Девиз творчества чехова

Ворчалка № 562 от 10.04.2010 г.

“Молодой Чехов весел, беззаботен и, пожалуй, даже похож на порхающую птичку. но с 1888-1889 годов, когда ему было 28-29 лет, появились две вещи: “Скучная история” и “Иванов”. ”Мы никогда не узнаем, что произошло с Чеховым за то время, которое протекло между окончанием “Степи” (1888 г.) и появлением первой драмы “Иванов” и “Скучной истории. Иванов сравнивает себя с надорвавшимся рабочим”.

“Шестов думает, что Чехов тоже надорвался и

“не от тяжёлой большой работы, не великий, непосильный подвиг сломил его, а так пустой незначительный случай сломил его. и нет прежнего Чехова, весёлого и радостного, а есть угрюмый, хмурый человек”.

“Чехов был певцом безнадёжности. Упорно, уныло, однообразно в течение всей почти 25-летней литературной деятельности только одно и делал: теми или иными способами убивал человеческие надежды. В этом, на мой взгляд, сущность его Творчества”.

“. то, что делал Чехов, на обыкновенном языке называется преступлением и подлежит суровейшей каре. Но как казнить талантливого человека? Даже у Михайловского. не поднялась рука на Чехова. Он предостерегал читателя, указывая на “недобрые огоньки”, но дальше он не шёл: огромный талант Чехова подкупил риторически строгого критика”.

“Молодое поколение ценило в Чехове талант, огромный талант, и ясно было, что оно от него не отречется . и Чехов стал одним из любимейших русских писателей».

“Посмотрите его за работой. Он постоянно точно в засаде сидит, высматривает и подстерегает человеческие надежды. Искусство, наука, любовь, вдохновение, идеалы, будущее, переберите все слова, и они мгновенно блёкнут, вянут и умирают. И сам Чехов на наших глазах блёкнул, вянул и умирал — не умирало в нем только его удивительное искусство. Более того, в этом искусстве он постоянно совершенствовался и дошёл до виртуозности, до которой не доходил никто из его соперников в европейской литературе”.

“Чехов был кладокопателем, волхвом, кудесником, заклинателем. Этим объясняется его исключительное пристрастие к смерти, разложению, гниению, к безнадёжности”.

“Единственная философия, с которой серьёзно считался и потому серьёзно боролся Чехов — был позитивистический материализм”.

“Настоящий, единственный герой Чехова — безнадёжный человек”.
“У него нет ничего, он всё должен создать сам. И вот “творчество из ничего”.

“В “Смысле творчества” я уже выразил основную для меня мысль, что творчество есть творчество из ничего, т. е. из свободы. Критики приписывали мне нелепую мысль, что творчество человека не нуждается в материи, в материалах мира. Творческий акт нуждается в материи, он не может обойтись без мировой реальности, он совершается не в пустоте, не в безвоздушном пространстве. Но творческий акт человека не может целиком определяться материалом, который даёт мир, в нём есть новизна, не детерминированная извне миром. Это и есть тот элемент свободы, который привходит во всякий подлинный творческий акт. В этом тайна творчества. В этом смысле творчество есть творчество из ничего. Это лишь значит, что оно не определяется целиком из мира, оно есть также эманация свободы, не определяемой ничем извне. Без этого творчество было бы лишь перераспределением элементов данного мира, и возникновение новизны было бы призрачным”.

“У Толстого, тоже не очень ценившего философские системы, нет такого резко выраженного отвращения к идеям, мировоззрениям, как у Чехова. «

“Под конец он совершенно эмансипируется от всякого рода идей и даже теряет представление о связи жизненных событий. В этом самая значительная и оригинальная черта его творчества”.

“не логическое развитие страстей, а голый демонстративно ничем не прикрытый случай”.

“читая драму, кажется, что перед тобой номер газеты с бесконечным рядом “faits divers” [заголовков], . во всём и везде царит самодержавный случай, на этот раз дерзко бросающий вызов всем мировоззрениям. В этом наибольшая оригинальность Чехова, источник его мучительнейших переживаний”.

“у Чехова был момент, когда он решился во что бы то ни стало покинуть занятую им позицию и вернуться назад. Плодом такого решения была “Палата № 6”.

”Чехов хотел уступить и уступил. Он почувствовал невыносимость безнадежности, невозможность творчества из ничего”.

“Чехова у нас просто не дочитали до конца”.

“О Чехове без преувеличения можно сказать, что он — один из самых свободных художников в русской литературе. А по значению поставленных им вопросов, по его проникновению в глубину русской души с её мучительными поисками высшего смысла жизни и высшей правды, Чехов превосходит и гениального бытописателя русских типов Гончарова”.

“Мировоззрение Чехова-человека, близко связывало его с его эпохой, с торжествовавшим тогда рационализмом и позитивизмом. Но он не принял их до конца, не мог на них успокоиться”.

“Чехов и своей личностью, и духовным состоянием своих героев из среды русской интеллигенции уже знаменует кризис русского рационализма, как господствующего направления, ещё довольно задолго до того момента, когда этот кризис наступил для значительного большинства уже с несомненной очевидностью. Чехов сумел ощутить его первые трещины. Есть все основания думать, что он носил их в самом себе, но появились они в нём, надо предполагать, со стороны его творческой интуиции. Иногда прорывалась она наружу и в его откровенных беседах”.

“. не только нашей молодёжи, но и нам самим сейчас трудно представить, до какой степени русский писатель времён Чехова был стеснен и подавлен нашим интеллигентным обществом, которое навязывало ему свои вкусы, оценки, свои злобы дня. И чем талантливее был автор, тем настойчивее всё это ему навязывалось, тем решительнее от него требовали, чтобы он эти определенные лозунги провозглашал. ”

“Чехов, внимательно читаемый теперь после кровавой русской катастрофы, не только не кажется изжитым до конца, но становится гораздо ближе, во многом понятнее и неизмеримо значительнее, чем прежде”.

“никогда ни в чём он не скрывал того, что человеческая скорбь ему всегда была несравненно дороже, важнее, интереснее “гражданской скорби”.

“В то время как крикливо прославленный современник Чехова, Максим Горький, победно восклицал:

“Человек — это звучит трагически. Это звучит страшно и жалостно до слёз”.

“ Жизнь всякого человека, не утонувшего в пошлом самодовольстве, трагична. Достаточно заглянуть в любую душу, чтобы проникнуться острой жалостью к ней. Чтобы чувствовать трагедию, совершенно не нужно создавать трагических героев в духе Шекспира, ибо человеческая жизнь сама по себе уже есть трагедия, и одиночество человеческой души трагично”.

“Его талант в самом большом и серьёзном не вызывал энтузиазма у читателей, потому что Чехов по своему мироощущению оказывался стоящим одиноко в современной толпе”.

“главное невидимо действующее лицо в чеховских пьесах, как и во многих других его произведениях, — беспощадно уходящее время”.

“Чехов подводит человеческую мысль и человеческое сердце к тоскливой мысли о неразрешимом. Для него проблема неразрешимого гораздо важнее всего остального на свете — важнее “прогресса”, “блага человеческого и всех достижений”.

Чехов – это Пушкин в прозе

«Чехов — великий писатель русской классики — принадлежит всем нам! И не только по тому, что его произведения давно переведены на многие языки народов мира, Чехов создал замечательные образы простых людей, которых можно найти всюду, в любой стране. Чехов любил людей, он мечтал о том времени, когда исчезнут мрак, невежество, пошлость и настанет счастливая жизнь. Прошло несколько лет, и мы видим, что дети и внуки вашей родины поняли Чехова, Это они построили у себя счастливую жизнь; они хотят, чтобы счастье и согласие воцарились на земле. Чествуя память Чехова, мы ещё глубже проникаемся твердой уверенностью в то, что культура и цивилизация будут расцветать на всей земле в обстановке мира, который мы построим». Изабелла Блюм 1954г. Бельгия

Что же больше всего привлекало читателей в творчестве Чехова? Прежде всего – ощущение необыкновенной правдивости изображаемого и своей сопричастности к этому. Современники Чехова увидели в его книгах себя, своих знакомых, жизнь своего города – такую знакомую, обыденную и в то же время страшную засасывающей пошлостью, сытностью, бездуховностью.
Все современные исследователи, характеризующие творческий метод писателя, обязательно упомянут, что его реализм «отточен» до символа. Эту особенность творчества Чехова – умение добиваться необычайной силы обобщения, не теряя бытовой силы достоверности, — почувствовали уже первые читатели.
Чехов в своих повестях и рассказах держался объективности повествования, не выявляя прямо авторского отношения к изображаемому. Его персонажей трудно было отнести к привычным категориям положительных или отрицательных героев. Все средства художественной выразительности были мобилизованы писателем для того, чтобы показать жизнь во всей сложности, и избегая назидательности, прямолинейности. При этом Чехов рассчитывал на читателей думающих, способных к самостоятельным наблюдениям и выводам. Многие из современников, верно, уловили и поняли его новаторскую смелость.
Книги Чехова были поистине «беспокойными», они будили совесть, заставляли пересматривать многие привычные представления, сопоставлять литературу с собственными жизненными наблюдениями, и многие читатели были благодарны художнику за это. Студент Н.А. Жиль, утверждал, что именно духовное общение с Чеховым «пробуждает лучшее, дремлющее в нас возможности, которые без этого общения обречены на бездействие»
Однако бывали случаи, когда приглушенность авторского голоса и сложность, объемность чеховских образов вызвали недоумение у читателей, и они требовали у автора объяснений.
Так реальной ситуацией, заставившей Чехова обратится к темам и идеям Толстого — моралиста и философа, выявление жизненных и литературных источников чеховских сюжетов, а также сопоставление редакций этих рассказов поможет уточнить наши представления о первом этапе творческих взаимоотношений двух художников слова.
Многие выводы Толстого о путях переустройства жизни были оценены в процессе тех лет как сугубо консервативные, общественно вредные и послужили основанием для ожесточенных нападок.
Прежде всего – мысль о том, что злу надо противиться не злом, а добром «непротивление злу насилием»; во – вторых, теория нравственного самоусовершенствования: отказ от материальной помощи просящему и проповедь милостыни духовной; в – третьих, призыв к опрощению; в – четвертых, отрицание современного научного и технического прогресса; в – пятых, признание как главной и основной обязанности за женщиной – материнства, а за мужчиной – физического труда.
Мысли Толстого о непротивлении злу силой были встречены критиками с иронией. Они не замечали, что для Толстого противиться злу добром – это идеал и как всякий идеал оно недостижимо, но к нему надо стремиться, чтобы не увеличивать насилие и зло на земле. Особенно резким нападкам подвергались суждения Толстого о женском труде, о том, что воспитать душу человека – главное призвание женщины.
Какова же была позиция Чехова в этой литературной полемики?
Рассказ Чехова «Сестра», явно полемичен. Образ героя рассказа – критика Лядовского, вызывает ряд ассоциаций с фигурами Скабичевского, Михайловского.
Лядовский «вел в газете еженедельный критический фельетон». « Борьба за правду и право – вот девиз человека, выступившего на общественную арену»; « Неужели думают добиться истины, не говорим уже правду, устранив вдохновение, воодушевление высшими идеалами человечества!».
Тон и смысл этих статей, их пафос, общие, избитые фразы проступают в фельетонах и речах чеховского героя. « Это « пишущий », к которому очень идет, когда он говорит: « Нас немного! » или: «Душно живется, враг сильнее нас, но что за жизнь без борьбы? Вперед! ».
Вера Семеновна думает, что причина нерешенности вопроса о непротивлении – в робости человеческого мышления: «Мне кажется, — говорит она, — что современная мысль засела на одном месте и слишком приурочила себя к оседлости. Она вяла, робка, боится широкого, гигантского полета, как мы с тобой боимся взобраться на высокую гору ».
Читатели пытаются определить эту особенность чеховских героев чуждых романтической идеализации и обличительной прямолинейности, в герое «отразился ненормальный и нравственно — искалеченный век», но автор «умело заставляет» полюбить его; героиня много и хорошо работает, но суха и педантична; «жутко» и «жалко» «бедного, одинокого, черствого душой человека» — сочетание, казалось бы, несовместимого.

Приведенные сопоставления чеховского текста и русской периодики 1886 г. убеждают, что «Сестра» — злободневный, полемический рассказ. Цель его – защита «Толстого – человека», что вовсе не означает солидарности с его учением.
Вера Семеновна говорила брату, что такие вопросы, как непротивление, решились бы сами собой, если бы мыслящие люди « не были узкими, предубежденными рутинерами. … Естественные науки могут дать тебе ключ к разгадке! Из них ты узнаешь, например, что инстинкт самосохранения, без которого невозможна органическая жизнь, не мирится с непротивлением злу, как огонь с водой. ».
Спор сестры с братом – это преломленное отражение споров критиков с Толстым. Родство спорящих – в непонимании предмета спора.
Следующий рассказ Чехова на тему о непротивлении злу – «Встреча », по сюжету напоминает легенду Толстого « Крестник », где праведник побеждает разбойника жалостью и любовью.
У Чехова эпиграф настраивает на отрицание того, что может пробудиться что – то человеческое в воре Кузьме; « . . . нос и уши поражали своей мелкостью, глаза не мигали, глядели неподвижно в одну точку, как у дурочка или удивительного, и . . . вся голова казалась сплюснутой с боков, так что затылочная часть черепа правильным полукругом сильно выдавалась назад ».
После кратковременного испуга вор Кузьма, которого не наказывает обворованный им Ефрем, ведет себя по – прежнему: лжет, хвастает и т. п.

Между тем, так называемые « бесфинальные» завершение повестей, рассказов, пьес Чехова 90 – 900- х годов были также своеобразным способом стимулировать активность читателя – автор не давал готовых решений, а заставлял его вместе с героем духовно прозреть и прийти к мысли о необходимости « перевернуть» свою жизнь.
Еще 1890 г. Чехов, отвечая на упрек в «объективности», писал: «Конечно, было бы приятно сосчитать художество с проповедью, но для меня это чрезвычайно трудно и почти невозможно по условиям техники». За последующие десятилетие изменилось в чем – то мировоззрение писателя, совершенствовалась «техника », но он до конца остался верен принципам своего сдержанного, внешне объективного тона, находя различные формы выявления авторского отношения , роль детали, внутренняя ирония и т. д. не прибегая нигде к проповеди, прямому обращению с ней к читателю.
Чехов, до конца остался в рамках строгого реалистической объективной манеры, не отошел от задачи – показывать жизнь Ии человека такими, каковы они есть в действительности. Он не принимал романтического пафоса и романтизацию действительности у писателей — народников.
И в то же время Чехов в самые последние годы своей жизни ощущал потребность « поймать… бодрые настроения», охватывающей широкие круги русского общества в начале 900 –х годов, ввести в свое творчество новые образы и картины.
Может быть, никогда так остро не ощущается трагедия безвременной ранней смерти Чехова, как при чтении адресованных ему писем читателей, когда особенно понимаешь, что из жизни ушел, накануне нового этапа своего творчества, большой и нужной людям художник.

4428 человек просмотрели эту страницу. Зарегистрируйся или войди и узнай сколько человек из твоей школы уже списали это сочинение.

/ Сочинения / Чехов А.П. / Разное / Чехов – это Пушкин в прозе

Смотрите также по разным произведениям Чехова:

Объявлен международный конкурс художественного творчества «По Чехову»

Цели конкурса — обнаружить новые талантливые произведения, выполненные в разных жанрах, способствовать выявлению и развитию художественных и творческих способностей современников, представить международной общественности новых авторов, привлечь к ним внимание, популяризировать творчество талантливых людей на широком географическом пространстве.

В рамках конкурса принимаются работы в следующих номинациях:

«Художественное чтение»
Участник конкурса представляет аудио-файл или записанную в видео-формате с максимальным коэффициентом качества чтецкуюработу по произведению(-ям) А.П. Чехова продолжительностью не более 10 минут.

«Театр»
Участник конкурса (группа в составе не более 3-х человек) представляет записанную в видео-формате с максимальным коэффициентом качества инсценировку по мотивам произведений А.П. Чехова. Длительность исполнения не должна превышать 10 минут.

«Драматургия»
Принимаются пьесы в двух подноминациях:

— Пьесы малого формата и экспериментальные тексты для театра;
— Пьесы для детей и юношества.

Пьесы должны быть оригинальными (не инсценировками прозаических произведений и не являться чистыми биографиями выдающихся личностей), написаны в последние два года. На момент подачи на конкурс они не должны ставиться в театрах либо публиковаться. Все пьесы должны иметь точное указание на год их создания. Максимальный объем пьес – 50 страниц.

«Эссе»
В номинации на конкурс принимаются оригинальные работы разных лет публикации и написания, посвященные жизни и творчеству А.П. Чехова. А также прозаические произведения: статьи, очерки, заметки, критика, рецензии на экранизации произведений А.П. Чехова и фильмы о его жизни и творчестве. Максимальный объем работ — 15000 знаков с пробелами.

«Иллюстрация»
Уастник конкурса представляет отсканированную иллюстрацию к любому произведению А.П. Чехова, выполненную в произвольный технике.

«Мультимедиа»
Участник конкурса представляет буктрейлер (видеоролик) на основе произведения(-ий) А.П. Чехова. Работа может быть смонтирована в любой компьютерной программе и записана в видео-формате с максимальным коэффициентом качества. Длительность сюжета не должна превышать 3 минуты.

«Ироничная песня»
В номинации должна быть представлена песня ироничного содержания («в стиле Чехова»). Участник конкурса представляет аудио-файл или видеоклип авторской песни с максимальным коэффициентом качества. Оцениваются: текст, музыка и исполнение. Длительность исполнения не должна превышать 5 минут.

На каждую конкурсную работу участник конкурса оформляет заявочную форму по прилагаемой форме, которую не позднее 20 марта 2013 года необходимо отправить в оргкомитет конкурса по электронному адресу: postmaster@schriftstellergilde.org. Победители конкурса в каждой номинации будут объявлены экспертами 15 июня 2013 года.

Абсолютные победители, лауреаты и дипломанты конкурса в каждой номинации награждаются памятными дипломами и подарками. Победители получат приглашения на творческие презентации, организуемые в рамках культурных мероприятий Гильдии писателей. Лучшие конкурсные работы будут представлены в итоговом сборнике конкурса, пьесы рекомендованы к постановке театрам.

Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Добавить комментарий

;-) :| :x :twisted: :smile: :shock: :sad: :roll: :razz: :oops: :o :mrgreen: :lol: :idea: :grin: :evil: :cry: :cool: :arrow: :???: :?: :!: