Анекдот про стихи пушкина

В овочка на уроке литературы читает стихотворение.
Учительница: Вовочка, ну как ты читаешь!? Надо же с выражением!
Вовочка: Марьиванна, какие выражения! Это же Пушкин.

А лександр Сергеевич Пушкин — первый русский рэпер.
Он тоже рифмовал, имел африканские корни и умер в перестрелке.

— П омнишь, у Пушкина: «Было у отца три сына. Старший умный был детина.
Средний сын и так, и сяк. Младший вовсе был дурак»?
— Помню. А что?
— Фигню поэт писал. Гнилой базар. В жизни не так.
— Почему?
— Потому что у меня тоже три сына.
— Ну и что?
— И все младшие!

«С казка о рыбаке и рыбке» А. С. Пушкина должна быть настольной книгой каждой особи женского пола, с детства до старости.

— А вы знаете, что письмо Татьяны Онегину написала не Татьяна?
— Нет, а кто?
— Пушкин!

— З наешь, Петр, ты мне Пушкина напоминаешь.
— Чем? Бакенбардами?
— Нет. Застрелить тебя хочется.

П риятнее чем перечитать всего Пушкина, может быть только пересчитать всего Франклина.

П риходит к Лаврентию Павловичу на прием Александр Сергеевич Пушкин.
— Ради Бога, помогите. В Союз писателей не принимают, живу в коммунальной квартире, условия жуткие.
— Александр Сергеевич, дорогой вы наш. Да для вас, нашего гения, мы все эти вопросы решим в два счета.
Снимает трубку.
— Алло! Соедините с Моссоветом. Берия говорит. Да, да, тот самый. Что же это за безобразие! Почему Пушкин — и живет в коммуналке? Мы что, не в состоянии дать ему квартиру? Вы там подумайте! Да, и думайте не очень долго.
Кладет и заново снимает трубку.
— Алло! Дайте Союз писателей. Вы что там, все с ума сошли? Как это так?
Пушкина — и не принимаете в Союз писателей. Немедленно исправьте эту ошибку.
— Ну вот, — обращается он к великому посетителю. — Все в порядке, идите спокойно и работайте спокойно. Можете быть уверены, что мы вас в обиду не дадим никому и никогда.
— Я вам премного признателен, Лаврентий Павлович.
Пушкин выходит из кабинета. Берия в очередной раз снимает трубку.
— Алло! Дантес? Пушкин вышел из девятого подъезда.

С идят Пушкин, Лермонтов и Маяковский, не могут решить, кому первому наливать. Решили так: кто стих рассказывает — тот и пьет.
Пушкин встает и говорит:
— Я, ребята, пить люблю — наливайте мне одну.
Налили, выпил.
Следом встает Лермонтов:
— Был, ребята, я в Москве — наливайте сразу две!
Налили две.
Встает Маяковский и говорит:
— Вы, ребята, молодцы — остальное все мое!

В орошиловский стрелок перед памятником Пушкину:
— И чего ему памятник поставили? Попал-то ведь Дантес!

У рок истории. Училка:
— Каким событием знаменит 1799 год?
Вовочка:
— Родился Пушкин.
— А 1812-й?
— Пушкину было 13 лет.

С воими стихами он напоминал раннего Пушкина, когда тот еще не умел ни писать, ни говорить.

В о время экзамена в Литературный институт.
— Прочтите что-нибудь пушкинское, из «Евгения Онегина».
— Мой дядя — ректор института.
— Спасибо, вы приняты.

У памятника:
— Ай, какой красивый армянин! Совсем молодой умер!
— Ну что вы, это же Пушкин, русский поэт!
— Какой Пушкин, какой русский!? Не видишь — надпись:
ГАЗОН ЗАСЕЯН

К то-то, желая смутить Пушкина, спросил его в обществе:
— Какое сходство между мной и солнцем?
Поэт быстро нашелся:
— Hи на вас, ни на солнце нельзя взглянуть не поморщившись.

Е сли бы Пушкин жил не в ХIX, а в ХХ веке, он все равно бы умер в 37-м году.

Д антес никак не мог решиться нажать на курок. Но услышав грозный окрик своего секунданта — «А стрелять за тебя Пушкин будет?» — вздрогнул и инстинктивно разрядил пистолет в поэта.

О дин помещик как-то раз пригласил своего соседа Пушкина на обед. Все остальные гости уже давно собрались, а Пушкин опаздывал, и хозяин предложил его за это разыграть.
План был такой: как только лакей пригласит обедать все немедленно рассядутся на условленные места, а стульев будет подано на один меньше, чем гостей.
Так и сделали. Все степенно трапезовали, а Пушкин, оставшись без стула, ходил от блюда к блюду, через головы сидящих подкладывал себе в тарелку и ел на ходу.
Наконец один из гостей не выдержал и спросил:
— Александр Сергеевич, что это все сидя кушают, а вы все вокруг бегаете?
— Понимаете, — ответил Пушкин, — я человек и ем, что хочу. А свиньи едят, что подадут.

П ушкин предугадал появление «новых русских»….это ясно по его стиху:»…златая цепь на дубе том…»

А й да Пушкин, ай да сукин сын! Ты сам — то изумруды ГРЫЗТЬ пробовал.
Белочка.

К 100-летию со дня смерти Пушкина собрались поставить ему памятник. Как положено, отнесли проект Сталину.
Скульптор (Ск) : Проект — Стоит Пушкин, читает томик Сталина
Сталин (Ст): Эта верна палытычески, но не верна истарически
Ск: Ok, Проект — Стоит Сталин, читает томик Пушкина
Ст: Эта верна истарически, но не верна палытычески
Ск: Ok, Проект — Стоит Сталин, читает томик Сталина
Ст: Эта верна и истарически и палытычески, будем ставить!

Анекдоты про Пушкина

Анекдоты про Александра Сергеевича Пушкина

― Позвольте представиться, Жеребцов Николай Петрович, Вологодского, Грязовецкого и Кадниковского уездов помещик. Прибыл засвидетельствовать почтение мужу вашему, пребываю большим почитателем его таланта, но с этой самой минуты пребываю ещё большим почитателем вашей красоты, несравненная Наталья Николаевна! Ах да, тут конфуз вышел, так сказать, une petite confusion, арапка ваш, что при входе, меня на дуэль вызвал, расхаживает, шельмец, в барском халате, пьёт, видать. Вы уж велите всыпать ему горячих на конюшне.
Так где же супруг ваш, драгоценный Александр Сергеевич?

ВМЕСТЕ С ПУШКИНЫМ

Татьяна (русская душою,
Сама не зная почему,)
Любила русское, простое:
Омаров или фу- а- гру.

Пушкин очень любил обидно троллить.

Из частного письма О. С. Павлищевой:
Коссаковская как-то говорила Александру [Сергеевичу Пушкину]: «Знаете ли, что ваш Годунов может показаться интересным в России?» — «Сударыня, так же, как вы можете сойти за хорошенькую женщину в доме вашей матушки». С тех пор она равнодушно на него смотреть не могла.

Эпиграмма на генерала А. Ф. Орлова и его любовницу, балерину Истомину:
Орлов с Истоминой в постеле
В убогой наготе лежал.
Не отличился в жарком деле
Непостоянный генерал.
Не думав милого обидеть,
Взяла Лаиса микроскоп
И говорит: «Позволь увидеть,
Чем ты меня, мой милый, —».

На генерал-майора А. Л. Давыдова и его жену:
Иной имел мою Аглаю
За свой мундир и чёрный ус,
Другой за деньги — понимаю,
Другой за то, что был француз,
Клеон — умом ее стращая,
Дамис — за то, что нежно пел.
Скажи теперь, мой друг Аглая,
За что твой муж тебя имел?

В связи с сегодняшней датой вспомнила историю.
— О чем вам говорят слова: «Девятнадцатое октября»?- спросил меня психиатр.
Я лежала в неврологическом отделении студенческой больницы. Диагноз был не очень приятный. А симптомы вообще не радовали: ноги ходили плохо, руки промахивались мимо рта, пальцы не чувствовали, когда их кололи иголками. И даже моя замечательная память, можно сказать, моя гордость, начала меня подводить. Я не помнила номера телефонов (а тогда они были всего лишь шестизначными). Узнав про пробелы в памяти моя врач с сиреневыми волосами отправила меня в соседнее отделение — пообщаться с психиатром.
И я — свежеиспеченная первокурсница университета (тогда еще не все ВУЗы называли себя гордо университетами, и не в каждом городе был хотя бы один университет), я напрягаю память и выдаю:

Друзья мои, прекрасен наш союз!
Он как душа неразделим и вечен —
Неколебим, свободен и беспечен
Срастался он под сенью дружных муз.
Куда бы нас ни бросила судьбина,
И счастие куда б ни повело,
Всё те же мы: нам целый мир чужбина;
Отечество нам Царское Село.

Говорю, что это день основания Царскосельского лицея.
Дельвиг, Пущин, Кюхельбекер, Горчаков, Пушкин — а всего 29 выпускников первого выпуска.
Пушкин посвятил не одно стихотворение этой дате. А именно эти строки он писал в ссылке в Михайловском.

Врач-психиатр огромного роста, наверное, и силы немеренной смотрит на меня хитро улыбаясь.
Я начинаю догадываться, что что-то не так.
Замолкаю. Смотрю на него вопросительно.
— А сегодня какое число? — спрашивает таким тоном, каким учительница в школе говорит: «Лучше бы ты голову дома забыла!»
— А сегодня девятнадцатое, да? — виновато вспоминаю, — год говорить?
Улыбается, почти смеется.
— Номер палаты своей помнишь?
— Двеннадцатая.
— Иди, — он уже смеется в голос, — Отечество нам Царское Село! Ха-ха!

Загробная встреча с Пушкиным: городская легенда

Питерские старожилы уверены – последний стих великий поэт написал, будучи уже на том свете.
Эту поучительную историю жители северной Пальмиры рассказывают своим детям как пример того, что надо быть деликатным и скромным в желаниях, а надоедливым и наглым быть нельзя.

Случилась она, если верить слухам, в конце 50-х годов прошлого века.
Три пушкинистки – старые девы, принесшие свои молодость и любовный жар в жертву солнцу русской поэзии – однажды подпоили сторожа музея-квартиры Пушкина и проникли в неё, чтобы провести там спиритический сеанс.
Они сели в круг за прикроватным столиком, разожгли свечи в местном канделябре, взялись за руки, закрыли глаза и начали повторять: «Мы вызываем дух поэта Александра Пушкина, мы вызываем дух поэта Александра Пушкина. «
Вдруг пламя свечей стало быстро крутиться против часовой стрелки, словно отматывая время назад, а потом вытянулось вверх и замерло. В комнате стало нереально тихо, воздух остановился и стал подобен хрусталю. От Мойки потянуло смертельным холодом.

Девы поняли: всё это – знаки явления духа поэта.
Самая смелая из них взяла приготовленные заранее бумагу и ручку и срывающимся голосом стала просить:
– Александр Сергеевич, миленький, молим, подарите нам – преданным поклонницам Вашим – хотя бы ещё один стих!
Стоило ей это сказать, тут же глаза её закатились, она схватила перо и стала что-то бешено писать на странице.
Затем резко от ветра распахнулось окно, свечи погасли, в небе раздался удар грома и треск молний.
Впечатлительные пушкинистки втроём, как по команде, грохулись в обморок на прикроватный столик.

Когда некоторое время спустя протрезвевший сторож вошел в комнату и включил свет, вернув этим наших героинь к жизни, они сразу же бросились смотреть на листок бумаги, чтобы прочесть загробное послание своего кумира.
На листе узнаваемым почерком поэта было написано:

Я жемчуг не бросаю курам,
Стихов не сочиняю дурам.

«Стихи Пушкина» — Стихи поэта Пушкина.

«Стихи Пушкина» — это избранные стихотворения Пушкина.

«Стихи»

«СТИХИ ПУШКИНА»

«Пушкин»

Стихи Пушкина

Пушкин

Признание

Я вас люблю, хоть я бешусь,
Хоть это труд и стыд напрасный,
И в этой глупости несчастной
У ваших ног я признаюсь!

Мне не к лицу и не по летам.
Пора, пора мне быть умней!
Но узнаю по всем приметам
Болезнь любви в душе моей:

Без вас мне скучно, — я зеваю;
При вас мне грустно, — я терплю;
И, мочи нет, сказать желаю,
Мой ангел, как я вас люблю!

Когда я слышу из гостиной
Ваш легкий шаг, иль платья шум,
Иль голос девственный, невинный,
Я вдруг теряю весь свой ум.

Вы улыбнетесь, — мне отрада;
Вы отвернетесь, — мне тоска;
За день мучения — награда
Мне ваша бледная рука.

Когда за пяльцами прилежно
Сидите вы, склонясь небрежно,
Глаза и кудри опустя, —
Я в умиленье, молча, нежно
Любуюсь вами, как дитя.

Сказать ли вам мое несчастье,
Мою ревнивую печаль,
Когда гулять, порой в ненастье,
Вы собираетеся вдаль?

И ваши слезы в одиночку,
И речи в уголку вдвоем,
И путешествия в Опочку,
И фортепьяно вечерком.

Алина! сжальтесь надо мною.
Не смею требовать любви.
Быть может, за грехи мои,
Мой ангел, я любви не стою!

Но притворитесь! Этот взгляд
Все может выразить так чудно!
Ах, обмануть меня нетрудно.
Я сам обманываться рад!

Я помню чудное мгновенье:
Передо мной явилась ты,
Как мимолетное виденье,
Как гений чистой красоты.

В томленьях грусти безнадежной,
В тревогах шумной суеты,
Звучал мне долго голос нежный
И снились милые черты.

Шли годы. Бурь порыв мятежный
Рассеял прежние мечты,
И я забыл твой голос нежный,
Твои небесные черты.

В глуши, во мраке заточенья
Тянулись тихо дни мои
Без божества, без вдохновенья,
Без слез, без жизни, без любви.

Душе настало пробужденье:
И вот опять явилась ты,
Как мимолетное виденье,
Как гений чистой красоты.

И сердце бьется в упоенье,
И для него воскресли вновь
И божество, и вдохновенье,
И жизнь, и слезы, и любовь.

Я вас любил..

Я вас любил: любовь еще, быть может
В душе моей угасла не совсем;
Но пусть она вас больше не тревожит;
Я не хочу печалить вас ничем.

Я вас любил безмолвно, безнадежно,
То робостью, то ревностью томим;
Я вас любил так искренно, так нежно,
Как дай вам бог любимой быть другим.

Узник

Сижу за решеткой в темнице сырой.
Вскормленный в неволе орел молодой,
Мой грустный товарищ, махая крылом,
Кровавую пищу клюет под окном,
Клюет, и бросает, и смотрит в окно,
Как будто со мною задумал одно.
Зовет меня взглядом и криком своим
И вымолвить хочет: «Давай, улетим!

Мы вольные птицы; пора, брат, пора!
Туда, где за тучей белеет гора,
Туда, где синеют морские края,
Туда, где гуляем лишь ветер. да я. »

Зимнее утро

Мороз и солнце; день чудесный!
Еще ты дремлешь, друг прелестный —
Пора, красавица, проснись;
Открой сомкнуты негой взоры

Навстречу северной Авроры,
Звездою севера явись!
Вечор, ты помнишь, вьюга злилась,
На мутном небе мгла носилась;

Луна, как бледное пятно,
Сквозь тучи мрачные желтела,
И ты печальная сидела —
А нынче. погляди в окно:

Под голубыми небесами
Великолепными коврами,
Блестя на солнце, снег лежит;
Прозрачный лес один чернеет,

И ель сквозь иней зеленеет,
И речка подо льдом блестит.
Вся комната янтарным блеском
Озарена. Веселым треском

Трещит затопленная печь.
Приятно думать у лежанки.
Но знаешь: не велеть ли в санки
Кобылку бурую запречь?

Скользя по утреннему снегу,
Друг милый, предадимся бегу
Нетерпеливого коня
И навестим поля пустые,

Леса, недавно столь густые,
И берег, милый для меня.

Зимний вечер

Буря мглою небо кроет,
Вихри снежные крутя;
То, как зверь, она завоет,
То заплачет, как дитя,
То по кровле обветшалой
Вдруг соломой зашумит,
То, как путник запоздалый,
К нам в окошко застучит.

Наша ветхая лачужка
И печальна, и темна.
Что же ты, моя старушка,
Приумолкла у окна?
Или бури завываньем
Ты, мой друг, утомлена,
Или дремлешь под жужжаньем
Своего веретена?

Выпьем, добрая подружка
Бедной юности моей,
Выпьем с горя; где же кружка?
Сердцу будет веселей.
Спой мне песню, как синица
Тихо за морем жила;
Спой мне песню, как девица
За водой поутру шла.

Буря мглою небо кроет,
Вихри снежные крутя;
То, как зверь, она завоет,
То заплачет, как дитя.
Выпьем, добрая подружка
Бедной юности моей,
Выпьем с горя; где же кружка?
Сердцу будет веселей

Памятник

Я памятник себе воздвиг нерукотворный,
К нему не зарастет народная тропа,
Вознесся выше он главою непокорной
Александрийского столпа.

Нет, весь я не умру — душа в заветной лире
Мой прах переживет и тленья убежит —
И славен буду я, доколь в подлунном мире
Жив будет хоть один пиит.

Слух обо мне пойдет по всей Руси великой,
И назовет меня всяк сущий в ней язык,
И гордый внук славян, и финн, и ныне дикой
Тунгус, и друг степей калмык.

И долго буду тем любезен я народу,
Что чувства добрые я лирой пробуждал,
Что в мой жестокий век восславил я свободу
И милость к падшим призывал.

Веленью божию, о муза, будь послушна;
Обиды не страшась, не требуя венца,
Хвалу и клевету приемли равнодушно
И не оспоривай глупца.

Решила переделать стих Пушкина

Короче, я тут на днях подумала, что стихи Пушкина и ему подобных в наше время в том написании, в котором они были, не соответствуют современному восприятию людей и детей тем более. Таким образом, я решила переделать один из стихов Пуша так, чтобы было понятно современному человеку о чём там идёт речь. Для начала представлю оригинал Пушкина, который и так многим знаком.

Я помню чудное мгновенье:
Передо мной явилась ты,
Как мимолетное виденье,
Как гений чистой красоты.

В томленьях грусти безнадежной
В тревогах шумной суеты,
Звучал мне долго голос нежный
И снились милые черты.

Шли годы. Бурь порыв мятежный
Рассеял прежние мечты,
И я забыл твой голос нежный,
Твой небесные черты.

В глуши, во мраке заточенья
Тянулись тихо дни мои
Без божества, без вдохновенья,
Без слез, без жизни, без любви.

Душе настало пробужденье:
И вот опять явилась ты,
Как мимолетное виденье,
Как гений чистой красоты.

И сердце бьется в упоенье,
И для него воскресли вновь
И божество, и вдохновенье,
И жизнь, и слезы, и любовь.

Вариант Пушкина мне показался далёким от понимания, так что выставляю на Ваш суд переделку этого стиха на современный лад. Итак,

Я помню точно этот час
Скажи, откуда ты взялась
Как-будто глюк увидел я
По ходу женщина моя

Тут депрессуха подступила
И эти пробки каждый день
Я вспоминал что говорила
И плохо спал, как старый пень

С годами сильно закрутился
И что-то больше не мечтал
Не вспоминал, что говорила
Своё мгновенье прое. пропустил

Когда ж в Мытищах свет сломался
Я еле протянул те дни
Без женщин я сидеть боялся
Уже ваще не до любви

Тут депрессуха отпустила
Увидел снова я тебя
Ты как-то мимо пролетела
И не увидела меня

Сердечко сразу зашалило
И чё-то вспомнил я опять
Про то, что снова я готов
На жизнь, и слёзы, и любовь

Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Добавить комментарий

;-) :| :x :twisted: :smile: :shock: :sad: :roll: :razz: :oops: :o :mrgreen: :lol: :idea: :grin: :evil: :cry: :cool: :arrow: :???: :?: :!:

Adblock detector