Анализ стихотворения Лермонтова Расстались мы

И новым преданный страстям
Я разлюбить его не мог:
Так храм оставленный — всё храм
Кумир поверженный — всё бог!

написано в 1837 году

Коментарий к стихотворению:
Впервые опубликовано в сборнике 1840 г. «Стихотворения М. Лермонтова» (с. 165), где датировано 1837 г. Последняя строфа перенесена с изменением первых двух строк из стихотворения 1831 г. «Я не люблю тебя; страстей» , посвященного Е. А. Сушковой .
К истории этого стихотворения непосредственное отношение имеет рассказ Е. А. Сушковой о ее разговоре с Лермонтовым на одном из танцевальных вечеров в 1834 или 1835 г., где М. Л. Яковлев исполнял романс А. А. Алябьева на пушкинский текст «Я вас любил, любовь еще, быть может» . Лермонтову нравились эти стихи, хотя не безусловно; он предпочитал им элегию Баратынского «Уверение» (Нет, обманула вас молва) . «Вам, Михаил Юрьевич, нечего завидовать этим стихам, — отвечала Сушкова, — вы еще лучше выразились:

Так храм оставленный — всё храм,
Кумир поверженный — всё бог!

— Вы помните мои стихи, вы сохранили их? Ради бога, отдайте мне их, я некоторые забыл, я переделаю их получше и вам же посвящу.

— Нет, ни за что не отдам, я их предпочитаю какими они есть, с их ошибками, но с свежестью чувства; они, точно, не полны, но если вы их переделаете, они утратят свою неподдельность, оттого-то я и дорожу вашими первыми опытами.

Он настаивал, я защищала свое добро — и отстояла».

База
стихотворений

Авторы стихов

Расстались мы, но твой портрет.

«Расстались мы; но твой портрет», стихотворение Лермонтова (1837 г.), восходящее к раннему стихотворению «Я не люблю тебя; страстей. » (1831 г.), афористическая концовка которого:

без изменений перешла в данное стихотворение.

Центральный мотив — неугасшая любовь к утраченной возлюбленной, символической «заменой» которой является ее портрет; мотив этот осложнен темой преходящих «новых страстей», не вытесняющих первую, а лишь подчеркивающих ее. Лирические темы образуют в стихотворении контрастные пары-противопоставления:

Завершается стихотворение символическо-иносказательным сравнением. Традиционные для любовной лирики метафоры «храма» и «бога», помещенные у Лермонтова в реальный психологический контекст, лишаются условно-поэтического ореола и, получая новое ценностное значение, резко повышают лирическую напряженность стихотворения. Тем же целям служит и сплошная мужская рифма. Стихотворение является образцом лирической миниатюры, характерной для поэтики Лермонтова. В стихотворении «Расстались мы. » получили художественно завершенное выражение лирической ситуации и темы стихов 1830-32 гг., в частности сушковского цикла. Уже в «Стансах» («Взгляни, как мой спокоен взор») возникает мотив первой и единственной любви, сохраняемой при всех увлечениях; он варьируется в стихотворении «Раскаянье» и особенно «К Л.-«(«Подражание Байрону»).

К 1831 г. относятся три стихотворения, созданные почти одновременно (в тетради черновых автографов они следуют друг за другом): «Силуэт», «Как дух отчаянья и зла», «Я не люблю тебя; страстей. ». Все они объединены мотивом разлуки и неугасшего чувства и предвосхищают его воплощение в «Расстались мы. » — силуэт как образ возлюбленной, метафора души-храма, где она обитает как божество. Центральный мотив подсказан лирикой Дж. Байрона («Stanzas to a Lady on leaving England», 1809 г.; ср. также рассказ Байрона о портрете-миниатюре Мэри Чаворт, который он носил при себе). Но если в ранних стихах мотив неизгладимости любовного чувства связан с еще живым для поэта образом возлюбленной, то замена ее образа портретом в этом стихотворении говорит о существенной переакцентировке мотива: это верность не столько самой возлюбленной, сколько идеалу «вечной любви», памяти чувства самого лирического героя.

Анализ стихотворения Лермонтова «Расстались мы, но твой портрет…»

«Расстались мы, но твой портрет…» – это стихотворение-монолог, стихотворение-исповедь. М.Ю.Лермонтов часто использует местоимение «я», тем самым отождествляя себя с лирическим героем стиха, разделяя его одиночество. И хотя в первых строках поэт обращается к своей прошлой любви напрямую, то дальше он говорит о ней уж в третьем лице, как будто бы размышляя вслух. М.Ю.Лермонтов часто использует местоимение «я», тем самым отождествляя себя с лирическим героем стиха, разделяя его одиночество.

С чувства одиночества, собственно, и начинается

С одной стороны, это можно понять как слабость, малодушие героя, его неготовность отдаться новым чувствам, постоянное «цепляние» за старую, пусть даже и неудачную, закончившуюся расставанием, любовь. Но, с другой стороны, это можно принять и за силу духа героя, за его нежелание идти на компромиссы, размениваться на мелочные любовные интрижки, искать утешения

Неслучайно чувство любви поэт сравнивает с храмом, а бывшую возлюбленную – с поверженным кумиром, который все равно остается богом. В этой двойственности сознания, в смешении прошлого и настоящего, в душевном раздвоении личности и заключена основная драматическая коллизия этого лермонтовского стихотворения.

В тексте встречается лишь одна яркая метафора – «портрет душу радует». Зато на восемь строк приходится четыре ярких эпитета: «бледный призрак», «новые страсти», «храм оставленный», «кумир поверженный». Все это свидетельствует о глубине эмоций, волнующих поэта.

С точки зрения синтаксической структуры стихи, каждая строфа представлена большим сложным пояснительным предложением, в первой части которого заявляется некое утверждение, а во второй, после двоеточия, оно разъясняется или подтверждается. Особенно в этом отношении стоит подчеркнуть одинаковость построения и использование повторяющихся слов в последних двух строках, представляющих собой афористические высказывания.

Накал страстей, глубина переживания – все это делает стихотворение «Расстались мы, но твой портрет…» программным в любовной лирике М.Ю.Лермонтова.

«Расстались мы, но твой портрет…» М. Лермонтов

Расстались мы, но твой портрет
Я на груди моей храню:
Как бледный призрак лучших лет,
Он душу радует мою.

И, новым преданный страстям,
Я разлюбить его не мог:
Так храм оставленный — всё храм,
Кумир поверженный — всё бог!

Анализ стихотворения Лермонтова «Расстались мы, но твой портрет…»

У Михаила Лермонтова было несколько серьезных романов, однако самыми длительными и мучительными оказались взаимоотношения поэта с Екатериной Сушковой. Он познакомился со своей избранницей в 15 лет, находясь в гостях у своей кузины Александры Верещагиной, и уже через несколько дней признался Сушковой в своих чувствах, которые вызвали у юной барышни бурю насмешек. Однако именно в этот период Лермонтов буквально засыпал возлюбленную стихотворными признаниями, а она, при всей взбалмошности своего характера и склонности постоянно подтрунивать над избранником, бережно их хранила.

Им довелось вновь встретиться лишь в 1834 году в Москве. На одном из балов известный баритон Михаил Яковлев исполнил романс на стихи Александра Пушкина «Я вас любил, любовь еще, быть может», который произвел на молодого поэта неизгладимое впечатление. Однако Екатерина Сушкова заверила Лермонтова, что его любовные стихи ничуть не хуже и даже процитировала по памяти несколько строк из произведения «Я не люблю тебя; страстей». Поэт был изумлен и обескуражен тем, что девушка, к которой он испытывает самые нежные чувства, помнит наизусть его стихи. Вместе с тем Лермонтов испытал неловкость за то, что сам начисто их позабыл. Поэтому он попросил Сушкову, чтобы она передала ему стихи, и тогда он сможет их улучшить. Но – получил отказ, так как девушка не хотела что-либо менять в произведениях, которые глубоко запали ей в душу.

Тем не менее, в 1837 году Лермонтов частично восстановил по памяти стихотворение «Я не люблю тебя; страстей» и на его основе создал совершенно другое произведение, которое было опубликовано в 1840 году под названием «Расстались мы, но твой портрет…». К тому времени во взаимоотношениях Сушковой и Лермонтова действительно были расставлены все точки над «i». Поэт сумел перебороть свое болезненное и безответное чувство к блистательной светской львице. Более того, он жестоко отомстил кокетке, заставив ее в себя влюбиться, а после публично заявив, что не испытывает к Сушковой никаких чувств. Однако стихотворение «Расстались мы, но твой портрет…» все же свидетельствует об обратном. В этом произведении поэт признается, что бережно хранить на своей груди портрет той, к которой долгие годы испытывал безответную любовь. Действительно, по воспоминаниям очевидцев, Лермонтов вместе с нательным крестом носил на шее медальон с миниатюрным портретом Сушковой и расстался с этим дорогом для него украшением лишь незадолго до гибели на дуэли. Для поэта портрет возлюбленной «бледный призрак лучших дней», которые согревает его душу воспоминаниями о беззаботной юношеской поре, когда, казалось, весь мир лежит у его ног.

Кроме этого, автор признается, что «новым преданный страстям, я разлюбить его не мог», Этой фразой Лермонтов подчеркивает, что он по-прежнему влюблен, однако не в нынешнюю первую красавицу Санкт-Петербурга, а в беззаботную юную особу, которой была Сушкова много лет назад. Поэт любит саму память о ней, прекрасно отдавая себе отчет, что его избранница в своей нынешней ипостаси, увлеченная балами и поисками состоятельного супруга, не имеет с той кокетливой девочкой, которую он помнит, ничего общего.

Но, в то же время, Лермонтов отмечает, что «храм оставленный — все храм, кумир поверженный — все Бог». Финальная фраза стихотворения означает, что чувства, которые доводится испытать человеку в жизни, навсегда останутся в его душе. И даже если сама любовь угасла и ушла безвозвратно, воспоминания о ней, овеянные легкой грустью, по-прежнему будут согревать сердце и дарить ощущение радости.

Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Добавить комментарий

;-) :| :x :twisted: :smile: :shock: :sad: :roll: :razz: :oops: :o :mrgreen: :lol: :idea: :grin: :evil: :cry: :cool: :arrow: :???: :?: :!: