думать, что истина «вполоткрыта» есть полуистина. Нет, это полная истина, только «засвеченная малым огоньком», чтобы не поранить больных, привыкших к нравственной тьме и к полутьме душевных глаз человека, не выносящих яркого света. Один крыловский современник так оценил творчество Крылова: «ты, любезный тятенька, пишешь это для всех: для малого, для старого, для ученого и простого. Басни твои – это не басни, а Апостол». Простодушный читатель угадал нечто глубокое.

С удивительной простотой и силой в басне «Василёк» раскрыта притча о Господе Боге и человеке, которого из-за его слабости и незначительности окружающие унижают, считают недостойным благ мира. Но солнце Божие одинаково светит на всех людей, на все цветы творения, взращивая их и животворя:

О вы, кому в удел судьбою дан
Высокий сан!
Вы с солнца моего пример себе берите!
Смотрите:
Куда лишь луч его достанет, там оно
Былинке ль, кедру ли – благотворит равно,
И радость по себе и счастье оставляет.

В басне «Лань и Дервиш» Крылов раскрывает существо истинной любви – бескорыстие:

Младая Лань, своих лишась любезных чад,
Ещё сосцы млеком имея отягченны,
Нашла в лесу двух малых волченят
И стала выполнять долг матери священный,
Своим питая их млеком.
В лесу живущий с ней одном,
Дервиш, её поступком изумленный:
«О безрассудная! — сказал, — к кому любовь,
Кому своё млеко ты расточаешь?
Иль благодарности от их ты роду чаешь?
Быть может, некогда (иль злости их не знаешь?)
Они прольют твою же кровь».
«Быть может, — Лань на это отвечала, —
Но я о том не помышляла
И не желаю помышлять:
Мне чувство матери одно теперь лишь мило.

Так Крылов показал, что для существа доброго творить добро всем есть радость, а не творить добра – мучение; что смысл всей жизни в этой бескорыстной, переливающейся чрез край любви.

Чтобы понять религиозную мудрость Крылова, вспомним ещё одну его басню — «Безбожники».

В ней рассказывается об одном народе, который «к стыду земных племён» до того «в сердцах ожесточился», что против самого неба вооружился. Но Хозяин земли и неба говорит: «Подождём». Если эти люди не угомонятся в своём воинственном неверии и будут упорствовать — то они, сами собою, «от дел своих казнятся».

Владимир Одоевский, произнося 2 февраля 1838 года тост на историческом обеде, посвящённом 50-летию литературной деятельности И.А. Крылова, сказал: «Я принадлежу к тому поколению, которое училось читать по Вашим басням и до сих пор перечитывает их с новым, всегда свежим наслаждением». Это сказано о поколении, к которому принадлежат и многие декабристы, и государь Николай Павлович, и Александр Пушкин. Вероятно, неспроста Николай I как-то на Новый год подарил наследнику бюст баснописца.

Басня «Слон на воеводстве»

Оптинские старцы почитали басни Ивана Крылова и не раз наставляли своих духовных чад высказываниями из них. Так архимандрит Агапит (Беловидов) в жизнеописании преподобного старца Амвросия Оптинского пишет, что в хибарке старца, в комнате его келейника, лежала книга басен Крылова.

Батюшка Амвросий часто среди дня, во время приёма множества людей входил в комнату своего келейника отца Иосифа и здесь наскоро обедал. При этом просил прочитать вслух одну-две басни Крылова. Читали те, кто присутствовал здесь в это время, – посетитель или посетительница. Батюшка любил басни Крылова, находя их нравственными, и часто для преподавания своих мудрых советов прибегал к ним. Так он велел одной посетительнице, монахине из Шамординского монастыря, прочесть вслух басню под заглавием «Ручей»:

Как много ручейков текут так смирно, гладко
И так журчат для сердца сладко,
Лишь только оттого, что мало в них воды!

А в 1877 году преподобный Анатолий Оптинский (Зерцалов) писал одной из своих духовных чад: «Вспомни молодого коня Крылова: не только других, но и себя-то не мог понимать. А как начало подталкивать делом-то – то в бок, то в зад, – ну и показал сноровку, за которую и поплатились хозяйские горшки». Это конь из басни «Обоз»:

Как в людях многие имеют слабость ту же:
Всё кажется в другом ошибкой нам;
А примешься за дело сам,
Так напроказишь вдвое хуже.

В другой раз преподобный Анатолий написал в Елец одной юнице, бывшей его духовным чадом и собиравшейся в монастырь: » И Крылов, светский писатель, сказал свою «Стрекозу» не тебе одной и не мне, а всему свету, то есть кто пропляшет лето, тому худо будет зимою. Кто во цвете лет не хочет заняться собою, тому нечего ждать при оскудении сил и при наплыве немощей и болезней».

Глубокая христианская мысль заключена в басне «Сочинитель и Разбойник», где Сочинитель, который…

…тонкий разливал в своих твореньях яд,
Вселял безверие, укоренял разврат,
Был, как Сирена, сладкогласен,
И, как Сирена, был опасен, —

получил после своей смерти в аду большее наказание, нежели грабитель с большой дороги. И писатель кричит среди мученья, что…

… славой он наполнил свет
И ежели писал немножко вольно,
То слишком уж за то наказан больно;
Что он не думал быть Разбойника грешней.

Однако если греховные дела Разбойника закончились с его смертью, то «яд творений» Сочинителя «не только не слабеет, // Но, разливаяся, век от веку лютеет».

Вот почему ему вынесен более строгий приговор:
Смотри на злые все дела
И на несчастия, которых ты виною!
Вон дети, стыд своих семей,—
Отчаянье отцов и матерей:
Кем ум и сердце в них отравлены?— тобою.

Читая сочинения Крылова, невольно задумываешься над тем, что, возможно, именно христианский смысл его басен делает его произведения бессмертными. Так будем же чаще прикасаться к этому «некрадомому богатству».

Елена Добронравова

Приходской вестник храма святого великомученика и целителя Пантелеимона
Пантелеимоновский благовест, №2(180)

© 2010-2020 Пантелеимоновский Благовест

Местная религиозная организация православный приход Пантелеимоновского храма
г. Жуковского Московской области Московской епархии Русской Православной Церкви

Обличительная мораль и жизнеутверждающая традиция басен Ивана Крылова

Знаменательной вехой в развитии русской литературы первой трети XIX явилось басенное творчество И.А. Крылова, одного из крупнейших и самобытнейших писателей своего времени. Его творчество таит в себе такое огромное богатство, к которому следует постоянно обращаться и из которого можно бесконечно черпать, «особенно в эпохи нравственных оскудений и художественного упадка».

«Свой» жанр Крылов искал долго и трудно. Но именно в баснях раскрылся во всей полноте сатирический талант Крылова. За сорок лет им было написано более

Басни Крылова – способ народного мышления, мудрость народа, его житейская философия. Слово в баснях Крылова – средство выражения народной смекалки, национальной самобытности русского мужика.

Только в баснях Крылова мы встречаемся с подлинно народными, реалистическими традициями басенного творчества: у Крылова персонажи являются типическими, обобщающими образами, в них ярко отражены человеческие пороки.

Белинский писал: «Самые олицетворения в басне должны быть живыми, поэтическими образами». У Крылова всякое животное имеет свой индивидуальный характер -и проказница-мартышка,

Столкновение этих животных у Крылова всегда образует маленькую драму, где каждое лицо существует само по себе, а все вместе образуют одно общее целое. Это еще с большею характерностью, более типически и художественно совершается в тех баснях, где героями выступают толстый откупщик, который не знает, куда ему деваться от скуки со своими деньгами, и бедный, но довольный своей участью сапожник; повар – любитель морали; недоученный философ, оставшийся без огурцов от излишней учености; мужики-политики и другие персонажи. Тут уже настоящая комедия!

«Звериный маскарад» еще более усиливает сатирический комизм басни, придавая ей гротескную остроту. Животные, наделенные свойствами людей, лишь подчеркивают нелепость и комизм ситуаций. «Простодушное» восприятие их проделок делает еще более смешными поведение и речи басенных персонажей.

Баснописцем выведены сказочные звери, но, несмотря на это, настолько естественны их разговоры, настолько реальны и правдоподобны все отношения между персонажами, лишь слегка завуалированные условностью басенного сюжета. Более того, именно этот элемент сказочной фантастики придает особую остроту сатире, превращая повседневное, обычное в гиперболический гротеск.

Обратимся к одному из маленьких шедевров Крылова – его басне «Квартет. Поводом к ее созданию явилось желание Крылова осмеять образование Государственного совета с его четырьмя департаментами, возглавляемыми Завадовским, Лопухиным, Аракчеевым и Мордвиновым.

Басня приобрела широкое сатирическое значение, высмеивая любую бюрократическую затею. Смешна комичная самоуверенность Мартышки, убежденной, что она в состоянии создать квартет из зверей, никогда никакого отношения к музыке не имевших. Все они очень серьезно взялись за дело, вовсе не представляя себе, что для игры на музыкальном инструменте мало одного желания, нужно еще и умение. Мартышка же уверена, что вся беда в том, что исполнители не так сидят:

Стой, братцы, стой! – кричит Мартышка. – Погодите!

Как музыке идти? Ведь вы не так сидите.

Ты с басом, Мишенька, садись против альта;

Я, прима, сяду против вторы;

Тогда пойдет уж музыка не та:

У нас запляшут лес и горы!

В басне «Две собаки» разыгрывается сценка-диалог между дворовым псом Барбосом, честно несущим, несмотря на лишения, свою сторожевую службу, и изнеженным барским любимцем Жужу. В честном труженике Барбосе и избалованном подхалиме Жужу легко узнаются людские типы. В диалоге звучат два голоса – простой, откровенный Барбоса и хвастливый, изнеженный Жужу, развязно и самодовольно повествующего о своих успехах:

Ну что, Жужутка, как живешь

С тех пор как господа тебя в хоромы взяли?

Ведь помнишь: на дворе мы часто голодали.

Какую службу ты несешь?

Жужу, разоткровенничавшись, отвечает:

«Чем служишь! Вот прекрасно! – С насмешкой отвечал Жужу. – На задних лапках я хожу».

Здесь предельно выразительно показан подхалим, лодырь и бездельник, который благодаря своему угодничеству перед сильными мира сего попадает «в случай», тогда как честный труженик обречен на голод и холод. Поэтому вывод, который дается от имени автора:

Как счастье многие находят

Лишь тем, что хорошо на задних лапках ходят! –

почти излишен. Характеры говорят сами за себя.

Открытием Крылова в басенном жанре и было это создание характеров. В этом отношении он также шел от драматургии, комедии. «На театре должно нравоучение извлекаться из действия», – подчеркивал Крылов в одной из своих рецензий. Этот же принцип он применил и по отношению к басне.

Для сравнения обратимся к басне на тот же сюжет П. А. Вяземского. Если у Крылова показана комическая сценка, персонажи которой раскрываются в диалоге, то у Вяземского басня выглядит эпиграммой, намечающей лишь общую ситуацию, В басне Вяземского «Две собаки», возможно, послужившей зерном и для басни Крылова, диалог сведен к минимуму, отсутствуют те бытовые подробности, то самораскрытие персонажей через их речь, которые столь важны для басни Крылова:

«За что ты в спальне спишь, а зябну я в сенях?» -У Мопса жирного спросил кобель курчавый. «За что? – тот отвечал, – вся тайна в двух словах: Ты в дом для службы взят, а я взят для забавы».

Драматизм басни Крылова, ее «сценичность» особенно наглядны в басне «Демьяновауха», часто представляемой «в лицах». Басня прямо начинается с диалога, с «действия», в котором раскрываются характеры персонажей, настолько жизненные, что перед читателем не возникает никакого вопроса о «морали», о дидактическом поучении:

-Соседушка, мой свет!

Соседушка, я сыт по горло.

Еще тарелочку; послушай: Ушица, ей-же-ей, на славу сварена!

Мы словно нечаянно ворвались в чужой спор. Сват Демьян угощает с необыкновенной широтой и радушием соседа Фоку «на славу» сваренной ухой. Эта сцена выхвачена из жизни: и не в меру гостеприимный и настойчивый Демьян, и послушный Фока, опасающийся обидеть хозяина и через силу съедающий «три тарелки». Как тонко и психологически точно нарисованы характеры персонажей: безвольного Фоки и настойчивого, напористого Демьяна. В начале басни Демьян выглядит просто радушным хозяином, хлебосолом, широкой натурой, любящей показать свою щедрость. Но уже после третьей тарелки, когда в ответ на жалобное замечание Фоки: «Я три тарелки съел» – Демьян ласково замечает: «И, полно, что за счеты: лишь стало бы охоты…» – он становится деспотом и мучителем. Фока не может отказать хозяину, он пересиливает себя, боясь показаться невежливым и неблагодарным, хотя уха стала для него настоящим мучением:

А с Фоки уже давно катился градом пот.

Однако же еще тарелку он берет…

Этот забавный поединок между Демьяном и Фокой кончается бегством последнего, так и не выдержавшего хлебосольства Демьяна.

Обличая ханжество, лицемерие, Крылов не становится в позу «ритора», подобно его Повару в басне «Кот и Повар». Он прибегает к иронии, издевке, больно хлещет ханжу за его елейную, показную благонамеренность. Так в ядовитейшей басне «Музыканты» Крылов не обличает, не осуждает, а лишь рисует картину такой благонамеренной идиллии, которая на поверку оказывается надувательством. Ведь трезвость и «прекрасное поведенье» певцов еще не означает, что они музыкально одарены. Умиление хозяина перед своими непьющими, но бездарными певцами показано с уничтожающей иронией, благодаря этому басня не стареет и актуальна и сейчас. Заключительное замечание:

А я скажу: по мне, уж лучше пей, Да дело разумей… –

четко расширяет, обобщает смысл басни.

Мораль здравого смысла, житейской истины, подтвержденной практикой, сохранила свое значение и поныне.

Такие басни, как «Мельник», «Тришкин кафтан», «Свинья под дубом», «Два Мужика» высмеивают нерадивость, легкомыслие, пьянство, неблагодарность и тому подобные пороки и слабости людей.

Одной из больших удач Крылова следует признать характеры в баснях о людях, где писатель не связан традиционными звериными масками. Такая басня, как «Кот и Повар», безотносительно к ее историческому смыслу, связанному с событиями, непосредственно предшествовавшими Отечественной войне 1812 года, создает типический образ любителя празднословия, «моралиста», который свое красноречие черпает в вине. Сколько ярких красок и оттенков рассыпано в басне: Повар здесь и «грамотей», и «набожных правил», хотя тут же иронически добавлено, что он «в этот день» «по куме тризну правил», почему и забежал с поварни в кабак. Вместе с тем Повар не только пьяница и любитель поучительных увещеваний, но и напыщенный и ограниченный фразер, не замечающий бесплодности своих речей. Так выпукло и ярко предстает перед читателями этот характер.

Басенный мир Крылова представляет собой широкое социальное полотно. Его персонажи не просто типические характеры, а представители различных социальных «сфер» и сословий: придворной знати в баснях «Вельможа», «Вельможа и Философ», финансовой верхушки в баснях «Откупщик и Сапожник», «Мешок», «Богач и Поэт»; судейских в баснях «Щука», «Крестьянин и Овца»; крестьянства в баснях «Два Мужика», «Хозяин и Работник».

Крыловские басни -жанр сюжетный, в котором развитие действия и его повороты играют первостепенную роль. В сюжете заключено действие, движение басни, взаимоотношения ее персонажей. Через сюжет одновременно осуществляется и выражение ее морали, ее внутреннего смысла, ее «души».

Начинаясь с ввода в самое действие – с диалога персонажей или монолога, – сюжет развивается так, что в самом конце басни происходит резкое его изменение, своего рода «катастрофа», или, как принято у ряда авторов, «пуант», острота, «шпилька». Нагнетание действия здесь неожиданно прерывается короткой фразой, остроумной репликой, становящейся «ударным» местом басни, переосмысляющим все предыдущее развитие сюжета.

Такой «пуант» может завершать басню, может находиться несколько раньше, чем ее окончание, но чаще всего является последними (или последним) заключительными стихами. Он освещает новым светом все содержание басни, подлинный смысл событий и действий, о которых говорилось ранее.

Вместе с тем «пуант» не отменяет моралистической концовки (или зачина) от автора, хотя во многих случаях окончательное мнение автора совпадает с ним, и тогда особая мораль отсутствует. В басне «Зеркало и Обезьяна» басенный «пуант» – совет Медведя кривляющейся перед зеркалом Обезьяне, которая осуждает за это своих подруг, – не только раскрывает смысл басни, но и отменяет моралистическую концовку:

Чем кумушек считать трудиться,

Не лучше ль на себя, кума, оборотиться?

Чаще всего подобный «пуант» завершает развитие басенного сюжета, знаменует «катастрофу», крушение ложного представления о действительности самих персонажей. В отдельных случаях это реплика одного из персонажей басни, за которой скрывается сам автор. Так, в басне «Квартет» вслед за подробным описанием неудачной затеи Мартышки и споров участников квартета прилетевший Соловей разрешает их споры приговором:

Чтоб музыкантом быть, так надобно уменье

И уши ваших понежней, –

Им отвечает Соловей, –

А вы, друзья, как ни садитесь,

Все в музыканты не годитесь.

Или реплика Осла в басне «Слон в случае»:

А я так отгадал –

Без длинных бы ушей он в милость не попал.

При всей своей глупости Осел, сам обладатель длинных ушей, попал в цель: ведь других достоинств у Слона действительно не было.

Однако в принципе эти « пуанты » не заменяют морали автора, которая чаще всего отделена от сюжета басни и дается в качестве самостоятельного дополнения. В басне «Осел и Мужик» рассказывается об Осле, которого Мужик нанял гонять с огорода ворон и воробьев. Осел при всех своих хороших намерениях, гоняя птиц, истоптал весь огород. Басня имеет свой «пуант»:

Увидя тут, что труд его пропал,

Крестьянин на спине ослиной

Убыток выместил дубиной.

Однако баснописец этим не ограничился и добавил от себя «мораль»:

А я скажу, не с тем, чтоб за Осла вступаться:

Он, точно, виноват (с ним сделан и расчет),

Но, кажется, не прав и тот,

Кто поручил Ослу стеречь свой огород.

В басне «Муравей, речь идет о Муравье «силы непомерной», который ею прославился в своем муравейнике. Но честолюбивый Муравей, забивший свою голову речами земляков о его силе, возгордясь, решил «в город показаться», «чтоб силой там повеличаться». Однако, попав в город на телеге с сеном, Муравей, сколько ни старался обратить на себя внимание, остался незамеченным:

Возможно ль, что меня никто не примечает,

Как ни тянусь я целый час;

А, кажется, у нас

Меня весь муравейник знает.

В сущности, уже из этих слов ясна мораль басни, но Крылов добавляет особую моралистическую концовку.

В баснях Крылова наличествует в самом сюжете момент перелома событий – «пуант», «катастрофа», которая в корне меняет положение дел, заставляет читателя (или слушателя) переоценить заново все, что говорилось до этого. Этот «пуант» в отдельных случаях может совпадать с моралистическим заключением басни, но чаще всего независим от него. Он не содержит обобщения, его цель – завершить развитие сюжета неожиданным поворотом событий.

В основе сюжетного строения и – шире – в структуре басни заложена антитеза, противопоставление. Через «реальный», сюжетный строй просвечивает аллегорический – моралистический или сатирический – план. Персонажи басен, будь то звериные маски или люди, действуют по-своему, в сфере своих забот и интересов.

Басни великого русского баснописца Крылова сопровождают читателя на протяжении всей его сознательной жизни и с интересом воспринимаются в любом возрасте.

Крылов живет среди нас, «как живой с живыми говоря». Образы и крылатые строки его басен детских лет запечатлелись Б нашем сознании. Они вошли в наш разговорный язык, стали пословицами: «Хоть видит око, да зуб неймет», «Беда, коль пироги начнет печи сапожник», «Кукушка хвалит Петуха за то, что хвалит он Кукушку»…

Мы отдаем дань И. А. Крылову не только как гениальному писателю, утвердившему и прославившему любимый народом жанр, мы ценим его крыловскую, жизнеутверждающую традицию, воспринятую нашей русской литературой, нашим театром и даже изобразительным искусством.

Евангельский смысл басен Крылова

Басня – краткий рассказ, чаще всего в стихах, главным образом сатирического характера. Басня – жанр иносказательный, поэтому за рассказом о вымышленных персонажах (чаще всего о зверях) скрываются нравственные и общественные проблемы.

Возникновение басни как жанра относится к V веку до нашей эры, а создателем ее считается раб Эзоп (VI–V вв. до н.э.), который не имел возможности по-иному высказывать свои мысли. Эта иносказательная форма выражения своих мыслей и получила впоследствии название «эзопова языка». Лишь около II века до н. э. басни стали записывать, в том числе и басни Эзопа. В античную эпоху известным баснописцем был древнеримский поэт Гораций (65–8 до н.э.).

В литературе XVII–XVIII веков античные сюжеты подверглись обработке.

В XVII веке французский писатель Лафонтен (1621–1695) вновь возродил жанр басни. В основе многих басен Жана де Лафонтена лежит сюжет басен Эзопа. Но французский баснописец, используя сюжет античной басни, создает новую басню. В отличие от античных авторов, он размышляет, описывает, осмысливает происходящее в мире, а не строго наставляет читателя. Лафонтен сосредоточен скорее на чувствах своих героев, чем на нравоучении и сатире.

В Германии XVIII века к жанру басни обращается поэт Лессинг (1729–1781). Как и Эзоп, он пишет басни прозой. У французского поэта Лафонтена басня являлась грациозной новеллой, богато орнаментированной, «поэтической игрушкой». Это был, говоря словами одной басни Лессинга, охотничий лук, в такой степени покрытый красивой резьбой, что он потерял свое первоначальное назначение, сделавшись украшением гостиной. Лессинг объявляет литературную войну Лафонтену: «Повествование в басне, – пишет он, – . должно быть сжато до предельной возможности; лишенная всех украшений и фигур, она должна довольствоваться одной только ясностью» («Abhandlungen uber die Fabel» – Рассуждения о басне, 1759).

В русской литературе основы национальной басенной традиции заложил А.П.Сумароков (1717–1777). Его поэтическим девизом были слова: «Доколе дряхлостью иль смертью не увяну, Против пороков я писать не перестану. «. Вершиной в развитии жанра стали басни И.А.Крылова (1769–1844), вобравшие в себя опыт двух с половиной тысячелетий. Кроме того, существуют иронические, пародийные басни Козьмы Пруткова (А.К. Толстой и братья Жемчужниковы), революционные басни Демьяна Бедного. Советский поэт Сергей Михалков, которого юные читатели знают как автора «Дяди Степы», возродил басенный жанр, нашёл свой интересный стиль современной басни.

Одной из особенностей басен является аллегория: через условные образы показывается определенное социальное явление. Так, за образом Льва часто угадываются черты деспотизма, жестокости, несправедливости. Лиса – синоним хитрости, лжи и коварства.

В конце басни (иногда в начале) автор помещает небольшое изречение, в котором заключена главная мысль, т.е. мораль, обращенная к читателю

Следует выделить такие особенности басни:
а) мораль;
б) аллегорический (иносказательный) смысл;
в) типичность описываемой ситуации;
г) характеры-персонажи;
д) осмеяние человеческих пороков и недостатков.

В.А.Жуковский в статье «О басне и баснях Крылова» указал четыре главные особенности басни.
Первая черта басни – особенности характера, то, чем одно животное отличается от другого: «Животные представляют в ней человека, но человека в некоторых только отношениях, с некоторыми свойствами, и каждое животное, имея при себе свой неотъемлемый постоянный характер, есть, так сказать, готовое и для каждого ясное изображение как человека, так и характера, ему принадлежащего. Вы заставляете действовать волка – я вижу кровожадного хищника; выводите на сцену лисицу – я вижу льстеца или обманщика. «. Так, Осел олицетворяет глупость, Свинья – невежество, Слон – неповоротливость, Стрекоза – легкомыслие. По мнению Жуковского, задача басни – помочь читателю на простом примере разобраться в сложной житейской ситуации
Вторая особенность басни, пишет Жуковский, заключается в том, что «перенося воображение читателя в новый мечтательный мир, вы доставляете ему удовольствие сравнивать вымышленное с существующим (которому первое служит подобием), а удовольствие сравнения делает и самую мораль привлекательною». То есть читатель может оказаться в незнакомой ситуации и прожить ее вместе с героями.
Третья особенность басни – нравственный урок, мораль, осуждающая отрицательное качество персонажа. «Басня есть нравственный урок, который с помощью скотов и вещей неодушевленных даете вы человеку; представляя ему в пример существа, отличные от него натурою и совершенно для него чуждые, вы щадите его самолюбие, вы заставляете его судить беспристрастно, и он нечувствительно произносит строгий приговор над самим собою», – пишет Жуковский.
Четвертая особенность – вместо людей в басне действуют предметы и животные. «На ту сцену, на которой привыкли мы видеть действующим человека, выводите вы могуществом поэзии такие творения, которые в существенности удалены от нее природою, чудесность, столь же для нас приятная, как и в эпической поэме действие сверхъестественных сил, духов, сильфов, гномов и им подобных. Разительность чудесного сообщается некоторым образом и той морали, которая сокрыта под ним стихотворцем; а читатель, чтобы достигнуть до этой морали, согласен и самую чудесность принимать за естественное.»

Евангельский смысл

В одной не так уж толстой книжке

Сошлись лягушки, рыбаки,

Ослы, медведи и мартышки,

Разбойники и мужики.

Тут Моська, Лебедь, Рак и Щука,

Тут Тришка и Демьян с ухой, –

Всё для того, чтобы наука,

Как жить, не сделалась сухой.

Чтоб в полусказочном обличье

Живее басенка была,

Чтобы евангельская притча

Вернее на душу легла.

Монах Лазарь (Афанасьев)

13 февраля 2014 года исполняется 245 лет со дня рождения русского поэта, баснописца, писателя, переводчика И.А. Крылова.

Иван Андреевич Крылов был сотрудником Императорской Публичной библиотеки, Статским Советником, Действительным членом Императорской Российской академии, ординарным академиком Императорской Академии наук по Отделению Русского языка и словесности. Он написал более 200 басен с 1809 по 1843 год, они вышли в свет в девяти частях и переиздавались очень большими по тем временам тиражами.

Популярность Крылова на родине превосходила все мыслимые пределы. По его басням учились грамоте представители высших сословий и дети из простых семей. Тиражи произведений Ивана Андреевича многократно превышали тиражи сочинений современных ему писателей и поэтов. Многие выражения из басен Крылова вошли в русский язык как крылатые слова.

Крылов И.А родился в Москве в 1769 году.

Детство его и отрочество прошли в тяжёлых условиях. После смерти отца Крыловы жили в глубокой нищете. Андрей Прохорович Крылов, отец будущего писателя, был армейским офицером. Своему сыну он оставил в наследство солдатский сундучок с книгами. Мать Крылова, Мария Алексеевна, не знала грамоты, но была добра и умна от природы. Она ходила читать и отпевать покойников в богатые дворянские и купеческие дома, а будущий баснописец начал служить в одном из казённых учреждений «подканцеляристом», рано познакомился с судейским произволом, взяточничеством, крючкотворством, унизительной атмосферой человеческого бесправия.

Будущий баснописец не учился в школе. Но в нём жила жажда знаний, а способностями он обладал исключительными. Он самоучкой овладел языками, математикой и стал высокообразованным для своего времени человеком.

Жизнь не баловала Крылова, и каждый шаг к успеху давался ему непросто. Крылов писал комедии для театра, выпускал журнал «Зритель». Кроме того, он прекрасно играл на скрипке, хорошо рисовал. Но именно басня сделала его известным.

Басни Крылова знают все. Их слушали, когда ещё не умели читать. Их изучали в школе. Каждого человека они просто и ненавязчиво обучали основам морали.

Незамысловатые, на первый взгляд, истории, живо и ярко написанные писателем, сочувственно воспринимаются всеми от мала до велика. Но не всеми понимаются до конца: за простыми словами кроется необычайно глубокое понимание мироустройства.

Именно глубинной основе басен Крылова посвящён не так давно изданный «Международным Фондом единства православных народов» сборник статей о творчестве замечательного русского баснописца: «И.А.Крылов и православие».

Писатели и священники, современники баснописца и наши современники стремились понять и объяснить феномен крыловских басен, которые не только не устарели, но и нашли новые подтверждения своей справедливости во множестве событий, произошедших за полтора века.

Так архиепископ Иоанн СанФранцисский (Шаховской) в своей статье «Религиозное сознание в русской литературе. Крылов» пишет, что Крылов «подобен восточному мудрецу, загадывающему людям загадки, чтобы людей этих научить и вразумить. Истину своего литературного служения он сам назвал «истиною вполоткрыта».

Было бы неверно думать, что истина «вполоткрыта» есть полуистина. Нет, это полная истина, только «засвеченная малым огоньком», чтобы не поранить больных, привыкших к нравственной тьме и к полутьме душевных глаз человека, не выносящих яркого света. Один крыловский современник так оценил творчество Крылова: «ты, любезный тятенька, пишешь это для всех: для малого, для старого, для учёного и простого. Басни твои – это не басни, а Апостол». Простодушный читатель угадал нечто глубокое.

С удивительной простотой и силой в басне «Василёк» раскрыта притча о Господе Боге и человеке, которого изза его слабости и незначительности окружающие унижают, считают недостойным благ мира. Но солнце Божие одинаково светит на всех людей, на все цветы творения, взращивая их и животворя:

О вы, кому в удел судьбою дан

Вы с солнца моего пример себе берите!

Куда лишь луч его достанет, там оно

Былинке ль, кедру ли – благотворит равно,

И радость по себе и счастье оставляет.

В басне «Лань и Дервиш» Крылов раскрывает

существо истинной любви – бескорыстие:

Младая Лань, своих лишась любезных чад,

Ещё сосцы млеком имея отягченны,

Нашла в лесу двух малых волченят

И стала выполнять долг матери священный,

Своим питая их млеком.

В лесу живущий с ней одном,

Дервиш, её поступком изумлённый:

«О безрассудная! – сказал, – к кому любовь,

Кому своё млеко ты расточаешь?

Иль благодарности от их ты роду чаешь?

Быть может, некогда (иль злости их не знаешь?)

Они прольют твою же кровь».

«Быть может, – Лань на это отвечала, –

Но я о том не помышляла

И не желаю помышлять:

Мне чувство матери одно теперь лишь мило. »

Так Крылов показал, что для существа доброго творить добро всем есть радость, а не творить добра – мучение; что смысл всей жизни в этой бескорыстной, переливающейся чрез край любви.

Чтобы понять религиозную мудрость Крылова, вспомним ещё одну его басню – «Безбожники».

В ней рассказывается об одном народе, который «к стыду земных племён» до того «в сердцах ожесточился», что против самого неба вооружился. Но Хозяин земли и неба говорит: «Подождём».

Если эти люди не угомонятся в своём воинственном неверии и будут упорствовать – то они, сами собою, «от дел своих казнятся».

Владимир Одоевский, произнося 2 февраля 1838 года тост на историческом обеде, посвящённом 50-летию литературной деятельности

И.А. Крылова, сказал: «Я принадлежу к тому поколению, которое училось читать по Вашим басням и до сих пор перечитывает их с новым, всегда свежим наслаждением». Это сказано о поколении, к которому принадлежат и многие декабристы, и государь Николай Павлович, и Александр Пушкин. Вероятно, неспроста Николай I как-то на Новый год подарил наследнику бюст баснописца.

Оптинские старцы почитали басни Ивана Крылова и не раз наставляли своих духовных чад высказываниями из них. Так архимандрит Агапит (Беловидов) в жизнеописании преподобного старца Амвросия Оптинского пишет, что в хибарке старца, в комнате его келейника, лежала книга басен Крылова.

Батюшка Амвросий часто среди дня, во время приёма множества людей, входил в комнату своего келейника отца Иосифа и здесь наскоро обедал.

При этом просил прочитать вслух однудве басни Крылова. Читали те, кто присутствовал здесь в это время, – посетитель или посетительница. Батюшка любил басни Крылова, находя их нравственными, и часто для преподавания своих мудрых советов прибегал к ним. Так он велел одной посетительнице, монахине из Шамординского монастыря, прочесть вслух басню под заглавием «Ручей»:

Как много ручейков текут так смирно, гладко

И так журчат для сердца сладко,

Лишь только оттого, что мало в них воды!

А в 1877 году преподобный Анатолий Оптинский (Зерцалов) писал одной из своих духовных чад: «Вспомни молодого коня Крылова: не только других, но и себято не мог понимать. А как начало подталкивать деломто – то в бок, то в зад, – ну и показал сноровку, за которую и поплатились хозяйские горшки». Это конь из басни «Обоз»:

Как в людях многие имеют слабость ту же:

Всё кажется в другом ошибкой нам;

А примешься за дело сам,

Так напроказишь вдвое хуже.

В другой раз преподобный Анатолий написал в Елец одной юнице, бывшей его духовным чадом и собиравшейся в монастырь: «И Крылов, светский писатель, сказал свою «Стрекозу» не тебе одной и не мне, а всему свету, то есть кто пропляшет лето, тому худо будет зимою. Кто во цвете лет не хочет заняться собою, тому нечего ждать при оскудении сил и при наплыве немощей и болезней».

Глубокая христианская мысль заключена в басне «Сочинитель и Разбойник», где Сочинитель, который…

…тонкий разливал в своих твореньях яд,

Вселял безверие, укоренял разврат,

Был, как Сирена, сладкогласен,

И, как Сирена, был опасен, –

получил после своей смерти в аду большее наказание, нежели грабитель с большой дороги. И писатель кричит среди мученья, что…

… славой он наполнил свет

И ежели писал немножко вольно,

То слишком уж за то наказан больно;

Что он не думал быть Разбойника грешней.

Однако если греховные дела Разбойника закончились с его смертью, то «яд творений» Сочинителя «не только не слабеет, но, разливаяся, век от веку лютеет». Вот почему ему вынесен более строгий приговор:

Смотри на злые все дела

И на несчастия, которых ты виною!

Вон дети, стыд своих семей,–

Отчаянье отцов и матерей:

Кем ум и сердце в них отравлены? – тобою.

Читая сочинения Крылова, невольно задумываешься над тем, что, возможно, именно христианский смысл его басен делает эти произведения бессмертными. Так будем же чаще прикасаться к этому «некрадомому богатству».

Газета «Пантелеимоновский Благовест», приходской вестник храма во имя святого великомученика и целителя Пантелеимона в Жуковском, № 2 (180), февраль 2014 г.

Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Добавить комментарий

;-) :| :x :twisted: :smile: :shock: :sad: :roll: :razz: :oops: :o :mrgreen: :lol: :idea: :grin: :evil: :cry: :cool: :arrow: :???: :?: :!:

Евангельский смысл басен Крылова

13 февраля — день рождения русского поэта, баснописца, писателя, переводчика И.А. Крылова.

Иван Андреевич Крылов был сотрудником Императорской Публичной библиотеки, Статским Советником, Действительным членом Императорской Российской академии, ординарным академиком Императорской Академии наук по Отделению Русского языка и словесности. Он написал более 200 басен с 1809 по 1843 год, они вышли в свет в девяти частях и переиздавались очень большими по тем временам тиражами. Популярность Крылова на родине превосходила все мыслимые пределы. По его басням учились грамоте представители высших сословий и дети из простых семей. Тиражи произведений Ивана Андреевича многократно превышали тиражи сочинений современных ему писателей и поэтов. Многие выражения из басен Крылова вошли в русский язык как крылатые слова.

В одной не так уж толстой книжке
Сошлись лягушки, рыбаки,
Ослы, медведи и мартышки,
Разбойники и мужики.
Тут Моська, Лебедь, Рак и Щука,
Тут Тришка и Демьян с ухой, –
Всё для того, чтобы наука,
Как жить, не сделалась сухой.
Чтоб в полусказочном обличье
Живее басенка была,
Чтобы евангельская притча
Вернее на душу легла.

Монах Лазарь (Афанасьев)

И.А. Крылов родился в Москве в 1769 году. Детство его и отрочество прошли в тяжёлых условиях. После смерти отца Крыловы жили в глубокой нищете. Андрей Прохорович Крылов, отец будущего писателя, был армейским офицером. Своему сыну он оставил в наследство солдатский сундучок с книгами. Мать Крылова, Мария Алексеевна, не знала грамоты, но была добра и умна от природы. Она ходила читать и отпевать покойников в богатые дворянские и купеческие дома, а будущий баснописец начал служить в одном из казённых учреждений «подканцеляристом», рано познакомился с судейским произволом, взяточничеством, крючкотворством, унизительной атмосферой человеческого бесправия.

Будущий баснописец не учился в школе. Но в нём жила жажда знаний, а способностями он обладал исключительными. Он самоучкой овладел языками, математикой и стал высокообразованным для своего времени человеком.

Жизнь не баловала Крылова, и каждый шаг к успеху давался ему не даром. Крылов писал комедии для театра, выпускал журнал «Зритель». Кроме того, он прекрасно играл на скрипке, хорошо рисовал. Но именно басня сделала его известным.

Басни Крылова знают все. Их слушали, когда ещё не умели читать. Их изучали в школе. Каждого человека они просто и ненавязчиво обучали основам морали.

Незамысловатые, на первый взгляд, истории, живо и ярко написанные писателем, сочувственно воспринимаются всеми от мала до велика. Но не всеми понимаются до конца: за простыми словами кроется необычайно глубокое понимание мироустройства.

Басня «Ларчик»

Именно глубинной основе басен Крылова посвящён не так давно изданный «Международным Фондом единства православных народов» сборник статей о творчестве замечательного русского баснописца: «И.А.КРЫЛОВ И ПРАВОСЛАВИЕ». Писатели и священники, современники баснописца и наши современники, стремились понять и объяснить феномен крыловских басен, которые не только не устарели, но и нашли новые подтверждения своей справедливости во множестве событий, произошедших за полтора века.

Так архиепископ Иоанн Сан-Францисский (Шаховской) в своей статье «Религиозное сознание в русской литературе. Крылов» пишет, что Крылов «подобен восточному мудрецу, загадывающему людям загадки, чтобы людей этих научить и вразумить. Истину своего литературного служения он сам назвал «истиною вполоткрыта». Было бы неверно думать, что истина «вполоткрыта» есть полуистина. Нет, это полная истина, только «засвеченная малым огоньком», чтобы не поранить больных, привыкших к нравственной тьме и к полутьме душевных глаз человека, не выносящих яркого света. Один крыловский современник так оценил творчество Крылова: «ты, любезный тятенька, пишешь это для всех: для малого, для старого, для ученого и простого. Басни твои – это не басни, а Апостол». Простодушный читатель угадал нечто глубокое.

С удивительной простотой и силой в басне «Василёк» раскрыта притча о Господе Боге и человеке, которого из-за его слабости и незначительности окружающие унижают, считают недостойным благ мира. Но солнце Божие одинаково светит на всех людей, на все цветы творения, взращивая их и животворя:

О вы, кому в удел судьбою дан
Высокий сан!
Вы с солнца моего пример себе берите!
Смотрите:
Куда лишь луч его достанет, там оно
Былинке ль, кедру ли – благотворит равно,
И радость по себе и счастье оставляет.

В басне «Лань и Дервиш» Крылов раскрывает существо истинной любви – бескорыстие:

Младая Лань, своих лишась любезных чад,
Ещё сосцы млеком имея отягченны,
Нашла в лесу двух малых волченят
И стала выполнять долг матери священный,
Своим питая их млеком.
В лесу живущий с ней одном,
Дервиш, её поступком изумленный:
«О безрассудная! — сказал, — к кому любовь,
Кому своё млеко ты расточаешь?
Иль благодарности от их ты роду чаешь?
Быть может, некогда (иль злости их не знаешь?)
Они прольют твою же кровь».
«Быть может, — Лань на это отвечала, —
Но я о том не помышляла
И не желаю помышлять:
Мне чувство матери одно теперь лишь мило.

Так Крылов показал, что для существа доброго творить добро всем есть радость, а не творить добра – мучение; что смысл всей жизни в этой бескорыстной, переливающейся чрез край любви.

Чтобы понять религиозную мудрость Крылова, вспомним ещё одну его басню — «Безбожники».

В ней рассказывается об одном народе, который «к стыду земных племён» до того «в сердцах ожесточился», что против самого неба вооружился. Но Хозяин земли и неба говорит: «Подождём». Если эти люди не угомонятся в своём воинственном неверии и будут упорствовать — то они, сами собою, «от дел своих казнятся».

Владимир Одоевский, произнося 2 февраля 1838 года тост на историческом обеде, посвящённом 50-летию литературной деятельности И.А. Крылова, сказал: «Я принадлежу к тому поколению, которое училось читать по Вашим басням и до сих пор перечитывает их с новым, всегда свежим наслаждением». Это сказано о поколении, к которому принадлежат и многие декабристы, и государь Николай Павлович, и Александр Пушкин. Вероятно, неспроста Николай I как-то на Новый год подарил наследнику бюст баснописца.

Басня «Слон на воеводстве»

Оптинские старцы почитали басни Ивана Крылова и не раз наставляли своих духовных чад высказываниями из них. Так архимандрит Агапит (Беловидов) в жизнеописании преподобного старца Амвросия Оптинского пишет, что в хибарке старца, в комнате его келейника, лежала книга басен Крылова.

Батюшка Амвросий часто среди дня, во время приёма множества людей входил в комнату своего келейника отца Иосифа и здесь наскоро обедал. При этом просил прочитать вслух одну-две басни Крылова. Читали те, кто присутствовал здесь в это время, – посетитель или посетительница. Батюшка любил басни Крылова, находя их нравственными, и часто для преподавания своих мудрых советов прибегал к ним. Так он велел одной посетительнице, монахине из Шамординского монастыря, прочесть вслух басню под заглавием «Ручей»:

Как много ручейков текут так смирно, гладко
И так журчат для сердца сладко,
Лишь только оттого, что мало в них воды!

А в 1877 году преподобный Анатолий Оптинский (Зерцалов) писал одной из своих духовных чад: «Вспомни молодого коня Крылова: не только других, но и себя-то не мог понимать. А как начало подталкивать делом-то – то в бок, то в зад, – ну и показал сноровку, за которую и поплатились хозяйские горшки». Это конь из басни «Обоз»:

Как в людях многие имеют слабость ту же:
Всё кажется в другом ошибкой нам;
А примешься за дело сам,
Так напроказишь вдвое хуже.

В другой раз преподобный Анатолий написал в Елец одной юнице, бывшей его духовным чадом и собиравшейся в монастырь: » И Крылов, светский писатель, сказал свою «Стрекозу» не тебе одной и не мне, а всему свету, то есть кто пропляшет лето, тому худо будет зимою. Кто во цвете лет не хочет заняться собою, тому нечего ждать при оскудении сил и при наплыве немощей и болезней».

Глубокая христианская мысль заключена в басне «Сочинитель и Разбойник», где Сочинитель, который…

…тонкий разливал в своих твореньях яд,
Вселял безверие, укоренял разврат,
Был, как Сирена, сладкогласен,
И, как Сирена, был опасен, —

получил после своей смерти в аду большее наказание, нежели грабитель с большой дороги. И писатель кричит среди мученья, что…

… славой он наполнил свет
И ежели писал немножко вольно,
То слишком уж за то наказан больно;
Что он не думал быть Разбойника грешней.

Однако если греховные дела Разбойника закончились с его смертью, то «яд творений» Сочинителя «не только не слабеет, // Но, разливаяся, век от веку лютеет».

Вот почему ему вынесен более строгий приговор:
Смотри на злые все дела
И на несчастия, которых ты виною!
Вон дети, стыд своих семей,—
Отчаянье отцов и матерей:
Кем ум и сердце в них отравлены?— тобою.

Читая сочинения Крылова, невольно задумываешься над тем, что, возможно, именно христианский смысл его басен делает его произведения бессмертными. Так будем же чаще прикасаться к этому «некрадомому богатству».

Елена Добронравова

Приходской вестник храма святого великомученика и целителя Пантелеимона
Пантелеимоновский благовест, №2(180)

© 2010-2020 Пантелеимоновский Благовест

Местная религиозная организация православный приход Пантелеимоновского храма
г. Жуковского Московской области Московской епархии Русской Православной Церкви

Обличительная мораль и жизнеутверждающая традиция басен Ивана Крылова

Знаменательной вехой в развитии русской литературы первой трети XIX явилось басенное творчество И.А. Крылова, одного из крупнейших и самобытнейших писателей своего времени. Его творчество таит в себе такое огромное богатство, к которому следует постоянно обращаться и из которого можно бесконечно черпать, «особенно в эпохи нравственных оскудений и художественного упадка».

«Свой» жанр Крылов искал долго и трудно. Но именно в баснях раскрылся во всей полноте сатирический талант Крылова. За сорок лет им было написано более

Басни Крылова – способ народного мышления, мудрость народа, его житейская философия. Слово в баснях Крылова – средство выражения народной смекалки, национальной самобытности русского мужика.

Только в баснях Крылова мы встречаемся с подлинно народными, реалистическими традициями басенного творчества: у Крылова персонажи являются типическими, обобщающими образами, в них ярко отражены человеческие пороки.

Белинский писал: «Самые олицетворения в басне должны быть живыми, поэтическими образами». У Крылова всякое животное имеет свой индивидуальный характер -и проказница-мартышка,

Столкновение этих животных у Крылова всегда образует маленькую драму, где каждое лицо существует само по себе, а все вместе образуют одно общее целое. Это еще с большею характерностью, более типически и художественно совершается в тех баснях, где героями выступают толстый откупщик, который не знает, куда ему деваться от скуки со своими деньгами, и бедный, но довольный своей участью сапожник; повар – любитель морали; недоученный философ, оставшийся без огурцов от излишней учености; мужики-политики и другие персонажи. Тут уже настоящая комедия!

«Звериный маскарад» еще более усиливает сатирический комизм басни, придавая ей гротескную остроту. Животные, наделенные свойствами людей, лишь подчеркивают нелепость и комизм ситуаций. «Простодушное» восприятие их проделок делает еще более смешными поведение и речи басенных персонажей.

Баснописцем выведены сказочные звери, но, несмотря на это, настолько естественны их разговоры, настолько реальны и правдоподобны все отношения между персонажами, лишь слегка завуалированные условностью басенного сюжета. Более того, именно этот элемент сказочной фантастики придает особую остроту сатире, превращая повседневное, обычное в гиперболический гротеск.

Обратимся к одному из маленьких шедевров Крылова – его басне «Квартет. Поводом к ее созданию явилось желание Крылова осмеять образование Государственного совета с его четырьмя департаментами, возглавляемыми Завадовским, Лопухиным, Аракчеевым и Мордвиновым.

Басня приобрела широкое сатирическое значение, высмеивая любую бюрократическую затею. Смешна комичная самоуверенность Мартышки, убежденной, что она в состоянии создать квартет из зверей, никогда никакого отношения к музыке не имевших. Все они очень серьезно взялись за дело, вовсе не представляя себе, что для игры на музыкальном инструменте мало одного желания, нужно еще и умение. Мартышка же уверена, что вся беда в том, что исполнители не так сидят:

Стой, братцы, стой! – кричит Мартышка. – Погодите!

Как музыке идти? Ведь вы не так сидите.

Ты с басом, Мишенька, садись против альта;

Я, прима, сяду против вторы;

Тогда пойдет уж музыка не та:

У нас запляшут лес и горы!

В басне «Две собаки» разыгрывается сценка-диалог между дворовым псом Барбосом, честно несущим, несмотря на лишения, свою сторожевую службу, и изнеженным барским любимцем Жужу. В честном труженике Барбосе и избалованном подхалиме Жужу легко узнаются людские типы. В диалоге звучат два голоса – простой, откровенный Барбоса и хвастливый, изнеженный Жужу, развязно и самодовольно повествующего о своих успехах:

Ну что, Жужутка, как живешь

С тех пор как господа тебя в хоромы взяли?

Ведь помнишь: на дворе мы часто голодали.

Какую службу ты несешь?

Жужу, разоткровенничавшись, отвечает:

«Чем служишь! Вот прекрасно! – С насмешкой отвечал Жужу. – На задних лапках я хожу».

Здесь предельно выразительно показан подхалим, лодырь и бездельник, который благодаря своему угодничеству перед сильными мира сего попадает «в случай», тогда как честный труженик обречен на голод и холод. Поэтому вывод, который дается от имени автора:

Как счастье многие находят

Лишь тем, что хорошо на задних лапках ходят! –

почти излишен. Характеры говорят сами за себя.

Открытием Крылова в басенном жанре и было это создание характеров. В этом отношении он также шел от драматургии, комедии. «На театре должно нравоучение извлекаться из действия», – подчеркивал Крылов в одной из своих рецензий. Этот же принцип он применил и по отношению к басне.

Для сравнения обратимся к басне на тот же сюжет П. А. Вяземского. Если у Крылова показана комическая сценка, персонажи которой раскрываются в диалоге, то у Вяземского басня выглядит эпиграммой, намечающей лишь общую ситуацию, В басне Вяземского «Две собаки», возможно, послужившей зерном и для басни Крылова, диалог сведен к минимуму, отсутствуют те бытовые подробности, то самораскрытие персонажей через их речь, которые столь важны для басни Крылова:

«За что ты в спальне спишь, а зябну я в сенях?» -У Мопса жирного спросил кобель курчавый. «За что? – тот отвечал, – вся тайна в двух словах: Ты в дом для службы взят, а я взят для забавы».

Драматизм басни Крылова, ее «сценичность» особенно наглядны в басне «Демьяновауха», часто представляемой «в лицах». Басня прямо начинается с диалога, с «действия», в котором раскрываются характеры персонажей, настолько жизненные, что перед читателем не возникает никакого вопроса о «морали», о дидактическом поучении:

-Соседушка, мой свет!

Соседушка, я сыт по горло.

Еще тарелочку; послушай: Ушица, ей-же-ей, на славу сварена!

Мы словно нечаянно ворвались в чужой спор. Сват Демьян угощает с необыкновенной широтой и радушием соседа Фоку «на славу» сваренной ухой. Эта сцена выхвачена из жизни: и не в меру гостеприимный и настойчивый Демьян, и послушный Фока, опасающийся обидеть хозяина и через силу съедающий «три тарелки». Как тонко и психологически точно нарисованы характеры персонажей: безвольного Фоки и настойчивого, напористого Демьяна. В начале басни Демьян выглядит просто радушным хозяином, хлебосолом, широкой натурой, любящей показать свою щедрость. Но уже после третьей тарелки, когда в ответ на жалобное замечание Фоки: «Я три тарелки съел» – Демьян ласково замечает: «И, полно, что за счеты: лишь стало бы охоты…» – он становится деспотом и мучителем. Фока не может отказать хозяину, он пересиливает себя, боясь показаться невежливым и неблагодарным, хотя уха стала для него настоящим мучением:

А с Фоки уже давно катился градом пот.

Однако же еще тарелку он берет…

Этот забавный поединок между Демьяном и Фокой кончается бегством последнего, так и не выдержавшего хлебосольства Демьяна.

Обличая ханжество, лицемерие, Крылов не становится в позу «ритора», подобно его Повару в басне «Кот и Повар». Он прибегает к иронии, издевке, больно хлещет ханжу за его елейную, показную благонамеренность. Так в ядовитейшей басне «Музыканты» Крылов не обличает, не осуждает, а лишь рисует картину такой благонамеренной идиллии, которая на поверку оказывается надувательством. Ведь трезвость и «прекрасное поведенье» певцов еще не означает, что они музыкально одарены. Умиление хозяина перед своими непьющими, но бездарными певцами показано с уничтожающей иронией, благодаря этому басня не стареет и актуальна и сейчас. Заключительное замечание:

А я скажу: по мне, уж лучше пей, Да дело разумей… –

четко расширяет, обобщает смысл басни.

Мораль здравого смысла, житейской истины, подтвержденной практикой, сохранила свое значение и поныне.

Такие басни, как «Мельник», «Тришкин кафтан», «Свинья под дубом», «Два Мужика» высмеивают нерадивость, легкомыслие, пьянство, неблагодарность и тому подобные пороки и слабости людей.

Одной из больших удач Крылова следует признать характеры в баснях о людях, где писатель не связан традиционными звериными масками. Такая басня, как «Кот и Повар», безотносительно к ее историческому смыслу, связанному с событиями, непосредственно предшествовавшими Отечественной войне 1812 года, создает типический образ любителя празднословия, «моралиста», который свое красноречие черпает в вине. Сколько ярких красок и оттенков рассыпано в басне: Повар здесь и «грамотей», и «набожных правил», хотя тут же иронически добавлено, что он «в этот день» «по куме тризну правил», почему и забежал с поварни в кабак. Вместе с тем Повар не только пьяница и любитель поучительных увещеваний, но и напыщенный и ограниченный фразер, не замечающий бесплодности своих речей. Так выпукло и ярко предстает перед читателями этот характер.

Басенный мир Крылова представляет собой широкое социальное полотно. Его персонажи не просто типические характеры, а представители различных социальных «сфер» и сословий: придворной знати в баснях «Вельможа», «Вельможа и Философ», финансовой верхушки в баснях «Откупщик и Сапожник», «Мешок», «Богач и Поэт»; судейских в баснях «Щука», «Крестьянин и Овца»; крестьянства в баснях «Два Мужика», «Хозяин и Работник».

Крыловские басни -жанр сюжетный, в котором развитие действия и его повороты играют первостепенную роль. В сюжете заключено действие, движение басни, взаимоотношения ее персонажей. Через сюжет одновременно осуществляется и выражение ее морали, ее внутреннего смысла, ее «души».

Начинаясь с ввода в самое действие – с диалога персонажей или монолога, – сюжет развивается так, что в самом конце басни происходит резкое его изменение, своего рода «катастрофа», или, как принято у ряда авторов, «пуант», острота, «шпилька». Нагнетание действия здесь неожиданно прерывается короткой фразой, остроумной репликой, становящейся «ударным» местом басни, переосмысляющим все предыдущее развитие сюжета.

Такой «пуант» может завершать басню, может находиться несколько раньше, чем ее окончание, но чаще всего является последними (или последним) заключительными стихами. Он освещает новым светом все содержание басни, подлинный смысл событий и действий, о которых говорилось ранее.

Вместе с тем «пуант» не отменяет моралистической концовки (или зачина) от автора, хотя во многих случаях окончательное мнение автора совпадает с ним, и тогда особая мораль отсутствует. В басне «Зеркало и Обезьяна» басенный «пуант» – совет Медведя кривляющейся перед зеркалом Обезьяне, которая осуждает за это своих подруг, – не только раскрывает смысл басни, но и отменяет моралистическую концовку:

Чем кумушек считать трудиться,

Не лучше ль на себя, кума, оборотиться?

Чаще всего подобный «пуант» завершает развитие басенного сюжета, знаменует «катастрофу», крушение ложного представления о действительности самих персонажей. В отдельных случаях это реплика одного из персонажей басни, за которой скрывается сам автор. Так, в басне «Квартет» вслед за подробным описанием неудачной затеи Мартышки и споров участников квартета прилетевший Соловей разрешает их споры приговором:

Чтоб музыкантом быть, так надобно уменье

И уши ваших понежней, –

Им отвечает Соловей, –

А вы, друзья, как ни садитесь,

Все в музыканты не годитесь.

Или реплика Осла в басне «Слон в случае»:

А я так отгадал –

Без длинных бы ушей он в милость не попал.

При всей своей глупости Осел, сам обладатель длинных ушей, попал в цель: ведь других достоинств у Слона действительно не было.

Однако в принципе эти « пуанты » не заменяют морали автора, которая чаще всего отделена от сюжета басни и дается в качестве самостоятельного дополнения. В басне «Осел и Мужик» рассказывается об Осле, которого Мужик нанял гонять с огорода ворон и воробьев. Осел при всех своих хороших намерениях, гоняя птиц, истоптал весь огород. Басня имеет свой «пуант»:

Увидя тут, что труд его пропал,

Крестьянин на спине ослиной

Убыток выместил дубиной.

Однако баснописец этим не ограничился и добавил от себя «мораль»:

А я скажу, не с тем, чтоб за Осла вступаться:

Он, точно, виноват (с ним сделан и расчет),

Но, кажется, не прав и тот,

Кто поручил Ослу стеречь свой огород.

В басне «Муравей, речь идет о Муравье «силы непомерной», который ею прославился в своем муравейнике. Но честолюбивый Муравей, забивший свою голову речами земляков о его силе, возгордясь, решил «в город показаться», «чтоб силой там повеличаться». Однако, попав в город на телеге с сеном, Муравей, сколько ни старался обратить на себя внимание, остался незамеченным:

Возможно ль, что меня никто не примечает,

Как ни тянусь я целый час;

А, кажется, у нас

Меня весь муравейник знает.

В сущности, уже из этих слов ясна мораль басни, но Крылов добавляет особую моралистическую концовку.

В баснях Крылова наличествует в самом сюжете момент перелома событий – «пуант», «катастрофа», которая в корне меняет положение дел, заставляет читателя (или слушателя) переоценить заново все, что говорилось до этого. Этот «пуант» в отдельных случаях может совпадать с моралистическим заключением басни, но чаще всего независим от него. Он не содержит обобщения, его цель – завершить развитие сюжета неожиданным поворотом событий.

В основе сюжетного строения и – шире – в структуре басни заложена антитеза, противопоставление. Через «реальный», сюжетный строй просвечивает аллегорический – моралистический или сатирический – план. Персонажи басен, будь то звериные маски или люди, действуют по-своему, в сфере своих забот и интересов.

Басни великого русского баснописца Крылова сопровождают читателя на протяжении всей его сознательной жизни и с интересом воспринимаются в любом возрасте.

Крылов живет среди нас, «как живой с живыми говоря». Образы и крылатые строки его басен детских лет запечатлелись Б нашем сознании. Они вошли в наш разговорный язык, стали пословицами: «Хоть видит око, да зуб неймет», «Беда, коль пироги начнет печи сапожник», «Кукушка хвалит Петуха за то, что хвалит он Кукушку»…

Мы отдаем дань И. А. Крылову не только как гениальному писателю, утвердившему и прославившему любимый народом жанр, мы ценим его крыловскую, жизнеутверждающую традицию, воспринятую нашей русской литературой, нашим театром и даже изобразительным искусством.

Евангельский смысл басен Крылова

Басня – краткий рассказ, чаще всего в стихах, главным образом сатирического характера. Басня – жанр иносказательный, поэтому за рассказом о вымышленных персонажах (чаще всего о зверях) скрываются нравственные и общественные проблемы.

Возникновение басни как жанра относится к V веку до нашей эры, а создателем ее считается раб Эзоп (VI–V вв. до н.э.), который не имел возможности по-иному высказывать свои мысли. Эта иносказательная форма выражения своих мыслей и получила впоследствии название «эзопова языка». Лишь около II века до н. э. басни стали записывать, в том числе и басни Эзопа. В античную эпоху известным баснописцем был древнеримский поэт Гораций (65–8 до н.э.).

В литературе XVII–XVIII веков античные сюжеты подверглись обработке.

В XVII веке французский писатель Лафонтен (1621–1695) вновь возродил жанр басни. В основе многих басен Жана де Лафонтена лежит сюжет басен Эзопа. Но французский баснописец, используя сюжет античной басни, создает новую басню. В отличие от античных авторов, он размышляет, описывает, осмысливает происходящее в мире, а не строго наставляет читателя. Лафонтен сосредоточен скорее на чувствах своих героев, чем на нравоучении и сатире.

В Германии XVIII века к жанру басни обращается поэт Лессинг (1729–1781). Как и Эзоп, он пишет басни прозой. У французского поэта Лафонтена басня являлась грациозной новеллой, богато орнаментированной, «поэтической игрушкой». Это был, говоря словами одной басни Лессинга, охотничий лук, в такой степени покрытый красивой резьбой, что он потерял свое первоначальное назначение, сделавшись украшением гостиной. Лессинг объявляет литературную войну Лафонтену: «Повествование в басне, – пишет он, – . должно быть сжато до предельной возможности; лишенная всех украшений и фигур, она должна довольствоваться одной только ясностью» («Abhandlungen uber die Fabel» – Рассуждения о басне, 1759).

В русской литературе основы национальной басенной традиции заложил А.П.Сумароков (1717–1777). Его поэтическим девизом были слова: «Доколе дряхлостью иль смертью не увяну, Против пороков я писать не перестану. «. Вершиной в развитии жанра стали басни И.А.Крылова (1769–1844), вобравшие в себя опыт двух с половиной тысячелетий. Кроме того, существуют иронические, пародийные басни Козьмы Пруткова (А.К. Толстой и братья Жемчужниковы), революционные басни Демьяна Бедного. Советский поэт Сергей Михалков, которого юные читатели знают как автора «Дяди Степы», возродил басенный жанр, нашёл свой интересный стиль современной басни.

Одной из особенностей басен является аллегория: через условные образы показывается определенное социальное явление. Так, за образом Льва часто угадываются черты деспотизма, жестокости, несправедливости. Лиса – синоним хитрости, лжи и коварства.

В конце басни (иногда в начале) автор помещает небольшое изречение, в котором заключена главная мысль, т.е. мораль, обращенная к читателю

Следует выделить такие особенности басни:
а) мораль;
б) аллегорический (иносказательный) смысл;
в) типичность описываемой ситуации;
г) характеры-персонажи;
д) осмеяние человеческих пороков и недостатков.

В.А.Жуковский в статье «О басне и баснях Крылова» указал четыре главные особенности басни.
Первая черта басни – особенности характера, то, чем одно животное отличается от другого: «Животные представляют в ней человека, но человека в некоторых только отношениях, с некоторыми свойствами, и каждое животное, имея при себе свой неотъемлемый постоянный характер, есть, так сказать, готовое и для каждого ясное изображение как человека, так и характера, ему принадлежащего. Вы заставляете действовать волка – я вижу кровожадного хищника; выводите на сцену лисицу – я вижу льстеца или обманщика. «. Так, Осел олицетворяет глупость, Свинья – невежество, Слон – неповоротливость, Стрекоза – легкомыслие. По мнению Жуковского, задача басни – помочь читателю на простом примере разобраться в сложной житейской ситуации
Вторая особенность басни, пишет Жуковский, заключается в том, что «перенося воображение читателя в новый мечтательный мир, вы доставляете ему удовольствие сравнивать вымышленное с существующим (которому первое служит подобием), а удовольствие сравнения делает и самую мораль привлекательною». То есть читатель может оказаться в незнакомой ситуации и прожить ее вместе с героями.
Третья особенность басни – нравственный урок, мораль, осуждающая отрицательное качество персонажа. «Басня есть нравственный урок, который с помощью скотов и вещей неодушевленных даете вы человеку; представляя ему в пример существа, отличные от него натурою и совершенно для него чуждые, вы щадите его самолюбие, вы заставляете его судить беспристрастно, и он нечувствительно произносит строгий приговор над самим собою», – пишет Жуковский.
Четвертая особенность – вместо людей в басне действуют предметы и животные. «На ту сцену, на которой привыкли мы видеть действующим человека, выводите вы могуществом поэзии такие творения, которые в существенности удалены от нее природою, чудесность, столь же для нас приятная, как и в эпической поэме действие сверхъестественных сил, духов, сильфов, гномов и им подобных. Разительность чудесного сообщается некоторым образом и той морали, которая сокрыта под ним стихотворцем; а читатель, чтобы достигнуть до этой морали, согласен и самую чудесность принимать за естественное.»

Евангельский смысл

В одной не так уж толстой книжке

Сошлись лягушки, рыбаки,

Ослы, медведи и мартышки,

Разбойники и мужики.

Тут Моська, Лебедь, Рак и Щука,

Тут Тришка и Демьян с ухой, –

Всё для того, чтобы наука,

Как жить, не сделалась сухой.

Чтоб в полусказочном обличье

Живее басенка была,

Чтобы евангельская притча

Вернее на душу легла.

Монах Лазарь (Афанасьев)

13 февраля 2014 года исполняется 245 лет со дня рождения русского поэта, баснописца, писателя, переводчика И.А. Крылова.

Иван Андреевич Крылов был сотрудником Императорской Публичной библиотеки, Статским Советником, Действительным членом Императорской Российской академии, ординарным академиком Императорской Академии наук по Отделению Русского языка и словесности. Он написал более 200 басен с 1809 по 1843 год, они вышли в свет в девяти частях и переиздавались очень большими по тем временам тиражами.

Популярность Крылова на родине превосходила все мыслимые пределы. По его басням учились грамоте представители высших сословий и дети из простых семей. Тиражи произведений Ивана Андреевича многократно превышали тиражи сочинений современных ему писателей и поэтов. Многие выражения из басен Крылова вошли в русский язык как крылатые слова.

Крылов И.А родился в Москве в 1769 году.

Детство его и отрочество прошли в тяжёлых условиях. После смерти отца Крыловы жили в глубокой нищете. Андрей Прохорович Крылов, отец будущего писателя, был армейским офицером. Своему сыну он оставил в наследство солдатский сундучок с книгами. Мать Крылова, Мария Алексеевна, не знала грамоты, но была добра и умна от природы. Она ходила читать и отпевать покойников в богатые дворянские и купеческие дома, а будущий баснописец начал служить в одном из казённых учреждений «подканцеляристом», рано познакомился с судейским произволом, взяточничеством, крючкотворством, унизительной атмосферой человеческого бесправия.

Будущий баснописец не учился в школе. Но в нём жила жажда знаний, а способностями он обладал исключительными. Он самоучкой овладел языками, математикой и стал высокообразованным для своего времени человеком.

Жизнь не баловала Крылова, и каждый шаг к успеху давался ему непросто. Крылов писал комедии для театра, выпускал журнал «Зритель». Кроме того, он прекрасно играл на скрипке, хорошо рисовал. Но именно басня сделала его известным.

Басни Крылова знают все. Их слушали, когда ещё не умели читать. Их изучали в школе. Каждого человека они просто и ненавязчиво обучали основам морали.

Незамысловатые, на первый взгляд, истории, живо и ярко написанные писателем, сочувственно воспринимаются всеми от мала до велика. Но не всеми понимаются до конца: за простыми словами кроется необычайно глубокое понимание мироустройства.

Именно глубинной основе басен Крылова посвящён не так давно изданный «Международным Фондом единства православных народов» сборник статей о творчестве замечательного русского баснописца: «И.А.Крылов и православие».

Писатели и священники, современники баснописца и наши современники стремились понять и объяснить феномен крыловских басен, которые не только не устарели, но и нашли новые подтверждения своей справедливости во множестве событий, произошедших за полтора века.

Так архиепископ Иоанн СанФранцисский (Шаховской) в своей статье «Религиозное сознание в русской литературе. Крылов» пишет, что Крылов «подобен восточному мудрецу, загадывающему людям загадки, чтобы людей этих научить и вразумить. Истину своего литературного служения он сам назвал «истиною вполоткрыта».

Было бы неверно думать, что истина «вполоткрыта» есть полуистина. Нет, это полная истина, только «засвеченная малым огоньком», чтобы не поранить больных, привыкших к нравственной тьме и к полутьме душевных глаз человека, не выносящих яркого света. Один крыловский современник так оценил творчество Крылова: «ты, любезный тятенька, пишешь это для всех: для малого, для старого, для учёного и простого. Басни твои – это не басни, а Апостол». Простодушный читатель угадал нечто глубокое.

С удивительной простотой и силой в басне «Василёк» раскрыта притча о Господе Боге и человеке, которого изза его слабости и незначительности окружающие унижают, считают недостойным благ мира. Но солнце Божие одинаково светит на всех людей, на все цветы творения, взращивая их и животворя:

О вы, кому в удел судьбою дан

Вы с солнца моего пример себе берите!

Куда лишь луч его достанет, там оно

Былинке ль, кедру ли – благотворит равно,

И радость по себе и счастье оставляет.

В басне «Лань и Дервиш» Крылов раскрывает

существо истинной любви – бескорыстие:

Младая Лань, своих лишась любезных чад,

Ещё сосцы млеком имея отягченны,

Нашла в лесу двух малых волченят

И стала выполнять долг матери священный,

Своим питая их млеком.

В лесу живущий с ней одном,

Дервиш, её поступком изумлённый:

«О безрассудная! – сказал, – к кому любовь,

Кому своё млеко ты расточаешь?

Иль благодарности от их ты роду чаешь?

Быть может, некогда (иль злости их не знаешь?)

Они прольют твою же кровь».

«Быть может, – Лань на это отвечала, –

Но я о том не помышляла

И не желаю помышлять:

Мне чувство матери одно теперь лишь мило. »

Так Крылов показал, что для существа доброго творить добро всем есть радость, а не творить добра – мучение; что смысл всей жизни в этой бескорыстной, переливающейся чрез край любви.

Чтобы понять религиозную мудрость Крылова, вспомним ещё одну его басню – «Безбожники».

В ней рассказывается об одном народе, который «к стыду земных племён» до того «в сердцах ожесточился», что против самого неба вооружился. Но Хозяин земли и неба говорит: «Подождём».

Если эти люди не угомонятся в своём воинственном неверии и будут упорствовать – то они, сами собою, «от дел своих казнятся».

Владимир Одоевский, произнося 2 февраля 1838 года тост на историческом обеде, посвящённом 50-летию литературной деятельности

И.А. Крылова, сказал: «Я принадлежу к тому поколению, которое училось читать по Вашим басням и до сих пор перечитывает их с новым, всегда свежим наслаждением». Это сказано о поколении, к которому принадлежат и многие декабристы, и государь Николай Павлович, и Александр Пушкин. Вероятно, неспроста Николай I как-то на Новый год подарил наследнику бюст баснописца.

Оптинские старцы почитали басни Ивана Крылова и не раз наставляли своих духовных чад высказываниями из них. Так архимандрит Агапит (Беловидов) в жизнеописании преподобного старца Амвросия Оптинского пишет, что в хибарке старца, в комнате его келейника, лежала книга басен Крылова.

Батюшка Амвросий часто среди дня, во время приёма множества людей, входил в комнату своего келейника отца Иосифа и здесь наскоро обедал.

При этом просил прочитать вслух однудве басни Крылова. Читали те, кто присутствовал здесь в это время, – посетитель или посетительница. Батюшка любил басни Крылова, находя их нравственными, и часто для преподавания своих мудрых советов прибегал к ним. Так он велел одной посетительнице, монахине из Шамординского монастыря, прочесть вслух басню под заглавием «Ручей»:

Как много ручейков текут так смирно, гладко

И так журчат для сердца сладко,

Лишь только оттого, что мало в них воды!

А в 1877 году преподобный Анатолий Оптинский (Зерцалов) писал одной из своих духовных чад: «Вспомни молодого коня Крылова: не только других, но и себято не мог понимать. А как начало подталкивать деломто – то в бок, то в зад, – ну и показал сноровку, за которую и поплатились хозяйские горшки». Это конь из басни «Обоз»:

Как в людях многие имеют слабость ту же:

Всё кажется в другом ошибкой нам;

А примешься за дело сам,

Так напроказишь вдвое хуже.

В другой раз преподобный Анатолий написал в Елец одной юнице, бывшей его духовным чадом и собиравшейся в монастырь: «И Крылов, светский писатель, сказал свою «Стрекозу» не тебе одной и не мне, а всему свету, то есть кто пропляшет лето, тому худо будет зимою. Кто во цвете лет не хочет заняться собою, тому нечего ждать при оскудении сил и при наплыве немощей и болезней».

Глубокая христианская мысль заключена в басне «Сочинитель и Разбойник», где Сочинитель, который…

…тонкий разливал в своих твореньях яд,

Вселял безверие, укоренял разврат,

Был, как Сирена, сладкогласен,

И, как Сирена, был опасен, –

получил после своей смерти в аду большее наказание, нежели грабитель с большой дороги. И писатель кричит среди мученья, что…

… славой он наполнил свет

И ежели писал немножко вольно,

То слишком уж за то наказан больно;

Что он не думал быть Разбойника грешней.

Однако если греховные дела Разбойника закончились с его смертью, то «яд творений» Сочинителя «не только не слабеет, но, разливаяся, век от веку лютеет». Вот почему ему вынесен более строгий приговор:

Смотри на злые все дела

И на несчастия, которых ты виною!

Вон дети, стыд своих семей,–

Отчаянье отцов и матерей:

Кем ум и сердце в них отравлены? – тобою.

Читая сочинения Крылова, невольно задумываешься над тем, что, возможно, именно христианский смысл его басен делает эти произведения бессмертными. Так будем же чаще прикасаться к этому «некрадомому богатству».

Газета «Пантелеимоновский Благовест», приходской вестник храма во имя святого великомученика и целителя Пантелеимона в Жуковском, № 2 (180), февраль 2014 г.

Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Добавить комментарий

;-) :| :x :twisted: :smile: :shock: :sad: :roll: :razz: :oops: :o :mrgreen: :lol: :idea: :grin: :evil: :cry: :cool: :arrow: :???: :?: :!: