Сайт не настроен на сервере

Сайт www.lovelegends.ru не настроен на сервере хостинга.

Адресная запись домена ссылается на наш сервер, но этот сайт не обслуживается.
Если Вы недавно добавили сайт в панель управления — подождите 15 минут и ваш сайт начнет работать.

Денисовский цикл стихов тютчева

Пошли, господь, свою отраду
Тому, кто в летний жар и зной
Как бедный нищий мимо саду
Бредет по жесткой мостовой –

Кто смотрит вскользь через ограду
На тень деревьев, злак долин,
На недоступную прохладу
Роскошных, светлых луговин.

Не для него гостеприимной
Деревья сенью разрослись,
Не для него, как облак дымный,
Фонтан на воздухе повис.

Лазурный грот, как из тумана,
Напрасно взор его манит,
И пыль росистая фонтана
Главы его не осенит.

Пошли, господь, свою отраду
Тому, кто жизненной тропой
Как бедный нищий мимо саду
Бредет по знойной мостовой.

И опять звезда играет
В легкой зыби невских волн,
И опять любовь вверяет
Ей таинственный свой челн.

И меж зыбью и звездою
Он скользит как бы во сне,
И два призрака с собою
Вдаль уносит по волне.

Дети ль это праздной лени
Тратят здесь досуг ночной?
Иль блаженные две тени
Покидают мир земной?

Ты, разлитая как море,
Пышноструйная волна,
Приюти в твоем просторе
Тайну скромного челна!

Как ни дышит полдень знойный
В растворенное окно,
В этой храмине спокойной,
Где всё тихо и темно,

Где живые благовонья
Бродят в сумрачной тени,
В сладкий сумрак полусонья
Погрузись и отдохни.

Здесь фонтан неутомимый
День и ночь поет в углу
И кропит росой незримой
Очарованную мглу.

И в мерцанье полусвета,
Тайной страстью занята,
Здесь влюбленного поэта
Веет легкая мечта.

Под дыханьем непогоды,1
Вздувшись, потемнели воды
И подернулись свинцом –
И сквозь глянец их суровый
Вечер пасмурно-багровый
Светит радужным лучом,

Сыплет искры золотые,
Сеет розы огневые,
И – уносит их поток.
Над волной темно-лазурной
Вечер пламенный и бурный
Обрывает свой венок.

12 августа 1850

Не говори: меня он, как и прежде, любит,2
Мной, как и прежде, дорожит.
О нет! Он жизнь мою бесчеловечно губит,
Хоть, вижу, нож в руке его дрожит.

То в гневе, то в слезах, тоскуя, негодуя,
Увлечена, в душе уязвлена,
Я стражду, не живу. им, им одним живу я –
Но эта жизнь. О, как горька она!

Он мерит воздух мне так бережно и скудно.
Не мерят так и лютому врагу.
Ох, я дышу еще болезненно и трудно,
Могу дышать, но жить уж не могу.

Между июлем 1850 и серединой 1851

Не раз ты слышала признанье:
«Не стою я любви твоей».
Пускай мое она созданье –
Но как я беден перед ней.

Перед любовию твоею
Мне больно вспомнить о себе –
Стою, молчу, благоговею
И поклоняюся тебе.

Когда порой так умиленно,
С такою верой и мольбой
Невольно клонишь ты колено
Пред колыбелью дорогой,

Где спит она – твое рожденье –
Твой безымянный херувим, –
Пойми ж и ты мое смиренье
Пред сердцем любящим твоим.

О, как убийственно мы любим,
Как в буйной слепоте страстей
Мы то всего вернее губим,
Что сердцу нашему милей!

Давно ль, гордясь своей победой,
Ты говорил: она моя.
Год не прошел – спроси и сведай,
Что уцелело от нея?

Куда ланит девались розы,
Улыбка уст и блеск очей?
Все опалили, выжгли слезы
Горючей влагою своей.

Ты помнишь ли, при вашей встрече,
При первой встрече роковой,
Ее волшебный взор, и речи,
И смех младенчески-живой?

И что ж теперь? И где все это?
И долговечен ли был сон?
Увы, как северное лето,
Был мимолетным гостем он!

Судьбы ужасным приговором
Твоя любовь для ней была,
И незаслуженным позором
На жизнь ее она легла!

Жизнь отреченья, жизнь страданья!
В ее душевной глубине
Ей оставались вспоминанья.
Но изменили и оне.

И на земле ей дико стало,
Очарование ушло.
Толпа, нахлынув, в грязь втоптала
То, что в душе ее цвело.

И что ж от долгого мученья,
Как пепл, сберечь ей удалось?
Боль, злую боль ожесточенья,
Боль без отрады и без слез!

О, как убийственно мы любим!
Как в буйной слепоте страстей
Мы то всего вернее губим,
Что сердцу нашему милей.

Сияет солнце, воды блещут,
На всем улыбка, жизнь во всем,
Деревья радостно трепещут,
Купаясь в небе голубом.

Поют деревья, блещут воды,
Любовью воздух растворен,
И мир, цветущий мир природы,
Избытком жизни упоен.

Но и в избытке упоенья
Нет упоения сильней
Одной улыбки умиленья
Измученной души твоей.

О вещая душа моя!3
О, сердце, полное тревоги,
О, как ты бьешься на пороге
Как бы двойного бытия.

Так, ты – жилица двух миров,
Твой день – болезненный и страстный,
Твой сон – пророчески-неясный,
Как откровение духов.

Пускай страдальческую грудь
Волнуют страсти роковые –
Душа готова, как Мария,
К ногам Христа навек прильнуть.

Весь день она лежала в забытьи,
И всю ее уж тени покрывали.
Лил теплый летний дождь – его струи
По листьям весело звучали.

И медленно опомнилась она,
И начала прислушиваться к шуму,
И долго слушала – увлечена,
Погружена в сознательную думу.

И вот, как бы беседуя с собой,
Сознательно она проговорила
(Я был при ней, убитый, но живой):
«О, как все это я любила!»
. . . . . . . . . . . . . . . . . . . .

Любила ты, и так, как ты, любить –
Нет, никому еще не удавалось!
О господи. и это пережить.
И сердце на клочки не разорвалось.

Когда на то нет божьего согласья,4
Как ни страдай она, любя, –
Душа, увы, не выстрадает счастья,
Но может выстрадать себя.

Душа, душа, которая всецело
Одной заветной отдалась любви
И ей одной дышала и болела,
Господь тебя благослови!

Он, милосердный, всемогущий,
Он, греющий своим лучом
И пышный цвет, на воздухе цветущий,
И чистый перл на дне морском.

Сегодня, друг, пятнадцать лет минуло 5
С того блаженно-рокового дня,
Как душу всю свою она вдохнула,
Как всю себя перелила в меня.

И вот уж год, без жалоб, без упреку,
Утратив всё, приветствую судьбу.
Быть до конца так страшно одиноку,
Как буду одинок в своем гробу.

Нет дня, чтобы душа не ныла,6
Не изнывала б о былом,
Искала слов, не находила,
И сохла, сохла с каждым днем, –

Как тот, кто жгучею тоскою
Томился по краю родном
И вдруг узнал бы, что волною
Он схоронен на дне морском.

Лирика Тютчева в моем восприятии

Ф. И. Тютчев — один из самых любимых и известных поэтов. Его имя сопровождает нас всю жизнь. Еще в младших классах, сидя за партой, мы читаем по слогам и учим наизусть его стихотворения, которые покоряют своей выразительностью, образностью, какой-то неземной загадочностью и напевностью. Я до сих пор помню его стихи, которые впервые прочитал так давно:

Зима недаром злится,

Весна в окно стучится

И гонит со двора…

Сказочное сражение. Я так любил это стихотворение. Мне было весело

Есть в осени первоначальной

Короткая, но дивная пора —

Весь день стоит как бы хрустальный,

И лучезарны вечера…

И до сих пор, как в детстве, меня захватывает, увлекает за собой тайна его стиха:

Околдован, лес стоит

И под снежной бахромою,

Чудной жизнью он блестит…

Читаю эти строки, и перед глазами появляются лес «под снежной бахромою» и «чародейка Зима», которая пленила «волшебным сном» все живое в этом лесу. Это — как

Позднее я узнаю Тютчева ближе, знакомлюсь с его уже. более серьезной лирикой. И чем больше я его читаю, тем интереснее, таинственнее, загадочнее становятся его стихи.

Лирика Тютчева — одна из вершин русской поэзии XIX века. Тютчева часто называют поэтом мысли, но ему доступны самые разные оттенки человеческих настроений и страстей, ему присуще тонко развитое чувство природы. При жизни Тютчева его маленькие лирические произведения не сразу нашли дорогу к сердцу читателей. Слава пришла к нему лишь на шестом десятке лет. А сколько пришлось пережить, испытать за это время! Впервые его стихи были напечатаны в 1836 году в пушкинском «Современнике». И лишь в пятидесятом году вышел первый поэтический сборник его стихов.

Гениальный художник, глубокий мыслитель, тонкий психолог — таким предстает он в стихах, темы которых вечны: смысл человеческого бытия, жизнь природы, связь с ней человека, любовь.

Важная особенность лирики Тютчева — ее космический характер. Мысль поэта обнимает все мироздание, в его воображении встают грандиозные картины, в которых небо противопоставлено земле, горы — долинам, север — югу. При этом поэт искренне верит, что у неба, звезд, гор, моря — своя, таинственная жизнь, и она притягивает его своей загадочностью:

Не то, что мните вы, природа.

Не слепок, не бездушный лик —

В ней есть душа, в ней есть свобода,

В ней есть любовь, в ней есть язык…

Многие поэты XIX века уподобляли природу живому существу, но у Тютчева она превратилась в самостоятельный, многоголосый, «стоокий» мир. Он то чарует поэта гармоничной красотой, то внушает страх грозной хаотичностью.

Вообще, поэзия Тютчева — это поэзия контрастов. Его излюбленные полюса — день и ночь. День обычно светел и лучезарен, он дарит блаженный покой. Но этот покой обманчив: под «покровом златотканным» мира дневного скрыт «древний хаос». Наступает ночь — и пробуждаются стихийные силы природы:

…Но меркнет день — настала ночь;

Пришла — и с мира рокового

Ткань благодатного покрова

Сорвав, отбрасывает прочь

И бездна нам обнажена

С своими страхами и мглами,

И нет преград меж ей и нами

Вот отчего нам ночь страшна

Человек в поэзии Тютчева занимает непонятное, какое-то двусмысленное положение «мыслящего тростника». Мучительная тревожность, тщетные попытки понять свое предназначение неотступно преследуют поэта:

Стоим мы слепо пред Судьбою.

Не нам сорвать с нее покров…

Но Тютчев писал не только о природе, о бытии, о мироздании. У него есть изумительные стихи о любви — «денисьевский цикл», в который входят стихотворения, по-; священные Е, А. Денисьевой. Тютчев полюбил ее, когда ему было уже под пятьдесят. Это была его последняя любовь. В их любви не было безоблачного счастья. Для Тютчева она была «блаженно-роковой», для Денисьевой — «убийственной», а для них обоих — неотвратимой, как сама судьба. «Денисьевский цикл» — это одна из самых печальных, самых возвышенных и самых горьких любовных повестей человечества.

О, как убийственно мы любим,

Как с буйной слепоте страстей

Мы то всего вернее губим,

Что сердцу нашему милей

Среди стихов Тютчева есть такие, которые просто завораживают. Одно из них вот это:

Душа хотела б стать звездой,

Но не тогда, как с неба полуночи

Сил светила, как живые очи,

Глядят на сонный мир земной,

Но днем, когда сокрытые, как дымом

Палящих солнечных лучей,

Они, как божества, горят светлей

В эфире чистом и незримом.

Когда я читаю эти строки — в душе какой-то трепет. Кажется, что вот-вот я пойму что-то очень для меня важное. Но, очарованный звучанием слов и зримостью картины, чувствуешь, что оттенки мысли поэта тебе еще недоступны, осознаёшь, что для понимания такую поэзию нужно читать еще и еще…

Многие из тютчевских стихов стали хрестоматийными, многие положены на музыку. Вот, например, один из самых известных романсов на стихи Тютчева «Весенние воды»:

Еще в полях белеет слёг,

А воды уж весной шумят, —

Бегут и будят сонный брег,

Бегут и блещут и гласят…

Кажется, сама вдохновенная музыка весны заговорила в этих строках. Композитор Сергей Рахманинов лишь воплотил ее хрустальную мелодию в своем романсе.

Закончить свою работу я хочу строками из стихотворения А. Н. Апухтина «Памяти Ф. И. Тютчева»:

Ни у домашнего простого камелька,

Ни в шуме светских фраз и суеты салонной

Нам не забыть его, седого старика,

С улыбкой едкой, с душою благосклонной!

«Я очи знал, — о, эти очи. » Ф. Тютчев

Я очи знал, — о, эти очи!
Как я любил их — знает бог!
От их волшебной, страстной ночи
Я душу оторвать не мог.

В непостижимом этом взоре,
Жизнь обнажающем до дна,
Такое слышалося горе,
Такая страсти глубина!

Дышал он грустный, углубленный
В тени ресниц ее густой,
Как наслажденье, утомленный,
И, как страданья, роковой.

И в эти чудные мгновенья
Ни разу мне не довелось
С ним повстречаться без волненья
И любоваться им без слез.

Анализ стихотворения Тютчева «Я очи знал, — о, эти очи. »

Федор Тютчев считается непревзойденным лириком русской литературы, который, как никто другой, умел передавать в своих стихах чувства и настроения. Многие его произведения посвящены природе, однако есть и отдельная страница творчества, связанная с женщинами, которых поэт по-настоящему любил. Одной из них является Елена Денисьева, с которой Тютчев, будучи женатым, прожил в гражданском браке 14 лет. Их роман развивался бурно и закончился громким скандалом, года выяснилось, что девушка из дворянской семьи, являющаяся воспитанницей Смольного института благородных девиц, ждет от поэта ребенка. Но даже позор и разрыв с родственниками, которые лишили Елену Денисьеву наследства, не смогли заставить молодую женщину разорвать порочную связь с Тютчевым. И поэт был ей за это очень благодарен, хотя и понимал, что фактически сломал жизнь своей возлюбленной.

Одно из первых стихотворений «Я очи знал, — о, эти очи!», которое Федор Тютчев посвятил Елене Денисьевой, было написано примерно в 1851 году, как раз в разгар их романа. Понимая, что обрекает свою избранницу на позор, поэт, тем не менее, не мог совладать со своими чувствами. И не переставал восхищаться Еленой Денисьевой, которая стала его музой и самым близким другом. «Я очи знал, – о, эти очи! Как я любил их – знает бог!», — восклицает поэт, в этих простых и коротких фразах выражая всю глубину своих чувств по отношению к избраннице. Однажды Тютчев упомянул о том, что одного лишь взгляда Елены Денисьевой достаточно для того, чтобы он мог забыть обо всем на свете. При этом взор своей возлюбленной он мог читать, как открытую книгу, в которой «такое слышалося горе, такая страсти глубина!».

Действительно, Елена Денисьева, по воспоминаниям очевидцев, была безумно влюблена в Тютчева. Настолько, что даже смирилась с тем, что ей придется довольствоваться лишь ролью любовницы. Именно поэтому в ее взгляде поэт нередко видел грусть и отчаянье, которые являлись обратной стороной медали этого романа. Понимая, что от Елены Денисьевой отвернулись практически все, Тютчев посчитал своим долгом взять на себя все заботы, связанные с обеспечением молодой женщины и даже дал свою фамилию детям, которые родились у его возлюбленной вне брака. И это была лишь малая доля того, что он мог сделать для той, которая в прямом смысле слова бросила к его ногам всю свою жизнь.

Восхищаясь мужеством своей избранницы, Тютчев буквально боготворил Елену Денисьеву, считая ее эталоном женской красоты. Ее образ, овеянный легкой грустью и роковой страстью, можно встретить во многих стихах, которые впоследствии вошли в «Денисьевский цикл». Однако лишь в произведении «Я очи знал, — о, эти очи!» автор позволяет себе в полной мере проявить свои чувства и признаться в том, что он испытывает к этой удивительной женщине. В частности, Тютчев отмечает, что ему ни разу не довелось со взглядом возлюбленной «повстречаться без волненья и любоваться им без слез». Такое признание, которое под силу сделать далеко не каждому мужчине, наиболее полно отражает отношение поэта к Елене Денисьевой. Ради этой женщины он поставил под угрозу свой вполне благополучный брак и не менее успешную карьеру общественного деятеля. И нисколько об этом не пожалел, так как именно Елена Денисьева смогла окрасить стихи поэта нежностью и страстью, научила его не стесняться своих чувств на собственном примере. Но главное, что осознал Тютчев, заключалось в том, что вопреки законам общества никогда не стоит отказываться от своего счастья. Иначе впоследствии об этом придется сожалеть до конца жизни и казнить себя за то, что она могла сложиться совсем иначе и быть наполненной одним из самых восхитительных чувств, которое зовется любовью.

Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Добавить комментарий

;-) :| :x :twisted: :smile: :shock: :sad: :roll: :razz: :oops: :o :mrgreen: :lol: :idea: :grin: :evil: :cry: :cool: :arrow: :???: :?: :!:

Adblock detector