Анализ стихотворения Державина — Водопад

Мастер литературного слова и один из основоположников русской классической поэзии, Гавриил Державин в 1794 году опубликовал свою знаменитую оду «Водопад», которая носит аллегорический характер. Из дневников поэта становится ясно, что над этим произведением Державин начал работать после смерти Григория Потемкина. Он вошел в историю как фаворит императрицы Екатерины-II, однако Державину он запомнился, прежде всего, как выдающийся русский полководец и политический деятель. Именно его автор сравнивает с водопадом, который «кипит внизу, бьет вверх буграми».

Исследователи творчества Гавриила Державина убеждены, что воссоздать образ бушующей водной стихии, которая словно «алмазна сыплется гора», поэту помогло путешествие по Карелии. И в своей оде он описал водопад Кивач, расположенный на реке Суне. Это предположение подтверждает и фраза «стук слышен млатов по ветрам», которая указывает на расположенные поблизости Кончезерский завод – одно из первых российский предприятий по производству чугуна.

После величественного и очень яркого описания водопада Державин переходит к иносказаниям. Если взять за основу тот факт, что под самим водопадом поэт подразумевает князя Потемкина, то строчки о том, что в источнику чистой воды подходят различные звери, однозначно указывает на широту души знаменитого полководца. Между тем, Державин дает очень меткую характеристику так называемым просителям. Так, волк, который «рыщет вокруг» олицетворяет непримиримого врага. Лань, которую страшит даже «хрупкий под ногами лист» — простой люд, который нуждается в защите великого князя, но не смеет о ней простить. Что же касается коня, который «отважно в хлябь твою стремится», то этот образ собирательный, и представляет собой всею русское воинство, готовое отважно защищать свою родину и почитающее мудрого полководца.

В этом произведении присутствует и еще один образ, который наделен тайным смыслом. Это старец, символизирующий мудрость, духовную крепость и смирение. Именно таким Державину видится князь Потемкин, который в своей жизни познал не только взлеты, но и падения. Сама судьба заставила его каждый раз подниматься с колен, благодаря чему «имя и дела цветут его средь разных глянцев». Обращаясь к своему герою, Державин отмечает: «Любезен ты всем; сколь дивен, столь полезен». Этим автор подчеркивает, что о Григории Потемкине будут помнить и через века, потому что его вклад в развитие России потомкам еще предстоит оценить.

Если у данного материала осутствует информация об авторе или источнике, значит он был просто скопирован в сети Интернет с других сайтов и представлен в сборнике исключительно для ознакомления. В данном случае отсутствие авторства предлагает принять написанное, как просто чье-то мнение, а не как истину в последней инстанции. Люди много пишут, много ошибаются — это закономерно.

Анализ стихотворения Гаврилы Державина «Признание»

Гавриил Державин в 1807 году в стихотворении «Признание» описал свой литературный путь и выразил отношение к собственному творчеству.

Произведение написано от первого лица, лаконичным языком и ритмичным слогом.

В «Признании» поэт чистосердечно изъясняет, что не считал себя святым, великим мудрецом или важным господином. Прежде всего он ценил в себе и окружающих людях чистоту сердца и ум. Поэтические шедевры, по признанию Державина, – заслуга не личная, а божественная помощь извне. Оды, созданные в честь выдающихся правителей, написаны

Стихотворения его творились с целью увековечить благородные качества царей и передать их потомкам. Если поэт осмеливался обличать высокопоставленных особ, то не от своего лица и не по причине личной обиды, а от целого государства, передавая строгое недовольство людей и воспитательное наставление. Был подвержен Державин и общечеловеческим слабостям, погружаясь в водоворот суетных бессмысленных занятий.

Не отрицает он своего преклонения перед красотой женщин, потому посвящал дамам лирические

«Признание» пронизано искренностью, душевностью. Русский поэт творил новую эпоху в литературе, следуя принципу реалистичности описания. Смелые неприукрашенные выражения, такие как «правду брякнуть», «саном надуваться» делают философскую лирику Державина неискусственной, непритворной, настоящей одой правде и сокрушительным ударом по лицемерию.

В особенности последние строки «Признания» оправдывают все возможные огрехи в жизни поэта. Читатель просто не вправе обвинить Державина в чем-либо. К тому же это великолепное, легкое произведение дарит такое же прекрасное настроение после его прочтения. «Ум и сердце» – вот путеводные звезды великого стихотворца Гавриила Державина.

Анализ стихотворения Державина — Водопад

Главным объектом поэтики Державина является человек, как неповторимая индивидуальность во всём богатстве личных вкусов и пристрастий. Многие его оды имеют философский характер, в них обсуждается место и предназначение человека на земле, проблемы жизни и смерти:

Державин создаёт ряд образцов лирических стихотворений, в которых философская напряженность его од сочетается с эмоциональным отношением к описываемым событиям. например в стихотворении «Снигирь» (1805) Державин оплакивает кончину Суворова

Высшего художественного воплощения это двойное восприятие Д. жизни своего времени достигает в его знаменитой оде «Водопад». В образе водопада — «алмазной горы», с «гремящим ревом» низвергающейся вниз в долину, чтобы через короткое время бесследно «потеряться» в глуши «глухого бора», Д. дал не только аллегорическое изображение жизненной судьбы одной из самых характерных фигур русского XVIII в. — «сына счастия и славы» — «великолепного князя Тавриды», Потемкина, но и грандиозный охватывающий символ всего «века Екатерины» вообще.

Сплошной антитезой является самый стиль Д., представляющий собой замечательное сочетание элементов, прямо противоположных друг другу. Уже Гоголь отмечал, что если «разъять анатомическим ножом» слог Державина, увидишь «необыкновенное соединение самых высоких слов с самыми низкими и простыми». Это наблюдение целиком подтверждается филологическим анализом, действительно вскрывающим в языке Д. самую причудливую «смесь церковно-славянского элемента с народным», выражающуюся не только в наличии в стихах Д. друг подле друга церковно-славянских и народных слов, форм, синтаксических конструкций, но и в своеобразном, как бы химическом их взаимопроникновении: «часто церковно-славянское слово является у Д. в народной форме и, наоборот, народное облечено в форму церковно-славянскую» (Я. Грот). Такое же соединение торжественности и простоты имеем и в отношении изобразительной стороны его творчества. Д. создает в своих стихах мир феерической пышности, сказочного великолепия. «Какое зрелище очам!» — эта строка, повторяемая Д. в нескольких его одах («Водопад», «Изображение Фелицы»), может быть распространена на всю его поэзию. Все в ней сверкает золотом и драгоценными камнями. По его стихам разлиты «огненные реки», рассыпаны «горы» алмазов, рубинов, изумрудов, «бездны разноцветных звезд». Всю природу рядит он в блеск и сияние. Небеса его — «златобисерны» и «лучезарны», дожди — «златые», струи — «жемчужные», заря «багряным златом покрывает поля, леса и неба свод», «брега блещут», луга переливаются «перлами», воды «сверкают сребром», «облака — рубином». Излюбленные эпитеты — составные, типа: «искросребрный», «златозарный». «Лазурны тучи, краезлаты, блистающи рубином сквозь, как испещренный флот, богатый, стремятся по эфиру вкось» — таков наиболее характерный пейзаж Д., в создании к-рого участвовала столько же баснословная роскошь дворянского быта екатерининского времени, сколько отзвуки военно-морских триумфов эпохи, отсветы победных зарев Кагула, Наварина и Чесмы. И тут же, рядом со всей этой пышностью и сверканием — такие «опрощенные» образы, как знаменитое «И смерть к нам смотрит чрез забор», или разящий натурализм его осени, к-рая, «подняв пред нами юбку, дожди, как реки, прудит». На протяжении одной и той же оды находим такие строки, как «Небесные прошу я силы, Да их простря сафирны крылы», и почти рядом: «И сажей не марают рож». В сложнейшей многоярусной композиции огромных по размеру од Д. («Водопад» — 444 стиха, «Изображение Фелицы» — 464, в «Медном всаднике» Пушкина — 465 стихов) имеем такое же соединение тяжелой пышности нагромождаемых друг на друга словно бы без всякого усилия грандиозных архитектурных масс с бесформенностью, отсутствием единого, цельного плана, с той «дикостью», к-рая так потрясала С. Т. Аксакова и Гоголя и так раздражала Пушкина.

в отличии от Ломоносова, Державин

невозможно найти иллюстрации к готовым философским системам и философский смысл возникает спонтанно из жизненых наблюдений поэта, из естественного развития поэтического образа.

философские стили Дрежави на делятся на 2 группы:

1) проблемам этики, проблемам взаимоотношения людей. Нравственным кредоДержавина становится девиз «живи и жить давай другим» снисхождение по отношению к людям

2) религиозно философские мотивы. поиск смысла человеческих молитв

Державин памятник анализ стихотворения

Державин Гаврила Романович (1743-1816) , русский поэт. Представитель русского классицизма.

Торжественные оды, проникнутые идеей сильной государственности, включали сатиру на вельмож, пейзажные и бытовые зарисовки, религиозно-философские размышления («Фелица», 1782; «Вельможа», 1774-94; «Бог», 1784; «Водопад», 1791-94); лирические стихи.

Знаменитейший русский поэт конца XVIII в. Гаврила Романович Державин родился в Казани в семье армейского офицера. В детстве он был хилым, слабым, но зато отличался “чрезвычайной к наукам склонностью”. В II лет он потерял отца. Его мать, оставшаяся с детьми без средств к существованию, вынуждена была, по была, по воспоминаниям поэта, “ходить по судьям, стоять у них в передних у дверей по несколько часов. но когда выходили, не хотел никто выслушать ее порядочно, но все с жестокосердием ее проходили мимо, и она должна была ни с чем возвращаться домой” . Мальчик на всю жизнь запомнил эти унижения. В 1759 г. Державин все же поступил в Казани в гимназию. Хотя учили в ней плохо, будущий великий поэт усовершенствовался в немецком языке, пристрастился к рисованию и черчению, научился танцевать и фехтовать. Недостатки образования он восполнял чтением.

В 1762 г. Г. Р. Державин поступает на военную службу. Она оставила в его душе горестные воспоминания. Тяжелая черная работа отупляла, кутежи казались единственной отдушиной. Державин, натура увлекающаяся, пристрастился к азартным играм и однажды проиграл в карты деньги, присланные матерью на покупку имения. Державин писал о себе в воспоминаниях в третьем лице: “Ездил, так сказать, с отчаяния, день и ночь по трактирам, искать игры. Познакомился с игроками, или, лучше, с прикрытыми благопристойными поступками и одеждою разбойниками; у них научился заговорам, как новичков заводить в игру, подборам карт, подделкам и всяким игрецким мошенничествам” . Правда, до “коварного предательства” не опускался. На помощь нравственно чистой натуре Державина пришла возвышавшая душу поэзия: “Если же и случалось, что не на что не токмо играть, но и жить, то, запершись дома, ел хлеб с водою и марал стихи при слабом иногда свете полушечной сальной свечки или при сиянии солнечном сквозь щелки затворенных ставней”. “Марать” начал он еще в гимназии. В казарме волей-неволей пришлось забыть и о науках, но иногда он все же умудрялся читать случайно добытые русские и немецкие книги.

После десятилетней солдатской службы Г. Р. Державин был произведен в офицеры и в 1773 г. лично явился к генералу А. И. Бибикову, командующему войсками, посланными подавлять восстание Пугачева, с просьбой взять его с собой в Казань. В последующие четыре года службы Державин проявил себя находчивым, сообразительным офицером и сумел обратить на себя внимание начальства. Во время пугачевского восстания оренбургское имение Державина сильно пострадало: две недели в нем находился на постое обоз в 40 тыс. телег, везший в армию провиант. Солдаты “разорили крестьян до основания” . Тяжких трудов стоило Державину добиться хоть какой-то компенсации.

В 1777 г. “по неспособности” к военной службе он “выпускался в штатную” службу с пожалованием 300 душ в Белоруссии. Державин имел все основания считать себя обиженным. Гораздо удачливее оказался он в картах и в любви. В 1775 г., “имея в кармане всего 50 рублей”, выиграл 40 000 руб., а в 1778 г. женился на любимой девушке и был счастлив в браке.

Публикуя свои первые поэтические произведения, Г. Р. Державин признавался, что “в выражении и слоге старался подражать Ломоносову, но так как не имел его таланта, то это и не удавалось”.

Державин точно определил время своего творческого перерождения: “Не хотел парить, но не мог постоянно выдерживать изящным подбором слов, свойственных одному Ломоносову, великолепия и пышности речи. Поэтому с 1779 г. избрал я совершенно особый путь”. Путь этот действительно особый — державинский. Первые оды, написанные после 1779 г., отличались небывалой в русской поэзии звучностью стиха, силой поэтического выражения.

“Фелица”, опубликованная в 1783 г., вызвала настоящий восторг читателей. Это произведение было ново и по форме, и по содержанию. Прежние высокопарные оды стали уже “докучать” всем, их “бумажный гром” раздражал. В “Фелице” читатель встретил живую поэзию, пронизанную жизненными реалиями, которые без труда угадывались. Название оды связано со “Сказкой о царевиче Хлоре” — нравоучительной аллегорией, которую сама императрица написала для внука — Александра Павловича. Героиня сказки — дочь киргизского хана Фелица, помогает царевичу найти розу без шипов. Но разве такое бывает? Да, роза без шипов — это добродетель.

Читатель угадывал намеки поэта и на придворных: “Скачу к портному по кафтан” — характерное времяпрепровождение Г. А. Потемкина; “Езжу на охоту/И забавляюсь лаем псов” — характеристика П. И. Панина; “Я тешусь по ночам рогами” — музыку охотничьих рожков ввел в моду обер-егермейстер С. К. Нарышкин; “Полкана и Бову читаю” — это про непосредственного начальника Державина князя Вяземского, который забавлялся тем, что заставлял подчиненных читать ему вслух лубочные романы.

Друзья Державина отговаривали его печатать столь дерзкую оду, но Екатерине II она понравилась. Более того, императрица с ехидством дарила “Фелицу” своим приближенным, подчеркивая те места, которые относились к грешкам получателя.

В 1784 г. Г. Р. Державин, испортив отношения с начальством в Сенате, вынужден был выйти в отставку. Но в том же году был назначен олонецким губернатором. Не ужившись с наместником края, он был переведен губернатором в Тамбов — и тут испортил отношения с наместником! Поэт-губернатор оказался даже под судом. Началось долгое разбирательство. Державин прибыл в Петербург “доказать императрице и государству, что он способен к делам, неповинен руками, чист сердцем и верен в возложенных на него должностях”. Державину передали, что императрица не может обвинить автора Фелицы”, — ему приказано было явиться ко двору. Державин писал о себе в третьем лице: “Удостоясь с благоволением лобызать руку монархини и обедав с нею за одним столом, он размышлял сам себе, что он такое: виноват или не виноват? в службе или не в службе?” Более двух лет поэт, жаждавший государственной деятельности, ждал ответа и, не теряя времени, писал оды. Одну из них — “Изображение Фелицы” (1789) — он вновь посвятил Екатерине. Столь же большой успех имела ода “На взятие Измаила”. Теперь многие царедворцы мечтали, чтобы Державин посвятил им “похвальные стихи”. В 1791 г. поэт был назначен статс-секретарем Екатерины II.

Это был знак особой милости. Но служба и на столь почетном поприще оказалась для Г. Р. Державина неудачной. Он вмешивался в дела, боролся с бюрократией — “канцелярской крючкотворной дружиной”, а от него ждали совсем не этого. Екатерина II не раз намекала, что ему следует писать нечто “в роде оды Фелицы”. Но поэт не обнаруживал прилива чувств, вдохновения. “Охладел духом”, — писал он о себе. Может быть, потому, что Державин ближе узнал двор и видел теперь Екатерину II в ином свете? Императрица тоже охладела к поэту, удалив от себя и назначив сенатором. Державин и в Сенате со всеми перессорился: жить “как все” мешали упорство, усердие, служебное рвение. Даже по воскресным дням он ездил в Сенат.

В 1796 г. (после многих служебных неурядиц и личных драм) он написал, подражая оде Горация “К Мельпомене”, стихотворение “Памятник”.

С вступлением на престол Павла 1 положение Г. Р. Державина в целом не изменилось, несмотря на то что вначале он подвергся со стороны монарха гонению “за непристойный ответ, государю учиненный” . Продолжал служить Г. Р. Державин и при Александре 1, был даже министром юстиции (1802— 1803). Но дух преобразований он порицал и планам нового императора не сочувствовал. В 1807 г. окончательно вышел в отставку, после чего проводил время в основном в деревне Званке Новгородского уезда.

Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Добавить комментарий

;-) :| :x :twisted: :smile: :shock: :sad: :roll: :razz: :oops: :o :mrgreen: :lol: :idea: :grin: :evil: :cry: :cool: :arrow: :???: :?: :!: