Анализ стихотворения Маяковского В

Стихотворение «Письмо товарищу Кострову из Парижа о сущности любви» является одним из наиболее известных произведений любовной лирики В. Маяковского. Оно адре­совано Тарасу Кострову (А.С, Мартыновскому), критику и публицисту, редактору «Комсомольской правды» и «Моло­дой гвардии».

Организация лирического сюжета в данном произведе­нии строится по принципу ассоциации, что соответствует общему художественному мировоззрению сложной и про­тиворечивой эпохи начала XX в., когда один за другим ру­шились столетиями складывающиеся жизненные порядки и устои. Сам сюжет в стихотворении при этом вторичен, под­чинен главному — стремлению выразить переживания ли­рического героя.

Произведение чрезвычайно динамично, передает состоя­ние глубокой взволнованности лирического героя. В нем присутствуют характерные черты поэтики В.В. Маяковского: риторические вопросы, смена ритмов, инверсии (обратный порядок слов). Сильно исповедальное начало. При этом от­личительной особенностью лирического героя является самоирония:

а не свалят наземь.

Лирический герой настойчиво ищет определение любов­ному чувству. Для него это прежде всего сильное эмоцио­нальное переживание, дающее человеку мощный энергетиче­ский подъем:

и до ночи грачьей, блестя топором, рубить дрова,

Любовь для лирического героя — это не столько счастье, сколько страдание. Чувство его глубинно и масштабно. Он от­вергает всяческие условности в отношениях мужчины и жен­щины (свадьбу, венчание). Не это определяет силу любовного чувства, которое неподвластно никаким общественным зако­нам и условностям.

Стихотворение написано в жанре послания. Первоначально обращенное к товарищу Кострову, оно постепенно перерастает в разговор с парижской красавицей, в меха и бусы оправленной.

В воспоминаниях современников о В.В. Маяковском образ парижской красавицы прочно связывается с образом Татьяны Яковлевой. Увлечение пролетарского поэта, агитатора, трибу­на, главаря, эмигранткой и невозвращенкой выглядело по меньшей мере скандальной историей.

В поэтической традиции одним из центральных образов романтического пейзажа является образ звезды. В.В. Маяков­ский одновременно и продолжает традицию классических произведений любовной лирики, и полемизирует с ней. В дан­ное произведение, как и во многие другие стихотворения В.В. Маяковского, удачно вписывается городской пейзаж. Ведь даже суета площадного шума, кутерьма движущихся экипажей и автомобилей не могут заслонить от истинного поэта звезд, высоких и величественных небесных светил. Поэтиче­ское слово, по мнению автора, также вечно, высоко и торже­ственно, как эти звезды. Оно уподобляется золоторождённой комете, озаряющей небосклон мечтательной паре влюблен­ных, уединившейся в беседке сиреневой.

Как видим, пейзаж у В.В. Маяковского глубоко прочувст­вован, динамичен, подчинен лирическому переживанию. В финале же простая человеческая любовь оказывается сильнее урагана, огня и воды. С другой же стороны, любовь ставится в один ряд с извечными образами хаоса, ломающего привычные жизненные устои. Подобно урагану она сокрушает все на сво­ем пути. Любовь не горит в огне и не тонет в воде. Она орга­нично связана со всей жизнью лирического героя, у которого конкретное романтическое чувство к прекрасной девушке пе­рерастает в любовь к миру вообще.

«Анализ стихотворения Маяковского В. В. «Письмо товарищу Кострову из Парижа о сущности любви»»

Стихотворение «Письмо товарищу Кострову из Парижа о сущности любви» является одним из наиболее известных произведений любовной лирики В. Маяковского. Оно адре­совано Тарасу Кострову (А.С, Мартыновскому), критику и публицисту, редактору «Комсомольской правды» и «Моло­дой гвардии».

Организация лирического сюжета в данном произведе­нии строится по принципу ассоциации, что соответствует общему художественному мировоззрению сложной и про­тиворечивой эпохи начала XX в., когда один за другим ру­шились столетиями складывающиеся жизненные порядки и устои. Сам сюжет в стихотворении при этом вторичен, под­чинен главному — стремлению выразить переживания ли­рического героя.

Произведение чрезвычайно динамично, передает состоя­ние глубокой взволнованности лирического героя. В нем присутствуют характерные черты поэтики В.В. Маяковского: риторические вопросы, смена ритмов, инверсии (обратный порядок слов). Сильно исповедальное начало. При этом от­личительной особенностью лирического героя является самоирония:

а не свалят наземь.

Лирический герой настойчиво ищет определение любов­ному чувству. Для него это прежде всего сильное эмоцио­нальное переживание, дающее человеку мощный энергетиче­ский подъем:

и до ночи грачьей, блестя топором, рубить дрова,

Любовь для лирического героя — это не столько счастье, сколько страдание. Чувство его глубинно и масштабно. Он от­вергает всяческие условности в отношениях мужчины и жен­щины (свадьбу, венчание). Не это определяет силу любовного чувства, которое неподвластно никаким общественным зако­нам и условностям.

Примечательно, что В.В. Маяковский стремится искать но­вые изобразительно-выразительные средства языка. Вместо традиционно напрашивающегося эпитета «черная» или «тем­ная», он выбирает необычный эпитет-неологизм «грачья ночь», что одновременно помогает поэту индивидуализировать лю­бовное переживание.

Стихотворение написано в жанре послания. Первоначально обращенное к товарищу Кострову, оно постепенно перерастает в разговор с парижской красавицей, в меха и бусы оправленной.

В воспоминаниях современников о В.В. Маяковском образ парижской красавицы прочно связывается с образом Татьяны Яковлевой. Увлечение пролетарского поэта, агитатора, трибу­на, главаря, эмигранткой и невозвращенкой выглядело по меньшей мере скандальной историей.

В поэтической традиции одним из центральных образов романтического пейзажа является образ звезды. В.В. Маяков­ский одновременно и продолжает традицию классических произведений любовной лирики, и полемизирует с ней. В дан­ное произведение, как и во многие другие стихотворения В.В. Маяковского, удачно вписывается городской пейзаж. Ведь даже суета площадного шума, кутерьма движущихся экипажей и автомобилей не могут заслонить от истинного поэта звезд, высоких и величественных небесных светил. Поэтиче­ское слово, по мнению автора, также вечно, высоко и торже­ственно, как эти звезды. Оно уподобляется золоторождённой комете, озаряющей небосклон мечтательной паре влюблен­ных, уединившейся в беседке сиреневой.

Как видим, пейзаж у В.В. Маяковского глубоко прочувст­вован, динамичен, подчинен лирическому переживанию. В финале же простая человеческая любовь оказывается сильнее урагана, огня и воды. С другой же стороны, любовь ставится в один ряд с извечными образами хаоса, ломающего привычные жизненные устои. Подобно урагану она сокрушает все на сво­ем пути. Любовь не горит в огне и не тонет в воде. Она орга­нично связана со всей жизнью лирического героя, у которого конкретное романтическое чувство к прекрасной девушке пе­рерастает в любовь к миру вообще.

Тема судьбы и рока в произведениях Жуковского

Василий Андреевич Жуковский родился 29 января 1783 г. Впервые Жуковский выступил в печати, когда ему было 14 лет. Он очень рано приобрел широкую по тому времени популярность и литературный авторитет. Романтические поэмы, сказки, баллады, элегии принесли Жуковскому настоящую славу.

Жуковский является одним из первых русских романтиков. Его считают отцом русского романтизма. Основными мотивами его творчества являются природа, любовь, рок и судьба, воспоминание.

Между тем стихами Жуковского, и патриотическими, и элегическими,

Будучи человеком добрым и отзывчивым, Жуковский взял на себя нелегкую миссию — использовать свою близость к правительству для помощи тем, кто оказался в опале, особенно литераторам, писателям.

Личная жизнь его не сложилась. С юности он преданно любил свою племянницу и ученицу Машу Протасову, но не мог жениться на ней из-за родства. Он стал другом Маши и ее мужа. Скончалась она совсем молодой. Вся эта трагическая история отразилась и в его стихах. После смерти Марии он писал:

О милых спутниках, которые нам

Не говори с тоской: их нет

Но с благодарностью: были.

Многие лирические стихи Жуковского стали известными романсами и, положенные на музыку, распевались по всей России:

Минувших дней очарованье,

Зачем опять воскресло ты?

Кто разбудил воспоминанье

И замолчавшие мечты.

Более всего Жуковский известен своими романтическими балладами «Людмила», «Светлана», «Ивиковые журавли» и т. д.

Рассмотрим балладу «Людмила». Эта баллада является образцом баллады начального периода романтизма. Жуковский придает ей большую степень задумчивости и меланхолии, усиливает моралистический элемент, утверждает идею смирения перед волей господней. Основная идея произведения носит христианский характер. Она заключается в словах матери Людмилы: «Рай — смиренным воздаянье, ад — бунтующим сердцам». Людмила возроптала на Бога, поэтому и погибла, т. е. героиня наказывается за отступление от веры. Основной мотив «Людмилы» — мотив рока, неотвратимости судьбы. Жуковский передает душевные переживания Людмилы: тревога и грусть по милому, надежда на свидание, скорбь, отчаяние, радость, страх. Образы и мотивы дополняют романтический колорит произведения: ночь, мираж, привидения, саван, могильные кресты, гроб, мертвец.

В балладе «Светлана» Жуковский предпринял попытку создать самостоятельное произведение, опирающееся в своем сюжете на национальные обычаи русского народа. Он использовал древнее поверье о гадании крестьянских девушек в ночь перед Крещением.

В отличие от «Людмилы», сюжет которой мрачен, а развязка весьма печальна, «Светлана» — радостная баллада. Основная ее идея — вера в провидение. В отличие от Людмилы Светлана не роптала на Бога и не противилась своей судьбе, и за это была вознаграждена долгожданной встречей со своим женихом.

Светлана — один из важнейших для Жуковского поэтических образов, связывающий воедино его судьбу и творчество. Имя Светланы стало для Жуковского символическим обозначением особого миросозерцания и мироощущения, светлой веры, призванной осветить своим присутствием мрачную сущность жизни. Оно оказалось своего рода талисманом, защищающим от злых сил.

Главная заслуга Жуковского в том, что он первый в отечественной поэзии создает художественно убедительный образ русской девушки. Образ Светланы дан психологически точно. Она предстает перед читателем то молчаливо-грустной, тоскующей по исчезнувшему жениху, то пугливо-робкой — во время гадания.

Характер творчества Жуковского во многом определен его жизненным личным опытом и жизненными принципами.

Эмоциональная строка его жизни рано определялась готовностью к моральным мнениям, страданиям, мыслью о закономерности утрат. В мире, где, по его поэтическому определению, все «иль жертва, иль губитель, он предпочитал быть жертвой».

Реферат на тему: Тема любви в лирике Маяковского

Раздел: Литература, Лингвистика ВСЕ РАЗДЕЛЫ

Интересно сопоставить два стихотворения, навеянных сильным и глубоким чувством к Татьяне Яковлевой: «Письмо товарищу Кострову из Парижа о сущности любви» и «Письмо Татьяне Яковлевой». Перовое из них адресовано лицу официальному, редактору «Комсомольской правды», в которой сотрудничал оказавшийся в Париже поэт, тогда как второе – не предназначавшееся для печати – передано из рук в руки любимой женщине. В первом из этих «писем» Маяковский размышляет не просто о любви – о ее сущности. Обжигающей силы чувство вызывает настоятельную потребность разобраться в себе, по-новому взглянуть на мир. Именно по-новому: для Маяковского любовь – чувство, перестраивающее человека, созидающее его заново. Поэт избегает в своем разговоре отвлеченности. Назван по имени адресат «Письма », в текст введена та, которая вызвала эту бурю в сердце, к которой обращен этот поэтический монолог. И в самом стихотворении рассыпано множество подробностей, деталей, не позволяющих стиху унестись в туманные выси. Его любовь — «человеческая, простая», да и поэтическое вдохновение проявляется в самой что ни на есть будничной обстановке: Подымает площадь шум, экипажи движутся, я хожу, стишки пишу в записную книжицу. Простое земное чувство противопоставляется той «прохожей паре чувств», что названа «дрянью». Поэт говорит о том, что возвышает человека — о стихии, Ураган огонь вода подступают в ропоте обладающей целительной силой. И опять-таки используемые им поэтические метафоры способствуют буквально материализации понятий. Произнесенное здесь имя гениального Коперника дает представление о масштабах чувства, о котором идет речь. Привычное в поэзии, когда речь заходит о любви, противопоставление земного и небесного, будничного и возвышенного – не для Маяковского. Он начинал (в поэме «Облако в штанах») с решительного протеста против возникавших в таких случаях сладкоголосых песнопений, со слов вызывающе откровенных: Мария! поэт сонеты поет Тиане, а я весь из мяса, человек весь – тело твое просто прошу, как просят христиане – «Хлеб наш насущный – даждь нам днесь». Необходимость в резко выраженном противопоставлении своих представлений о любви, которая равнозначна самой жизни, исчезает. Нет нужды противопоставлять обычное, земное прекрасному, высокому. Любовь дает возможность ощутить их единство, поэзия – обнаружить его, выразить и закрепить словом. В «Письме Кострову» размышления о сущности любви разворачиваются с замечательной логичностью, выстраивается система аргументов, достаточная для того, чтобы разговор о любви смог обрести общественный характер. Слово, вырвавшееся из сердца влюбленного способно «подымать, / и вести,/ и влечь,// которые глазом ослабли». В «Письме Татьяне Яковлевой» та же тема представлена с иной, драматической, стороны. Трудно разобраться в том, почему взаимная любовь не смогла принести счастья влюбленным. По-видимому, ему помешало чувство ревности, которое поэт обещает усмирить. И здесь тема любви не может получить счастливого разрешения. Оно переносится в неопределенное будущее, связывается с грядущим торжеством революции во всемирном масштабе: Я все равно тебя когда-нибудь возьму – одну или вдвоем с Парижем.

Крупнейший поэт конце 4—начале 5 вв. Тао Юань-мин (365—427) отказался от чиновничьей карьеры, чтобы быть ближе к людям, к природе. Для его новаторской (при всей внешней традиционности) поэзии характерны глубокие раздумья над смыслом жизни, над призванием человека. К 5 в. относится проникнутая буддийскими настроениями утончённая пейзажная и философская лирика Се Лин-юня (385—433) и Се Яо (464—499). Ей противостоят «подражания юэфу» выходца из народа Бао Чжао (около 414—около 466), в которых поэт сетует на царящую вокруг несправедливость. Наиболее полно литература периода Южной и Северной династий представлена в антологии «Литературный изборник» (около 530) Сяо Туна. В народных юэфу 4—6 вв. четко выделяются «северные песни» героико-эпического склада (например, «Песнь о Мулань») и «южные», в которых преобладают любовные мотивы. Под влиянием южных юэфу тема любви проникла и в «высокую» поэзию (антология «Новые напевы нефритовой башни», 6 в., Сюй Лина). В 4—5 вв. были созданы первые сборники коротких новелл и анекдотов на фантастические и реже авантюрные сюжеты, часто фольклорные (Гань Бао, 4 в., и др.)

Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Добавить комментарий

;-) :| :x :twisted: :smile: :shock: :sad: :roll: :razz: :oops: :o :mrgreen: :lol: :idea: :grin: :evil: :cry: :cool: :arrow: :???: :?: :!: