Человек и природа в лирике

Большинство произведений Афанасия Афанасьевича Фета посвящено описанию природы. «Мир во всех своих частях равно прекрасен. Красота разлитá по всему мирозданию…», – говорил поэт. Природа становится у Фета средством выражения лирического чувства восторга, наслаждения, радости: «любо мне», «рад я». Эту любовь вызывает не экзотическая природа, а обычная, пихая: «зари осенней след», «густая крапива шумит под окном».

Ни у кого из русских поэтов нет такого обилия описаний цветов, оттенков, запахов, состояний природы, как у Фета. Острота восприятия природы складывается в лирике Фета в богатстве эпитетов, метафор, передающих ароматы, звуки, цвета:

«зеленая ива повисла шатром»,
«весны душистой нега»,

«ароматные цветы» и т.д.

По мнению Фета, поэзии близки такие состояния души, которые далеки от рассудочной деятельности: «грезы», «сны», «бред неясный», «мечты», «фантазии» и т.д.

Стихотворение «Шепот, робкое дыханье…» вызвало литературный скандал. Однако это стихотворение Фета приподнято оценили Тургенев, Дружинин и Достоевский.

В стихотворении два плана: первый – природа, второй – душевное состояние человека. Второй план частный, интимно-человеческий. Стихотворение безглагольное, в нем нет сказуемых, одни назывные предложения, одно восклицательное предложение. Фет в стихотворении изображает не столько предметы, явления, оттенки, тени, неопределенные эмоции. Любовная и пейзажная лирика сливаются в одно целое. Глаголы передают движение. Здесь их нет, а ощущение движения есть. Каждое движение – картина. Перед нами любовное свидание до зари. Первая строфа – завязка. Вечер – она пришла на свидание; ночь – проходит в упоении любви; утро – слезы счастья и расставания. Мир природы и мир человека, чувство любви, чувство тончайшее, невыразимо сильное, о таком чувстве словами не скажешь. Так о любви до Фета никто не говорил.

Стихотворение написано в стиле импрессионизма (импрессионизм в поэзии – это изображение предметов не в их целостности, а в мгновениях, в случайных снимках памяти, предмет не изображается, а фиксируется обрывками, и те складываются в цельную картину).

В этом стихотворении изображена не плотская любовь, а духовная, на что указывает и финал стихотворения, т.е. концовка, которая у Фета очень важна:

«И заря, заря. » — эти слова звучат не в ряду с другими словами, а выделены. Заря у Фета – высшее выражение чувств, свет любви.

Эпитеты: «робкое дыханье», «волшебные изменения милого лица».

Олицетворения: «сонный ручей».

Стихотворение написано хореем. Женская рифма придает мелодичность и выразительность. Две первые строфы – полное бессоюзие, передающее динамику происходящего. И как бы завершая сцену свидания, в последней строфе тройное употребление союза «и» снимает напряжение и вводит спокойную ноту, передающую состояние души возлюбленных.

Свидетельством необыкновенной музыкальности стихов Фета является стихотворение «Сияла ночь. Луной был полон сад…». К особому эмоциональному восприятию стихотворения подготавливает чудесный живописный пейзаж, сотканный из ярких мазков и освещения. Все кругом залито лунным светом, и оттого ночная пора и мир природы предстают в своем неожиданном сиянии. Это стихотворение Фета можно сравнивать с пушкинским «Я помню чудное мгновенье…». Так же как и у Пушкина, в фетовском произведении две основные части: пишется о первой встрече с героиней и о второй, правда у Фета вторая саммит могла и не быть реальной. Годы, прошедшие после первой встречи, были днями одиночества и тоски:

И много лет прошло, томительных и скучных…

Последние четыре строки – это смысловое музыкальное завершение стихотворения. У Фета финал значим. Выражается сила истинной любви и истинного искусства, которые поднимают лирического героя над временем и смертью:

А жизни нет конца, и цели нет другой,

Как только веровать в рыдающие звуки,

Тебя любить, обнять и плакать над тобой!

В стихотворении Фета «Это утро, радость эта…» чередуются в вихре восторга отдельные слова. Эти слова – имена существительные, лишенные определений. Стихотворение-эксперимент. Единственное поясняющее слово, многократно (24 раза) возникающее на пространстве 18 коротких строк – «это» («эти», «этот»). Совершенно не живописное слово. Казалось бы, оно мало подходит для описания такого красочного явления, как весна. Но при чтении фетовской миниатюры возникает завораживающее, маническое, прямо проникающее в душу настроение. Зоркий око читателя может выявить в этом как будто сумбурном перечислительном ряду глубокую логику:

сначала взгляд, устремленный вверх (небо, птицы);

потом – кругом (ивы, березы, долы);

наконец, взгляд, обращенный вовнутрь себя, в свои ощущения («мгла и пыл постели», «ночь без сна»).

Читатель должен почувствовать весеннее душевное состояние, пережить его.

Афанасия Афанасьевича Фета можно назвать самым лиричным лириком XIX в. Фет- поэт субъективный, поэт неопределенных, недосказанных, смутных чувств, «получувств».

Фета называют певцом красоты. Он любил и умел ценить музыку, природу, красивых людей. В его имении был удивительный розарий, жилье утопал в цветах. Даже будучи старым, он писал о звездах, розах, «трелях соловья».

Салтыков-Щедрин писал: «Стихи Фета дышат самой искренней свежестью, а романсы его распевает чуть ли не вся Россия». Профессор Московского университета, давнишний поклонник Фета, Петр Кудрявцев, замечал: «Мне кажется, что миллионы людей благодарны Афанасию Фету за то, что он обнажил перед нами красоту мира, красоту жизни и любви».

«Влюбленность указывает человеку, каким он должен быть». А.П.Чехов. (По произведениям русской литературы. — А.А.Ахматова. Любовная лирика.)

Стихи Анны Ахматовой, посвященные любви, стали самыми популярным в ее творчестве. Едва ли не сразу после появления первой книги, а потом «Четок» и «Белой стаи» в особенности, стали говорить о «загадке Ахматовой».
Сам^ талант был очевидным, но непривычна, а значит, и неясна была его суть. Как объяснить, например, пленительное сочетание женственности и хрупкости с той твердостью и отчетливостью рисунка, что свидетельствуют о властности и незаурядной, почти жесткой воле? Сначала хотели эту волю не замечать, она достаточно противоречила «эталону женственности». Вызывало недоуменное восхищение и странное немногословие ее любовной лирики, в которой страсть походила на тишину предгрозья и выражала себя обычно лишь двумя-тремя словами, похожими на зарницы, вспыхивающие за грозно потемневшим горизонтом.
Но если страдание любящей души так неимоверно — до молчания, до потери речи — замкнуто и обуглено, то почему так огромен, так прекрасен и пленительно достоверен весь окружающий мир? Дело, очевидно, в том, что, как у любого крупного поэта, ее любовный роман был шире и многозначнее своих конкретных ситуаций. В сложной музыке ахматовской лирики, в ее едва мерцающей глубине, в ее убегающей от глаз мгле, в подпочве, в подсознании постоянно жила и давала о себе знать особая, пугающая дисгармония, смущавшая саму А.Ахматову. Она писала впоследствии в «Поэме без героя», что постоянно слышала непонятный гул, как бы некое подземное клокотание, сдвиги и трение тех первоначальных твердых пород, на которых извечно и надежно зиждилась жизнь, но которые стали терять устойчивость и равновесие.
Самым первым предвестием такого тревожного ощущения было стихотворение «Первое возвращение» с его образами смертельного сна, савана и погребального звона, с общим ощущением резкой и бесповоротной перемены, происшедшей в самом воздухе времени. В любовный роман А.Ахматовой входила эпоха — она по-своему озвучивала и переиначивала стихи, вносила в них ноту тревоги и печали, имевших более широкое значение, чем собственная судьба.
Именно по этой причине любовная лирика А.Ахматовой стечением времени, в предреволюционные, а затем и в первые послереволюционные годы, завоевывала все новые и новые читательские круги и поколения и, не переставая быть объектом восхищенного внимания тонких ценителей, явно выходила из, казалось бы, предназначенного ей узкого круга читателей Эта «хрупкая» и «камерная», как ее обычно называли, лирика женской любви начала вскоре, и, ко всеобщему удивлению, не менее пленительно, звучать также и для первых советских читателей — комиссаров гражданской войны и работниц в красных косынках. На первых порах столь странное обстоятельство вызывало немалое смущение — прежде всего среди пролетарских читателей.
Надо сказать, что советская поэзия первых лет Октября и гражданской войны, занятая грандиозными задачами ниспровержения старого мира, любившая образы и мотивы, как правило, вселенского, космического масштаба, предпочитавшая говорить не столько о человеке, сколько о человечестве или, во всяком случае, о массе, была первоначально недостаточно внимательной к микромиру интимных чувств, относя их к разряду социально небезопасных буржуазных предрассудков. Из всех возможных музыкальных инструментов она в те годы отдавала предпочтение ударным. На этом грохочущем фоне, не признававшем полутонов и оттенков, в соседстве с громоподобными маршами и «железными»стихами первых пролетарских поэтов, любовная лирика Анны Ахматовой, сыгранная на приглушенных скрипках, должна была бы по всем законам логики затеряться и бесследно исчезнуть. .
Но этого не произошло. Молодые читатели новой, пролетарской, встававшей на социалистический путь Советской России, работницы и рабфаковцы, красноармейки и красноармейцы — все эти люди, такие далекие и враждебные самому миру, оплаканному в ахматовских стихах, тем не менее заметили и прочли маленькие, белые, изящно изданные томики ее стихов, продолжавшие невозмутимо выходить все эти огненные годы.
А.Ахматова действительно самая характерная героиня своего времени, явленная в бесконечном разнообразии женских судеб: любовницы и жены, вдовы и матери, изменявшей и оставляемой. А Ахматова воплотила в искусстве сложную историю женского характера переломной эпохи, его истоков, ломки, нового становления. Герой ахматовской лирики сложен и многолик. Он — любовник, брат, друг, представший в бесконечном разнообразии ситуаций: коварный и великодушный, убивающий и воскрешающий, первый и последний.
Но всегда, при всем многообразии жизненных коллизий и житейских казусов, при всей необычности, даже экзотичности характеров, героиня или героини Ахматовой несут нечто главное, исконно женское, и к нему-то пробивается стих в рассказе о какой-нибудь канатной плясунье, например, идя сквозь привычные определения и заученные положения («Меня покинул в новолунье // Мой друг любимый. Ну так что ж!») к тому, что «сердце знает, сердце знает»: глубокую тоску оставленной женщины. Вот эта способность выйти к тому, что «сердце знает», — главное в стихах А.Ахматовой. «Я вижу все, // Я все понимаю». Но это «все» освещено в ее поэзии одним источником света. Есть центр, который как бы сводит к себе весь остальной мир ее поэзии, оказывается ее основным нервом, ее идеей и принципом. Эта любовь. Стихия женской души неизбежно должна была начать с такого заявления себя в любви. Именно здесь рождались подлинно поэтические открытия, такой взгляд на мир, что позволяет говорить о поэзии Ахматовой как о новом явлении в развитии русской лирики двадцатого века. В ее поэзии есть и «божество», и «вдохновенье». Сохраняя высокое значение идеи любви, связанное с символизмом, Ахматова возвращает ей живой и реальный, отнюдь не отвлеченный характер. Душа оживает «не для страсти, не для забавы, а для великой земной любви».
«Великая земная любовь» — вот движущее начало всей лирики Анны Ахматовой. Именно она заставила по-иному — уже не символистски и не акмеистски, а, если воспользоваться привычным определением, реалистически — увидеть мир.

То пятое время года,
Только его славословь.
Дыши последней свободой,
Оттого, что это — любовь.

В этом стихотворении А.Ахматова назвала любовь «пятым временем года». Из этого-то необычного, пятого, времени увидены ею остальные четыре, обычные. В состоянии любви мир видится заново. Обострены и напряжены все чувства. И открывается необычность обычного. Человек начинает воспринимать мир с удесятеренной силой, действительно достигая в ощущении жизни вершин. Мир открывается в дополнительной реальности: «Ведь звезды были крупнее, ведь пахли иначе травы». Поэтому стих Анны Ахматовой так предметен: он возвращает вещам первозданный смысл, он останавливает внимание на том, мимо чего мы в обычном состоянии способны пройти равнодушно, не оценить, не почувствовать. «Над засохшей повиликою мягко плавает пчела» — это увидено впервые.
Только женщина с ее умением не просто чувствовать, но и предчувствовать, не просто мыслить, но и ощущать, не просто страдать самой, но и воплотить в собственных муках и переживаниях страдание миллионов могла создать такую ни на что не похожую любовную лирику. И в этом — великая загадка творчества Анны Ахматовой.

3588 человек просмотрели эту страницу. Зарегистрируйся или войди и узнай сколько человек из твоей школы уже списали это сочинение.

Рекомендуем эксклюзивные работы по этой теме, которые скачиваются по принципу «одно сочинение в одну школу»:

Это свободная энциклопедия школьных сочинений. Наша цель – ОБЛЕГЧИТЬ написание сочинений по русской литературе. Мы производим обмен РЕАЛЬНЫМИ сочинениями школьников с 5 по 11 классы. Узнать как происходит ОБМЕН вы можете ЗДЕСЬ

  • Автор: А. А. Ахматова
  • Произведение: Лирика Ахматовой
  • Это сочинение списано 41 621 раз

Анна Ахматова – знаковое имя поэзии первой половины минувшего столетия. Ее жизнь пришлась на сложную эпоху социальных потрясений в виде двух мировых войн и революций, коренной ломки жизненных устоев и мировоззрения людей. Вместе с русским народом Анна Андреевна пережила массовые репрессии тридцатых годов, страшное военное лихолетье.

Все это наложило свой отпечаток на художественный мир поэта (Ахматова ненавидела слово «поэтесса» и никогда так себя не называла), повлияв и на тематику, и на эстетику, и на философию написанных стихов. Творчество мастера поэтического слова можно разделить, достаточно условно, на три периода.

Первые книги Анны Андреевны под названиями «Вечер», «Четки» наполнены практически целиком любовной темой. Причем, каждое из стихотворений является как бы частью лирического романа-миниатюры, в написании которого Ахматова достигла высочайшего мастерства. Это уже не романтический лепет, а воссоздание пережитых надежд и разочарований, желаний и страстей. Сердце ее лирической героини «рвется от любви на части». Но при этом она понимает, что ничего чувственно — вечного в этом мире нет. Поэтому-то стремящиеся к страсти «безумны», а достигшие ее «поражены тоскою».

Героиня поэзии Ахматовой разная. Она любима и отвергнута, неприступна и холодна, томна и страстна. Это не определенная личность, а собирательный образ любящей и страдающей женщины. Таким светом любви озарен первый период творчества мастера.

Третий сборник поэта «Белая стая» являет собой переход к новым образам и ко второму этапу творческой жизни. Ахматова выходит за границы личных переживаний. В ее стихах появляются «крики журавлей», «влажный весенний плющ», жницы, работающие в поле, «липы шумные и вязы», слегка моросящий дождик, иначе говоря, жизненные реалии. А вместе с ними приходит ощущение «сладостной земли», зовущейся родиной. Это становится началом гражданской темы в творчестве мастера.

Лирика поэта приобретает философскую глубину, отражая более сильную сопричастность автора к тому, что происходит вокруг. С этим тесно связывается тема высокого предназначения поэзии и роли поэта в мире, которому кроме дара песнопения дана по «велению небес» тяжелая крестная ноша. Мастер художественного слова должен нести ее достойно, будучи всегда в центре даже самых трагических событий.

Третий период творчества Ахматовой характеризуется слиянием лирического и гражданского начал. Его можно назвать этапом обретения «духовного зрения» высшей пробы. Ярчайшим примером этого является поэма «Реквием», в котором женщина-поэт разделяет судьбу многомиллионного народа.

Уже с первых строк там говорится не только о личном несчастье, но и о горе всего многострадального народа. Недаром некоторые части поэмы по своему построению напоминают народный плач. Стихотворение «Распятие» объединяет судьбы Сына Божьего с земным сыном реальной женщины. Так возникает параллель между восхождением на Голгофу и муками в советских застенках. И, наконец, в эпилоге завершающим аккордом звучит желание молиться обо «всех, кто там стоял со мною».

Уникальным явлением стало творчество Ахматовой для всей мировой литературы. Оно соединило воедино эпический размах и проникновенный лиризм, приобретя эмоциональную убедительность, прославившее имя поэта в веках.

О творчестве А. П. Чехова

Наивысшим художественным образцом для Чехова была проза А. С. Пушкина, очаровывавшая его гениальной простотой и лаконичностью. Из зарубежных писателей он особенно высоко ценил Г. де Мопассана, в совершенстве владевшего искусством создания коротких психологических новелл.

Поначалу в литературе Чехов заявил о себе как о талантливом юмористе, работавшем в характерных для периодики жанрах рассказа-сценки, рассказа-анекдота, фельетона, пародии и т. п. Многое из написанного в ранний период он позже забраковал. Вместе с тем уже тогда из-под его пера выходили такие шедевры, как «Толстый и тонкий», «Хирург», «Хамелеон» и др. И уже тогда проявился его драматургический талант, в полной мере раскрывшийся в период творческой зрелости.

Поворотным пунктом творческой биографии А. П. Чехова стала повесть «Степь» (1888), проникнутая глубоким лиризмом и емкими философскими обобщениями. Благодаря ей Чехов был признан одним из крупнейших литературных дарований России конца ХIХ в.

Событием большой общественной и творческой важности стала поездка писателя на Сахалин, не только обогатившая его новым жизненным материалом, но и повлиявшая на его нравственно-социальную позицию и понимание национальной жизни.

В чеховской прозе 1890-х гг. заметно расширились границы охвата жизни, обогатился тематический репертуар, усилились тенденции к нравственно-философским обобщениям. Аналогичные изменения произошли и в драматургии писателя, приобретавшей всё более серьезное значение в его творчестве.

Традиционно в истории русской литературы А. П. Чехов занимает место рядом с выдающимися писателями-реалистами второй половины ХIХ ст. – Ф. М. Достоевским и Л. Н. Толстым. Однако его творчество органично вписывается и в литературный ландшафт рубежа ХIХ–ХХ вв., поскольку в нем прослеживаются элементы художественных систем символизма и импрессионизма, получивших развитие в литературе и искусстве указанного периода.

Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Добавить комментарий

;-) :| :x :twisted: :smile: :shock: :sad: :roll: :razz: :oops: :o :mrgreen: :lol: :idea: :grin: :evil: :cry: :cool: :arrow: :???: :?: :!: