Чехов степь аргументы для сочинения

Из уездного города N-ской губернии июльским утром выезжает обшарпанная бричка, в которой сидят купец Иван Иванович Кузьмичёв, настоятель N-ской церкви о. Христофор Сирийский («маленький длинноволосый старичок») и племянник Кузьмичёва мальчик Егорушка девяти лет, посланный матерью, Ольгой Ивановной, вдовой коллежского секретаря и родной сестрой Кузьмичёва, поступать в гимназию в большой город. Кузьмичёв и о. Христофор едут продавать шерсть, Егорушку захватили по пути. Ему грустно покидать родные места и расставаться с матерью. Он плачет, но о. Христофор его утешает, говоря обычные слова о том, что ученье — свет, а неученье тьма. Сам о. Христофор образован: «Пятнадцати лет мне ещё не было, а я уж говорил и стихи сочинял по-латынски все равно как по-русски». Он мог сделать неплохую церковную карьеру, но родители не благословили на дальнейшее ученье. Кузьмичёв же против лишнего образования и считает отправку Егорушки в город капризом сестры. Он мог бы пристроить Егорушку к делу и без учения.

Кузьмичёв и о. Христофор пытаются догнать обоз и некоего Варламова, знаменитого в уезде купца, который богаче многих помещиков. Они приезжают на постоялый двор, хозяин которого, еврей Моисей Моисеич лебезит перед гостями и даже мальчиком (ему он отдаёт пряник, предназначенный для больного сына Наума). Он «маленький человек», для которого Кузьмичёв и священник — настоящие «господа». Кроме жены и детей в его доме живёт его брат Соломон, гордый и обиженный на весь мир человек. Он сжёг свои деньги, доставшиеся в наследство, и теперь оказался приживальщиком брата, что причиняет ему страдание и подобие мазохистского наслаждения. Моисей Моисеич его ругает, о. Христофор жалеет, а Кузьмичёв презирает.

Пока гости пьют чай и пересчитывают деньги, на постоялый двор приезжает графиня Драницкая, очень красивая, благородная, богатая женщина, которую, как говорит Кузьмичёв, «обирает» какой-то поляк Казимир Михайлыч: «…молодая да глупая. В голове ветер так и ходит».

Догнали обоз. Кузьмичёв оставляет мальчика с обозчиками и отправляется с о. Христофором по делам. Постепенно Егорушка знакомится с новыми для него людьми: Пантелеем, старообрядцем и очень степенным человеком, который ест отдельно от всех кипарисовой ложкой с крестиком на черенке и пьёт воду из лампадки; Емельяном, старым и безобидным человеком; Дымовым, молодым неженатым парнем, которого отец посылает с обозом, чтобы он не избаловался дома; Васей, бывшим певчим, простудившим себе горло и страдающим от невозможности больше петь; Кирюхой, ничем особенно не примечательным мужиком… Из их разговоров на привалах мальчик понимает, что все они прежде жили лучше и пошли работать в обоз из-за нужды.

Большое место в повести занимают описание степи, достигающее художественного апофеоза в сцене грозы, и разговоры обозчиков. Пантелей по ночам у костра рассказывает страшные истории, якобы из своей жизни в северной части России, где он работал кучером у разных купцов и всегда попадал с ними в приключения на постоялых дворах. Там непременно жили разбойники и резали купцов длинными ножами. Даже мальчик понимает, что все эти истории полупридуманные и, возможно, даже не самим Пантелеем, но почему-то он предпочитает рассказывать их, а не реальные события из своей явно непростой жизни. Вообще, по мере продвижения обоза к городу, мальчик как бы заново знакомится с русским народом, и очень многое кажется ему странным. Например, Вася обладает таким острым зрением, что может видеть животных и то, как они ведут себя далеко от людей; он ест живого «бобырика» (сорт мелкой рыбы типа пескаря), при этом лицо его приобретает ласковое выражение. В нем есть что-то звериное и «не от мира сего» одновременно. Дымов мучается от избытка физической силы. Ему «скучно», и от скуки он делает много злого: зачем-то убивает ужа, хотя это, по словам Пантелея, большой грех, зачем-то обижает Емельяна, но затем просит прощения Егорушка его не любит и боится, как слегка побаивается всех этих чужих для него мужиков, кроме Пантелея.

Подъезжая к городу, они наконец встречают «того самого» Варламова, о котором столько упоминалось прежде и который к концу повести приобрёл некий мифологический оттенок. На самом деле — это пожилой купец, деловой и властный. Он знает, как обращаться и с мужиками, и с помещиками; очень уверен в себе и своих деньгах. На его фоне дядя Иван Иванович кажется Егорушке «маленьким человеком», каким Моисей Моисеич казался на фоне самого Кузьмичёва.

По дороге во время грозы Егорушка простудился и заболел. О. Христофор в городе лечит его, а дядя очень недоволен, что ко всем хлопотам добавляется ещё и забота об устройстве племянника. Они с о. Христофором выгодно продали шерсть купцу Черепахину, и теперь Кузьмичёв жалеет, что часть шерсти продал ещё дома по более низкой цене. Он думает только о деньгах и этим сильно отличается от о. Христофора, который умеет сочетать необходимый практицизм с мыслями о Боге и душе, любовью к жизни, знаниям, почти отцовской нежностью к мальчику и проч. Из всех персонажей повести он самый гармоничный.

Егорушку пристраивают у старой подруги его матери Настасьи Петровны Тоскуновой, которая отписала частный дом зятю и живёт с маленькой внучкой Катей на квартире, где «много образов и цветов». Кузьмичёв будет платить ей за содержание мальчика десять рублей в месяц. Он уже подал документы в гимназию, скоро должны быть приёмные экзамены. Подарив Егорушке по гривеннику, Кузьмичёв и о. Христофор уезжают. Мальчик почему-то чувствует, что о. Христофора он больше не увидит. «Егорушка почувствовал, что с этими людьми для него исчезло навсегда, как дым, все то, что до сих пор было пережито; он опустился в изнеможении на лавочку и горькими слезами приветствовал новую, неведомую жизнь, которая теперь начиналась для него… Какова-то будет эта жизнь?»

Из одного города, ранним летним утром, выехала телега не первой свежести, в которой находились купец, Иван Кузьмичёв, священник Христофор Сирийский и племянник Кузьмичёва, девятилетний Егор. Мужчины едут на рынок, продавать шерсть, а мальчика взяли с собой по пути. Он ехал поступать в гимназию.

Кузьмичёв с Христофором пытаются догнать обоз Варламова, известного купца. Они въезжают на постоялый двор к еврею Моисею Моисеевичу. Для него постояльцы являются богатыми людьми, и Моисей старается изо всех сил выслужиться перед ними.

Пока они пили чай и считали деньги, появилась графиня Драницкая. Она очень красивая и богатая дама, которую, по словам Кузьмичёва, обирает поляк, Казимир Михайлович. Затем, они догоняют обоз, и оставляют мальчика там. Постепенно Егор познакомился с обозчиками. Среди них были разные люди, которые пошли работать в обоз из-за нужды.

Значительное место в произведении занимает степь. Апофеоз описания этого простора достигается в сцене грозы. Один из обозчиков рассказывает разные истории, по его словам, происходившие с ним в то время, когда он жил на севере России. Но мальчик осознаёт, что все эти страшные истории наполовину выдуманные. Причём, по ходу обоза, Егор узнаёт много неизвестного в судьбе русского народа, и очень много ему кажется немного странным.

На подъезде к городу, они встречают Варламова, о котором упоминалось в начале произведения. Этот деловой человек был властным и уверенным. Сравнивая его с Кузьмичёвым, Егор понимает, что последний был намного ниже по положению, чем Варламов.

Во время грозы, Егор сильно заболел. Священник Христофор занялся его лечением, а Кузьмичёв проявляет недовольство, что ему требуется возиться с больным мальчиком. Они с большой выгодой продали шерсть одному перекупщику, и Кузьмичёв немного расстроен, что они продали часть шерсти по низкой цене, ещё дома.

Кузьмичёв устраивает мальчика, у старой подруги его матери, которая живёт со своей внучкой в квартире. Он и Христофор дают Егору по гривеннику, и уезжают. Мальчик понимает, что вместе с их уездом, что-то ушло навсегда. Он присел на лавочку и заплакал.

Сочинение-описание по картине неизвестного художника «Казак Мамай»

Картина «Казак Мамай» нарисована свыше трехсот лет тому назад художником, чье имя не сохранилось. В то время много неизвестных художников из народа создали много подобных картин.

На переднем плане мы видим казака, который сидит под широкополым молодым дубом посреди широкой степи. Возле казака Мамая стоит верный конь вороной. Казак пристально смотрит, не шевельнется ли где-то там, в степи, затаившийся враг.

Возле казака наготове лежит боевое снаряжение: мушкет, пороховница. Позади него торчит воткнутое в землю острое копье. На ветке висит

Одет Мамай, как и есть к лицу казаку, в широкие шаровары и жупан. Степь молчит, тихо вокруг – казак думу думает. А налетит ветер, колыхнет оселедец на казачьей голове, развернет пышные усы. Встрепенется Мамай и заиграет на своей бандуре.

Никакой враг не мог испугать его, так как был он, как повествуют легенды, ни для кого не победимым. Только свистнет его сабля – так и покатятся головы врагов.

История свидетельствует, что именно этого казака на Запорожье никогда не было. Но были тысячи ему подобных. В казаке Мамае воспроизведен сборный образ казацкой Украины. Такие картины были издавна популярными в народе, ими украшали крестьянские дома.

«Степь»

Из уездного города N-ской губернии июльским утром выезжает обшарпанная бричка, в которой сидят купец Иван Иванович Кузьмичёв, настоятель N-ской церкви о. Христофор Сирийский («маленький длинноволосый старичок») и племянник Кузьмичёва мальчик Егорушка девяти лет, посланный матерью, Ольгой Ивановной, вдовой коллежского секретаря и родной сестрой Кузьмичёва, поступать в гимназию в большой город. Кузьмичёв и о. Христофор едут продавать шерсть, Егорушку захватили по пути. Ему грустно покидать родные места и расставаться с матерью. Он плачет, но о. Христофор его утешает, говоря обычные слова о том, что ученье — свет, а неученье тьма. Сам о. Христофор образован: «Пятнадцати лет мне ещё не было, а я уж говорил и стихи сочинял по-латынски все равно как по-русски». Он мог сделать неплохую церковную карьеру, но родители не благословили на дальнейшее ученье. Кузьмичёв же против лишнего образования и считает отправку Егорушки в город капризом сестры. Он мог бы пристроить Егорушку к делу и без учения.

Кузьмичёв и о. Христофор пытаются догнать обоз и некоего Варламова, знаменитого в уезде купца, который богаче многих помещиков. Они приезжают на постоялый двор, хозяин которого, еврей Моисей Моисеич лебезит перед гостями и даже мальчиком (ему он отдаёт пряник, предназначенный для больного сына Наума). Он «маленький человек», для которого Кузьмичёв и священник — настоящие «господа». Кроме жены и детей в его доме живёт его брат Соломон, гордый и обиженный на весь мир человек. Он сжёг свои деньги, доставшиеся в наследство, и теперь оказался приживальщиком брата, что причиняет ему страдание и подобие мазохистского наслаждения. Моисей Моисеич его ругает, о. Христофор жалеет, а Кузьмичёв презирает.

Пока гости пьют чай и пересчитывают деньги, на постоялый двор приезжает графиня Драницкая, очень красивая, благородная, богатая женщина, которую, как говорит Кузьмичёв, «обирает» какой-то поляк Казимир Михайлыч: «…молодая да глупая. В голове ветер так и ходит».

Догнали обоз. Кузьмичёв оставляет мальчика с обозчиками и отправляется с о. Христофором по делам. Постепенно Егорушка знакомится с новыми для него людьми: Пантелеем, старообрядцем и очень степенным человеком, который ест отдельно от всех кипарисовой ложкой с крестиком на черенке и пьёт воду из лампадки; Емельяном, старым и безобидным человеком; Дымовым, молодым неженатым парнем, которого отец посылает с обозом, чтобы он не избаловался дома; Васей, бывшим певчим, простудившим себе горло и страдающим от невозможности больше петь; Кирюхой, ничем особенно не примечательным мужиком… Из их разговоров на привалах мальчик понимает, что все они прежде жили лучше и пошли работать в обоз из-за нужды.

Большое место в повести занимают описание степи, достигающее художественного апофеоза в сцене грозы, и разговоры обозчиков. Пантелей по ночам у костра рассказывает страшные истории, якобы из своей жизни в северной части России, где он работал кучером у разных купцов и всегда попадал с ними в приключения на постоялых дворах. Там непременно жили разбойники и резали купцов длинными ножами. Даже мальчик понимает, что все эти истории полупридуманные и, возможно, даже не самим Пантелеем, но почему-то он предпочитает рассказывать их, а не реальные события из своей явно непростой жизни. Вообще, по мере продвижения обоза к городу, мальчик как бы заново знакомится с русским народом, и очень многое кажется ему странным. Например, Вася обладает таким острым зрением, что может видеть животных и то, как они ведут себя далеко от людей; он ест живого «бобырика» (сорт мелкой рыбы типа пескаря), при этом лицо его приобретает ласковое выражение. В нем есть что-то звериное и «не от мира сего» одновременно. Дымов мучается от избытка физической силы. Ему «скучно», и от скуки он делает много злого: зачем-то убивает ужа, хотя это, по словам Пантелея, большой грех, зачем-то обижает Емельяна, но затем просит прощения Егорушка его не любит и боится, как слегка побаивается всех этих чужих для него мужиков, кроме Пантелея.

Подъезжая к городу, они наконец встречают «того самого» Варламова, о котором столько упоминалось прежде и который к концу повести приобрёл некий мифологический оттенок. На самом деле — это пожилой купец, деловой и властный. Он знает, как обращаться и с мужиками, и с помещиками; очень уверен в себе и своих деньгах. На его фоне дядя Иван Иванович кажется Егорушке «маленьким человеком», каким Моисей Моисеич казался на фоне самого Кузьмичёва.

По дороге во время грозы Егорушка простудился и заболел. О. Христофор в городе лечит его, а дядя очень недоволен, что ко всем хлопотам добавляется ещё и забота об устройстве племянника. Они с о. Христофором выгодно продали шерсть купцу Черепахину, и теперь Кузьмичёв жалеет, что часть шерсти продал ещё дома по более низкой цене. Он думает только о деньгах и этим сильно отличается от о. Христофора, который умеет сочетать необходимый практицизм с мыслями о Боге и душе, любовью к жизни, знаниям, почти отцовской нежностью к мальчику и проч. Из всех персонажей повести он самый гармоничный.

Егорушку пристраивают у старой подруги его матери Настасьи Петровны Тоскуновой, которая отписала частный дом зятю и живёт с маленькой внучкой Катей на квартире, где «много образов и цветов». Кузьмичёв будет платить ей за содержание мальчика десять рублей в месяц. Он уже подал документы в гимназию, скоро должны быть приёмные экзамены. Подарив Егорушке по гривеннику, Кузьмичёв и о. Христофор уезжают. Мальчик почему-то чувствует, что о. Христофора он больше не увидит. «Егорушка почувствовал, что с этими людьми для него исчезло навсегда, как дым, все то, что до сих пор было пережито; он опустился в изнеможении на лавочку и горькими слезами приветствовал новую, неведомую жизнь, которая теперь начиналась для него… Какова-то будет эта жизнь?»

Из одного города, ранним летним утром, выехала телега не первой свежести, в которой находились купец, Иван Кузьмичёв, священник Христофор Сирийский и племянник Кузьмичёва, девятилетний Егор. Мужчины едут на рынок, продавать шерсть, а мальчика взяли с собой по пути. Он ехал поступать в гимназию.

Кузьмичёв с Христофором пытаются догнать обоз Варламова, известного купца. Они въезжают на постоялый двор к еврею Моисею Моисеевичу. Для него постояльцы являются богатыми людьми, и Моисей старается изо всех сил выслужиться перед ними.

Пока они пили чай и считали деньги, появилась графиня Драницкая. Она очень красивая и богатая дама, которую, по словам Кузьмичёва, обирает поляк, Казимир Михайлович. Затем, они догоняют обоз, и оставляют мальчика там. Постепенно Егор познакомился с обозчиками. Среди них были разные люди, которые пошли работать в обоз из-за нужды.

Значительное место в произведении занимает степь. Апофеоз описания этого простора достигается в сцене грозы. Один из обозчиков рассказывает разные истории, по его словам, происходившие с ним в то время, когда он жил на севере России. Но мальчик осознаёт, что все эти страшные истории наполовину выдуманные. Причём, по ходу обоза, Егор узнаёт много неизвестного в судьбе русского народа, и очень много ему кажется немного странным.

На подъезде к городу, они встречают Варламова, о котором упоминалось в начале произведения. Этот деловой человек был властным и уверенным. Сравнивая его с Кузьмичёвым, Егор понимает, что последний был намного ниже по положению, чем Варламов.

Во время грозы, Егор сильно заболел. Священник Христофор занялся его лечением, а Кузьмичёв проявляет недовольство, что ему требуется возиться с больным мальчиком. Они с большой выгодой продали шерсть одному перекупщику, и Кузьмичёв немного расстроен, что они продали часть шерсти по низкой цене, ещё дома.

Кузьмичёв устраивает мальчика, у старой подруги его матери, которая живёт со своей внучкой в квартире. Он и Христофор дают Егору по гривеннику, и уезжают. Мальчик понимает, что вместе с их уездом, что-то ушло навсегда. Он присел на лавочку и заплакал.

Готовые школьные сочинения

Коллекция шпаргалок школьных сочинений. Здесь вы найдете шпору по литературе и русскому языку.

Повесть “Степь” как итог творчества Чехова 80-х годов

В рассказах Чехова о детстве зреет художественная мысль писателя о неисчерпаемых возможностях человеческой природы, остающихся невостребованными в современном мире. Художественным итогом его творчества эпохи 80-х годов явилась повесть “Степь”, развивающая и углубляющая детскую тему. Внешне “Степь” — история деловой поездки: купец Кузьмичов и отец Христофор едут в город через степь продавать шерсть. С ними вместе мальчик Егорушка, которого они должны определить в гимназию. Его взрослые спутники — деловые, скучноватые люди. Кузьмичову и во сне снится шерсть, он торгует даже в сновидениях. Коммерческая тема тянется через всю повесть. “Выпив молча стаканов шесть, Кузьмичов расчистил перед собой на столе место, взял мешок… и потряс им. Из мешка посыпались на стол пачки кредитных бумажек”. Выросла огромная куча денег, от которой исходил “противный запах гнилых яблок и керосина”. Ради этой “кучи” кружит по степи другой делец, Варламов, который изводит громадные природные богатства степи в пачки противно пахнущих купюр. В повести разыгрывается конфликт между живой степью и барышами, между степной природой и мертвой цифрой, извлекаемой из нее. Активна в этом конфликте природа. Первые страницы повести передают тоску бездействия, тоску застоявшихся, сдавленных сил. Много говорится о зное, о скуке. Как будто “степь сознает, что она одинока, что богатство ее и вдохновение гибнут даром для мира, никем не воспетые и никому не нужные…” Песня женщины в степи, “тихая, тягучая и заунывная, похожая на плач”, сливается с жалобой природы, “что она ни в чем не виновата, что солнце выжгло ее понапрасну”, “что ей страстно хочется жить”.

Постепенно жалобные и тоскливые ноты уступают место грозным и предупреждающим. Степь копит силы, чтобы в один прекрасный день свергнуть ненавистное ей иго тесноты и духоты. “Что-то необыкновенно широкое, размашистое (*179) и богатырское тянулось по степи вместо дороги… Своим простором она возбудила в Егорушке недоумение и навела его на сказочные мысли. Кто по ней ездит? Кому нужен такой простор? Непонятно и странно. Можно, в самом деле, подумать, что на Руси еще не перевелись громадные, широко шагающие люди, вроде Ильи Муромца… И как бы эти фигуры были к лицу степи и дороге, если бы они существовали!” Степь отторгает от своих просторов мелких, суетных людей вроде торговца Варламова и купца Кузьмичова. А за степным простором незаметно для читателей встает образ “прекрасной и суровой родины”. История, как и природа, умеет выходить сама из собственного застоя. Разражается гроза, как самоочищение, бунт степи против ига, под которым она находилась, и выход в полнокровную, свободную жизнь. “Раздался новый удар, такой же сильный и ужасный. Небо уже не гремело, не грохотало, а издавало сухие, трескучие, похожие на треск сухого дерева звуки…

“Трах! тах! тах!” — понеслось над его головой, упало под воз и разорвалось — “Ррра!”.

Глаза опять нечаянно открылись, и Егорушка увидел новую опасность: за возом шли три громадных великана с длинными пиками. Молния блеснула на остриях их пик и очень явственно осветила их фигуры. То были люди громадных размеров, с закрытыми лицами, поникшими головами и с тяжелой поступью… — Дед, великаны! — крикнул Егорушка, плача”.

Так на грозовом распаде в детском сознании Егорушки великанами видятся русские мужики, державшие на плечах не пики, а железные вилы. Образ степи, не теряя бытового жизнеподобия, наполняется у Чехова грозными предвидениями и предчувствиями. Между степью и людьми из народа возникает художественная связь. Озорной и диковатый мужик Дымов, восклицающий на весь степной простор: “Скушно мне!” — сродни природе, которая “как будто что-то предчувствовала и томилась”, сродни “оборванной и разлохмаченной туче”, имеющей “какое-то пьяное, озорническое выражение”.

К жизни степи глухи Кузьмичов и отец Христофор. Но ее тонко чувствуют во всей игре звуков, запахов и красок люди из народа и близкое к ним детское существо Егорушки. Душа народа и душа ребенка столь же полны и богаты возможностями, столь же широки и неисчерпаемы, как и вольная степь, как и стоящая за нею чеховская (*180) Россия. В повести торжествует чеховский оптимизм, вера в естественный ход жизни, который приведет людей к торжеству правды, добра и красоты. Предчувствие перемен, таинственное ожидание счастья — мотивы, которые получат широкое развитие в творчестве Чехова 90-х — начала 900-х годов.

На исходе 80-х годов Чехов испытал неудовлетворенность собственными “малыми делами” — медицинской практикой в провинции, строительством школ и библиотек. Появилось дерзкое желание пуститься в далекое и трудное путешествие на самый край русской земли — на остров Сахалин. Выбор был не случайным. “Сахалин,- писал Чехов,- это место невыносимых страданий, на какие только бывает способен человек, вольный и подневольный”, место, где “мы сгноили в тюрьмах миллионы людей, сгноили зря, без рассуждения, варварски…” В апреле 1890 года Чехов через Казань, Пермь, Тюмень и Томск отправился в изнурительную поездку к берегам Тихого океана. Уже больной чахоткой, в весеннюю распутицу он проехал на лошадях четыре с половиной тысячи верст и лишь в конце июля прибыл на Сахалин. Здесь в течение трех месяцев он объездил остров, провел поголовную перепись всех сахалинских жителей и составил около 10 тысяч статистических карточек, охватывающих все население острова.

“Боже мой, как богата Россия хорошими людьми!” — вот итог беспримерного путешествия, покрывающий впечатления жуткие и тяжелые, связанные с жизнью каторжных и ссыльных, с административным произволом властей. “На этом берегу Красноярск, самый лучший и красивейший из всех сибирских городов… Я стоял и думал: какая полная, умная и смелая жизнь осветит со временем эти берега!” “Люди на Амуре оригинальные, жизнь интересная… Последний ссыльный дышит на Амуре легче, чем самый первый генерал в России”. Путешествие на остров Сахалин явилось важным этапом на пути гражданского возмужания его таланта. Была написана книга очерков “Остров Сахалин”, которой Чехов не без основания гордился, утверждая, что в его “литературном гардеробе” появился “жесткий арестантский халат”. Писатель вскрыл такие злоупотребления тюремной и каторжной администрации, которые обеспокоили само правительство, назначившее специальную комиссию для расследования положения ссыльнокаторжных на Сахалине.

Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Добавить комментарий

;-) :| :x :twisted: :smile: :shock: :sad: :roll: :razz: :oops: :o :mrgreen: :lol: :idea: :grin: :evil: :cry: :cool: :arrow: :???: :?: :!: