Анализ стихотворения Н

Николай Алексеевич Некрасов был удивительно чутким и внимательным к народным проблемам и чаяниям художником. Его суть человеческая и сердце откликались на народные беды. Только у беззаветно преданного художника могло появиться такое стихотворение, как «Размышления у парадного подъезда». Будничное событие, знакомая ситуация, а из-под пера мастера возникает целая повесть с правдивым и реальным продолжением. Причем веришь художнику без всяких сомнений — он доказывал свою правоту неоднократно.

Вот парадный подъезд.
По торжественным дням,

Одержимый холопским недугом,

Целый городишко с каким-то испугом

Подъезжает к заветным дверям.

Привычка к рабскому низкопоклонству «свободных граждан» почти ужасает. Здесь ритуал доведен до абсурда, никого не удивляет такое подобострастие.

Записав свое имя и званье,

Разъезжаются гости домой,

Так сильно довольны собой,

Что подумаешь — в том их призванье!

Поэт дает волю сатире, он презирает этих «холопов души» и заставляет читателя подивиться заведенному порядку вещей, когда вельможа бесцеремонно пользуется своим высоким положением, принимая низкопоклонство как должное, как «выражение уважения» к нему. Но читателю понятно, что поклоняются месту, занимаемому человеком, а не его достоинству и уму. Этот человек — обладатель чужих судеб, как раз от него зависит, какой посетитель выйдет напевая, а кто в слезах. Простых крестьян-ходоков и совсем не допускают до «высокой» особы, ведь вельможа «не любит оборванной черни», очевидно, оскорбляющей его «эстетическое чувство». Но больше всего поэта возмущает более того не само пренебрежение к людям, а их реакция на происходящее.

И пошли они, солнцем палимы,

Повторяя: «суди его Бог!»,

Разводя безнадежно руками,

И, покуда я видеть их мог,

С непокрытыми шли головами.

Покорность и всепрощение недопустимы. Некрасов возмущен долготерпением народа. Поэт выступает добровольным защитником «бесправных» и «бессловесных». Призывает вельможу одуматься, приняться за свои обязанности — служить народу и государству, но. «счастливые глухи к добру».

Автор, возмущенный беззаконием, рисует картину жизни «счастливого» и его кончину.

Убаюканный ласковым пением

Средиземной волны, — как дитя,

Ты уснешь, окружен попечением

Дорогой и любимой семьи

(Ждущей смерти твоей с нетерпением).

Ибо все в этом мире поклоняются золотому тельцу, нет никаких родственных чувств, а лишь видимость их.

Но все же важнее для поэта мысль о судьбе народа, поэтому он опять возвращается к вечной теме покорности и задает вопрос, на который нет ответа.

Что же значит твой сон бесконечный?

Ты проснешься ль, исполненный сил,

Иль, судеб повинуясь закону,

Все, что мог, ты уже совершил —

Создал песню, подобную стону,

И духовно навеки почил.

Это уже не просто заступничество за народ, а призыв к бунту, воззвание патриота, не имеющего сил молчать, видя несправедливость власти и бессловесную покорность народа, не умеющего, а может, и не желающего подняться на собственную защиту.

«Размышления у парадного подъезда»

Многие знают, что Некрасов был близок к русскому народу. В своей душе и сердце он откликался на переживания крестьянского сословия. И только у такого преданного поэта могло родиться такое произведение, как «Размышления у парадного подъезда». Сюжет прост, ситуация знакома, но перо писателя пишет нам целую повесть со своей реальностью и правдивостью. Причём все верят поэту, потому что он доказывал свою правоту много раз.

Некрасова приводит в ужас привычка к рабскому существованию тех, кто называет себя свободными. В произведении, автор дал волю сатире, где выражает неописуемое презрение и показывает читателю заведённый порядок вещей, когда чиновник пользуется своим положением и принимает лизоблюдство как что-то должное. Он думает, что это выражение уважения к нему. Этот чиновник, является владельцем чужих судеб. От него зависит, кому суждено петь, а кому горевать. А простых крестьян даже не пускают к нему.

Некрасов показывает, как возмущён таким терпением народа. В стихотворении Некрасова, читатель может увидеть призыв народа к бунту, воззвание патриота, который не в силах больше молчать и смотреть на раболепие крестьян перед несправедливостью власти.

Размышления у парадного подъезда

Вот парадный подъезд. По торжественным дням,
Одержимый холопским недугом,
Целый город с каким-то испугом
Подъезжает к заветным дверям;
Записав свое имя и званье,
Разъезжаются гости домой,
Так глубоко довольны собой,
Что подумаешь — в том их призванье!
А в обычные дни этот пышный подъезд
Осаждают убогие лица:
Прожектеры, искатели мест,
И преклонный старик, и вдовица.
От него и к нему то и знай по утрам
Всё курьеры с бумагами скачут.
Возвращаясь, иной напевает «трам-трам», А иные просители плачут. Раз я видел, сюда мужики подошли, Деревенские русские люди, Помолились на церковь и стали вдали, Свесив русые головы к груди; Показался швейцар. «Допусти», — говорят С выраженьем надежды и муки. Он гостей оглядел: некрасивы на взгляд! Загорелые лица и руки, Армячишка худой на плечах, По котомке на спинах согнутых, Крест на шее и кровь на ногах, В самодельные лапти обутых (Знать, брели-то долгонько они Из каких-нибудь дальних губерний). Кто-то крикнул швейцару: «Гони! Наш не любит оборванной черни!» И захлопнулась дверь. Постояв, Развязали кошли пилигримы, Но швейцар не пустил, скудной лепты не взяв, И пошли они, солнцем палимы, Повторяя: «Суди его бог!», Разводя безнадежно руками, И, покуда я видеть их мог, С непокрытыми шли головами. А владелец роскошных палат Еще сном был глубоким объят. Ты, считающий жизнью завидною Упоение лестью бесстыдною, Волокитство, обжорство, игру, Пробудись! Есть еще наслаждение: Вороти их! в тебе их спасение! Но счастливые глухи к добру. Не страшат тебя громы небесные, А земные ты держишь в руках, И несут эти люди безвестные Неисходное горе в сердцах. Что тебе эта скорбь вопиющая, Что тебе этот бедный народ? Вечным праздником быстро бегущая Жизнь очнуться тебе не дает. И к чему? Щелкоперов забавою Ты народное благо зовешь; Без него проживешь ты со славою
И со славой умрешь!
Безмятежней аркадской идиллии
Закатятся преклонные дни:
Под пленительным небом Сицилии,
В благовонной древесной тени,
Созерцая, как солнце пурпурное
Погружается в море лазурное,
Полосами его золотя, —
Убаюканный ласковым пением
Средиземной волны, — как дитя
Ты уснешь, окружен попечением
Дорогой и любимой семьи
(Ждущей смерти твоей с нетерпением);
Привезут к нам останки твои,
Чтоб почтить похоронною тризною,
И сойдешь ты в могилу. герой,
Втихомолку проклятый отчизною,
Возвеличенный громкой хвалой.
Впрочем, что ж мы такую особу
Беспокоим для мелких людей?
Не на них ли нам выместить злобу? —
Безопасней. Еще веселей
В чем-нибудь приискать утешенье.
Не беда, что потерпит мужик;
Так ведущее нас провиденье
Указало. да он же привык!
За заставой, в харчевне убогой
Всё пропьют бедняки до рубля
И пойдут, побираясь дорогой,
И застонут. Родная земля!
Назови мне такую обитель,
Я такого угла не видал,
Где бы сеятель твой и хранитель,
Где бы русский мужик не стонал?
Стонет он по полям, по дорогам,
Стонет он по тюрьмам, по острогам,
В рудниках, на железной цепи;
Стонет он под овином, под стогом,
Под телегой, ночуя в степи;
Стонет в собственном бедном домишке,
Свету божьего солнца не рад;
Стонет в каждом глухом городишке,
У подъезда судов и палат.
Выдь на Волгу: чей стон раздается
Над великою русской рекой?
Этот стон у нас песней зовется —
То бурлаки идут бечевой.
Волга! Волга. Весной многоводной
Ты не так заливаешь поля,
Как великою скорбью народной
Переполнилась наша земля, —
Где народ, там и стон. Эх, сердечный! Что же значит твой стон бесконечный? Ты проснешься ль, исполненный сил, Иль, судеб повинуясь закону, Всё, что мог, ты уже совершил, — Создал песню, подобную стону, И духовно навеки почил.

Размышления у парадного подъезда

Николай Алексеевич Некрасов был удивительно чутким и внимательным к народным проблемам и чаяниям художником. Его душа и сердце откликались на народные беды. Только у беззаветно преданного художника могло появиться такое стихотворение, как “Размышления у парадного подъезда”. Будничное событие, знакомая ситуация, а из-под пера мастера возникает целая повесть с правдивым и реальным продолжением. Причем веришь художнику без всяких сомнений — он доказывал свою правоту неоднократно. Привычка к рабскому низкопоклонству “свободных граждан” почти ужасает. Здесь ритуал доведен до абсурда, никого не удивляет такое подобострастие. Поэт дает волю сатире, он презирает этих “холопов души” и заставляет читателя подивиться заведенному порядку вещей, когда вельможа бесцеремонно пользуется своим высоким положением, принимая низкопоклонство как должное, как “выражение уважения” к нему. Но читателю понятно, что поклоняются месту, занимаемому человеком, а не его достоинству и уму. Этот человек — владелец чужих судеб, именно от его зависит, какой посетитель выйдет напевая, а кто в слезах. Простых крестьян-ходоков и вовсе не допускают до “высокой” особы, ведь вельможа “не любит оборванной черни”, очевидно, оскорбляющей его “эстетическое чувство”. Но больше всего поэта возмущает даже не само пренебрежение к людям, а их реакция на происходящее.

З цією книгою купували:

Користувачі Bookland вже врятували 6649 дерев !

Купуйте електронні книжки і рятуйте дерева, котрі можуть бути знищені для виготовлення паперу.

Разом ми збережемо багато гарних дерев!ДЕТАЛЬНІШЕ ПРО ГРУ

Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Добавить комментарий

;-) :| :x :twisted: :smile: :shock: :sad: :roll: :razz: :oops: :o :mrgreen: :lol: :idea: :grin: :evil: :cry: :cool: :arrow: :???: :?: :!:

Adblock detector