Анализ творчества чехова

1. Акулинина Э. Р. Тема детства в рассказе А. П. Чехова «Спать хочется» и стихотворении Н. А. Некрасова «Плач детей»: VII класс / Э. Р. Акулинина // Литература в школе. – 2006. – N 8. – С. 51. (Цели урока: расширение познаний учащихся в изучении «детской темы» в русской литературе, формирование умения сравнительного анализа идейно-тематического содержания прозаических и поэтических произведений, объединенных общей тематикой)

2. Алямкина Л. В. Автор и природа в повести А. П. Чехова «Степь». Урок развития речи: VII класс / Л. В. Алямкина // Литература в школе. – 2006. – N 3. – С. 35.

3. Афанасьев Э. С. Человек и его роли в творчестве А. П. Чехова / Э. С. Афанасьев // Литература в школе. – 2010. – N 3. – С. 2–7. (Проблемы художественности изображения человеческих отношений в постклассическом реализме Чехова на материале его любовных новелл)

4. Афанасьев Э. С. Толстой – Чехов: реализм классический и постклассический / Э. С. Афанасьев // Литература в школе. – 2009. – N 5. – С. 16–19. (Проблема границ внутренней свободы человека в творчестве Л. Н. Толстого и А. П. Чехова. Сопоставление рассказов «Три смерти», «Гусев» и «Утро помещика». Анализ произведения Чехова «Новая дача», рассказа «Воры»)

5. Афанасьев Э. С. Идейный герой Толстого и безыдейный герой Чехова: («Смерть Ивана Ильича» и «Скучная история») / Э. С. Афанасьев // Литература в школе. – 2008. – N 1. – С. 12–16. (Тема духовности, смысла жизни в повестях «Смерть Ивана Ильича» Л. Н. Толстого и «Скучная история» А. П. Чехова)

6. Афанасьев Э. С. Творчество А. П. Чехова: реабилитация повседневности / Э. С. Афанасьев // Литература в школе. – 2007. – N 3. – С. 6–8. (Повседневность как основной мотив творчества писателя)

7. Афанасьев Э. С. Гоголь – Чехов: эстетика «малых величин» / Э. С. Афанасьев // Литература в школе. – 2006. – N 10. – С. 2–7. (Автор статьи, доктор филологических наук Э.С. Афанасьев, подробно анализирует сходство и различие героев, сюжетов и художественного метода классиков литературы – Гоголя и Чехова)

8. Бахтиярова Л. Р. О поездке А. П. Чехова на остров Сахалин / Л. Р. Бахтиярова // Литература в школе. – 2010. – N 5. – С. 45–47. (О поездке А. П. Чехова на остров Сахалин. Тема Сахалина в творчестве писателя, о книге Чехова «Остров Сахалин», о музее, посвященном этой книге)

9. Бедрина А. М. Способность сомневаться – сила или слабость?: урок по рассказу А. П. Чехова «Крыжовник» / А. М. Бедрина // Литература в школе. – 2008. – N 3. – С. 32–34. (Конспект урока литературы с опорой на учебник для 8 класса «Дом без стен». Р. Н. Бунеев, Е. В. Бунеева)

10. Бороздунова Л. В. Непрерывная связь времен. Рассказ А. П. Чехова «Студент»: VIII класс / Л. В. Бороздунова // Литература в школе. – 2007. – N 3. – С. 34–37.

11. Витанова Т. И. Письма Антона Павловича Чехова / Т. И. Витанова // Литература в школе. – 2008. – N 8. – С. 33–35. (Урок литературы в 10 классе, посвященный эпистолярному наследию Чехова)

12. Головачева А. Г. Крым в жизни и творчестве А. П. Чехова / А. Г. Головачева // Литература в школе. – 2010. – N 3. – С. 11–17. (Крымский период жизни А. П. Чехова и его роль в творческой судьбе писателя)

13. Головачева А. Г. А. П. Чехов и Крым: поэтика и поэзия диалога / А. Г. Головачева // Литература в школе. – 2008. – N 2. – С. 7–10. (Крымский период жизни А. П. Чехова и его роль в творческой судьбе писателя)

14. Головачева А. Г. «Что за звук в полумраке вечернем? Бог весть. » Образ-символ в пьесе А. П. Чехова «Вишневый сад» / А. Г. Головачева // Литература в школе. – 2007. – N 10. – С. 50–55. (Загадка образа странного «звука лопнувшей струны» в пьесе А. П. Чехова «Вишневый сад». Символический характер этого звукового образа. Литературный анализ пьесы)

15. Граблина Н. В. В творческой мастерской А. П. Чехова / Н. В. Граблина // Литература в школе. – 2009. – N 7. – С. 28–31. (Материал для подготовки урока литературы в 8 классе по рассказу А. П. Чехова «Казак»)

16. Гутов А. Г. Можно ли сегодня полюбить Чехова? / А. Г. Гутов // Литература в школе. – 2010. – N 3. – С. 41–42. (Размышляя о творчестве Чехова, автор показывает, как строить урок, чтобы открыть учащимся дверь в художественный мир писателя и обнаружить, что в его героях современные читатели могут узнать самих себя)

17. Еремцова Е. Н. А. П. Чехов. «Лошадиная фамилия»: VI класс / Е. Н. Еремцова // Литература в школе. – 2007. – N 3. – С. 40–41.

18. Капустин Н. В. О пасторальных мотивах, Оленьке Племянниковой А. П. Чехова и Наташе Ростовой Л. Н. Толстого / Н. В. Капустин // Литература в школе. – 2007. – N 3. – С. 9–11.

19. Карпенко И. В. Организация учебной экскурсии. Чеховское Мелихово: VI класс / И. В. Карпенко // Литература в школе. – 2009. – N 11. – С. 40–41. (Методические рекомендации по проведению экскурсионной работы с детьми. Этапы учебной экскурсии в Мелихово)

20. Картузова Л. Г. А. П. Чехов в Любимовке: на пути к «Вишневому саду» / Л. Г. Картузова // Литература в школе. – 2009. – N 5. – С. 33–35. (Любимовка, Мытищинский край в жизни и творчестве Чехова)

21. Кривенцова В. А. Рассказы «Толстый и тонкий» и «Ионыч» А. П. Чехова / В. А. Кривенцова // Литература в школе. – 2010. – N 10. – С. 37–38. (Стилистический эксперимент на уроке: что теряют рассказы при изменении авторского заглавия, зачинов, устранении отдельных эпизодов, слов и выражений)

22. Ксенофонтов И. В. Изучение прозы А. П. Чехова / И. В. Ксенофонтов // Литература в школе. – 2007. – № 12. – С. 25–29.

23. Кузнецова Л. П. О рассказе А. П. Чехова «Анна на шее» / Л. П. Кузнецова //Литература в школе. – 2007. – N 3. – С. 46–47.

24. Ляпина А. В. «Жизнь восхитительна, чудна и полна высокого смысла. «. Рассказ А. П. Чехова «Студент» / А. В. Ляпина // Литература в школе. – 2011. – N 5. – С. 18–20. (Приемы изображения образа и анализ внутреннего мира героя чеховского рассказа «Студент»)

25. Маркина Е. Е. Бродский и Чехов: интертекстуальные связи стихотворения «Окна» (1963) и пьесы «Вишневый сад»: XI класс / Е. Е. Маркина // Литература в школе. – 2010. – N 5. – С. 34–35. (Предлагаемое литературное сопоставление дает возможность сравнения поэтики Чехова-драматурга («Вишневый сад», 1904) и Бродского-лирика («Окна», 1963), толкования образов раннего стихотворения Бродского как близких чеховской поэтике и проблематике)

26. Мосунова Л. А. Рисование словесных картин как способ смыслового чтения художественного текста. Рассказ А. П. Чехова «Супруга»: Х класс / Л. А. Мосунова // Литература в школе. – 2007. – N 3. – С. 28–31.

27. Овчинникова А. В. Урок-диалог по пьесе А. П. Чехова «Вишневый сад» / А. В. Овчинникова // Литература в школе. – 2007 – N 10. – С. 57–61. (Предлагается урок по пьесе А. П. Чехова «Вишневый сад». В процессе урока учащиеся должны усвоить литературоведческие термины: лиризм, психологизм, подтекст, драма, драматический конфликт)

28. Понидилок Т. А. «Каштанка» в иллюстрациях Д. Кардовского / Т. А. Понидилок // Литература в школе. – 2008. – N 8. – С. 41–42. (Биография художника Дмитрия Николаевича Кардовского и история работы над иллюстрациями к изданию рассказа «Каштанка» 1903 года) [1]

29. Понидилок Т. А. Счастливые минуты в жизни А.П.Чехова / Т. А. Понидилок // Литература в школе. – 2006. – N 8. – С. 52. (Материал для проведения урока литературы по творчеству А. П. Чехова. Содержатся биографические сведения)

30. Роговер Е. С. «Вишневый сад» А. П. Чехова: преемственность и новаторство / Е. С. Роговер // Литература в школе. – 2008. – N 8. – С. 15–20. (Новаторство и традиции в пьесе «Вишневый сад»: интертекстуальность пьесы, своеобразие сюжета, отражение новых театральных принципов и новейшей живописи. Связь пьесы «Вишневый сад» с предшествующими произведениями классической литературы)

31. Соловей Т. Г. «Вверх по лестнице, ведущей вниз». Анализ рассказа А. П. Чехова «Ионыч»: Х класс / Т. Г. Соловей // Литература в школе. – 2012. – N 6. – С. 21–25. (Анализ рассказа «Ионыч». Парадоксальность жизни героя: поднимаясь по карьерной лестнице, он опускается все ниже как человек и личность, теряя свою индивидуальность)

32. Соловьев О. С. Формирование представления о комическом. На материале рассказе А. П. Чехова «Смерть чиновника»: VII класс / О. С. Соловьев // Литература в школе. – 2010. – N 6. – С. 36–38. (Формирование у учащихся 7 класса понимания и восприятия комического)

33. Трунцева Т. Н. Сквозные темы в русской литературе XIX века. Тема «маленького человека» в рассказе А. П. Чехова «Смерть чиновника»: подготовка учащихся к ЕГЭ и олимпиаде по литературе / Т. Н. Трунцева // Литература в школе. – 2010. – N 2. – С. 30–32. (Литературный анализ рассказа А. П. Чехова «Смерть чиновника», сопоставление его с «Шинелью» Н. В. Гоголя и «Бедными людьми» Ф. М. Достоевского. Образ главного героя, «маленького человека». Анализ имеет вопросно-ответную форму)

34. Тяпугина Н. Ю. Творческое завещание Чехова / Н. Ю. Тяпугина // Литература в школе. – 2012. – N 6. – С. 14–17. (Произведения Чехова, созданные им незадолго до смерти: повесть «В овраге», рассказы «Архиерей» и «Невеста», пьеса «Вишневый сад». Смысл духовного завещания писателя)

35. Черников А. П. «Тогда создается роман. «: о жанрово-стилевом своеобразии «Дуэли» А. П. Чехова / А. П. Черников // Литература в школе. – 2010. – N 3. – С. 8–10. (Особенности жанровой формы повести «Дуэль», ее место в творчестве писателя. Проблемы традиции и новаторства Чехова)

36. Юрьева Т. А. «Ведь я червяк в сравненьи с ним. «: анализ рассказе А. П. Чехова «Смерть чиновника». VII класс / Т. А. Юрьева // Литература в школе. – 2009. – N 2. – С. 41–43. (Материалы для проведения урока)

37. Ясинская С. Г. Рассказ А. П. Чехова «Ионыч» на уроках литературы. Обучение композиционному анализу прозаического текста. Х класс / С. Г. Ясинская // Литература в школе. – 2007. – N 10. – С. 61–65. (Архитектоника рассказа, его строение основано на одном главном принципе: повторении, которым пронизан весь текст)

1. Об истории работы над иллюстрациями к изданию рассказа «Каштанка» 1903 года см. на сайте «Литература для школьников». (вернуться)

Сравнительный анализ творчества А.П. Чехова и И.И. Левитана

Муниципальное образовательное учреждение средняя общеобразовательная школа №74 имени Ю.А. Гагарина&quo ;Сравнительный анализ творчества А.П. Чехова и И.И. Левитана&quo ;Работу выполнил: ученик 9к класса Вышинский Т.И. руководитель: учитель русского языка и литературы Суханова О.В.Ярославль 2009 год ОглавлениеВведение 1. Дружба И.И. Левитана с А.П. Чеховым 1.1 Общие темы творчества 2. Олицетворение человека в рассказах А.П. Чехова и картинах И.И. Левитана 3. Импрессионизм в творчестве И.И. Левитана и А.П. Чехова Заключение Список литературы ВведениеНа рубеже 19 и 20 веков жили и творили два великих человека — писатель Антон Павлович Чехов и художник Исаак Ильич Левитан. Этих двух людей связывала душевная дружба, которая, бесспорно, наложила определенный отпечаток на их творчество. Цель данной работы: Сравнить творчество писателя А.П. Чехова и художника И.И. Левитана, и проследить влияние их дружбы на творчество каждого из них. В данной работе мы изучим литературу о жизни и творчестве А.П. Чехова и И.И. Левитана, познакомимся с перепиской двух друзей, попытаемся найти общие темы творчества. 1. Дружба И.И. Левитана с А.П. ЧеховымЛевитан и Чехов были ровесниками и познакомились еще в конце 1870-х годов, когда оба были бедными студентами. Как-то зимою Левитан заболел, и его друг — Михаил Чехов — привел своего брата Антона проведать больного. После этого они постоянно встречались в Москве ив Звенигороде, где некоторое время работал в больнице Антон Павлович. В это же время Чехов начинал писать свои небольшие юмористические рассказы (еще под псевдонимом Антоша Чехонте). Но особенно душевной стала дружба писателя и живописца с 1885 года, когда Левитан вместе с семьей Чеховых провел лето в подмосковной усадьбе Киселевых Бабкино близ Нового Иерусалима (туда же он приезжал на отдых и в два последующих года). Только что переживший тяжелый душевный кризис, доведший его до попытки самоубийства (к счастью, неудачной), Левитан нашел в семье Чеховых теплое, родственное отношение и искреннюю дружескую помощь. Сохранилось немало воспоминаний о царившей в Бабкино целительной атмосфере любви к природе, живому слову и искусству, о совместных чтениях стихов Пушкина и сатиры Салтыкова-Щедрина, музыкальных вечерах, прогулках на природе, о веселых играх, организатором которых был неистощимый в своем остроумии Антон Павлович. Брат писателя, Михаил, описал одну из таких игр в своих воспоминаниях &quo ;Вокруг Чехова&quo ;: &quo ;Бывало, в летние вечера он надевал с Левитаном бухарские халаты, мазал себе лицо сажей и в чалме, с ружьем выходил в поле по ту сторону реки. Левитан выезжал туда же на осле, слезал на землю, расстилал ковер и, как мусульманин, начинал молиться на восток. Вдруг из-за кустов к нему подкрадывался бедуин Антон и палил в него из ружья холостым зарядом. Левитан падал навзничь. Получалась совсем восточная картина&quo ;1. Время, проведенное с семейством Чеховых в Бабкино, Левитан считал лучшим в своей жизни. Крепнущая дружба с Чеховым, их веселые дурачества, чудесная природа — все это оставило неизгладимое впечатление в памяти Левитана.

Подобно А.П. Чехову, сотрудничавшему в &quo ;Осколках&quo ; и &quo ;Петербургской газете&quo ;, Левитан принимает участие в иллюстрировании книги М.П. Фабрициуса &quo ;Кремль в Москве&quo ; (1883), помещает в 1883 — 1887 гг. ряд рисунков в журналах &quo ;Радуга&quo ; и &quo ;Эпоха&quo ;, экспонирует на XII Передвижной художественной выставке 1884 года картину &quo ;Вечер на пашне&quo ; (1883). А главное — он с увлечением пишет этюды, создавая такие свежие, солнечные работы, как &quo ;Мостик&quo ; (1884), &quo ;Первая зелень. Май&quo ; (1883-1888), &quo ;К вечеру. Река Истра&quo ; (1885), &quo ;Саввинская слобода&quo ; (1880-е гг.). Очень близки были друг другу Левитан и Чехов. Эта близость заметна в их переписке, которая сохранилась до наших дней. Письма эти, иногда весело-ироничные (Левитан — Чехову: &quo ;Ах ты, полосатая гиена, крокодил окаянный, леший без спины с одной ноздрей, квазимодо сплошной, уж не знаю, как тебя еще и обругать!&quo ;2), а иногда исполненные глухой мрачной тоски (Левитан — Чехову: &quo ;Ради бога, если только возможно, приезжай ко мне хоть на несколько дней. Мне ужасно тяжело, как никогда&quo ;3), позволяют ощутить и важность душевной поддержки Левитана Чеховым, и левитановское восхищение творчеством писателя как пейзажиста — отдельные описания природы у которого он считал верхом совершенства. Правда, впоследствии, в 1892 году, был в истории дружбы Левитана и Чехова эпизод, ненадолго омрачивший их отношения и связанный с чеховским рассказом &quo ;Попрыгунья&quo ; (другое название — &quo ;Великий человек&quo ;). В сюжете этого рассказа Чехов использовал некоторые моменты взаимоотношений Левитана, его ученицы Софьи Кувшинниковой и ее мужа, врача Дмитрия Кувшинникова. Чехов напечатал рассказ, и Левитан нашел в нем обидные намеки на себя, своих близких, возмутился, вспылил, даже собирался вызвать Чехова на дуэль. Лишь в 1895 году друзья вновь сошлись. Дружба их стала еще крепче. Чехов подарил живописцу свою книгу с надписью: &quo ;Величайшему художнику от величайшего писателя. Милому Левиташе &quo ;Остров Сахалин&quo ; на случай, если он совершит убийство из ревности и попадет на оный остров&quo ;. Их самые сердечные отношения сохранились до конца дней художника. В 1900 году Левитан умер. Чехов потерял близкого друга и родного человека. Примечательно, что несмотря на то, что Чехов, как никто другой, знал Левитана, он так и не оставил о нем никаких воспоминаний. Когда С.П. Дягилев попросил написать о Левитане, Чехов ответил: &quo ;Вы хотите, чтобы я сказал несколько слов о Левитане, но мне хочется сказать не несколько слов, а много. Я не тороплюсь, потому что про Левитана написать никогда не поздно&quo ; 4. Но написать о Левитане Чехов не успел. 1.1 Общие темы творчестваТема природы. &quo ;Природа. Вот вечно и призывно звучащий зов красоты, свежести, чистоты, который связывает человека с миром жизни Земли, не ведущей счета годам, ибо нет машин, могущих подсчитать с точностью количество зорь и закатов, поцелуев и вздохов, меру горя и счастья. Проснись!. И тогда душе твоей, иногда замороченной суетой, станут особенно дороги художники, а их не так много, которые открывают немеркнущий, лучезарный, а порою трагический облик купели нашей — Родины.

И среди мастеров, сумевших в своих полотнах остановить само время и дать нам возможность вглядеться в диво, которое нам дадено, был Левитан&quo ;. 5 Левитан любил природу до восторженного поклонения ей, он как никто другой глубоко чувствовал, понимал ее, умел настроиться на ее состояния. Свое восхищение перед солнечным светом и любование многообразной игрой красок в природе лучше всего художнику удалось запечатлеть в своих небольших, простых по мотиву, но прелестнейших произведениях: &quo ;Первая зелень. Май&quo ; (1888) и &quo ;Мостик. Саввинская слобода&quo ; (1884). Не столько рассказ о жизни природы, сколько естественное впечатление от увиденного и поразившего чуткую к красоте душу художника передано в картине &quo ;Березовая роща&quo ; (1885-1889). Излюбленными местами Левитана для летней работы на этюдах и отдыха в это время были Саввинская слобода под Звенигородом или усадьба Киселевых &quo ;Бабкино&quo ;, на реке Истре, недалеко от Нового Иерусалима, где он провел не одно лето вместе с семьей Чеховых. Дружба с Левитаном, восхищение его работами, видимо, многое дали и Чехову как писателю и мыслителю. Как и Левитан, он готов был &quo ;душу отдать за удовольствие поглядеть на теплое вечернее небо, на речки, лужицы, отражающие в себе томный, грустный закат&quo ;6. Подмосковную природу он стал называть левитанистой и писал в одном из писем их общему товарищу — архитектору Федору Шехтелю: &quo ;Стыдно сидеть в душной Москве, когда есть Бабкино. Птицы поют, трава пахнет. В природе столько воздуха и экспрессии, что нет сил описать. Каждый сучок кричит и просится, чтобы его написал Левитан&quo ;7. Перекликаются с творчеством Левитана произведения 1880-х годов: повесть &quo ;Степь&quo ;, рассказы о детях и животных, в которых важнейшую роль играют образы природы и выражены представления писателя о норме, истинно человечном образе мыслей и чувств. В 1890 году Левитан представил широкой публике свою знаменитую картину &quo ;Тихая обитель&quo ;, и ее успех по-своему отразился и в творчестве Чехова. В его повести &quo ;Три года&quo ; есть эпизод, где героиня на художественной выставке рассматривает полюбившуюся ей картину: &quo ;На первом плане — речка, через нее бревенчатый мостик, на том берегу тропинка, исчезающая в темной траве. А вдали догорает вечерняя заря. И почему-то стало казаться, что эти самые облачка, и лес, и поле, она видела уже давно и много раз, и захотелось ей идти, идти и идти по тропинке, и там, где была вечерняя заря, покоилось отражение чего-то неземного, вечного, океана чистой радости и ни чем не омраченного блаженства. &quo ;8 В конце 1890-х годов для Левитана особенно характерным стало обращение к сумеречным пейзажам, изображению спящих деревень, лунных тихих ночей. В таких работах (Лунная ночь в деревне, 1897, Восход луны. Деревня, 1898; пейзаж на камине в доме А.П. Чехова в Ялте; Сумерки. Стога, 1899) он достиг небывалого лаконизма изображения. В этих работах отражена философская глубина взгляда позднего Левитана на мир, они сопоставимы с образами Чехова в рассказах конца 1890-х годов часто выражавшего свои сокровенные мысли и чувства через пейзажи, близкие левитановским.

И в ответ на псевдоисторическое творчество девяностых пришло мифотворчество XXI века «имперское» мифотворчество, которое всю сложнейшую совокупность взаимодействий наций, этносов, государств сводит к простому и до боли знакомому социал-дарвинизму. Принцип таков: любое государство стремится к мировому господству, поэтому в большой семье клювом не щелкай; если ты не съешь, съедят тебя. Под этим соусом находят оправдания любые преступления против других государств, а главное против личности. Сравнительный анализ подменяется поисками соринок в чужом глазу и рассуждениями о том, что все так делают, а значит, и нам сам Бог велел. Подобная позиция оказалась на руку современной российской власти. Чрезвычайно изощренными выглядят кремлевские «бойцы идеологического фронта», призванные объяснить, почему за последние годы мы не стали жить ни лучше, ни веселей. Их риторическими наработками легко, словно своими, пользуются представители правительственных структур, включая президента Владимира Путина. На все недоуменные вопросы один ответ: везде так делают, значит, и мы так будем делать

Анализ творчества чехова

ОСОБЕННОСТИ ЧЕХОВСКОЙ ДРАМАТУРГИИ.

За Чайкой последовал Дядя Ваня (1897), Три сестры (1901), Вишневый сад 1903), поставленные Художественным театром и многими другими театрами страны.

Это было предгрозовое время. Полиция разгоняла демонстрации в Петербурге, Москве, Киеве. Но царизм не мог остановить неотвратимое развитие событий.

С декабря 1900 года за границей начала выходить ленинская Искра, вокруг которой сплачивались растущие ряды русских коммунистов.

Чехов остро чувствовал обстановку в стране. По воспоминаниям многих его друзей, он говорил о революции, которая неизбежно и скоро будет в России. Ощущением грядущих перемен, мечтой о будущем, которое представляется радостным праздником осмысленного труда, проникнуты последние пьесы Чехова. Один из героев пьесы Три сестры, Тузенбах, говорит: Пришло время, надвигается на всех нас громада, готовится здоровая, сильная буря, которая идет, уже близка и скоро сдует с нашего общества лень, равнодушие, предубеждение к труду, гнилую скуку.

Постановка Чайки на сцене Художественного театра (1898) стала началом чеховского театра в России. Тогда это было ясно еще немногим. О. Л. Книппер вспоминает: когда Чехов прочел актерам Художественного театра новую пьесу — Три сестры, воцарилось какое-то недоумение, молчание. Но пьесы Чехова, по выражению Книппер, распахивали души.

. Прошло несколько лет, и мы уже с удивлением думали: неужели эта наша любимая пьеса, такая насыщенная переживаниями, такая глубокая, такая значительная, способная затрагивать самые скрытые прекрасные уголки души человеческой, неужели эта пьеса могла казаться не пьесой, а схемой и .мы могли говорить, что нет ролей?

Чеховские пьесы, как и рассказы, погружают нас в самую обычную жизнь. И в этой привычной повседневности писатель открывает сложные, часто трагические противоречия человеческих судеб. Пусть па сцене все будет так же сложно и так же вместе с тем просто, как в жизни. Люди обедают, только обедают, а в это время слагается их счастье и разбиваются их жизни. Эти слова Чехова определяют одну из существенных сторон его творчества. В Трех сестрах на сцене дочери генерала Прозорова — Ольга, Маша, Ирина, его сын Андрей, друзья и знакомые семьи — офицеры Вершинин, Тузенбах, Солёный, военный врач Чебутыкин. Они встречаются, разговаривают, отмечают семейные праздники, радуются, горюют, влюбляются, расстаются. Все так обычно. Разве только пожар и дуэль (происходящие, впрочем, за сценой) нарушают обыденный ход жизни. И город, где все это происходит, самый обычный. Он напоминает город С, где доктор Старцев превратился в Ионыча, или другой такой же город, где томилась Анна Сергеевна (Дама с собачкой). Вот как говорит Андрей о городских обывателях: Только едят, пьют, спят, потом умирают. родятся другие и тоже едят, иыот, спят и, чтобы не отупеть от скуки, разнообразят жизнь свою гадкой сплетней, водкой, картами, сутяжничеством.

Но эта, казалось бы, привычная обстановка губительна для человека с живой душой. Младшая из трех сестер — семнадцатилетняя Ирина, безотчетно радуясь юности и весне, говорит в начале первого действия: Скажите мне, отчего я сегодня счастлива? Точно я на парусах, надо мной широкое голубое небо и носятся большие белые птицы. Во втором действии, года через полтора, мы видим ее тоскующей. А в третьем действии звучит ее голос, полный невыносим мого страдания: Мне уже двадцать четвертый год, работаю уже давно, и мозг высох, похудела, подурнела, постарела, и ничего, ничего, никакого удовлетворения, а время идет, и все кажется, что уходишь от настоящей, прекрасной жизни, уходишь все дальше и дальше, в какую-то пропасть.

Так же безотрадна судьба ее сестер и брата. Символом осмысленной, полнокровной жизни представляется им Москва, где они жили в детстве. Это не столько конкретный город, сколько символ недосягаемого счастья.

На наших глазах пошлость, бессмыслица окружающей жизни душат Прозоровых и их друзей, как испарения смрадного болота. Но переживания персонажей как правило, скрыты в подтексте их монологов и диалогов. Подтекст, т. е. внутренний, скрытый смысл текста, — явление, свойственное всей реалистической литературе. Оно отражает одну из особенностей человеческой речи: интонация, мимика, жест, вся обстановка разговора могут сказать нам гораздо больше, чем прямой смысл слов. У Чехова подтекст необычайно углубляется, в нем отражается сложная, противоречивая духовная жизнь его героев. Чеховский подтекст принято называть подводным течением: писатель показывает нам, какой глубокий, часто драматический смысл может скрываться в самых обычных словах и как он Сможет противоречить внешнему, поверхностному. Так бывает обманчива картина моря: под спокойной поверхностью нередко проходят мощные глубинные течения.

Потому-то в чеховских пьесах противоречиво переплетаются внешнее и внутреннее действие.

. Один из любимых чеховских героев-Тузенбах — уходит на дуэль и говорит с Ириной, которую долго безответно любил и которая наконец завтра должна стать его женой. Он делает вид, что уходит ненадолго, попрощаться с товарищами, с полком, в котором служил. Ирина чувствует смутное беспокойство, ничего не зная о дуэли.

Ирина. И я с тобой пойду.

Тузенбах (тревожно). Нет, нет! (Быстро идет, на аллее останавливается.) Ирина!

Тузенбах (не зная, что сказать). Я не пил сегодня кофе. Скажешь, чтобы мне сварили. (быстро уходит).

Внешне перед нами неловкое, поспешное прощание людей, расстающихся ненадолго, внутренне-трагедия двух человеческих жизней.

Последняя реплика Тузенбаха (он будет убит на дуэли) кажется такой прозаической. Но за нею теснятся невысказанные чувства: горечь, отчаяние, надежда и бережная любовь, желание успокоить любимую.

В этой сцене хорошо видна позиция Чехова-драматурга, которую он так выразил в письме к О. Л. Книппер: Страдания выражать надо так, как они выражаются в жизни, т. е. не ногами и руками, а тоном, взглядом; не жестикуляцией, а грацией.

Характеры, созданные Чеховым, чаще всего сложны, в них противоречиво смешиваются тень и свет, добро и зло, комическое и трагическое. Писатель верен жизни, в которой нелегко определять людей с помощью раз навсегда заданных мерок и знаков плюс или минус.

Драматург помогает нам разбираться в реальных, а не упрощенно понятых человеческих душах, и, вглядываясь в жизнь вместе с ним, мы не ошибемся в том, что хорошо и что дурно, что благородно и что низко.

Горький назвал пьесы Чехова лирическими драмами, подчеркнув их жанровое своеобразие. В чем же проявляется их лиризм?

Когда мы читаем или смотрим на сцене чеховскую пьесу, автор нас не покидает. Он незримо присутствует в каждом эпизоде. Его мысли и чувства, мнения о людях и событиях сказываются во всем: и в репликах персонажей, и в их отношениях, и в окружающей обстановке.

Любимым героям Чехова, как и автору, близка природа. И это помогает ощутить позицию автора, его настроение. Прощаясь с жизнью перед дуэлью, Тузенбах говорит: Я точно первый раз в жизни вижу эти ели, клены, березы, и все смотрит на меня с любопытством и ждет. Какие красивые деревья и в сущности какая должна быть около них красивая жизнь! А вот что говорит Наташа, жена Андрея, которая выжила из дома его сестер: Значит, завтра я уже одна тут. (Вздыхает.) Велю прежде всего срубить эту еловую аллею, потом вот этот клен. И тут везде я велю понасажать цветочков, цветочков, и будет запах. В этих словах торжествующая пошлость.

Любимым героям Чехова близка и музыка. Сама речь их музы- кальна, нередко напоминает стихи. Вот слова Тузенбаха: Вы та- кая бледная, прекрасная, обаятельная. Мне кажется, ваша блед- ность проясняет темный воздух, как свет. Мы слышим, как Маша тихо насвистывает песню или напевает, Тузенбах играет на пиани- но, за сценой слышна скрипка Андрея. <

В последнем действии появляются новые музыкальные мотивы, сопровождающие перемены в жизни героев. В доме играют Молитву девы- слащавую, пошловатую пьесу, которую играли обычно девицы, обучавшиеся музыке. Играет, очевидно, Наташа для своего поклонника, который воцарился в Прозоровском гнезде. Музыка серьезная Наташе чужда. Ее раздражает игра Андрея. В твою комнату я велю поселить Андрея с его скрипкой — пусть там пилит!- говорит она Ирине. В этом словечке пилит — вся Наташа. А для Андрея его скрипка — единственная отдушина, кусочек того мира, в котором ему уже не быть.

Лейтмотив финала — звуки походного марша. Они вызывают и ощущение боли, и душевный подъем.

Маша. О, как играет музыка! Они уходят от нас, один ушел совсем, совсем, навсегда, мы останемся одни, чтобы начать нашу жизнь снова. Надо жить. Надо жить.

Ольга (обнимает обеих сестер). Музыка играет так весело, так радостно, и, кажется, еще немного, и мы узнаем, зачем мы живем, зачем страдаем. Если бы знать, если бы знать!

Стремления Чехова показать сложность жизненных явлений отразились в финалах его пьес (и многих рассказов): они чаще всего открытые, как это нередко бывает в жизни, точка не поставлена, и мы можем лишь догадываться о том, что может быть дальше. Найдет ли хоть одна из трех сестер счастье? Пьеса не дает ответа на этот вопрос. Но в конце ее звучит не только грусть, но и вера, стремление к лучшему, несмотря на все разочарования. Маша мечтает начать жизнь снова. Ирина едет одна туда, куда должна была ехать с Тузенбахом, — едет учительствовать, чтобы отдать свою жизнь тем, кому она, быть может, нужна. . Страдания наши перейдут в радость для тех, кто будет жить после нас, счастье и мир настанут на земле, и помянут добрым словом и благословят тех, кто живет теперь, — говорит Ольга.

Пьесы Чехова 900-х годов не содержат призывов к революции или прямых указаний на ее неизбежность. Но они пробуждают стремление к лучшей жизни, воспитывают общественную активность. А. В. Луначарский вспоминал, как на чеховских спектаклях в Художественном театре иные зрители умилялись и проливали тихие слезы, а другие мучились, озлоблялись, переполнялись энергией. Луначарский получил письмо от молодого зрителя в ответ на свою статью о Трех сестрах: Когда я смотрел Трех сестер, я весь дрожал от злости. Ведь до чего довели людей, как запугали, как замуровали. А люди хорошие, все эти Вершинины, Тузенбахи, все эти милые, красивые сестры — ведь это же благородные существа, ведь они могли бы быть счастливыми и давать счастье другим. Когда я шел из театра домой, то кулаки мои сжимались до боли, и в темноте мне мерещилось то чудовище, которому хотя бы ценою своей смерти надо нанести сокрушительный удар.

Так чеховское искусство формирует активное и подлинно гражданское отношение к жизни.

Первой пьесой Чехова, поставленной Художественным театром после Октября, была именно драма Три сестры. И вся пьеса, как вспоминала О. Л. Книппер-Чехова, зазвучала по-новому, когда оправдались предчувствия ее автора.

Пьесы Чехова не сходят со сцены и в нашей стране, и во всем мире.

1 Лейтмотив — основной мотив, главная музыкальная тема,

Чеховская драматургия оказывает сильнейшее воздействие на мировое театральное искусство.

В плеяде великих европейских драматургов,- писал Бернард Шоу,- Чехов синет как звезда первой величины даже рядом с Толстым и Тургеневым.

Анализ «Палаты № 6» и «Человека в футляре»

Творчество Антона Павловича Чехова стало настоящим прорывом в мировой литературе. В своих рассказах он в первую очередь поднимает вопрос о душевном поиске человека, его внутренних конфликтах, влияние на него социальных и философских идей.

Лирические герои Чехова — люди, которые не умеют преодолевать личное душевное отчуждения, и становятся заложниками собственных ложных идеалов. На трагедию человеческого существования, ограниченность мировоззрения влияет в первую очередь историческая эпоха, которая диктует обществу, и человеку в частности, свои правила жизни. Человеческая душа погибает в бездне социальной и нравственной апатии.

«Палата № 6»

Рассказ А. П. Чехова « Палата № 6» по праву считается одним из самых ярких произведений в его творчестве. В рассказе заметен отпечаток социальной жизни того времени, когда на жизнь человека имело огромное влияние воздействие общественных постулатов.

Молодой врач, Андрей Рагин, полностью потерян в жизни. Он видит все недостатки психиатрической больницы, в которой работает, тем не менее, не может найти в себе сил каким-то образом изменить положение вещей. В палате под номером 6 находятся пациенты, каждый из которых оказался совершенно ненужным обществу из-за своих душевных проблем.

Однажды врач посещает пресловутую палату и завязывает тесное общение с одним из пациентов. Философские взгляды на жизнь душевнобольного помогают Рагину обрести собственное душевное спокойствие.

Окружение врача считает, что он такой же душевно больной, как и его пациенты и насильственно помещает его в палату №6. Андрей Рагин скоропостижно скончался там, не выдержав жизни в лечебнице.

Чехов мастерски преподносит в рассказе конфликт человека и общества. Социум не пытается помочь людям, которые страдают, а фактически уничтожает их. Незаурядные личности поддаются гонениям и полному социальному неприятию.

Каждый пациент палаты №6 является необыкновенным человеком, однако не воспринимается окружающим миром как полноценная личность. Несмотря на душевную болезнь, все они имели широкое мировоззрение, которое выходило за общепринятые рамки.

«Человек в футляре»

Название рассказа «Человек в футляре» как нельзя точно отображает внутреннюю сущность лирического героя Беликова, который не только живет в своем замкнутом мире, но и старается подчинить жизни других людей под свои ограниченные критерии существования.

Душа главного героя, подобно тому как все у него было упаковано в чехлы ( зонтик, очки, часы), находилась взаперти и была недоступна для окружения.

Мышление Беликова было таким же узким и сжатым: он мог читать только газетные статьи, текст которых не нужно было анализировать. Своим футлярным мировоззрением он ломал жизни своих подчиненных, которые должны били беспрекословно ему подчиняться.

Даже перед любимой женщиной главный герой не мог раскрыть свою душу. Беликову все же удалось освободиться от своего футляра когда он лежал в гробу все окружающие впервые заметили на лице умершего улыбку.

Смерть для Беликова стала своеобразным освобождением от всех цепей, которыми он добровольно связывал себя. Трагизм повествования заключается в том, что таких личностей как Беликов в обществе огромное множество.

Закрытость человека от окружающего мира постепенно ведет к его самоуничтожению. И зачастую многие люди, подобные Беликову, так и не обретают внутреннюю свободу.

Рассказ «Человек в футляре» входит в сборник «Маленькая трилогия», где раскрываются тема конфликта человека с окрыжающим миром.

Нужна помощь в учебе?

Предыдущая тема: «Маленький человек» в русской литературе: Пушкин, Гоголь, Достоевский
Следующая тема:&nbsp&nbsp&nbspБунин «Господин из Сан-Франциско»: анализ романа, образ господина

Все неприличные комментарии будут удаляться.

Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Добавить комментарий

;-) :| :x :twisted: :smile: :shock: :sad: :roll: :razz: :oops: :o :mrgreen: :lol: :idea: :grin: :evil: :cry: :cool: :arrow: :???: :?: :!:

Adblock detector