Единая коллекцияЦифровых образовательных ресурсов

Карточка ресурса

Поддержка ресурса

Все ресурсы Коллекции предназначены только для некоммерческого использования в системе образования Российской Федерации. Свидетельство о регистрации средства массовой информации Эл ФС 77 — 47492 от 25.11.2011

При использовании материалов сайта ссылка на Единую коллекцию ЦОР обязательна.

Автоматизированное извлечение информации сайта запрещено.

Некрасов Н.А.

(1821-1876) — поэт, прозаик, критик, издатель.
Детские годы Некрасова прошли на Волге в с. Грешнево Ярославской губернии. Отец Некрасова был одним из тех помещиков, каких тогда было множество: невежественный, грубый и буйный. Он угнетал свою семью, нещадно бил крестьян. Мать поэта, любящая, добрая женщина, бесстрашно заступалась за крестьян. Защищала она и детей от побоев мужа.
Кажется, не было другого поэта, который так часто, с такой благоговейной любовью воскрешал бы в своих стихах образ матери. По словам Некрасова, именно под влиянием воспоминаний о матери им написано столько произведений, протестующих против угнетения женщины («Тройка», «Мороз, Красный нос», «В полном разгаре страда деревенская. » и др.). Именно из Грешнева Некрасов-поэт вынес исключительную чуткость к чужому страданию.
Когда Некрасову исполнилось 10 лет, его отдали в Ярославскую гимназию, из которой он ушел после пятого класса, так как отец отказался вносить плату за его обучение. В эти годы Некрасов полюбил книги и читал очень много. В 17 лет он поехал в столицу, в Петербург, но там ему жилось очень трудно. Отец хотел для сына военной карьеры, а тот решил поступить в университет. За самоволие отец лишил его всякой материальной поддержки, и юноша остался без средств к существованию.
Чтобы не умереть с голоду, талантливый юноша стал сочинять стихи и рассказы по заказу столичных книготорговцев. Некрасов писал день и ночь, но получал за это гроши.
В это время он познакомился и близко сошелся с великим русским критиком В. Г. Белинским, который оказал на Некрасова огромное влияние — нравственное, литературное, идеологическое, и тогда особенно ярко засверкал его свежий, многосторонний талант.
В 1847 году писатель И. И. Панаев вместе с Некрасовым приобрели журнал «Современник», основанный А. С. Пушкиным. В «Современнике» расцветает редакторский талант Некрасова, сплотившего вокруг журнала лучшие литературные силы 40-60-х годов. И. С. Тургенев публикует здесь «Записки охотника», И. А. Гончаров — роман «Обыкновенная история», В. Г. Белинский — поздние критические статьи, А. И. Герцен — повести «Сорока-воровка» и «Доктор Крупов». Здесь же Некрасов помещал и свои стихотворения. После смерти Белинского Некрасов привлек для работы в журнале продолжателей дела Белинского — Чернышевского и Добролюбова.
Влияние «Современника» росло с каждым годом, но вскоре над ним разразилась беда. В 1861 году умер Добролюбов, затем арестовали и сослали в Сибирь Чернышевского. В 1862 году правительство приостановило издание на восемь месяцев, а в 1866 году совсем запретило его.
Спустя полтора года Некрасов арендует «Отечественные записки» и с 1868 года до самой смерти остается редактором этого журнала, объединяющего прогрессивные силы. «Отечественные записки» пользовались таким же успехом, как и «Современник».
Наивысший расцвет творчества Некрасова начался с 1855 года. Он закончил поэму «Саша», в которой хотел показать, как рождаются «новые люди» и чем они отличаются от прежних «героев времени», «лишних людей» из среды культурного дворянства. Тогда же он написал стихотворения «Забытая деревня», «Школьник», «Несчастные», «Поэт и гражданин». В этих произведениях обнаружились могучие силы народного певца.
Первый сборник стихов Некрасова (1856) принес поэту известность. «Крестьянские дети» (1856), созданные одновременно с «Коробейниками», продолжают успех поэта. Поэма «Мороз, Красный нос» (1863-1864) наполнена светлой верой и доброй надеждой.
Стихотворение «Орина, мать солдатская» (1863) прославляет материнскую и сыновью любовь, которая торжествует не только над ужасами солдатчины, но и над самой смертью.
Декабристскую тему раскрывают поэмы «Дедушка» и «Русские женщины» (см. «Русские женщины»). В «Княгине Трубецкой» (1871) и «Княгине Волконской» (1872) Некрасов открывает в лучших женщинах дворянского круга те же качества национального характера, какие он нашел в женщинах-крестьянках поэм «Коробейники» и «Мороз, Красный нос». Именно поэтому произведения о декабристах стали фактами не только литературной, но и общественной жизни. Они вдохновляли молодежь на борьбу за народную свободу.
Пристально изучая крестьянскую жизнь, поэт готовился к великому литературному подвигу — к созданию большой поэмы, прославляющей великодушие, героизм, могучие духовные силы русского народа.
Герой поэмы «Кому на Руси жить хорошо» (1865-1877) — все многомиллионное «мужицкое царство». Такой поэзии еще не бывало в России. Сознание нравственной «силы народной», предвещавшей верную победу народа в борьбе за счастливое будущее, и было источником того оптимизма, который чувствуется в великой поэме Некрасова (см. «Кому на Руси жить хорошо»).
В 1876 году после перерыва Некрасов снова вернулся к поэме, но у него уже не было сил закончить ее, потому что в начале 1875 года он тяжело заболел. Ни знаменитый хирург, ни операция не могли приостановить смертельной раковой болезни. Пришло время подводить итоги, и поэт создает «Последние песни». Некрасов понимает, что своим творчеством он прокладывает новые пути в поэтическом искусстве.
Он решился на смелое сочетание элегических, лирических и сатирических мотивов в пределах одного стихотворения, что раньше было совершенно недопустимо. Некрасов значительно расширил диапазон русской поэзии, используя разговорную речь, народную фразеологию, смело включая разные речевые стили — от бытового до публицистического, от народного просторечия до поэтической лексики, от ораторского до пародийно-сатирического стиля.
Но по-прежнему сохраняет Некрасов святость материнского образа. В стихотворении «Баюшки-баю» устами матери Родина обращается к поэту с последней песней утешения:
Не бойся горького забвенья:
Уж я держу в руке моей
Венец любви, венец прощенья,
дар кроткой родины твоей.

Биография: Николай Некрасов

Родился 28 ноября (10 октября н.с.) в местечке Немирове Подольской губернии в семье мелкопоместного дворянина. Детские годы прошли в селе Грешневе, в родовом имении отца, человека деспотического характера, угнетавшего не только крепостных, но и свою семью, чему стал свидетелем будущий поэт. Ф. Достоевский позднее написал о Некрасове: «Это было раненое в самом начале жизни сердце; и эта-то никогда не заживавшая рана его и была началом и источником всей страстной, страдальческой поэзии его на всю потом жизнь». Мать поэта, женщина образованная, была первым его учителем, она привила ему любовь к литературе, к русскому языку,

В 1832 — 1837 Некрасов учился в Ярославской гимназии. Тогда же начал писать стихи.

В 1838, против воли отца, будущий поэт уехал в Петербург поступать в университет. Не выдержав вступительные экзамены, определился вольнослушателем и в течение двух лет посещал лекции на филологическом факультете. Узнав об этом, отец лишил его всякой материальной поддержки. Бедствия, выпавшие на долю Некрасова, нашли впоследствии отражение в его стихах и незаконченном романе «Жизнь и похождения Тихона Тростникова».

С 1841 начал сотрудничать в «Отечественных записках».

В 1843 Некрасов встретился с Белинским, идеи которого нашли отклик в его душе. Появляются реалистические стихи, первое из которых — «В дороге» (1845) — получило высокую оценку критика. Благодаря своему острому критическому уму, поэтическому таланту, глубокому знанию жизни и предприимчивости Некрасов стал умелым организатором литературного дела. Он собрал и опубликовал два альманаха: «Физиология Петербурга» (1845), «Петербургский сборник» (1846), где были напечатаны очерки, рассказы, повести Тургенева, Достоевского, Белинского, Герцена, Даля и др.

В 1847 — 1866 был издателем и фактическим редактором журнала «Современник», сплотившим лучшие литературные силы своего времени. Журнал стал органом революционно-демократических сил.

В эти годы Некрасов создал лирические стихи, посвященные его гражданской жене Панаевой, поэмы и циклы стихов о городских бедняках («На улице», «О погоде»), о судьбе народной («Несжатая полоса», «Железная дорога» и др.), о крестьянской жизни («Крестьянские дети», «Забытая деревня», «Орина, мать солдатская», «Мороз, Красный нос» и др.).

В период общественного подъема 1850 — 1860-х и крестьянской реформы опубликовал «Поэт и гражданин», («Песня Еремушке», «Размышления у парадного подъезда», поэму «Коробейники».

В 1862, после событий 1861, когда лидеры революционной демократии были арестованы, Некрасов побывал в родных местах — Грешневе и Абакумцеве, итогом чего явилась лирическая поэма «Рыцарь на час» (1862), которую сам поэт выделял и любил. В этот год Некрасов приобрел усадьбу Карабиха, недалеко от Ярославля, куда приезжал каждое лето, проводя время на охоте и в общении с друзьями из народа.

После закрытия журнала «Современник» Некрасов приобрел право на издание «Отечественных записок», с которыми были связаны последние десять лет его жизни. В эти годы работал над поэмой «Кому на Руси жить хорошо» (1866 — 76), написал поэмы о декабристах и их женах («Дедушка», 1870; «Русские женщины», 1871 — 72). Кроме того, создал серию сатирических произведений, вершиной которых стала поэма «Современники» (1875).

Для поздней лирики Некрасова характерны элегические мотивы: «Три элегии»(1873), «Утро», «Уныние», «Элегия» (1874), связанные с утратой многих друзей, сознанием одиночества, тяжелой болезнью (рак). Но появляются и такие, как «Пророк» (1874), «Сеятелям» (1876). В 1877 — цикл стихов «Последние песни».

Умер Н. Некрасов 27 декабря 1877 (8 января 1878 н.с.) в Петербурге

/ Биографии / Некрасов Н.А.

Смотрите также по Некрасову:

Некрасов орина мать солдатская читать краткое содержание

МОТИВЫ И ПРИЕМЫ ТВОРЧЕСТВА НЕКРАСОВА

Статья была впервые опубликована в издании: «Некрасов. Памятка ко дню столетия рождения. 22 ноября 1821- 22 ноября (5 декабря) 1921 г., Пб., 1921, стр. 15-17. А. Ф. Кони написал ее в процессе чтения в послереволюционные годы многочисленных лекций о Н. А. Некрасове. По свидетельству В.Е. Евгеньева-Максимова, присутствовавшего на лекциях, статья эта дает представление о первой части лекций, состоявших обычно из общей характеристики поэзии Некрасова и личных воспоминаний Кони о нем (В. Евгеньев-Максимов, Некрасов и его современники, М., 1930, стр. 40). Статья перепечатана в пятом (посмертном) томе «На жизненном пути» (Л., «Прибой», 1929). Печатается по первой публикации с исправлением явных опечаток.

Недоброжелательство, зависть к материальной независимости поэта и злорадное восприятие всяких на него наветов часто отравляли жизнь Некрасова. Он сам отчасти подавал к этому повод, забывая совет житейской мудрости: «Не говори о себе дурно — друзья твои об этом позаботятся» . В обиход нашей панихиды входят прекрасные слова: «Несть человек иже поживет и не согрешит — ты един кроме греха», — но не по мелким прегрешениям, а по лучшим сторонам и проявлениям выдающегося человека надо его судить. У нас делается обычно наоборот, и Боровиковский был прав, обращаясь к типическому хулителю Некрасова со словами: «Ты сосчитал на солнце пятна и проглядел его лучи» [1]. Некрасов не хотел просить пощады у своих врагов (» Что враги? пусть клевещут язвительней — я пощады у них не прошу» [2]), но в минуты уныния и щемящей душевной горечи относился к себе с резким осуждением и взывал к светлому образу своей матери о нравственной помощи. Этими самообвинениями и самобичеванием, этой «явкой с повинной» пред народом, хотя каяться пред последним было не в чем, он давал пищу клевете.

Среди отзывов о нем не только со стороны «самодовольных болтунов, охотников до споров модных», но и со стороны некоторых критиков, как, например, Страхова, Евгения Маркова, Полевого и, к сожалению, Тургенева, часто выражалось сомнение в его искренности как печальника горя народного, в стихах которого «поэзия и не ночевала» [3]. И действительно, пение птичек, благоухание цветов — «в дымных тучках пурпур розы» и «шепот, робкое дыханье, трели соловья» [4], не находят себе места в стихах этого, по отзыву одного из хулителей, «земного поэта» [5], часто страждущего физически и почти всегда нравственно. Он остается всю жизнь верен завету Гоголя — молить себе у бога гнева и любви [6] — и почерпает эти чувства не из искусственно созданного настроения, а из глубоко вонзившихся в душу впечатлений целой жизни, начиная с раннего детства, заставляющих его, по красивому испанскому выражению, «кричать устами своей душевной раны».

Вот его детство «средь буйных дикарей» в усадьбе отца, — жестокого и бездушного насильника, — вокруг которого «разврат кипит волною грязной» , и где страдает чистая и благородная мать, где приходится сливать слезы детского испуганного и трепещущего сердца со слеаами оскорбленной и поруганной женщины. Куда уйти? Где отдохнуть от этой горькой обстановки, чтобы забыться хотя бы на время среди других картин? Пойти на берег соседней Волги? — Но там вереницей, в своеобразных хомутах, тащут барки унылые и сумрачные бурлаки «с болезненным припевом «ой!» и в такт мотая головой», так незабываемо изображенные Репиным. [7]

Уйти в противоположную сторону? — Но там так часто идут на Владимирку по дороге в далекую и страшную Сибирь ссыльные и каторжные с выжженными клеймами на лице и бритой половиной головы, бряцая цепями, сменяясь по временам партиями горестно оплаканных семьей рекрутов, отправляемых на долгую безрадостную и исполненную бездушной строгости и бессмысленной шагистики, службу. А кругом — и дома, и у соседей, — в мрачной области крепостного права, грубые проявления власти владельцев крестьянских «душ».

Вот где корни любви и гнева, проникающие поэзию Некрасова, вот первоначальный источник его любви и сострадания к «Орине-матери солдатской» и к «некрутиковой жене», — сочувствия тяжкому горю русской женщины, когда она, выполняя святой подвиг, едет «во глубину сибирских руд» к сосланному мужу или когда она не в силах забыть своих детей, погибших на кровавой ниве, подобно плакучей иве, не могущей поднять «своих поникнувших ветвей» . Из этого же источника, наконец, черпает он со свойственным ему трезвым реализмом свое трогающее участие к молодой крестьянке, которую будет «бить [. ] муж-привередник и свекровь в три погибели гнуть» , и к той игрушке барской прихоти, которая «на какой-то патрет все глядит, да читает какую-то книжку», так что любящий муж ее «бить-так почти не бивал, разве только под пьяную руку. «

А если обратиться к молодым годам поэта, брошенного на «холодные плиты» Петербурга, «пребывающего в неизвестности, пресмыкающегося в нищете» в соприкосновении со всеми видами испытаний и страданий, свойственных жизни «рокового» города, то можно ли отрицать лично пережитую и искреннюю горечь негодования в изображении тех, кого он имеет в виду, говоря читателю: «Иди к униженным, иди к обиженным, там нужен ты».

Быть может, недалеко уже то время, когда Некрасов станет вполне и непререкаемо народным поэтом , и песенка его зазвучит над Волгой, над Окой, над Камой, но и теперь он яркий и глубоко вдумчивый поэт о народе , о его нуждах и скорбях. В его «Тишине» и ряде других произведений звучит неподдельная любовь к родной природе и к своей отчизне. «Пусть ропот укоризны за мною по пятам бежал, — говорит он, — не небесам чужой отчизны — я песни родине слагал!». Его лирические вещи, полные грусти о недостижимом или разбитом счастье, проникнуты заразительным настроением. Достаточно указать на «Я посетил твое кладбище». Нужно ли говорить о его гражданской заслуге «толпе напоминать, что бедствует народ в то время, как она ликует и поет» , — напоминать, что в то время, когда, по признанию самого Николая I, Россия управлялась столоначальниками, а они избирались преимущественно из городской молодежи, далекой от народа и чуждой ему, Некрасов говорил ей о нем, пробуждая в ней внимание и любовь к этому «таинственному незнакомцу».

Выставляя Некрасова «спорным поэтом», некоторые критики нападают и на приемы его творчества. «Зачем он употребляет стихотворный размер анапест?» — восклицает один; «Да ведь все, что он говорит стихами, можно изложить прозой», — восклицает другой [8]. Но разве многие произведения, хотя бы того же Тургенева, не доказали, что и проза может иметь и ритм и гармонию стиха? И разве не встречаем мы у Некрасова свободное распоряжение всеми стихотворными размерами, независимо от любимого им ямба? Его народный, сочный и выразительный язык «Мороза-Красного носа», «Коробейников» и «Кому на Руси жить хорошо» заставляет невольно вспомнить мольбу .Тургенева: «Берегите наш русский язык!» [9]

Его содержательные и образные прилагательные, напоминающие пушкинские, заключали в себе не только определения свойства или качества, но и целый образ, как, например, — беспокойная ласковость взгляда, поддельная краска ланит и убогая роскошь наряда у несчастной жертвы общественного темперамента, или врачующий простор родной стороны, или закушенный калач, дрожащий в руке голодного вора, и проч.

Нельзя не отметить у него и очень удачных звукоподражаний, тоже напоминающих Пушкина. Таков, например, отзыв простого человека о железной дороге: «Важная барыня! гордая барыня! ходит, змеёю шипит: «Пусто вам! пусто вам! пусто вам!» — русской деревне кричит».

Нет и скучного у многих поэтов многословия. Его определения кратки, но содержательны, — он часто ограничивается общим намеком, предоставляя читателю самому представить себе настоящую картину. В страдании русской матери, насильственно разлученной с сыном, «мало слов, а горя реченька, горя реченька бездонная» ; причины, приведшие человека на каторгу, рисуются так: «Молящий стон, безумный крик, сверканье стали. прочь утонувшие в крови — воспоминания любви!» Наконец, опять-таки в опровержение одного из критиков, приходится указать на неудачное, по его мнению, а в сущности превосходное обращение Пушкина к княгине Волконской в «Русских женщинах», в котором так и слышатся подлинная манера и стиль великого поэта. [10]

1. А. Л. Боровиковский, «Его судьям» («Слово» 1878 г. № 3, стр. 78).

2. Цитата из стихотворения Н. А. Некрасова «Рыцарь на час» (1860).
Далее в статье А. Ф. Кони обращается к следующим стихотворениям и поэмам Некрасова (названия цитируемых или упоминаемых произведений Некрасова приведены в порядке их следования в статье): «Самодовольных болтунов» (1856), «В неведомой глуши, в деревне полудикой» (1846), «Родина» (1846), «На Волге» (1860), «Благодарение господу богу» (1863), «Орина, мать солдатская» (1863; трагедии рекрутчины, горю «рекрутских жен и матерей» посвящен также ряд строк в стихотворениях «Тишина» и «Соловьи»), «Княгиня Трубецкая» (1871), «Княгиня Волконская» (1872), «Внимая ужасам войны» (1855), «Тройка» (1846), «В дороге» (1845), «Филантроп» (1853), «Княгиня Трубецкая», «Кому на Руси жить хорошо» (из части «Пир на весь мир»), «Баюшки-баю» (1877), «Тишина» (1857), «Я посетил твое кладбище» (1849), «Элегия» (1874), «Убогая и нарядная» (1857), «Тишина», «Вор» (1850), «Кому на Руси жить хорошо» (из части «Пир на весь мир»), «Орина, мать солдатская», «Несчастные» (1856).

3. Острота полемики вокруг творчества Н. А. Некрасова обусловливалась отношением критиков к революционно-демократическому содержанию его стихов и новаторским чертам его поэтического стиля. Особенно горячий отклик поэзия Некрасова получила в среде народнической молодежи. В связи с этим Н. Г. Аммон в статье «Певец скорби и упований» писал: «Никто из русских поэтов не носит с большим правом наименования «печальника горя народного», чем Некрасов. Этот важнейший факт в его поэзии имеет, конечно, свою историю [. ] Высоко поднявшаяся волна гражданско-народнического настроения должна была вызвать к жизни соответствующее поэтическое выражение» («Журнал министерства народного просвещения» 1900 г. № 8, отд. II, стр. 241).

В «тенденциозности», «неискренности», служении «журнальным мотивам» обвиняли Некрасова критики реакционного и либерального лагеря, воспринимавшие его поэзию с враждебных общественно-эстетических позиций (см., например, статьи В. Г. Авсеенко, Е. Маркова, В. Маркова, В. П. Буренина, Т. Толычевой и др. в книге «Н. А. Некрасов, его жизнь и сочинения», Сборник историко-литературных статей, составленный В. И. Покровским, М., 1906).

О том, что «поэзия и не ночевала» в стихах Некрасова, писал 13 (25) января 1868 г. в письме к Я. П. Полонскому И. С. Тургенев (И. С.Тургенев, Полн. собр. соч. и писем. Письма, т. VII, М.-Л., 1964, стр. 30), отношение которого к Некрасову претерпело эволюцию. Положительным оценкам сороковых — половины пятидесятых годов, когда Тургенев признавался, что он «наизусть выучил» сведшее его с ума стихотворение «Еду ли ночью по улице темной» (там же, т. I, М.-Л., 1961, стр. 264), или находил, что лирические стихи Некрасова «пушкински хороши» (там же, т. II, М. — Л., 1961, стр. 295), а «собранные в один фокус» в сборнике 1856 года его стихотворения «жгутся» (там же, т. Ill, М. — Л., 1961, стр. 58), противостояли более поздние, особенно после идеологического раскола в «Современнике», резко отрицательные суждения Тургенева о Некрасове как человеке и поэте.

4. Начальные строки третьего и первого четверостишия стихотворения А. А. Фета «Шепот, робкое дыхание» (1850).

5. Имеются в виду следующие строки из статьи «О Некрасове» С. А. Андреевского: «. собственная натура Некрасова; самая положительная, дельная, земная, какую только можно себе представить» (С. А. Андреевский, Литературные чтения, СПб., 1891, стр. 178).

6. Развивая данные Гоголем в т. 1 гл. VII .»Мертвых душ» характеристики писателя с «возвышенным строем лиры» и писателя-сатирика, дерзнувшего «страшную, потрясающую тину мелочей, опутавших нашу жизнь» выставить «ярко на — всенародные очи», Некрасов создает в стихотворении «Блажен незлобивый поэт» (1852) образ поэта, который «проповедует любовь враждебным словом отрицанья». Гоголевские Мотивы смеха сквозь «незримые, неведомые» миру слезы («Мертвые души», т. 1, гл. VII), «вечной, могучей любви» во глубине этого «холодного смеха» («Театральный разъезд. «, 1842) преобразуются в революционно-демократической поэзии Некрасова в символическую формулу, сочетающую «любовь» и «ненависть», «месть» и «печаль» («Поэт и гражданин», «Чернышевский» и др.).

7. Имеется в виду картина И. Е. Репина «Бурлаки на Волге» (1870-1873, Русский музей).

8. О Некрасове как о «спорном поэте» писал С. А. Андреевский, который, с одной стороны, попытался определить своеобразие его поэзии, богатство ее стихотворных размеров, близость ее к народной речи, с другой — занял резко полемическую позицию по отношению к поэту, утверждая, что «добрых две трети его произведений могут быть превращены в прозу» (С. А. Андреевский, Литературные чтения, стр. 182). Другой критик, П. Н. Краснов, находивший, что Некрасов «слишком элементарен» и злоупотребляет «грубостью», считал, что характерные для некрасовской музы трехсложные размеры, в частности анапест, являются неудачной попыткой «образовать нечто культурное, но на народной подкладке» («Н. А. Некрасов, его жизнь и сочинения», Сборник историко-литературных статей, составленных В. И. Покровским, М., 1906, стр. 254).

9. В очерке «По поводу «Отцов и детей» (1868-1869) И. С. Тургенев писал: «А просьба моя состоит в следующем: берегите наш язык, наш прекрасный русский язык, этот клад, это достояние, переданное нам нашими предшественниками, в челе которых блистает опять-таки Пушкин! Обращайтесь почтительно с этим могущественным орудием; в руках умелых оно в состоянии совершать чудеса!»

10. А. Ф. Кони опровергает мнение С. А. Андреевского, считавшего, что Некрасов в поэме «Княгиня Волконская» Пушкину «влагает в уста водянистые стихи, несколько приглаженные «ради формы» и богато уснащенные архаизмами» (С. А. Андреевский, Литературные чтения, стр. 202).

Воспроизведено по изданию:
А.Ф. Кони, Собр. сочинений в 8-ми томах, М., Изд. «Юридическая литература», 1968 г., т. 6, стр. 275-278

«Некрасов — поэт страдания»

Н.А. Некрасов стал первым поэтом, «лиру посвятившим народу своему», воспевшим в своих произведениях народные страдания, «поставившим на вид России образы ее кормильцев». Некрасов творил в то время, когда в жизни народа наступил особенно тяжелый период: в пятидесятые годы наступил кризис самодержавно-крепостнической системы, произвол помещиков и страдания народа достигли своего апогея.

Однако и после отмены крепостного права жизнь крестьян не улучшилась: дарованная народу свобода вынуждала их уходить в город на заработки, где ждали нищета,

Герой стихотворения проявляет необычайное благородство и силу духа, когда, пойманный около ее «горенки»,

Герой же стихотворения «Эй, Иван» пытался покончить с собой, не выдержав жестокого обращения господ. Его нередко били, заставляли делать много тяжелой работы, до старости звали просто Иваном, что унижало его человеческое достоинство. В итоге, абсолютно утративший моральный облик, он начал пить и после отмены крепостного права был обречен на жалкое существование…

Особое внимание Некрасов уделяет несчастной судьбе русских крестьянок. В стихотворении «Тройка» поэт воссоздает женский образ, показывает типичную судьбу крестьянской женщины, удел которой — «погрузиться в сон непробудный работы и черной, и трудной». Облик героини, «отцветшей, не успевши расцвесть», воплощает «тупое терпенье и бессмысленный вечный испуг», «бесполезно угасшую силу». Героиня стихотворения, как и большинство женщин, вынуждена терпеть не только непосильный труд, тяготы крестьянской жизни, но и побои «мужа-привередника», прихоти свекрови, «гнущей ее в три погибели». «Ничем не согретая», она «сойдет в сырую могилу», пройдя долгий, тяжелый, полный страдания путь.

Героиня же стихотворения «В дороге» оказалась загублена господами. Воспитанная в барском доме, «наученная всем дворянским манерам и штукам», она, «белоручка и белоличка», отвыкла от трудовой жизни в деревне. Когда же господская дочь вышла замуж, героиню, «мужичку», «воротили на село», где ей «крутенько пришлось». Абсолютно неприспособленная к крестьянскому труду, она не умела «ни косить, ни ходить за коровой», «дело у нее в руках не спорилось», и «безустанная работа», чуждая ей жизнь погубили ее, обреченную на скорую кончину.

Трагичной представляется Некрасову и судьба солдатской матери, воплощенная в стихотворении «Орина, мать солдатская», образ героини которого овеян болью и полон безысходности. Сын Орины, Ваня, которого она не видела восемь лет, «воротился больнехонек». Силы его, «детинушки богатырского сложения», были «сокрушены тяготами солдатской жизни», и он «погас, словно восковая свеченька», оставив старую мать одну с «великой печалью» в душе.

Так, судьба русских крестьянок в стихотворениях Некрасова подобна «горя реченьке бездонной». Не может поэт оставаться равнодушным и к горькой доле крестьянских детей. «Растущие свободно, ничему не учась», они «рано знакомы с трудами», как мальчик, которого лирический герой встретил в лесу, «в студеную зимнюю пору». Маленькому мужичку приходится вести хозяйство вместе с отцом, работать под «солнца холодным огнем», чтобы прокормить большую семью. А сколько страданий и отчаяния в «тихом плаче и жалобах детей», вынужденных работать на фабрике… «Измученные в неволе», они уже не могут «ликовать, резвиться и скакать», а мечтают лишь «скорей воротиться домой», где им, однако, «сладко не забыться»: «встретит их забота и нужда». Детям остается только рыдать, «разрывая на части сердце матери бедной своей…».

В произведениях Некрасова «что ни человек — то мученик, что ни жизнь — то трагедия». В стихотворении «Железная дорога» поэт с горечью повествует о народных страданиях, о голоде, который заставлял людей «надрываться под зноем, под холодом, с вечно согнутой спиной». Именно в этих «мирных детях труда», «божьих ратниках», «ограбленных грамотеями-десятниками», «высеченных начальством, задавленных нуждой», Некрасов видит кормильцев России, тех, кто обеспечивает ее благосостояние.

Он воспевает «привычку к труду благородную», призывая «мужика уважать», восхищаться терпением и силой народа, который «вынесет все, что господь ни пошлет»; поэт убежден, что народ «широкую, ясную грудью дорогу проложит себе», верит в «пору прекрасную», которая непременно наступит.

Но в то же время Некрасов не идеализирует крестьян, в изображении народного характера поэт объективен. Он рисует «отрадную картину» «народного счастья», когда после работы «купчина» «выставляет им бочку и недоимку дарит» и народ с криком «ура» «выпряг лошадей и купчину помчал по дороге», по-рабски радуясь его милости. В стихотворении «Размышления у парадного подъезда» лирический герой видит из окна сцену «скорби вопиющей»: мужиков, просителей, пришедших издалека, прогнали, так как хозяин «не любит оборванной черни», а им осталось лишь «разводить беспомощно руками, повторяя: суди его бог!» и терпеливо, смиренно идти обратно.

Вид этих людей, «несущих неисходное горе в сердцах», заставляет лирического героя задуматься о том, что «великой скорбью народной переполнена земля», «где народ, там и стон бесконечный». Герой задается вопросом о народной судьбе: «проснется ли народ, исполненный сил» или он «духовно навеки почил»? Долго ли будут люди терпеть муки и унижения, «скакать по полям, по дорогам в рудниках, на железной цепи…»? Народное терпение, бессмысленная надежда на барина сатирически и одновременно с горечью изображаются Некрасовым в стихотворении «Забытая деревня».

Все ее жители ничего не могут решить без барина и наивно верят, что он «увидит, как плоха избушка» у бабушки Ненилы и «велит дать лесу», «вернет землицу», которую у крестьян «лихоимец жадный оттягал», справит свадьбу вольного хлебопашца и Наташи. Так «дело чуть за спором», народ надеется на барина, «который все не едет…». Народная вера в доброго господина, надежда на господскую милость, по сути своей рабская, возмущает Некрасова и вызывает в нем жалость. Именно в смирении народа, в долготерпении, покорности поэт видит и вину, и беду крестьян, причину их несчастий…

Посвящая свои произведения народу, Некрасов не только расширяет тематику поэзии, но и вводит новые жанры, такие, как народные песни, городские романсы, бытовые баллады. Многие стихотворения написаны в форме монолога крестьянина, что обусловливает необходимость использовать «подлинно народный язык»: просторечную лексику («варган», «шальной», «уходиться»), диалектизмы. Так поэт достигает максимальной достоверности. Создается впечатление, что перед в нами — необработанная простонародная речь.

Кроме того, поэтика Некрасова основана на фольклоре. Им используется множество устойчивых эпитетов («белая рученька», «буйная голова», «девица-краса»), междометий («чай», «тоись»), обращений («слышь ты», «понимаешь-ста»), характерных для устного народного творчества, а также анафор, начинающихся с отрицания, типичных для народных песен и частушек («Не гулял я в дремучем лесу, // Не лежал я во рву…»), своеобразных зачинов («Парень был Ванюха рыжий, // Рослый человек, // Не поддался силе вражьей, // Жил бы долгий век»).

Таким образом, стихотворения Некрасова обретают истинную народность, их форма полностью соответствует содержанию. «Воспевая страдания народа», поэт делает свои произведения яркими и выразительными, достоверно повествуя о народной жизни.

Выбирая своей основной темой нелегкую жизнь крестьян, Некрасов, безусловно, обрекал себя на непонятость и отвергнутость. Многие поэты «чистого искусства» видели в его стихах не более чем политическую декларацию, его считали общественным деятелем, но не творцом, не художником, ценили гражданский пафос Некрасова, но не его поэтический талант. Однако Некрасов и сам говорил, что «пишет не для светского общества». Творивший для народа, писавший о народе и во имя народа, этот поэт посвящал свои стихотворения «миллионам живых существ, никогда не изображенных, просящих любящего взгляда», чем и сделал свое творчество неповторимым.

Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Добавить комментарий

;-) :| :x :twisted: :smile: :shock: :sad: :roll: :razz: :oops: :o :mrgreen: :lol: :idea: :grin: :evil: :cry: :cool: :arrow: :???: :?: :!:

Adblock detector