Анализ стихотворения Пушкина «Туча»

Мы обращаемся к стихотворению Пушкина «Туча». Собственно знакомству со стихотворением предшествует биографический материал — рассказ о московском и царскосельском детстве поэта. Мы по учебнику знакомимся с фрагментами из книги П.В. Анненкова о жизни Пушкина. При всем том, что более поздние жизнеописания поэта много достовернее и точнее, свидетельства современника, интонация повествования делают рассказ Анненкова, на наш взгляд, необходимым для первого серьезного знакомства школьников с событиями жизни Пушкина, с особенностями его личности и поэтического творчества. Разумеется, в дальнейшем мы обратимся и к другим биографиям Пушкина, к другим свидетельствам современников, к работам других исследователей.

В изучении стихотворения мы определяем для себя конкретную учебную задачу и сверхзадачу, связанную с выяснением мировоззренческих особенностей творчества Пушкина. В анализе «Тучи» на первый план выступают вопросы, связанные с рассмотрением времени действия и грамматического времени в композиции стихотворения.

«Последняя туча» — последнее напоминание о «рассеянной буре» — уже неуместна на «ясной лазури», несвоевременна в «ликующий день». То, что было уместно и своевременно, когда бушевала буря и громыхала гроза, становится лишним после того, как они закончились, когда прошло их время. Поэт в первых двух четверостишиях противопоставляет послегрозовое и грозовое время, тем самым обозначая главную мысль стихотворения — мысль о том, что все в этом мире нужно судить не вообще, а только в конкретной ситуации, туча естественна, а значит, и прекрасна в своей грозной таинственности — и противоестественна, а значит, и нелепа после грозы.

Третье четверостишие — напутствие туче, воплощение пожелания лирического героя как можно скорее избавить небо от припозднившейся тучи. Ученики, проводя синтаксический разбор входящих в текст предложений, видят, что в первом четверостишии сказуемые выражены глаголами в настоящем времени («несешься», «наводишь», «печалишь»), а во втором четверостишии — в прошедшем времени («облегала», «обвивала», «издавала», «поила»). В заключительном четверостишии вслед за мощным началом — выводом из сказанного («Довольно, сокройся!») в первых двух стихах глаголы в прошедшем времени: «миновалась», «промчалась» (здесь продолжается тема второй строфы), а в третьем и четвертом стихах — в настоящем: «гонит» (это возвращение к первому четверостишию).

Я прошу указать на слова, в которых выражена главная мысль этой на первый взгляд простой пейзажной зарисовки. После небольшого обсуждения все приходят к выводу: главное здесь — «Пора миновалась. » Мы рассказываем, какую роль в поэтическом словаре Пушкина играет слово пора, приводим фрагменты из произведений поэта:

Была пора: наш праздник молодой
Сиял, шумел и розами венчался
Была та смутная пора
Когда Россия молодая,
В боренье силы напрягая,
Крепчала с гением Петра

Она пришла, пора стихов,
Пора любви, веселых снов,
Пора сердечных вдохновений

С изменой юности моей
Пора мне сделаться умней

Мороз и солнце; день чудесный!
Еще ты дремлешь, друг прелестный
Пора, красавица, проснись

Пора, мой друг, пора, покоя сердце просит
Пора пришла, она влюбилась

Марина Цветаева
«Стихи к Пушкину»

Бич жандармов, бог студентов,
Желчь мужей, услада жен,
Пушкин — в роли монумента?
Гостя каменного? — он,

Скалозубый, нагловзорый
Пушкин — в роли Командора?

Критик — ноя, нытик — вторя:
«Где же пушкинское (взрыд)
Чувство меры?» Чувство — моря
Позабыли — о гранит

Бьющегося? Тот, солeный
Пушкин — в роли лексикона?

Две ноги свои — погреться —
Вытянувший, и на стол
Вспрыгнувший при Самодержце
Африканский самовол —

Наших прадедов умора —
Пушкин — в роли гувернера?

Черного не перекрасить
В белого — неисправим!
Недурeн российский классик,
Небо Африки — своим

Звавший, невское — проклятым!
— Пушкин — в роли русопята?

Ох, брадатые авгуры!
Задал, задал бы вам бал
Тот, кто царскую цензуру
Только с дурой рифмовал,

А «Европы Вестник» — с жопой
Пушкин — в роли гробокопа?

К пушкинскому юбилею
Тоже речь произнесем:
Всех румяней и смуглее
До сих пор на свете всем,

Всех живучей и живее!
Пушкин — в роли мавзолея?

То-то к пушкинским избушкам
Лепитесь, что сами — хлам!
Как из душа! Как из пушки —
Пушкиным — по соловьям

Слова, соколам полета!
— Пушкин — в роли пулемета!

Уши лопнули от вопля:
«Перед Пушкиным во фрунт!»
А куда девали пекло
Губ, куда девали — бунт

Пушкинский? уст окаянство?
Пушкин — в меру пушкиньянца!

Томики поставив в шкафчик —
Посмешаете ж его,
Беженство свое смешавши
С белым бешенством его!

Белокровье мозга, морга
Синь — с оскалом негра, горло
Кажущим.

Поскакал бы. Всадник Медный,
Он со всех копыт — назад.
Трусоват был Ваня бедный,
Ну, а он — не трусоват.

Сей, глядевший во все страны —
В роли собственной Татьяны?

Что вы делаете, карлы,
Этот — голубей олив —
Самый вольный, самый крайний
Лоб — навеки заклеймив

Низостию двуединой
Золота и середины?

«Пушкин — тога, Пушкин — схима,
Пушкин-мера, Пушкин — грань. »
Пушкин, Пушкин, Пушкин — имя
Благородное — как брань

Площадную — попугаи.
— Пушкин? Очень испугали!

Не флотом, не потом, не задом
В заплатах, не Шведом у ног,
Не ростом — из всякого ряду,
Не сносом — всего, чему срок,

Не лотом, не ботом, не пивом
Немецким сквозь кнастеров дым,
И даже и не Петро-дивом
Своим (Петро-делом своим!).

И большего было бы мало
(Бог дал, человек не обузь!) —
Когда б не привез Ганнибала —
Арапа на белую Русь.

Сего афричонка в науку
Взяв, всем россиянам носы
Утер и наставил, — от внука —
то негрского — свет на Руси!

Уж он бы вертлявого — в струнку
Не стал бы! — «На волю? Изволь!
Такой же ты камерный юнкер,
Как я — машкерадный король!»

Поняв, что ни пеной, ни пемзой —
Той Африки, — царь-грамотей
Решил бы: «Отныне я — цензор
Твоих африканских страстей».

И дав бы ему по загривку
Курчавому (стричь-не остричь!):
«Иди-ка, сынок, на побывку
В свою африканскую дичь!

Плыви — ни об чем не печалься!
Чай есть в паруса кому дуть!
Соскучишься — так ворочайся,
А нет — хоть и дверь позабудь!

Приказ: ледяные туманы
Покинув — за пядию пядь
Обследовать жаркие страны
И виршами нам описать».

И мимо наставленной свиты,
Отставленной — прямо на склад,
Гигант, отпустивши пииту,
Помчал — по земле или над?

Сей не по снегам смуглолицый
Российским — снегов Измаил!
Уж он бы заморскую птицу
Архивами не заморил!

Сей, не по кровям торопливый
Славянским, сей тоже — метис!
Уж ты б у него по архивам
Отечественным не закис!

Уж он бы с тобою — поладил!
За непринужденный поклон
Разжалованный — Николаем,
Пожалованный бы — Петром!

Уж он бы жандармского сыска
Не крыл бы «отечеством чувств!»
Уж он бы тебе — василиска
Взгляд! — не замораживал уст.

Уж он бы полтавских не комкал
Концов, не тупил бы пера.
За что недостойным потомком —
Подонком — опенком Петра

Был сослан в румынскую область,
Да ею б — пожалован был
Сим — так ненавидевшим робость
Мужскую, — что сына убил

Сробевшего. — «Эта мякина —
Я? — Вот и роди! и расти!»
Был негр ему истинным сыном,
Так истинным правнуком — ты

Останешься. Заговор равных.
И вот не спросясь повитух
Гигантова крестника правнук
Петров унаследовал дух.

И шаг, и светлейший из светлых
Взгляд, коим поныне светла.
Последний — посмертный — бессмертный
Подарок России — Петра.

Вся его наука —
Мощь. Светло — гляжу:
Пушкинскую руку
Жму, а не лижу.

Прадеду — товарка:
В той же мастерской!
Каждая помарка —
Как своей рукой.

Вольному — под стопки?
Мне, в котле чудес
Сeм — открытой скобки
Ведающей — вес,

Мнящейся описки —
Смысл, короче — всe.
Ибо нету сыска
Пуще, чем родство!

Пелось как — поется
И поныне — так.
Знаем, как «дается!»
Над тобой, «пустяк»,

Знаем — как потелось!
От тебя, мазок,
Знаю — как хотелось
В лес — на бал — в возок..

И как — спать хотелось!
Над цветком любви —
Знаю, как скрипелось
Негрскими зубьми!

Перья на востроты —
Знаю, как чинил!
Пальцы не просохли
От его чернил!

А зато — меж талых
Свеч, картежных сеч —
Знаю — как стрясалось!
От зеркал, от плеч

Голых, от бокалов
Битых на полу —
Знаю, как бежалось
К голому столу!

В битву без злодейства:
Самого — с самим!
— Пушкиным не бейте!
Ибо бью вас — им!

Преодоленье
Косности русской —
Пушкинский гений?
Пушкинский мускул

На кашалотьей
Туше судьбы —
Мускул полета,
Бега,
Борьбы.

С утренней негой
Бившийся — бодро!
Ровного бега,
Долгого хода —
Мускул. Побегов
Мускул степных,
Шлюпки, что к брегу
Тщится сквозь вихрь.

Не онедужен
Русскою кровью —
О, не верблюжья
И не воловья
Жила (усердство
Из-под ремня!) —
Конского сердца
Мышца — моя!

Больше балласту —
Краше осанка!
Мускул гимнаста
И арестанта,
Что на канате
Собственных жил
Из каземата —
Соколом взмыл!

Пушкин — с монаршьих
Рук руководством
Бившийся так же
Насмерть — как бьется
(Мощь — прибывала,
Сила — росла)
С мускулом вала
Мускул весла.

Кто-то, на фуру
Несший: «Атлета
Мускулатура,
А не поэта!»

То — серафима
Сила — была:
Несокрушимый
Мускул — крыла.

Потусторонним
Залом царей.
— А непреклонный
Мраморный сей?

Столь величавый
В золоте барм.
— Пушкинской славы
Жалкий жандарм.

Автора — хаял,
Рукопись — стриг.
Польского края —
Зверский мясник.

Зорче вглядися!
Не забывай:
Певцоубийца
Царь Николай
Первый.

Нет, бил барабан перед смутным полком,
Когда мы вождя хоронили:
То зубы царeвы над мертвым певцом
Почетную дробь выводили.

Такой уж почет, что ближайшим друзьям —
Нет места. В изглавьи, в изножьи,
И справа, и слева — ручищи по швам —
Жандармские груди и рожи.

Не диво ли — и на тишайшем из лож
Пребыть поднадзорным мальчишкой?
На что-то, на что-то, на что-то похож
Почет сей, почетно — да слишком!

Гляди, мол, страна, как, молве вопреки,
Монарх о поэте печется!
Почетно — почетно — почетно — архи-
почетно, — почетно — до черту!

Кого ж это так — точно воры вора
Пристреленного — выносили?
Изменника? Нет. С проходного двора —
Умнейшего мужа России.

Народоправству, свалившему трон,
Не упразднившему — тренья:
Не поручать палачам похорон
Жертв, цензорам — погребенья

Пушкиных. В непредуказанный срок,
В предотвращение смуты.
Не увозить под (великий!) шумок
По воровскому маршруту —

Не обрекать на последний мрак,
Полную глухонемость
Тела, обкарнанного и так
Ножницами — в поэмах.

Анализ стихотворения Пушкина «К морю»

Среди стихотворений Пушкина видное место принадлежит тем, в которых поэт с изумительной поэтической силой и любовью рисует картины родной природы. Несравненный живописец природы, Пушкин воспринимал её не только зорким глазом .художника и тонким слухом музыканта, но и любящим свою родину сердцем горячего патриота.

С детских лет, когда Пушкин уезжал на лето в Захарове), любовь к родной природе прочно вошла в его душу. Эта любовь крепла и ширилась и нашла- своё художественное выражение с стихотворениях, поэмах, романс «Евгений Онегин».

Волновавшие его настроения Пушкин передал в замечательных художественных образах, которые обогащают нашу мысль, развивают умение видеть, слышать и чувствовать природу нашей родины, которые близки сердцу каждого русского человека. Но» к реалистическому изображению природы Пушкин подошёл не сразу. В срок южной ссылки поэта его стихи носят романтический характер. Таково, например, стихотворение «К морю».

Романтическое стихотворение «К морю» вчерне написано было перед отъездом поэта из Одессы, а обработано и закончено в начале октября 1824 года.

Поэтическое изображение моря сочетается в стихотворении с размышлениями поэта о своей судьбе изгнанника и о судьбах народов. Море потому близко и дорого Пушкину, что оно представляется ему живым воплощением мятежной и свободной стихии, мощи и гордой красоты, т. е. таких качеств, которые особенно привлекают поэта. Этими качествами в восприятии романтически настроенных современников Пушкина обладали два «властителя дум» тогдашнего молодого поколения — Байрон и Наполеон » В строфах, посвящённых Наполеону, Пушкин ясно не говорит о своём отношении к нему. Но раньше в стихотворении «Наполеон» (1821) поэт охарактеризовал его как тирана, презирающего человечество, как «смирителя» революции и свободы.

В Байроне привлекают Пушкина такие черты знаменитого английского поэта, как гениальность («умчался гений»), свободолюбие («исчез, оплаканный свободой»), неукротимый дух бор-па («как ты, могущ, глубок и мрачен, как ты, ничем неукротим.*,. В «опустелом мире» свободолюбивый борец за благо людей чувствует себя одиноким. В стихотворении раскрывается романтическая тема одиночества поэта в мире.

Горечь и протест звучат в строках, обобщающих размышления о «судьбах людей» в мире:

Судьба людей повсюду та же:

Где благо, там уже на страже

Иль просвещенье, иль тиран.

На пути к свободе людей стоят стражами или ложная культура господствующих классов, или тираны.

Романтическому характеру стихотворения соответствует и приподнятость тона, речь, насыщенная восклицаниями, обращениями, риторическими вопросами, оценочными эпитетами и метафорами.

Стихотворение «К морю» было прощанием Пушкина не только с морем, но и с романтической лирикой. С переходом поэта к «реалистическому творчеству изменяется и характер изображения им природы.

В своей реалистической пейзажной лирике Пушкин рисует по виду скромную, но милую его русскому сердцу красоту и поэзию родной природы. Таковы его стихотворения: «Зимний вечер» (1825), «Зимняя дорога» (1826), «Зимнее утро» (1829), «Туча» (1835), «Вновь я посетил. » (1835) и другие. В описание природы Пушкин то включает народнопесенные мотивы:

Спой мне песню, как синица

Тихо за морем жила;»

Спой мне песню, как девица

За водой поутру шла.

то устанавливает внутреннюю связь между природой и напевами народных песен:

По дороге зимней, скучной Что-то слышится родное

Тройка борзая бежит, В долгих песнях ямщика:

Колокольчик однозвучный То разгулье удалое,

Утомительно гремит. То сердечная тоска.

Лексика «, синтаксический строй речи, интонация стиха приобретают у Пушкина в конце 20-х и в 30-х годах другой характер — более простой, предельно реалистический и народный. Показательно в этом отношении различие в описаниях одной и той же картины окрестностей Михайловского, данных в стихотворениях «Деревня» (1819) и «Вновь я посетил. » (1835).

В «Деревне» тон речи приподнятый, ораторский:

Здесь вижу двух озёр лазурные равнины,

Где парус рыбаря белеет порой,

За ними ряд холмов и нивы полосаты,

Вдали рассыпанные хаты,

На влажных берегах бродящие стада,

Овины дымные и мельницы крылаты.

Проще и задушевнее по тону дано описание этой же картины в стихотворении «Вновь я посетил. » (1835):

Анализ стихотворения А. С. Пушкина «Поэт»

Стихотворение «Поэт» было написано в 1827 году, когда Пушкин начал все чаще задумываться о своем предназначении.
Тема поэта и поэзии прошла через все творчество Пушкина. Стихотворение «Поэт» в этом плане не является исключением. В этом стихотворении автор говорит о поэте как о неземном существе, для которого обыденная жизнь среди обычных людей – это оковы, мешающие проснуться его душе.
Проблема взаимоотношений певца чувств и общества очень важна для Пушкина, так как он сам поэт, который хочет донести людям прекрасное, сделать их серую жизнь цветной. Но вместе с тем он понимает, что в суете его талант, его благородная цель может погибнуть как сорванный и брошенный цветок. Именно поэтому первая часть стихотворения написана в таком пессимистическом настроении. Понять все чувства автора читателю помогают эпитеты, яркие и точные, н6есущие огромную эмоционально-смысловую нагрузку. Например, «суетный свет», «хладный сон»,»детей ничтожных». И как противоположны по настроению эпитеты второй части стихотворения: «божественный глагол», «гордая голова», «широкошумные дубровы».
Разделение стихотворения на две части как нельзя лучше показывает изменение чувств лирического героя. Первая часть – это жизнь поэта без вдохновения, под гнетом обыденности до прихода Музы. Автор показывает, что без творчества поэт не может существовать, что он задыхается в серой массе жизненных проблем:
Молчит его святая лира;
Душа вкушает хладный сон,
И меж детей ничтожных мира,
Быть может всех ничтожней он.
А вторая часть – это период сотворения поэтом чего-то нового. И тогда уже ничто в целом мире не может сломить великую силу поэта, его голос проникающий повсюду. Он как бы становится выше всех людей, для него исчезает все вокруг, и он остается один на один со своим творчеством. Это и есть, по мнению Пушкина, истинное счастье поэта.
В первой части стихотворения способ рифмовки — перекрестная; в первом и третьем четверостишиях второй части – кольцевая, а во втором — перекрестная. Мне кажется, что способ рифмовки первой части и второго четверостишия второй части совпадают, потому что в них говориться об одном и том же — о взаимоотношениях поэта и общества.
Но все-таки, как бы ни различны были части стихотворения, в каждой из них Пушкин утверждает идею о том, что поэт – это необычный человек, живущей своей, ни на чью не похожей жизнью и обладающий сложной, но вместе с тем прекрасной судьбой. Недаром Пушкин сравнивает душу поэта с пробудившимся орлом – сильной, гордой и бесконечно свободной птицей…

264157 человек просмотрели эту страницу. Зарегистрируйся или войди и узнай сколько человек из твоей школы уже списали это сочинение.

Рекомендуем эксклюзивные работы по этой теме, которые скачиваются по принципу «одно сочинение в одну школу»:

/ Сочинения / Пушкин А.С. / Разное / Анализ стихотворения А. С. Пушкина «Поэт»

Смотрите также по разным произведениям Пушкина:

Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Добавить комментарий

;-) :| :x :twisted: :smile: :shock: :sad: :roll: :razz: :oops: :o :mrgreen: :lol: :idea: :grin: :evil: :cry: :cool: :arrow: :???: :?: :!: