Басни Ивана Андреевича Крылова

Иван Андреевич Крылов — замечательный писатель, сумевший дать басне высокий смысл и сатирическую остроту, актуальность и многозначность. Краткость и образность языка Крылова поразительны. Он умел создать целую картину или охарактеризовать своего героя всего несколькими словами.
В басне «Волк и Ягненок» он изображает Ягненка робеющим перед важным сановником — Волком, и весь строй речи Ягненка, подобострастной и боязливой, передает его характер:

«Когда светлейший Волк позволит.
Осмелюсь я донесть: Что ниже по ручью
От светлости его шагов я на сто пью. »

Елейная речь лицемера царя в басне «Мор зверей» всем стилем своим рисует его отталкивающий образ.

«О, други! — начал Лев: — По множеству грехов
Подпали мы под сильный гнев богов;
Так тот из нас, кто всех виновен боле,
пускай по доброй воле
Отдаст себя на жертву им.
Ох, признаюсь,— хоть это мне и больно,—
Не прав и я!»

Каждая басня писателя по-своему самобытна и индивидуальна. Крылов может при видимой скупости средств создать яркий характер, незабываемый живой образ. В басне «Собачья дружба» «характер» каждой собаки раскрывается в их «фразах».

«Что может,— говорит Полкан, — приятней быть,
Как с другом сердце к сердцу жить;
Во всем оказывать взаимную услугу;
Не спать без друга и не сесть.
Стоять горой за дружню шерсть. »
Барбос ответствует ему:
«Давно, Полканушка, мне больно самому.
Что, бывши одного двора с тобой собаки.
Мы дня не проживем без драки. »

Но не только слова — самые звуки крыловского языка ярко рисуют то, что описывает автор. Вслушайтесь в эти звуки:

В свой ряд смиренный Вол им так мычит:
«И мы
Грешны. »

Близость языка Ивана Андреевича к народной речи сказалась и в том, что писатель вставлял в свои басни пословицы и поговорки, и они вполне сливались с общим тоном басни;

Запели молодцы: кто в лес кто по дрова
И у кого что силы стало.
В ушах у гостя затрещало.
(«Музыканты»)

Читатель, истину любя,
Примолвлю к басне я, и то не от себя,—
Не попусту в народе говорится:
Не плюй в колодезь, пригодится
Воды напиться.
(«Лев и Мышь»)

Но еще замечательное то, что собственные стихи Крылова, легко запоминаясь, сами сделались пословицами, вошли в золотой фонд народной речи. Таких пословиц и поговорок из его басен осталось в русском языке много: «А ларчик просто открывался» («Ларчик»), «Ты виноват уж тем, что хочется мне кушать» («Волк и Ягненок»), «Рыльце у тебя в пуху» («Лисица и Сурок»), «Аи, Моська! Знать она сильна, что лает на Слона» («Слон и Моська»), «А Васька слушает да ест» («Кот и Повар») и много-много других не менее замечательных и выразительных.

У писателя много заимствованных из произведений других баснописцев сюжетов. Но связь Ивана Андреевича с народным творчеством, с языком народных сказок была так тесна, что даже эти заимствованные басни не звучат как переводы. Ведь яркий, меткий, живой русский язык Крылова не мог быть заимствован ни у кого.
Крылов — подлинно народный писатель, художник огромной силы, и влияние его на русскую литературу было глубоким и положительным.

У писателя много заимствованных из произведений других баснописцев сюжетов. Но связь Ивана Андреевича с народным творчеством, с языком народных сказок была так тесна, что даже эти заимствованные басни не звучат как переводы. Ведь яркий, меткий, живой русский язык Крылова не мог быть заимствован ни у кого.
Крылов — подлинно народный писатель, художник огромной силы, и влияние его на русскую литературу было глубоким и положительным.

В баснях «Волк на псарне» и «Щука и кот» уже можно говорить не столько об аллегории, сколько о метафоре. В этих двух баснях под образами волка и щуки подразумевается Наполеон. Можно долго говорить, что Наполеон был хитер, ловок, умен, умел быстро и ловко приспосабливаться к ситуации. Но он не рассчитал своих возможностей и попал «на псарню» вместо «овчарни». Соотнеся образ волка со всем аллегорическим смыслом басни, мы сразу угадываем в нем завоевателя Наполеона. Но при этом образ волка никак не сужается до изображения конкретного человека, он настолько широк и всеобъемлющ, что басня не теряет своей ценности и вне контекста эпохи.

Образы животных у Крылова можно сравнить с образами животных в сказках Салтыкова-Щедрина, где подчас, не зная исторической подоплеки, трудно угадать назначение этого образа в произведении.

Теперь можно сделать вывод, что человек не отделим от своего социального положения, поэтому образы животных можно классифицировать как метафоры определенных социальных уровней. Цари, вельможи, чиновники, «маленькие люди» также нашли свое метафорическое отражение в образах животных у Крылова. Например, в басне «Лев и барс», где лев и барс — выходцы из высших слоев общества, лиса и кот — из чиновничества. Сюда же можно отнести басню «Волк и ягненок». «Усильного всегда бессильный виноват», — гласит мораль этой басни. Образ ягненка использован не только как «Агнец Божий» — аллегория слабости и беззащитности. Этот образ еще и предстает как метафора определенного социального уровня, возможно, мелких чиновников.
Иногда Крылов иронизирует не только над социальными пороками (басня «Две собаки»), но и над самой опорой социальной лестницы — государственными институтами, и для этого также используются образы животных. Примером может служить басня «Квартет», где пародируется государственный совет, созданный в 1801 году, и его четыре департамента, возглавляемые «Проказницей мартышкой, Ослом, Козлом И косолапым мишкой». Что же ожидает такой квартет-совет в будущем, если в его главу поставлена даже не свора собак, а именно разные животные?

Итак, широко используемые Крыловым образы животных с разными характерами указывают на реалистическую основу крыловской басни. Реализм Крылова, связь его басен с народной основой придает его басням русский, национальный дух. Образы животных, которые подчас на иллюстрациях бывают изображены в русских национальных костюмах, несут в себе сатирическую типизацию черт русского национального характера.

Крылов использует прием индивидуализации речи персонажа. Баснописец вкладывает в уста животных отдельные элементы разговорной речи разных сословий того времени, например, в басне «Стрекоза и муравей» муравей говорит: «Кумушка, мне странно это», «Так поди же, попляши». Стоит обратить внимание и на ритмику этой басни. Образ попрыгуньи-стрекозы создается особым «прыгучим» размером — хореем. Крылов также широко применяет звукопись для создания «звукового» образа животного. Например, в басне «Змея» инструментовка на шипящие звуки и «з», в басне «Мор зверей» повторение звуков «м», «у», «ы».

Ориентация Крылова на русскую разговорную речь наглядно проявилась в его баснях благодаря введению в них образа рассказчика. Повествование о действиях персонажей ведется в определенной манере, ясно различим личностный тон рассказчика с присущими ему формами и оборотами речи.

Вот «Лебедь, Рак да Щука», взявшись за дело, «из кожи лезут вон», вот «Механик пуще рвется», чтобы открыть Ларец, вот лягушка, захотевшая сравняться с Волом, вначале стала «топорщиться, пыхтеть», а затем «С натуги лопнула и — околела». Бедняк, увидев Смерть, «оторопел». Моська появляется «отколе ни возьмись».

Встречаются баснях такие обороты: «зима катит в глаза», ‘с ним была плутовка такова». Язык рассказчика басен — просторечно-фамильярный. Рассказчик как бы находится среди своих персонажей, говорит о них, как о знакомых, дает им прозвища: «попрыгунья-Стрекоза», «проказница Мартышка» , «Повар-грамотей», «механик-мудрец». Иногда в самих обращениях уже выражено отношение рассказчика: «мой бедный соловей», «бедный Фока мой», «мой хитрец» («Волк на псарне»).

Но приближение к персонажам не мешает давать им справедливую опенку: «Избави, Бог, и нас от этаких судей», «Кто про свои дела кричит всем без умолку, В том, верно, мало толку». Бывает, что рассказчик принимает позу хитрого простачка: «Кто виноват из них, кто прав — судить не нам, Да только воз и ныне там». Это как раз и есть то «веселое лукавство ума», о котором писал Пушкин.

Народные начала речи, звучащие в баснях Крылова, убедительно подтверждаются использованием в них пословиц и поговорок: «Запели молодцы, кто в лес, кто по дрова». («Музыканты»).
То, что в языке басен Крылова растворились народные выражения, составляет одну его особенность. Другую представляет обратное явление. Многие выражения из басен стали восприниматься как пословицы. «А Васька слушает, да ест»; «А ларчик просто открывался»; «Слона-то я и не приметил»; «Соседушка, я сыт по горло», — отпирается Фока. Мы живо представляем себе людей среднего сословия, их настроения и чувства.
Приемом речевых характеристик Крылов пользуется постоянно. Яркие примеры находим в баснях «Любопытный», «Кошка и Соловей», «Кот и Повар». Особенно мастерски передал Крылов слова Лисицы, выражающие тонкую лесть Вороне. Если сравнить разработку этого сюжета у Тре-дьяковского, Лафонтена, то последний пример наглядно продемонстрирует, что совершенствование басни шло именно по языковой, стилистической линии. В комплиментах Лисицы сквозит ирония. Иронией проникнуто авторское повествование. Это добавляет жизненности, создает условия для более трезвого вывода. Язык, речь героев действует на усложнение сюжета басни, это приводит к углублению ее смысла.

Вольный ямб Крылова отражал жизненное разнообразие, представшее в его баснях. Оно сказалось еще в расширении жанровых границ басни. Так, в басне Осел и Соловей» описание пения соловья дано языком, свойственным идиллии. Жуковский находил у Крылова «два стиха, которые не испортили бы никакого описания. в эпической поэме». Он же с восхищением отмечал его искусство изображения различных предметов. При описании мухи стихи «летают вместе с мухой». Стихи о медведе как бы тянутся, длинные слова передают медлительность и тяжесть медведя.

В своих баснях не забывал Крылов и звуковую сторону стихов. Возьмем, например, басню «Листы и Корни». Две части басни, соответствующие монологам Листов и Корней, подчеркиваются различным подбором звуков. Из восемнадцати стихов первой части только четыре не содержат звука «л», а в пяти стихах этот звук повторяется не по одному разу. Во второй части выделяются звуки «к», «р», «н», «п», «т». Противопоставление Листов и Корней дополнительно подчеркивается на фонетическом уровне. Так у Крылова и звуковой состав слова может нести смысловое значение.

Встречаются у Крылова, правда, не очень часто, такие речевые приемы, как сравнение и синекдоха. Например, в басне «Ворона и Курица»:
Тогда все жители, и малый и большой.
И вон из стен московских поднялися,
Как из улья пчелиный рой.
Для характеристики языка басен Крылова можно еще указать факт употребления необычного названия обычных предметов. Так, в нескольких баснях Крылов вместо «Ворона» говорит «вещунья»

Все вышесказанное позволяет заключить, что великий баснописец решил задачу сочетания народных элементов со структурой поэтической речи, благодаря чему внес существенный вклад в формирование русского литературного языка и поднял русскую басню на небывалую высоту.

В то же время Крылов обогатил русскую басню новыми реалистическими образами животных. Русский баснописец разработал принципы реалистической типизации, без которых невозможны были бы емкие сатирические образы животных у Салтыкова-Щедрина и вообще все дальнейшее движение русской литературы по пути изображения русского национального характера.

Предыдущий реферат из данного раздела: Достоинства басен Крылова

Квартет

Да косолапый Мишка

Затеяли сыграть Квартет.

Достали нот, баса, альта, две скрипки

И сели на лужок под липки, —

Пленять своим искусством свет.

Ударили в смычки, дерут, а толку нет.

«Стой, братцы, стой! — кричит Мартышка. — Погодите!

Как музыке идти? Ведь вы не так сидите.

Ты с басом, Мишенька, садись против альта,

Я, прима, сяду против вторы;

Тогда пойдет уж музыка не та:

У нас запляшут лес и горы!»

Расселись, начали Квартет;

Он все-таки на лад нейдет.

«Постойте ж, я сыскал секрет! —

Кричит Осел, — мы, верно, уж поладим,

Коль рядом сядем».

Послушались Осла: уселись чинно в ряд;

А все-таки Квартет нейдет на лад.

Вот пуще прежнего пошли у них разборы

Кому и как сидеть.

Случилось Соловью на шум их прилететь.

Тут с просьбой все к нему, чтоб их решить сомненье.

«Пожалуй, — говорят, — возьми на час терпенье,

КВАРТЕТ

Смотреть и слушать басню «КВАРТЕТ»

Канал «РАЗУМНИКИ» в YouTube

Читать басню «КВАРТЕТ»

Проказница-Мартышка,
Осел,
Козел
Да косолапый Мишка
Затеяли сыграть Квартет.
Достали нот, баса, альта, две скрипки
И сели на лужок под липки, —
Пленять своим искусством свет.
Ударили в смычки, дерут, а толку нет.
«Стой, братцы, стой! — кричит Мартышка. —
Погодите!
Как музыке идти? Ведь вы не так сидите.
Ты с басом, Мишенька, садись напротив альта,
Я, прима, сяду против вторы;
Тогда пойдет уж музыка не та:
У нас запляшут лес и горы!»
Расселись, начали Квартет;
Он все-таки на лад нейдет.
«Постойте ж, я сыскал секрет! —
Кричит Осел, — мы, верно, уж поладим,
Коль рядом сядем».
Послушались Осла: уселись чинно в ряд;
А все-таки Квартет нейдет на лад.
Вот пуще прежнего пошли у них разборы
И споры,
Кому и как сидеть.
Случилось Соловью на шум их прилететь.
Тут с просьбой все к нему, чтоб их решить
сомненье.
«Пожалуй, — говорят, — возьми на час терпенье,
Чтобы Квартет в порядок наш привесть:
И ноты есть у нас, и инструменты есть;
Скажи лишь, как нам сесть!» —
«Чтоб музыкантом быть, так надобно уменье
И уши ваших понежней, —
Им отвечает Соловей, —
А вы, друзья, как ни садитесь,
Всё в музыканты не годитесь».

По свидетельству бардна М.А. Корфа, поводом Для создания басни было преобразование Государственного совета, департаменты которого возглавили граф П.В. Завадовский, князь П.В. Лопухин, граф А.А. Аракчеев и граф Н.С. Мордвинов. «Известно, что продолжительным прениям о том, как их расадить и даже нескольким последовательным пересадкам, мы обязаны остроумною баснею Крылова «Квартет».

Считается, что Крылов разумел под Мартышкой — Мордвинова, под Ослом — Завадовского, под Козлом — Лопухина, под Медведем — Аракчеева».

Мастерство Крылова-баснописца

Басни Ивана Андреевича Крылова по праву считаются высшими образцами этого жанра на русском языке. В них нашли свое отражение опыт, сознание и нравственные идеалы нашею народа, особенности национального характера. Это выразилось не только в оригинальной трактовке традиционных сюжетов, но прежде всего в том языке, которым написаны басни. В языке крыловских басен ослепительно проявилась живая народная речь. Именно благодаря басням Крылова она стала осознаваться как один из необходимых источников русского литературного языка.

Басня согласно определению из словаря — это «краткий рассказ, имеющий иносказательный смысл». В целях иносказания баснописцы разных времен использовали образы зверей и более того предметов. По художественным, а изредка и по цензурным соображениям на смену людям в басне приходят животные, наделенные отдельными человеческими чертами: трусостью, храбростью, добротой, мужеством и др. Такие образы животных, олицетворяющих какую-то одну черту человеческого характера, обширно использовали в своих баснях Эзоп, Федр, Лафонтен, Лессинг. Крылов наследовал эту традицию у своих предшественников. Чтобы понять, что нового привнес И. А. Крылов в басенный жанр, обратимся сначала к тому, что использовал он из опыта своих предшественников.
Аллегория пришла в литературу из фольклора, притчи, сказки, особенно сказок о животных, где действовали традиционные персонажи, — такие как лиса, медведь, заяц, волк. Каждый из них был заведомо наделен определенной чертой характера. Прием аллегории использовали классицисты, например, в одах. Крылов соединил опыт использования этого приема разными литературными жанрами в одно целое. Басенный муравей — олицетворение трудолюбия («Стрекоза и муравей»), свинья — невежества («Свинья под дубом»), ягненок — кротости, как «Агнец Божий» («Волк и ягненок»).

Иван Андреевич Крылов считал, что искоренить пороки человечества можно через их осмеяние. В его баснях высмеиваются жадность, невежество, чушь. Но Крылов по сравнению с Эзопом и Лафонтеном не ограничивается только простыми аллегориями. Образы животных у Крылова играют бо^Лее важную роль — они несут в себе не только отдельные черты, но и целые характеры. Басни Крылова имеют не только бытовой характер, чисто бытовыми можно назвать лишь некоторые из них.

У Крылова есть исторические и социальные басни, в которых образы животных получают совсем другое назначение. Прежде всего эти басни также высмеивают людские пороки через аллегорические образы животных Но во многих исторических баснях в персонажах животных угадывается уже целый характер, дается намек на определенного человека. Например, в басне «Воспитание Льва» Лев-отец — не только воплощение силы, мужества. Он ещё и царь зверей, это создает в басне определенный подтекст (имеется в виду воспитание Александра I швейцарцем Лагарпом). Лев-отец выступает в этом месте не только как мрачный царь, но и как заботливый, но недалекий отец, который поручил воспитание своего сына птице, забыв о том, что царствовать-то сын будет над зверями. В образе льва-отца обрисован целый характер, со всеми его достоинствами и недостатками, а не одно лишь какое-нибудь свойство человеческой натуры.

В баснях «Волк на псарне» и «Щука и кот» уже можно вещать не столько об аллегории, сколько о метафоре. В этих двух баснях под образами волка и щуки подразумевается Наполеон. Можно продолжительно вещать, что Наполеон был хитер, ловок, умен, умел быстро и ловко приспосабливаться к ситуации. Но он не рассчитал своих возможностей и попал «на псарню» вместо «овчарни». Соотнеся образ волка со всем аллегорическим смыслом басни, мы сразу угадываем в нем завоевателя Наполеона. Но при этом образ волка никак не сужается до изображения конкретного человека, он настолько широк и всеобъемлющ, что басня не теряет своей ценности и за пределами контекста эпохи.

Образы животных у Крылова можно сравнить с образами животных в сказках Салтыкова-Щедрина, где подчас, не зная исторической подоплеки, трудно угадать назначение этого образа в произведении.

Теперь можно сделать вывод, что человек не отделим от своего социального положения, поэтому образы животных можно классифицировать как метафоры определенных социальных уровней. Цари, вельможи, чиновники, «маленькие люди» также нашли свое метафорическое отражение в образах животных у Крылова. Например, в басне «Лев и барс», где лев и барс — выходцы из высших слоев общества, лиса и кот — из чиновничества. Сюда же можно отнести басню «Волк и ягненок». «Усильного вечно бессильный виноват», — гласит мораль этой басни. Образ ягненка использован не только как «Агнец Божий» — аллегория слабости и беззащитности. Этот образ ещё и предстает как метафора определенного социального уровня, быть может, мелких чиновников.

Иногда Крылов иронизирует не только над социальными пороками (басня «Две собаки»), но и над самой опорой социальной лестницы — государственными институтами, и для этого также используются образы животных. Примером может служить басня «Квартет», где пародируется государственный совет, созданный в 1801 году, и его четыре департамента, возглавляемые «Проказницей мартышкой, Ослом, Козлом И косолапым мишкой». Что же ожидает такой квартет-совет в будущем, если в его главу поставлена более того не свора собак, а как раз разные животные?

Итак, обширно используемые Крыловым образы животных с разными характерами указывают на реалистическую основу крыловской басни. Реализм Крылова, связь его басен с народной основой придает его басням русский, национальный дух. Образы животных, которые подчас на иллюстрациях бывают изображены в русских национальных костюмах, несут в себе сатирическую типизацию черт русского национального характера.

Крылов использует прием индивидуализации речи персонажа. Баснописец вкладывает в уста животных отдельные элементы разговорной речи разных сословий того времени, например, в басне «Стрекоза и муравей» муравей говорит: «Кумушка, мне странно это», «Так поди же, попляши». Стоит обратить чуткость и на ритмику этой басни. Образ попрыгуньи-стрекозы создается особым «прыгучим» размером — хореем. Крылов также обширно применяет звукопись для создания «звукового» образа животного. Например, в басне «Змея» инструментовка на шипящие звуки и «з», в басне «Мор зверей» повторение звуков «м», «у», «ы».

Ориентация Крылова на русскую разговорную речь наглядно проявилась в его баснях благодаря введению в них образа рассказчика. Повествование о действиях персонажей ведется в определенной манере, ясно различим личностный тон рассказчика с присущими ему формами и оборотами речи.

Вот «Лебедь, Рак да Щука», взявшись за дело, «из кожи лезут вон», вот «Механик пуще рвется», чтобы открыть Ларец, вот лягушка, захотевшая сравняться с Волом, первоначально стала «топорщиться, пыхтеть», а далее «С натуги лопнула и — околела». Бедняк, увидев Смерть, «оторопел». Моська появляется «отколе ни возьмись».

Встречаются баснях такие обороты: «зима катит в глаза», «с ним была плутовка такова». Язык рассказчика басен — просторечно-фамильярный. Рассказчик как бы пребывает среди своих персонажей, говорит о них, как о знакомых, дает им прозвища: «попрыгунья-Стрекоза», «проказница Мартышка» , «Повар-грамотей», «механик-мудрец». Иногда в самих обращениях уже выражено отношение рассказчика: «мой бедный соловей», «бедный Фока мой», «мой хитрец» («Волк на псарне»).

Но приближение к персонажам не мешает одаривать им справедливую опенку: «Избави, Бог, и нас от этаких судей», «Кто про свои дела кричит всем без умолку, В том, верно, мало толку». Бывает, что рассказчик принимает позу хитрого простачка: «Кто виноват из них, кто прав — судить не нам, Да только воз и ныне там». Это как раз и есть то «веселое лукавство ума», о котором писал Пушкин.

Народные начала речи, звучащие в баснях Крылова, убедительно подтверждаются использованием в них пословиц и поговорок: «Запели молодцы, кто в лес, кто по дрова». («Музыканты»).

То, что в языке басен Крылова растворились народные выражения, составляет одну его особенность. Другую представляет обратное явление. Многие выражения из басен стали восприниматься как пословицы. «А Васька слушает, да ест»; «А ларчик просто открывался»; «Слона-то я и не приметил»; «Соседушка, я сыт по горло», — отпирается Фока. Мы проворно представляем себе людей среднего сословия, их настроения и чувства.

Приемом речевых характеристик Крылов пользуется постоянно. Яркие примеры находим в баснях «Любопытный», «Кошка и Соловей», «Кот и Повар». Особенно мастерски передал Крылов слова Лисицы, выражающие тонкую лесть Вороне. Если сравнить разработку этого сюжета у Тре-дьяковского, Лафонтена, то последний пример наглядно продемонстрирует, что совершенствование басни шло как раз по языковой, стилистической линии. В комплиментах Лисицы сквозит ирония. Иронией проникнуто авторское повествование. Это добавляет жизненности, создает условия для более трезвого вывода. Язык, речь героев действует на усложнение сюжета басни, это приводит к углублению ее смысла.

Часто встречающиеся в басне интонации устной речи ни в коей мере не выводят ее из области письменности, словесного искусства. Басни Крылова — стихотворные произведения, на которые распространяются законы поэзии.

Разговорный язык басни способствует тому, что ее можно представить как маленькую комедию. Комизм ситуации часто дополняется комизмом языка. Непременное условие басни — действо подчеркивается частыми глагольными рифмами. Рифма у Крылова несет смысловую нагрузку.

Две Бочки ехали, одна с вином,

Здесь рифма соединяет как раз те слова, которые определяют предмет рассмотрения в басне. На ее примере покажем средства художественной выразительности языка Крылова. Рассказ представляет нам фантастическую картину: по городу едут сами по себе две бочки, одна — плавно, другая — несется и гремит. Если принять условность ситуации, то все выглядит полностью натурально: пыль столбом, прохожий жмется к стороне. Но во второй части басни прямо пишется о людях, которые «про свои дела кричат». Затем четко формулируется .мораль: «Кто делов истинно — тих часто на словах». И

дальше: «Великий человек. думает свою он крепку думу Без шуму». Это

«без шуму» точно повторяет слова из характеристики движения полной бочки, что устанавливает не только идейную, но и образную связь между ней и человеком деловым. Возвращаясь к началу рассказа, мы осмысляем его уже на другом уровне. Бочки оказываются условными предметами, обозначающими человеческие качества. Но это аллегорическое высказывание содержит добавочный метафорический компонент, который мы осознаем после прочтения всей басни. Метафорическое важность пустой бочки в данном контексте осмысляется применительно к пустому человеку, болтуну. Вся басня построена на сопоставлениях.

В басне «Слон на воеводстве» метафора оказывается главным выразительным средством рассказа. Реализация ее буквального смысла создает движение и комизм басни.

На примере басни «Две Бочки видна роль разностопного ямба, которым пользовался Крылов во всех своих баснях. В данном случае это выделение существенных моментов рассказа. С той же функцией мы встречаемся в баснях «Волк и Ягненок», «Крестьянин и Смерть», «Крестьяне и Река». Другими его функциями являются передача интонаций активный речи («Кот и Повар», «Обоз») и стремительного развития действия («Волк на псарне»).

Вольный ямб Крылова отражал жизненное разнообразие, представшее в его баснях. Оно сказалось ещё в расширении жанровых границ басни. Так, в басне Осел и Соловей» описание пения соловья дано языком, свойственным идиллии. Жуковский находил у Крылова «два стиха, которые не испортили бы никакого описания. в эпической поэме». Он же с восхищением отмечал его искусство изображения различных предметов. При описании мухи стихи «летают совместно с мухой». Стихи о медведе как бы тянутся, длинные слова передают медлительность и тяжесть медведя.

В своих баснях не забывал Крылов и звуковую сторону стихов. Возьмем, например, басню «Листы и Корни». Две части басни, соответствующие монологам Листов и Корней, подчеркиваются различным подбором звуков. Из восемнадцати стихов первой части только четыре не содержат звука «л», а в пяти стихах тот самый звук повторяется не по одному разу. Во второй части выделяются звуки «к», «р», «н», «п», «т». Противопоставление Листов и Корней дополнительно подчеркивается на фонетическом уровне. Так у Крылова и звуковой состав слова может нести смысловое важность.

Встречаются у Крылова, правда, не очень часто, такие речевые приемы, как сравнение и синекдоха. Например, в басне «Ворона и Курица»:

Тогда все обитатели, и малый и большой.

И вон из стен московских поднялися,

Как из улья пчелиный рой.

Для характеристики языка басен Крылова можно ещё указать факт употребления необычного названия обычных предметов. Так, в нескольких баснях Крылов вместо «Ворона» говорит «вещунья»

Все вышесказанное позволяет заключить, что великий баснописец решил задачу сочетания народных элементов со структурой поэтической речи, благодаря чему привнес существенный вклад в формирование русского литературного языка и поднял русскую басню на небывалую высоту.

В то же пора Крылов обогатил русскую басню новыми реалистическими образами животных. Русский баснописец разработал принципы реалистической типизации, без которых невозможны были бы емкие сатирические образы животных у Салтыкова-Щедрина и вообще все дальнейшее движение русской литературы по пути изображения русского национального характера.

Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Добавить комментарий

;-) :| :x :twisted: :smile: :shock: :sad: :roll: :razz: :oops: :o :mrgreen: :lol: :idea: :grin: :evil: :cry: :cool: :arrow: :???: :?: :!:

Басни Ивана Андреевича Крылова

Иван Андреевич Крылов — замечательный писатель, сумевший дать басне высокий смысл и сатирическую остроту, актуальность и многозначность. Краткость и образность языка Крылова поразительны. Он умел создать целую картину или охарактеризовать своего героя всего несколькими словами.
В басне «Волк и Ягненок» он изображает Ягненка робеющим перед важным сановником — Волком, и весь строй речи Ягненка, подобострастной и боязливой, передает его характер:

«Когда светлейший Волк позволит.
Осмелюсь я донесть: Что ниже по ручью
От светлости его шагов я на сто пью. »

Елейная речь лицемера царя в басне «Мор зверей» всем стилем своим рисует его отталкивающий образ.

«О, други! — начал Лев: — По множеству грехов
Подпали мы под сильный гнев богов;
Так тот из нас, кто всех виновен боле,
пускай по доброй воле
Отдаст себя на жертву им.
Ох, признаюсь,— хоть это мне и больно,—
Не прав и я!»

Каждая басня писателя по-своему самобытна и индивидуальна. Крылов может при видимой скупости средств создать яркий характер, незабываемый живой образ. В басне «Собачья дружба» «характер» каждой собаки раскрывается в их «фразах».

«Что может,— говорит Полкан, — приятней быть,
Как с другом сердце к сердцу жить;
Во всем оказывать взаимную услугу;
Не спать без друга и не сесть.
Стоять горой за дружню шерсть. »
Барбос ответствует ему:
«Давно, Полканушка, мне больно самому.
Что, бывши одного двора с тобой собаки.
Мы дня не проживем без драки. »

Но не только слова — самые звуки крыловского языка ярко рисуют то, что описывает автор. Вслушайтесь в эти звуки:

В свой ряд смиренный Вол им так мычит:
«И мы
Грешны. »

Близость языка Ивана Андреевича к народной речи сказалась и в том, что писатель вставлял в свои басни пословицы и поговорки, и они вполне сливались с общим тоном басни;

Запели молодцы: кто в лес кто по дрова
И у кого что силы стало.
В ушах у гостя затрещало.
(«Музыканты»)

Читатель, истину любя,
Примолвлю к басне я, и то не от себя,—
Не попусту в народе говорится:
Не плюй в колодезь, пригодится
Воды напиться.
(«Лев и Мышь»)

Но еще замечательное то, что собственные стихи Крылова, легко запоминаясь, сами сделались пословицами, вошли в золотой фонд народной речи. Таких пословиц и поговорок из его басен осталось в русском языке много: «А ларчик просто открывался» («Ларчик»), «Ты виноват уж тем, что хочется мне кушать» («Волк и Ягненок»), «Рыльце у тебя в пуху» («Лисица и Сурок»), «Аи, Моська! Знать она сильна, что лает на Слона» («Слон и Моська»), «А Васька слушает да ест» («Кот и Повар») и много-много других не менее замечательных и выразительных.

У писателя много заимствованных из произведений других баснописцев сюжетов. Но связь Ивана Андреевича с народным творчеством, с языком народных сказок была так тесна, что даже эти заимствованные басни не звучат как переводы. Ведь яркий, меткий, живой русский язык Крылова не мог быть заимствован ни у кого.
Крылов — подлинно народный писатель, художник огромной силы, и влияние его на русскую литературу было глубоким и положительным.

У писателя много заимствованных из произведений других баснописцев сюжетов. Но связь Ивана Андреевича с народным творчеством, с языком народных сказок была так тесна, что даже эти заимствованные басни не звучат как переводы. Ведь яркий, меткий, живой русский язык Крылова не мог быть заимствован ни у кого.
Крылов — подлинно народный писатель, художник огромной силы, и влияние его на русскую литературу было глубоким и положительным.

В баснях «Волк на псарне» и «Щука и кот» уже можно говорить не столько об аллегории, сколько о метафоре. В этих двух баснях под образами волка и щуки подразумевается Наполеон. Можно долго говорить, что Наполеон был хитер, ловок, умен, умел быстро и ловко приспосабливаться к ситуации. Но он не рассчитал своих возможностей и попал «на псарню» вместо «овчарни». Соотнеся образ волка со всем аллегорическим смыслом басни, мы сразу угадываем в нем завоевателя Наполеона. Но при этом образ волка никак не сужается до изображения конкретного человека, он настолько широк и всеобъемлющ, что басня не теряет своей ценности и вне контекста эпохи.

Образы животных у Крылова можно сравнить с образами животных в сказках Салтыкова-Щедрина, где подчас, не зная исторической подоплеки, трудно угадать назначение этого образа в произведении.

Теперь можно сделать вывод, что человек не отделим от своего социального положения, поэтому образы животных можно классифицировать как метафоры определенных социальных уровней. Цари, вельможи, чиновники, «маленькие люди» также нашли свое метафорическое отражение в образах животных у Крылова. Например, в басне «Лев и барс», где лев и барс — выходцы из высших слоев общества, лиса и кот — из чиновничества. Сюда же можно отнести басню «Волк и ягненок». «Усильного всегда бессильный виноват», — гласит мораль этой басни. Образ ягненка использован не только как «Агнец Божий» — аллегория слабости и беззащитности. Этот образ еще и предстает как метафора определенного социального уровня, возможно, мелких чиновников.
Иногда Крылов иронизирует не только над социальными пороками (басня «Две собаки»), но и над самой опорой социальной лестницы — государственными институтами, и для этого также используются образы животных. Примером может служить басня «Квартет», где пародируется государственный совет, созданный в 1801 году, и его четыре департамента, возглавляемые «Проказницей мартышкой, Ослом, Козлом И косолапым мишкой». Что же ожидает такой квартет-совет в будущем, если в его главу поставлена даже не свора собак, а именно разные животные?

Итак, широко используемые Крыловым образы животных с разными характерами указывают на реалистическую основу крыловской басни. Реализм Крылова, связь его басен с народной основой придает его басням русский, национальный дух. Образы животных, которые подчас на иллюстрациях бывают изображены в русских национальных костюмах, несут в себе сатирическую типизацию черт русского национального характера.

Крылов использует прием индивидуализации речи персонажа. Баснописец вкладывает в уста животных отдельные элементы разговорной речи разных сословий того времени, например, в басне «Стрекоза и муравей» муравей говорит: «Кумушка, мне странно это», «Так поди же, попляши». Стоит обратить внимание и на ритмику этой басни. Образ попрыгуньи-стрекозы создается особым «прыгучим» размером — хореем. Крылов также широко применяет звукопись для создания «звукового» образа животного. Например, в басне «Змея» инструментовка на шипящие звуки и «з», в басне «Мор зверей» повторение звуков «м», «у», «ы».

Ориентация Крылова на русскую разговорную речь наглядно проявилась в его баснях благодаря введению в них образа рассказчика. Повествование о действиях персонажей ведется в определенной манере, ясно различим личностный тон рассказчика с присущими ему формами и оборотами речи.

Вот «Лебедь, Рак да Щука», взявшись за дело, «из кожи лезут вон», вот «Механик пуще рвется», чтобы открыть Ларец, вот лягушка, захотевшая сравняться с Волом, вначале стала «топорщиться, пыхтеть», а затем «С натуги лопнула и — околела». Бедняк, увидев Смерть, «оторопел». Моська появляется «отколе ни возьмись».

Встречаются баснях такие обороты: «зима катит в глаза», ‘с ним была плутовка такова». Язык рассказчика басен — просторечно-фамильярный. Рассказчик как бы находится среди своих персонажей, говорит о них, как о знакомых, дает им прозвища: «попрыгунья-Стрекоза», «проказница Мартышка» , «Повар-грамотей», «механик-мудрец». Иногда в самих обращениях уже выражено отношение рассказчика: «мой бедный соловей», «бедный Фока мой», «мой хитрец» («Волк на псарне»).

Но приближение к персонажам не мешает давать им справедливую опенку: «Избави, Бог, и нас от этаких судей», «Кто про свои дела кричит всем без умолку, В том, верно, мало толку». Бывает, что рассказчик принимает позу хитрого простачка: «Кто виноват из них, кто прав — судить не нам, Да только воз и ныне там». Это как раз и есть то «веселое лукавство ума», о котором писал Пушкин.

Народные начала речи, звучащие в баснях Крылова, убедительно подтверждаются использованием в них пословиц и поговорок: «Запели молодцы, кто в лес, кто по дрова». («Музыканты»).
То, что в языке басен Крылова растворились народные выражения, составляет одну его особенность. Другую представляет обратное явление. Многие выражения из басен стали восприниматься как пословицы. «А Васька слушает, да ест»; «А ларчик просто открывался»; «Слона-то я и не приметил»; «Соседушка, я сыт по горло», — отпирается Фока. Мы живо представляем себе людей среднего сословия, их настроения и чувства.
Приемом речевых характеристик Крылов пользуется постоянно. Яркие примеры находим в баснях «Любопытный», «Кошка и Соловей», «Кот и Повар». Особенно мастерски передал Крылов слова Лисицы, выражающие тонкую лесть Вороне. Если сравнить разработку этого сюжета у Тре-дьяковского, Лафонтена, то последний пример наглядно продемонстрирует, что совершенствование басни шло именно по языковой, стилистической линии. В комплиментах Лисицы сквозит ирония. Иронией проникнуто авторское повествование. Это добавляет жизненности, создает условия для более трезвого вывода. Язык, речь героев действует на усложнение сюжета басни, это приводит к углублению ее смысла.

Вольный ямб Крылова отражал жизненное разнообразие, представшее в его баснях. Оно сказалось еще в расширении жанровых границ басни. Так, в басне Осел и Соловей» описание пения соловья дано языком, свойственным идиллии. Жуковский находил у Крылова «два стиха, которые не испортили бы никакого описания. в эпической поэме». Он же с восхищением отмечал его искусство изображения различных предметов. При описании мухи стихи «летают вместе с мухой». Стихи о медведе как бы тянутся, длинные слова передают медлительность и тяжесть медведя.

В своих баснях не забывал Крылов и звуковую сторону стихов. Возьмем, например, басню «Листы и Корни». Две части басни, соответствующие монологам Листов и Корней, подчеркиваются различным подбором звуков. Из восемнадцати стихов первой части только четыре не содержат звука «л», а в пяти стихах этот звук повторяется не по одному разу. Во второй части выделяются звуки «к», «р», «н», «п», «т». Противопоставление Листов и Корней дополнительно подчеркивается на фонетическом уровне. Так у Крылова и звуковой состав слова может нести смысловое значение.

Встречаются у Крылова, правда, не очень часто, такие речевые приемы, как сравнение и синекдоха. Например, в басне «Ворона и Курица»:
Тогда все жители, и малый и большой.
И вон из стен московских поднялися,
Как из улья пчелиный рой.
Для характеристики языка басен Крылова можно еще указать факт употребления необычного названия обычных предметов. Так, в нескольких баснях Крылов вместо «Ворона» говорит «вещунья»

Все вышесказанное позволяет заключить, что великий баснописец решил задачу сочетания народных элементов со структурой поэтической речи, благодаря чему внес существенный вклад в формирование русского литературного языка и поднял русскую басню на небывалую высоту.

В то же время Крылов обогатил русскую басню новыми реалистическими образами животных. Русский баснописец разработал принципы реалистической типизации, без которых невозможны были бы емкие сатирические образы животных у Салтыкова-Щедрина и вообще все дальнейшее движение русской литературы по пути изображения русского национального характера.

Предыдущий реферат из данного раздела: Достоинства басен Крылова

Кого не приметил любопытный из басни крылова

Литературная викторина
«Знаете ли вы басни И. А. Крылова?»

Кто не слыхал его живого слова ?
Кто в жизни с ним не встретился своей ?
Бессмертные творения Крылова
Мы с каждым годом любим все сильней.
М. И. Исаковский

В начале игры создаются 2 команды по 5 человек. Дети должны выбрать капитана своей команды и придумать название и девиз команды. Перед первым конкурсом капитан представляет свою команду зрителям и жюри.

1. Разминка. Назовите басни, из которых взяты эти пословицы, поговорки, афоризмы?
— А ларчик просто открывался. («Ларчик»)
— У сильного всегда бессильный виноват («Волк и ягненок»)
— Ты все пела? Это дело, так поди же попляши!» («Стрекоза и муравей»)
— Ай, Моська! Знать она сильна, коль лает на слона!» («Слон и моська»)
— А Васька слушает да ест! («Кот и повар»)
— Тришкин кафтан
— Слона-то я и не приметил. («Любопытный»)
— Демьянова уха.
— Не лучше ль на себя, кума, оборотиться? («Зеркало и обезьяна»)
— Кукушка хвалит петуха за то, что хвалит он кукушку.(«Кукушка и петух»)

Каждой команде задается по 5 вопросов. Правильный ответ оценивается 1 баллом.

2.В каких баснях И. А. Крылова так ярко изображены эти животные?

— Свинья на барский двор когда-то затесалась;
Вокруг конюшен там и кухонь наслонялась;
В сору, в навозе извалялась;
В помоях по уши досыта накупалась:
И из гостей домой пришла свинья-свиньей. («Свинья»)

-Мой волк сидит ,прижавшись в угол задом,
Зубами щелкая и ощетиня шерсть,
Глазами, кажется, хотел бы всех он съесть. («Волк на псарне»)

— Плутовка к дереву на цыпочках подходит;
Вертит хвостом, с вороны глаз не сводит
И говорит так сладко, чуть дыша. («Ворона и лисица»)

-Вертит очками так и сяк: то к темю их прижмет,
То их на хвост нанижет, то их понюхает, то их полижет. («Мартышка и очки»)

3. Конкурс капитанов. Отгадай центон. Пока капитаны готовятся , ведущий играет с командами в «Комнату находок».

Центон – это стихотворение, составленное из строк, собранных из различных произведений одного автора. Капитанам предлагается назвать басни, из которых он составлен:
В июле, в самый зной, в полуденную пору, сыпучими песками в гору,
Из дальних странствий возвратясь, по улицам слона водили, как видно напоказ-
Известно, что слоны в диковинку у нас – так за слоном толпы зевак ходили…
Какой-то повар, грамотей, с поварни прибежал своей…
Со всех дворов собак сбежалося с полсотни, как вдруг из подворотни..
Проказница мартышка, осел, козел да косолапый мишка
Затеяли сыграть квартет… Когда в товарищах согласья нет,
На лад их дело не пойдет, и выйдет из него не дело, только мука..
Победителем в этом конкурсе нужно считать того, кто правильно назовет все басни. Текст распечатывается для каждого капитана отдельно.

4. «Комната находок».

Участники команд заранее готовят задания для соперников. На листах рисуют предметы из басен: очки, сыр, виноград, зеркало, поварской колпак и.т.д. Команды должны разыскать их владельцев. Адресом служит заглавие басни, героем которой является владелец данной вещи. Команды представляют по 3 иллюстрации.

5.» Ход конем».

Пока команды готовятся, проводится игра со зрителями.
Прочесть слова поможет шахматный конь. Начиная с нижнего левого угла, нужно прочитать мораль к басням И. А. Крылова.

Любопытный (Крылов)

← Крестьянин и Разбойник Любопытный
автор Иван Андреевич Крылов (1769-1844)
Лев на ловле →
См. Басни. Книга четвёртая . Дата создания: не позднее первой половины сентября 1814 г., опубл.: «Сын отечества», 1814, ч. XVIII, № 40, с. 69. Источник: РВБ

XV. Любопытный

«Приятель дорогой, здорово! Где ты был?» —
«В Кунсткамере, мой друг! Часа там три ходил;
‎ Всё видел, высмотрел; от удивленья,
‎ Поверишь ли, не станет ни уменья
‎ Пересказать тебе, ни сил.
‎ Уж подлинно, что там чудес палата!
Куда на выдумки природа таровата!
Каких зверей, каких там птиц я не видал!
‎ Какие бабочки, букашки,
10 ‎ Козявки, мушки, таракашки!
Одни, как изумруд, другие, как коралл!
‎ Какие крохотны коровки!
Есть, право, менее булавочной головки!» —
«А видел ли слона? Каков собой на взгляд!
‎ Я чай, подумал ты, что гору встретил?» —
«Да разве там он?» — «Там».— «Ну, братец, виноват:
‎ Слона-то я и не приметил».

Примечания

В. Кеневич передает рассказ современника о том, как на обеде у А. С. Норова приезжий провинциал рассказывал о своем посещении Академического музея (Кунсткамеры), останавливаясь на самых мельчайших предметах. На вопрос же, видел ли он слона, отвечал: «Виноват, слона я не заметил» (см. В. Кеневич, «Примечания», стр. 152).

Рукописный вариант:
ст.6 Уж подлинно чудес палата! (ПБ)
ст. 7 Куда на выдумки натура таровата! (ПБ, ПД; СО)

Какие есть 5 восклицательных предложений из басен Крылова?

Подскажите 5 восклицательных предложений из басен Крылова

Восклицательные предложения используются автором в тексте своих басен, чтобы выделить, подчеркнуть важное место, предложении. Необязательно они должны стоять в концовке басни и заключать в себе мораль, но часто являются главными в развитии самого действия басни.

Например находим в басне «Стрекоза и муравей» такие строки:

И в самом деле, отмечаем про себя, петь на голодный желудок не хочется.

В басне «Ворона и лисица» льстивая лисица буквально засыпает простодушную ворону восклицательными предложениями:

В басне «Мартышка и очки» свою досаду мартышка выражает кратким эмоциональным высказываем:

Одним словом упрекает свинью Дуб в басне «Свинья под дубом»:

В басне «Волк и Ягненок» Волк, стремясь быстрее начать обед упрекает Ягненка:

Вспоминая школьные произведения авторства Ивана Крылова, то это и про мартышку и про слова, еще известна очень басня «кукушка и петух». У Ивана Крылова много басен и все они заканчиваются моралью. На образе животных Крылов делает разбор человеческих страстей, желаний, обуреваемых человеком очень ярко выражены на животном инстинкте зверей.

Из басни «Кот и повар» фраза с восклицанием «Ах ты, обжора!»

Из басни Крылова под названием «Орел и пчела» фраза «Тебе хвала и честь!»

Из басни про стрекозу и муравья фраза «Так пойди же попляши!»

Из басни про квартет, и фраза мартышки «Стой, братцы, стой!

Из басни про зеркало и обезьянку есть еще такая фраза, заканчивающаяся восклицательным знаком «Какие у нее ужимки и прыжки!»

Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Добавить комментарий

;-) :| :x :twisted: :smile: :shock: :sad: :roll: :razz: :oops: :o :mrgreen: :lol: :idea: :grin: :evil: :cry: :cool: :arrow: :???: :?: :!:

Басни Ивана Андреевича Крылова

Иван Андреевич Крылов — замечательный писатель, сумевший дать басне высокий смысл и сатирическую остроту, актуальность и многозначность. Краткость и образность языка Крылова поразительны. Он умел создать целую картину или охарактеризовать своего героя всего несколькими словами.
В басне «Волк и Ягненок» он изображает Ягненка робеющим перед важным сановником — Волком, и весь строй речи Ягненка, подобострастной и боязливой, передает его характер:

«Когда светлейший Волк позволит.
Осмелюсь я донесть: Что ниже по ручью
От светлости его шагов я на сто пью. »

Елейная речь лицемера царя в басне «Мор зверей» всем стилем своим рисует его отталкивающий образ.

«О, други! — начал Лев: — По множеству грехов
Подпали мы под сильный гнев богов;
Так тот из нас, кто всех виновен боле,
пускай по доброй воле
Отдаст себя на жертву им.
Ох, признаюсь,— хоть это мне и больно,—
Не прав и я!»

Каждая басня писателя по-своему самобытна и индивидуальна. Крылов может при видимой скупости средств создать яркий характер, незабываемый живой образ. В басне «Собачья дружба» «характер» каждой собаки раскрывается в их «фразах».

«Что может,— говорит Полкан, — приятней быть,
Как с другом сердце к сердцу жить;
Во всем оказывать взаимную услугу;
Не спать без друга и не сесть.
Стоять горой за дружню шерсть. »
Барбос ответствует ему:
«Давно, Полканушка, мне больно самому.
Что, бывши одного двора с тобой собаки.
Мы дня не проживем без драки. »

Но не только слова — самые звуки крыловского языка ярко рисуют то, что описывает автор. Вслушайтесь в эти звуки:

В свой ряд смиренный Вол им так мычит:
«И мы
Грешны. »

Близость языка Ивана Андреевича к народной речи сказалась и в том, что писатель вставлял в свои басни пословицы и поговорки, и они вполне сливались с общим тоном басни;

Запели молодцы: кто в лес кто по дрова
И у кого что силы стало.
В ушах у гостя затрещало.
(«Музыканты»)

Читатель, истину любя,
Примолвлю к басне я, и то не от себя,—
Не попусту в народе говорится:
Не плюй в колодезь, пригодится
Воды напиться.
(«Лев и Мышь»)

Но еще замечательное то, что собственные стихи Крылова, легко запоминаясь, сами сделались пословицами, вошли в золотой фонд народной речи. Таких пословиц и поговорок из его басен осталось в русском языке много: «А ларчик просто открывался» («Ларчик»), «Ты виноват уж тем, что хочется мне кушать» («Волк и Ягненок»), «Рыльце у тебя в пуху» («Лисица и Сурок»), «Аи, Моська! Знать она сильна, что лает на Слона» («Слон и Моська»), «А Васька слушает да ест» («Кот и Повар») и много-много других не менее замечательных и выразительных.

У писателя много заимствованных из произведений других баснописцев сюжетов. Но связь Ивана Андреевича с народным творчеством, с языком народных сказок была так тесна, что даже эти заимствованные басни не звучат как переводы. Ведь яркий, меткий, живой русский язык Крылова не мог быть заимствован ни у кого.
Крылов — подлинно народный писатель, художник огромной силы, и влияние его на русскую литературу было глубоким и положительным.

У писателя много заимствованных из произведений других баснописцев сюжетов. Но связь Ивана Андреевича с народным творчеством, с языком народных сказок была так тесна, что даже эти заимствованные басни не звучат как переводы. Ведь яркий, меткий, живой русский язык Крылова не мог быть заимствован ни у кого.
Крылов — подлинно народный писатель, художник огромной силы, и влияние его на русскую литературу было глубоким и положительным.

В баснях «Волк на псарне» и «Щука и кот» уже можно говорить не столько об аллегории, сколько о метафоре. В этих двух баснях под образами волка и щуки подразумевается Наполеон. Можно долго говорить, что Наполеон был хитер, ловок, умен, умел быстро и ловко приспосабливаться к ситуации. Но он не рассчитал своих возможностей и попал «на псарню» вместо «овчарни». Соотнеся образ волка со всем аллегорическим смыслом басни, мы сразу угадываем в нем завоевателя Наполеона. Но при этом образ волка никак не сужается до изображения конкретного человека, он настолько широк и всеобъемлющ, что басня не теряет своей ценности и вне контекста эпохи.

Образы животных у Крылова можно сравнить с образами животных в сказках Салтыкова-Щедрина, где подчас, не зная исторической подоплеки, трудно угадать назначение этого образа в произведении.

Теперь можно сделать вывод, что человек не отделим от своего социального положения, поэтому образы животных можно классифицировать как метафоры определенных социальных уровней. Цари, вельможи, чиновники, «маленькие люди» также нашли свое метафорическое отражение в образах животных у Крылова. Например, в басне «Лев и барс», где лев и барс — выходцы из высших слоев общества, лиса и кот — из чиновничества. Сюда же можно отнести басню «Волк и ягненок». «Усильного всегда бессильный виноват», — гласит мораль этой басни. Образ ягненка использован не только как «Агнец Божий» — аллегория слабости и беззащитности. Этот образ еще и предстает как метафора определенного социального уровня, возможно, мелких чиновников.
Иногда Крылов иронизирует не только над социальными пороками (басня «Две собаки»), но и над самой опорой социальной лестницы — государственными институтами, и для этого также используются образы животных. Примером может служить басня «Квартет», где пародируется государственный совет, созданный в 1801 году, и его четыре департамента, возглавляемые «Проказницей мартышкой, Ослом, Козлом И косолапым мишкой». Что же ожидает такой квартет-совет в будущем, если в его главу поставлена даже не свора собак, а именно разные животные?

Итак, широко используемые Крыловым образы животных с разными характерами указывают на реалистическую основу крыловской басни. Реализм Крылова, связь его басен с народной основой придает его басням русский, национальный дух. Образы животных, которые подчас на иллюстрациях бывают изображены в русских национальных костюмах, несут в себе сатирическую типизацию черт русского национального характера.

Крылов использует прием индивидуализации речи персонажа. Баснописец вкладывает в уста животных отдельные элементы разговорной речи разных сословий того времени, например, в басне «Стрекоза и муравей» муравей говорит: «Кумушка, мне странно это», «Так поди же, попляши». Стоит обратить внимание и на ритмику этой басни. Образ попрыгуньи-стрекозы создается особым «прыгучим» размером — хореем. Крылов также широко применяет звукопись для создания «звукового» образа животного. Например, в басне «Змея» инструментовка на шипящие звуки и «з», в басне «Мор зверей» повторение звуков «м», «у», «ы».

Ориентация Крылова на русскую разговорную речь наглядно проявилась в его баснях благодаря введению в них образа рассказчика. Повествование о действиях персонажей ведется в определенной манере, ясно различим личностный тон рассказчика с присущими ему формами и оборотами речи.

Вот «Лебедь, Рак да Щука», взявшись за дело, «из кожи лезут вон», вот «Механик пуще рвется», чтобы открыть Ларец, вот лягушка, захотевшая сравняться с Волом, вначале стала «топорщиться, пыхтеть», а затем «С натуги лопнула и — околела». Бедняк, увидев Смерть, «оторопел». Моська появляется «отколе ни возьмись».

Встречаются баснях такие обороты: «зима катит в глаза», ‘с ним была плутовка такова». Язык рассказчика басен — просторечно-фамильярный. Рассказчик как бы находится среди своих персонажей, говорит о них, как о знакомых, дает им прозвища: «попрыгунья-Стрекоза», «проказница Мартышка» , «Повар-грамотей», «механик-мудрец». Иногда в самих обращениях уже выражено отношение рассказчика: «мой бедный соловей», «бедный Фока мой», «мой хитрец» («Волк на псарне»).

Но приближение к персонажам не мешает давать им справедливую опенку: «Избави, Бог, и нас от этаких судей», «Кто про свои дела кричит всем без умолку, В том, верно, мало толку». Бывает, что рассказчик принимает позу хитрого простачка: «Кто виноват из них, кто прав — судить не нам, Да только воз и ныне там». Это как раз и есть то «веселое лукавство ума», о котором писал Пушкин.

Народные начала речи, звучащие в баснях Крылова, убедительно подтверждаются использованием в них пословиц и поговорок: «Запели молодцы, кто в лес, кто по дрова». («Музыканты»).
То, что в языке басен Крылова растворились народные выражения, составляет одну его особенность. Другую представляет обратное явление. Многие выражения из басен стали восприниматься как пословицы. «А Васька слушает, да ест»; «А ларчик просто открывался»; «Слона-то я и не приметил»; «Соседушка, я сыт по горло», — отпирается Фока. Мы живо представляем себе людей среднего сословия, их настроения и чувства.
Приемом речевых характеристик Крылов пользуется постоянно. Яркие примеры находим в баснях «Любопытный», «Кошка и Соловей», «Кот и Повар». Особенно мастерски передал Крылов слова Лисицы, выражающие тонкую лесть Вороне. Если сравнить разработку этого сюжета у Тре-дьяковского, Лафонтена, то последний пример наглядно продемонстрирует, что совершенствование басни шло именно по языковой, стилистической линии. В комплиментах Лисицы сквозит ирония. Иронией проникнуто авторское повествование. Это добавляет жизненности, создает условия для более трезвого вывода. Язык, речь героев действует на усложнение сюжета басни, это приводит к углублению ее смысла.

Вольный ямб Крылова отражал жизненное разнообразие, представшее в его баснях. Оно сказалось еще в расширении жанровых границ басни. Так, в басне Осел и Соловей» описание пения соловья дано языком, свойственным идиллии. Жуковский находил у Крылова «два стиха, которые не испортили бы никакого описания. в эпической поэме». Он же с восхищением отмечал его искусство изображения различных предметов. При описании мухи стихи «летают вместе с мухой». Стихи о медведе как бы тянутся, длинные слова передают медлительность и тяжесть медведя.

В своих баснях не забывал Крылов и звуковую сторону стихов. Возьмем, например, басню «Листы и Корни». Две части басни, соответствующие монологам Листов и Корней, подчеркиваются различным подбором звуков. Из восемнадцати стихов первой части только четыре не содержат звука «л», а в пяти стихах этот звук повторяется не по одному разу. Во второй части выделяются звуки «к», «р», «н», «п», «т». Противопоставление Листов и Корней дополнительно подчеркивается на фонетическом уровне. Так у Крылова и звуковой состав слова может нести смысловое значение.

Встречаются у Крылова, правда, не очень часто, такие речевые приемы, как сравнение и синекдоха. Например, в басне «Ворона и Курица»:
Тогда все жители, и малый и большой.
И вон из стен московских поднялися,
Как из улья пчелиный рой.
Для характеристики языка басен Крылова можно еще указать факт употребления необычного названия обычных предметов. Так, в нескольких баснях Крылов вместо «Ворона» говорит «вещунья»

Все вышесказанное позволяет заключить, что великий баснописец решил задачу сочетания народных элементов со структурой поэтической речи, благодаря чему внес существенный вклад в формирование русского литературного языка и поднял русскую басню на небывалую высоту.

В то же время Крылов обогатил русскую басню новыми реалистическими образами животных. Русский баснописец разработал принципы реалистической типизации, без которых невозможны были бы емкие сатирические образы животных у Салтыкова-Щедрина и вообще все дальнейшее движение русской литературы по пути изображения русского национального характера.

Предыдущий реферат из данного раздела: Достоинства басен Крылова

Мастерство Крылова-баснописца

Басни Ивана Андреевича Крылова по праву считаются высшими образцами этого жанра на русском языке. В них нашли свое отражение опыт, сознание и нравственные идеалы нашею народа, особенности национального характера. Это выразилось не только в оригинальной трактовке традиционных сюжетов, но прежде всего в том языке, которым написаны басни. В языке крыловских басен ослепительно проявилась живая народная речь. Именно благодаря басням Крылова она стала осознаваться как один из необходимых источников русского литературного языка.

Басня согласно определению из словаря — это «краткий рассказ, имеющий иносказательный смысл». В целях иносказания баснописцы разных времен использовали образы зверей и более того предметов. По художественным, а изредка и по цензурным соображениям на смену людям в басне приходят животные, наделенные отдельными человеческими чертами: трусостью, храбростью, добротой, мужеством и др. Такие образы животных, олицетворяющих какую-то одну черту человеческого характера, обширно использовали в своих баснях Эзоп, Федр, Лафонтен, Лессинг. Крылов наследовал эту традицию у своих предшественников. Чтобы понять, что нового привнес И. А. Крылов в басенный жанр, обратимся сначала к тому, что использовал он из опыта своих предшественников.
Аллегория пришла в литературу из фольклора, притчи, сказки, особенно сказок о животных, где действовали традиционные персонажи, — такие как лиса, медведь, заяц, волк. Каждый из них был заведомо наделен определенной чертой характера. Прием аллегории использовали классицисты, например, в одах. Крылов соединил опыт использования этого приема разными литературными жанрами в одно целое. Басенный муравей — олицетворение трудолюбия («Стрекоза и муравей»), свинья — невежества («Свинья под дубом»), ягненок — кротости, как «Агнец Божий» («Волк и ягненок»).

Иван Андреевич Крылов считал, что искоренить пороки человечества можно через их осмеяние. В его баснях высмеиваются жадность, невежество, чушь. Но Крылов по сравнению с Эзопом и Лафонтеном не ограничивается только простыми аллегориями. Образы животных у Крылова играют бо^Лее важную роль — они несут в себе не только отдельные черты, но и целые характеры. Басни Крылова имеют не только бытовой характер, чисто бытовыми можно назвать лишь некоторые из них.

У Крылова есть исторические и социальные басни, в которых образы животных получают совсем другое назначение. Прежде всего эти басни также высмеивают людские пороки через аллегорические образы животных Но во многих исторических баснях в персонажах животных угадывается уже целый характер, дается намек на определенного человека. Например, в басне «Воспитание Льва» Лев-отец — не только воплощение силы, мужества. Он ещё и царь зверей, это создает в басне определенный подтекст (имеется в виду воспитание Александра I швейцарцем Лагарпом). Лев-отец выступает в этом месте не только как мрачный царь, но и как заботливый, но недалекий отец, который поручил воспитание своего сына птице, забыв о том, что царствовать-то сын будет над зверями. В образе льва-отца обрисован целый характер, со всеми его достоинствами и недостатками, а не одно лишь какое-нибудь свойство человеческой натуры.

В баснях «Волк на псарне» и «Щука и кот» уже можно вещать не столько об аллегории, сколько о метафоре. В этих двух баснях под образами волка и щуки подразумевается Наполеон. Можно продолжительно вещать, что Наполеон был хитер, ловок, умен, умел быстро и ловко приспосабливаться к ситуации. Но он не рассчитал своих возможностей и попал «на псарню» вместо «овчарни». Соотнеся образ волка со всем аллегорическим смыслом басни, мы сразу угадываем в нем завоевателя Наполеона. Но при этом образ волка никак не сужается до изображения конкретного человека, он настолько широк и всеобъемлющ, что басня не теряет своей ценности и за пределами контекста эпохи.

Образы животных у Крылова можно сравнить с образами животных в сказках Салтыкова-Щедрина, где подчас, не зная исторической подоплеки, трудно угадать назначение этого образа в произведении.

Теперь можно сделать вывод, что человек не отделим от своего социального положения, поэтому образы животных можно классифицировать как метафоры определенных социальных уровней. Цари, вельможи, чиновники, «маленькие люди» также нашли свое метафорическое отражение в образах животных у Крылова. Например, в басне «Лев и барс», где лев и барс — выходцы из высших слоев общества, лиса и кот — из чиновничества. Сюда же можно отнести басню «Волк и ягненок». «Усильного вечно бессильный виноват», — гласит мораль этой басни. Образ ягненка использован не только как «Агнец Божий» — аллегория слабости и беззащитности. Этот образ ещё и предстает как метафора определенного социального уровня, быть может, мелких чиновников.

Иногда Крылов иронизирует не только над социальными пороками (басня «Две собаки»), но и над самой опорой социальной лестницы — государственными институтами, и для этого также используются образы животных. Примером может служить басня «Квартет», где пародируется государственный совет, созданный в 1801 году, и его четыре департамента, возглавляемые «Проказницей мартышкой, Ослом, Козлом И косолапым мишкой». Что же ожидает такой квартет-совет в будущем, если в его главу поставлена более того не свора собак, а как раз разные животные?

Итак, обширно используемые Крыловым образы животных с разными характерами указывают на реалистическую основу крыловской басни. Реализм Крылова, связь его басен с народной основой придает его басням русский, национальный дух. Образы животных, которые подчас на иллюстрациях бывают изображены в русских национальных костюмах, несут в себе сатирическую типизацию черт русского национального характера.

Крылов использует прием индивидуализации речи персонажа. Баснописец вкладывает в уста животных отдельные элементы разговорной речи разных сословий того времени, например, в басне «Стрекоза и муравей» муравей говорит: «Кумушка, мне странно это», «Так поди же, попляши». Стоит обратить чуткость и на ритмику этой басни. Образ попрыгуньи-стрекозы создается особым «прыгучим» размером — хореем. Крылов также обширно применяет звукопись для создания «звукового» образа животного. Например, в басне «Змея» инструментовка на шипящие звуки и «з», в басне «Мор зверей» повторение звуков «м», «у», «ы».

Ориентация Крылова на русскую разговорную речь наглядно проявилась в его баснях благодаря введению в них образа рассказчика. Повествование о действиях персонажей ведется в определенной манере, ясно различим личностный тон рассказчика с присущими ему формами и оборотами речи.

Вот «Лебедь, Рак да Щука», взявшись за дело, «из кожи лезут вон», вот «Механик пуще рвется», чтобы открыть Ларец, вот лягушка, захотевшая сравняться с Волом, первоначально стала «топорщиться, пыхтеть», а далее «С натуги лопнула и — околела». Бедняк, увидев Смерть, «оторопел». Моська появляется «отколе ни возьмись».

Встречаются баснях такие обороты: «зима катит в глаза», «с ним была плутовка такова». Язык рассказчика басен — просторечно-фамильярный. Рассказчик как бы пребывает среди своих персонажей, говорит о них, как о знакомых, дает им прозвища: «попрыгунья-Стрекоза», «проказница Мартышка» , «Повар-грамотей», «механик-мудрец». Иногда в самих обращениях уже выражено отношение рассказчика: «мой бедный соловей», «бедный Фока мой», «мой хитрец» («Волк на псарне»).

Но приближение к персонажам не мешает одаривать им справедливую опенку: «Избави, Бог, и нас от этаких судей», «Кто про свои дела кричит всем без умолку, В том, верно, мало толку». Бывает, что рассказчик принимает позу хитрого простачка: «Кто виноват из них, кто прав — судить не нам, Да только воз и ныне там». Это как раз и есть то «веселое лукавство ума», о котором писал Пушкин.

Народные начала речи, звучащие в баснях Крылова, убедительно подтверждаются использованием в них пословиц и поговорок: «Запели молодцы, кто в лес, кто по дрова». («Музыканты»).

То, что в языке басен Крылова растворились народные выражения, составляет одну его особенность. Другую представляет обратное явление. Многие выражения из басен стали восприниматься как пословицы. «А Васька слушает, да ест»; «А ларчик просто открывался»; «Слона-то я и не приметил»; «Соседушка, я сыт по горло», — отпирается Фока. Мы проворно представляем себе людей среднего сословия, их настроения и чувства.

Приемом речевых характеристик Крылов пользуется постоянно. Яркие примеры находим в баснях «Любопытный», «Кошка и Соловей», «Кот и Повар». Особенно мастерски передал Крылов слова Лисицы, выражающие тонкую лесть Вороне. Если сравнить разработку этого сюжета у Тре-дьяковского, Лафонтена, то последний пример наглядно продемонстрирует, что совершенствование басни шло как раз по языковой, стилистической линии. В комплиментах Лисицы сквозит ирония. Иронией проникнуто авторское повествование. Это добавляет жизненности, создает условия для более трезвого вывода. Язык, речь героев действует на усложнение сюжета басни, это приводит к углублению ее смысла.

Часто встречающиеся в басне интонации устной речи ни в коей мере не выводят ее из области письменности, словесного искусства. Басни Крылова — стихотворные произведения, на которые распространяются законы поэзии.

Разговорный язык басни способствует тому, что ее можно представить как маленькую комедию. Комизм ситуации часто дополняется комизмом языка. Непременное условие басни — действо подчеркивается частыми глагольными рифмами. Рифма у Крылова несет смысловую нагрузку.

Две Бочки ехали, одна с вином,

Здесь рифма соединяет как раз те слова, которые определяют предмет рассмотрения в басне. На ее примере покажем средства художественной выразительности языка Крылова. Рассказ представляет нам фантастическую картину: по городу едут сами по себе две бочки, одна — плавно, другая — несется и гремит. Если принять условность ситуации, то все выглядит полностью натурально: пыль столбом, прохожий жмется к стороне. Но во второй части басни прямо пишется о людях, которые «про свои дела кричат». Затем четко формулируется .мораль: «Кто делов истинно — тих часто на словах». И

дальше: «Великий человек. думает свою он крепку думу Без шуму». Это

«без шуму» точно повторяет слова из характеристики движения полной бочки, что устанавливает не только идейную, но и образную связь между ней и человеком деловым. Возвращаясь к началу рассказа, мы осмысляем его уже на другом уровне. Бочки оказываются условными предметами, обозначающими человеческие качества. Но это аллегорическое высказывание содержит добавочный метафорический компонент, который мы осознаем после прочтения всей басни. Метафорическое важность пустой бочки в данном контексте осмысляется применительно к пустому человеку, болтуну. Вся басня построена на сопоставлениях.

В басне «Слон на воеводстве» метафора оказывается главным выразительным средством рассказа. Реализация ее буквального смысла создает движение и комизм басни.

На примере басни «Две Бочки видна роль разностопного ямба, которым пользовался Крылов во всех своих баснях. В данном случае это выделение существенных моментов рассказа. С той же функцией мы встречаемся в баснях «Волк и Ягненок», «Крестьянин и Смерть», «Крестьяне и Река». Другими его функциями являются передача интонаций активный речи («Кот и Повар», «Обоз») и стремительного развития действия («Волк на псарне»).

Вольный ямб Крылова отражал жизненное разнообразие, представшее в его баснях. Оно сказалось ещё в расширении жанровых границ басни. Так, в басне Осел и Соловей» описание пения соловья дано языком, свойственным идиллии. Жуковский находил у Крылова «два стиха, которые не испортили бы никакого описания. в эпической поэме». Он же с восхищением отмечал его искусство изображения различных предметов. При описании мухи стихи «летают совместно с мухой». Стихи о медведе как бы тянутся, длинные слова передают медлительность и тяжесть медведя.

В своих баснях не забывал Крылов и звуковую сторону стихов. Возьмем, например, басню «Листы и Корни». Две части басни, соответствующие монологам Листов и Корней, подчеркиваются различным подбором звуков. Из восемнадцати стихов первой части только четыре не содержат звука «л», а в пяти стихах тот самый звук повторяется не по одному разу. Во второй части выделяются звуки «к», «р», «н», «п», «т». Противопоставление Листов и Корней дополнительно подчеркивается на фонетическом уровне. Так у Крылова и звуковой состав слова может нести смысловое важность.

Встречаются у Крылова, правда, не очень часто, такие речевые приемы, как сравнение и синекдоха. Например, в басне «Ворона и Курица»:

Тогда все обитатели, и малый и большой.

И вон из стен московских поднялися,

Как из улья пчелиный рой.

Для характеристики языка басен Крылова можно ещё указать факт употребления необычного названия обычных предметов. Так, в нескольких баснях Крылов вместо «Ворона» говорит «вещунья»

Все вышесказанное позволяет заключить, что великий баснописец решил задачу сочетания народных элементов со структурой поэтической речи, благодаря чему привнес существенный вклад в формирование русского литературного языка и поднял русскую басню на небывалую высоту.

В то же пора Крылов обогатил русскую басню новыми реалистическими образами животных. Русский баснописец разработал принципы реалистической типизации, без которых невозможны были бы емкие сатирические образы животных у Салтыкова-Щедрина и вообще все дальнейшее движение русской литературы по пути изображения русского национального характера.

Басни крылова на русском языке

Басня согласно определению из словаря &#151 это «краткий рассказ, имеющий иносказательный смысл». В целях иносказания баснописцы разных времен использовали образы зверей и даже предметов. По художественным, а иногда и по цензурным соображениям на смену людям в басне приходят животные, наделенные отдельными человеческими чертами: трусостью, храбростью, добротой, мужеством и др. Такие образы животных, олицетворяющих какую-то одну черту человеческого характера, широко использовали в своих баснях Эзоп, Федр, Лафонтен, Лессинг.. Крылов наследовал эту традицию у своих предшественников. Чтобы понять, что нового внес И. А. Крылов в басенный жанр, обратимся сначала к тому, что использовал он из опыта своих предшественников.

Аллегория пришла в литературу из фольклора, притчи, сказки, особенно сказок о животных, где действовали традиционные персонажи, &#151 такие как лиса, медведь, заяц, волк. Каждый из Них был заведомо наделен определенной чертой характера. Прием аллегории использовали классицисты, например, в одах. Крылов соединил опыт использования этого приема разными литературными жанрами в одно целое. Басенный муравей &#151 олицетворение трудолюбия («Стрекоза и муравей»), свинья &#151 невежества («Свинья под дубом»), ягненок &#151 кротости, как «Агнец Божий» («Волк и ягненок»).

Иван Андреевич Крылов считал, что искоренить пороки человечества можно через их осмеяние. В его баснях высмеиваются жадность, невежество, глупость. Но Крылов по сравнению с Эзопом и Лафонтеном не ограничивается только простыми аллегориями. Образы животных у Крылова играют более важную роль &#151 они несут в себе не только отдельные черты, но и целые характеры. Басни Крылова имеют не только бытовой характер, чисто бытовыми можно назвать лишь некоторые из них.

У Крылова есть исторические и социальные басни, в которых образы животных получают совсем другое назначение. Прежде всего эти басни также высмеивают людские пороки через аллегорические образы животных. Но во многих исторических баснях в персонажах животных угадывается уже целый характер, дается намек на определенного человека. Например, в басне «Воспитание Льва» Лев-отец &#151 не только воплощение силы, мужества. Он еще и царь зверей, это создает в басне определенный подтекст (имеется в виду воспитание Александра I швейцарцем Лагарпом). Лев-отец выступает здесь не только как грозный царь, но и как заботливый, но недалекий отец, который поручил воспитание своего сына птице, забыв о том, что царствовать-то сын будет над зверями. В образе льва-отца обрисован целый характер, со всеми его достоинствами и недостатками, а не одно лишь какое-нибудь свойство человеческой натуры.

В баснях «Волк на псарне» и «Щука и кот» уже можно говорить не столько об аллегории, сколько о метафоре. В этих двух баснях под образами волка и щуки подразумевается Наполеон. Можно долго говорить, что Наполеон был хитер, ловок, умен, умел быстро и ловко приспосабливаться к ситуации. Но он не рассчитал своих возможностей и попал «на псарню» вместо «овчарни». Соотнеся образ волка со всем аллегорическим смыслом басни, мы сразу угадываем в нем завоевателя Наполеона. Но при этом образ волка никак не сужается до изображения конкретного человека, он настолько широк и всеобъемлющ, что басня не теряет своей ценности и вне контекста эпохи.

Образы животных у Крылова можно сравнить с образами животных в сказках Салтыкова-Щедрина, где подчас, не зная исторической подоплеки, трудно угадать назначение этого образа в произведении.

Теперь можно сделать вывод, что человек не отделим от своего социального положения, поэтому образы животных можно классифицировать как метафоры определенных социальных уровней. Цари, вельможи, чиновники, «маленькие люди» также нашли, свое метафорическое отражение в образах животных у Крылова. Например, в басне «Лев и барс», где лев и барс &#151 выходцы из высших слоев общества, лиса и кот &#151 из чиновничества. Сюда же можно отнести басню «Волк и ягненок». «У сильного всегда бессильный виноват», &#151 гласит мораль этой басни. Образ ягненка использован не только как «Агнец Божий» &#151 аллегория слабости и беззащитности. Этот образ еще и предстает как метафора определенного социального уровня, возможно, мелких чиновников.

Иногда Крылов иронизирует не только над социальными пороками (басня «Две собаки»), но и над самой опорой социальной лестницы &#151 государственными институтами, и для этого также используются образы животных. Примером может служить басня «Квартет», где пародируется государственный совет, созданный в 1801 году, и его четыре департамента, возглавляемые «Проказницей мартышкой, Ослом, Козлом И косолапым мишкой». Что же ожидает такой квартет-совет в будущем, если в его главу поставлена даже не свора собак, а именно разные животные?

Итак, широко используемые Крыловым образы животных с разными характерами указывают на реалистическую основу крыловской басни. Реализм Крылова, связь его басен с народной основой придает его басням русский, национальный дух. Образы животных, которые подчас на иллюстрациях бывают изображены в русских национальных костюмах, несут в себе сатирическую типизацию черт русского национального характера.

Крылов использует прием индивидуализации речи персонажа. Баснописец вкладывает в уста животных отдельные элементы разговорной речи разных сословий того времени, например, в басне «Стрекоза и муравей» муравей говорит: «Кумушка, мне странно это», «Так поди же, попляши». Стоит обратить внимание и на ритмику этой басни. Образ попрыгуньи-стрекозы создается особым «прыгучим» размером &#151 хореем. Крылов также широко применяет звукопись для создания «звукового» образа животного. Например, в басне «Змея» инструментовка на шипящие звуки и «з», в басне «Мор зверей» повторение звуков «м», «у», «ы».

Ориентация Крылова на русскую разговорную речь наглядно проявилась в его баснях благодаря введению в них образа рассказчика. Повествование о действиях персонажей ведется в определенной манере, ясно различим личностный тон рассказчика с присущими ему формами и оборотами речи.

Вот «Лебедь, Рак да Щука», взявшись за дело, «из кожи лезут вон», вот «Механик пуще рвется», чтобы открыть Ларец, вот лягушка, захотевшая сравняться С Волом, вначале стала «топорщиться, пыхтеть», а затем «С натуги лопнула и &#151 околела». Бедняк, увидев Смерть, «оторопел». Моська появляется «отколе ни возьмись».

Встречаются баснях такие обороты: «зима катит в глаза», «с ним была плутовка такова». Язык рассказчика басен &#151 просторечно-фамильярный. Рассказчик как бы находится среди своих персонажей, говорит о них, как о знакомых, дает им прозвища: «попрыгунья-Стрекоза», «проказница Мартышка» , «Повар-грамотей», «механик-мудрец». Иногда в самих обращениях уже выражено отношение рассказчика: «мой бедный соловей», «бедный Фока мой», «мой хитрец» («Волк на псарне»).

Но приближение к персонажам не мешает давать им справедливую оценку: «Избави, Бог, и нас от этаких судей», «Кто про свои дела кричит всем без умолку, В том, верно, мало толку». Бывает, что рассказчик принимает позу хитрого простачка: «Кто виноват из них, кто прав &#151 судить не нам, Да только воз и ныне там». Это как раз и есть то «веселое лукавство ума», о котором писал Пушкин.

Народные начала речи, звучащие в баснях Крылова, убедительно подтверждаются использованием в них пословиц и поговорок: «Запели молодцы, кто в лес, кто по дрова». («Музыканты»).

То, что в языке басен Крылова растворились народные выражения, составляет одну его особенность. Другую представляет обратное явление. Многие выражения из басен стали восприниматься как пословицы. «А Васька слушает, да ест»; «А ларчик просто открывался»; «Слона-то я и не приметил»; «Соседушка, я сыт по горло», &#151 отпирается Фока. Мы живо представляем себе людей среднего сословия, их настроения и чувства.

Приемом речевых характеристик Крылов пользуется постоянно. Яркие примеры находим в баснях «Любопытный», «Кошка и Соловей», «Кот и Повар». Особенно мастерски передал Крылов слова Лисицы, выражающие тонкую лесть Вороне. Если сравнить разработку этого сюжета у Тредьяковского, Лафонтена, то последний пример наглядно продемонстрирует, что совершенствование басни шло именно по языковой, стилистической линии. В комплиментах Лисицы сквозит ирония. Иронией проникнуто авторское повествование. Это добавляет жизненности, создает условия для более трезвого вывода. Язык, речь героев действует на усложнение сюжета басни, это приводит к углублению ее смысла.

Часто встречающиеся в басне интонации устной речи ни в коей мере не выводят ее из области письменности, словесного искусства. Басни Крылова &#151 стихотворные произведения, на которые распространяются законы поэзии.

Разговорный язык басни способствует тому, что ее можно представить как маленькую комедию. Комизм ситуации часто дополняется комизмом языка. Непременное условие басни &#151 действие подчеркивается частыми глагольными рифмами. Рифма у Крылова несет смысловую нагрузку.

Две Бочки ехали, одна с вином,
Другая
Пустая.

Здесь рифма соединяет именно те слова, которые определяют предмет рассмотрения в басне. На ее примере покажем средства художественной выразительности языка Крылова. Рассказ представляет нам фантастическую картину: по городу едут сами по себе две бочки, одна &#151 плавно, другая &#151 несется и гремит. Если принять условность ситуации, то все выглядит вполне натурально: пыль столбом, прохожий жмется к стороне. Но во второй части басни прямо говорится о людях, которые «про свои дела кричат». Затем четко формулируется мораль: «Кто делов истинно &#151 тих часто на словах». И дальше: «Великий человек. думает свою он крепку думу Без шуму». Это «без шуму» точно повторяет слова из характеристики движения полной бочки, что устанавливает не только идейную, но и образную связь между ней и человеком деловым. Возвращаясь к началу рассказа, мы осмысляем его уже на другом уровне. Бочки оказываются условными предметами, обозначающими человеческие качества. Но это аллегорическое высказывание содержит дополнительный метафорический элемент, который мы осознаем после прочтения всей басни. Метафорическое значение пустой бочки в данном контексте осмысляется применительно к пустому человеку, болтуну. Вся басня построена на сопоставлениях.

В басне «Слон на воеводстве» метафора оказывается главным выразительным средством рассказа. Реализация ее буквального смысла создает движение и комизм басни.

На примере басни «Две Бочки» видна роль разностопного ямба, которым пользовался Крылов во всех своих баснях. В данном случае это выделение существенных моментов рассказа. С той же функцией мы встречаемся в баснях «Волк и Ягненок», «Крестьянин и Смерть», «Крестьяне и Река». Другими его функциями являются передача интонаций живой речи («Кот и Повар», «Обоз») и стремительного развития действия («Волк на псарне»).

Вольный ямб Крылова отражал жизненное разнообразие, представшее в его баснях. Оно сказалось еще в расширении жанровых границ басни. Так, в басне »Осел и Соловей» описание пения соловья дано языком, свойственным идиллии. Жуковский находил у Крылова «два стиха, которые не испортили бы никакого описания. в эпической поэме». Он же с восхищением отмечал его искусство изображения различных предметов. При описании мухи стихи «летают вместе с мухой». Стихи о медведе как бы тянутся, длинные слова передают медлительность и тяжесть медведя.

В своих баснях не забывал Крылов и звуковую сторону стихов. Возьмем, например, басню «Листы и Корни». Две части басни, соответствующие монологам Листов и Корней, подчеркиваются различным подбором звуков. Из восемнадцати стихов первой части только четыре не содержат звука «л», а в пяти стихах этот звук повторяется не по одному разу. Во второй части выделяются звуки «к», «р», «н», «п», «т». Противопоставление Листов и Корней дополнительно подчеркивается на фонетическом уровне. Так у Крылова и звуковой состав слова может нести смысловое значение.

Встречаются у Крылова, правда, не очень часто, такие речевые приемы, как сравнение и синекдоха. Например, в басне «Ворона и Курица»:

Тогда все жители, и малый и большой.
И вон из стен московских поднялися, Как из улья пчелиный рой.

Для характеристики языка басен Крылова можно еще указать факт употребления необычного названия обычных предметов. Так, в нескольких баснях Крылов вместо «Ворона» говорит «вещунья».

Все вышесказанное позволяет заключить, что великий баснописец решил задачу сочетания народных элементов со структурой поэтической речи, благодаря чему внес существенный вклад в формирование русского литературного языка и поднял русскую-басню на небывалую высоту.

Басни [14/14]

XVI. Лев на ловле. Написана по мотивам басни Лафонтена «Телка, Коза и Овца в обществе со Львом», восходящей к Эзопу.
XVII. Конь и Всадник. Басня развивает тему, намеченную в притче И. П. Пнина «Верховая лошадь» (1806), в стихотворении Державина «Колесница» (1803-1804), в ирои-комической поэме А. П. Буниной «Падение Фаэтона», которую на публичном заседании «Беседы» 11 ноября 1811 г. прочитал Крылов. Все эти произведения, написанные в разное время, воспринимались как выражение общественного недовольства политикой слабовольного Александра I.
XIX. Добрая Лисица. В басне использованы мотивы русских сказок о лисе.

I. Демьянова уха. См. с. 362 наст. изд. Кушак — пояс.
III. Чиж и Голубь. Сходный сюжет — в басне Федра «Воробей и Заяц».
IV. Водолазы. Басня написана в 1813 г. в Приютино по заказу А. Н. Оленина для торжественного чтения на открытии имп. Публичной библиотеки. «Другие утверждали, // Что люди от наук лишь только хуже стали» — намек на трактат Руссо «О влиянии наук на нравы».
V. Госпожа и две Служанки. Переработка басни Лафонтена «Старуха и две Служанки», сюжет которой восходит к Эзопу («Хозяйка и Служанки»).
VIII. Зеркало и Обезьяна. Та же тема варьируется в одноименных баснях М. М. Хераскова (1764) и С. А. Тучкова (1789). Ср. также пословицу, поставленную эпиграфом к комедии Н. В. Гоголя «Ревизор», «На зеркало неча пенять, коли рожа крива».
IX. Комар и Пастух. Сходная тема намечена в начальном эпизоде поэмы «Комар», приписываемой молодому Вергилию.
X. Крестьянин и Смерть. Переработка басни Лафонтена «Смерть и Дровосек» на сюжет из Эзопа.
XI. Рыцарь. Карачун — в некоторых русских диалектах злой дух.
XII. Тень и Человек. К этой теме обращался в басне «Дурак и Тень» Хемницер.
XV. Собака, Человек, Кошка и Сокол. Близка по теме к басням «Пешеходы и Медведь» и «Дорожные и Разбойник» Федра.
XVI. Подагра и Паук. Переработка одноименной басни Лафонтена.
XVII. Лев и Лисица. Перевод одноименной басни Эзопа.
XIX. Слон в случае. Тема могла быть подсказана притчей «Слон, произведенный в сан», напечатанной в новиковском журнале «Трутень» (1769, л. II).
. попасть в случай. — стать фаворитом.
XX. Туча. Басня воспринималась как — отклик на получение награды псковским губернатором кн. П. И. Шаховским, в то время как он утаил правду о голоде, свирепствующем в ряде уездов его губернии зимой 1811-1812 гг.
XXV. Напраслина. Сюжет восходит к фацеции «О пекшем яйцо» (см.: О. А. Державина. Фацеции. Переводная новелла в русской, литературе XVII века. М., 1962, с. 172-173).

I. Волк и Пастухи. Обработка одноименной басни Эзопа.
III. Гребень. Наяды (греч. миф.) — божества, нимфы вод.
IV. Скупой и Курица. Обработка темы, намеченной в басне «Курица с золотыми яйцами», восходящей к Эзопу.
VI. Алкид. Алкид — одно из имен Геракла. Алкмена — земная женщина, родившая Геракла от Зевса (греч. миф.). Обработка басни Эзопа «Геракл и Афина» (до Крылова на русский язык не переводилась). См. о занятиях Крылова древнегреческим языком на с. 372-374 наст. изд.
VII. Апеллес и Осленок. Н. И. Греч сообщал, что в этой басне будто бы осмеян поэт П. А. Катенин, хваставший тем, что Крылов ему «надоел своими вечными приглашениями».
Апеллес — древнегреческий живописец (IV в. до н. э.). Пегас (греч. миф.) — волшебный крылатый конь; символ поэтического вдохновения. Мидас (греч. миф.) — фригийский царь, награжденный Аполлоном ослиными ушами.
IХ. Мальчик и Змея. Перевод одноименной басни Эзопа.
X. Пловец и Море. Перевод басни Эзопа «Потерпевший кораблекрушение» (до Крылова на русский язык не переводилась).
Амфитрида (греч. миф.) — владычица морей, супруга Посейдона.
Эол (греч. миф.) — повелитель ветров.
XII. Волк и Журавль. Обработка басни «Волк и Аист», восходящей к Эзопу («Волк и Цапля») и Федру.
XIV. Муравей. Об отзыве Пушкина на эту басню см. с. 16 наст. изд.
XV. Пастух и Море. Самостоятельная обработка сюжета одноименной басни Лафонтена, восходящей к Эзопу.
XVII. Лисица и Виноград. Переработка одноименной басни Лафонтена, восходящей к Эзопу и Федру.
XIX. Медведь в сетях. Частично использованы мотивы басни Эзопа «Медведь и Лисица».
XXII. Похороны. Самостоятельная разработка сюжета эзоповской басни «Богач».
XXIII. Трудолюбивый Медведь. Предполагают, что непосредственным поводом к написанию басни явилось высочайшее распоряжение о срочной каталогизации публичной библиотеки в марте 1817 г., в то время как самые принципы каталогизации еще не были выработаны.
XXIV. Сочинитель и Разбойник. При жизни Крылова басня была истолкована как выпад против Вольтера, что вызвало протест баснописца. Сирена (греч. миф.) — демоническое существо, полуптица-полуженщина, своим волшебным пением заманивающая путников к гибели. Мегера — (греч. миф.) — одна из трех эриний (богинь мщения), олицетворение гнева и мстительности.
XXV. Ягненок. Басня обращена к дочери А. Н. Оленина, Анне.

I. Совет мышей. Возможно, басня является откликом на образование Государственного совета 1 января 1810 г.
IV. Мот и Ласточка. Переработка басни Эзопа «Молодой человек и Ласточка».
VII. Свинья под Дубом. По теме близка к басням «Пешеходы и Явор» Эзопа и «Дуб и Свинья» Лессинга (впервые переведена на русский язык в журнале «Детское чтение», 1785, ч. III, с. 128).
VIII. Паук и Пчела. Сходная тема намечена в одноименных баснях Геллерта (переведена на русский зык М. Матинским в 1775 г.) и Хольберга (переведена Фонвизиным в,1761 г.).
IX. Лисица и Осел. Переработка басни Лафонтена «Лев в старости», восходящей к Эзопу. Та же тема развита в басне Крылова «Лев состарившийся».
X. Муха и Пчела. Переработка басни Лафонтена «Муха и Муравей», восходящей к Федру.
XII. Котел и Горшок. Переделка басни Лафонтена «Горшок глиняный и Горшок железный», восходящей к Эзопу.
XIII. Дикие Козы. Переработка басни Эзопа «Пастух и Козы».
XV. Голик. Басню рассматривали как отклик на выступление Н. С. Арцибашева в журнале «Вестник Европы» (1821, N5 18), направленное против «Истории Государства Российского» Н. М. Карамзина.
XXII. Две Собаки. Тема восходит к одноименной басне Геллерта.
XXIII. Кошка и Соловей. Басня была первой из опубликованных Крыловым в печатном органе Вольного общества любителей российской словесности и сопровождена восторженным редакционным примечанием — см. с. 392-393 наст. изд. Современники ставили эту басню в связь с новым цензурным уставом, обсуждаемым в то время, который впоследствии получил наименование «чугунного». Тема басни близка к стихотворению Державина «На птичку» (опубликовано позднее): «Поймали птичку голосисту, // И ну сжимать ее рукой: // Пищит бедняжка вместо свисту // А ей твердят: «Пой, птичка, пой!»
XXIV. Рыбья пляска. При жизни Крылова печаталась под названием «Рыбьи пляски» в переработанном по требованию цензуры виде и заканчивающейся иначе: «Не могши боле тут Лев явной лжи стерпеть, // Чтоб не без музыки плясать народу, // Секретаря и воеводу // В своих когтях заставил петь». О реальном смысле басни см. с. 381 наст. изд. Схожий сюжет — в басне Хемницера «Путешествие Льва». В настоящем издании «Рыбья пляска» печатается по тексту сохранившегося автографа.
XXV. Прихожанин. Тема заимствована из анекдота «Крестьянин из другого прихода» (Спутник и собеседник веселых людей. М., 1776″. Ч. III. С. 5). Басня направлена против П. А. Вяземского, который в своих статьях, стихах, письмах, высказываниях оценивал басни Крылова ниже басен И. И. Дмитриева — см. с. 381, наст. изд.
Платон (1737-1812) — митрополит московский (в миру Левшин), известный проповедник.
XXVI. Ворона. Переработка басни Лафонтена «Сойка, украшенная перьями Павлина», сюжет которой восходит к Эзопу и Федру.
Юнонин двор (римск. миф.) — павлин, по легендарному истолкованию, был посвящен богине Юноне, супруге Юпитера.
Пестрые овцы. Предназначалась Крыловым для седьмой книги басен в издании 1825 г., но не была пропущена цензурой и при жизни автора в печати не появлялась (опубликована впервые в журнале «Русский архив», 1867, вып. 3). Предполагают, что в этой басне содержится отклик на дело о вольнодумстве петербургских профессоров. В конце 1821 г. исполняющий обязанности попечителя Петербургского учебного округа Д. П. Рунич доносительски обвинил К. Ф. Германа, Э. С. Раупаха, К. И. Арсеньева и А. И. Галича в том, что читаемые ими курсы напитаны «противным христианству духом». Дело это тянулось в течение нескольких лет (см.: М. Сухомлинов. Исследования и статьи по русской литературе и просвещению. Т. I. СПб., 1889. С. 239-397).

IV. Белка. 2 мая 1830 г. цензурный комитет отмечал, что басни «Белка» и «Осел» были даны на его рассмотрение, так как цензор Сербинович сомневался, можно ли пропустить эти басни в печать (См.: Пушкин и его современники. Вып. 29-30. Л., 1927. С. 113).
V. Щука. Редакционное примечание издателей «Литературной газеты» к этой басне см. на с. 415 наст. изд.
VII. Бритвы. Об оценке Гоголем этой басни см. с. 441 наст. изд.
X. Булат. Современники относили эту басню к положению выдающегося военачальника, героя Отечественной войны 1812 г. А. П. Ермолова, в николаевское царствование отставленного от службы и проживающего в имении под Орлом.
XII. Пушки и Паруса. Борей (греч. миф.) — бог северного ветра.
XIII. Осел. См. комментарий к басне «Белка».
XIV. Мирон. Мирон — имя это по-гречески означает: «каплющий елеем».
XVII. Филин и Осел. Сюжетно близка к басне Ф. А. Эмина «Сова и Нетопырь». Иносказательный смысл басни раскрыт в письме А. С. Пушкина к М. П. Погодину от 1 июля 1828 г.: «За разбор «Мысли», одного из замечательнейших стихотворений текущей словесности, уже досталось нашим северным шмелям от Крылова, осудившего их, и Шевырева, каждому по достоинству». Здесь имелась в виду критика в «Северной пчеле» (от 15 мая) стихотворения «Мысль» С. П. Шевырева, напечатанного в журнале «Московский вестник» (1828, апрель).
XX. Лещи. — Ср. Басню «Рыбья пляска».
XXI. Водопад и Ручей. Близка по теме к басне Хераскова «Источник и Ручей». См. также с. 15, наст. изд.

I. Пастух. Ср. русскую пословицу: «На волка только слава, а овец таскает Савва».
II. Белка. До Крылова к этой теме обращался Н. Ф. Остолопов («Кот и Белка», 1827).
IV. Лиса. В сюжете использованы мотивы русских сказок.
VII. Два Мальчика. Напоминает басню Лафонтена «Обезьяна и кошка».
IX. Лев и Мышь. Сходная тема — в басне Лафонтена «Лев и Крыса», сюжет которой восходит к Эзопу.
X. Кукушка и Петух. В альманахе «Сто русских литераторов» (Т. 2. СПб., 1841), где впервые была напечатана басня, она сопровождалась карикатурой Дезарно, в которой угадывались фигуры Ф. В. Булгарина и Н. И. Греча, изображенные с головами Петуха и Кукушки; см. с. 381 наст. изд. О взаимном славословии этих литераторов писал Пушкин в памфлете «Торжество дружбы, или Оправданный Александр Анфимович Орлов» (1831).
XI. Вельможа. О цензурных затруднениях Крылова в связи с этой басней см. на с. 416, 424 наст. изд.

БАСНИ, НЕ ВОШЕДШИЕ В ДЕВЯТЬ КНИГ

Стыдливый игрок. Судьба игроков. Павлин и Соловей. Впервые напечатаны в журнале «Утренние часы», 1788 (соответственно: ч. I, неделя 5, 18 мая; ч. 2, неделя 18, 17 августа и неделя 24, 28 сентября.). В ч. II (с. 47-48) того же журнала ранее был напечатан прозаический вариант последней басни, без подписи автора. При жизни Крылова басни не перепечатывались.
Лев и Человек. Впервые напечатана в кн. «Басни Ивана Крылова» (1809), но в последующие издания не включалась, возможно, потому, что сходные мотивы варьируются в других баснях Крылова (ср., например, «Лев, Серна и Лиса»).
Пир. Впервые напечатана в кн.: «Сборник статей, читанных в Отделении русского языка и словесности имп. Академии наук» (т. IV. СПб., 1869). На беловом автографе этой басни надпись В. А. Олениной: «В то время, как была написана Крыловым, цензура запретила ее печатать».

/ Полные произведения / Крылов И.А. / Басни

Смотрите также по произведению «Басни»:

Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Добавить комментарий

;-) :| :x :twisted: :smile: :shock: :sad: :roll: :razz: :oops: :o :mrgreen: :lol: :idea: :grin: :evil: :cry: :cool: :arrow: :???: :?: :!:

Басни Ивана Андреевича Крылова

Иван Андреевич Крылов — замечательный писатель, сумевший дать басне высокий смысл и сатирическую остроту, актуальность и многозначность. Краткость и образность языка Крылова поразительны. Он умел создать целую картину или охарактеризовать своего героя всего несколькими словами.
В басне «Волк и Ягненок» он изображает Ягненка робеющим перед важным сановником — Волком, и весь строй речи Ягненка, подобострастной и боязливой, передает его характер:

«Когда светлейший Волк позволит.
Осмелюсь я донесть: Что ниже по ручью
От светлости его шагов я на сто пью. »

Елейная речь лицемера царя в басне «Мор зверей» всем стилем своим рисует его отталкивающий образ.

«О, други! — начал Лев: — По множеству грехов
Подпали мы под сильный гнев богов;
Так тот из нас, кто всех виновен боле,
пускай по доброй воле
Отдаст себя на жертву им.
Ох, признаюсь,— хоть это мне и больно,—
Не прав и я!»

Каждая басня писателя по-своему самобытна и индивидуальна. Крылов может при видимой скупости средств создать яркий характер, незабываемый живой образ. В басне «Собачья дружба» «характер» каждой собаки раскрывается в их «фразах».

«Что может,— говорит Полкан, — приятней быть,
Как с другом сердце к сердцу жить;
Во всем оказывать взаимную услугу;
Не спать без друга и не сесть.
Стоять горой за дружню шерсть. »
Барбос ответствует ему:
«Давно, Полканушка, мне больно самому.
Что, бывши одного двора с тобой собаки.
Мы дня не проживем без драки. »

Но не только слова — самые звуки крыловского языка ярко рисуют то, что описывает автор. Вслушайтесь в эти звуки:

В свой ряд смиренный Вол им так мычит:
«И мы
Грешны. »

Близость языка Ивана Андреевича к народной речи сказалась и в том, что писатель вставлял в свои басни пословицы и поговорки, и они вполне сливались с общим тоном басни;

Запели молодцы: кто в лес кто по дрова
И у кого что силы стало.
В ушах у гостя затрещало.
(«Музыканты»)

Читатель, истину любя,
Примолвлю к басне я, и то не от себя,—
Не попусту в народе говорится:
Не плюй в колодезь, пригодится
Воды напиться.
(«Лев и Мышь»)

Но еще замечательное то, что собственные стихи Крылова, легко запоминаясь, сами сделались пословицами, вошли в золотой фонд народной речи. Таких пословиц и поговорок из его басен осталось в русском языке много: «А ларчик просто открывался» («Ларчик»), «Ты виноват уж тем, что хочется мне кушать» («Волк и Ягненок»), «Рыльце у тебя в пуху» («Лисица и Сурок»), «Аи, Моська! Знать она сильна, что лает на Слона» («Слон и Моська»), «А Васька слушает да ест» («Кот и Повар») и много-много других не менее замечательных и выразительных.

У писателя много заимствованных из произведений других баснописцев сюжетов. Но связь Ивана Андреевича с народным творчеством, с языком народных сказок была так тесна, что даже эти заимствованные басни не звучат как переводы. Ведь яркий, меткий, живой русский язык Крылова не мог быть заимствован ни у кого.
Крылов — подлинно народный писатель, художник огромной силы, и влияние его на русскую литературу было глубоким и положительным.

У писателя много заимствованных из произведений других баснописцев сюжетов. Но связь Ивана Андреевича с народным творчеством, с языком народных сказок была так тесна, что даже эти заимствованные басни не звучат как переводы. Ведь яркий, меткий, живой русский язык Крылова не мог быть заимствован ни у кого.
Крылов — подлинно народный писатель, художник огромной силы, и влияние его на русскую литературу было глубоким и положительным.

В баснях «Волк на псарне» и «Щука и кот» уже можно говорить не столько об аллегории, сколько о метафоре. В этих двух баснях под образами волка и щуки подразумевается Наполеон. Можно долго говорить, что Наполеон был хитер, ловок, умен, умел быстро и ловко приспосабливаться к ситуации. Но он не рассчитал своих возможностей и попал «на псарню» вместо «овчарни». Соотнеся образ волка со всем аллегорическим смыслом басни, мы сразу угадываем в нем завоевателя Наполеона. Но при этом образ волка никак не сужается до изображения конкретного человека, он настолько широк и всеобъемлющ, что басня не теряет своей ценности и вне контекста эпохи.

Образы животных у Крылова можно сравнить с образами животных в сказках Салтыкова-Щедрина, где подчас, не зная исторической подоплеки, трудно угадать назначение этого образа в произведении.

Теперь можно сделать вывод, что человек не отделим от своего социального положения, поэтому образы животных можно классифицировать как метафоры определенных социальных уровней. Цари, вельможи, чиновники, «маленькие люди» также нашли свое метафорическое отражение в образах животных у Крылова. Например, в басне «Лев и барс», где лев и барс — выходцы из высших слоев общества, лиса и кот — из чиновничества. Сюда же можно отнести басню «Волк и ягненок». «Усильного всегда бессильный виноват», — гласит мораль этой басни. Образ ягненка использован не только как «Агнец Божий» — аллегория слабости и беззащитности. Этот образ еще и предстает как метафора определенного социального уровня, возможно, мелких чиновников.
Иногда Крылов иронизирует не только над социальными пороками (басня «Две собаки»), но и над самой опорой социальной лестницы — государственными институтами, и для этого также используются образы животных. Примером может служить басня «Квартет», где пародируется государственный совет, созданный в 1801 году, и его четыре департамента, возглавляемые «Проказницей мартышкой, Ослом, Козлом И косолапым мишкой». Что же ожидает такой квартет-совет в будущем, если в его главу поставлена даже не свора собак, а именно разные животные?

Итак, широко используемые Крыловым образы животных с разными характерами указывают на реалистическую основу крыловской басни. Реализм Крылова, связь его басен с народной основой придает его басням русский, национальный дух. Образы животных, которые подчас на иллюстрациях бывают изображены в русских национальных костюмах, несут в себе сатирическую типизацию черт русского национального характера.

Крылов использует прием индивидуализации речи персонажа. Баснописец вкладывает в уста животных отдельные элементы разговорной речи разных сословий того времени, например, в басне «Стрекоза и муравей» муравей говорит: «Кумушка, мне странно это», «Так поди же, попляши». Стоит обратить внимание и на ритмику этой басни. Образ попрыгуньи-стрекозы создается особым «прыгучим» размером — хореем. Крылов также широко применяет звукопись для создания «звукового» образа животного. Например, в басне «Змея» инструментовка на шипящие звуки и «з», в басне «Мор зверей» повторение звуков «м», «у», «ы».

Ориентация Крылова на русскую разговорную речь наглядно проявилась в его баснях благодаря введению в них образа рассказчика. Повествование о действиях персонажей ведется в определенной манере, ясно различим личностный тон рассказчика с присущими ему формами и оборотами речи.

Вот «Лебедь, Рак да Щука», взявшись за дело, «из кожи лезут вон», вот «Механик пуще рвется», чтобы открыть Ларец, вот лягушка, захотевшая сравняться с Волом, вначале стала «топорщиться, пыхтеть», а затем «С натуги лопнула и — околела». Бедняк, увидев Смерть, «оторопел». Моська появляется «отколе ни возьмись».

Встречаются баснях такие обороты: «зима катит в глаза», ‘с ним была плутовка такова». Язык рассказчика басен — просторечно-фамильярный. Рассказчик как бы находится среди своих персонажей, говорит о них, как о знакомых, дает им прозвища: «попрыгунья-Стрекоза», «проказница Мартышка» , «Повар-грамотей», «механик-мудрец». Иногда в самих обращениях уже выражено отношение рассказчика: «мой бедный соловей», «бедный Фока мой», «мой хитрец» («Волк на псарне»).

Но приближение к персонажам не мешает давать им справедливую опенку: «Избави, Бог, и нас от этаких судей», «Кто про свои дела кричит всем без умолку, В том, верно, мало толку». Бывает, что рассказчик принимает позу хитрого простачка: «Кто виноват из них, кто прав — судить не нам, Да только воз и ныне там». Это как раз и есть то «веселое лукавство ума», о котором писал Пушкин.

Народные начала речи, звучащие в баснях Крылова, убедительно подтверждаются использованием в них пословиц и поговорок: «Запели молодцы, кто в лес, кто по дрова». («Музыканты»).
То, что в языке басен Крылова растворились народные выражения, составляет одну его особенность. Другую представляет обратное явление. Многие выражения из басен стали восприниматься как пословицы. «А Васька слушает, да ест»; «А ларчик просто открывался»; «Слона-то я и не приметил»; «Соседушка, я сыт по горло», — отпирается Фока. Мы живо представляем себе людей среднего сословия, их настроения и чувства.
Приемом речевых характеристик Крылов пользуется постоянно. Яркие примеры находим в баснях «Любопытный», «Кошка и Соловей», «Кот и Повар». Особенно мастерски передал Крылов слова Лисицы, выражающие тонкую лесть Вороне. Если сравнить разработку этого сюжета у Тре-дьяковского, Лафонтена, то последний пример наглядно продемонстрирует, что совершенствование басни шло именно по языковой, стилистической линии. В комплиментах Лисицы сквозит ирония. Иронией проникнуто авторское повествование. Это добавляет жизненности, создает условия для более трезвого вывода. Язык, речь героев действует на усложнение сюжета басни, это приводит к углублению ее смысла.

Вольный ямб Крылова отражал жизненное разнообразие, представшее в его баснях. Оно сказалось еще в расширении жанровых границ басни. Так, в басне Осел и Соловей» описание пения соловья дано языком, свойственным идиллии. Жуковский находил у Крылова «два стиха, которые не испортили бы никакого описания. в эпической поэме». Он же с восхищением отмечал его искусство изображения различных предметов. При описании мухи стихи «летают вместе с мухой». Стихи о медведе как бы тянутся, длинные слова передают медлительность и тяжесть медведя.

В своих баснях не забывал Крылов и звуковую сторону стихов. Возьмем, например, басню «Листы и Корни». Две части басни, соответствующие монологам Листов и Корней, подчеркиваются различным подбором звуков. Из восемнадцати стихов первой части только четыре не содержат звука «л», а в пяти стихах этот звук повторяется не по одному разу. Во второй части выделяются звуки «к», «р», «н», «п», «т». Противопоставление Листов и Корней дополнительно подчеркивается на фонетическом уровне. Так у Крылова и звуковой состав слова может нести смысловое значение.

Встречаются у Крылова, правда, не очень часто, такие речевые приемы, как сравнение и синекдоха. Например, в басне «Ворона и Курица»:
Тогда все жители, и малый и большой.
И вон из стен московских поднялися,
Как из улья пчелиный рой.
Для характеристики языка басен Крылова можно еще указать факт употребления необычного названия обычных предметов. Так, в нескольких баснях Крылов вместо «Ворона» говорит «вещунья»

Все вышесказанное позволяет заключить, что великий баснописец решил задачу сочетания народных элементов со структурой поэтической речи, благодаря чему внес существенный вклад в формирование русского литературного языка и поднял русскую басню на небывалую высоту.

В то же время Крылов обогатил русскую басню новыми реалистическими образами животных. Русский баснописец разработал принципы реалистической типизации, без которых невозможны были бы емкие сатирические образы животных у Салтыкова-Щедрина и вообще все дальнейшее движение русской литературы по пути изображения русского национального характера.

Предыдущий реферат из данного раздела: Достоинства басен Крылова

Собачья дружба

У кухни под окном
На солнышке Полкан с Барбосом, лежа, грелись.
Хоть у ворот перед двором
Пристойнее б стеречь им было дом,
Но как они уж понаелись —
И вежливые ж псы притом
Ни на кого не лают днем —
Так рассуждать они пустилися вдвоем
О всякой всячине: о их собачьей службе,
О худе, о добре и, наконец, о дружбе.
«Что может, — говорит Полкан, — приятней быть.
Как с другом сердце к сердцу жить;
Во всем оказывать взаимную услугу;
Не спать без друга и не съесть,
Стоять горой за дружню шерсть
И, наконец, в глаза глядеть друг другу,
Чтоб только улучить счастливый час,
Нельзя ли друга чем потешить, позабавить,
И в дружнем счастье все свое блаженство ставить!
Вот если б, например, с тобой у нас
Такая дружба завелась:
Скажу я смело,
Мы б и не видели, как время бы летело». —
«А что же? это дело! — Барбос ответствует ему: —
Давно, Полканушка, мне больно самому,
Что, бывши одного двора с тобой собаки,
Мы дня не проживем без драки;
И из чего? Спасибо господам:
Ни голодно, ии тесно нам!
Притом же, право, стыдно:
Пес дружества слывет примером с давних дней.
А дружбы между псов, как будто меж людей,
Почти совсем не видно». —
«Явим же в ней пример мы в паши времена, —
Вскричал Полкан: — дай лапу!» — «Вот она!»
И новые друзья ну обниматься,
Ну целоваться;
Не знают с радости, к кому и приравняться:
«Орест мой!» — «Мой Пилад!»* Прочь свары*,
зависть, злость!
Тут повар, на беду, из кухни кинул кость.
Вот новые друзья к ней взапуски несутся:
Где делся и совет и лад?
С Пиладом мой Орест грызутся, —
Лишь только клочья вверх летят;
Насилу наконец их розлили водою.
Свет полон дружбою такою.
Про нынешних друзей льзя* молвить, не греша.
Что в дружбе все они едва ль не одинаки:
Послушать — кажется, одна у них душа, —
А только кинь им кость, так что твои собаки!

* Орест и Пилад — легендарные герои Древней Греции, прославившиеся своей крепкой дружбой.
* Свара — ссора, перебранка.
* Льзя — можно (старинное русское слово).

Собачья дружба

Инсценировка Олеси Емельяновой

Продолжительность сценки: 3 минуты; количество актеров: 2 или 3.

Полкан
Барбос
Повар-рассказчик

На первом плане слева – дом с открытым окошком, справа – кусты. На втором плане вдалеке – забор с воротами и хозяйственные постройки.

В окне кухни появляется Повар.

У кухни под окном
На солнышке Полкан с Барбосом, лежа, грелись.

Из-за кустов выходят Полкан и Барбос.

Хоть у ворот перед двором
Пристойнее б стеречь им было дом;
Но как они уж понаелись –
И вежливые ж псы притом
Ни на кого не лают днем –
Так рассуждать они пустилися вдвоем
О всякой всячине: о их собачьей службе,
О х у ́де, о добре и, наконец, о дружбе.

Повар скрывается окне.

Не ведаю, что может лучше быть,
Чем с другом сердце к сердцу жить;
Во всем оказывать взаимную услугу;
Не спить без друга и не съесть,
Стоять горой за др у ́жню шерсть,
И, наконец, в глаза глядеть друг другу,
Чтоб только улучить счастливый час,
Нельзя ли друга чем потешить, позабавить
И в дружном счастье все свое блаженство ставить!
Вот если б, например, с тобой у нас
Такая дружба завелась:
Скажу я смело,
Мы б и не видели, как время бы летело.

А что же? это дело!
И п о ́ сердцу оно и по уму!
Давно, Полканушка, мне больно самому.
Что, бывши одного двора с тобой собаки,
Мы дня не проживем без драки;
И из чего? Спасибо господам:
Ни голодно, ни тесно нам!
Притом же, право, стыдно:
Пес дружества слывет примером с давних дней,
А дружбы между псов, как будто меж людей,
Почти совсем не видно.

Полкан (с воодушевлением)

Явим же в ней пример мы в наши времена! –
Барбос, друг мой! Дай лапу!

Барбос (протягивая лапу)

Собаки обнимаются. Повар выглядывает из окна.

И новые друзья ну обниматься,
Ну целоваться;
Не знают с радости, к кому и приравняться.

Мой Пилад! Прочь свары, зависть, злость!

А то ли будет, если кинуть кость?

Повар бросает собакам кость. Собаки бегут за ней, а потом яростно с лаем, рычанием и визгом дерутся.

Повар (насмешливо комментирует)

Вот новые друзья к ней вз а ́пуски несутся:
Где делся и совет и лад?
С Пиладом мой Орест грызутся, –
Лишь только клочья вверх летят.
Пойду-ка от греха их разолью водою.

Повар выбегает из дома с ведром и льет воду на собак. Собаки, рыча и отряхиваясь, расходятся в разные стороны.

Свет полон дружбою такою.
Про нынешних друзей льзя молвить, не греша,
Что в дружбе все они едва ль не один а ́ки:
Послушать, кажется, одна у них душа, –
А только кинь им кость, так что твои собаки!

© Автор басни. Иван Андреевич Крылов. 1815 г.

© Автор инсценировки. Олеся Емельянова. 2006 г.

Инсценировки басен. Большой сборник инсценировок классических и современных басен для детского театра по произведениям Эзопа, Руми, И.А.Крылова, А.С.Пушкина, О.В.Емельяновой.

Сценарии для детского театра. Библиотека пьес, инсценировок и сценок в стихах по народным и авторским сказкам и басням для детского театра.

Басни в стихах. Современные поучительные басни про людей и животных.

Детские стихи. Стихи, потешки, игры, задачки и загадки в стихах для детей.

Пьесы и сценарии Олеси Емельяновой для кукольного театра

Собачья дружба

У кухни под окном

На солнышке Полкан с Барбосом, лежа, грелись.

Хоть у ворот перед двором

Пристойнее б стеречь им было дом;

Но как они уж понаелись —

И вежливые ж псы притом

Ни на кого не лают днем —

Так рассуждать они пустилися вдвоем

О всякой всячине: о их собачьей службе,

О худе, о добре и, наконец, о дружбе.

«Что может, — говорит Полкан, — приятней быть,

Как с другом сердце к сердцу жить;

Во всем оказывать взаимную услугу;

Не спить без друга и не съесть,

Стоять горой за дружню шерсть,

И, наконец, в глаза глядеть друг другу,

Чтоб только улучить счастливый час,

Нельзя ли друга чем потешить, позабавить

И в дружней счастье все свое блаженство ставить!

Вот если б, например, с тобой у нас

Такая дружба завелась:

Мы б и не видели, как время бы летело»,

«А что же? это дело! —

Барбос ответствует ему. —

Давно, Полканушка, мне больно самому.

Что, бывши одного двора с тобой собаки,

Мы дня не проживем без драки;

И из чего? Спасибо господам:

Ни голодно, ни тесно нам!

Притом же, право, стыдно:

Пес дружества слывет примером с давних дней,

А дружбы между псов, как будто меж людей,

Почти совсем не видно». —

«Явим же в ней пример мы в наши времена! —

Вскричал Полкан, — дай лапу!» — «Вот она!»

И новые друзья ну обниматься,

Не знают с радости, к кому и приравняться:

«Орест мой!» — «Мой Пилад!» Прочь свары, зависть, злость!

Тут повар на беду из кухни кинул кость.

Вот новые друзья к ней взапуски несутся:

Где делся и совет и лад?

С Пиладом мой Орест грызутся, —

Лишь только клочья вверх летят:

Насилу, наконец, их розлили водою.

Свет полон дружбою такою.

Про нынешних друзей льзя молвить, не греша,

Что в дружбе все они едва ль не одинаки:

Послушать, кажется, одна у них душа, —

А только кинь им кость, так что твои собаки!

Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Добавить комментарий

;-) :| :x :twisted: :smile: :shock: :sad: :roll: :razz: :oops: :o :mrgreen: :lol: :idea: :grin: :evil: :cry: :cool: :arrow: :???: :?: :!:

Басни Ивана Андреевича Крылова

Иван Андреевич Крылов — замечательный писатель, сумевший дать басне высокий смысл и сатирическую остроту, актуальность и многозначность. Краткость и образность языка Крылова поразительны. Он умел создать целую картину или охарактеризовать своего героя всего несколькими словами.
В басне «Волк и Ягненок» он изображает Ягненка робеющим перед важным сановником — Волком, и весь строй речи Ягненка, подобострастной и боязливой, передает его характер:

«Когда светлейший Волк позволит.
Осмелюсь я донесть: Что ниже по ручью
От светлости его шагов я на сто пью. »

Елейная речь лицемера царя в басне «Мор зверей» всем стилем своим рисует его отталкивающий образ.

«О, други! — начал Лев: — По множеству грехов
Подпали мы под сильный гнев богов;
Так тот из нас, кто всех виновен боле,
пускай по доброй воле
Отдаст себя на жертву им.
Ох, признаюсь,— хоть это мне и больно,—
Не прав и я!»

Каждая басня писателя по-своему самобытна и индивидуальна. Крылов может при видимой скупости средств создать яркий характер, незабываемый живой образ. В басне «Собачья дружба» «характер» каждой собаки раскрывается в их «фразах».

«Что может,— говорит Полкан, — приятней быть,
Как с другом сердце к сердцу жить;
Во всем оказывать взаимную услугу;
Не спать без друга и не сесть.
Стоять горой за дружню шерсть. »
Барбос ответствует ему:
«Давно, Полканушка, мне больно самому.
Что, бывши одного двора с тобой собаки.
Мы дня не проживем без драки. »

Но не только слова — самые звуки крыловского языка ярко рисуют то, что описывает автор. Вслушайтесь в эти звуки:

В свой ряд смиренный Вол им так мычит:
«И мы
Грешны. »

Близость языка Ивана Андреевича к народной речи сказалась и в том, что писатель вставлял в свои басни пословицы и поговорки, и они вполне сливались с общим тоном басни;

Запели молодцы: кто в лес кто по дрова
И у кого что силы стало.
В ушах у гостя затрещало.
(«Музыканты»)

Читатель, истину любя,
Примолвлю к басне я, и то не от себя,—
Не попусту в народе говорится:
Не плюй в колодезь, пригодится
Воды напиться.
(«Лев и Мышь»)

Но еще замечательное то, что собственные стихи Крылова, легко запоминаясь, сами сделались пословицами, вошли в золотой фонд народной речи. Таких пословиц и поговорок из его басен осталось в русском языке много: «А ларчик просто открывался» («Ларчик»), «Ты виноват уж тем, что хочется мне кушать» («Волк и Ягненок»), «Рыльце у тебя в пуху» («Лисица и Сурок»), «Аи, Моська! Знать она сильна, что лает на Слона» («Слон и Моська»), «А Васька слушает да ест» («Кот и Повар») и много-много других не менее замечательных и выразительных.

У писателя много заимствованных из произведений других баснописцев сюжетов. Но связь Ивана Андреевича с народным творчеством, с языком народных сказок была так тесна, что даже эти заимствованные басни не звучат как переводы. Ведь яркий, меткий, живой русский язык Крылова не мог быть заимствован ни у кого.
Крылов — подлинно народный писатель, художник огромной силы, и влияние его на русскую литературу было глубоким и положительным.

У писателя много заимствованных из произведений других баснописцев сюжетов. Но связь Ивана Андреевича с народным творчеством, с языком народных сказок была так тесна, что даже эти заимствованные басни не звучат как переводы. Ведь яркий, меткий, живой русский язык Крылова не мог быть заимствован ни у кого.
Крылов — подлинно народный писатель, художник огромной силы, и влияние его на русскую литературу было глубоким и положительным.

В баснях «Волк на псарне» и «Щука и кот» уже можно говорить не столько об аллегории, сколько о метафоре. В этих двух баснях под образами волка и щуки подразумевается Наполеон. Можно долго говорить, что Наполеон был хитер, ловок, умен, умел быстро и ловко приспосабливаться к ситуации. Но он не рассчитал своих возможностей и попал «на псарню» вместо «овчарни». Соотнеся образ волка со всем аллегорическим смыслом басни, мы сразу угадываем в нем завоевателя Наполеона. Но при этом образ волка никак не сужается до изображения конкретного человека, он настолько широк и всеобъемлющ, что басня не теряет своей ценности и вне контекста эпохи.

Образы животных у Крылова можно сравнить с образами животных в сказках Салтыкова-Щедрина, где подчас, не зная исторической подоплеки, трудно угадать назначение этого образа в произведении.

Теперь можно сделать вывод, что человек не отделим от своего социального положения, поэтому образы животных можно классифицировать как метафоры определенных социальных уровней. Цари, вельможи, чиновники, «маленькие люди» также нашли свое метафорическое отражение в образах животных у Крылова. Например, в басне «Лев и барс», где лев и барс — выходцы из высших слоев общества, лиса и кот — из чиновничества. Сюда же можно отнести басню «Волк и ягненок». «Усильного всегда бессильный виноват», — гласит мораль этой басни. Образ ягненка использован не только как «Агнец Божий» — аллегория слабости и беззащитности. Этот образ еще и предстает как метафора определенного социального уровня, возможно, мелких чиновников.
Иногда Крылов иронизирует не только над социальными пороками (басня «Две собаки»), но и над самой опорой социальной лестницы — государственными институтами, и для этого также используются образы животных. Примером может служить басня «Квартет», где пародируется государственный совет, созданный в 1801 году, и его четыре департамента, возглавляемые «Проказницей мартышкой, Ослом, Козлом И косолапым мишкой». Что же ожидает такой квартет-совет в будущем, если в его главу поставлена даже не свора собак, а именно разные животные?

Итак, широко используемые Крыловым образы животных с разными характерами указывают на реалистическую основу крыловской басни. Реализм Крылова, связь его басен с народной основой придает его басням русский, национальный дух. Образы животных, которые подчас на иллюстрациях бывают изображены в русских национальных костюмах, несут в себе сатирическую типизацию черт русского национального характера.

Крылов использует прием индивидуализации речи персонажа. Баснописец вкладывает в уста животных отдельные элементы разговорной речи разных сословий того времени, например, в басне «Стрекоза и муравей» муравей говорит: «Кумушка, мне странно это», «Так поди же, попляши». Стоит обратить внимание и на ритмику этой басни. Образ попрыгуньи-стрекозы создается особым «прыгучим» размером — хореем. Крылов также широко применяет звукопись для создания «звукового» образа животного. Например, в басне «Змея» инструментовка на шипящие звуки и «з», в басне «Мор зверей» повторение звуков «м», «у», «ы».

Ориентация Крылова на русскую разговорную речь наглядно проявилась в его баснях благодаря введению в них образа рассказчика. Повествование о действиях персонажей ведется в определенной манере, ясно различим личностный тон рассказчика с присущими ему формами и оборотами речи.

Вот «Лебедь, Рак да Щука», взявшись за дело, «из кожи лезут вон», вот «Механик пуще рвется», чтобы открыть Ларец, вот лягушка, захотевшая сравняться с Волом, вначале стала «топорщиться, пыхтеть», а затем «С натуги лопнула и — околела». Бедняк, увидев Смерть, «оторопел». Моська появляется «отколе ни возьмись».

Встречаются баснях такие обороты: «зима катит в глаза», ‘с ним была плутовка такова». Язык рассказчика басен — просторечно-фамильярный. Рассказчик как бы находится среди своих персонажей, говорит о них, как о знакомых, дает им прозвища: «попрыгунья-Стрекоза», «проказница Мартышка» , «Повар-грамотей», «механик-мудрец». Иногда в самих обращениях уже выражено отношение рассказчика: «мой бедный соловей», «бедный Фока мой», «мой хитрец» («Волк на псарне»).

Но приближение к персонажам не мешает давать им справедливую опенку: «Избави, Бог, и нас от этаких судей», «Кто про свои дела кричит всем без умолку, В том, верно, мало толку». Бывает, что рассказчик принимает позу хитрого простачка: «Кто виноват из них, кто прав — судить не нам, Да только воз и ныне там». Это как раз и есть то «веселое лукавство ума», о котором писал Пушкин.

Народные начала речи, звучащие в баснях Крылова, убедительно подтверждаются использованием в них пословиц и поговорок: «Запели молодцы, кто в лес, кто по дрова». («Музыканты»).
То, что в языке басен Крылова растворились народные выражения, составляет одну его особенность. Другую представляет обратное явление. Многие выражения из басен стали восприниматься как пословицы. «А Васька слушает, да ест»; «А ларчик просто открывался»; «Слона-то я и не приметил»; «Соседушка, я сыт по горло», — отпирается Фока. Мы живо представляем себе людей среднего сословия, их настроения и чувства.
Приемом речевых характеристик Крылов пользуется постоянно. Яркие примеры находим в баснях «Любопытный», «Кошка и Соловей», «Кот и Повар». Особенно мастерски передал Крылов слова Лисицы, выражающие тонкую лесть Вороне. Если сравнить разработку этого сюжета у Тре-дьяковского, Лафонтена, то последний пример наглядно продемонстрирует, что совершенствование басни шло именно по языковой, стилистической линии. В комплиментах Лисицы сквозит ирония. Иронией проникнуто авторское повествование. Это добавляет жизненности, создает условия для более трезвого вывода. Язык, речь героев действует на усложнение сюжета басни, это приводит к углублению ее смысла.

Вольный ямб Крылова отражал жизненное разнообразие, представшее в его баснях. Оно сказалось еще в расширении жанровых границ басни. Так, в басне Осел и Соловей» описание пения соловья дано языком, свойственным идиллии. Жуковский находил у Крылова «два стиха, которые не испортили бы никакого описания. в эпической поэме». Он же с восхищением отмечал его искусство изображения различных предметов. При описании мухи стихи «летают вместе с мухой». Стихи о медведе как бы тянутся, длинные слова передают медлительность и тяжесть медведя.

В своих баснях не забывал Крылов и звуковую сторону стихов. Возьмем, например, басню «Листы и Корни». Две части басни, соответствующие монологам Листов и Корней, подчеркиваются различным подбором звуков. Из восемнадцати стихов первой части только четыре не содержат звука «л», а в пяти стихах этот звук повторяется не по одному разу. Во второй части выделяются звуки «к», «р», «н», «п», «т». Противопоставление Листов и Корней дополнительно подчеркивается на фонетическом уровне. Так у Крылова и звуковой состав слова может нести смысловое значение.

Встречаются у Крылова, правда, не очень часто, такие речевые приемы, как сравнение и синекдоха. Например, в басне «Ворона и Курица»:
Тогда все жители, и малый и большой.
И вон из стен московских поднялися,
Как из улья пчелиный рой.
Для характеристики языка басен Крылова можно еще указать факт употребления необычного названия обычных предметов. Так, в нескольких баснях Крылов вместо «Ворона» говорит «вещунья»

Все вышесказанное позволяет заключить, что великий баснописец решил задачу сочетания народных элементов со структурой поэтической речи, благодаря чему внес существенный вклад в формирование русского литературного языка и поднял русскую басню на небывалую высоту.

В то же время Крылов обогатил русскую басню новыми реалистическими образами животных. Русский баснописец разработал принципы реалистической типизации, без которых невозможны были бы емкие сатирические образы животных у Салтыкова-Щедрина и вообще все дальнейшее движение русской литературы по пути изображения русского национального характера.

Предыдущий реферат из данного раздела: Достоинства басен Крылова

Квартет басня крылова пословица

Басня согласно определению из словаря &#151 это «краткий рассказ, имеющий иносказательный смысл». В целях иносказания баснописцы разных времен использовали образы зверей и даже предметов. По художественным, а иногда и по цензурным соображениям на смену людям в басне приходят животные, наделенные отдельными человеческими чертами: трусостью, храбростью, добротой, мужеством и др. Такие образы животных, олицетворяющих какую-то одну черту человеческого характера, широко использовали в своих баснях Эзоп, Федр, Лафонтен, Лессинг.. Крылов наследовал эту традицию у своих предшественников. Чтобы понять, что нового внес И. А. Крылов в басенный жанр, обратимся сначала к тому, что использовал он из опыта своих предшественников.

Аллегория пришла в литературу из фольклора, притчи, сказки, особенно сказок о животных, где действовали традиционные персонажи, &#151 такие как лиса, медведь, заяц, волк. Каждый из Них был заведомо наделен определенной чертой характера. Прием аллегории использовали классицисты, например, в одах. Крылов соединил опыт использования этого приема разными литературными жанрами в одно целое. Басенный муравей &#151 олицетворение трудолюбия («Стрекоза и муравей»), свинья &#151 невежества («Свинья под дубом»), ягненок &#151 кротости, как «Агнец Божий» («Волк и ягненок»).

Иван Андреевич Крылов считал, что искоренить пороки человечества можно через их осмеяние. В его баснях высмеиваются жадность, невежество, глупость. Но Крылов по сравнению с Эзопом и Лафонтеном не ограничивается только простыми аллегориями. Образы животных у Крылова играют более важную роль &#151 они несут в себе не только отдельные черты, но и целые характеры. Басни Крылова имеют не только бытовой характер, чисто бытовыми можно назвать лишь некоторые из них.

У Крылова есть исторические и социальные басни, в которых образы животных получают совсем другое назначение. Прежде всего эти басни также высмеивают людские пороки через аллегорические образы животных. Но во многих исторических баснях в персонажах животных угадывается уже целый характер, дается намек на определенного человека. Например, в басне «Воспитание Льва» Лев-отец &#151 не только воплощение силы, мужества. Он еще и царь зверей, это создает в басне определенный подтекст (имеется в виду воспитание Александра I швейцарцем Лагарпом). Лев-отец выступает здесь не только как грозный царь, но и как заботливый, но недалекий отец, который поручил воспитание своего сына птице, забыв о том, что царствовать-то сын будет над зверями. В образе льва-отца обрисован целый характер, со всеми его достоинствами и недостатками, а не одно лишь какое-нибудь свойство человеческой натуры.

В баснях «Волк на псарне» и «Щука и кот» уже можно говорить не столько об аллегории, сколько о метафоре. В этих двух баснях под образами волка и щуки подразумевается Наполеон. Можно долго говорить, что Наполеон был хитер, ловок, умен, умел быстро и ловко приспосабливаться к ситуации. Но он не рассчитал своих возможностей и попал «на псарню» вместо «овчарни». Соотнеся образ волка со всем аллегорическим смыслом басни, мы сразу угадываем в нем завоевателя Наполеона. Но при этом образ волка никак не сужается до изображения конкретного человека, он настолько широк и всеобъемлющ, что басня не теряет своей ценности и вне контекста эпохи.

Образы животных у Крылова можно сравнить с образами животных в сказках Салтыкова-Щедрина, где подчас, не зная исторической подоплеки, трудно угадать назначение этого образа в произведении.

Теперь можно сделать вывод, что человек не отделим от своего социального положения, поэтому образы животных можно классифицировать как метафоры определенных социальных уровней. Цари, вельможи, чиновники, «маленькие люди» также нашли, свое метафорическое отражение в образах животных у Крылова. Например, в басне «Лев и барс», где лев и барс &#151 выходцы из высших слоев общества, лиса и кот &#151 из чиновничества. Сюда же можно отнести басню «Волк и ягненок». «У сильного всегда бессильный виноват», &#151 гласит мораль этой басни. Образ ягненка использован не только как «Агнец Божий» &#151 аллегория слабости и беззащитности. Этот образ еще и предстает как метафора определенного социального уровня, возможно, мелких чиновников.

Иногда Крылов иронизирует не только над социальными пороками (басня «Две собаки»), но и над самой опорой социальной лестницы &#151 государственными институтами, и для этого также используются образы животных. Примером может служить басня «Квартет», где пародируется государственный совет, созданный в 1801 году, и его четыре департамента, возглавляемые «Проказницей мартышкой, Ослом, Козлом И косолапым мишкой». Что же ожидает такой квартет-совет в будущем, если в его главу поставлена даже не свора собак, а именно разные животные?

Итак, широко используемые Крыловым образы животных с разными характерами указывают на реалистическую основу крыловской басни. Реализм Крылова, связь его басен с народной основой придает его басням русский, национальный дух. Образы животных, которые подчас на иллюстрациях бывают изображены в русских национальных костюмах, несут в себе сатирическую типизацию черт русского национального характера.

Крылов использует прием индивидуализации речи персонажа. Баснописец вкладывает в уста животных отдельные элементы разговорной речи разных сословий того времени, например, в басне «Стрекоза и муравей» муравей говорит: «Кумушка, мне странно это», «Так поди же, попляши». Стоит обратить внимание и на ритмику этой басни. Образ попрыгуньи-стрекозы создается особым «прыгучим» размером &#151 хореем. Крылов также широко применяет звукопись для создания «звукового» образа животного. Например, в басне «Змея» инструментовка на шипящие звуки и «з», в басне «Мор зверей» повторение звуков «м», «у», «ы».

Ориентация Крылова на русскую разговорную речь наглядно проявилась в его баснях благодаря введению в них образа рассказчика. Повествование о действиях персонажей ведется в определенной манере, ясно различим личностный тон рассказчика с присущими ему формами и оборотами речи.

Вот «Лебедь, Рак да Щука», взявшись за дело, «из кожи лезут вон», вот «Механик пуще рвется», чтобы открыть Ларец, вот лягушка, захотевшая сравняться С Волом, вначале стала «топорщиться, пыхтеть», а затем «С натуги лопнула и &#151 околела». Бедняк, увидев Смерть, «оторопел». Моська появляется «отколе ни возьмись».

Встречаются баснях такие обороты: «зима катит в глаза», «с ним была плутовка такова». Язык рассказчика басен &#151 просторечно-фамильярный. Рассказчик как бы находится среди своих персонажей, говорит о них, как о знакомых, дает им прозвища: «попрыгунья-Стрекоза», «проказница Мартышка» , «Повар-грамотей», «механик-мудрец». Иногда в самих обращениях уже выражено отношение рассказчика: «мой бедный соловей», «бедный Фока мой», «мой хитрец» («Волк на псарне»).

Но приближение к персонажам не мешает давать им справедливую оценку: «Избави, Бог, и нас от этаких судей», «Кто про свои дела кричит всем без умолку, В том, верно, мало толку». Бывает, что рассказчик принимает позу хитрого простачка: «Кто виноват из них, кто прав &#151 судить не нам, Да только воз и ныне там». Это как раз и есть то «веселое лукавство ума», о котором писал Пушкин.

Народные начала речи, звучащие в баснях Крылова, убедительно подтверждаются использованием в них пословиц и поговорок: «Запели молодцы, кто в лес, кто по дрова». («Музыканты»).

То, что в языке басен Крылова растворились народные выражения, составляет одну его особенность. Другую представляет обратное явление. Многие выражения из басен стали восприниматься как пословицы. «А Васька слушает, да ест»; «А ларчик просто открывался»; «Слона-то я и не приметил»; «Соседушка, я сыт по горло», &#151 отпирается Фока. Мы живо представляем себе людей среднего сословия, их настроения и чувства.

Приемом речевых характеристик Крылов пользуется постоянно. Яркие примеры находим в баснях «Любопытный», «Кошка и Соловей», «Кот и Повар». Особенно мастерски передал Крылов слова Лисицы, выражающие тонкую лесть Вороне. Если сравнить разработку этого сюжета у Тредьяковского, Лафонтена, то последний пример наглядно продемонстрирует, что совершенствование басни шло именно по языковой, стилистической линии. В комплиментах Лисицы сквозит ирония. Иронией проникнуто авторское повествование. Это добавляет жизненности, создает условия для более трезвого вывода. Язык, речь героев действует на усложнение сюжета басни, это приводит к углублению ее смысла.

Часто встречающиеся в басне интонации устной речи ни в коей мере не выводят ее из области письменности, словесного искусства. Басни Крылова &#151 стихотворные произведения, на которые распространяются законы поэзии.

Разговорный язык басни способствует тому, что ее можно представить как маленькую комедию. Комизм ситуации часто дополняется комизмом языка. Непременное условие басни &#151 действие подчеркивается частыми глагольными рифмами. Рифма у Крылова несет смысловую нагрузку.

Две Бочки ехали, одна с вином,
Другая
Пустая.

Здесь рифма соединяет именно те слова, которые определяют предмет рассмотрения в басне. На ее примере покажем средства художественной выразительности языка Крылова. Рассказ представляет нам фантастическую картину: по городу едут сами по себе две бочки, одна &#151 плавно, другая &#151 несется и гремит. Если принять условность ситуации, то все выглядит вполне натурально: пыль столбом, прохожий жмется к стороне. Но во второй части басни прямо говорится о людях, которые «про свои дела кричат». Затем четко формулируется мораль: «Кто делов истинно &#151 тих часто на словах». И дальше: «Великий человек. думает свою он крепку думу Без шуму». Это «без шуму» точно повторяет слова из характеристики движения полной бочки, что устанавливает не только идейную, но и образную связь между ней и человеком деловым. Возвращаясь к началу рассказа, мы осмысляем его уже на другом уровне. Бочки оказываются условными предметами, обозначающими человеческие качества. Но это аллегорическое высказывание содержит дополнительный метафорический элемент, который мы осознаем после прочтения всей басни. Метафорическое значение пустой бочки в данном контексте осмысляется применительно к пустому человеку, болтуну. Вся басня построена на сопоставлениях.

В басне «Слон на воеводстве» метафора оказывается главным выразительным средством рассказа. Реализация ее буквального смысла создает движение и комизм басни.

На примере басни «Две Бочки» видна роль разностопного ямба, которым пользовался Крылов во всех своих баснях. В данном случае это выделение существенных моментов рассказа. С той же функцией мы встречаемся в баснях «Волк и Ягненок», «Крестьянин и Смерть», «Крестьяне и Река». Другими его функциями являются передача интонаций живой речи («Кот и Повар», «Обоз») и стремительного развития действия («Волк на псарне»).

Вольный ямб Крылова отражал жизненное разнообразие, представшее в его баснях. Оно сказалось еще в расширении жанровых границ басни. Так, в басне »Осел и Соловей» описание пения соловья дано языком, свойственным идиллии. Жуковский находил у Крылова «два стиха, которые не испортили бы никакого описания. в эпической поэме». Он же с восхищением отмечал его искусство изображения различных предметов. При описании мухи стихи «летают вместе с мухой». Стихи о медведе как бы тянутся, длинные слова передают медлительность и тяжесть медведя.

В своих баснях не забывал Крылов и звуковую сторону стихов. Возьмем, например, басню «Листы и Корни». Две части басни, соответствующие монологам Листов и Корней, подчеркиваются различным подбором звуков. Из восемнадцати стихов первой части только четыре не содержат звука «л», а в пяти стихах этот звук повторяется не по одному разу. Во второй части выделяются звуки «к», «р», «н», «п», «т». Противопоставление Листов и Корней дополнительно подчеркивается на фонетическом уровне. Так у Крылова и звуковой состав слова может нести смысловое значение.

Встречаются у Крылова, правда, не очень часто, такие речевые приемы, как сравнение и синекдоха. Например, в басне «Ворона и Курица»:

Тогда все жители, и малый и большой.
И вон из стен московских поднялися, Как из улья пчелиный рой.

Для характеристики языка басен Крылова можно еще указать факт употребления необычного названия обычных предметов. Так, в нескольких баснях Крылов вместо «Ворона» говорит «вещунья».

Все вышесказанное позволяет заключить, что великий баснописец решил задачу сочетания народных элементов со структурой поэтической речи, благодаря чему внес существенный вклад в формирование русского литературного языка и поднял русскую-басню на небывалую высоту.

КВАРТЕТ

Смотреть и слушать басню «КВАРТЕТ»

Канал «РАЗУМНИКИ» в YouTube

Читать басню «КВАРТЕТ»

Проказница-Мартышка,
Осел,
Козел
Да косолапый Мишка
Затеяли сыграть Квартет.
Достали нот, баса, альта, две скрипки
И сели на лужок под липки, —
Пленять своим искусством свет.
Ударили в смычки, дерут, а толку нет.
«Стой, братцы, стой! — кричит Мартышка. —
Погодите!
Как музыке идти? Ведь вы не так сидите.
Ты с басом, Мишенька, садись напротив альта,
Я, прима, сяду против вторы;
Тогда пойдет уж музыка не та:
У нас запляшут лес и горы!»
Расселись, начали Квартет;
Он все-таки на лад нейдет.
«Постойте ж, я сыскал секрет! —
Кричит Осел, — мы, верно, уж поладим,
Коль рядом сядем».
Послушались Осла: уселись чинно в ряд;
А все-таки Квартет нейдет на лад.
Вот пуще прежнего пошли у них разборы
И споры,
Кому и как сидеть.
Случилось Соловью на шум их прилететь.
Тут с просьбой все к нему, чтоб их решить
сомненье.
«Пожалуй, — говорят, — возьми на час терпенье,
Чтобы Квартет в порядок наш привесть:
И ноты есть у нас, и инструменты есть;
Скажи лишь, как нам сесть!» —
«Чтоб музыкантом быть, так надобно уменье
И уши ваших понежней, —
Им отвечает Соловей, —
А вы, друзья, как ни садитесь,
Всё в музыканты не годитесь».

По свидетельству бардна М.А. Корфа, поводом Для создания басни было преобразование Государственного совета, департаменты которого возглавили граф П.В. Завадовский, князь П.В. Лопухин, граф А.А. Аракчеев и граф Н.С. Мордвинов. «Известно, что продолжительным прениям о том, как их расадить и даже нескольким последовательным пересадкам, мы обязаны остроумною баснею Крылова «Квартет».

Считается, что Крылов разумел под Мартышкой — Мордвинова, под Ослом — Завадовского, под Козлом — Лопухина, под Медведем — Аракчеева».

Особенности жанра басни

Басни И.А. Крылова

У рок посвящён особенностям жанра басни и изучению басен И.Крылова. Школьники получают предварительное домашнее задание: прочитать басни (можно по вариантам, по три-четыре) «Волк и Ягнёнок», «Мартышка и Очки», «Волк на псарне», «Стрекоза и Муравей», «Петух и Жемчужное зерно», «Слон и Моська», «Квартет», «Лебедь, Щука и Рак», «Демьянова уха», «Свинья под Дубом», «Кукушка и Петух»; подчеркнуть ставшие крылатыми выражения, сделать закладки.

Класс должен работать по группам (их может быть три или шесть, в зависимости от количества учеников в классе). Удобнее работать с группами, состоящими из четырёх человек. Ребятам предлагается три варианта задания.

I. Особенности жанра басни (Работа по карточкам в группах.)

Общее задание. Сравните басни, написанные тремя разными авторами. Перечислите основные особенности жанра басни.

Сравните три басни.

«Ворон и Лисица». Авторы: Эзоп (примерно VI век до нашей эры), древнегреческий баснописец; Жан де Лафонтен (1621-1695), французский баснописец.

«Ворона и Лисица» русского баснописца Ивана Андреевича Крылова (1769-1844).

Карточка № 2 (сведения о баснописцах повторяются на всех карточках — А.Г.)

Сравните три басни. Перечислите основные особенности жанра басни.

«Лисица и Виноград» Эзопа, Жана де Лафонтена, Ивана Андреевича Крылова.

Сравните три басни. Перечислите основные особенности жанра басни.

Эзоп — «Старик и Смерть».

Жан де Лафонтен — «Смерть и Бедствующий».

Иван Андреевич Крылов — «Крестьянин и Смерть».

Ученики выделяют следующие особенности басен:

1. Часто в басне действуют животные. Этим басня похожа на сказку о животных. Поступки животных напоминают поступки людей. Иногда в баснях действуют и люди.

2. Басня изображает короткое событие поучительного характера.

3. В басне часто высмеиваются поступки героев.

4. В конце или в начале басни часто бывает мораль. Иногда она только подразумевается.

Учитель. Сравним наши выводы о жанре басни со словарным определением: “Басня — жанр сатирической поэзии, небольшое произведение, преимущественно стихотворное, нравоучительного характера. В басне аллегорически изображаются человеческие поступки и социальные отношения. Введение в басню диалога придаёт ей оттенок комедийности. В начале басни иногда бывает вступление, подготавливающее читателя к дальнейшему изложению; в конце басни обычно даётся краткое резюме, раскрывающее её замысел и называемое «моралью». Персонажи басни, помимо людей, чаще всего — животные, птицы, рыбы, насекомые, растения. Язык басни всегда простой”.

— Что нового мы узнали о басне из определения, приведённого в «Поэтическом словаре»?

Басня — жанр сатирической поэзии. В ней аллегорически (иносказательно, не прямо) изображаются люди и общество. Басня обычно состоит из трёх частей: вступления, описания событий и морали.

II. Особенности басен И.Крылова (Работа с текстом по плану.)

1. Определить, чем отличаются друг от друга басни с одним и тем же сюжетом, принадлежащие перу Эзопа, Лафонтена и Крылова.

2. Указать, что в них общего.

3. Подчеркнуть типично русские слова и выражения, пословицы и поговорки в баснях Крылова.

Учитель. На вопрос, почему он пишет именно басни, Крылов ответил: “Этот род понятен каждому: его читают и слуги, и дети”. Обратитесь к своим карточкам. Сравните крыловские басни с баснями Эзопа и Лафонтена, найдите в баснях Крылова народные мотивы.

— Чем отличаются басни Крылова от басен Эзопа и Лафонтена?

В первой карточке представлены басни «Ворона и Лисица».

Сразу бросается в глаза отличие в названии крыловской басни — «Ворона и Лисица». Крылов, традиционно изображая Лису хитрой, изворотливой и находчивой, как в народных сказках, делает и Ворону особой женского пола, что позволяет Лисице сделать много комплиментов именно её красоте. При этом финальный эпитет — царь-птица — свидетельствует более о внешних достоинствах, нежели о возможностях стать “царём над птицами” (об уме Вороны и Лиса ни разу не вспоминает), как у Эзопа и Лафонтена.

Лексика крыловской басни полна народных выразительных слов и выражений, обращений, поговорок: всё не впрок; взгромоздясь; близёхонько; плутовка; голубушка; пёрушки; носок; светик; в зобу дыханье спёрло. Мораль направлена против льстецов, а не против глупцов, как у Эзопа и Лафонтена.

Во второй карточке приведены басни «Лисица и виноград».

В этой басне Крылова мораль находится не в начале, а в середине текста. Мы встречаем знакомую нам по народным сказкам кумушку Лису, хитрую, но не всегда удачливую. Здесь много народных высказываний, пословиц, поговорок: кумушка; глаза загорелись; как яхонты; отколь; хоть видит око, да зуб неймёт; пробившись попусту; оскомину набьёшь. Крыловская басня иллюстрирует пословицу, включённую в текст: “Видит око, да зуб неймёт”. У Эзопа мораль более пространна: бессильный человек винит обстоятельства. Лафонтен, наоборот, осуждает праздные сетования, жалобы — поэтому гордый отказ ему понятней.

В третьей карточке сравниваются басни «Старик и Смерть».

В тексте Лафонтена приведены сразу две басни (смотри названия!) и три точки зрения: автора, Мецената и Эзопа. Они несколько отличны друг от друга. Крылов же следует за мыслью Эзопа. В крыловском варианте очень узнаваемы проблемы русского крестьянина: подушное, боярщина, оброк — все эти социальные беды названы в тексте. Лексика тоже узнаваема: валежник; тащился; лачужка; кряхтя и охая; долой; она у нас не за горами, а за плечами; оторопев; вязанку; тошно.

Крыловские обвинения направлены не столько против человека, сколько против всего несправедливого жизненного уклада. Басня Крылова, как и басни его предшественников, носит философский, а не социальный или нравоучительный характер.

III. Герои басен Крылова

Задание. Соединить стрелками героев басен Крылова и те качества и понятия, которые они олицетворяют.

Волк и Ягнёнок Льстивые друзья

Волк на псарне Неблагодарный человек

Стрекоза и Муравей Несговорчивые друзья

Слон и Моська Несоизмеримость

Лебедь, Щука и Рак Легкомыслие и серьёзность

Свинья под Дубом Коварный человек

Кукушка и Петух Хищник и жертва

— Какие человеческие пороки высмеиваются в баснях, которые вы читали дома?

(Глупость, невежество, коварство, легкомыслие, неблагодарность, назойливость, несговорчивость, неумение, эгоизм, льстивость.)

— Какие словосочетания и предложения крыловских басен стали крылатыми выражениями?

(“В сердце льстец всегда отыщет уголок”, “Вороне где-то Бог послал кусочек сыру”, “Спой, светик, не стыдись”, “От радости в зобу дыханье спёрло”, “У сильного всегда бессильный виноват”, “Попрыгунья Стрекоза лето красное пропела; оглянуться не успела, как зима катит в глаза”, “Ты всё пела? Это дело: так поди же попляши!”, “Ай, Моська! Знать, она сильна, коль лает на слона” и другие.)

Домашнее задание. Подготовить выразительное чтение басни Крылова (на выбор).

Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Добавить комментарий

;-) :| :x :twisted: :smile: :shock: :sad: :roll: :razz: :oops: :o :mrgreen: :lol: :idea: :grin: :evil: :cry: :cool: :arrow: :???: :?: :!:

Басни Ивана Андреевича Крылова

Иван Андреевич Крылов — замечательный писатель, сумевший дать басне высокий смысл и сатирическую остроту, актуальность и многозначность. Краткость и образность языка Крылова поразительны. Он умел создать целую картину или охарактеризовать своего героя всего несколькими словами.
В басне «Волк и Ягненок» он изображает Ягненка робеющим перед важным сановником — Волком, и весь строй речи Ягненка, подобострастной и боязливой, передает его характер:

«Когда светлейший Волк позволит.
Осмелюсь я донесть: Что ниже по ручью
От светлости его шагов я на сто пью. »

Елейная речь лицемера царя в басне «Мор зверей» всем стилем своим рисует его отталкивающий образ.

«О, други! — начал Лев: — По множеству грехов
Подпали мы под сильный гнев богов;
Так тот из нас, кто всех виновен боле,
пускай по доброй воле
Отдаст себя на жертву им.
Ох, признаюсь,— хоть это мне и больно,—
Не прав и я!»

Каждая басня писателя по-своему самобытна и индивидуальна. Крылов может при видимой скупости средств создать яркий характер, незабываемый живой образ. В басне «Собачья дружба» «характер» каждой собаки раскрывается в их «фразах».

«Что может,— говорит Полкан, — приятней быть,
Как с другом сердце к сердцу жить;
Во всем оказывать взаимную услугу;
Не спать без друга и не сесть.
Стоять горой за дружню шерсть. »
Барбос ответствует ему:
«Давно, Полканушка, мне больно самому.
Что, бывши одного двора с тобой собаки.
Мы дня не проживем без драки. »

Но не только слова — самые звуки крыловского языка ярко рисуют то, что описывает автор. Вслушайтесь в эти звуки:

В свой ряд смиренный Вол им так мычит:
«И мы
Грешны. »

Близость языка Ивана Андреевича к народной речи сказалась и в том, что писатель вставлял в свои басни пословицы и поговорки, и они вполне сливались с общим тоном басни;

Запели молодцы: кто в лес кто по дрова
И у кого что силы стало.
В ушах у гостя затрещало.
(«Музыканты»)

Читатель, истину любя,
Примолвлю к басне я, и то не от себя,—
Не попусту в народе говорится:
Не плюй в колодезь, пригодится
Воды напиться.
(«Лев и Мышь»)

Но еще замечательное то, что собственные стихи Крылова, легко запоминаясь, сами сделались пословицами, вошли в золотой фонд народной речи. Таких пословиц и поговорок из его басен осталось в русском языке много: «А ларчик просто открывался» («Ларчик»), «Ты виноват уж тем, что хочется мне кушать» («Волк и Ягненок»), «Рыльце у тебя в пуху» («Лисица и Сурок»), «Аи, Моська! Знать она сильна, что лает на Слона» («Слон и Моська»), «А Васька слушает да ест» («Кот и Повар») и много-много других не менее замечательных и выразительных.

У писателя много заимствованных из произведений других баснописцев сюжетов. Но связь Ивана Андреевича с народным творчеством, с языком народных сказок была так тесна, что даже эти заимствованные басни не звучат как переводы. Ведь яркий, меткий, живой русский язык Крылова не мог быть заимствован ни у кого.
Крылов — подлинно народный писатель, художник огромной силы, и влияние его на русскую литературу было глубоким и положительным.

У писателя много заимствованных из произведений других баснописцев сюжетов. Но связь Ивана Андреевича с народным творчеством, с языком народных сказок была так тесна, что даже эти заимствованные басни не звучат как переводы. Ведь яркий, меткий, живой русский язык Крылова не мог быть заимствован ни у кого.
Крылов — подлинно народный писатель, художник огромной силы, и влияние его на русскую литературу было глубоким и положительным.

В баснях «Волк на псарне» и «Щука и кот» уже можно говорить не столько об аллегории, сколько о метафоре. В этих двух баснях под образами волка и щуки подразумевается Наполеон. Можно долго говорить, что Наполеон был хитер, ловок, умен, умел быстро и ловко приспосабливаться к ситуации. Но он не рассчитал своих возможностей и попал «на псарню» вместо «овчарни». Соотнеся образ волка со всем аллегорическим смыслом басни, мы сразу угадываем в нем завоевателя Наполеона. Но при этом образ волка никак не сужается до изображения конкретного человека, он настолько широк и всеобъемлющ, что басня не теряет своей ценности и вне контекста эпохи.

Образы животных у Крылова можно сравнить с образами животных в сказках Салтыкова-Щедрина, где подчас, не зная исторической подоплеки, трудно угадать назначение этого образа в произведении.

Теперь можно сделать вывод, что человек не отделим от своего социального положения, поэтому образы животных можно классифицировать как метафоры определенных социальных уровней. Цари, вельможи, чиновники, «маленькие люди» также нашли свое метафорическое отражение в образах животных у Крылова. Например, в басне «Лев и барс», где лев и барс — выходцы из высших слоев общества, лиса и кот — из чиновничества. Сюда же можно отнести басню «Волк и ягненок». «Усильного всегда бессильный виноват», — гласит мораль этой басни. Образ ягненка использован не только как «Агнец Божий» — аллегория слабости и беззащитности. Этот образ еще и предстает как метафора определенного социального уровня, возможно, мелких чиновников.
Иногда Крылов иронизирует не только над социальными пороками (басня «Две собаки»), но и над самой опорой социальной лестницы — государственными институтами, и для этого также используются образы животных. Примером может служить басня «Квартет», где пародируется государственный совет, созданный в 1801 году, и его четыре департамента, возглавляемые «Проказницей мартышкой, Ослом, Козлом И косолапым мишкой». Что же ожидает такой квартет-совет в будущем, если в его главу поставлена даже не свора собак, а именно разные животные?

Итак, широко используемые Крыловым образы животных с разными характерами указывают на реалистическую основу крыловской басни. Реализм Крылова, связь его басен с народной основой придает его басням русский, национальный дух. Образы животных, которые подчас на иллюстрациях бывают изображены в русских национальных костюмах, несут в себе сатирическую типизацию черт русского национального характера.

Крылов использует прием индивидуализации речи персонажа. Баснописец вкладывает в уста животных отдельные элементы разговорной речи разных сословий того времени, например, в басне «Стрекоза и муравей» муравей говорит: «Кумушка, мне странно это», «Так поди же, попляши». Стоит обратить внимание и на ритмику этой басни. Образ попрыгуньи-стрекозы создается особым «прыгучим» размером — хореем. Крылов также широко применяет звукопись для создания «звукового» образа животного. Например, в басне «Змея» инструментовка на шипящие звуки и «з», в басне «Мор зверей» повторение звуков «м», «у», «ы».

Ориентация Крылова на русскую разговорную речь наглядно проявилась в его баснях благодаря введению в них образа рассказчика. Повествование о действиях персонажей ведется в определенной манере, ясно различим личностный тон рассказчика с присущими ему формами и оборотами речи.

Вот «Лебедь, Рак да Щука», взявшись за дело, «из кожи лезут вон», вот «Механик пуще рвется», чтобы открыть Ларец, вот лягушка, захотевшая сравняться с Волом, вначале стала «топорщиться, пыхтеть», а затем «С натуги лопнула и — околела». Бедняк, увидев Смерть, «оторопел». Моська появляется «отколе ни возьмись».

Встречаются баснях такие обороты: «зима катит в глаза», ‘с ним была плутовка такова». Язык рассказчика басен — просторечно-фамильярный. Рассказчик как бы находится среди своих персонажей, говорит о них, как о знакомых, дает им прозвища: «попрыгунья-Стрекоза», «проказница Мартышка» , «Повар-грамотей», «механик-мудрец». Иногда в самих обращениях уже выражено отношение рассказчика: «мой бедный соловей», «бедный Фока мой», «мой хитрец» («Волк на псарне»).

Но приближение к персонажам не мешает давать им справедливую опенку: «Избави, Бог, и нас от этаких судей», «Кто про свои дела кричит всем без умолку, В том, верно, мало толку». Бывает, что рассказчик принимает позу хитрого простачка: «Кто виноват из них, кто прав — судить не нам, Да только воз и ныне там». Это как раз и есть то «веселое лукавство ума», о котором писал Пушкин.

Народные начала речи, звучащие в баснях Крылова, убедительно подтверждаются использованием в них пословиц и поговорок: «Запели молодцы, кто в лес, кто по дрова». («Музыканты»).
То, что в языке басен Крылова растворились народные выражения, составляет одну его особенность. Другую представляет обратное явление. Многие выражения из басен стали восприниматься как пословицы. «А Васька слушает, да ест»; «А ларчик просто открывался»; «Слона-то я и не приметил»; «Соседушка, я сыт по горло», — отпирается Фока. Мы живо представляем себе людей среднего сословия, их настроения и чувства.
Приемом речевых характеристик Крылов пользуется постоянно. Яркие примеры находим в баснях «Любопытный», «Кошка и Соловей», «Кот и Повар». Особенно мастерски передал Крылов слова Лисицы, выражающие тонкую лесть Вороне. Если сравнить разработку этого сюжета у Тре-дьяковского, Лафонтена, то последний пример наглядно продемонстрирует, что совершенствование басни шло именно по языковой, стилистической линии. В комплиментах Лисицы сквозит ирония. Иронией проникнуто авторское повествование. Это добавляет жизненности, создает условия для более трезвого вывода. Язык, речь героев действует на усложнение сюжета басни, это приводит к углублению ее смысла.

Вольный ямб Крылова отражал жизненное разнообразие, представшее в его баснях. Оно сказалось еще в расширении жанровых границ басни. Так, в басне Осел и Соловей» описание пения соловья дано языком, свойственным идиллии. Жуковский находил у Крылова «два стиха, которые не испортили бы никакого описания. в эпической поэме». Он же с восхищением отмечал его искусство изображения различных предметов. При описании мухи стихи «летают вместе с мухой». Стихи о медведе как бы тянутся, длинные слова передают медлительность и тяжесть медведя.

В своих баснях не забывал Крылов и звуковую сторону стихов. Возьмем, например, басню «Листы и Корни». Две части басни, соответствующие монологам Листов и Корней, подчеркиваются различным подбором звуков. Из восемнадцати стихов первой части только четыре не содержат звука «л», а в пяти стихах этот звук повторяется не по одному разу. Во второй части выделяются звуки «к», «р», «н», «п», «т». Противопоставление Листов и Корней дополнительно подчеркивается на фонетическом уровне. Так у Крылова и звуковой состав слова может нести смысловое значение.

Встречаются у Крылова, правда, не очень часто, такие речевые приемы, как сравнение и синекдоха. Например, в басне «Ворона и Курица»:
Тогда все жители, и малый и большой.
И вон из стен московских поднялися,
Как из улья пчелиный рой.
Для характеристики языка басен Крылова можно еще указать факт употребления необычного названия обычных предметов. Так, в нескольких баснях Крылов вместо «Ворона» говорит «вещунья»

Все вышесказанное позволяет заключить, что великий баснописец решил задачу сочетания народных элементов со структурой поэтической речи, благодаря чему внес существенный вклад в формирование русского литературного языка и поднял русскую басню на небывалую высоту.

В то же время Крылов обогатил русскую басню новыми реалистическими образами животных. Русский баснописец разработал принципы реалистической типизации, без которых невозможны были бы емкие сатирические образы животных у Салтыкова-Щедрина и вообще все дальнейшее движение русской литературы по пути изображения русского национального характера.

Предыдущий реферат из данного раздела: Достоинства басен Крылова

Мастерство Крылова-баснописца

Басни Ивана Андреевича Крылова по праву считаются высшими образцами этого жанра на русском языке. В них нашли свое отражение опыт, сознание и нравственные идеалы нашею народа, особенности национального характера. Это выразилось не только в оригинальной трактовке традиционных сюжетов, но прежде всего в том языке, которым написаны басни. В языке крыловских басен ослепительно проявилась живая народная речь. Именно благодаря басням Крылова она стала осознаваться как один из необходимых источников русского литературного языка.

Басня согласно определению из словаря — это «краткий рассказ, имеющий иносказательный смысл». В целях иносказания баснописцы разных времен использовали образы зверей и более того предметов. По художественным, а изредка и по цензурным соображениям на смену людям в басне приходят животные, наделенные отдельными человеческими чертами: трусостью, храбростью, добротой, мужеством и др. Такие образы животных, олицетворяющих какую-то одну черту человеческого характера, обширно использовали в своих баснях Эзоп, Федр, Лафонтен, Лессинг. Крылов наследовал эту традицию у своих предшественников. Чтобы понять, что нового привнес И. А. Крылов в басенный жанр, обратимся сначала к тому, что использовал он из опыта своих предшественников.
Аллегория пришла в литературу из фольклора, притчи, сказки, особенно сказок о животных, где действовали традиционные персонажи, — такие как лиса, медведь, заяц, волк. Каждый из них был заведомо наделен определенной чертой характера. Прием аллегории использовали классицисты, например, в одах. Крылов соединил опыт использования этого приема разными литературными жанрами в одно целое. Басенный муравей — олицетворение трудолюбия («Стрекоза и муравей»), свинья — невежества («Свинья под дубом»), ягненок — кротости, как «Агнец Божий» («Волк и ягненок»).

Иван Андреевич Крылов считал, что искоренить пороки человечества можно через их осмеяние. В его баснях высмеиваются жадность, невежество, чушь. Но Крылов по сравнению с Эзопом и Лафонтеном не ограничивается только простыми аллегориями. Образы животных у Крылова играют бо^Лее важную роль — они несут в себе не только отдельные черты, но и целые характеры. Басни Крылова имеют не только бытовой характер, чисто бытовыми можно назвать лишь некоторые из них.

У Крылова есть исторические и социальные басни, в которых образы животных получают совсем другое назначение. Прежде всего эти басни также высмеивают людские пороки через аллегорические образы животных Но во многих исторических баснях в персонажах животных угадывается уже целый характер, дается намек на определенного человека. Например, в басне «Воспитание Льва» Лев-отец — не только воплощение силы, мужества. Он ещё и царь зверей, это создает в басне определенный подтекст (имеется в виду воспитание Александра I швейцарцем Лагарпом). Лев-отец выступает в этом месте не только как мрачный царь, но и как заботливый, но недалекий отец, который поручил воспитание своего сына птице, забыв о том, что царствовать-то сын будет над зверями. В образе льва-отца обрисован целый характер, со всеми его достоинствами и недостатками, а не одно лишь какое-нибудь свойство человеческой натуры.

В баснях «Волк на псарне» и «Щука и кот» уже можно вещать не столько об аллегории, сколько о метафоре. В этих двух баснях под образами волка и щуки подразумевается Наполеон. Можно продолжительно вещать, что Наполеон был хитер, ловок, умен, умел быстро и ловко приспосабливаться к ситуации. Но он не рассчитал своих возможностей и попал «на псарню» вместо «овчарни». Соотнеся образ волка со всем аллегорическим смыслом басни, мы сразу угадываем в нем завоевателя Наполеона. Но при этом образ волка никак не сужается до изображения конкретного человека, он настолько широк и всеобъемлющ, что басня не теряет своей ценности и за пределами контекста эпохи.

Образы животных у Крылова можно сравнить с образами животных в сказках Салтыкова-Щедрина, где подчас, не зная исторической подоплеки, трудно угадать назначение этого образа в произведении.

Теперь можно сделать вывод, что человек не отделим от своего социального положения, поэтому образы животных можно классифицировать как метафоры определенных социальных уровней. Цари, вельможи, чиновники, «маленькие люди» также нашли свое метафорическое отражение в образах животных у Крылова. Например, в басне «Лев и барс», где лев и барс — выходцы из высших слоев общества, лиса и кот — из чиновничества. Сюда же можно отнести басню «Волк и ягненок». «Усильного вечно бессильный виноват», — гласит мораль этой басни. Образ ягненка использован не только как «Агнец Божий» — аллегория слабости и беззащитности. Этот образ ещё и предстает как метафора определенного социального уровня, быть может, мелких чиновников.

Иногда Крылов иронизирует не только над социальными пороками (басня «Две собаки»), но и над самой опорой социальной лестницы — государственными институтами, и для этого также используются образы животных. Примером может служить басня «Квартет», где пародируется государственный совет, созданный в 1801 году, и его четыре департамента, возглавляемые «Проказницей мартышкой, Ослом, Козлом И косолапым мишкой». Что же ожидает такой квартет-совет в будущем, если в его главу поставлена более того не свора собак, а как раз разные животные?

Итак, обширно используемые Крыловым образы животных с разными характерами указывают на реалистическую основу крыловской басни. Реализм Крылова, связь его басен с народной основой придает его басням русский, национальный дух. Образы животных, которые подчас на иллюстрациях бывают изображены в русских национальных костюмах, несут в себе сатирическую типизацию черт русского национального характера.

Крылов использует прием индивидуализации речи персонажа. Баснописец вкладывает в уста животных отдельные элементы разговорной речи разных сословий того времени, например, в басне «Стрекоза и муравей» муравей говорит: «Кумушка, мне странно это», «Так поди же, попляши». Стоит обратить чуткость и на ритмику этой басни. Образ попрыгуньи-стрекозы создается особым «прыгучим» размером — хореем. Крылов также обширно применяет звукопись для создания «звукового» образа животного. Например, в басне «Змея» инструментовка на шипящие звуки и «з», в басне «Мор зверей» повторение звуков «м», «у», «ы».

Ориентация Крылова на русскую разговорную речь наглядно проявилась в его баснях благодаря введению в них образа рассказчика. Повествование о действиях персонажей ведется в определенной манере, ясно различим личностный тон рассказчика с присущими ему формами и оборотами речи.

Вот «Лебедь, Рак да Щука», взявшись за дело, «из кожи лезут вон», вот «Механик пуще рвется», чтобы открыть Ларец, вот лягушка, захотевшая сравняться с Волом, первоначально стала «топорщиться, пыхтеть», а далее «С натуги лопнула и — околела». Бедняк, увидев Смерть, «оторопел». Моська появляется «отколе ни возьмись».

Встречаются баснях такие обороты: «зима катит в глаза», «с ним была плутовка такова». Язык рассказчика басен — просторечно-фамильярный. Рассказчик как бы пребывает среди своих персонажей, говорит о них, как о знакомых, дает им прозвища: «попрыгунья-Стрекоза», «проказница Мартышка» , «Повар-грамотей», «механик-мудрец». Иногда в самих обращениях уже выражено отношение рассказчика: «мой бедный соловей», «бедный Фока мой», «мой хитрец» («Волк на псарне»).

Но приближение к персонажам не мешает одаривать им справедливую опенку: «Избави, Бог, и нас от этаких судей», «Кто про свои дела кричит всем без умолку, В том, верно, мало толку». Бывает, что рассказчик принимает позу хитрого простачка: «Кто виноват из них, кто прав — судить не нам, Да только воз и ныне там». Это как раз и есть то «веселое лукавство ума», о котором писал Пушкин.

Народные начала речи, звучащие в баснях Крылова, убедительно подтверждаются использованием в них пословиц и поговорок: «Запели молодцы, кто в лес, кто по дрова». («Музыканты»).

То, что в языке басен Крылова растворились народные выражения, составляет одну его особенность. Другую представляет обратное явление. Многие выражения из басен стали восприниматься как пословицы. «А Васька слушает, да ест»; «А ларчик просто открывался»; «Слона-то я и не приметил»; «Соседушка, я сыт по горло», — отпирается Фока. Мы проворно представляем себе людей среднего сословия, их настроения и чувства.

Приемом речевых характеристик Крылов пользуется постоянно. Яркие примеры находим в баснях «Любопытный», «Кошка и Соловей», «Кот и Повар». Особенно мастерски передал Крылов слова Лисицы, выражающие тонкую лесть Вороне. Если сравнить разработку этого сюжета у Тре-дьяковского, Лафонтена, то последний пример наглядно продемонстрирует, что совершенствование басни шло как раз по языковой, стилистической линии. В комплиментах Лисицы сквозит ирония. Иронией проникнуто авторское повествование. Это добавляет жизненности, создает условия для более трезвого вывода. Язык, речь героев действует на усложнение сюжета басни, это приводит к углублению ее смысла.

Часто встречающиеся в басне интонации устной речи ни в коей мере не выводят ее из области письменности, словесного искусства. Басни Крылова — стихотворные произведения, на которые распространяются законы поэзии.

Разговорный язык басни способствует тому, что ее можно представить как маленькую комедию. Комизм ситуации часто дополняется комизмом языка. Непременное условие басни — действо подчеркивается частыми глагольными рифмами. Рифма у Крылова несет смысловую нагрузку.

Две Бочки ехали, одна с вином,

Здесь рифма соединяет как раз те слова, которые определяют предмет рассмотрения в басне. На ее примере покажем средства художественной выразительности языка Крылова. Рассказ представляет нам фантастическую картину: по городу едут сами по себе две бочки, одна — плавно, другая — несется и гремит. Если принять условность ситуации, то все выглядит полностью натурально: пыль столбом, прохожий жмется к стороне. Но во второй части басни прямо пишется о людях, которые «про свои дела кричат». Затем четко формулируется .мораль: «Кто делов истинно — тих часто на словах». И

дальше: «Великий человек. думает свою он крепку думу Без шуму». Это

«без шуму» точно повторяет слова из характеристики движения полной бочки, что устанавливает не только идейную, но и образную связь между ней и человеком деловым. Возвращаясь к началу рассказа, мы осмысляем его уже на другом уровне. Бочки оказываются условными предметами, обозначающими человеческие качества. Но это аллегорическое высказывание содержит добавочный метафорический компонент, который мы осознаем после прочтения всей басни. Метафорическое важность пустой бочки в данном контексте осмысляется применительно к пустому человеку, болтуну. Вся басня построена на сопоставлениях.

В басне «Слон на воеводстве» метафора оказывается главным выразительным средством рассказа. Реализация ее буквального смысла создает движение и комизм басни.

На примере басни «Две Бочки видна роль разностопного ямба, которым пользовался Крылов во всех своих баснях. В данном случае это выделение существенных моментов рассказа. С той же функцией мы встречаемся в баснях «Волк и Ягненок», «Крестьянин и Смерть», «Крестьяне и Река». Другими его функциями являются передача интонаций активный речи («Кот и Повар», «Обоз») и стремительного развития действия («Волк на псарне»).

Вольный ямб Крылова отражал жизненное разнообразие, представшее в его баснях. Оно сказалось ещё в расширении жанровых границ басни. Так, в басне Осел и Соловей» описание пения соловья дано языком, свойственным идиллии. Жуковский находил у Крылова «два стиха, которые не испортили бы никакого описания. в эпической поэме». Он же с восхищением отмечал его искусство изображения различных предметов. При описании мухи стихи «летают совместно с мухой». Стихи о медведе как бы тянутся, длинные слова передают медлительность и тяжесть медведя.

В своих баснях не забывал Крылов и звуковую сторону стихов. Возьмем, например, басню «Листы и Корни». Две части басни, соответствующие монологам Листов и Корней, подчеркиваются различным подбором звуков. Из восемнадцати стихов первой части только четыре не содержат звука «л», а в пяти стихах тот самый звук повторяется не по одному разу. Во второй части выделяются звуки «к», «р», «н», «п», «т». Противопоставление Листов и Корней дополнительно подчеркивается на фонетическом уровне. Так у Крылова и звуковой состав слова может нести смысловое важность.

Встречаются у Крылова, правда, не очень часто, такие речевые приемы, как сравнение и синекдоха. Например, в басне «Ворона и Курица»:

Тогда все обитатели, и малый и большой.

И вон из стен московских поднялися,

Как из улья пчелиный рой.

Для характеристики языка басен Крылова можно ещё указать факт употребления необычного названия обычных предметов. Так, в нескольких баснях Крылов вместо «Ворона» говорит «вещунья»

Все вышесказанное позволяет заключить, что великий баснописец решил задачу сочетания народных элементов со структурой поэтической речи, благодаря чему привнес существенный вклад в формирование русского литературного языка и поднял русскую басню на небывалую высоту.

В то же пора Крылов обогатил русскую басню новыми реалистическими образами животных. Русский баснописец разработал принципы реалистической типизации, без которых невозможны были бы емкие сатирические образы животных у Салтыкова-Щедрина и вообще все дальнейшее движение русской литературы по пути изображения русского национального характера.

Вещунья значение слова в басне крылова

Басня согласно определению из словаря &#151 это «краткий рассказ, имеющий иносказательный смысл». В целях иносказания баснописцы разных времен использовали образы зверей и даже предметов. По художественным, а иногда и по цензурным соображениям на смену людям в басне приходят животные, наделенные отдельными человеческими чертами: трусостью, храбростью, добротой, мужеством и др. Такие образы животных, олицетворяющих какую-то одну черту человеческого характера, широко использовали в своих баснях Эзоп, Федр, Лафонтен, Лессинг.. Крылов наследовал эту традицию у своих предшественников. Чтобы понять, что нового внес И. А. Крылов в басенный жанр, обратимся сначала к тому, что использовал он из опыта своих предшественников.

Аллегория пришла в литературу из фольклора, притчи, сказки, особенно сказок о животных, где действовали традиционные персонажи, &#151 такие как лиса, медведь, заяц, волк. Каждый из Них был заведомо наделен определенной чертой характера. Прием аллегории использовали классицисты, например, в одах. Крылов соединил опыт использования этого приема разными литературными жанрами в одно целое. Басенный муравей &#151 олицетворение трудолюбия («Стрекоза и муравей»), свинья &#151 невежества («Свинья под дубом»), ягненок &#151 кротости, как «Агнец Божий» («Волк и ягненок»).

Иван Андреевич Крылов считал, что искоренить пороки человечества можно через их осмеяние. В его баснях высмеиваются жадность, невежество, глупость. Но Крылов по сравнению с Эзопом и Лафонтеном не ограничивается только простыми аллегориями. Образы животных у Крылова играют более важную роль &#151 они несут в себе не только отдельные черты, но и целые характеры. Басни Крылова имеют не только бытовой характер, чисто бытовыми можно назвать лишь некоторые из них.

У Крылова есть исторические и социальные басни, в которых образы животных получают совсем другое назначение. Прежде всего эти басни также высмеивают людские пороки через аллегорические образы животных. Но во многих исторических баснях в персонажах животных угадывается уже целый характер, дается намек на определенного человека. Например, в басне «Воспитание Льва» Лев-отец &#151 не только воплощение силы, мужества. Он еще и царь зверей, это создает в басне определенный подтекст (имеется в виду воспитание Александра I швейцарцем Лагарпом). Лев-отец выступает здесь не только как грозный царь, но и как заботливый, но недалекий отец, который поручил воспитание своего сына птице, забыв о том, что царствовать-то сын будет над зверями. В образе льва-отца обрисован целый характер, со всеми его достоинствами и недостатками, а не одно лишь какое-нибудь свойство человеческой натуры.

В баснях «Волк на псарне» и «Щука и кот» уже можно говорить не столько об аллегории, сколько о метафоре. В этих двух баснях под образами волка и щуки подразумевается Наполеон. Можно долго говорить, что Наполеон был хитер, ловок, умен, умел быстро и ловко приспосабливаться к ситуации. Но он не рассчитал своих возможностей и попал «на псарню» вместо «овчарни». Соотнеся образ волка со всем аллегорическим смыслом басни, мы сразу угадываем в нем завоевателя Наполеона. Но при этом образ волка никак не сужается до изображения конкретного человека, он настолько широк и всеобъемлющ, что басня не теряет своей ценности и вне контекста эпохи.

Образы животных у Крылова можно сравнить с образами животных в сказках Салтыкова-Щедрина, где подчас, не зная исторической подоплеки, трудно угадать назначение этого образа в произведении.

Теперь можно сделать вывод, что человек не отделим от своего социального положения, поэтому образы животных можно классифицировать как метафоры определенных социальных уровней. Цари, вельможи, чиновники, «маленькие люди» также нашли, свое метафорическое отражение в образах животных у Крылова. Например, в басне «Лев и барс», где лев и барс &#151 выходцы из высших слоев общества, лиса и кот &#151 из чиновничества. Сюда же можно отнести басню «Волк и ягненок». «У сильного всегда бессильный виноват», &#151 гласит мораль этой басни. Образ ягненка использован не только как «Агнец Божий» &#151 аллегория слабости и беззащитности. Этот образ еще и предстает как метафора определенного социального уровня, возможно, мелких чиновников.

Иногда Крылов иронизирует не только над социальными пороками (басня «Две собаки»), но и над самой опорой социальной лестницы &#151 государственными институтами, и для этого также используются образы животных. Примером может служить басня «Квартет», где пародируется государственный совет, созданный в 1801 году, и его четыре департамента, возглавляемые «Проказницей мартышкой, Ослом, Козлом И косолапым мишкой». Что же ожидает такой квартет-совет в будущем, если в его главу поставлена даже не свора собак, а именно разные животные?

Итак, широко используемые Крыловым образы животных с разными характерами указывают на реалистическую основу крыловской басни. Реализм Крылова, связь его басен с народной основой придает его басням русский, национальный дух. Образы животных, которые подчас на иллюстрациях бывают изображены в русских национальных костюмах, несут в себе сатирическую типизацию черт русского национального характера.

Крылов использует прием индивидуализации речи персонажа. Баснописец вкладывает в уста животных отдельные элементы разговорной речи разных сословий того времени, например, в басне «Стрекоза и муравей» муравей говорит: «Кумушка, мне странно это», «Так поди же, попляши». Стоит обратить внимание и на ритмику этой басни. Образ попрыгуньи-стрекозы создается особым «прыгучим» размером &#151 хореем. Крылов также широко применяет звукопись для создания «звукового» образа животного. Например, в басне «Змея» инструментовка на шипящие звуки и «з», в басне «Мор зверей» повторение звуков «м», «у», «ы».

Ориентация Крылова на русскую разговорную речь наглядно проявилась в его баснях благодаря введению в них образа рассказчика. Повествование о действиях персонажей ведется в определенной манере, ясно различим личностный тон рассказчика с присущими ему формами и оборотами речи.

Вот «Лебедь, Рак да Щука», взявшись за дело, «из кожи лезут вон», вот «Механик пуще рвется», чтобы открыть Ларец, вот лягушка, захотевшая сравняться С Волом, вначале стала «топорщиться, пыхтеть», а затем «С натуги лопнула и &#151 околела». Бедняк, увидев Смерть, «оторопел». Моська появляется «отколе ни возьмись».

Встречаются баснях такие обороты: «зима катит в глаза», «с ним была плутовка такова». Язык рассказчика басен &#151 просторечно-фамильярный. Рассказчик как бы находится среди своих персонажей, говорит о них, как о знакомых, дает им прозвища: «попрыгунья-Стрекоза», «проказница Мартышка» , «Повар-грамотей», «механик-мудрец». Иногда в самих обращениях уже выражено отношение рассказчика: «мой бедный соловей», «бедный Фока мой», «мой хитрец» («Волк на псарне»).

Но приближение к персонажам не мешает давать им справедливую оценку: «Избави, Бог, и нас от этаких судей», «Кто про свои дела кричит всем без умолку, В том, верно, мало толку». Бывает, что рассказчик принимает позу хитрого простачка: «Кто виноват из них, кто прав &#151 судить не нам, Да только воз и ныне там». Это как раз и есть то «веселое лукавство ума», о котором писал Пушкин.

Народные начала речи, звучащие в баснях Крылова, убедительно подтверждаются использованием в них пословиц и поговорок: «Запели молодцы, кто в лес, кто по дрова». («Музыканты»).

То, что в языке басен Крылова растворились народные выражения, составляет одну его особенность. Другую представляет обратное явление. Многие выражения из басен стали восприниматься как пословицы. «А Васька слушает, да ест»; «А ларчик просто открывался»; «Слона-то я и не приметил»; «Соседушка, я сыт по горло», &#151 отпирается Фока. Мы живо представляем себе людей среднего сословия, их настроения и чувства.

Приемом речевых характеристик Крылов пользуется постоянно. Яркие примеры находим в баснях «Любопытный», «Кошка и Соловей», «Кот и Повар». Особенно мастерски передал Крылов слова Лисицы, выражающие тонкую лесть Вороне. Если сравнить разработку этого сюжета у Тредьяковского, Лафонтена, то последний пример наглядно продемонстрирует, что совершенствование басни шло именно по языковой, стилистической линии. В комплиментах Лисицы сквозит ирония. Иронией проникнуто авторское повествование. Это добавляет жизненности, создает условия для более трезвого вывода. Язык, речь героев действует на усложнение сюжета басни, это приводит к углублению ее смысла.

Часто встречающиеся в басне интонации устной речи ни в коей мере не выводят ее из области письменности, словесного искусства. Басни Крылова &#151 стихотворные произведения, на которые распространяются законы поэзии.

Разговорный язык басни способствует тому, что ее можно представить как маленькую комедию. Комизм ситуации часто дополняется комизмом языка. Непременное условие басни &#151 действие подчеркивается частыми глагольными рифмами. Рифма у Крылова несет смысловую нагрузку.

Две Бочки ехали, одна с вином,
Другая
Пустая.

Здесь рифма соединяет именно те слова, которые определяют предмет рассмотрения в басне. На ее примере покажем средства художественной выразительности языка Крылова. Рассказ представляет нам фантастическую картину: по городу едут сами по себе две бочки, одна &#151 плавно, другая &#151 несется и гремит. Если принять условность ситуации, то все выглядит вполне натурально: пыль столбом, прохожий жмется к стороне. Но во второй части басни прямо говорится о людях, которые «про свои дела кричат». Затем четко формулируется мораль: «Кто делов истинно &#151 тих часто на словах». И дальше: «Великий человек. думает свою он крепку думу Без шуму». Это «без шуму» точно повторяет слова из характеристики движения полной бочки, что устанавливает не только идейную, но и образную связь между ней и человеком деловым. Возвращаясь к началу рассказа, мы осмысляем его уже на другом уровне. Бочки оказываются условными предметами, обозначающими человеческие качества. Но это аллегорическое высказывание содержит дополнительный метафорический элемент, который мы осознаем после прочтения всей басни. Метафорическое значение пустой бочки в данном контексте осмысляется применительно к пустому человеку, болтуну. Вся басня построена на сопоставлениях.

В басне «Слон на воеводстве» метафора оказывается главным выразительным средством рассказа. Реализация ее буквального смысла создает движение и комизм басни.

На примере басни «Две Бочки» видна роль разностопного ямба, которым пользовался Крылов во всех своих баснях. В данном случае это выделение существенных моментов рассказа. С той же функцией мы встречаемся в баснях «Волк и Ягненок», «Крестьянин и Смерть», «Крестьяне и Река». Другими его функциями являются передача интонаций живой речи («Кот и Повар», «Обоз») и стремительного развития действия («Волк на псарне»).

Вольный ямб Крылова отражал жизненное разнообразие, представшее в его баснях. Оно сказалось еще в расширении жанровых границ басни. Так, в басне »Осел и Соловей» описание пения соловья дано языком, свойственным идиллии. Жуковский находил у Крылова «два стиха, которые не испортили бы никакого описания. в эпической поэме». Он же с восхищением отмечал его искусство изображения различных предметов. При описании мухи стихи «летают вместе с мухой». Стихи о медведе как бы тянутся, длинные слова передают медлительность и тяжесть медведя.

В своих баснях не забывал Крылов и звуковую сторону стихов. Возьмем, например, басню «Листы и Корни». Две части басни, соответствующие монологам Листов и Корней, подчеркиваются различным подбором звуков. Из восемнадцати стихов первой части только четыре не содержат звука «л», а в пяти стихах этот звук повторяется не по одному разу. Во второй части выделяются звуки «к», «р», «н», «п», «т». Противопоставление Листов и Корней дополнительно подчеркивается на фонетическом уровне. Так у Крылова и звуковой состав слова может нести смысловое значение.

Встречаются у Крылова, правда, не очень часто, такие речевые приемы, как сравнение и синекдоха. Например, в басне «Ворона и Курица»:

Тогда все жители, и малый и большой.
И вон из стен московских поднялися, Как из улья пчелиный рой.

Для характеристики языка басен Крылова можно еще указать факт употребления необычного названия обычных предметов. Так, в нескольких баснях Крылов вместо «Ворона» говорит «вещунья».

Все вышесказанное позволяет заключить, что великий баснописец решил задачу сочетания народных элементов со структурой поэтической речи, благодаря чему внес существенный вклад в формирование русского литературного языка и поднял русскую-басню на небывалую высоту.

Особенности изображения русского национального характера в баснях Крылова

Мне кажется, что такой литературный жанр как басни находится в самой непосредственной близости к фольклору — устному народному творчеству. У истоков русского басенного жанра стоит Иван Андреевич Крылов, его произведения по праву считаются высшими образцами этого жанра на русском языке. В них нашли свое отражение опыт, сознание и нравственные идеалы нашего народа, особенности национального характера. Это выразилось не только в оригинальной трактовке традиционных сюжетов, но, прежде всего в том языке, которым написаны басни.

Собственно говоря, басня — это “краткий рассказ, имеющий иносказательный смысл”. В целях иносказания баснописцы разных времен использовали образы зверей и даже предметов. По художественным, а иногда и по цензурным соображениям, на смену людям в басне приходят животные, наделенные отдельными человеческими чертами: трусостью, храбростью, добротой, мужеством и др. Такие образы животных, олицетворяющих какую-то одну черту

Крылов виртуозно использовал в своем творчестве литературный прием — аллегорию. Аллегория пришла в литературу из фольклора, притчи, сказки, особенно из сказок о животных, где действовали традиционные персонажи, — такие как лиса, медведь, заяц, волк. Каждый из них был заведомо наделен определенной чертой характера. Прием аллегории использовали классицисты, например, в одах. Крылов соединил опыт использования этого приема разными литературными жанрами в одно целое. Басенный муравей — олицетворение трудолюбия (“Стрекоза и муравей”), свинья — невежества (“Свинья под дубом”), ягненок — кротости, как “Агнец Божий” (“Волк и ягненок”).

Совершенно искренне Иван Андреевич Крылов считал, что искоренить пороки человечества можно через их осмеяние. В его баснях высмеиваются жадность, невежество, глупость. Но Крылов по сравнению с Эзопом и Лафонтеном не ограничивается только простыми аллегориями. Образы животных у Крылова играют более важную роль — они несут в себе не только отдельные черты, но и целые характеры. Басни Крылова имеют не всегда бытовой характер, чисто бытовыми можно назвать лишь некоторые из них.

Как же удалось русскому баснописцу раздвинуть привычные рамки баснописания? — У Крылова есть исторические и социальные басни, в которых образы животных получают совсем другое назначение. Прежде всего, эти басни также высмеивают людские пороки через аллегорические образы животных. Но во многих исторических баснях в персонажах животных угадывается уже целый характер, дается намек на определенного человека. Например, в басне “Воспитание Льва” Лев-отец — не только воплощение силы, мужества. Он еще и царь зверей, это создает в басне определенный подтекст (имеется в виду воспитание Александра I швейцарцем Лагарпом). Лев-отец выступает здесь не только как грозный царь, но и как заботливый, но недалекий отец, который поручил воспитание своего сына птице, забыв о том, что царствовать-то сын будет над зверями. В образе льва-отца обрисован целый характер, со всеми его достоинствами и недостатками, а не одно лишь какое-нибудь свойство человеческой натуры.

Современная история довольно часто становится объектом творчества Крылова. В баснях “Волк на псарне” и “Щука и кот” уже можно говорить не столько об аллегории, сколько о метафоре. В этих двух баснях под образами волка и щуки подразумевается Наполеон. Можно долго говорить, что Наполеон был хитер, ловок, умен, умел быстро и ловко приспосабливаться к ситуации. Но он не рассчитал своих возможностей и попал “на псарню” вместо “овчарни”… Соотнеся образ волка со всем аллегорическим смыслом басни, мы сразу угадываем в нем завоевателя Наполеона. Но при этом образ волка никак не сужается до изображения конкретного человека, он настолько широк и всеобъемлющ, что басня не теряет своей ценности и вне контекста эпохи.

Новаторство Крылова дало начало развитию сказочно-политического жанра в творчестве многих писателей девятнадцатого века. Образы животных у Крылова можно сравнить с образами животных в сказках Салтыкова-Щедрина, где подчас, не зная исторической подоплеки, трудно угадать назначение этого образа в произведении. Человек неотделим от своего социального положения, поэтому образы животных можно классифицировать как метафоры определенных социальных уровней. Цари, вельможи, чиновники, “маленькие люди” также нашли свое метафорическое отражение в образах животных у Крылова. Например, в басне “Лев и барс”, где лев и барс — выходцы из высших слоев общества, лиса и кот — из чиновничества. Сюда же можно отнести басню “Волк и ягненок”. “У сильного всегда бессильный виноват”, — гласит мораль этой басни. Образ ягненка использован не только как “Агнец Божий” — аллегория слабости и беззащитности. Этот образ еще и предстает как метафора определенного социального уровня, возможно, мелких чиновников.

Басни имеют сильный общественный резонанс, когда Крылов иронизирует не только над социальными пороками (басня “Две собаки”), но и над самой опорой социальной лестницы — государственными институтами, и для этого также используются образы животных. Примером может служить басня “Квартет”, где пародируется государственный совет, созданный в 1801 году, и его четыре департамента, возглавляемые “Проказницей Мартышкой, Ослом, Козлом и косолапым мишкой”. Что же ожидает такой квартет-совет в будущем, если в его главу поставлена даже не свора собак, а именно разные животные?

Образы животных с разными характерами указывают на реалистическую основу крыловской басни. Реализм Крылова, связь его басен с народной основой придает его басням русский, национальный дух. Образы животных, которые подчас на иллюстрациях бывают изображены в русских национальных костюмах, несут в себе сатирическую типизацию черт русского национального характера.

Прием индивидуализации речи персонажа — это очень важная особенность творчества Крылова, заметно отличающая его от предшественников. Баснописец вкладывает в уста животных отдельные элементы разговорной речи разных сословий того времени, например, в басне “Стрекоза и муравей” муравей говорит: “Кумушка, мне странно это”, “Так поди же, попляши”. Стоит обратить внимание и на ритмику этой басни. Образ попрыгуньи-стрекозы создается особым “прыгучим” размером — хореем. Крылов также широко применяет звукопись для создания “звукового” образа животного. Например, в басне “Змея” инструментовка на шипящие звуки и “з”, в басне “Мор зверей” повторение звуков “м”, “у”, “ы”.

Ориентация Крылова на русскую разговорную речь наглядно проявилась в его баснях благодаря введению в них образа рассказчика. Повествование о действиях персонажей ведется в определенной манере, ясно различим личностный тон рассказчика с присущими ему формами и оборотами речи.

Вот “Лебедь, Рак да Щука”, взявшись за дело, “из кожи лезут вон”, вот “Механик пуще рвется”, чтобы открыть Ларец, вот лягушка, захотевшая сравняться с Волом, вначале стала “топорщиться, пыхтеть”, а затем “С натуги лопнула и — околела”. Бедняк, увидев Смерть, “оторопел”. Моська появляется “отколе ни возьмись”.

Встречаются в баснях такие обороты: “зима катит в глаза”, “с ним была плутовка такова”. Язык рассказчика басен — просторечно-фамильярный. Рассказчик как бы находится среди своих персонажей, говорит о них, как о знакомых, дает им прозвища: “попрыгунья-Стрекоза”, “проказница Мартышка”, “Повар-грамотей”, “механик-мудрец”. Иногда в самих обращениях уже выражено отношение рассказчика: “мой бедный соловей”, “бедный Фока мой”, “мой хитрец” (“Волк на псарне”).

Но приближение к персонажам не мешает давать им справедливую оценку: “Избави, Бог, и нас от этаких судей”, “Кто про свои дела кричит всем без умолку, В том, верно, мало толку”. Бывает, что рассказчик принимает позу хитрого простачка: “Кто виноват из них, кто прав — судить не нам. Да только воз и ныне там”. Это как раз и есть то “веселое лукавство ума”, о котором писал Пушкин.

Народные начала речи, звучащие в баснях Крылова, убедительно подтверждаются использованием в них пословиц и поговорок: “Запели молодцы, кто в лес, кто по дрова”. (“Музыканты”).

То, что в языке басен Крылова растворились народные выражения, составляет еще одну его особенность. Другую представляет обратное явление. Многие выражения из басен стали восприниматься как пословицы. “А Васька слушает, да ест”; “А ларчик просто открывался”; “Слона-то я и не приметил”; “Соседушка, я сыт по горло”, — отпирается Фока. Мы живо представляем себе людей среднего сословия, их настроения и чувства.

Приемом речевых характеристик Крылов пользуется постоянно. Яркие примеры находим в баснях “Любопытный”, “Кошка и Соловей”, “Кот и Повар”. Особенно мастерски передал Крылов слова Лисицы, выражающие тонкую лесть Вороне. Если сравнить разработку этого сюжета у Тредьяковского, Лафонтена, то последний пример наглядно продемонстрирует, что совершенствование басни шло именно по языковой, стилистической линии. В комплиментах Лисицы сквозит ирония. Иронией проникнуто авторское повествование. Это добавляет жизненности, создает условия для более трезвого вывода. Язык, речь героев действует на усложнение сюжета басни, это приводит к углублению ее смысла.

Часто встречающиеся в басне интонации устной речи ни в коей мере не выводят ее из области письменности, словесного искусства. Басни Крылова — стихотворные произведения, на которые распространяются законы поэзии.

Разговорный язык басни способствует тому, что ее можно представить как маленькую комедию. Комизм ситуации часто дополняется комизмом языка. Непременное условие басни — действие подчеркивается частыми глагольными рифмами. Рифма у Крылова несет смысловую нагрузку.

Две Бочки ехали, одна с вином,

Здесь рифма соединяет именно те слова, которые определяют предмет рассмотрения в басне. На ее примере покажем средства художественной выразительности языка Крылова. Рассказ представляет нам фантастическую картину: по городу едут сами по себе две бочки, одна — плавно, другая несется и гремит. Если принять условность ситуации, то все выглядит вполне натурально: пыль столбом, прохожий жмется к стороне. Но во второй части басни прямо говорится о людях, которые “про свои дела кричат”. Затем четко формулируется мораль: “Кто делов истинно — тих часто на словах”. И дальше “Великий человек…… думает свою он крепку думу Без шуму” Это “без шуму” точно повторяет слова из характеристики движения полной бочки, что устанавливает не только идейную, но и образную связь между ней и человеком деловым. Возвращаясь к началу рассказа, мы осмысляем его уже на другом уровне. Бочки оказываются условными предметами, обозначающими человеческие качества. Но это аллегорическое высказывание содержит дополнительный метафорический элемент, который мы осознаем после прочтения всей басни. Метафорическое значение пустой бочки в данном контексте осмысляется применительно к пустому человеку, болтуну. Вся басня построена на сопоставлениях.

В басне “Слон на воеводстве” метафора оказывается главным выразительным средством рассказа. Реализация ее буквального смысла создает движение и комизм басни.

На примере басни “Две Бочки” видна роль разностопного ямба, которым пользовался Крылов во всех своих баснях. В данном случае это выделение существенных моментов рассказа. С той же функцией мы встречаемся в баснях “Волк и Ягненок”, “Крестьянин и Смерть”, “Крестьяне и Река”. Другими его функциями являются передача интонаций живой речи (“Кот и Повар”, “Обоз”) и стремительного развития действия (“Волк на псарне”).

Вольный ямб Крылова отражал жизненное разнообразие, представшее в его баснях. Оно сказалось еще в расширении жанровых границ басни. Так, в басне “Осел и Соловей” описание пения соловья дано языком, свойственным идиллии. Жуковский находил у Крылова “два стиха, которые не испортили бы никакого описания в эпической поэме”. Он же с восхищением отмечал его искусство изображения различных предметов. При описании мухи стихи “летают вместе с мухой”. Стихи о медведе как бы тянутся, длинные слова передают медлительность и тяжесть медведя.

Встречаются у Крылова, правда, не очень часто, такие речевые приемы как сравнение и синекдоха. Например, в басне “Ворона и Курица”:

Тогда все жители, и малый и большой…

И вон из стен московских поднялися,

Как из улья пчелиный рой.

Для характеристики языка басен Крылова можно еще указать факт употребления необычного названия обычных предметов. Так, в нескольких баснях Крылов вместо “Ворона” говорит “вещунья”.

Великий баснописец решил задачу сочетания народных элементов со структурой поэтической речи, благодаря чему внес существенный вклад в формирование русского литературного языка и поднял русскую басню на небывалую высоту. Русский баснописец разработал принципы реалистической типизации, без которых невозможны были бы емкие сатирические образы животных у Салтыкова—Щедрина и вообще все дальнейшее движение русской литературы по пути изображения русского национального характера.

Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Добавить комментарий

;-) :| :x :twisted: :smile: :shock: :sad: :roll: :razz: :oops: :o :mrgreen: :lol: :idea: :grin: :evil: :cry: :cool: :arrow: :???: :?: :!:

Басни Ивана Андреевича Крылова

Иван Андреевич Крылов — замечательный писатель, сумевший дать басне высокий смысл и сатирическую остроту, актуальность и многозначность. Краткость и образность языка Крылова поразительны. Он умел создать целую картину или охарактеризовать своего героя всего несколькими словами.
В басне «Волк и Ягненок» он изображает Ягненка робеющим перед важным сановником — Волком, и весь строй речи Ягненка, подобострастной и боязливой, передает его характер:

«Когда светлейший Волк позволит.
Осмелюсь я донесть: Что ниже по ручью
От светлости его шагов я на сто пью. »

Елейная речь лицемера царя в басне «Мор зверей» всем стилем своим рисует его отталкивающий образ.

«О, други! — начал Лев: — По множеству грехов
Подпали мы под сильный гнев богов;
Так тот из нас, кто всех виновен боле,
пускай по доброй воле
Отдаст себя на жертву им.
Ох, признаюсь,— хоть это мне и больно,—
Не прав и я!»

Каждая басня писателя по-своему самобытна и индивидуальна. Крылов может при видимой скупости средств создать яркий характер, незабываемый живой образ. В басне «Собачья дружба» «характер» каждой собаки раскрывается в их «фразах».

«Что может,— говорит Полкан, — приятней быть,
Как с другом сердце к сердцу жить;
Во всем оказывать взаимную услугу;
Не спать без друга и не сесть.
Стоять горой за дружню шерсть. »
Барбос ответствует ему:
«Давно, Полканушка, мне больно самому.
Что, бывши одного двора с тобой собаки.
Мы дня не проживем без драки. »

Но не только слова — самые звуки крыловского языка ярко рисуют то, что описывает автор. Вслушайтесь в эти звуки:

В свой ряд смиренный Вол им так мычит:
«И мы
Грешны. »

Близость языка Ивана Андреевича к народной речи сказалась и в том, что писатель вставлял в свои басни пословицы и поговорки, и они вполне сливались с общим тоном басни;

Запели молодцы: кто в лес кто по дрова
И у кого что силы стало.
В ушах у гостя затрещало.
(«Музыканты»)

Читатель, истину любя,
Примолвлю к басне я, и то не от себя,—
Не попусту в народе говорится:
Не плюй в колодезь, пригодится
Воды напиться.
(«Лев и Мышь»)

Но еще замечательное то, что собственные стихи Крылова, легко запоминаясь, сами сделались пословицами, вошли в золотой фонд народной речи. Таких пословиц и поговорок из его басен осталось в русском языке много: «А ларчик просто открывался» («Ларчик»), «Ты виноват уж тем, что хочется мне кушать» («Волк и Ягненок»), «Рыльце у тебя в пуху» («Лисица и Сурок»), «Аи, Моська! Знать она сильна, что лает на Слона» («Слон и Моська»), «А Васька слушает да ест» («Кот и Повар») и много-много других не менее замечательных и выразительных.

У писателя много заимствованных из произведений других баснописцев сюжетов. Но связь Ивана Андреевича с народным творчеством, с языком народных сказок была так тесна, что даже эти заимствованные басни не звучат как переводы. Ведь яркий, меткий, живой русский язык Крылова не мог быть заимствован ни у кого.
Крылов — подлинно народный писатель, художник огромной силы, и влияние его на русскую литературу было глубоким и положительным.

У писателя много заимствованных из произведений других баснописцев сюжетов. Но связь Ивана Андреевича с народным творчеством, с языком народных сказок была так тесна, что даже эти заимствованные басни не звучат как переводы. Ведь яркий, меткий, живой русский язык Крылова не мог быть заимствован ни у кого.
Крылов — подлинно народный писатель, художник огромной силы, и влияние его на русскую литературу было глубоким и положительным.

В баснях «Волк на псарне» и «Щука и кот» уже можно говорить не столько об аллегории, сколько о метафоре. В этих двух баснях под образами волка и щуки подразумевается Наполеон. Можно долго говорить, что Наполеон был хитер, ловок, умен, умел быстро и ловко приспосабливаться к ситуации. Но он не рассчитал своих возможностей и попал «на псарню» вместо «овчарни». Соотнеся образ волка со всем аллегорическим смыслом басни, мы сразу угадываем в нем завоевателя Наполеона. Но при этом образ волка никак не сужается до изображения конкретного человека, он настолько широк и всеобъемлющ, что басня не теряет своей ценности и вне контекста эпохи.

Образы животных у Крылова можно сравнить с образами животных в сказках Салтыкова-Щедрина, где подчас, не зная исторической подоплеки, трудно угадать назначение этого образа в произведении.

Теперь можно сделать вывод, что человек не отделим от своего социального положения, поэтому образы животных можно классифицировать как метафоры определенных социальных уровней. Цари, вельможи, чиновники, «маленькие люди» также нашли свое метафорическое отражение в образах животных у Крылова. Например, в басне «Лев и барс», где лев и барс — выходцы из высших слоев общества, лиса и кот — из чиновничества. Сюда же можно отнести басню «Волк и ягненок». «Усильного всегда бессильный виноват», — гласит мораль этой басни. Образ ягненка использован не только как «Агнец Божий» — аллегория слабости и беззащитности. Этот образ еще и предстает как метафора определенного социального уровня, возможно, мелких чиновников.
Иногда Крылов иронизирует не только над социальными пороками (басня «Две собаки»), но и над самой опорой социальной лестницы — государственными институтами, и для этого также используются образы животных. Примером может служить басня «Квартет», где пародируется государственный совет, созданный в 1801 году, и его четыре департамента, возглавляемые «Проказницей мартышкой, Ослом, Козлом И косолапым мишкой». Что же ожидает такой квартет-совет в будущем, если в его главу поставлена даже не свора собак, а именно разные животные?

Итак, широко используемые Крыловым образы животных с разными характерами указывают на реалистическую основу крыловской басни. Реализм Крылова, связь его басен с народной основой придает его басням русский, национальный дух. Образы животных, которые подчас на иллюстрациях бывают изображены в русских национальных костюмах, несут в себе сатирическую типизацию черт русского национального характера.

Крылов использует прием индивидуализации речи персонажа. Баснописец вкладывает в уста животных отдельные элементы разговорной речи разных сословий того времени, например, в басне «Стрекоза и муравей» муравей говорит: «Кумушка, мне странно это», «Так поди же, попляши». Стоит обратить внимание и на ритмику этой басни. Образ попрыгуньи-стрекозы создается особым «прыгучим» размером — хореем. Крылов также широко применяет звукопись для создания «звукового» образа животного. Например, в басне «Змея» инструментовка на шипящие звуки и «з», в басне «Мор зверей» повторение звуков «м», «у», «ы».

Ориентация Крылова на русскую разговорную речь наглядно проявилась в его баснях благодаря введению в них образа рассказчика. Повествование о действиях персонажей ведется в определенной манере, ясно различим личностный тон рассказчика с присущими ему формами и оборотами речи.

Вот «Лебедь, Рак да Щука», взявшись за дело, «из кожи лезут вон», вот «Механик пуще рвется», чтобы открыть Ларец, вот лягушка, захотевшая сравняться с Волом, вначале стала «топорщиться, пыхтеть», а затем «С натуги лопнула и — околела». Бедняк, увидев Смерть, «оторопел». Моська появляется «отколе ни возьмись».

Встречаются баснях такие обороты: «зима катит в глаза», ‘с ним была плутовка такова». Язык рассказчика басен — просторечно-фамильярный. Рассказчик как бы находится среди своих персонажей, говорит о них, как о знакомых, дает им прозвища: «попрыгунья-Стрекоза», «проказница Мартышка» , «Повар-грамотей», «механик-мудрец». Иногда в самих обращениях уже выражено отношение рассказчика: «мой бедный соловей», «бедный Фока мой», «мой хитрец» («Волк на псарне»).

Но приближение к персонажам не мешает давать им справедливую опенку: «Избави, Бог, и нас от этаких судей», «Кто про свои дела кричит всем без умолку, В том, верно, мало толку». Бывает, что рассказчик принимает позу хитрого простачка: «Кто виноват из них, кто прав — судить не нам, Да только воз и ныне там». Это как раз и есть то «веселое лукавство ума», о котором писал Пушкин.

Народные начала речи, звучащие в баснях Крылова, убедительно подтверждаются использованием в них пословиц и поговорок: «Запели молодцы, кто в лес, кто по дрова». («Музыканты»).
То, что в языке басен Крылова растворились народные выражения, составляет одну его особенность. Другую представляет обратное явление. Многие выражения из басен стали восприниматься как пословицы. «А Васька слушает, да ест»; «А ларчик просто открывался»; «Слона-то я и не приметил»; «Соседушка, я сыт по горло», — отпирается Фока. Мы живо представляем себе людей среднего сословия, их настроения и чувства.
Приемом речевых характеристик Крылов пользуется постоянно. Яркие примеры находим в баснях «Любопытный», «Кошка и Соловей», «Кот и Повар». Особенно мастерски передал Крылов слова Лисицы, выражающие тонкую лесть Вороне. Если сравнить разработку этого сюжета у Тре-дьяковского, Лафонтена, то последний пример наглядно продемонстрирует, что совершенствование басни шло именно по языковой, стилистической линии. В комплиментах Лисицы сквозит ирония. Иронией проникнуто авторское повествование. Это добавляет жизненности, создает условия для более трезвого вывода. Язык, речь героев действует на усложнение сюжета басни, это приводит к углублению ее смысла.

Вольный ямб Крылова отражал жизненное разнообразие, представшее в его баснях. Оно сказалось еще в расширении жанровых границ басни. Так, в басне Осел и Соловей» описание пения соловья дано языком, свойственным идиллии. Жуковский находил у Крылова «два стиха, которые не испортили бы никакого описания. в эпической поэме». Он же с восхищением отмечал его искусство изображения различных предметов. При описании мухи стихи «летают вместе с мухой». Стихи о медведе как бы тянутся, длинные слова передают медлительность и тяжесть медведя.

В своих баснях не забывал Крылов и звуковую сторону стихов. Возьмем, например, басню «Листы и Корни». Две части басни, соответствующие монологам Листов и Корней, подчеркиваются различным подбором звуков. Из восемнадцати стихов первой части только четыре не содержат звука «л», а в пяти стихах этот звук повторяется не по одному разу. Во второй части выделяются звуки «к», «р», «н», «п», «т». Противопоставление Листов и Корней дополнительно подчеркивается на фонетическом уровне. Так у Крылова и звуковой состав слова может нести смысловое значение.

Встречаются у Крылова, правда, не очень часто, такие речевые приемы, как сравнение и синекдоха. Например, в басне «Ворона и Курица»:
Тогда все жители, и малый и большой.
И вон из стен московских поднялися,
Как из улья пчелиный рой.
Для характеристики языка басен Крылова можно еще указать факт употребления необычного названия обычных предметов. Так, в нескольких баснях Крылов вместо «Ворона» говорит «вещунья»

Все вышесказанное позволяет заключить, что великий баснописец решил задачу сочетания народных элементов со структурой поэтической речи, благодаря чему внес существенный вклад в формирование русского литературного языка и поднял русскую басню на небывалую высоту.

В то же время Крылов обогатил русскую басню новыми реалистическими образами животных. Русский баснописец разработал принципы реалистической типизации, без которых невозможны были бы емкие сатирические образы животных у Салтыкова-Щедрина и вообще все дальнейшее движение русской литературы по пути изображения русского национального характера.

Предыдущий реферат из данного раздела: Достоинства басен Крылова

Басня Лев и Лисица — Крылов Иван Андреевич

Лиса, не видя сроду Льва,

С ним встретясь, со страстей осталась чуть жива.

Вот, несколько спустя, опять ей Лев попался,

Но уж не так ей страшен показался.

А третий раз потом

Лиса и в разговор пустилася со Львом.

Иного так же мы боимся,

Поколь к нему не приглядимся.

Смотрите также:

Один комментарией

ЛИСИЦА И ЛЕВ
басня Владимира Шебзухова

Лиса попала в когти льва.
Нашлись, однако же, слова,
Высокомерно заявить,
Что ей в лесу — в почёте быть,
Зверей же в страхе всех держать!
И, как вдруг льву о том не знать?!
Ведь, кто задумает обидеть,
Возмездия не избежать!

Аж волосы на гриве встали:
«Таких болтушек мы видали.
У врушек — плюнь в глаза – роса!
Хитришь всё, старая лиса!»

– «Ну, коль не веришь, убедись.
Ты пО лесу со мной пройдись,
Не нужен даже грозный рык,
Все звери разбегутся вмиг!»

И вот по лесу лев с лисицей
(Такое даже не приснится),
Идут, как близкие друзья.
От страха звери разбегались,
А птицам, в стаи что сбивались –
Лететь уж впору за моря!

Лев призадумался, однако.
«Не врёт лиса. И как тут быть,
Ведь разбежались все — от страха?!
Пожалуй, мне с лисой дружить!»

Но правда в сказке такова –
Боялись не лису, а льва!

Животные

Новые материалы о животных и природе:

Лев и Лисица
Стихотворения о животных и природе — Иван Крылов
22.02.2011 12:07

Басня Ивана Андреевича Крылова об осторожности, когда вопрос касается безопасности жизнедеятельности — «Лев и Лисица«

Лиса, не видя сроду Льва,
С ним встретясь, со страстей осталась чуть жива.
Вот, несколько спустя, опять ей Лев попался.
Но уж не так ей страшен показался.
А третий раз потом
Лиса и в разговор пустилася со Львом.
________________

Иного так же мы боимся,
Поколь к нему не приглядимся.

Басня Лев и Лисица — Крылов Иван Андреевич

Крылов Иван Андреевич (1769-1842 гг.)

Русский писатель, баснописец. Родился в семье отставного армейского офицера. Служил мелким чиновником в казенной палате. Самостоятельно изучил французский и итальянский языки. С 1789 г., выйдя в отставку, Крылов печатает в купленной им типографии сатирический журнал «Зритель», вступив в полемику с «Московским журналом» Карамзина.

Служил домашним учителем в семье князя Голицына и был его секретарем. В 1805 г. Крылов перевел две басни Лафонтена, и с этого началась его деятельность баснописца, которую он продолжал до конца своих дней, несмотря на немалый успех в драматургии («Модная лавка» и «Урок дочкам», «Пирог»)

В1812—1841 гг. Крылов служил помощником библиотекаря императорской Публичной библиотеки.

В годы войны с Наполеоном Крылов выступил как патриот, а после войны отстаивал интересы простого человека, высмеивая пороки светского общества; предметом осмеяния были многочисленные людские недостатки, особенно эгоизм и глупость, чванливость и тщеславие.

Анализ басен И.А. Крылова в 5-м классе

Обучение школьников анализу художественных произведений начинается с 5-го класса. При этом учителю важно учитывать возрастные особенности учащихся и, избегая сложностей, вводить и повторять необходимые теоретико-литературные понятия.

Анализ строится на основе целостного восприятия и выразительного чтения учащимися художественных произведений, в частности, басен И.А. Крылова, например, «Стрекоза и Муравей», «Петух и Жемчужное зерно».

Используем приём сопоставления басен И.А. Крылова с литературным источником — баснями Эзопа. Покажем учащимся самобытность русского баснописца, национальный характер его произведений. С этой целью даём задание: сравните басню Эзопа, древнегреческого баснописца, жившего в VI веке до нашей эры, «Муравей и жук» и басню Крылова «Стрекоза и Муравей».

Объясним, что сравнить литературные произведения — значит выяснить, что у них общего, чем они отличаются.

В летнюю пору гулял муравей по пашне и собирал по зёрнышку пшеницу и ячмень, чтобы запастись кормом на зиму. Увидал его жук и посочувствовал, что ему приходится так трудиться даже в такое время года, когда все остальные животные отдыхают от тягот и предаются праздности.

Промолчал тогда муравей; но когда пришла зима и навоз дождями размыло, остался жук голодным, и пришёл он просить у муравья корму.

Сказал муравей: “Эх, жук, кабы ты тогда работал, когда меня трудом попрекал, не пришлось бы тебе теперь сидеть без корму”.

Эзоп (VI в. до н.э)

Стрекоза и Муравей
Попрыгунья Стрекоза
Лето красное пропела:
Оглянуться не успела,
Как зима катит в глаза.
Помертвело чисто поле;
Нет уж дней тех светлых боле,
Как под каждым ей листком
Был готов и стол, и дом.
Всё прошло: с зимой холодной
Нужда, голод настаёт;
Стрекоза уж не поёт:
И кому же в ум пойдёт
На желудок петь голодный!
Злой тоской удручена,
К Муравью ползёт она:
“Не оставь меня, кум милой!
Дай ты мне собраться с силой
И до вешних только дней
Прокорми и обогрей!”
“Кумушка, мне странно это:
Да работала ль ты в лето?” —
Говорит ей Муравей.
“До того ль, голубчик, было?
В мягких муравах у нас
Песни, резвость всякий час,
Так, что голову вскружило”.
“А, так ты…” — “Я без души
Лето целое всё пела”. —
“Ты всё пела? Это дело:
Так поди же, попляши!”
И.А. Крылов (1808)

Объясним учащимся значение слова “мурава” — трава, отсюда муравей; травушка-муравушка — народно-поэтическое выражение.

Примерные вопросы для анализа

— Почему эти басни можно сравнивать?

— Какая басня написана стихами, какая — прозой?

— Кто герои басен?

— Почему слова “Стрекоза”, “Муравей” Крылов написал с прописной буквы как имена собственные?

— Найдите в басне Крылова слова и выражения, особенности природы, на основании которых можно сказать, что эта басня русская.

— Какие качества человека иносказательно изображают и высмеивают обе басни?

— В каких словах выражена мораль (нравоучение) басен?

Обобщая ответы учащихся, скажем, что в баснях рассказывается о похожем поведении героев, об их одинаковых нравственных качествах: лени, легкомысленном отношении к жизни, поэтому их можно сравнивать.

Басня Эзопа написана прозой, Крылова — стихами. Герои — насекомые, но вместо ленивого жука Крылов создаёт образ ленивой и легкомысленной, стремящейся только к развлечениям Стрекозы. Предложим учащимся подобрать синонимы к слову легкомысленность: несерьёзность, беспечность, поверхностность, бездумность, верхоглядство, ветреность.

У Эзопа жук сочувствует муравью, потому что тому приходится много трудиться летом, но ленивец не задумывается, зачем это нужно; у Крылова Стрекоза в вихре веселья вообще не замечает, что кто-то трудится даже летом. В баснях показано преимущество трудолюбия и опасность праздности и лени.

В басне Эзопа зима пришла с дождями, что характерно для Греции, южной страны. У Крылова настоящая русская зима, снежная и холодная. Он использует характерные для русского фольклора постоянные эпитеты: лето красное, злая тоска, чисто поле. Скажем учащимся, что Крылов взял сюжеты у Эзопа, но создал подлинно русскую, народную басню.

Баснописцы всегда рассказывают о том, что волнует общество, высмеивают отрицательные качества людей, чтобы они избавлялись от своих недостатков. Поэтому из содержания басни всегда вытекает нравоучение (мораль). В этих баснях, которые мы рассматриваем, нравоучение вытекает из содержания и выражается в последних словах у Эзопа и двух последних строчках у Крылова без поучающего суждения.

Чаще всего нравоучение (мораль) выделяется в басне как самостоятельная её часть и располагается либо в конце, либо в начале басни. Читаем басню Крылова «Петух и Жемчужное зерно», выделяем нравоучение (мораль).

В баснях часто действуют животные, растения, предметы, явления природы, но под ними подразумеваются люди. Животные, растения, предметы, явления природы наделяются в баснях, как и в сказках, качествами человека: даром речи, чувствами и мыслями.

— Вспомним, как называется приём наделения животных, растений, предметов, явлений природы качествами и свойствами человека?

(С понятием олицетворение пятиклассники знакомятся при изучении мифов и сказок.)

— Укажите олицетворения в басне Крылова «Стрекоза и Муравей» (“помертвело чисто поле”, “зима катит в глаза”, “говорит ей Муравей” и др.)

Подчеркнём, что олицетворение является одним из постоянных художественных приёмов в сказках, баснях и других литературных произведениях.

Нравственные качества людей в баснях иносказательно изображаются в образах животных: хитрость в виде лисы, жадность, жестокость выступают в обличии волка, коварство — в виде змеи и др. Хитрость, жадность, лень — всё это отвлеченные понятия. Художественный приём изображения отвлечённых понятий в конкретных образах (животных, растений, предметов, явлений природы) называют аллегорией (иносказанием). Аллегорией мира на Земле является белый голубь, аллегорией надежды человека — якорь и др. Существует ещё одно название аллегории (иносказания) — эзопов язык.

Критик В.Г. Белинский писал, что в баснях Крылова “нет ни медведей, ни лисиц, хотя эти животные, кажется, действуют в них, но есть люди, и притом русские люди”. В воспроизведении национально-народного колорита и заключается новаторство Крылова-баснописца. Он смело вводит народное просторечие и устно-поэтическую лексику, бытовые детали, утверждает народную точку зрения.

Точные и краткие изречения (афоризмы) из его басен вошли в сокровищницу русского языка.

— Какое выражение из басни «Стрекоза и Муравей» стало афоризмом?

Крылов создавал и оригинальные басни, в которых действуют не только животные, но и люди.

Прочитайте басню «Волк на псарне» сначала про себя, затем выразительно вслух. (Можно организовать чтение по ролям.)

Многие басни Крылова написаны по какому-нибудь конкретному поводу, и современникам баснописца было понятно, в чей огород брошен камень. Вместе с тем басенные персонажи имеют широкий обобщающий смысл, который понятен и в наши дни.

Так, басня «Волк на псарне», написанная в 1812 году, является откликом на Отечественную войну против французского нашествия. Волк — это Наполеон, потерпевший поражение на Бородинском поле; заняв Москву, он понял, что оказался в ловушке, и послал Кутузову предложение о мире, заверяя русского полководца, что желает мира. Кутузов отверг предложение завоевателя и в победоносных сражениях освободил Россию от врагов. Ловчий в басне — это Кутузов.

— Сравните внешний вид волка и его речи.

— Почему псарня для волка “стала адом”? В чём смысл этого сравнения?

— Определите, какие отрицательные качества человека иносказательно изображены в басне.

— Какими чертами обладает Ловчий?

Обобщая ответы учащихся, обратим их внимание на то, что несоответствие внешнего вида и речей волка свидетельствует о его коварстве (злонамеренности, прикрытой показной доброжелательностью).

Скажем, что Волк воспринимает псарню как ад (по Библии — место наказания и вечных мучений грешников). Иными словами, волк сам осознаёт правомерность наказания за причинённое зло и пытается избежать его хитростью.

Ловчий (главный из псарей) изображён смелым, мудрым человеком, наделённым жизненным опытом:

Ты сер, приятель, а я сед,
И волчью вашу я давно натуру знаю.

Домашнее задание. Прочитайте басни в учебнике-хрестоматии. Определите, какие отрицательные черты людей высмеивает автор? В каких словах выражена мораль басен? Какие слова стали афоризмами?

Закрепление изученного материала можно провести в виде самостоятельной работы учащихся на следующем уроке (небольшие басни даются на карточках для анализа в виде письменной работы).

— Прочитайте басню Эзопа «Петух и алмаз» и И.А. Крылова «Петух и Жемчужное зерно». В чём состоит сходство и различие этих басен? Запишите свои суждения.

Петух и алмаз
Петух разгребал по обыкновению своему навозную кучу и, вырывши алмаз, подумал: ежели б золотых дел мастер сию блестящую безделку нашёл, то она б ему очень пригодилась; а мне бы ячменное зерно во сто мер лучше сего было. (Эзоп (VI в. до н. э.))

Петух и Жемчужное зерно
Навозну кучу разрывая,
Петух нашёл Жемчужное зерно
И говорит: “Куда оно?
Какая вещь пустая!
Не глупо ль, что его высоко так ценят?
А я бы, право, был гораздо боле рад
Зерну Ячменному: оно не столь хоть видно,
Да сытно”.
.
Невежи судят точно так:
В чём толку не поймут, то всё у них пустяк.
И.А. Крылов (1808)

Следует объяснить значение слов невежа (грубый, невоспитанный человек) и невежда (малообразованный, малосведущий человек).

Басни Крылова
«Стихи о любви и стихи про любовь» — Любовная лирика русских поэтов & Антология русский поэзии. © Copyright Пётр Соловьёв

Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Добавить комментарий

;-) :| :x :twisted: :smile: :shock: :sad: :roll: :razz: :oops: :o :mrgreen: :lol: :idea: :grin: :evil: :cry: :cool: :arrow: :???: :?: :!:

Басни Ивана Андреевича Крылова

Иван Андреевич Крылов — замечательный писатель, сумевший дать басне высокий смысл и сатирическую остроту, актуальность и многозначность. Краткость и образность языка Крылова поразительны. Он умел создать целую картину или охарактеризовать своего героя всего несколькими словами.
В басне «Волк и Ягненок» он изображает Ягненка робеющим перед важным сановником — Волком, и весь строй речи Ягненка, подобострастной и боязливой, передает его характер:

«Когда светлейший Волк позволит.
Осмелюсь я донесть: Что ниже по ручью
От светлости его шагов я на сто пью. »

Елейная речь лицемера царя в басне «Мор зверей» всем стилем своим рисует его отталкивающий образ.

«О, други! — начал Лев: — По множеству грехов
Подпали мы под сильный гнев богов;
Так тот из нас, кто всех виновен боле,
пускай по доброй воле
Отдаст себя на жертву им.
Ох, признаюсь,— хоть это мне и больно,—
Не прав и я!»

Каждая басня писателя по-своему самобытна и индивидуальна. Крылов может при видимой скупости средств создать яркий характер, незабываемый живой образ. В басне «Собачья дружба» «характер» каждой собаки раскрывается в их «фразах».

«Что может,— говорит Полкан, — приятней быть,
Как с другом сердце к сердцу жить;
Во всем оказывать взаимную услугу;
Не спать без друга и не сесть.
Стоять горой за дружню шерсть. »
Барбос ответствует ему:
«Давно, Полканушка, мне больно самому.
Что, бывши одного двора с тобой собаки.
Мы дня не проживем без драки. »

Но не только слова — самые звуки крыловского языка ярко рисуют то, что описывает автор. Вслушайтесь в эти звуки:

В свой ряд смиренный Вол им так мычит:
«И мы
Грешны. »

Близость языка Ивана Андреевича к народной речи сказалась и в том, что писатель вставлял в свои басни пословицы и поговорки, и они вполне сливались с общим тоном басни;

Запели молодцы: кто в лес кто по дрова
И у кого что силы стало.
В ушах у гостя затрещало.
(«Музыканты»)

Читатель, истину любя,
Примолвлю к басне я, и то не от себя,—
Не попусту в народе говорится:
Не плюй в колодезь, пригодится
Воды напиться.
(«Лев и Мышь»)

Но еще замечательное то, что собственные стихи Крылова, легко запоминаясь, сами сделались пословицами, вошли в золотой фонд народной речи. Таких пословиц и поговорок из его басен осталось в русском языке много: «А ларчик просто открывался» («Ларчик»), «Ты виноват уж тем, что хочется мне кушать» («Волк и Ягненок»), «Рыльце у тебя в пуху» («Лисица и Сурок»), «Аи, Моська! Знать она сильна, что лает на Слона» («Слон и Моська»), «А Васька слушает да ест» («Кот и Повар») и много-много других не менее замечательных и выразительных.

У писателя много заимствованных из произведений других баснописцев сюжетов. Но связь Ивана Андреевича с народным творчеством, с языком народных сказок была так тесна, что даже эти заимствованные басни не звучат как переводы. Ведь яркий, меткий, живой русский язык Крылова не мог быть заимствован ни у кого.
Крылов — подлинно народный писатель, художник огромной силы, и влияние его на русскую литературу было глубоким и положительным.

У писателя много заимствованных из произведений других баснописцев сюжетов. Но связь Ивана Андреевича с народным творчеством, с языком народных сказок была так тесна, что даже эти заимствованные басни не звучат как переводы. Ведь яркий, меткий, живой русский язык Крылова не мог быть заимствован ни у кого.
Крылов — подлинно народный писатель, художник огромной силы, и влияние его на русскую литературу было глубоким и положительным.

В баснях «Волк на псарне» и «Щука и кот» уже можно говорить не столько об аллегории, сколько о метафоре. В этих двух баснях под образами волка и щуки подразумевается Наполеон. Можно долго говорить, что Наполеон был хитер, ловок, умен, умел быстро и ловко приспосабливаться к ситуации. Но он не рассчитал своих возможностей и попал «на псарню» вместо «овчарни». Соотнеся образ волка со всем аллегорическим смыслом басни, мы сразу угадываем в нем завоевателя Наполеона. Но при этом образ волка никак не сужается до изображения конкретного человека, он настолько широк и всеобъемлющ, что басня не теряет своей ценности и вне контекста эпохи.

Образы животных у Крылова можно сравнить с образами животных в сказках Салтыкова-Щедрина, где подчас, не зная исторической подоплеки, трудно угадать назначение этого образа в произведении.

Теперь можно сделать вывод, что человек не отделим от своего социального положения, поэтому образы животных можно классифицировать как метафоры определенных социальных уровней. Цари, вельможи, чиновники, «маленькие люди» также нашли свое метафорическое отражение в образах животных у Крылова. Например, в басне «Лев и барс», где лев и барс — выходцы из высших слоев общества, лиса и кот — из чиновничества. Сюда же можно отнести басню «Волк и ягненок». «Усильного всегда бессильный виноват», — гласит мораль этой басни. Образ ягненка использован не только как «Агнец Божий» — аллегория слабости и беззащитности. Этот образ еще и предстает как метафора определенного социального уровня, возможно, мелких чиновников.
Иногда Крылов иронизирует не только над социальными пороками (басня «Две собаки»), но и над самой опорой социальной лестницы — государственными институтами, и для этого также используются образы животных. Примером может служить басня «Квартет», где пародируется государственный совет, созданный в 1801 году, и его четыре департамента, возглавляемые «Проказницей мартышкой, Ослом, Козлом И косолапым мишкой». Что же ожидает такой квартет-совет в будущем, если в его главу поставлена даже не свора собак, а именно разные животные?

Итак, широко используемые Крыловым образы животных с разными характерами указывают на реалистическую основу крыловской басни. Реализм Крылова, связь его басен с народной основой придает его басням русский, национальный дух. Образы животных, которые подчас на иллюстрациях бывают изображены в русских национальных костюмах, несут в себе сатирическую типизацию черт русского национального характера.

Крылов использует прием индивидуализации речи персонажа. Баснописец вкладывает в уста животных отдельные элементы разговорной речи разных сословий того времени, например, в басне «Стрекоза и муравей» муравей говорит: «Кумушка, мне странно это», «Так поди же, попляши». Стоит обратить внимание и на ритмику этой басни. Образ попрыгуньи-стрекозы создается особым «прыгучим» размером — хореем. Крылов также широко применяет звукопись для создания «звукового» образа животного. Например, в басне «Змея» инструментовка на шипящие звуки и «з», в басне «Мор зверей» повторение звуков «м», «у», «ы».

Ориентация Крылова на русскую разговорную речь наглядно проявилась в его баснях благодаря введению в них образа рассказчика. Повествование о действиях персонажей ведется в определенной манере, ясно различим личностный тон рассказчика с присущими ему формами и оборотами речи.

Вот «Лебедь, Рак да Щука», взявшись за дело, «из кожи лезут вон», вот «Механик пуще рвется», чтобы открыть Ларец, вот лягушка, захотевшая сравняться с Волом, вначале стала «топорщиться, пыхтеть», а затем «С натуги лопнула и — околела». Бедняк, увидев Смерть, «оторопел». Моська появляется «отколе ни возьмись».

Встречаются баснях такие обороты: «зима катит в глаза», ‘с ним была плутовка такова». Язык рассказчика басен — просторечно-фамильярный. Рассказчик как бы находится среди своих персонажей, говорит о них, как о знакомых, дает им прозвища: «попрыгунья-Стрекоза», «проказница Мартышка» , «Повар-грамотей», «механик-мудрец». Иногда в самих обращениях уже выражено отношение рассказчика: «мой бедный соловей», «бедный Фока мой», «мой хитрец» («Волк на псарне»).

Но приближение к персонажам не мешает давать им справедливую опенку: «Избави, Бог, и нас от этаких судей», «Кто про свои дела кричит всем без умолку, В том, верно, мало толку». Бывает, что рассказчик принимает позу хитрого простачка: «Кто виноват из них, кто прав — судить не нам, Да только воз и ныне там». Это как раз и есть то «веселое лукавство ума», о котором писал Пушкин.

Народные начала речи, звучащие в баснях Крылова, убедительно подтверждаются использованием в них пословиц и поговорок: «Запели молодцы, кто в лес, кто по дрова». («Музыканты»).
То, что в языке басен Крылова растворились народные выражения, составляет одну его особенность. Другую представляет обратное явление. Многие выражения из басен стали восприниматься как пословицы. «А Васька слушает, да ест»; «А ларчик просто открывался»; «Слона-то я и не приметил»; «Соседушка, я сыт по горло», — отпирается Фока. Мы живо представляем себе людей среднего сословия, их настроения и чувства.
Приемом речевых характеристик Крылов пользуется постоянно. Яркие примеры находим в баснях «Любопытный», «Кошка и Соловей», «Кот и Повар». Особенно мастерски передал Крылов слова Лисицы, выражающие тонкую лесть Вороне. Если сравнить разработку этого сюжета у Тре-дьяковского, Лафонтена, то последний пример наглядно продемонстрирует, что совершенствование басни шло именно по языковой, стилистической линии. В комплиментах Лисицы сквозит ирония. Иронией проникнуто авторское повествование. Это добавляет жизненности, создает условия для более трезвого вывода. Язык, речь героев действует на усложнение сюжета басни, это приводит к углублению ее смысла.

Вольный ямб Крылова отражал жизненное разнообразие, представшее в его баснях. Оно сказалось еще в расширении жанровых границ басни. Так, в басне Осел и Соловей» описание пения соловья дано языком, свойственным идиллии. Жуковский находил у Крылова «два стиха, которые не испортили бы никакого описания. в эпической поэме». Он же с восхищением отмечал его искусство изображения различных предметов. При описании мухи стихи «летают вместе с мухой». Стихи о медведе как бы тянутся, длинные слова передают медлительность и тяжесть медведя.

В своих баснях не забывал Крылов и звуковую сторону стихов. Возьмем, например, басню «Листы и Корни». Две части басни, соответствующие монологам Листов и Корней, подчеркиваются различным подбором звуков. Из восемнадцати стихов первой части только четыре не содержат звука «л», а в пяти стихах этот звук повторяется не по одному разу. Во второй части выделяются звуки «к», «р», «н», «п», «т». Противопоставление Листов и Корней дополнительно подчеркивается на фонетическом уровне. Так у Крылова и звуковой состав слова может нести смысловое значение.

Встречаются у Крылова, правда, не очень часто, такие речевые приемы, как сравнение и синекдоха. Например, в басне «Ворона и Курица»:
Тогда все жители, и малый и большой.
И вон из стен московских поднялися,
Как из улья пчелиный рой.
Для характеристики языка басен Крылова можно еще указать факт употребления необычного названия обычных предметов. Так, в нескольких баснях Крылов вместо «Ворона» говорит «вещунья»

Все вышесказанное позволяет заключить, что великий баснописец решил задачу сочетания народных элементов со структурой поэтической речи, благодаря чему внес существенный вклад в формирование русского литературного языка и поднял русскую басню на небывалую высоту.

В то же время Крылов обогатил русскую басню новыми реалистическими образами животных. Русский баснописец разработал принципы реалистической типизации, без которых невозможны были бы емкие сатирические образы животных у Салтыкова-Щедрина и вообще все дальнейшее движение русской литературы по пути изображения русского национального характера.

Предыдущий реферат из данного раздела: Достоинства басен Крылова

Собачья дружба

Инсценировка Олеси Емельяновой

Продолжительность сценки: 3 минуты; количество актеров: 2 или 3.

Полкан
Барбос
Повар-рассказчик

На первом плане слева – дом с открытым окошком, справа – кусты. На втором плане вдалеке – забор с воротами и хозяйственные постройки.

В окне кухни появляется Повар.

У кухни под окном
На солнышке Полкан с Барбосом, лежа, грелись.

Из-за кустов выходят Полкан и Барбос.

Хоть у ворот перед двором
Пристойнее б стеречь им было дом;
Но как они уж понаелись –
И вежливые ж псы притом
Ни на кого не лают днем –
Так рассуждать они пустилися вдвоем
О всякой всячине: о их собачьей службе,
О х у ́де, о добре и, наконец, о дружбе.

Повар скрывается окне.

Не ведаю, что может лучше быть,
Чем с другом сердце к сердцу жить;
Во всем оказывать взаимную услугу;
Не спить без друга и не съесть,
Стоять горой за др у ́жню шерсть,
И, наконец, в глаза глядеть друг другу,
Чтоб только улучить счастливый час,
Нельзя ли друга чем потешить, позабавить
И в дружном счастье все свое блаженство ставить!
Вот если б, например, с тобой у нас
Такая дружба завелась:
Скажу я смело,
Мы б и не видели, как время бы летело.

А что же? это дело!
И п о ́ сердцу оно и по уму!
Давно, Полканушка, мне больно самому.
Что, бывши одного двора с тобой собаки,
Мы дня не проживем без драки;
И из чего? Спасибо господам:
Ни голодно, ни тесно нам!
Притом же, право, стыдно:
Пес дружества слывет примером с давних дней,
А дружбы между псов, как будто меж людей,
Почти совсем не видно.

Полкан (с воодушевлением)

Явим же в ней пример мы в наши времена! –
Барбос, друг мой! Дай лапу!

Барбос (протягивая лапу)

Собаки обнимаются. Повар выглядывает из окна.

И новые друзья ну обниматься,
Ну целоваться;
Не знают с радости, к кому и приравняться.

Мой Пилад! Прочь свары, зависть, злость!

А то ли будет, если кинуть кость?

Повар бросает собакам кость. Собаки бегут за ней, а потом яростно с лаем, рычанием и визгом дерутся.

Повар (насмешливо комментирует)

Вот новые друзья к ней вз а ́пуски несутся:
Где делся и совет и лад?
С Пиладом мой Орест грызутся, –
Лишь только клочья вверх летят.
Пойду-ка от греха их разолью водою.

Повар выбегает из дома с ведром и льет воду на собак. Собаки, рыча и отряхиваясь, расходятся в разные стороны.

Свет полон дружбою такою.
Про нынешних друзей льзя молвить, не греша,
Что в дружбе все они едва ль не один а ́ки:
Послушать, кажется, одна у них душа, –
А только кинь им кость, так что твои собаки!

© Автор басни. Иван Андреевич Крылов. 1815 г.

© Автор инсценировки. Олеся Емельянова. 2006 г.

Инсценировки басен. Большой сборник инсценировок классических и современных басен для детского театра по произведениям Эзопа, Руми, И.А.Крылова, А.С.Пушкина, О.В.Емельяновой.

Сценарии для детского театра. Библиотека пьес, инсценировок и сценок в стихах по народным и авторским сказкам и басням для детского театра.

Басни в стихах. Современные поучительные басни про людей и животных.

Детские стихи. Стихи, потешки, игры, задачки и загадки в стихах для детей.

Пьесы и сценарии Олеси Емельяновой для кукольного театра

Собачья дружба

У кухни под окном

На солнышке Полкан с Барбосом, лежа, грелись.

Хоть у ворот перед двором

Пристойнее б стеречь им было дом;

Но как они уж понаелись —

И вежливые ж псы притом

Ни на кого не лают днем —

Так рассуждать они пустилися вдвоем

О всякой всячине: о их собачьей службе,

О худе, о добре и, наконец, о дружбе.

«Что может, — говорит Полкан, — приятней быть,

Как с другом сердце к сердцу жить;

Во всем оказывать взаимную услугу;

Не спить без друга и не съесть,

Стоять горой за дружню шерсть,

И, наконец, в глаза глядеть друг другу,

Чтоб только улучить счастливый час,

Нельзя ли друга чем потешить, позабавить

И в дружней счастье все свое блаженство ставить!

Вот если б, например, с тобой у нас

Такая дружба завелась:

Мы б и не видели, как время бы летело»,

«А что же? это дело! —

Барбос ответствует ему. —

Давно, Полканушка, мне больно самому.

Что, бывши одного двора с тобой собаки,

Мы дня не проживем без драки;

И из чего? Спасибо господам:

Ни голодно, ни тесно нам!

Притом же, право, стыдно:

Пес дружества слывет примером с давних дней,

А дружбы между псов, как будто меж людей,

Почти совсем не видно». —

«Явим же в ней пример мы в наши времена! —

Вскричал Полкан, — дай лапу!» — «Вот она!»

И новые друзья ну обниматься,

Не знают с радости, к кому и приравняться:

«Орест мой!» — «Мой Пилад!» Прочь свары, зависть, злость!

Тут повар на беду из кухни кинул кость.

Вот новые друзья к ней взапуски несутся:

Где делся и совет и лад?

С Пиладом мой Орест грызутся, —

Лишь только клочья вверх летят:

Насилу, наконец, их розлили водою.

Свет полон дружбою такою.

Про нынешних друзей льзя молвить, не греша,

Что в дружбе все они едва ль не одинаки:

Послушать, кажется, одна у них душа, —

А только кинь им кость, так что твои собаки!

Басня крылова дружба

Крылов Иван Андреевич (1769-1842 гг.)

Русский писатель, баснописец. Родился в семье отставного армейского офицера. Служил мелким чиновником в казенной палате. Самостоятельно изучил французский и итальянский языки. С 1789 г., выйдя в отставку, Крылов печатает в купленной им типографии сатирический журнал «Зритель», вступив в полемику с «Московским журналом» Карамзина.

Служил домашним учителем в семье князя Голицына и был его секретарем. В 1805 г. Крылов перевел две басни Лафонтена, и с этого началась его деятельность баснописца, которую он продолжал до конца своих дней, несмотря на немалый успех в драматургии («Модная лавка» и «Урок дочкам», «Пирог»)

В1812—1841 гг. Крылов служил помощником библиотекаря императорской Публичной библиотеки.

В годы войны с Наполеоном Крылов выступил как патриот, а после войны отстаивал интересы простого человека, высмеивая пороки светского общества; предметом осмеяния были многочисленные людские недостатки, особенно эгоизм и глупость, чванливость и тщеславие.

Анализ басен И.А. Крылова в 5-м классе

Обучение школьников анализу художественных произведений начинается с 5-го класса. При этом учителю важно учитывать возрастные особенности учащихся и, избегая сложностей, вводить и повторять необходимые теоретико-литературные понятия.

Анализ строится на основе целостного восприятия и выразительного чтения учащимися художественных произведений, в частности, басен И.А. Крылова, например, «Стрекоза и Муравей», «Петух и Жемчужное зерно».

Используем приём сопоставления басен И.А. Крылова с литературным источником — баснями Эзопа. Покажем учащимся самобытность русского баснописца, национальный характер его произведений. С этой целью даём задание: сравните басню Эзопа, древнегреческого баснописца, жившего в VI веке до нашей эры, «Муравей и жук» и басню Крылова «Стрекоза и Муравей».

Объясним, что сравнить литературные произведения — значит выяснить, что у них общего, чем они отличаются.

В летнюю пору гулял муравей по пашне и собирал по зёрнышку пшеницу и ячмень, чтобы запастись кормом на зиму. Увидал его жук и посочувствовал, что ему приходится так трудиться даже в такое время года, когда все остальные животные отдыхают от тягот и предаются праздности.

Промолчал тогда муравей; но когда пришла зима и навоз дождями размыло, остался жук голодным, и пришёл он просить у муравья корму.

Сказал муравей: “Эх, жук, кабы ты тогда работал, когда меня трудом попрекал, не пришлось бы тебе теперь сидеть без корму”.

Эзоп (VI в. до н.э)

Стрекоза и Муравей
Попрыгунья Стрекоза
Лето красное пропела:
Оглянуться не успела,
Как зима катит в глаза.
Помертвело чисто поле;
Нет уж дней тех светлых боле,
Как под каждым ей листком
Был готов и стол, и дом.
Всё прошло: с зимой холодной
Нужда, голод настаёт;
Стрекоза уж не поёт:
И кому же в ум пойдёт
На желудок петь голодный!
Злой тоской удручена,
К Муравью ползёт она:
“Не оставь меня, кум милой!
Дай ты мне собраться с силой
И до вешних только дней
Прокорми и обогрей!”
“Кумушка, мне странно это:
Да работала ль ты в лето?” —
Говорит ей Муравей.
“До того ль, голубчик, было?
В мягких муравах у нас
Песни, резвость всякий час,
Так, что голову вскружило”.
“А, так ты…” — “Я без души
Лето целое всё пела”. —
“Ты всё пела? Это дело:
Так поди же, попляши!”
И.А. Крылов (1808)

Объясним учащимся значение слова “мурава” — трава, отсюда муравей; травушка-муравушка — народно-поэтическое выражение.

Примерные вопросы для анализа

— Почему эти басни можно сравнивать?

— Какая басня написана стихами, какая — прозой?

— Кто герои басен?

— Почему слова “Стрекоза”, “Муравей” Крылов написал с прописной буквы как имена собственные?

— Найдите в басне Крылова слова и выражения, особенности природы, на основании которых можно сказать, что эта басня русская.

— Какие качества человека иносказательно изображают и высмеивают обе басни?

— В каких словах выражена мораль (нравоучение) басен?

Обобщая ответы учащихся, скажем, что в баснях рассказывается о похожем поведении героев, об их одинаковых нравственных качествах: лени, легкомысленном отношении к жизни, поэтому их можно сравнивать.

Басня Эзопа написана прозой, Крылова — стихами. Герои — насекомые, но вместо ленивого жука Крылов создаёт образ ленивой и легкомысленной, стремящейся только к развлечениям Стрекозы. Предложим учащимся подобрать синонимы к слову легкомысленность: несерьёзность, беспечность, поверхностность, бездумность, верхоглядство, ветреность.

У Эзопа жук сочувствует муравью, потому что тому приходится много трудиться летом, но ленивец не задумывается, зачем это нужно; у Крылова Стрекоза в вихре веселья вообще не замечает, что кто-то трудится даже летом. В баснях показано преимущество трудолюбия и опасность праздности и лени.

В басне Эзопа зима пришла с дождями, что характерно для Греции, южной страны. У Крылова настоящая русская зима, снежная и холодная. Он использует характерные для русского фольклора постоянные эпитеты: лето красное, злая тоска, чисто поле. Скажем учащимся, что Крылов взял сюжеты у Эзопа, но создал подлинно русскую, народную басню.

Баснописцы всегда рассказывают о том, что волнует общество, высмеивают отрицательные качества людей, чтобы они избавлялись от своих недостатков. Поэтому из содержания басни всегда вытекает нравоучение (мораль). В этих баснях, которые мы рассматриваем, нравоучение вытекает из содержания и выражается в последних словах у Эзопа и двух последних строчках у Крылова без поучающего суждения.

Чаще всего нравоучение (мораль) выделяется в басне как самостоятельная её часть и располагается либо в конце, либо в начале басни. Читаем басню Крылова «Петух и Жемчужное зерно», выделяем нравоучение (мораль).

В баснях часто действуют животные, растения, предметы, явления природы, но под ними подразумеваются люди. Животные, растения, предметы, явления природы наделяются в баснях, как и в сказках, качествами человека: даром речи, чувствами и мыслями.

— Вспомним, как называется приём наделения животных, растений, предметов, явлений природы качествами и свойствами человека?

(С понятием олицетворение пятиклассники знакомятся при изучении мифов и сказок.)

— Укажите олицетворения в басне Крылова «Стрекоза и Муравей» (“помертвело чисто поле”, “зима катит в глаза”, “говорит ей Муравей” и др.)

Подчеркнём, что олицетворение является одним из постоянных художественных приёмов в сказках, баснях и других литературных произведениях.

Нравственные качества людей в баснях иносказательно изображаются в образах животных: хитрость в виде лисы, жадность, жестокость выступают в обличии волка, коварство — в виде змеи и др. Хитрость, жадность, лень — всё это отвлеченные понятия. Художественный приём изображения отвлечённых понятий в конкретных образах (животных, растений, предметов, явлений природы) называют аллегорией (иносказанием). Аллегорией мира на Земле является белый голубь, аллегорией надежды человека — якорь и др. Существует ещё одно название аллегории (иносказания) — эзопов язык.

Критик В.Г. Белинский писал, что в баснях Крылова “нет ни медведей, ни лисиц, хотя эти животные, кажется, действуют в них, но есть люди, и притом русские люди”. В воспроизведении национально-народного колорита и заключается новаторство Крылова-баснописца. Он смело вводит народное просторечие и устно-поэтическую лексику, бытовые детали, утверждает народную точку зрения.

Точные и краткие изречения (афоризмы) из его басен вошли в сокровищницу русского языка.

— Какое выражение из басни «Стрекоза и Муравей» стало афоризмом?

Крылов создавал и оригинальные басни, в которых действуют не только животные, но и люди.

Прочитайте басню «Волк на псарне» сначала про себя, затем выразительно вслух. (Можно организовать чтение по ролям.)

Многие басни Крылова написаны по какому-нибудь конкретному поводу, и современникам баснописца было понятно, в чей огород брошен камень. Вместе с тем басенные персонажи имеют широкий обобщающий смысл, который понятен и в наши дни.

Так, басня «Волк на псарне», написанная в 1812 году, является откликом на Отечественную войну против французского нашествия. Волк — это Наполеон, потерпевший поражение на Бородинском поле; заняв Москву, он понял, что оказался в ловушке, и послал Кутузову предложение о мире, заверяя русского полководца, что желает мира. Кутузов отверг предложение завоевателя и в победоносных сражениях освободил Россию от врагов. Ловчий в басне — это Кутузов.

— Сравните внешний вид волка и его речи.

— Почему псарня для волка “стала адом”? В чём смысл этого сравнения?

— Определите, какие отрицательные качества человека иносказательно изображены в басне.

— Какими чертами обладает Ловчий?

Обобщая ответы учащихся, обратим их внимание на то, что несоответствие внешнего вида и речей волка свидетельствует о его коварстве (злонамеренности, прикрытой показной доброжелательностью).

Скажем, что Волк воспринимает псарню как ад (по Библии — место наказания и вечных мучений грешников). Иными словами, волк сам осознаёт правомерность наказания за причинённое зло и пытается избежать его хитростью.

Ловчий (главный из псарей) изображён смелым, мудрым человеком, наделённым жизненным опытом:

Ты сер, приятель, а я сед,
И волчью вашу я давно натуру знаю.

Домашнее задание. Прочитайте басни в учебнике-хрестоматии. Определите, какие отрицательные черты людей высмеивает автор? В каких словах выражена мораль басен? Какие слова стали афоризмами?

Закрепление изученного материала можно провести в виде самостоятельной работы учащихся на следующем уроке (небольшие басни даются на карточках для анализа в виде письменной работы).

— Прочитайте басню Эзопа «Петух и алмаз» и И.А. Крылова «Петух и Жемчужное зерно». В чём состоит сходство и различие этих басен? Запишите свои суждения.

Петух и алмаз
Петух разгребал по обыкновению своему навозную кучу и, вырывши алмаз, подумал: ежели б золотых дел мастер сию блестящую безделку нашёл, то она б ему очень пригодилась; а мне бы ячменное зерно во сто мер лучше сего было. (Эзоп (VI в. до н. э.))

Петух и Жемчужное зерно
Навозну кучу разрывая,
Петух нашёл Жемчужное зерно
И говорит: “Куда оно?
Какая вещь пустая!
Не глупо ль, что его высоко так ценят?
А я бы, право, был гораздо боле рад
Зерну Ячменному: оно не столь хоть видно,
Да сытно”.
.
Невежи судят точно так:
В чём толку не поймут, то всё у них пустяк.
И.А. Крылов (1808)

Следует объяснить значение слов невежа (грубый, невоспитанный человек) и невежда (малообразованный, малосведущий человек).

Басни Крылова
«Стихи о любви и стихи про любовь» — Любовная лирика русских поэтов & Антология русский поэзии. © Copyright Пётр Соловьёв

Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Добавить комментарий

;-) :| :x :twisted: :smile: :shock: :sad: :roll: :razz: :oops: :o :mrgreen: :lol: :idea: :grin: :evil: :cry: :cool: :arrow: :???: :?: :!:

Басни Ивана Андреевича Крылова

Иван Андреевич Крылов — замечательный писатель, сумевший дать басне высокий смысл и сатирическую остроту, актуальность и многозначность. Краткость и образность языка Крылова поразительны. Он умел создать целую картину или охарактеризовать своего героя всего несколькими словами.
В басне «Волк и Ягненок» он изображает Ягненка робеющим перед важным сановником — Волком, и весь строй речи Ягненка, подобострастной и боязливой, передает его характер:

«Когда светлейший Волк позволит.
Осмелюсь я донесть: Что ниже по ручью
От светлости его шагов я на сто пью. »

Елейная речь лицемера царя в басне «Мор зверей» всем стилем своим рисует его отталкивающий образ.

«О, други! — начал Лев: — По множеству грехов
Подпали мы под сильный гнев богов;
Так тот из нас, кто всех виновен боле,
пускай по доброй воле
Отдаст себя на жертву им.
Ох, признаюсь,— хоть это мне и больно,—
Не прав и я!»

Каждая басня писателя по-своему самобытна и индивидуальна. Крылов может при видимой скупости средств создать яркий характер, незабываемый живой образ. В басне «Собачья дружба» «характер» каждой собаки раскрывается в их «фразах».

«Что может,— говорит Полкан, — приятней быть,
Как с другом сердце к сердцу жить;
Во всем оказывать взаимную услугу;
Не спать без друга и не сесть.
Стоять горой за дружню шерсть. »
Барбос ответствует ему:
«Давно, Полканушка, мне больно самому.
Что, бывши одного двора с тобой собаки.
Мы дня не проживем без драки. »

Но не только слова — самые звуки крыловского языка ярко рисуют то, что описывает автор. Вслушайтесь в эти звуки:

В свой ряд смиренный Вол им так мычит:
«И мы
Грешны. »

Близость языка Ивана Андреевича к народной речи сказалась и в том, что писатель вставлял в свои басни пословицы и поговорки, и они вполне сливались с общим тоном басни;

Запели молодцы: кто в лес кто по дрова
И у кого что силы стало.
В ушах у гостя затрещало.
(«Музыканты»)

Читатель, истину любя,
Примолвлю к басне я, и то не от себя,—
Не попусту в народе говорится:
Не плюй в колодезь, пригодится
Воды напиться.
(«Лев и Мышь»)

Но еще замечательное то, что собственные стихи Крылова, легко запоминаясь, сами сделались пословицами, вошли в золотой фонд народной речи. Таких пословиц и поговорок из его басен осталось в русском языке много: «А ларчик просто открывался» («Ларчик»), «Ты виноват уж тем, что хочется мне кушать» («Волк и Ягненок»), «Рыльце у тебя в пуху» («Лисица и Сурок»), «Аи, Моська! Знать она сильна, что лает на Слона» («Слон и Моська»), «А Васька слушает да ест» («Кот и Повар») и много-много других не менее замечательных и выразительных.

У писателя много заимствованных из произведений других баснописцев сюжетов. Но связь Ивана Андреевича с народным творчеством, с языком народных сказок была так тесна, что даже эти заимствованные басни не звучат как переводы. Ведь яркий, меткий, живой русский язык Крылова не мог быть заимствован ни у кого.
Крылов — подлинно народный писатель, художник огромной силы, и влияние его на русскую литературу было глубоким и положительным.

У писателя много заимствованных из произведений других баснописцев сюжетов. Но связь Ивана Андреевича с народным творчеством, с языком народных сказок была так тесна, что даже эти заимствованные басни не звучат как переводы. Ведь яркий, меткий, живой русский язык Крылова не мог быть заимствован ни у кого.
Крылов — подлинно народный писатель, художник огромной силы, и влияние его на русскую литературу было глубоким и положительным.

В баснях «Волк на псарне» и «Щука и кот» уже можно говорить не столько об аллегории, сколько о метафоре. В этих двух баснях под образами волка и щуки подразумевается Наполеон. Можно долго говорить, что Наполеон был хитер, ловок, умен, умел быстро и ловко приспосабливаться к ситуации. Но он не рассчитал своих возможностей и попал «на псарню» вместо «овчарни». Соотнеся образ волка со всем аллегорическим смыслом басни, мы сразу угадываем в нем завоевателя Наполеона. Но при этом образ волка никак не сужается до изображения конкретного человека, он настолько широк и всеобъемлющ, что басня не теряет своей ценности и вне контекста эпохи.

Образы животных у Крылова можно сравнить с образами животных в сказках Салтыкова-Щедрина, где подчас, не зная исторической подоплеки, трудно угадать назначение этого образа в произведении.

Теперь можно сделать вывод, что человек не отделим от своего социального положения, поэтому образы животных можно классифицировать как метафоры определенных социальных уровней. Цари, вельможи, чиновники, «маленькие люди» также нашли свое метафорическое отражение в образах животных у Крылова. Например, в басне «Лев и барс», где лев и барс — выходцы из высших слоев общества, лиса и кот — из чиновничества. Сюда же можно отнести басню «Волк и ягненок». «Усильного всегда бессильный виноват», — гласит мораль этой басни. Образ ягненка использован не только как «Агнец Божий» — аллегория слабости и беззащитности. Этот образ еще и предстает как метафора определенного социального уровня, возможно, мелких чиновников.
Иногда Крылов иронизирует не только над социальными пороками (басня «Две собаки»), но и над самой опорой социальной лестницы — государственными институтами, и для этого также используются образы животных. Примером может служить басня «Квартет», где пародируется государственный совет, созданный в 1801 году, и его четыре департамента, возглавляемые «Проказницей мартышкой, Ослом, Козлом И косолапым мишкой». Что же ожидает такой квартет-совет в будущем, если в его главу поставлена даже не свора собак, а именно разные животные?

Итак, широко используемые Крыловым образы животных с разными характерами указывают на реалистическую основу крыловской басни. Реализм Крылова, связь его басен с народной основой придает его басням русский, национальный дух. Образы животных, которые подчас на иллюстрациях бывают изображены в русских национальных костюмах, несут в себе сатирическую типизацию черт русского национального характера.

Крылов использует прием индивидуализации речи персонажа. Баснописец вкладывает в уста животных отдельные элементы разговорной речи разных сословий того времени, например, в басне «Стрекоза и муравей» муравей говорит: «Кумушка, мне странно это», «Так поди же, попляши». Стоит обратить внимание и на ритмику этой басни. Образ попрыгуньи-стрекозы создается особым «прыгучим» размером — хореем. Крылов также широко применяет звукопись для создания «звукового» образа животного. Например, в басне «Змея» инструментовка на шипящие звуки и «з», в басне «Мор зверей» повторение звуков «м», «у», «ы».

Ориентация Крылова на русскую разговорную речь наглядно проявилась в его баснях благодаря введению в них образа рассказчика. Повествование о действиях персонажей ведется в определенной манере, ясно различим личностный тон рассказчика с присущими ему формами и оборотами речи.

Вот «Лебедь, Рак да Щука», взявшись за дело, «из кожи лезут вон», вот «Механик пуще рвется», чтобы открыть Ларец, вот лягушка, захотевшая сравняться с Волом, вначале стала «топорщиться, пыхтеть», а затем «С натуги лопнула и — околела». Бедняк, увидев Смерть, «оторопел». Моська появляется «отколе ни возьмись».

Встречаются баснях такие обороты: «зима катит в глаза», ‘с ним была плутовка такова». Язык рассказчика басен — просторечно-фамильярный. Рассказчик как бы находится среди своих персонажей, говорит о них, как о знакомых, дает им прозвища: «попрыгунья-Стрекоза», «проказница Мартышка» , «Повар-грамотей», «механик-мудрец». Иногда в самих обращениях уже выражено отношение рассказчика: «мой бедный соловей», «бедный Фока мой», «мой хитрец» («Волк на псарне»).

Но приближение к персонажам не мешает давать им справедливую опенку: «Избави, Бог, и нас от этаких судей», «Кто про свои дела кричит всем без умолку, В том, верно, мало толку». Бывает, что рассказчик принимает позу хитрого простачка: «Кто виноват из них, кто прав — судить не нам, Да только воз и ныне там». Это как раз и есть то «веселое лукавство ума», о котором писал Пушкин.

Народные начала речи, звучащие в баснях Крылова, убедительно подтверждаются использованием в них пословиц и поговорок: «Запели молодцы, кто в лес, кто по дрова». («Музыканты»).
То, что в языке басен Крылова растворились народные выражения, составляет одну его особенность. Другую представляет обратное явление. Многие выражения из басен стали восприниматься как пословицы. «А Васька слушает, да ест»; «А ларчик просто открывался»; «Слона-то я и не приметил»; «Соседушка, я сыт по горло», — отпирается Фока. Мы живо представляем себе людей среднего сословия, их настроения и чувства.
Приемом речевых характеристик Крылов пользуется постоянно. Яркие примеры находим в баснях «Любопытный», «Кошка и Соловей», «Кот и Повар». Особенно мастерски передал Крылов слова Лисицы, выражающие тонкую лесть Вороне. Если сравнить разработку этого сюжета у Тре-дьяковского, Лафонтена, то последний пример наглядно продемонстрирует, что совершенствование басни шло именно по языковой, стилистической линии. В комплиментах Лисицы сквозит ирония. Иронией проникнуто авторское повествование. Это добавляет жизненности, создает условия для более трезвого вывода. Язык, речь героев действует на усложнение сюжета басни, это приводит к углублению ее смысла.

Вольный ямб Крылова отражал жизненное разнообразие, представшее в его баснях. Оно сказалось еще в расширении жанровых границ басни. Так, в басне Осел и Соловей» описание пения соловья дано языком, свойственным идиллии. Жуковский находил у Крылова «два стиха, которые не испортили бы никакого описания. в эпической поэме». Он же с восхищением отмечал его искусство изображения различных предметов. При описании мухи стихи «летают вместе с мухой». Стихи о медведе как бы тянутся, длинные слова передают медлительность и тяжесть медведя.

В своих баснях не забывал Крылов и звуковую сторону стихов. Возьмем, например, басню «Листы и Корни». Две части басни, соответствующие монологам Листов и Корней, подчеркиваются различным подбором звуков. Из восемнадцати стихов первой части только четыре не содержат звука «л», а в пяти стихах этот звук повторяется не по одному разу. Во второй части выделяются звуки «к», «р», «н», «п», «т». Противопоставление Листов и Корней дополнительно подчеркивается на фонетическом уровне. Так у Крылова и звуковой состав слова может нести смысловое значение.

Встречаются у Крылова, правда, не очень часто, такие речевые приемы, как сравнение и синекдоха. Например, в басне «Ворона и Курица»:
Тогда все жители, и малый и большой.
И вон из стен московских поднялися,
Как из улья пчелиный рой.
Для характеристики языка басен Крылова можно еще указать факт употребления необычного названия обычных предметов. Так, в нескольких баснях Крылов вместо «Ворона» говорит «вещунья»

Все вышесказанное позволяет заключить, что великий баснописец решил задачу сочетания народных элементов со структурой поэтической речи, благодаря чему внес существенный вклад в формирование русского литературного языка и поднял русскую басню на небывалую высоту.

В то же время Крылов обогатил русскую басню новыми реалистическими образами животных. Русский баснописец разработал принципы реалистической типизации, без которых невозможны были бы емкие сатирические образы животных у Салтыкова-Щедрина и вообще все дальнейшее движение русской литературы по пути изображения русского национального характера.

Предыдущий реферат из данного раздела: Достоинства басен Крылова

Мастерство Крылова-баснописца

Басни Ивана Андреевича Крылова по праву считаются высшими образцами этого жанра на русском языке. В них нашли свое отражение опыт, сознание и нравственные идеалы нашею народа, особенности национального характера. Это выразилось не только в оригинальной трактовке традиционных сюжетов, но прежде всего в том языке, которым написаны басни. В языке крыловских басен ослепительно проявилась живая народная речь. Именно благодаря басням Крылова она стала осознаваться как один из необходимых источников русского литературного языка.

Басня согласно определению из словаря — это «краткий рассказ, имеющий иносказательный смысл». В целях иносказания баснописцы разных времен использовали образы зверей и более того предметов. По художественным, а изредка и по цензурным соображениям на смену людям в басне приходят животные, наделенные отдельными человеческими чертами: трусостью, храбростью, добротой, мужеством и др. Такие образы животных, олицетворяющих какую-то одну черту человеческого характера, обширно использовали в своих баснях Эзоп, Федр, Лафонтен, Лессинг. Крылов наследовал эту традицию у своих предшественников. Чтобы понять, что нового привнес И. А. Крылов в басенный жанр, обратимся сначала к тому, что использовал он из опыта своих предшественников.
Аллегория пришла в литературу из фольклора, притчи, сказки, особенно сказок о животных, где действовали традиционные персонажи, — такие как лиса, медведь, заяц, волк. Каждый из них был заведомо наделен определенной чертой характера. Прием аллегории использовали классицисты, например, в одах. Крылов соединил опыт использования этого приема разными литературными жанрами в одно целое. Басенный муравей — олицетворение трудолюбия («Стрекоза и муравей»), свинья — невежества («Свинья под дубом»), ягненок — кротости, как «Агнец Божий» («Волк и ягненок»).

Иван Андреевич Крылов считал, что искоренить пороки человечества можно через их осмеяние. В его баснях высмеиваются жадность, невежество, чушь. Но Крылов по сравнению с Эзопом и Лафонтеном не ограничивается только простыми аллегориями. Образы животных у Крылова играют бо^Лее важную роль — они несут в себе не только отдельные черты, но и целые характеры. Басни Крылова имеют не только бытовой характер, чисто бытовыми можно назвать лишь некоторые из них.

У Крылова есть исторические и социальные басни, в которых образы животных получают совсем другое назначение. Прежде всего эти басни также высмеивают людские пороки через аллегорические образы животных Но во многих исторических баснях в персонажах животных угадывается уже целый характер, дается намек на определенного человека. Например, в басне «Воспитание Льва» Лев-отец — не только воплощение силы, мужества. Он ещё и царь зверей, это создает в басне определенный подтекст (имеется в виду воспитание Александра I швейцарцем Лагарпом). Лев-отец выступает в этом месте не только как мрачный царь, но и как заботливый, но недалекий отец, который поручил воспитание своего сына птице, забыв о том, что царствовать-то сын будет над зверями. В образе льва-отца обрисован целый характер, со всеми его достоинствами и недостатками, а не одно лишь какое-нибудь свойство человеческой натуры.

В баснях «Волк на псарне» и «Щука и кот» уже можно вещать не столько об аллегории, сколько о метафоре. В этих двух баснях под образами волка и щуки подразумевается Наполеон. Можно продолжительно вещать, что Наполеон был хитер, ловок, умен, умел быстро и ловко приспосабливаться к ситуации. Но он не рассчитал своих возможностей и попал «на псарню» вместо «овчарни». Соотнеся образ волка со всем аллегорическим смыслом басни, мы сразу угадываем в нем завоевателя Наполеона. Но при этом образ волка никак не сужается до изображения конкретного человека, он настолько широк и всеобъемлющ, что басня не теряет своей ценности и за пределами контекста эпохи.

Образы животных у Крылова можно сравнить с образами животных в сказках Салтыкова-Щедрина, где подчас, не зная исторической подоплеки, трудно угадать назначение этого образа в произведении.

Теперь можно сделать вывод, что человек не отделим от своего социального положения, поэтому образы животных можно классифицировать как метафоры определенных социальных уровней. Цари, вельможи, чиновники, «маленькие люди» также нашли свое метафорическое отражение в образах животных у Крылова. Например, в басне «Лев и барс», где лев и барс — выходцы из высших слоев общества, лиса и кот — из чиновничества. Сюда же можно отнести басню «Волк и ягненок». «Усильного вечно бессильный виноват», — гласит мораль этой басни. Образ ягненка использован не только как «Агнец Божий» — аллегория слабости и беззащитности. Этот образ ещё и предстает как метафора определенного социального уровня, быть может, мелких чиновников.

Иногда Крылов иронизирует не только над социальными пороками (басня «Две собаки»), но и над самой опорой социальной лестницы — государственными институтами, и для этого также используются образы животных. Примером может служить басня «Квартет», где пародируется государственный совет, созданный в 1801 году, и его четыре департамента, возглавляемые «Проказницей мартышкой, Ослом, Козлом И косолапым мишкой». Что же ожидает такой квартет-совет в будущем, если в его главу поставлена более того не свора собак, а как раз разные животные?

Итак, обширно используемые Крыловым образы животных с разными характерами указывают на реалистическую основу крыловской басни. Реализм Крылова, связь его басен с народной основой придает его басням русский, национальный дух. Образы животных, которые подчас на иллюстрациях бывают изображены в русских национальных костюмах, несут в себе сатирическую типизацию черт русского национального характера.

Крылов использует прием индивидуализации речи персонажа. Баснописец вкладывает в уста животных отдельные элементы разговорной речи разных сословий того времени, например, в басне «Стрекоза и муравей» муравей говорит: «Кумушка, мне странно это», «Так поди же, попляши». Стоит обратить чуткость и на ритмику этой басни. Образ попрыгуньи-стрекозы создается особым «прыгучим» размером — хореем. Крылов также обширно применяет звукопись для создания «звукового» образа животного. Например, в басне «Змея» инструментовка на шипящие звуки и «з», в басне «Мор зверей» повторение звуков «м», «у», «ы».

Ориентация Крылова на русскую разговорную речь наглядно проявилась в его баснях благодаря введению в них образа рассказчика. Повествование о действиях персонажей ведется в определенной манере, ясно различим личностный тон рассказчика с присущими ему формами и оборотами речи.

Вот «Лебедь, Рак да Щука», взявшись за дело, «из кожи лезут вон», вот «Механик пуще рвется», чтобы открыть Ларец, вот лягушка, захотевшая сравняться с Волом, первоначально стала «топорщиться, пыхтеть», а далее «С натуги лопнула и — околела». Бедняк, увидев Смерть, «оторопел». Моська появляется «отколе ни возьмись».

Встречаются баснях такие обороты: «зима катит в глаза», «с ним была плутовка такова». Язык рассказчика басен — просторечно-фамильярный. Рассказчик как бы пребывает среди своих персонажей, говорит о них, как о знакомых, дает им прозвища: «попрыгунья-Стрекоза», «проказница Мартышка» , «Повар-грамотей», «механик-мудрец». Иногда в самих обращениях уже выражено отношение рассказчика: «мой бедный соловей», «бедный Фока мой», «мой хитрец» («Волк на псарне»).

Но приближение к персонажам не мешает одаривать им справедливую опенку: «Избави, Бог, и нас от этаких судей», «Кто про свои дела кричит всем без умолку, В том, верно, мало толку». Бывает, что рассказчик принимает позу хитрого простачка: «Кто виноват из них, кто прав — судить не нам, Да только воз и ныне там». Это как раз и есть то «веселое лукавство ума», о котором писал Пушкин.

Народные начала речи, звучащие в баснях Крылова, убедительно подтверждаются использованием в них пословиц и поговорок: «Запели молодцы, кто в лес, кто по дрова». («Музыканты»).

То, что в языке басен Крылова растворились народные выражения, составляет одну его особенность. Другую представляет обратное явление. Многие выражения из басен стали восприниматься как пословицы. «А Васька слушает, да ест»; «А ларчик просто открывался»; «Слона-то я и не приметил»; «Соседушка, я сыт по горло», — отпирается Фока. Мы проворно представляем себе людей среднего сословия, их настроения и чувства.

Приемом речевых характеристик Крылов пользуется постоянно. Яркие примеры находим в баснях «Любопытный», «Кошка и Соловей», «Кот и Повар». Особенно мастерски передал Крылов слова Лисицы, выражающие тонкую лесть Вороне. Если сравнить разработку этого сюжета у Тре-дьяковского, Лафонтена, то последний пример наглядно продемонстрирует, что совершенствование басни шло как раз по языковой, стилистической линии. В комплиментах Лисицы сквозит ирония. Иронией проникнуто авторское повествование. Это добавляет жизненности, создает условия для более трезвого вывода. Язык, речь героев действует на усложнение сюжета басни, это приводит к углублению ее смысла.

Часто встречающиеся в басне интонации устной речи ни в коей мере не выводят ее из области письменности, словесного искусства. Басни Крылова — стихотворные произведения, на которые распространяются законы поэзии.

Разговорный язык басни способствует тому, что ее можно представить как маленькую комедию. Комизм ситуации часто дополняется комизмом языка. Непременное условие басни — действо подчеркивается частыми глагольными рифмами. Рифма у Крылова несет смысловую нагрузку.

Две Бочки ехали, одна с вином,

Здесь рифма соединяет как раз те слова, которые определяют предмет рассмотрения в басне. На ее примере покажем средства художественной выразительности языка Крылова. Рассказ представляет нам фантастическую картину: по городу едут сами по себе две бочки, одна — плавно, другая — несется и гремит. Если принять условность ситуации, то все выглядит полностью натурально: пыль столбом, прохожий жмется к стороне. Но во второй части басни прямо пишется о людях, которые «про свои дела кричат». Затем четко формулируется .мораль: «Кто делов истинно — тих часто на словах». И

дальше: «Великий человек. думает свою он крепку думу Без шуму». Это

«без шуму» точно повторяет слова из характеристики движения полной бочки, что устанавливает не только идейную, но и образную связь между ней и человеком деловым. Возвращаясь к началу рассказа, мы осмысляем его уже на другом уровне. Бочки оказываются условными предметами, обозначающими человеческие качества. Но это аллегорическое высказывание содержит добавочный метафорический компонент, который мы осознаем после прочтения всей басни. Метафорическое важность пустой бочки в данном контексте осмысляется применительно к пустому человеку, болтуну. Вся басня построена на сопоставлениях.

В басне «Слон на воеводстве» метафора оказывается главным выразительным средством рассказа. Реализация ее буквального смысла создает движение и комизм басни.

На примере басни «Две Бочки видна роль разностопного ямба, которым пользовался Крылов во всех своих баснях. В данном случае это выделение существенных моментов рассказа. С той же функцией мы встречаемся в баснях «Волк и Ягненок», «Крестьянин и Смерть», «Крестьяне и Река». Другими его функциями являются передача интонаций активный речи («Кот и Повар», «Обоз») и стремительного развития действия («Волк на псарне»).

Вольный ямб Крылова отражал жизненное разнообразие, представшее в его баснях. Оно сказалось ещё в расширении жанровых границ басни. Так, в басне Осел и Соловей» описание пения соловья дано языком, свойственным идиллии. Жуковский находил у Крылова «два стиха, которые не испортили бы никакого описания. в эпической поэме». Он же с восхищением отмечал его искусство изображения различных предметов. При описании мухи стихи «летают совместно с мухой». Стихи о медведе как бы тянутся, длинные слова передают медлительность и тяжесть медведя.

В своих баснях не забывал Крылов и звуковую сторону стихов. Возьмем, например, басню «Листы и Корни». Две части басни, соответствующие монологам Листов и Корней, подчеркиваются различным подбором звуков. Из восемнадцати стихов первой части только четыре не содержат звука «л», а в пяти стихах тот самый звук повторяется не по одному разу. Во второй части выделяются звуки «к», «р», «н», «п», «т». Противопоставление Листов и Корней дополнительно подчеркивается на фонетическом уровне. Так у Крылова и звуковой состав слова может нести смысловое важность.

Встречаются у Крылова, правда, не очень часто, такие речевые приемы, как сравнение и синекдоха. Например, в басне «Ворона и Курица»:

Тогда все обитатели, и малый и большой.

И вон из стен московских поднялися,

Как из улья пчелиный рой.

Для характеристики языка басен Крылова можно ещё указать факт употребления необычного названия обычных предметов. Так, в нескольких баснях Крылов вместо «Ворона» говорит «вещунья»

Все вышесказанное позволяет заключить, что великий баснописец решил задачу сочетания народных элементов со структурой поэтической речи, благодаря чему привнес существенный вклад в формирование русского литературного языка и поднял русскую басню на небывалую высоту.

В то же пора Крылов обогатил русскую басню новыми реалистическими образами животных. Русский баснописец разработал принципы реалистической типизации, без которых невозможны были бы емкие сатирические образы животных у Салтыкова-Щедрина и вообще все дальнейшее движение русской литературы по пути изображения русского национального характера.

Басня крылова квартет на русском

Басня согласно определению из словаря &#151 это «краткий рассказ, имеющий иносказательный смысл». В целях иносказания баснописцы разных времен использовали образы зверей и даже предметов. По художественным, а иногда и по цензурным соображениям на смену людям в басне приходят животные, наделенные отдельными человеческими чертами: трусостью, храбростью, добротой, мужеством и др. Такие образы животных, олицетворяющих какую-то одну черту человеческого характера, широко использовали в своих баснях Эзоп, Федр, Лафонтен, Лессинг.. Крылов наследовал эту традицию у своих предшественников. Чтобы понять, что нового внес И. А. Крылов в басенный жанр, обратимся сначала к тому, что использовал он из опыта своих предшественников.

Аллегория пришла в литературу из фольклора, притчи, сказки, особенно сказок о животных, где действовали традиционные персонажи, &#151 такие как лиса, медведь, заяц, волк. Каждый из Них был заведомо наделен определенной чертой характера. Прием аллегории использовали классицисты, например, в одах. Крылов соединил опыт использования этого приема разными литературными жанрами в одно целое. Басенный муравей &#151 олицетворение трудолюбия («Стрекоза и муравей»), свинья &#151 невежества («Свинья под дубом»), ягненок &#151 кротости, как «Агнец Божий» («Волк и ягненок»).

Иван Андреевич Крылов считал, что искоренить пороки человечества можно через их осмеяние. В его баснях высмеиваются жадность, невежество, глупость. Но Крылов по сравнению с Эзопом и Лафонтеном не ограничивается только простыми аллегориями. Образы животных у Крылова играют более важную роль &#151 они несут в себе не только отдельные черты, но и целые характеры. Басни Крылова имеют не только бытовой характер, чисто бытовыми можно назвать лишь некоторые из них.

У Крылова есть исторические и социальные басни, в которых образы животных получают совсем другое назначение. Прежде всего эти басни также высмеивают людские пороки через аллегорические образы животных. Но во многих исторических баснях в персонажах животных угадывается уже целый характер, дается намек на определенного человека. Например, в басне «Воспитание Льва» Лев-отец &#151 не только воплощение силы, мужества. Он еще и царь зверей, это создает в басне определенный подтекст (имеется в виду воспитание Александра I швейцарцем Лагарпом). Лев-отец выступает здесь не только как грозный царь, но и как заботливый, но недалекий отец, который поручил воспитание своего сына птице, забыв о том, что царствовать-то сын будет над зверями. В образе льва-отца обрисован целый характер, со всеми его достоинствами и недостатками, а не одно лишь какое-нибудь свойство человеческой натуры.

В баснях «Волк на псарне» и «Щука и кот» уже можно говорить не столько об аллегории, сколько о метафоре. В этих двух баснях под образами волка и щуки подразумевается Наполеон. Можно долго говорить, что Наполеон был хитер, ловок, умен, умел быстро и ловко приспосабливаться к ситуации. Но он не рассчитал своих возможностей и попал «на псарню» вместо «овчарни». Соотнеся образ волка со всем аллегорическим смыслом басни, мы сразу угадываем в нем завоевателя Наполеона. Но при этом образ волка никак не сужается до изображения конкретного человека, он настолько широк и всеобъемлющ, что басня не теряет своей ценности и вне контекста эпохи.

Образы животных у Крылова можно сравнить с образами животных в сказках Салтыкова-Щедрина, где подчас, не зная исторической подоплеки, трудно угадать назначение этого образа в произведении.

Теперь можно сделать вывод, что человек не отделим от своего социального положения, поэтому образы животных можно классифицировать как метафоры определенных социальных уровней. Цари, вельможи, чиновники, «маленькие люди» также нашли, свое метафорическое отражение в образах животных у Крылова. Например, в басне «Лев и барс», где лев и барс &#151 выходцы из высших слоев общества, лиса и кот &#151 из чиновничества. Сюда же можно отнести басню «Волк и ягненок». «У сильного всегда бессильный виноват», &#151 гласит мораль этой басни. Образ ягненка использован не только как «Агнец Божий» &#151 аллегория слабости и беззащитности. Этот образ еще и предстает как метафора определенного социального уровня, возможно, мелких чиновников.

Иногда Крылов иронизирует не только над социальными пороками (басня «Две собаки»), но и над самой опорой социальной лестницы &#151 государственными институтами, и для этого также используются образы животных. Примером может служить басня «Квартет», где пародируется государственный совет, созданный в 1801 году, и его четыре департамента, возглавляемые «Проказницей мартышкой, Ослом, Козлом И косолапым мишкой». Что же ожидает такой квартет-совет в будущем, если в его главу поставлена даже не свора собак, а именно разные животные?

Итак, широко используемые Крыловым образы животных с разными характерами указывают на реалистическую основу крыловской басни. Реализм Крылова, связь его басен с народной основой придает его басням русский, национальный дух. Образы животных, которые подчас на иллюстрациях бывают изображены в русских национальных костюмах, несут в себе сатирическую типизацию черт русского национального характера.

Крылов использует прием индивидуализации речи персонажа. Баснописец вкладывает в уста животных отдельные элементы разговорной речи разных сословий того времени, например, в басне «Стрекоза и муравей» муравей говорит: «Кумушка, мне странно это», «Так поди же, попляши». Стоит обратить внимание и на ритмику этой басни. Образ попрыгуньи-стрекозы создается особым «прыгучим» размером &#151 хореем. Крылов также широко применяет звукопись для создания «звукового» образа животного. Например, в басне «Змея» инструментовка на шипящие звуки и «з», в басне «Мор зверей» повторение звуков «м», «у», «ы».

Ориентация Крылова на русскую разговорную речь наглядно проявилась в его баснях благодаря введению в них образа рассказчика. Повествование о действиях персонажей ведется в определенной манере, ясно различим личностный тон рассказчика с присущими ему формами и оборотами речи.

Вот «Лебедь, Рак да Щука», взявшись за дело, «из кожи лезут вон», вот «Механик пуще рвется», чтобы открыть Ларец, вот лягушка, захотевшая сравняться С Волом, вначале стала «топорщиться, пыхтеть», а затем «С натуги лопнула и &#151 околела». Бедняк, увидев Смерть, «оторопел». Моська появляется «отколе ни возьмись».

Встречаются баснях такие обороты: «зима катит в глаза», «с ним была плутовка такова». Язык рассказчика басен &#151 просторечно-фамильярный. Рассказчик как бы находится среди своих персонажей, говорит о них, как о знакомых, дает им прозвища: «попрыгунья-Стрекоза», «проказница Мартышка» , «Повар-грамотей», «механик-мудрец». Иногда в самих обращениях уже выражено отношение рассказчика: «мой бедный соловей», «бедный Фока мой», «мой хитрец» («Волк на псарне»).

Но приближение к персонажам не мешает давать им справедливую оценку: «Избави, Бог, и нас от этаких судей», «Кто про свои дела кричит всем без умолку, В том, верно, мало толку». Бывает, что рассказчик принимает позу хитрого простачка: «Кто виноват из них, кто прав &#151 судить не нам, Да только воз и ныне там». Это как раз и есть то «веселое лукавство ума», о котором писал Пушкин.

Народные начала речи, звучащие в баснях Крылова, убедительно подтверждаются использованием в них пословиц и поговорок: «Запели молодцы, кто в лес, кто по дрова». («Музыканты»).

То, что в языке басен Крылова растворились народные выражения, составляет одну его особенность. Другую представляет обратное явление. Многие выражения из басен стали восприниматься как пословицы. «А Васька слушает, да ест»; «А ларчик просто открывался»; «Слона-то я и не приметил»; «Соседушка, я сыт по горло», &#151 отпирается Фока. Мы живо представляем себе людей среднего сословия, их настроения и чувства.

Приемом речевых характеристик Крылов пользуется постоянно. Яркие примеры находим в баснях «Любопытный», «Кошка и Соловей», «Кот и Повар». Особенно мастерски передал Крылов слова Лисицы, выражающие тонкую лесть Вороне. Если сравнить разработку этого сюжета у Тредьяковского, Лафонтена, то последний пример наглядно продемонстрирует, что совершенствование басни шло именно по языковой, стилистической линии. В комплиментах Лисицы сквозит ирония. Иронией проникнуто авторское повествование. Это добавляет жизненности, создает условия для более трезвого вывода. Язык, речь героев действует на усложнение сюжета басни, это приводит к углублению ее смысла.

Часто встречающиеся в басне интонации устной речи ни в коей мере не выводят ее из области письменности, словесного искусства. Басни Крылова &#151 стихотворные произведения, на которые распространяются законы поэзии.

Разговорный язык басни способствует тому, что ее можно представить как маленькую комедию. Комизм ситуации часто дополняется комизмом языка. Непременное условие басни &#151 действие подчеркивается частыми глагольными рифмами. Рифма у Крылова несет смысловую нагрузку.

Две Бочки ехали, одна с вином,
Другая
Пустая.

Здесь рифма соединяет именно те слова, которые определяют предмет рассмотрения в басне. На ее примере покажем средства художественной выразительности языка Крылова. Рассказ представляет нам фантастическую картину: по городу едут сами по себе две бочки, одна &#151 плавно, другая &#151 несется и гремит. Если принять условность ситуации, то все выглядит вполне натурально: пыль столбом, прохожий жмется к стороне. Но во второй части басни прямо говорится о людях, которые «про свои дела кричат». Затем четко формулируется мораль: «Кто делов истинно &#151 тих часто на словах». И дальше: «Великий человек. думает свою он крепку думу Без шуму». Это «без шуму» точно повторяет слова из характеристики движения полной бочки, что устанавливает не только идейную, но и образную связь между ней и человеком деловым. Возвращаясь к началу рассказа, мы осмысляем его уже на другом уровне. Бочки оказываются условными предметами, обозначающими человеческие качества. Но это аллегорическое высказывание содержит дополнительный метафорический элемент, который мы осознаем после прочтения всей басни. Метафорическое значение пустой бочки в данном контексте осмысляется применительно к пустому человеку, болтуну. Вся басня построена на сопоставлениях.

В басне «Слон на воеводстве» метафора оказывается главным выразительным средством рассказа. Реализация ее буквального смысла создает движение и комизм басни.

На примере басни «Две Бочки» видна роль разностопного ямба, которым пользовался Крылов во всех своих баснях. В данном случае это выделение существенных моментов рассказа. С той же функцией мы встречаемся в баснях «Волк и Ягненок», «Крестьянин и Смерть», «Крестьяне и Река». Другими его функциями являются передача интонаций живой речи («Кот и Повар», «Обоз») и стремительного развития действия («Волк на псарне»).

Вольный ямб Крылова отражал жизненное разнообразие, представшее в его баснях. Оно сказалось еще в расширении жанровых границ басни. Так, в басне »Осел и Соловей» описание пения соловья дано языком, свойственным идиллии. Жуковский находил у Крылова «два стиха, которые не испортили бы никакого описания. в эпической поэме». Он же с восхищением отмечал его искусство изображения различных предметов. При описании мухи стихи «летают вместе с мухой». Стихи о медведе как бы тянутся, длинные слова передают медлительность и тяжесть медведя.

В своих баснях не забывал Крылов и звуковую сторону стихов. Возьмем, например, басню «Листы и Корни». Две части басни, соответствующие монологам Листов и Корней, подчеркиваются различным подбором звуков. Из восемнадцати стихов первой части только четыре не содержат звука «л», а в пяти стихах этот звук повторяется не по одному разу. Во второй части выделяются звуки «к», «р», «н», «п», «т». Противопоставление Листов и Корней дополнительно подчеркивается на фонетическом уровне. Так у Крылова и звуковой состав слова может нести смысловое значение.

Встречаются у Крылова, правда, не очень часто, такие речевые приемы, как сравнение и синекдоха. Например, в басне «Ворона и Курица»:

Тогда все жители, и малый и большой.
И вон из стен московских поднялися, Как из улья пчелиный рой.

Для характеристики языка басен Крылова можно еще указать факт употребления необычного названия обычных предметов. Так, в нескольких баснях Крылов вместо «Ворона» говорит «вещунья».

Все вышесказанное позволяет заключить, что великий баснописец решил задачу сочетания народных элементов со структурой поэтической речи, благодаря чему внес существенный вклад в формирование русского литературного языка и поднял русскую-басню на небывалую высоту.

Квартет

Да косолапый Мишка

Затеяли сыграть Квартет.

Достали нот, баса, альта, две скрипки

И сели на лужок под липки, —

Пленять своим искусством свет.

Ударили в смычки, дерут, а толку нет.

«Стой, братцы, стой! — кричит Мартышка. — Погодите!

Как музыке идти? Ведь вы не так сидите.

Ты с басом, Мишенька, садись против альта,

Я, прима, сяду против вторы;

Тогда пойдет уж музыка не та:

У нас запляшут лес и горы!»

Расселись, начали Квартет;

Он все-таки на лад нейдет.

«Постойте ж, я сыскал секрет! —

Кричит Осел, — мы, верно, уж поладим,

Коль рядом сядем».

Послушались Осла: уселись чинно в ряд;

А все-таки Квартет нейдет на лад.

Вот пуще прежнего пошли у них разборы

Кому и как сидеть.

Случилось Соловью на шум их прилететь.

Тут с просьбой все к нему, чтоб их решить сомненье.

«Пожалуй, — говорят, — возьми на час терпенье,

Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Добавить комментарий

;-) :| :x :twisted: :smile: :shock: :sad: :roll: :razz: :oops: :o :mrgreen: :lol: :idea: :grin: :evil: :cry: :cool: :arrow: :???: :?: :!:

Басни Ивана Андреевича Крылова

Иван Андреевич Крылов — замечательный писатель, сумевший дать басне высокий смысл и сатирическую остроту, актуальность и многозначность. Краткость и образность языка Крылова поразительны. Он умел создать целую картину или охарактеризовать своего героя всего несколькими словами.
В басне «Волк и Ягненок» он изображает Ягненка робеющим перед важным сановником — Волком, и весь строй речи Ягненка, подобострастной и боязливой, передает его характер:

«Когда светлейший Волк позволит.
Осмелюсь я донесть: Что ниже по ручью
От светлости его шагов я на сто пью. »

Елейная речь лицемера царя в басне «Мор зверей» всем стилем своим рисует его отталкивающий образ.

«О, други! — начал Лев: — По множеству грехов
Подпали мы под сильный гнев богов;
Так тот из нас, кто всех виновен боле,
пускай по доброй воле
Отдаст себя на жертву им.
Ох, признаюсь,— хоть это мне и больно,—
Не прав и я!»

Каждая басня писателя по-своему самобытна и индивидуальна. Крылов может при видимой скупости средств создать яркий характер, незабываемый живой образ. В басне «Собачья дружба» «характер» каждой собаки раскрывается в их «фразах».

«Что может,— говорит Полкан, — приятней быть,
Как с другом сердце к сердцу жить;
Во всем оказывать взаимную услугу;
Не спать без друга и не сесть.
Стоять горой за дружню шерсть. »
Барбос ответствует ему:
«Давно, Полканушка, мне больно самому.
Что, бывши одного двора с тобой собаки.
Мы дня не проживем без драки. »

Но не только слова — самые звуки крыловского языка ярко рисуют то, что описывает автор. Вслушайтесь в эти звуки:

В свой ряд смиренный Вол им так мычит:
«И мы
Грешны. »

Близость языка Ивана Андреевича к народной речи сказалась и в том, что писатель вставлял в свои басни пословицы и поговорки, и они вполне сливались с общим тоном басни;

Запели молодцы: кто в лес кто по дрова
И у кого что силы стало.
В ушах у гостя затрещало.
(«Музыканты»)

Читатель, истину любя,
Примолвлю к басне я, и то не от себя,—
Не попусту в народе говорится:
Не плюй в колодезь, пригодится
Воды напиться.
(«Лев и Мышь»)

Но еще замечательное то, что собственные стихи Крылова, легко запоминаясь, сами сделались пословицами, вошли в золотой фонд народной речи. Таких пословиц и поговорок из его басен осталось в русском языке много: «А ларчик просто открывался» («Ларчик»), «Ты виноват уж тем, что хочется мне кушать» («Волк и Ягненок»), «Рыльце у тебя в пуху» («Лисица и Сурок»), «Аи, Моська! Знать она сильна, что лает на Слона» («Слон и Моська»), «А Васька слушает да ест» («Кот и Повар») и много-много других не менее замечательных и выразительных.

У писателя много заимствованных из произведений других баснописцев сюжетов. Но связь Ивана Андреевича с народным творчеством, с языком народных сказок была так тесна, что даже эти заимствованные басни не звучат как переводы. Ведь яркий, меткий, живой русский язык Крылова не мог быть заимствован ни у кого.
Крылов — подлинно народный писатель, художник огромной силы, и влияние его на русскую литературу было глубоким и положительным.

У писателя много заимствованных из произведений других баснописцев сюжетов. Но связь Ивана Андреевича с народным творчеством, с языком народных сказок была так тесна, что даже эти заимствованные басни не звучат как переводы. Ведь яркий, меткий, живой русский язык Крылова не мог быть заимствован ни у кого.
Крылов — подлинно народный писатель, художник огромной силы, и влияние его на русскую литературу было глубоким и положительным.

В баснях «Волк на псарне» и «Щука и кот» уже можно говорить не столько об аллегории, сколько о метафоре. В этих двух баснях под образами волка и щуки подразумевается Наполеон. Можно долго говорить, что Наполеон был хитер, ловок, умен, умел быстро и ловко приспосабливаться к ситуации. Но он не рассчитал своих возможностей и попал «на псарню» вместо «овчарни». Соотнеся образ волка со всем аллегорическим смыслом басни, мы сразу угадываем в нем завоевателя Наполеона. Но при этом образ волка никак не сужается до изображения конкретного человека, он настолько широк и всеобъемлющ, что басня не теряет своей ценности и вне контекста эпохи.

Образы животных у Крылова можно сравнить с образами животных в сказках Салтыкова-Щедрина, где подчас, не зная исторической подоплеки, трудно угадать назначение этого образа в произведении.

Теперь можно сделать вывод, что человек не отделим от своего социального положения, поэтому образы животных можно классифицировать как метафоры определенных социальных уровней. Цари, вельможи, чиновники, «маленькие люди» также нашли свое метафорическое отражение в образах животных у Крылова. Например, в басне «Лев и барс», где лев и барс — выходцы из высших слоев общества, лиса и кот — из чиновничества. Сюда же можно отнести басню «Волк и ягненок». «Усильного всегда бессильный виноват», — гласит мораль этой басни. Образ ягненка использован не только как «Агнец Божий» — аллегория слабости и беззащитности. Этот образ еще и предстает как метафора определенного социального уровня, возможно, мелких чиновников.
Иногда Крылов иронизирует не только над социальными пороками (басня «Две собаки»), но и над самой опорой социальной лестницы — государственными институтами, и для этого также используются образы животных. Примером может служить басня «Квартет», где пародируется государственный совет, созданный в 1801 году, и его четыре департамента, возглавляемые «Проказницей мартышкой, Ослом, Козлом И косолапым мишкой». Что же ожидает такой квартет-совет в будущем, если в его главу поставлена даже не свора собак, а именно разные животные?

Итак, широко используемые Крыловым образы животных с разными характерами указывают на реалистическую основу крыловской басни. Реализм Крылова, связь его басен с народной основой придает его басням русский, национальный дух. Образы животных, которые подчас на иллюстрациях бывают изображены в русских национальных костюмах, несут в себе сатирическую типизацию черт русского национального характера.

Крылов использует прием индивидуализации речи персонажа. Баснописец вкладывает в уста животных отдельные элементы разговорной речи разных сословий того времени, например, в басне «Стрекоза и муравей» муравей говорит: «Кумушка, мне странно это», «Так поди же, попляши». Стоит обратить внимание и на ритмику этой басни. Образ попрыгуньи-стрекозы создается особым «прыгучим» размером — хореем. Крылов также широко применяет звукопись для создания «звукового» образа животного. Например, в басне «Змея» инструментовка на шипящие звуки и «з», в басне «Мор зверей» повторение звуков «м», «у», «ы».

Ориентация Крылова на русскую разговорную речь наглядно проявилась в его баснях благодаря введению в них образа рассказчика. Повествование о действиях персонажей ведется в определенной манере, ясно различим личностный тон рассказчика с присущими ему формами и оборотами речи.

Вот «Лебедь, Рак да Щука», взявшись за дело, «из кожи лезут вон», вот «Механик пуще рвется», чтобы открыть Ларец, вот лягушка, захотевшая сравняться с Волом, вначале стала «топорщиться, пыхтеть», а затем «С натуги лопнула и — околела». Бедняк, увидев Смерть, «оторопел». Моська появляется «отколе ни возьмись».

Встречаются баснях такие обороты: «зима катит в глаза», ‘с ним была плутовка такова». Язык рассказчика басен — просторечно-фамильярный. Рассказчик как бы находится среди своих персонажей, говорит о них, как о знакомых, дает им прозвища: «попрыгунья-Стрекоза», «проказница Мартышка» , «Повар-грамотей», «механик-мудрец». Иногда в самих обращениях уже выражено отношение рассказчика: «мой бедный соловей», «бедный Фока мой», «мой хитрец» («Волк на псарне»).

Но приближение к персонажам не мешает давать им справедливую опенку: «Избави, Бог, и нас от этаких судей», «Кто про свои дела кричит всем без умолку, В том, верно, мало толку». Бывает, что рассказчик принимает позу хитрого простачка: «Кто виноват из них, кто прав — судить не нам, Да только воз и ныне там». Это как раз и есть то «веселое лукавство ума», о котором писал Пушкин.

Народные начала речи, звучащие в баснях Крылова, убедительно подтверждаются использованием в них пословиц и поговорок: «Запели молодцы, кто в лес, кто по дрова». («Музыканты»).
То, что в языке басен Крылова растворились народные выражения, составляет одну его особенность. Другую представляет обратное явление. Многие выражения из басен стали восприниматься как пословицы. «А Васька слушает, да ест»; «А ларчик просто открывался»; «Слона-то я и не приметил»; «Соседушка, я сыт по горло», — отпирается Фока. Мы живо представляем себе людей среднего сословия, их настроения и чувства.
Приемом речевых характеристик Крылов пользуется постоянно. Яркие примеры находим в баснях «Любопытный», «Кошка и Соловей», «Кот и Повар». Особенно мастерски передал Крылов слова Лисицы, выражающие тонкую лесть Вороне. Если сравнить разработку этого сюжета у Тре-дьяковского, Лафонтена, то последний пример наглядно продемонстрирует, что совершенствование басни шло именно по языковой, стилистической линии. В комплиментах Лисицы сквозит ирония. Иронией проникнуто авторское повествование. Это добавляет жизненности, создает условия для более трезвого вывода. Язык, речь героев действует на усложнение сюжета басни, это приводит к углублению ее смысла.

Вольный ямб Крылова отражал жизненное разнообразие, представшее в его баснях. Оно сказалось еще в расширении жанровых границ басни. Так, в басне Осел и Соловей» описание пения соловья дано языком, свойственным идиллии. Жуковский находил у Крылова «два стиха, которые не испортили бы никакого описания. в эпической поэме». Он же с восхищением отмечал его искусство изображения различных предметов. При описании мухи стихи «летают вместе с мухой». Стихи о медведе как бы тянутся, длинные слова передают медлительность и тяжесть медведя.

В своих баснях не забывал Крылов и звуковую сторону стихов. Возьмем, например, басню «Листы и Корни». Две части басни, соответствующие монологам Листов и Корней, подчеркиваются различным подбором звуков. Из восемнадцати стихов первой части только четыре не содержат звука «л», а в пяти стихах этот звук повторяется не по одному разу. Во второй части выделяются звуки «к», «р», «н», «п», «т». Противопоставление Листов и Корней дополнительно подчеркивается на фонетическом уровне. Так у Крылова и звуковой состав слова может нести смысловое значение.

Встречаются у Крылова, правда, не очень часто, такие речевые приемы, как сравнение и синекдоха. Например, в басне «Ворона и Курица»:
Тогда все жители, и малый и большой.
И вон из стен московских поднялися,
Как из улья пчелиный рой.
Для характеристики языка басен Крылова можно еще указать факт употребления необычного названия обычных предметов. Так, в нескольких баснях Крылов вместо «Ворона» говорит «вещунья»

Все вышесказанное позволяет заключить, что великий баснописец решил задачу сочетания народных элементов со структурой поэтической речи, благодаря чему внес существенный вклад в формирование русского литературного языка и поднял русскую басню на небывалую высоту.

В то же время Крылов обогатил русскую басню новыми реалистическими образами животных. Русский баснописец разработал принципы реалистической типизации, без которых невозможны были бы емкие сатирические образы животных у Салтыкова-Щедрина и вообще все дальнейшее движение русской литературы по пути изображения русского национального характера.

Предыдущий реферат из данного раздела: Достоинства басен Крылова

Басня (почти по Крылову)

Однажды в солнечный денек
Шел по лесу один сурок
Смотрел на травку и цветы —
Природу дивной красоты.
И вдруг ему пришла мысля —
Не оставляя напосля
Создать в лесу том литкружок,
Чтоб каждый из зверюшек мог
Воспеть и травку и цветы —
Природу дивной красоты.
И стали звери рифмовать —
Стихи потешные слагать.
Их на кусочках бересты
Развешивали на кусты,
Чтоб всякий зверь мог прочитать
И свое мнение сказать.
Но как-то раз (была среда)
Сидели звери у костра.
В лесу завидев огонек
Приперся к ним один хорек.
Давно он по лесу гулял —
Стихи зверюшкины читал:
«Ну что за рифмы, что за слог!
Любой хорек бы лучше смог!
Берите вы с меня пример:
Я в этом деле — пионер!
В том смысле, что всегда готов
Всем показать пример стихов!
Чтоб вирши правильно слагать,
Вам медицину нужно знать,
Психоанализ и труды
Блаватской, Рериха — на «ты».
Вот я — продвинутый хорек!
Я Фрейда — вдоль и поперек,
А так же с Рерихом на «ты»,
Прочел Блаватской все труды!»
Все звери впали в депресняк,
Ведь не поймут они никак
В чем связь Блаватской той трудов,
Природы, травки и цветов?
Сидят вокруг костра, молчат
Да в небо звездное глядят.
Тут Филин влруг захохотал:
«Я вспомнил, был когда-то бал,
И к нам на бал пришел медведь
И тоже стал на всех. реветь:
«Зачем барсук присел на сук? Зачем хорек пошел в ларек?
И почему енот и крот танцуют танго и фокстрот. «

Пчёлы и мёд в баснях И. А. Крылова

Если внимательно прочитать басни И. А. Крылова о пчёлах, то сразу становится понятно, какие человеческие пороки высмеивает автор. В баснях Ивана Андреевича показана хищническая практика социальных “верхов” и их паразитическая мораль.

Мне, пчеловоду, приятно осознавать, что пчела у Ивана Андреевича – положительный персонаж, представительница порядочных слоёв общества. В отличие от хищников, которые “богаты иль когтем, иль зубком”, она символизирует нравственное превосходство народных масс.

Один из самых почитаемых образов у Крылова – трудолюбивая пчела, за которой скрывается сам народ, а мухи, пауки – тунеядцы, расхитители народного добра.

Иван Андреевич Крылов – великий русский баснописец XIX века. В баснях Крылова отразились быт и нравы народа, его житейский опыт, народная мудрость, русский дух и характер. Многие выражения из басен Крылова стали пословицами, поговорками.

Безнаказанное казнокрадство, зло высмеяно Крыловым в басне “Медведь у пчёл”, где “надсмотрщик за ульями” – Медведь “потаскал весь мёд в свою берлогу”, и хотя “по форме нарядили суд” и Мишке дали отставку, старый плут прекрасно переждал зиму в тёплой берлоге…

Медведь у Пчел.

Когда-то, о весне, зверями

В надсмотрщики Медведь был выбран над ульями,

Хоть можно б выбрать тут другого поверней,

Затем что к меду Мишка падок,

Так не было б оглядок;

Да, спрашивай ты толку у зверей!

Кто к ульям ни просился,

С отказом отпустили всех,

Тут Мишка очутился.

Мой Мишка потаскал весь мед в свою берлогу.

Узнали, подняли тревогу,

По форме нарядили суд,

Отставку Мишке дали

Чтоб зиму пролежал в берлоге старый плут.

Решили, справили, скрепили;

Но меду все не воротили.

А Мишенька и ухом не ведет:

Со светом Мишка распрощался,

В берлогу теплую забрался,

И лапу с медом там сосет

Да у моря погоды ждет.

Муха и Пчела.

В саду, весной, при легком ветерке,

На тонком стебельке

Качалась Муха, сидя,

И, на цветке Пчелу увидя,

Спесиво говорит: “Уж как тебе не лень

С утра до вечера трудиться целый день!

На месте бы твоем я в сутки захирела.

Вот, например, мое

Так, право, райское житье!

За мною только лишь и дела,

Летать по балам, по гостям.

И молвить, не хвалясь, мне в городе знакомы

Вельмож и богачей все домы.

Когда б ты видела, как я пирую там!

Где только свадьба, именины,—

Из первых я уж верно тут.

И ем с фарфоровых богатых блюд,

И пью из хрусталей блестящих сладки вины,

И прежде всех гостей

Беру, что вздумаю, из лакомых сластей;

Притом же, жалуя пол нежной,

Вкруг молодых красавиц вьюсь

И отдыхать у них сажусь

На щечке розовой иль шейке белоснежной”. –

“Всё это знаю я», – ответствует Пчела.

“Но и о том дошли мне слухи,

Что никому ты не мила,

Что на пирах лишь морщатся от Мухи,

Что даже часто, где, покажешься ты в дом,

Тебя гоняют со стыдом”. –

“Вот”, – Муха говорит: “гоняют! Что́ ж такое?

Коль выгонят в окно, так я влечу в другое”.

Орел и пчела

Счастлив, кто на чреде трудится знаменитой,

Ему и то уж силы придает,

Что подвигов его свидетель целый свет.

Но сколь и тот почтен, кто, в низости сокрытый,

За все труды, за весь потерянный покой

Ни славою, ни почестьми не льстится,

И мыслью оживлен одной,

Что к пользе общей он трудится.

Увидя, как Пчела хлопочет вкруг цветка,

Сказал Орел однажды ей с презреньем:

“Как ты, бедняжка, мне жалка,

Со всей твоей работой и с уменьем!

Вас в улье тысячи все лето лепят сот.

Да кто же после разберет

И отличит твои работы?

Я, право, не пойму охоты:

Трудиться целый век и что ж иметь в виду.

Безвестной умереть со всеми наряду!

Какая разница меж нами!

Когда, расширяся шумящими крылами,

Ношуся я под облаками,

То всюду рассеваю страх:

Не смеют от земли пернатые подняться,

Не дремлют пастухи при тучных их стадах;

Ни лани быстрые не смеют на полях,

Меня завидя, показаться”.

Пчела ответствует: “Тебе хвала и честь!

Да продлит над тобой Зевес свои щедроты!

А я, родясь труды для общей пользы несть,

Не отличать ищу свои работы,

Но утешаюсь тем, на наши смотря соты,

Что в них и моего хоть капля меду есть”.

Пчела и Мухи.

Две Мухи собрались лететь в чужие краи,

И стали подзывать с собой туда Пчелу

Им насказали попугаи

О дальних сторонах большую похвалу.

Притом же им самим казалося обидно,

Что их на родине своей

Везде гоняют из гостей;

И даже до чего (как людям-то не стыдно,

И что они за чудаки!),

Чтоб поживиться им не дать сластями

За пышными столами,

Придумали от них стеклянны колпаки;

А в хижинах на них злодеи пауки.

“Путь добрый вам,- Пчела на это отвечала,-

И на моей приятно стороне.

От всех за соты я любовь себе Сыскала –

От поселян и до вельмож.

Везде вам будет счастье тож.

Не будете, друзья, нигде, не быв полезны,

Вы ни почтенны, ни любезны.

А рады пауки лишь будут вам

Кто с пользою отечеству трудится,

Тот с ним легко не разлучится;

А кто полезным быть способности лишен,

Чужая сторона тому всегда приятна.

Не бывши гражданин, там мене презрен он,

И никому его там праздность не досадна.

Паук и Пчела

На барыши купца прельстился;

Задумал на продажу ткать,

Купца затеял подорвать

И лавочку открыть в окошке сам решился.

Основу основал, проткал насквозь всю ночь,

Поставил свой товар на диво,

Засел, надувшися, спесиво,

От лавки не отходит прочь

И думает: лишь только день настанет,

То всех покупщиков к себе он переманит.

Вот день настал: но что ж? Проказника метлой

Смели и с лавочкой долой.

Паук мой бесится с досады.

“Вот,- говорит,- жди праведной награды!

На весь я свет пошлюсь, чье тонее тканье:

Купцово иль мое?” –

“Твое: кто в этом спорить смеет?”

Пчела ответствует: “Известно то давно;

Да что́ в нем проку, коль оно

Не одевает и не греет?”

  • Вконтакте
  • Facebook
  • Twitter
  • Одноклассники

Пчеловод-любитель с 30-летним стажем. Механизатор. Участник освоения целинных земель. Есть орден Трудового Красного Знамени. Всегда спешу делать добрые дела.

Ещё пока нет ни одного комментария.

  1. 7 Ноябрь 2019 «Пчёлы и мёд» Дмитрий Васильевич Толстой
  2. 21 Август 2019 Медовые пряники с глазурью
  3. 21 Август 2019 Медовая коврижка
  4. 24 Ноябрь 2018 Шарль де Костер «Легенда об Уленшпигеле» (отрывок)
  5. 24 Январь 2018 Пряники – старинное русское лакомство
  1. Дорошенко Александр Загадки о пчёлах
  2. Леонтьев Николай Освещение и вентиляция зимовника
  3. Легашова Светлана Обработка пчёл бипином
  4. Дорошенко Александр Блогер Александр
  5. Дорошенко Александр Пословицы о пчёлах
  6. Проценко Наталья Пословицы о пчёлах
  7. Зюзгин Ваня Загадки о пчёлах
  8. Ирина Посадка роя
  9. Игорь Юрьевич Посадка роя
  10. Игорь Юрьевич Посадка роя

© 2019 Дорошенко Александр | Блог о Пчеловодство

Копирование материалов без согласия автора запрещено

Анализ басен И.А. Крылова в 5-м классе

Обучение школьников анализу художественных произведений начинается с 5-го класса. При этом учителю важно учитывать возрастные особенности учащихся и, избегая сложностей, вводить и повторять необходимые теоретико-литературные понятия.

Анализ строится на основе целостного восприятия и выразительного чтения учащимися художественных произведений, в частности, басен И.А. Крылова, например, «Стрекоза и Муравей», «Петух и Жемчужное зерно».

Используем приём сопоставления басен И.А. Крылова с литературным источником — баснями Эзопа. Покажем учащимся самобытность русского баснописца, национальный характер его произведений. С этой целью даём задание: сравните басню Эзопа, древнегреческого баснописца, жившего в VI веке до нашей эры, «Муравей и жук» и басню Крылова «Стрекоза и Муравей».

Объясним, что сравнить литературные произведения — значит выяснить, что у них общего, чем они отличаются.

Муравей и жук

В летнюю пору гулял муравей по пашне и собирал по зёрнышку пшеницу и ячмень, чтобы запастись кормом на зиму. Увидал его жук и посочувствовал, что ему приходится так трудиться даже в такое время года, когда все остальные животные отдыхают от тягот и предаются праздности.

Промолчал тогда муравей; но когда пришла зима и навоз дождями размыло, остался жук голодным, и пришёл он просить у муравья корму.

Сказал муравей: “Эх, жук, кабы ты тогда работал, когда меня трудом попрекал, не пришлось бы тебе теперь сидеть без корму”.

Эзоп (VI в. до н.э)

Стрекоза и Муравей

Попрыгунья Стрекоза
Лето красное пропела:
Оглянуться не успела,
Как зима катит в глаза.
Помертвело чисто поле;
Нет уж дней тех светлых боле,
Как под каждым ей листком
Был готов и стол, и дом.
Всё прошло: с зимой холодной
Нужда, голод настаёт;
Стрекоза уж не поёт:
И кому же в ум пойдёт
На желудок петь голодный!
Злой тоской удручена,
К Муравью ползёт она:
“Не оставь меня, кум милой!
Дай ты мне собраться с силой
И до вешних только дней
Прокорми и обогрей!”
“Кумушка, мне странно это:
Да работала ль ты в лето?” —
Говорит ей Муравей.
“До того ль, голубчик, было?
В мягких муравах у нас
Песни, резвость всякий час,
Так, что голову вскружило”.
“А, так ты…” — “Я без души
Лето целое всё пела”. —
“Ты всё пела? Это дело:
Так поди же, попляши!”
И.А. Крылов (1808)

Объясним учащимся значение слова “мурава” — трава, отсюда муравей; травушка-муравушка — народно-поэтическое выражение.

Примерные вопросы для анализа

— Почему эти басни можно сравнивать?

— Какая басня написана стихами, какая — прозой?

— Кто герои басен?

— Почему слова “Стрекоза”, “Муравей” Крылов написал с прописной буквы как имена собственные?

— Найдите в басне Крылова слова и выражения, особенности природы, на основании которых можно сказать, что эта басня русская.

— Какие качества человека иносказательно изображают и высмеивают обе басни?

— В каких словах выражена мораль (нравоучение) басен?

Обобщая ответы учащихся, скажем, что в баснях рассказывается о похожем поведении героев, об их одинаковых нравственных качествах: лени, легкомысленном отношении к жизни, поэтому их можно сравнивать.

Басня Эзопа написана прозой, Крылова — стихами. Герои — насекомые, но вместо ленивого жука Крылов создаёт образ ленивой и легкомысленной, стремящейся только к развлечениям Стрекозы. Предложим учащимся подобрать синонимы к слову легкомысленность: несерьёзность, беспечность, поверхностность, бездумность, верхоглядство, ветреность.

У Эзопа жук сочувствует муравью, потому что тому приходится много трудиться летом, но ленивец не задумывается, зачем это нужно; у Крылова Стрекоза в вихре веселья вообще не замечает, что кто-то трудится даже летом. В баснях показано преимущество трудолюбия и опасность праздности и лени.

В басне Эзопа зима пришла с дождями, что характерно для Греции, южной страны. У Крылова настоящая русская зима, снежная и холодная. Он использует характерные для русского фольклора постоянные эпитеты: лето красное, злая тоска, чисто поле. Скажем учащимся, что Крылов взял сюжеты у Эзопа, но создал подлинно русскую, народную басню.

Баснописцы всегда рассказывают о том, что волнует общество, высмеивают отрицательные качества людей, чтобы они избавлялись от своих недостатков. Поэтому из содержания басни всегда вытекает нравоучение (мораль). В этих баснях, которые мы рассматриваем, нравоучение вытекает из содержания и выражается в последних словах у Эзопа и двух последних строчках у Крылова без поучающего суждения.

Чаще всего нравоучение (мораль) выделяется в басне как самостоятельная её часть и располагается либо в конце, либо в начале басни. Читаем басню Крылова «Петух и Жемчужное зерно», выделяем нравоучение (мораль).

В баснях часто действуют животные, растения, предметы, явления природы, но под ними подразумеваются люди. Животные, растения, предметы, явления природы наделяются в баснях, как и в сказках, качествами человека: даром речи, чувствами и мыслями.

— Вспомним, как называется приём наделения животных, растений, предметов, явлений природы качествами и свойствами человека?

(С понятием олицетворение пятиклассники знакомятся при изучении мифов и сказок.)

— Укажите олицетворения в басне Крылова «Стрекоза и Муравей» (“помертвело чисто поле”, “зима катит в глаза”, “говорит ей Муравей” и др.)

Подчеркнём, что олицетворение является одним из постоянных художественных приёмов в сказках, баснях и других литературных произведениях.

Нравственные качества людей в баснях иносказательно изображаются в образах животных: хитрость в виде лисы, жадность, жестокость выступают в обличии волка, коварство — в виде змеи и др. Хитрость, жадность, лень — всё это отвлеченные понятия. Художественный приём изображения отвлечённых понятий в конкретных образах (животных, растений, предметов, явлений природы) называют аллегорией (иносказанием). Аллегорией мира на Земле является белый голубь, аллегорией надежды человека — якорь и др. Существует ещё одно название аллегории (иносказания) — эзопов язык.

Критик В.Г. Белинский писал, что в баснях Крылова “нет ни медведей, ни лисиц, хотя эти животные, кажется, действуют в них, но есть люди, и притом русские люди”. В воспроизведении национально-народного колорита и заключается новаторство Крылова-баснописца. Он смело вводит народное просторечие и устно-поэтическую лексику, бытовые детали, утверждает народную точку зрения.

Точные и краткие изречения (афоризмы) из его басен вошли в сокровищницу русского языка.

— Какое выражение из басни «Стрекоза и Муравей» стало афоризмом?

Крылов создавал и оригинальные басни, в которых действуют не только животные, но и люди.

Прочитайте басню «Волк на псарне» сначала про себя, затем выразительно вслух. (Можно организовать чтение по ролям.)

Многие басни Крылова написаны по какому-нибудь конкретному поводу, и современникам баснописца было понятно, в чей огород брошен камень. Вместе с тем басенные персонажи имеют широкий обобщающий смысл, который понятен и в наши дни.

Так, басня «Волк на псарне», написанная в 1812 году, является откликом на Отечественную войну против французского нашествия. Волк — это Наполеон, потерпевший поражение на Бородинском поле; заняв Москву, он понял, что оказался в ловушке, и послал Кутузову предложение о мире, заверяя русского полководца, что желает мира. Кутузов отверг предложение завоевателя и в победоносных сражениях освободил Россию от врагов. Ловчий в басне — это Кутузов.

— Сравните внешний вид волка и его речи.

— Почему псарня для волка “стала адом”? В чём смысл этого сравнения?

— Определите, какие отрицательные качества человека иносказательно изображены в басне.

— Какими чертами обладает Ловчий?

Обобщая ответы учащихся, обратим их внимание на то, что несоответствие внешнего вида и речей волка свидетельствует о его коварстве (злонамеренности, прикрытой показной доброжелательностью).

Скажем, что Волк воспринимает псарню как ад (по Библии — место наказания и вечных мучений грешников). Иными словами, волк сам осознаёт правомерность наказания за причинённое зло и пытается избежать его хитростью.

Ловчий (главный из псарей) изображён смелым, мудрым человеком, наделённым жизненным опытом:

Ты сер, приятель, а я сед,
И волчью вашу я давно натуру знаю…

Домашнее задание. Прочитайте басни в учебнике-хрестоматии. Определите, какие отрицательные черты людей высмеивает автор? В каких словах выражена мораль басен? Какие слова стали афоризмами?

Закрепление изученного материала можно провести в виде самостоятельной работы учащихся на следующем уроке (небольшие басни даются на карточках для анализа в виде письменной работы).

— Прочитайте басню Эзопа «Петух и алмаз» и И.А. Крылова «Петух и Жемчужное зерно». В чём состоит сходство и различие этих басен? Запишите свои суждения.

Петух и алмаз

Петух разгребал по обыкновению своему навозную кучу и, вырывши алмаз, подумал: ежели б золотых дел мастер сию блестящую безделку нашёл, то она б ему очень пригодилась; а мне бы ячменное зерно во сто мер лучше сего было. (Эзоп (VI в. до н. э.))

Петух и Жемчужное зерно

Навозну кучу разрывая,
Петух нашёл Жемчужное зерно
И говорит: “Куда оно?
Какая вещь пустая!
Не глупо ль, что его высоко так ценят?
А я бы, право, был гораздо боле рад
Зерну Ячменному: оно не столь хоть видно,
Да сытно”.
.
Невежи судят точно так:
В чём толку не поймут, то всё у них пустяк.
И.А. Крылов (1808)

Следует объяснить значение слов невежа (грубый, невоспитанный человек) и невежда (малообразованный, малосведущий человек).

Публикация статьи произведена при поддержке британского производителя климатической техники нового поколения компании Dantex Industries Ltd. Когда речь заходит о холодильных машинах, применяемых для центрального кондиционирования производств, объектов инфраструктуры, коммерческой или жилой недвижимости, встает вопрос: какая же лучшая марка чиллеров – Trane, Dantex или другие, представленные на российском рынке? Ответ на этот вопрос вы можете получить, внимательно изучив технические характеристики и стоимость чиллеров или задав вопрос специалистам компании.

Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Добавить комментарий

;-) :| :x :twisted: :smile: :shock: :sad: :roll: :razz: :oops: :o :mrgreen: :lol: :idea: :grin: :evil: :cry: :cool: :arrow: :???: :?: :!:

Басни Ивана Андреевича Крылова

Иван Андреевич Крылов — замечательный писатель, сумевший дать басне высокий смысл и сатирическую остроту, актуальность и многозначность. Краткость и образность языка Крылова поразительны. Он умел создать целую картину или охарактеризовать своего героя всего несколькими словами.
В басне «Волк и Ягненок» он изображает Ягненка робеющим перед важным сановником — Волком, и весь строй речи Ягненка, подобострастной и боязливой, передает его характер:

«Когда светлейший Волк позволит.
Осмелюсь я донесть: Что ниже по ручью
От светлости его шагов я на сто пью. »

Елейная речь лицемера царя в басне «Мор зверей» всем стилем своим рисует его отталкивающий образ.

«О, други! — начал Лев: — По множеству грехов
Подпали мы под сильный гнев богов;
Так тот из нас, кто всех виновен боле,
пускай по доброй воле
Отдаст себя на жертву им.
Ох, признаюсь,— хоть это мне и больно,—
Не прав и я!»

Каждая басня писателя по-своему самобытна и индивидуальна. Крылов может при видимой скупости средств создать яркий характер, незабываемый живой образ. В басне «Собачья дружба» «характер» каждой собаки раскрывается в их «фразах».

«Что может,— говорит Полкан, — приятней быть,
Как с другом сердце к сердцу жить;
Во всем оказывать взаимную услугу;
Не спать без друга и не сесть.
Стоять горой за дружню шерсть. »
Барбос ответствует ему:
«Давно, Полканушка, мне больно самому.
Что, бывши одного двора с тобой собаки.
Мы дня не проживем без драки. »

Но не только слова — самые звуки крыловского языка ярко рисуют то, что описывает автор. Вслушайтесь в эти звуки:

В свой ряд смиренный Вол им так мычит:
«И мы
Грешны. »

Близость языка Ивана Андреевича к народной речи сказалась и в том, что писатель вставлял в свои басни пословицы и поговорки, и они вполне сливались с общим тоном басни;

Запели молодцы: кто в лес кто по дрова
И у кого что силы стало.
В ушах у гостя затрещало.
(«Музыканты»)

Читатель, истину любя,
Примолвлю к басне я, и то не от себя,—
Не попусту в народе говорится:
Не плюй в колодезь, пригодится
Воды напиться.
(«Лев и Мышь»)

Но еще замечательное то, что собственные стихи Крылова, легко запоминаясь, сами сделались пословицами, вошли в золотой фонд народной речи. Таких пословиц и поговорок из его басен осталось в русском языке много: «А ларчик просто открывался» («Ларчик»), «Ты виноват уж тем, что хочется мне кушать» («Волк и Ягненок»), «Рыльце у тебя в пуху» («Лисица и Сурок»), «Аи, Моська! Знать она сильна, что лает на Слона» («Слон и Моська»), «А Васька слушает да ест» («Кот и Повар») и много-много других не менее замечательных и выразительных.

У писателя много заимствованных из произведений других баснописцев сюжетов. Но связь Ивана Андреевича с народным творчеством, с языком народных сказок была так тесна, что даже эти заимствованные басни не звучат как переводы. Ведь яркий, меткий, живой русский язык Крылова не мог быть заимствован ни у кого.
Крылов — подлинно народный писатель, художник огромной силы, и влияние его на русскую литературу было глубоким и положительным.

У писателя много заимствованных из произведений других баснописцев сюжетов. Но связь Ивана Андреевича с народным творчеством, с языком народных сказок была так тесна, что даже эти заимствованные басни не звучат как переводы. Ведь яркий, меткий, живой русский язык Крылова не мог быть заимствован ни у кого.
Крылов — подлинно народный писатель, художник огромной силы, и влияние его на русскую литературу было глубоким и положительным.

В баснях «Волк на псарне» и «Щука и кот» уже можно говорить не столько об аллегории, сколько о метафоре. В этих двух баснях под образами волка и щуки подразумевается Наполеон. Можно долго говорить, что Наполеон был хитер, ловок, умен, умел быстро и ловко приспосабливаться к ситуации. Но он не рассчитал своих возможностей и попал «на псарню» вместо «овчарни». Соотнеся образ волка со всем аллегорическим смыслом басни, мы сразу угадываем в нем завоевателя Наполеона. Но при этом образ волка никак не сужается до изображения конкретного человека, он настолько широк и всеобъемлющ, что басня не теряет своей ценности и вне контекста эпохи.

Образы животных у Крылова можно сравнить с образами животных в сказках Салтыкова-Щедрина, где подчас, не зная исторической подоплеки, трудно угадать назначение этого образа в произведении.

Теперь можно сделать вывод, что человек не отделим от своего социального положения, поэтому образы животных можно классифицировать как метафоры определенных социальных уровней. Цари, вельможи, чиновники, «маленькие люди» также нашли свое метафорическое отражение в образах животных у Крылова. Например, в басне «Лев и барс», где лев и барс — выходцы из высших слоев общества, лиса и кот — из чиновничества. Сюда же можно отнести басню «Волк и ягненок». «Усильного всегда бессильный виноват», — гласит мораль этой басни. Образ ягненка использован не только как «Агнец Божий» — аллегория слабости и беззащитности. Этот образ еще и предстает как метафора определенного социального уровня, возможно, мелких чиновников.
Иногда Крылов иронизирует не только над социальными пороками (басня «Две собаки»), но и над самой опорой социальной лестницы — государственными институтами, и для этого также используются образы животных. Примером может служить басня «Квартет», где пародируется государственный совет, созданный в 1801 году, и его четыре департамента, возглавляемые «Проказницей мартышкой, Ослом, Козлом И косолапым мишкой». Что же ожидает такой квартет-совет в будущем, если в его главу поставлена даже не свора собак, а именно разные животные?

Итак, широко используемые Крыловым образы животных с разными характерами указывают на реалистическую основу крыловской басни. Реализм Крылова, связь его басен с народной основой придает его басням русский, национальный дух. Образы животных, которые подчас на иллюстрациях бывают изображены в русских национальных костюмах, несут в себе сатирическую типизацию черт русского национального характера.

Крылов использует прием индивидуализации речи персонажа. Баснописец вкладывает в уста животных отдельные элементы разговорной речи разных сословий того времени, например, в басне «Стрекоза и муравей» муравей говорит: «Кумушка, мне странно это», «Так поди же, попляши». Стоит обратить внимание и на ритмику этой басни. Образ попрыгуньи-стрекозы создается особым «прыгучим» размером — хореем. Крылов также широко применяет звукопись для создания «звукового» образа животного. Например, в басне «Змея» инструментовка на шипящие звуки и «з», в басне «Мор зверей» повторение звуков «м», «у», «ы».

Ориентация Крылова на русскую разговорную речь наглядно проявилась в его баснях благодаря введению в них образа рассказчика. Повествование о действиях персонажей ведется в определенной манере, ясно различим личностный тон рассказчика с присущими ему формами и оборотами речи.

Вот «Лебедь, Рак да Щука», взявшись за дело, «из кожи лезут вон», вот «Механик пуще рвется», чтобы открыть Ларец, вот лягушка, захотевшая сравняться с Волом, вначале стала «топорщиться, пыхтеть», а затем «С натуги лопнула и — околела». Бедняк, увидев Смерть, «оторопел». Моська появляется «отколе ни возьмись».

Встречаются баснях такие обороты: «зима катит в глаза», ‘с ним была плутовка такова». Язык рассказчика басен — просторечно-фамильярный. Рассказчик как бы находится среди своих персонажей, говорит о них, как о знакомых, дает им прозвища: «попрыгунья-Стрекоза», «проказница Мартышка» , «Повар-грамотей», «механик-мудрец». Иногда в самих обращениях уже выражено отношение рассказчика: «мой бедный соловей», «бедный Фока мой», «мой хитрец» («Волк на псарне»).

Но приближение к персонажам не мешает давать им справедливую опенку: «Избави, Бог, и нас от этаких судей», «Кто про свои дела кричит всем без умолку, В том, верно, мало толку». Бывает, что рассказчик принимает позу хитрого простачка: «Кто виноват из них, кто прав — судить не нам, Да только воз и ныне там». Это как раз и есть то «веселое лукавство ума», о котором писал Пушкин.

Народные начала речи, звучащие в баснях Крылова, убедительно подтверждаются использованием в них пословиц и поговорок: «Запели молодцы, кто в лес, кто по дрова». («Музыканты»).
То, что в языке басен Крылова растворились народные выражения, составляет одну его особенность. Другую представляет обратное явление. Многие выражения из басен стали восприниматься как пословицы. «А Васька слушает, да ест»; «А ларчик просто открывался»; «Слона-то я и не приметил»; «Соседушка, я сыт по горло», — отпирается Фока. Мы живо представляем себе людей среднего сословия, их настроения и чувства.
Приемом речевых характеристик Крылов пользуется постоянно. Яркие примеры находим в баснях «Любопытный», «Кошка и Соловей», «Кот и Повар». Особенно мастерски передал Крылов слова Лисицы, выражающие тонкую лесть Вороне. Если сравнить разработку этого сюжета у Тре-дьяковского, Лафонтена, то последний пример наглядно продемонстрирует, что совершенствование басни шло именно по языковой, стилистической линии. В комплиментах Лисицы сквозит ирония. Иронией проникнуто авторское повествование. Это добавляет жизненности, создает условия для более трезвого вывода. Язык, речь героев действует на усложнение сюжета басни, это приводит к углублению ее смысла.

Вольный ямб Крылова отражал жизненное разнообразие, представшее в его баснях. Оно сказалось еще в расширении жанровых границ басни. Так, в басне Осел и Соловей» описание пения соловья дано языком, свойственным идиллии. Жуковский находил у Крылова «два стиха, которые не испортили бы никакого описания. в эпической поэме». Он же с восхищением отмечал его искусство изображения различных предметов. При описании мухи стихи «летают вместе с мухой». Стихи о медведе как бы тянутся, длинные слова передают медлительность и тяжесть медведя.

В своих баснях не забывал Крылов и звуковую сторону стихов. Возьмем, например, басню «Листы и Корни». Две части басни, соответствующие монологам Листов и Корней, подчеркиваются различным подбором звуков. Из восемнадцати стихов первой части только четыре не содержат звука «л», а в пяти стихах этот звук повторяется не по одному разу. Во второй части выделяются звуки «к», «р», «н», «п», «т». Противопоставление Листов и Корней дополнительно подчеркивается на фонетическом уровне. Так у Крылова и звуковой состав слова может нести смысловое значение.

Встречаются у Крылова, правда, не очень часто, такие речевые приемы, как сравнение и синекдоха. Например, в басне «Ворона и Курица»:
Тогда все жители, и малый и большой.
И вон из стен московских поднялися,
Как из улья пчелиный рой.
Для характеристики языка басен Крылова можно еще указать факт употребления необычного названия обычных предметов. Так, в нескольких баснях Крылов вместо «Ворона» говорит «вещунья»

Все вышесказанное позволяет заключить, что великий баснописец решил задачу сочетания народных элементов со структурой поэтической речи, благодаря чему внес существенный вклад в формирование русского литературного языка и поднял русскую басню на небывалую высоту.

В то же время Крылов обогатил русскую басню новыми реалистическими образами животных. Русский баснописец разработал принципы реалистической типизации, без которых невозможны были бы емкие сатирические образы животных у Салтыкова-Щедрина и вообще все дальнейшее движение русской литературы по пути изображения русского национального характера.

Предыдущий реферат из данного раздела: Достоинства басен Крылова

ИВАН АНДРЕЕВИЧ КРЫЛОВ (1769-1844)

В чем непреходящая прелесть басен Крылова? Почему мы часто цитируем его, даже и

не вспоминая, что это Крылов?

Прежде всего, дело, конечно, в самобытности таланта нашего баснописца. Крылов

смог интернациональные сюжеты басен — а они действительно гуляют по всему свету

и конкретно не принадлежат ни одному народу — сделать русскими, национально

окрашенными. И дело не только в самом русском языке, на котором некоторые

переводы звучат и живут более яркой жизнью, чем на родных языках. У Крылова

«живописный способ выражаться», как говорил о нем Пушкин, его язык настолько

живой и образный, что его можно сравнить с сочной живописью.

Богатство художественного языка Крылова складывается из особого богатства

литературного языка XVIII века, который значительно отличается от языка XIX века

(а Крылов еще и сформировался в своеобразной архаике XVIII века), и из

прекрасного знания народной разговорной речи — такое впечатление, что некоторые

басни написаны талантливым человеком из простонародья.

Пушкин восхищался поэтическим талантом Ивана Андреевича, его самобытной

интонацией. Крылов как бы ведет простонародный сказ — мягкий, добродушный,

лукавый. Язык его — картинный.

«Соседушка, мой свет! Пожалуйста, покушай». —

«Соседушка, я сыт по горло». — «Нужды нет,

Еще тарелочку: послушай: Ушица, ей-же-ей, на славу сварена!» — «Я три тарелки

съел». — «И, полно, что за счеты:

Лишь стало бы охоты, — А то во здравье: ешь до дна! Что за уха! Да как жирна:

Как будто янтарем подернулась она. Потешь же, миленький дружочек! Вот лещик,

потроха, вот стерляди кусочек! Еще хоть ложечку! Да кланяйся, жена!» — Так

потчевал сосед Демьян соседа Фоку И не давал ему ни отдыху, ни сроку: А с Фоки

уж давно катился градом пот. Однако же еще тарелку он берет:

Сбирается с последней силой И — очищает всю. «Вот друга я люблю! — Вскричал

Демьян. — Зато уж чванных не терплю. Ну, скушай же еще тарелочку, мой милой!»

Тут бедный Фока мой, Как ни любил уху, но от беды такой,

Схватя в охапку

Скорей без памяти домой —

И с той поры к Демьяну ни ногой.

Писатель, счастлив ты, коль дар прямой имеешь; Но если помолчать вовремя не

умеешь И ближнего ушей ты не жалеешь, То ведай, что твои и проза и стихи Тошнее

будут всем Демьяновой ухи.

ЗЕРКАЛО И ОБЕЗЬЯНА

Мартышка, в Зеркале увидя образ свой, Тихохонько Медведя толк ногой: «Смотри-ка,

— говорит, — кум милый мой!

Что это там за рожа ? Какие у нее ужимки и прыжки! Я удавилась бы с тоски, Когда

бы на нее хоть чуть была похожа.

А ведь признайся, есть

Из кумушек моих таких кривляк пять-шесть: Я даже их могу по пальцам перечесть».

— «Чем кумушек считать трудиться, Не лучше ль на себя, кума, оборотиться ?» —

Ей Мишка отвечал. Но Мишенькин совет лишь попусту пропал.

Таких примеров много в мире:

Не любит узнавать никто себя в сатире.

Я даже видел то вчера: Что Климыч на руку нечист, все это знают;

Про взятки Климычу читают, А он украдкою кивает на Петра.

Об уникальном даровании нашего великого баснописца говорит тот факт, что многие

фразы из его басен стали крылатыми. Они стали украшением русского языка. Надо

обладать уникальным даром проникновения в саму сердцевину родного языка, чтобы

народ воспринял эту строку как свою народную поговорку.

«А Васька слушает да ест» — из басни «Кот и повар» (1813).

«А вы, друзья, как ни садитесь, / Все в музыканты не годитесь» — из басни

«Аи, Моська! Знать, она сильна, / Что лает на слона» — из басни «Слон и Моська»

Довольно часто цитируют слова И.А. Крылова из басни «Щука и Кот» (1813) — «Беда,

коль сапоги начнет печи сапожник, / А сапоги тачать пирожник».

«Да только воз и ныне там» — это из басни «Лебедь, Щука и Рак» (1814).

«Демьянова уха» — эти слова из одноименной басни Крьшова употребляются в

значении: чрезмерное угощение, вопреки желанию угощаемого.

Так часто мы говорим: «Из дальних странствий возвратясь». Легкие, красивые слова

из басни «Лжец» (1812).

Или «Избави Бог и нас от этаких судей» — строка из басни «Осел и Соловей»

«Крестьянин ахнуть не успел, / Как на него медведь насел». «Кукушка хвалит

петуха / За то, что хвалит он кукушку». «Медвежья услуга» — это выражение из

басни «Пустынник и Медведь», но кажется, что это не писатель сказал, а оно уже

жило в народе, и писатель только услышал и включил его в басню. «Навозну кучу

разрывая, / Петух нашел жемчужное зерно». «Орлам случается и ниже кур

спускаться, / Но курам никогда до облак не подняться». «По мне, уж лучше пей, / Да дело разумей».

«Рыльце в пуху». «Слона-то я и не приметил». «Тришкин кафтан». «Ты все пела? Это

дело; / Так пойди же попляши!». .

Можно еще приводить примеры крыловских строк, ставших крылатыми словами. Их

десятки и десятки. Порой уже не поймешь, что раньше было — народная поговорка

или строка Крылова. Например, «Хоть видит око, да зуб неймет». Это выражение из

басни «Лисица и виноград» (1808), а в сборнике Снегирева «Русские народные

пословицы» эти слова приведены в качестве пословицы.

СВИНЬЯ ПОД ДУБОМ

Свинья под Дубом вековым

Наелась желудей досыта, до отвала;

Наевшись, выспалась под ним;

Потом, глаза продравши, встала И рылом подрывать у Дуба корни стала.

«Ведь это дереву вредит»,

Ей с Дубу ворон говорит: «Коль корни обнажишь, оно засохнуть может».

«Пусть сохнет», говорит свинья:

«Ничуть меня то не тревожит;

В нем проку мало вижу я; Хоть век его не будь, ничуть не пожалею, Лишь были б

желуди: ведь я от них жирею» — «Неблагодарная!» промолвил Дуб ей тут. «Когда бы

вверх могла поднять ты рыло,

Тебе бы видно было, Что эти желуди на мне растут».

Невежда также в ослепленье Бранит науки и ученье, И все ученые труды, Не

чувствуя, что он вкушает их плоды.

Дворовый, верный пес

Барбос, Который барскую усердно службу нес,

Увидел старую свою знакомку,

Жужу, кудрявую болонку, На мягкой пуховой подушке, на окне. К ней ластяся, как

будто бы к родне,

Он, с умиленья, чуть не плачет И под окном

Визжит, вертит хвостом

Ну, что, Жужутка, как живешь, С тех пор, как господа тебя в хоромы взяли? Ведь,

помнишь, на дворе мы часто голодали. Какую службу ты несешь ?» —

«На счастье грех роптать, — Жужутка отвечает, — Мой господин во мне души не

чает; Живу в довольстве и добре, И ем и пью на серебре; Резвлюся с барином; а

ежели устану, Валяюсь по коврам и мягкому дивану. Ты как живешь ?» — «Я, —

отвечал Барбос, Хвост плетью опустя и свой повеся нос, — Живу по-прежнему;

И, сберегаючи хозяйский дом, Здесь под забором сплю и мокну под дождем, А если

невпопад залаю, То и побои принимаю. Да чем же ты, Жужу, в случай попал,

Бессилен бывши так и мал, Меж тем как я из кожи рвусь напрасно ? Чем служишь

ты?» — «Чем служишь’ Вот прекрасно!-С насмешкой отвечал Жужу, — На задних лапках

Как счастье многие находят

Лишь тем, что хорошо на задних лапках ходят!

Иван Андреевич Крылов был сыном бедного армейского офицера. Семья так часто

переезжала с места на место, что исследователям было трудно установить, где

родился писатель. Предполагают, что где-то в Заволжье.

В 1775 году отец Крылова оставил военную службу и поселился в Твери, стал мелким

чиновником. Но у него была возможность дать

сыну неплохое образование — Иван учился вместе с детьми тверского губернатора.

Дальнейшего образования Крылов не получил, но и тверскому его образованию очень

удивлялся сам Пушкин.

Отец будущего баснописца умер, когда тому было десять лет. Пришлось начать

подрабатывать, чтобы поддержать семью — за малую плату он начал служить писцом в

В возрасте четырнадцати лет Иван Крылов переехал в Петербург, поступил на работу

в Казенную палату. И тогда же он начал пробовать свои силы в литературе,

сочинять комедии. В своих первых произведениях он высмеивал пороки людей, но

комедии его далеки от совершенства и, естественно, не вышли на сцену.

С 1789 по 1793 год Крылов издавал со своими друзьями сатирические журналы —

«Почта духов», «Зритель», «Санкт-Петербургский Меркурий». Особенно в них

порицались самодурство и самодержавный деспотизм. В эти же годы он написал

повести «Каиб», «Похвальная речь в память моему дедушке».

Сатирики, да еще талантливые, сразу же в ту эпоху брались на заметку, и за

Иваном Андреевичем установили полицейский надзор. Дабы не оказаться сосланным,

Крылов сам покинул столицу и десять лет не выступал в печати.

Басни, принесшие Ивану Андреевичу всероссийскую славу, начали появляться с 1805

года. Басни становятся его страстью, его вдохновением, его единственным жанром.

Основные темы басен Ивана Андреевича — обличение крепостных порядков и

крепостников, бюрократов, обличение человеческих пороков и грехов, порой басни

рождались из того или иного реального события. Он возвратился в Петербург и

тридцать лет служил в Публичной библиотеке библиотекарем.

Собрание басен Крылова Гоголь назвал «книгой мудрости самого народа».

Реферат: Мир басни Ивана Андреевича Крылова

Мир басни Ивана Андреевича Крылова

Иван Андреевич Крылов — русский поэт, прежде всего известный в русской литературе как создатель большого числа басен. Сын офицера. Служил в армии, был домашним учителем, затем работал в Публичной библиотеке в Санкт-Петербурге. В молодости Крылов был известен прежде всего как писатель-сатирик, издатель сатирического журнала «Почта духов» и ходившей в списках пародийной трагедии «Трумф», высмеивавшей Павла I. Крылов является автором более 200 басен с 1809 по 1843 год, они вышли в свет в девяти частях и переиздавались очень большими по тем временам тиражами. В 1842 году его произведения вышли в немецком переводе. Сюжеты многих басен восходят к произведениям Эзопа и Лафонтена, хотя немало и оригинальных сюжетов.

И.А.Крылов в своих баснях высмеивал пороки людей. Самих людей представлял в образах птиц, зверей, растений. Глупый, необразованный человек (Свинья) пользуется плодами просвещения (желуди), они ему приятны. Но невежда не в силах понять, откуда берутся эти плоды, не в силах откликнуться на советы грамотных людей (Ворон, Дуб). Сам того не осознавая, губит своим невежеством начало познания (Корни). Не понимает, что науки должны развиваться

Почти каждая басня Ивана Андреевича Крылова живо откликалась на какое-нибудь общественное явление или какой-либо вопрос, занимавший современников. Широко известны, например, басни, посвященные Отечественной войне 1812 года. Одна из них — «Волк на псарне», где под видом Волка высмеян Наполеон,— была всеми принята с особым восторгом. Басни Крылова так отлично выражали народный взгляд на жизнь и по своему складу оказались так близки народным сказкам, поговоркам, присловьям, что многие строки басен обратились в народные пословицы и прочно вошли в нашу память.

В басне “Волк и ягненок” он изображает Ягненка робеющим перед важным сановником — Волком. И вся речь его, боязливая и подобострастная, передает его характер. Когда светлейший Волк позволит, Осмелюсь я донесть: что ниже по ручью От светлости его шагов я на сто пью. Каждая басня писателя по-своему самобытна и индивидуальна. Крылов может при видимой скупости средств создать яркий характер, незабываемый живой образ. А близость языка Ивана Андреевича к народной речи сказалась и в том, что писатель вставлял в свои басни пословицы и поговорки, и они вполне сливались с общим тоном басни: Запели молодцы: кто в лес кто по дрова И у кого что силы стало. В ушах у гостя затрещало. (“Музыканты”) Или вот еще: Читатель, истину любя, Примолвлю к басне я, и то не от себя, — Не попусту в народе говорится: Не плюй в колодезь, пригодится Воды напиться. (“Лев и Мышь”) Но еще замечательнее то, что собственные стихи Крылова, легко запоминаясь, сами стали пословицами, вошли в народную речь. Таких пословиц и поговорок из его басен осталось в русском языке много: “А ларчик просто открывался” (“Ларчик”), “Ты виноват уж тем, что хочется мне кушать” (“Волк и Ягненок”), “Рыльце у тебя в пуху” (“Лисица и Сурок”), “Аи, Моська! Знать она сильна, что лает на Слона” (“Слон и Моська”), “А Васька слушает да ест” (“Кот и Повар”) и много-много других не менее замечательных и выразительных.

У писателя много заимствованных из произведений других баснописцев сюжетов. Но связь Ивана Андреевича с народным творчеством, с языком народных сказок была так тесна, что даже эти заимствованные басни не звучат как переводы. Ведь яркий, меткий, живой русский язык Крылова не мог быть заимствован ни у кого. Крылов — подлинно народный писатель, художник огромной силы, и влияние его на русскую литературу было глубоким и положительным.

Почти все басни Крылова, как ясное зеркало, отражает человеческие недостатки и несправедливые отношения между людьми.

В наши дни слава Крылова вышла далеко за пределы страны. Его басни переведены на пятьдесят языков. У Крылова были великие предшественники в мировой басенной литературе, но только ему удалось внести в свои басни подлинно народный дух и реалистическую правдивость. Благодарные потомки возвели очень красивый памятник отцу русской басни в Летнем саду города Санкт-Петербурга, основание которого украшают герои басен – звери и птицы. Великий русский баснописец Крылов является величайшим баснописцем мира.

Фразеологизм «Тришкин кафтан» возник из басни И.А. Крылова. Уже в составе басни это выражение стало фразеологизмом со значением: дело,когда устранение одних недостатков влечет за собой новые недостатки.

А Васька слушает да ест

Уходя в кабак, Повар оставил кухню на попечение Кота Васьки, чтобы тот стерег от мышей съестные припасы. Но, вернувшись домой, Повар обнаруживает, что Кот, «припав за уксусным бочонком, мурлыча и ворча, трудится над курчонком». Повар, увидев это, приступил к обличению Кота: «Кот Васька плут! Кот Васька вор! И Ваську-де, не только что в поварню, Пускать не надо и на двор, Как волка гладного в овчарню: Он порча, он чума, он язва здешних мест!» (Д Васька слушает, да ест.) Тут ритор мой, дав волю слов теченью, Не находил конца нравоученью. Но что ж? Пока его он пел, Кот Васька всё жаркое съел. «Ритор» (с архаичного русского языка) — оратор. Мораль;басни: А я бы повару иному Велел на стенке зарубить: Чтоб там речей не тратить по-пустому, Где нужно власть употребить. Иносказательно о человеке, который глух к упрекам, увещеваниям и творит по-прежнему свои неблаговидные дела. Цитируется также, как упрек в адрес тех, кто тратит свое красноречие там, где нужно просто «власть употребить» (сарк.).

«А вы, друзья, как ни садитесь;

Всё в музыканты не годитесь».

Из басни «Квартет» (1811) Современники полагали, что эта басня была написана как сатирический отклик на реформу Государственного совета, который волей императора Александра I был разделен в 1810г. на 4 департамента. Их возглавили Н. С. Мордвинов (Мартышка), П. В. Завадовский (Осел), П. В. Лопухин (Козел) и А. А. Аракчеев (Медведь). Так, лицейский сокурсник А. С. Пушкина М. А. Корф писал в своих «Воспоминаниях»: «Известно, что продолжительным прениям о том, как их рассадить и даже нескольким последовавшим пересадкам, мы обязаны остроумною баснею Крылова «Квартет». О плохо работающем коллективе, в котором дело не идет на лад потому, что отсутствуют, единство, согласие, профессионализм, компетентность, точное понимание каждым своей и общей задачи (ирон.).

А сапоги тачать пирожник, И дело не пойдет на лад

Из басни «Щука и Кот» (1813), в которой говорится о Щуке, которая вдруг захотела, подобно Коту, ловить мышей. Охота кончилась тем, что сама осталась еле жива и «и крысы хвост у ней отъели». Мораль басни: Беда, коль пироги начнет печи сапожник, А сапоги тачать пирожник, И дело не пойдет на лад. Да и примечено стократ, Что кто за ремесло чужое браться любит. Тот завсегда других упрямей и вздорней: Он лучше дело все погубит, И рад скорей Посмешищем стать света, Чем у честных и знающих людей Спросить иль выслушать совета. Иносказательно о непрофессионализме — каждый должен делать только то, что он действительно умеет делать

А ларчик просто открывался.

Из басни «Ларчик» (1808) Некий «механики мудрец» пытался открыть ларчик и искал — по привычке — особый секрет его замка. Но поскольку этого секрета не было вовсе, то он его не нашел и «от ларчика отстал». А как открыть его, никак не догадался, А ларчик просто открывался. Чтобы открыть его, нужно было просто поднять его крышку. Иносказательно: не надо искать сложного решения проблемы там, где есть простое или где проблемы нет вовсе.

Бели голова пуста, то голове ума не придадут места

Из басни «Парнас» (1808)

Крылов повествует о событиях, которые случились на горе Парнас (в представлении древних греков это обиталище девяти муз, покровительниц искусств и наук). Когда, по сюжету басни, «из Греции вон выгнали Богов», Ослы, которые паслись на Парнасе, решили, что пришло их время и теперь они будут замещать и богов, и муз. Они занялись искусствами, музыкой и пением — «и новый хор певцов такую дичь занес, как будто двинулся обоз». Хозяин Ослов рассердился на них за несносный шум и загнал в хлев.

Мне хочется, невеждам не во гнев

Весьма старинное напомнить мненье:

Что если голова пуста,

То голове ума не придадут места.

Цитируется в качестве комментария к стремительному карьерному росту посредственного человека (презрит., ирон.).

А воз и ныне там!

Из басни «Лебедь, Щука и Рак» (1816) «Однажды Лебедь, Рак да Щука везти с поклажей воз взялись», но из этого ничего у них не получилось, потому что:

. Лебедь рвется в облака,

Рак пятится назад, а Щука тянет в воду.

Кто виноват из них, кто прав, — судить не нам;

Да только воз и ныне там.

Иронически о неэффективной работе, о задаче, которая не решается.

Ворона в павлиньих перьях

Из басни «Ворона» (1825) Ворона, решив всех удивить, вставила в свой хвост павлиньи перья. Но ее не признали за свою ни Павы, ни Вороны:

И кончились ее затеи тем,

Что от Ворон она отстала,

А к Павам не пристала.

Иносказательно о человеке, который пытается играть чужую роль, каким-либо образом приукрасить себя и тем самым только подчеркивает свои недостатки, делаясь смешным в глазах окружающих (ирон.).

Великий зверь на малые дела

Из басни «Воспитание Льва» (1811) Лев предполагает отдать Львенка на воспитание Кроту, так как «о нем молва была»

Что он во всем большой порядок любит:

Без ощупи шага не ступит,

И.всякое зерно для своего стола

Он сам и чистит, сам и лупит;

И, словом, слава шла,

Что Крот великий зверь на малые дела.

Возможно, Крылов вдохновлялся при написании этих строк известным латинским выражением maximus in minimus — «великий в малом», что тождественно по смыслу крыловскому выражению

Иносказательно: о людях, которые прилагают много старания и изобретательности для выполнения пустячных дел, не стоящих затраченных на них усилий. Федор Достоевский («Дневник писателя», 1877 г., май—июнь, гл. 2): «. Современный дипломат есть именно «великий зверь на малые дела!»

Избави Бог и нас от этаких судей

Из басни «Осел и Соловей» (1811)). Осел, послушав пение Соловья, высказал ему свое сожаление: «А жаль, что незнаком ты с нашим петухом». У него, по мнению Осла, Соловью следовало бы поучиться искусству пения:

«Еще б ты боле навострился,

Когда бы у него немножко поучился».

Услыша суд такой, мой бедный Соловей

Вспорхнул и — полетел за тридевять полей.

Избави Бог и нас от этаких судей.

Иронически о недоброжелательной, непрофессиональной, необъективной критике; о ложном авторитете.

За что же, не боясь греха, / Кукушка хвалит петуха?

Из басни «Кукушка и Петух» (1834) В ней изображены два современных Крылову литератора — соиздатели «Северной пчелы» и «Сына Отечества» Фаддей Булгарин и Николай Греч. Их взаимное славословие служило предметом насмешек многих писателей того времени, в том числе и А. С. Пушкина (памфлет «Торжество дружбы, или Оправданный Александр Анфимович Орлов», 1831). Современник баснописца Н. М. Калмыков писал в своих воспоминаниях (Русский архив. 1865): «Лица сии в журналах тридцатых годов восхваляли друг друга до забвения или, как говорят, до бесчувствия. Объяснение это я слышал от самого И. А. Крылова». Иронически о лицемерах, восхваляющих друг друга из корыстных побуждений.

Услужливый дурак опаснее врага

Из басни «Пустынник и Медведь» (1807)

Хотя услуга нам при нужде дорога,

Но за нее не всяк умеет взяться:

Не дай бог с дураком связаться!

Услужливый дурак опаснее врага.

Эта мораль предваряет саму басню, где рассказывается об услуге, которую оказал Медведь своему другу Пустыннику (отшельнику): камнем («что силы есть») он убил муху, севшую на лоб спящему товарищу, и вместе с ней и самого Пустынника.

Орлам случается и ниже кур спускаться; / Но курам никогда до облак не подняться

Из басни «Орел и Куры» (1808) Ответ Орла «хохлатой наседке», которая решила больше не держать его «в чести», коль скоро Орлу однажды вздумалось сесть на овин, где сидели куры.

Схожий сюжет и у басни (1806) И. И. Дмитриева, которая заканчивается словами:

Читатель! я хотел в иносказанье этом

Представить рифмача с поэтом

Что сходит с рук ворам, за то воришек бьют

Из басни «Вороненок» (1811) И. А. Крылова (1769—1844).

Эта строка, в слегка измененном виде, вошла в качестве русской народной пословицы во многие сборники пословиц и поговорок.

Мир басни Ивана Андреевича Крылова

Влияние Эзопа и Лафонтена на творчество Крылова. Оригинальность сюжетов и связь басен с общественными явлениями. Близость языка к народной речи, умение создать яркий образ при скупости средств. Толкование некоторых фраз, ставших пословицами и поговорками.

Название: Мир басни Ивана Андреевича Крылова
Раздел: Рефераты по зарубежной литературе
Тип: реферат Добавлен 15:02:57 23 января 2010 Похожие работы
Просмотров: 10744 Комментариев: 36 Оценило: 33 человек Средний балл: 4.2 Оценка: 4 Скачать
Рубрика Литература
Предмет Русская литература
Вид реферат
Язык русский
Прислал(а) Таниля
Дата добавления 17.01.2010
Размер файла 21,7 K

Отправить свою хорошую работу в базу знаний просто. Используйте форму, расположенную ниже

Студенты, аспиранты, молодые ученые, использующие базу знаний в своей учебе и работе, будут вам очень благодарны.

Подобные документы

История басни как жанра сатирической публицистики. Произведения Эзопа и Лафонтена. Моральная аллегория в мировой басенной традиции. Усиление сатирического элемента в произведениях И.А. Крылова. Деятельность поэта Крылова в критике и журналистике.

дипломная работа [61,4 K], добавлен 08.05.2011

Всенародная слава И.А. Крылова – баснописца. Языковые особенности слов разных частей речи в баснях И.А. Крылова. Роль антропонимов в басенном творчестве И.А. Крылова. Синтаксис словосочетания, простого и сложного предложения, способы передачи чужой речи.

дипломная работа [4,6 M], добавлен 26.05.2012

Детские годы И.А. Крылова. Его первые шаги в литературе. Особенности русской басни. Заимствование Крыловым сюжетов из Эзопа и Лафонтена. Басня как краткий стихотворный или прозаический рассказ нравоучительного характера, имеющий иносказательный смысл.

презентация [5,5 M], добавлен 08.01.2012

Ознакомление с биографическими данными и творческим путем русского поэта-баснописца Ивана Андреевича Крылова. Известность молодого драматурга в театральных и литературных кругах России. Издание Крыловым сатирических журналов «Почта духов»и «Зритель».

презентация [1,5 M], добавлен 30.01.2012

Биография Ивана Андреевича Крылова — русского поэта, баснописца, переводчика и писателя. Издание И. Крыловым сатирического журнала «Почта духов» и ходившей в списках пародийной трагикомедии «Триумф», переводы басен. Интересные факты из жизни И. Крылова.

презентация [152,8 K], добавлен 20.11.2012

Коллизия труда и безделья в басне «Стрекоза и Муравей», направленность произведения против тунеядства и паразитизма определенных личностей как социально-политического явления. Универсальность сюжетов и характеров, мотивов и образов басен Крылова.

реферат [19,4 K], добавлен 11.06.2009

Басня как жанр эпоса литературы. Какой моральный вывод можно сделать из басен Крылова «Волк и ягненок», «Квартет», «Волк на псарне», «Свинья под дубом», «Слон и Моська», «Ворона и Лисица», «Лебедь, Щука и Рак», «Мартышка и очки» и «Демьянова уха».

презентация [37,1 M], добавлен 25.02.2017

Жизнь и творчество русского поэта, баснописца, переводчика Ивана Андреевича Крылова. Крылатые выражения из басен. Изображение недостатков современного русского общества в сатирической журнале «Почта духов». Последние годы жизни великого русского сатирика.

презентация [1,2 M], добавлен 21.02.2013

Краткая биография И.А. Крылова. Детские и юношеские годы будущего писателя. Басня как жанр дидактической литературы, получивший расцвет в классицизме. Деятельность Крылова-баснописца. Отражение в баснях философских, социальных и нравственных взглядов.

курсовая работа [54,8 K], добавлен 06.03.2014

Изучение биографии и творческого пути поэта Крылова. Описание периода его работы журналистом, издателем журнала, театральным драматургом. Анализ художественного мира басен, яркой картины отображения действительности и афористической остроты концовки.

реферат [31,0 K], добавлен 12.07.2011

Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Добавить комментарий

;-) :| :x :twisted: :smile: :shock: :sad: :roll: :razz: :oops: :o :mrgreen: :lol: :idea: :grin: :evil: :cry: :cool: :arrow: :???: :?: :!:

Басни Ивана Андреевича Крылова

Иван Андреевич Крылов — замечательный писатель, сумевший дать басне высокий смысл и сатирическую остроту, актуальность и многозначность. Краткость и образность языка Крылова поразительны. Он умел создать целую картину или охарактеризовать своего героя всего несколькими словами.
В басне «Волк и Ягненок» он изображает Ягненка робеющим перед важным сановником — Волком, и весь строй речи Ягненка, подобострастной и боязливой, передает его характер:

«Когда светлейший Волк позволит.
Осмелюсь я донесть: Что ниже по ручью
От светлости его шагов я на сто пью. »

Елейная речь лицемера царя в басне «Мор зверей» всем стилем своим рисует его отталкивающий образ.

«О, други! — начал Лев: — По множеству грехов
Подпали мы под сильный гнев богов;
Так тот из нас, кто всех виновен боле,
пускай по доброй воле
Отдаст себя на жертву им.
Ох, признаюсь,— хоть это мне и больно,—
Не прав и я!»

Каждая басня писателя по-своему самобытна и индивидуальна. Крылов может при видимой скупости средств создать яркий характер, незабываемый живой образ. В басне «Собачья дружба» «характер» каждой собаки раскрывается в их «фразах».

«Что может,— говорит Полкан, — приятней быть,
Как с другом сердце к сердцу жить;
Во всем оказывать взаимную услугу;
Не спать без друга и не сесть.
Стоять горой за дружню шерсть. »
Барбос ответствует ему:
«Давно, Полканушка, мне больно самому.
Что, бывши одного двора с тобой собаки.
Мы дня не проживем без драки. »

Но не только слова — самые звуки крыловского языка ярко рисуют то, что описывает автор. Вслушайтесь в эти звуки:

В свой ряд смиренный Вол им так мычит:
«И мы
Грешны. »

Близость языка Ивана Андреевича к народной речи сказалась и в том, что писатель вставлял в свои басни пословицы и поговорки, и они вполне сливались с общим тоном басни;

Запели молодцы: кто в лес кто по дрова
И у кого что силы стало.
В ушах у гостя затрещало.
(«Музыканты»)

Читатель, истину любя,
Примолвлю к басне я, и то не от себя,—
Не попусту в народе говорится:
Не плюй в колодезь, пригодится
Воды напиться.
(«Лев и Мышь»)

Но еще замечательное то, что собственные стихи Крылова, легко запоминаясь, сами сделались пословицами, вошли в золотой фонд народной речи. Таких пословиц и поговорок из его басен осталось в русском языке много: «А ларчик просто открывался» («Ларчик»), «Ты виноват уж тем, что хочется мне кушать» («Волк и Ягненок»), «Рыльце у тебя в пуху» («Лисица и Сурок»), «Аи, Моська! Знать она сильна, что лает на Слона» («Слон и Моська»), «А Васька слушает да ест» («Кот и Повар») и много-много других не менее замечательных и выразительных.

У писателя много заимствованных из произведений других баснописцев сюжетов. Но связь Ивана Андреевича с народным творчеством, с языком народных сказок была так тесна, что даже эти заимствованные басни не звучат как переводы. Ведь яркий, меткий, живой русский язык Крылова не мог быть заимствован ни у кого.
Крылов — подлинно народный писатель, художник огромной силы, и влияние его на русскую литературу было глубоким и положительным.

У писателя много заимствованных из произведений других баснописцев сюжетов. Но связь Ивана Андреевича с народным творчеством, с языком народных сказок была так тесна, что даже эти заимствованные басни не звучат как переводы. Ведь яркий, меткий, живой русский язык Крылова не мог быть заимствован ни у кого.
Крылов — подлинно народный писатель, художник огромной силы, и влияние его на русскую литературу было глубоким и положительным.

В баснях «Волк на псарне» и «Щука и кот» уже можно говорить не столько об аллегории, сколько о метафоре. В этих двух баснях под образами волка и щуки подразумевается Наполеон. Можно долго говорить, что Наполеон был хитер, ловок, умен, умел быстро и ловко приспосабливаться к ситуации. Но он не рассчитал своих возможностей и попал «на псарню» вместо «овчарни». Соотнеся образ волка со всем аллегорическим смыслом басни, мы сразу угадываем в нем завоевателя Наполеона. Но при этом образ волка никак не сужается до изображения конкретного человека, он настолько широк и всеобъемлющ, что басня не теряет своей ценности и вне контекста эпохи.

Образы животных у Крылова можно сравнить с образами животных в сказках Салтыкова-Щедрина, где подчас, не зная исторической подоплеки, трудно угадать назначение этого образа в произведении.

Теперь можно сделать вывод, что человек не отделим от своего социального положения, поэтому образы животных можно классифицировать как метафоры определенных социальных уровней. Цари, вельможи, чиновники, «маленькие люди» также нашли свое метафорическое отражение в образах животных у Крылова. Например, в басне «Лев и барс», где лев и барс — выходцы из высших слоев общества, лиса и кот — из чиновничества. Сюда же можно отнести басню «Волк и ягненок». «Усильного всегда бессильный виноват», — гласит мораль этой басни. Образ ягненка использован не только как «Агнец Божий» — аллегория слабости и беззащитности. Этот образ еще и предстает как метафора определенного социального уровня, возможно, мелких чиновников.
Иногда Крылов иронизирует не только над социальными пороками (басня «Две собаки»), но и над самой опорой социальной лестницы — государственными институтами, и для этого также используются образы животных. Примером может служить басня «Квартет», где пародируется государственный совет, созданный в 1801 году, и его четыре департамента, возглавляемые «Проказницей мартышкой, Ослом, Козлом И косолапым мишкой». Что же ожидает такой квартет-совет в будущем, если в его главу поставлена даже не свора собак, а именно разные животные?

Итак, широко используемые Крыловым образы животных с разными характерами указывают на реалистическую основу крыловской басни. Реализм Крылова, связь его басен с народной основой придает его басням русский, национальный дух. Образы животных, которые подчас на иллюстрациях бывают изображены в русских национальных костюмах, несут в себе сатирическую типизацию черт русского национального характера.

Крылов использует прием индивидуализации речи персонажа. Баснописец вкладывает в уста животных отдельные элементы разговорной речи разных сословий того времени, например, в басне «Стрекоза и муравей» муравей говорит: «Кумушка, мне странно это», «Так поди же, попляши». Стоит обратить внимание и на ритмику этой басни. Образ попрыгуньи-стрекозы создается особым «прыгучим» размером — хореем. Крылов также широко применяет звукопись для создания «звукового» образа животного. Например, в басне «Змея» инструментовка на шипящие звуки и «з», в басне «Мор зверей» повторение звуков «м», «у», «ы».

Ориентация Крылова на русскую разговорную речь наглядно проявилась в его баснях благодаря введению в них образа рассказчика. Повествование о действиях персонажей ведется в определенной манере, ясно различим личностный тон рассказчика с присущими ему формами и оборотами речи.

Вот «Лебедь, Рак да Щука», взявшись за дело, «из кожи лезут вон», вот «Механик пуще рвется», чтобы открыть Ларец, вот лягушка, захотевшая сравняться с Волом, вначале стала «топорщиться, пыхтеть», а затем «С натуги лопнула и — околела». Бедняк, увидев Смерть, «оторопел». Моська появляется «отколе ни возьмись».

Встречаются баснях такие обороты: «зима катит в глаза», ‘с ним была плутовка такова». Язык рассказчика басен — просторечно-фамильярный. Рассказчик как бы находится среди своих персонажей, говорит о них, как о знакомых, дает им прозвища: «попрыгунья-Стрекоза», «проказница Мартышка» , «Повар-грамотей», «механик-мудрец». Иногда в самих обращениях уже выражено отношение рассказчика: «мой бедный соловей», «бедный Фока мой», «мой хитрец» («Волк на псарне»).

Но приближение к персонажам не мешает давать им справедливую опенку: «Избави, Бог, и нас от этаких судей», «Кто про свои дела кричит всем без умолку, В том, верно, мало толку». Бывает, что рассказчик принимает позу хитрого простачка: «Кто виноват из них, кто прав — судить не нам, Да только воз и ныне там». Это как раз и есть то «веселое лукавство ума», о котором писал Пушкин.

Народные начала речи, звучащие в баснях Крылова, убедительно подтверждаются использованием в них пословиц и поговорок: «Запели молодцы, кто в лес, кто по дрова». («Музыканты»).
То, что в языке басен Крылова растворились народные выражения, составляет одну его особенность. Другую представляет обратное явление. Многие выражения из басен стали восприниматься как пословицы. «А Васька слушает, да ест»; «А ларчик просто открывался»; «Слона-то я и не приметил»; «Соседушка, я сыт по горло», — отпирается Фока. Мы живо представляем себе людей среднего сословия, их настроения и чувства.
Приемом речевых характеристик Крылов пользуется постоянно. Яркие примеры находим в баснях «Любопытный», «Кошка и Соловей», «Кот и Повар». Особенно мастерски передал Крылов слова Лисицы, выражающие тонкую лесть Вороне. Если сравнить разработку этого сюжета у Тре-дьяковского, Лафонтена, то последний пример наглядно продемонстрирует, что совершенствование басни шло именно по языковой, стилистической линии. В комплиментах Лисицы сквозит ирония. Иронией проникнуто авторское повествование. Это добавляет жизненности, создает условия для более трезвого вывода. Язык, речь героев действует на усложнение сюжета басни, это приводит к углублению ее смысла.

Вольный ямб Крылова отражал жизненное разнообразие, представшее в его баснях. Оно сказалось еще в расширении жанровых границ басни. Так, в басне Осел и Соловей» описание пения соловья дано языком, свойственным идиллии. Жуковский находил у Крылова «два стиха, которые не испортили бы никакого описания. в эпической поэме». Он же с восхищением отмечал его искусство изображения различных предметов. При описании мухи стихи «летают вместе с мухой». Стихи о медведе как бы тянутся, длинные слова передают медлительность и тяжесть медведя.

В своих баснях не забывал Крылов и звуковую сторону стихов. Возьмем, например, басню «Листы и Корни». Две части басни, соответствующие монологам Листов и Корней, подчеркиваются различным подбором звуков. Из восемнадцати стихов первой части только четыре не содержат звука «л», а в пяти стихах этот звук повторяется не по одному разу. Во второй части выделяются звуки «к», «р», «н», «п», «т». Противопоставление Листов и Корней дополнительно подчеркивается на фонетическом уровне. Так у Крылова и звуковой состав слова может нести смысловое значение.

Встречаются у Крылова, правда, не очень часто, такие речевые приемы, как сравнение и синекдоха. Например, в басне «Ворона и Курица»:
Тогда все жители, и малый и большой.
И вон из стен московских поднялися,
Как из улья пчелиный рой.
Для характеристики языка басен Крылова можно еще указать факт употребления необычного названия обычных предметов. Так, в нескольких баснях Крылов вместо «Ворона» говорит «вещунья»

Все вышесказанное позволяет заключить, что великий баснописец решил задачу сочетания народных элементов со структурой поэтической речи, благодаря чему внес существенный вклад в формирование русского литературного языка и поднял русскую басню на небывалую высоту.

В то же время Крылов обогатил русскую басню новыми реалистическими образами животных. Русский баснописец разработал принципы реалистической типизации, без которых невозможны были бы емкие сатирические образы животных у Салтыкова-Щедрина и вообще все дальнейшее движение русской литературы по пути изображения русского национального характера.

Предыдущий реферат из данного раздела: Достоинства басен Крылова

Мастерство Крылова-баснописца

Басни Ивана Андреевича Крылова по праву считаются высшими образцами этого жанра на русском языке. В них нашли свое отражение опыт, сознание и нравственные идеалы нашею народа, особенности национального характера. Это выразилось не только в оригинальной трактовке традиционных сюжетов, но прежде всего в том языке, которым написаны басни. В языке крыловских басен ослепительно проявилась живая народная речь. Именно благодаря басням Крылова она стала осознаваться как один из необходимых источников русского литературного языка.

Басня согласно определению из словаря — это «краткий рассказ, имеющий иносказательный смысл». В целях иносказания баснописцы разных времен использовали образы зверей и более того предметов. По художественным, а изредка и по цензурным соображениям на смену людям в басне приходят животные, наделенные отдельными человеческими чертами: трусостью, храбростью, добротой, мужеством и др. Такие образы животных, олицетворяющих какую-то одну черту человеческого характера, обширно использовали в своих баснях Эзоп, Федр, Лафонтен, Лессинг. Крылов наследовал эту традицию у своих предшественников. Чтобы понять, что нового привнес И. А. Крылов в басенный жанр, обратимся сначала к тому, что использовал он из опыта своих предшественников.
Аллегория пришла в литературу из фольклора, притчи, сказки, особенно сказок о животных, где действовали традиционные персонажи, — такие как лиса, медведь, заяц, волк. Каждый из них был заведомо наделен определенной чертой характера. Прием аллегории использовали классицисты, например, в одах. Крылов соединил опыт использования этого приема разными литературными жанрами в одно целое. Басенный муравей — олицетворение трудолюбия («Стрекоза и муравей»), свинья — невежества («Свинья под дубом»), ягненок — кротости, как «Агнец Божий» («Волк и ягненок»).

Иван Андреевич Крылов считал, что искоренить пороки человечества можно через их осмеяние. В его баснях высмеиваются жадность, невежество, чушь. Но Крылов по сравнению с Эзопом и Лафонтеном не ограничивается только простыми аллегориями. Образы животных у Крылова играют бо^Лее важную роль — они несут в себе не только отдельные черты, но и целые характеры. Басни Крылова имеют не только бытовой характер, чисто бытовыми можно назвать лишь некоторые из них.

У Крылова есть исторические и социальные басни, в которых образы животных получают совсем другое назначение. Прежде всего эти басни также высмеивают людские пороки через аллегорические образы животных Но во многих исторических баснях в персонажах животных угадывается уже целый характер, дается намек на определенного человека. Например, в басне «Воспитание Льва» Лев-отец — не только воплощение силы, мужества. Он ещё и царь зверей, это создает в басне определенный подтекст (имеется в виду воспитание Александра I швейцарцем Лагарпом). Лев-отец выступает в этом месте не только как мрачный царь, но и как заботливый, но недалекий отец, который поручил воспитание своего сына птице, забыв о том, что царствовать-то сын будет над зверями. В образе льва-отца обрисован целый характер, со всеми его достоинствами и недостатками, а не одно лишь какое-нибудь свойство человеческой натуры.

В баснях «Волк на псарне» и «Щука и кот» уже можно вещать не столько об аллегории, сколько о метафоре. В этих двух баснях под образами волка и щуки подразумевается Наполеон. Можно продолжительно вещать, что Наполеон был хитер, ловок, умен, умел быстро и ловко приспосабливаться к ситуации. Но он не рассчитал своих возможностей и попал «на псарню» вместо «овчарни». Соотнеся образ волка со всем аллегорическим смыслом басни, мы сразу угадываем в нем завоевателя Наполеона. Но при этом образ волка никак не сужается до изображения конкретного человека, он настолько широк и всеобъемлющ, что басня не теряет своей ценности и за пределами контекста эпохи.

Образы животных у Крылова можно сравнить с образами животных в сказках Салтыкова-Щедрина, где подчас, не зная исторической подоплеки, трудно угадать назначение этого образа в произведении.

Теперь можно сделать вывод, что человек не отделим от своего социального положения, поэтому образы животных можно классифицировать как метафоры определенных социальных уровней. Цари, вельможи, чиновники, «маленькие люди» также нашли свое метафорическое отражение в образах животных у Крылова. Например, в басне «Лев и барс», где лев и барс — выходцы из высших слоев общества, лиса и кот — из чиновничества. Сюда же можно отнести басню «Волк и ягненок». «Усильного вечно бессильный виноват», — гласит мораль этой басни. Образ ягненка использован не только как «Агнец Божий» — аллегория слабости и беззащитности. Этот образ ещё и предстает как метафора определенного социального уровня, быть может, мелких чиновников.

Иногда Крылов иронизирует не только над социальными пороками (басня «Две собаки»), но и над самой опорой социальной лестницы — государственными институтами, и для этого также используются образы животных. Примером может служить басня «Квартет», где пародируется государственный совет, созданный в 1801 году, и его четыре департамента, возглавляемые «Проказницей мартышкой, Ослом, Козлом И косолапым мишкой». Что же ожидает такой квартет-совет в будущем, если в его главу поставлена более того не свора собак, а как раз разные животные?

Итак, обширно используемые Крыловым образы животных с разными характерами указывают на реалистическую основу крыловской басни. Реализм Крылова, связь его басен с народной основой придает его басням русский, национальный дух. Образы животных, которые подчас на иллюстрациях бывают изображены в русских национальных костюмах, несут в себе сатирическую типизацию черт русского национального характера.

Крылов использует прием индивидуализации речи персонажа. Баснописец вкладывает в уста животных отдельные элементы разговорной речи разных сословий того времени, например, в басне «Стрекоза и муравей» муравей говорит: «Кумушка, мне странно это», «Так поди же, попляши». Стоит обратить чуткость и на ритмику этой басни. Образ попрыгуньи-стрекозы создается особым «прыгучим» размером — хореем. Крылов также обширно применяет звукопись для создания «звукового» образа животного. Например, в басне «Змея» инструментовка на шипящие звуки и «з», в басне «Мор зверей» повторение звуков «м», «у», «ы».

Ориентация Крылова на русскую разговорную речь наглядно проявилась в его баснях благодаря введению в них образа рассказчика. Повествование о действиях персонажей ведется в определенной манере, ясно различим личностный тон рассказчика с присущими ему формами и оборотами речи.

Вот «Лебедь, Рак да Щука», взявшись за дело, «из кожи лезут вон», вот «Механик пуще рвется», чтобы открыть Ларец, вот лягушка, захотевшая сравняться с Волом, первоначально стала «топорщиться, пыхтеть», а далее «С натуги лопнула и — околела». Бедняк, увидев Смерть, «оторопел». Моська появляется «отколе ни возьмись».

Встречаются баснях такие обороты: «зима катит в глаза», «с ним была плутовка такова». Язык рассказчика басен — просторечно-фамильярный. Рассказчик как бы пребывает среди своих персонажей, говорит о них, как о знакомых, дает им прозвища: «попрыгунья-Стрекоза», «проказница Мартышка» , «Повар-грамотей», «механик-мудрец». Иногда в самих обращениях уже выражено отношение рассказчика: «мой бедный соловей», «бедный Фока мой», «мой хитрец» («Волк на псарне»).

Но приближение к персонажам не мешает одаривать им справедливую опенку: «Избави, Бог, и нас от этаких судей», «Кто про свои дела кричит всем без умолку, В том, верно, мало толку». Бывает, что рассказчик принимает позу хитрого простачка: «Кто виноват из них, кто прав — судить не нам, Да только воз и ныне там». Это как раз и есть то «веселое лукавство ума», о котором писал Пушкин.

Народные начала речи, звучащие в баснях Крылова, убедительно подтверждаются использованием в них пословиц и поговорок: «Запели молодцы, кто в лес, кто по дрова». («Музыканты»).

То, что в языке басен Крылова растворились народные выражения, составляет одну его особенность. Другую представляет обратное явление. Многие выражения из басен стали восприниматься как пословицы. «А Васька слушает, да ест»; «А ларчик просто открывался»; «Слона-то я и не приметил»; «Соседушка, я сыт по горло», — отпирается Фока. Мы проворно представляем себе людей среднего сословия, их настроения и чувства.

Приемом речевых характеристик Крылов пользуется постоянно. Яркие примеры находим в баснях «Любопытный», «Кошка и Соловей», «Кот и Повар». Особенно мастерски передал Крылов слова Лисицы, выражающие тонкую лесть Вороне. Если сравнить разработку этого сюжета у Тре-дьяковского, Лафонтена, то последний пример наглядно продемонстрирует, что совершенствование басни шло как раз по языковой, стилистической линии. В комплиментах Лисицы сквозит ирония. Иронией проникнуто авторское повествование. Это добавляет жизненности, создает условия для более трезвого вывода. Язык, речь героев действует на усложнение сюжета басни, это приводит к углублению ее смысла.

Часто встречающиеся в басне интонации устной речи ни в коей мере не выводят ее из области письменности, словесного искусства. Басни Крылова — стихотворные произведения, на которые распространяются законы поэзии.

Разговорный язык басни способствует тому, что ее можно представить как маленькую комедию. Комизм ситуации часто дополняется комизмом языка. Непременное условие басни — действо подчеркивается частыми глагольными рифмами. Рифма у Крылова несет смысловую нагрузку.

Две Бочки ехали, одна с вином,

Здесь рифма соединяет как раз те слова, которые определяют предмет рассмотрения в басне. На ее примере покажем средства художественной выразительности языка Крылова. Рассказ представляет нам фантастическую картину: по городу едут сами по себе две бочки, одна — плавно, другая — несется и гремит. Если принять условность ситуации, то все выглядит полностью натурально: пыль столбом, прохожий жмется к стороне. Но во второй части басни прямо пишется о людях, которые «про свои дела кричат». Затем четко формулируется .мораль: «Кто делов истинно — тих часто на словах». И

дальше: «Великий человек. думает свою он крепку думу Без шуму». Это

«без шуму» точно повторяет слова из характеристики движения полной бочки, что устанавливает не только идейную, но и образную связь между ней и человеком деловым. Возвращаясь к началу рассказа, мы осмысляем его уже на другом уровне. Бочки оказываются условными предметами, обозначающими человеческие качества. Но это аллегорическое высказывание содержит добавочный метафорический компонент, который мы осознаем после прочтения всей басни. Метафорическое важность пустой бочки в данном контексте осмысляется применительно к пустому человеку, болтуну. Вся басня построена на сопоставлениях.

В басне «Слон на воеводстве» метафора оказывается главным выразительным средством рассказа. Реализация ее буквального смысла создает движение и комизм басни.

На примере басни «Две Бочки видна роль разностопного ямба, которым пользовался Крылов во всех своих баснях. В данном случае это выделение существенных моментов рассказа. С той же функцией мы встречаемся в баснях «Волк и Ягненок», «Крестьянин и Смерть», «Крестьяне и Река». Другими его функциями являются передача интонаций активный речи («Кот и Повар», «Обоз») и стремительного развития действия («Волк на псарне»).

Вольный ямб Крылова отражал жизненное разнообразие, представшее в его баснях. Оно сказалось ещё в расширении жанровых границ басни. Так, в басне Осел и Соловей» описание пения соловья дано языком, свойственным идиллии. Жуковский находил у Крылова «два стиха, которые не испортили бы никакого описания. в эпической поэме». Он же с восхищением отмечал его искусство изображения различных предметов. При описании мухи стихи «летают совместно с мухой». Стихи о медведе как бы тянутся, длинные слова передают медлительность и тяжесть медведя.

В своих баснях не забывал Крылов и звуковую сторону стихов. Возьмем, например, басню «Листы и Корни». Две части басни, соответствующие монологам Листов и Корней, подчеркиваются различным подбором звуков. Из восемнадцати стихов первой части только четыре не содержат звука «л», а в пяти стихах тот самый звук повторяется не по одному разу. Во второй части выделяются звуки «к», «р», «н», «п», «т». Противопоставление Листов и Корней дополнительно подчеркивается на фонетическом уровне. Так у Крылова и звуковой состав слова может нести смысловое важность.

Встречаются у Крылова, правда, не очень часто, такие речевые приемы, как сравнение и синекдоха. Например, в басне «Ворона и Курица»:

Тогда все обитатели, и малый и большой.

И вон из стен московских поднялися,

Как из улья пчелиный рой.

Для характеристики языка басен Крылова можно ещё указать факт употребления необычного названия обычных предметов. Так, в нескольких баснях Крылов вместо «Ворона» говорит «вещунья»

Все вышесказанное позволяет заключить, что великий баснописец решил задачу сочетания народных элементов со структурой поэтической речи, благодаря чему привнес существенный вклад в формирование русского литературного языка и поднял русскую басню на небывалую высоту.

В то же пора Крылов обогатил русскую басню новыми реалистическими образами животных. Русский баснописец разработал принципы реалистической типизации, без которых невозможны были бы емкие сатирические образы животных у Салтыкова-Щедрина и вообще все дальнейшее движение русской литературы по пути изображения русского национального характера.

Квартет

Да косолапый Мишка

Затеяли сыграть Квартет.

Достали нот, баса, альта, две скрипки

И сели на лужок под липки, —

Пленять своим искусством свет.

Ударили в смычки, дерут, а толку нет.

«Стой, братцы, стой! — кричит Мартышка. — Погодите!

Как музыке идти? Ведь вы не так сидите.

Ты с басом, Мишенька, садись против альта,

Я, прима, сяду против вторы;

Тогда пойдет уж музыка не та:

У нас запляшут лес и горы!»

Расселись, начали Квартет;

Он все-таки на лад нейдет.

«Постойте ж, я сыскал секрет! —

Кричит Осел, — мы, верно, уж поладим,

Коль рядом сядем».

Послушались Осла: уселись чинно в ряд;

А все-таки Квартет нейдет на лад.

Вот пуще прежнего пошли у них разборы

Кому и как сидеть.

Случилось Соловью на шум их прилететь.

Тут с просьбой все к нему, чтоб их решить сомненье.

«Пожалуй, — говорят, — возьми на час терпенье,

Крылов иван андреевич басня квартет

Крылов Иван Андреевич (1769-1842 гг.)

Русский писатель, баснописец. Родился в семье отставного армейского офицера. Служил мелким чиновником в казенной палате. Самостоятельно изучил французский и итальянский языки. С 1789 г., выйдя в отставку, Крылов печатает в купленной им типографии сатирический журнал «Зритель», вступив в полемику с «Московским журналом» Карамзина.

Служил домашним учителем в семье князя Голицына и был его секретарем. В 1805 г. Крылов перевел две басни Лафонтена, и с этого началась его деятельность баснописца, которую он продолжал до конца своих дней, несмотря на немалый успех в драматургии («Модная лавка» и «Урок дочкам», «Пирог»)

В1812—1841 гг. Крылов служил помощником библиотекаря императорской Публичной библиотеки.

В годы войны с Наполеоном Крылов выступил как патриот, а после войны отстаивал интересы простого человека, высмеивая пороки светского общества; предметом осмеяния были многочисленные людские недостатки, особенно эгоизм и глупость, чванливость и тщеславие.

Анализ басен И.А. Крылова в 5-м классе

Обучение школьников анализу художественных произведений начинается с 5-го класса. При этом учителю важно учитывать возрастные особенности учащихся и, избегая сложностей, вводить и повторять необходимые теоретико-литературные понятия.

Анализ строится на основе целостного восприятия и выразительного чтения учащимися художественных произведений, в частности, басен И.А. Крылова, например, «Стрекоза и Муравей», «Петух и Жемчужное зерно».

Используем приём сопоставления басен И.А. Крылова с литературным источником — баснями Эзопа. Покажем учащимся самобытность русского баснописца, национальный характер его произведений. С этой целью даём задание: сравните басню Эзопа, древнегреческого баснописца, жившего в VI веке до нашей эры, «Муравей и жук» и басню Крылова «Стрекоза и Муравей».

Объясним, что сравнить литературные произведения — значит выяснить, что у них общего, чем они отличаются.

В летнюю пору гулял муравей по пашне и собирал по зёрнышку пшеницу и ячмень, чтобы запастись кормом на зиму. Увидал его жук и посочувствовал, что ему приходится так трудиться даже в такое время года, когда все остальные животные отдыхают от тягот и предаются праздности.

Промолчал тогда муравей; но когда пришла зима и навоз дождями размыло, остался жук голодным, и пришёл он просить у муравья корму.

Сказал муравей: “Эх, жук, кабы ты тогда работал, когда меня трудом попрекал, не пришлось бы тебе теперь сидеть без корму”.

Эзоп (VI в. до н.э)

Стрекоза и Муравей
Попрыгунья Стрекоза
Лето красное пропела:
Оглянуться не успела,
Как зима катит в глаза.
Помертвело чисто поле;
Нет уж дней тех светлых боле,
Как под каждым ей листком
Был готов и стол, и дом.
Всё прошло: с зимой холодной
Нужда, голод настаёт;
Стрекоза уж не поёт:
И кому же в ум пойдёт
На желудок петь голодный!
Злой тоской удручена,
К Муравью ползёт она:
“Не оставь меня, кум милой!
Дай ты мне собраться с силой
И до вешних только дней
Прокорми и обогрей!”
“Кумушка, мне странно это:
Да работала ль ты в лето?” —
Говорит ей Муравей.
“До того ль, голубчик, было?
В мягких муравах у нас
Песни, резвость всякий час,
Так, что голову вскружило”.
“А, так ты…” — “Я без души
Лето целое всё пела”. —
“Ты всё пела? Это дело:
Так поди же, попляши!”
И.А. Крылов (1808)

Объясним учащимся значение слова “мурава” — трава, отсюда муравей; травушка-муравушка — народно-поэтическое выражение.

Примерные вопросы для анализа

— Почему эти басни можно сравнивать?

— Какая басня написана стихами, какая — прозой?

— Кто герои басен?

— Почему слова “Стрекоза”, “Муравей” Крылов написал с прописной буквы как имена собственные?

— Найдите в басне Крылова слова и выражения, особенности природы, на основании которых можно сказать, что эта басня русская.

— Какие качества человека иносказательно изображают и высмеивают обе басни?

— В каких словах выражена мораль (нравоучение) басен?

Обобщая ответы учащихся, скажем, что в баснях рассказывается о похожем поведении героев, об их одинаковых нравственных качествах: лени, легкомысленном отношении к жизни, поэтому их можно сравнивать.

Басня Эзопа написана прозой, Крылова — стихами. Герои — насекомые, но вместо ленивого жука Крылов создаёт образ ленивой и легкомысленной, стремящейся только к развлечениям Стрекозы. Предложим учащимся подобрать синонимы к слову легкомысленность: несерьёзность, беспечность, поверхностность, бездумность, верхоглядство, ветреность.

У Эзопа жук сочувствует муравью, потому что тому приходится много трудиться летом, но ленивец не задумывается, зачем это нужно; у Крылова Стрекоза в вихре веселья вообще не замечает, что кто-то трудится даже летом. В баснях показано преимущество трудолюбия и опасность праздности и лени.

В басне Эзопа зима пришла с дождями, что характерно для Греции, южной страны. У Крылова настоящая русская зима, снежная и холодная. Он использует характерные для русского фольклора постоянные эпитеты: лето красное, злая тоска, чисто поле. Скажем учащимся, что Крылов взял сюжеты у Эзопа, но создал подлинно русскую, народную басню.

Баснописцы всегда рассказывают о том, что волнует общество, высмеивают отрицательные качества людей, чтобы они избавлялись от своих недостатков. Поэтому из содержания басни всегда вытекает нравоучение (мораль). В этих баснях, которые мы рассматриваем, нравоучение вытекает из содержания и выражается в последних словах у Эзопа и двух последних строчках у Крылова без поучающего суждения.

Чаще всего нравоучение (мораль) выделяется в басне как самостоятельная её часть и располагается либо в конце, либо в начале басни. Читаем басню Крылова «Петух и Жемчужное зерно», выделяем нравоучение (мораль).

В баснях часто действуют животные, растения, предметы, явления природы, но под ними подразумеваются люди. Животные, растения, предметы, явления природы наделяются в баснях, как и в сказках, качествами человека: даром речи, чувствами и мыслями.

— Вспомним, как называется приём наделения животных, растений, предметов, явлений природы качествами и свойствами человека?

(С понятием олицетворение пятиклассники знакомятся при изучении мифов и сказок.)

— Укажите олицетворения в басне Крылова «Стрекоза и Муравей» (“помертвело чисто поле”, “зима катит в глаза”, “говорит ей Муравей” и др.)

Подчеркнём, что олицетворение является одним из постоянных художественных приёмов в сказках, баснях и других литературных произведениях.

Нравственные качества людей в баснях иносказательно изображаются в образах животных: хитрость в виде лисы, жадность, жестокость выступают в обличии волка, коварство — в виде змеи и др. Хитрость, жадность, лень — всё это отвлеченные понятия. Художественный приём изображения отвлечённых понятий в конкретных образах (животных, растений, предметов, явлений природы) называют аллегорией (иносказанием). Аллегорией мира на Земле является белый голубь, аллегорией надежды человека — якорь и др. Существует ещё одно название аллегории (иносказания) — эзопов язык.

Критик В.Г. Белинский писал, что в баснях Крылова “нет ни медведей, ни лисиц, хотя эти животные, кажется, действуют в них, но есть люди, и притом русские люди”. В воспроизведении национально-народного колорита и заключается новаторство Крылова-баснописца. Он смело вводит народное просторечие и устно-поэтическую лексику, бытовые детали, утверждает народную точку зрения.

Точные и краткие изречения (афоризмы) из его басен вошли в сокровищницу русского языка.

— Какое выражение из басни «Стрекоза и Муравей» стало афоризмом?

Крылов создавал и оригинальные басни, в которых действуют не только животные, но и люди.

Прочитайте басню «Волк на псарне» сначала про себя, затем выразительно вслух. (Можно организовать чтение по ролям.)

Многие басни Крылова написаны по какому-нибудь конкретному поводу, и современникам баснописца было понятно, в чей огород брошен камень. Вместе с тем басенные персонажи имеют широкий обобщающий смысл, который понятен и в наши дни.

Так, басня «Волк на псарне», написанная в 1812 году, является откликом на Отечественную войну против французского нашествия. Волк — это Наполеон, потерпевший поражение на Бородинском поле; заняв Москву, он понял, что оказался в ловушке, и послал Кутузову предложение о мире, заверяя русского полководца, что желает мира. Кутузов отверг предложение завоевателя и в победоносных сражениях освободил Россию от врагов. Ловчий в басне — это Кутузов.

— Сравните внешний вид волка и его речи.

— Почему псарня для волка “стала адом”? В чём смысл этого сравнения?

— Определите, какие отрицательные качества человека иносказательно изображены в басне.

— Какими чертами обладает Ловчий?

Обобщая ответы учащихся, обратим их внимание на то, что несоответствие внешнего вида и речей волка свидетельствует о его коварстве (злонамеренности, прикрытой показной доброжелательностью).

Скажем, что Волк воспринимает псарню как ад (по Библии — место наказания и вечных мучений грешников). Иными словами, волк сам осознаёт правомерность наказания за причинённое зло и пытается избежать его хитростью.

Ловчий (главный из псарей) изображён смелым, мудрым человеком, наделённым жизненным опытом:

Ты сер, приятель, а я сед,
И волчью вашу я давно натуру знаю.

Домашнее задание. Прочитайте басни в учебнике-хрестоматии. Определите, какие отрицательные черты людей высмеивает автор? В каких словах выражена мораль басен? Какие слова стали афоризмами?

Закрепление изученного материала можно провести в виде самостоятельной работы учащихся на следующем уроке (небольшие басни даются на карточках для анализа в виде письменной работы).

— Прочитайте басню Эзопа «Петух и алмаз» и И.А. Крылова «Петух и Жемчужное зерно». В чём состоит сходство и различие этих басен? Запишите свои суждения.

Петух и алмаз
Петух разгребал по обыкновению своему навозную кучу и, вырывши алмаз, подумал: ежели б золотых дел мастер сию блестящую безделку нашёл, то она б ему очень пригодилась; а мне бы ячменное зерно во сто мер лучше сего было. (Эзоп (VI в. до н. э.))

Петух и Жемчужное зерно
Навозну кучу разрывая,
Петух нашёл Жемчужное зерно
И говорит: “Куда оно?
Какая вещь пустая!
Не глупо ль, что его высоко так ценят?
А я бы, право, был гораздо боле рад
Зерну Ячменному: оно не столь хоть видно,
Да сытно”.
.
Невежи судят точно так:
В чём толку не поймут, то всё у них пустяк.
И.А. Крылов (1808)

Следует объяснить значение слов невежа (грубый, невоспитанный человек) и невежда (малообразованный, малосведущий человек).

Басни Крылова
«Стихи о любви и стихи про любовь» — Любовная лирика русских поэтов & Антология русский поэзии. © Copyright Пётр Соловьёв

Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Добавить комментарий

;-) :| :x :twisted: :smile: :shock: :sad: :roll: :razz: :oops: :o :mrgreen: :lol: :idea: :grin: :evil: :cry: :cool: :arrow: :???: :?: :!:

Басни Ивана Андреевича Крылова

Иван Андреевич Крылов — замечательный писатель, сумевший дать басне высокий смысл и сатирическую остроту, актуальность и многозначность. Краткость и образность языка Крылова поразительны. Он умел создать целую картину или охарактеризовать своего героя всего несколькими словами.
В басне «Волк и Ягненок» он изображает Ягненка робеющим перед важным сановником — Волком, и весь строй речи Ягненка, подобострастной и боязливой, передает его характер:

«Когда светлейший Волк позволит.
Осмелюсь я донесть: Что ниже по ручью
От светлости его шагов я на сто пью. »

Елейная речь лицемера царя в басне «Мор зверей» всем стилем своим рисует его отталкивающий образ.

«О, други! — начал Лев: — По множеству грехов
Подпали мы под сильный гнев богов;
Так тот из нас, кто всех виновен боле,
пускай по доброй воле
Отдаст себя на жертву им.
Ох, признаюсь,— хоть это мне и больно,—
Не прав и я!»

Каждая басня писателя по-своему самобытна и индивидуальна. Крылов может при видимой скупости средств создать яркий характер, незабываемый живой образ. В басне «Собачья дружба» «характер» каждой собаки раскрывается в их «фразах».

«Что может,— говорит Полкан, — приятней быть,
Как с другом сердце к сердцу жить;
Во всем оказывать взаимную услугу;
Не спать без друга и не сесть.
Стоять горой за дружню шерсть. »
Барбос ответствует ему:
«Давно, Полканушка, мне больно самому.
Что, бывши одного двора с тобой собаки.
Мы дня не проживем без драки. »

Но не только слова — самые звуки крыловского языка ярко рисуют то, что описывает автор. Вслушайтесь в эти звуки:

В свой ряд смиренный Вол им так мычит:
«И мы
Грешны. »

Близость языка Ивана Андреевича к народной речи сказалась и в том, что писатель вставлял в свои басни пословицы и поговорки, и они вполне сливались с общим тоном басни;

Запели молодцы: кто в лес кто по дрова
И у кого что силы стало.
В ушах у гостя затрещало.
(«Музыканты»)

Читатель, истину любя,
Примолвлю к басне я, и то не от себя,—
Не попусту в народе говорится:
Не плюй в колодезь, пригодится
Воды напиться.
(«Лев и Мышь»)

Но еще замечательное то, что собственные стихи Крылова, легко запоминаясь, сами сделались пословицами, вошли в золотой фонд народной речи. Таких пословиц и поговорок из его басен осталось в русском языке много: «А ларчик просто открывался» («Ларчик»), «Ты виноват уж тем, что хочется мне кушать» («Волк и Ягненок»), «Рыльце у тебя в пуху» («Лисица и Сурок»), «Аи, Моська! Знать она сильна, что лает на Слона» («Слон и Моська»), «А Васька слушает да ест» («Кот и Повар») и много-много других не менее замечательных и выразительных.

У писателя много заимствованных из произведений других баснописцев сюжетов. Но связь Ивана Андреевича с народным творчеством, с языком народных сказок была так тесна, что даже эти заимствованные басни не звучат как переводы. Ведь яркий, меткий, живой русский язык Крылова не мог быть заимствован ни у кого.
Крылов — подлинно народный писатель, художник огромной силы, и влияние его на русскую литературу было глубоким и положительным.

У писателя много заимствованных из произведений других баснописцев сюжетов. Но связь Ивана Андреевича с народным творчеством, с языком народных сказок была так тесна, что даже эти заимствованные басни не звучат как переводы. Ведь яркий, меткий, живой русский язык Крылова не мог быть заимствован ни у кого.
Крылов — подлинно народный писатель, художник огромной силы, и влияние его на русскую литературу было глубоким и положительным.

В баснях «Волк на псарне» и «Щука и кот» уже можно говорить не столько об аллегории, сколько о метафоре. В этих двух баснях под образами волка и щуки подразумевается Наполеон. Можно долго говорить, что Наполеон был хитер, ловок, умен, умел быстро и ло