Анализ стиха перчатка лермонтова

Перед своим зверинцем,
С баронами, с наследным принцем,
Король Франциск сидел; 2
С высокого балкона он глядел
На поприще, сраженья ожидая;
За королем, обворожая
Цветущей прелестию взгляд,
Придворных дам являлся пышный ряд.

Король дал знак рукою –
Со стуком растворилась дверь,
И грозный зверь
С огромной головою,
Косматый лев
Выходит;
Кругом глаза угрюмо водит;
И вот, все оглядев,
Наморщил лоб с осанкой горделивой,
Пошевелил густою гривой,
И потянулся, и зевнул,
И лег. Король опять рукой махнул –
Затвор железной двери грянул,
И смелый тигр из-за решетки прянул;
Но видит льва, робеет и ревет,
Себя хвостом по ребрам бьет,
И крадется, косяся взглядом,
И лижет морду языком,
И, обошедши льва кругом,
Рычит и с ним ложится рядом.
И в третий раз король махнул рукой –
Два барса дружною четой
В один прыжок над тигром очутились;
Но он удар им тяжкой лапой дал,
А лев с рыканьем встал.

Они смирились,
Оскалив зубы, отошли,
И зарычали, и легли.
И гости ждут, чтоб битва началася.
Вдруг женская с балкона сорвалася
Перчатка. все глядят за ней.
Она упала меж зверей.
Тогда на рыцаря Делоржа с лицемерной
И колкою улыбкою глядит
Его красавица и говорит:
«Когда меня, мой рыцарь верной,
Ты любишь так, как говоришь,
Ты мне перчатку возвратишь».

Делорж, не отвечав ни слова,
К зверям идет,
Перчатку смело он берет
И возвращается к собранью снова.

У рыцарей и дам при дерзости такой
От страха сердце помутилось;
А витязь молодой,
Как будто ничего с ним не случилось,
Спокойно всходит на балкон;
Рукоплесканьем встречен он;
Его приветствуют красавицыны взгляды.
Но, холодно приняв привет ее очей,
В лицо перчатку ей
Он бросил и сказал: «Не требую награды».

Вельможи толпою стояли
И молча зрелища ждали;
Меж них сидел
Король величаво на троне;
Кругом на высоком балконе
Хор дам прекрасный блестел.

Вот царскому знаку внимают.
Скрыпучую дверь отворяют,
И лев выходит степной
Тяжелой стопой.
И молча вдруг
Глядит вокруг.
Зевая лениво,
Трясет желтой гривой
И, всех обозрев,
Ложится лев.

И царь махнул снова,
И тигр суровый
С диким прыжком
Взлетел опасный
И, встретясь с львом,
Завыл ужасно;
Он бьет хвостом,
Потом
Тихо владельца обходит,
Глаз кровавых не сводит.
Но раб пред владыкой своим
Тщетно ворчит и злится:
И невольно ложится
Он рядом с ним.

Сверху тогда упади
Перчатка с прекрасной руки
Судьбы случайной игрою
Между враждебной четою.

И к рыцарю вдруг своему обратясь,
Кунигунда сказала, лукаво смеясь:
«Рыцарь, пытать я сердца люблю.
Если сильна так любовь у вас,
Как вы твердите мне каждый час,
То подымите перчатку мою!»

И рыцарь с балкона в минуту бежит,
И дерзко в круг он вступает,
На перчатку меж диких зверей он глядит
И смелой рукой подымает.

*
И зрители в робком вокруг ожиданье,
Трепеща, на юношу смотрят в молчанье.
Но вот он перчатку приносит назад.
Отвсюду хвала вылетает,
И нежный, пылающий взгляд –
Недального счастья заклад –
С рукой девицы героя встречает.
Но досады жестокой пылая в огне,
Перчатку в лицо он ей кинул:
«Благодарности вашей не надобно мне!»
И гордую тотчас покинул.

* «Перчатка» – часто одну и ту же балладу переводили разные поэты. Так, В.А.Жуковский и М.Ю.Лермонтов перевели произведение Ф.Шиллера «Перчатка» («Der Handschuh», 1797). Сам Шиллер дал жанровый подзаголовок «Eine Erzahlung» («Рассказ»), поскольку оно написано не в строфической форме, а как повествование. Жуковский назвал повестью, а Лермонтов жанр не обозначил.
К повести Шиллера обращались и другие переводчики: в 1822 году её перевёл И.Покровский (Благонамеренный. 1822. Ч. 17. С. 238); в 1825 году – М.Загорский (Северные цветы на 1825 год); в 1829 году – Н.Девите (Дамский журнал. 1829).

1. «Перчатка» В.А.Жуковского – впервые опубликовано: Муравейник. № 3. СПб., 1831. С. 13–14 – с заглавием: «Перчатка» и подзаголовком: «Повесть», без подписи и указания на источник перевода.
2. Король Франциск сидел. – Франциск I (1494–1547), король Франции с 1515 по 1547 г. Сторонник принципа единодержавной неограниченной власти, блестящий рыцарь, имевший прекрасный литературно-художественный вкус, Франциск I собрал вокруг себя многолюдный двор, где большую роль играли дамы и были очень популярны всякого рода рыцарские развлечения.

3. «Перчатка» М.Ю.Лермонтова – впервые опубликовано в издании «Разные сочинения Шиллера в переводах русских писателей» (т. 8, СПб., 1860, стр. 319–321).

«Журналист, Читатель и Писатель» М. Лермонтов

(Комната п и с а т е л я, опущенные шторы. Он сидит в больших креслах перед камином; ч и т а т е л ь с сигарой стоит спиной к камину. Ж у р н а л и с т входит.)

Ж у р н а л и с т

Я очень рад, что вы больны.
В заботах жизни, в шуме света
Теряет скоро ум поэта
Свои божественные сны.
Среди различных впечатлений
На мелочь душу разменяв,
Он гибнет жертвой общих мнений!
Когда ему в пылу забав
Обдумать зрелое творенье?
Зато, какая благодать,
Коль небо вздумает послать
Ему изгнанье, заточенье,
Иль даже долгую болезнь:
Тотчас в его уединенье
Раздастся сладостная песнь!
Порой влюбляется он страстно
В свою нарядную печаль…
..Ну, что вы пишете? — нельзя ль
Узнать?

П и с а т е л ь

Ж у р н а л и с т

П и с а т е л ь

О чем писать? — восток и юг
Давно описаны, воспеты;
Толпу ругали все поэты,
Хвалили все семейный круг;
Все в небеса неслись душою,
Взывали, с тайною мольбою,
К N. N., неведомой красе,
И страшно надоели все.

Ч и т а т е л ь

И я скажу — нужна отвага,
Чтобы открыть, хоть ваш журнал
(Он мне уж руки обломал).
— Во-первых: серая бумага!
Она быть может и чиста;
Да как-то страшно без перчаток!
Читаешь — сотни опечаток!
Стихи — такая пустота;
Слова без смысла, чувства нету,
Натянут каждый оборот;
Притом — сказать ли по секрету?
И в рифмах часто недочёт.
Возьмёшь ли прозу? — перевод.
А если вам и попадутся
Рассказы на родимый лад,
То верно над Москвой смеются
Или чиновников бранят.
С кого они портреты пишут?
Где разговоры эти слышут?
А если и случалось им,
Так мы их слышать не хотим!
Когда же на Руси бесплодной,
Расставшись с ложной мишурой,
Мысль обретёт язык простой
И страсти голос благородный?

Ж у р н а л и с т

Я точно то же говорю;
Как вы открыто негодуя,
На музу русскую смотрю я.
Прочтите критику мою.

Ч и т а т е л ь

Читал я. — Мелкие нападки
На шрифт, виньетки, опечатки,
Намеки тонкие на то,
Чего не ведает никто.
Хотя б забавно было свету!
В чернилах ваших, господа,
И желчи едкой даже нету,
А просто грязная вода.

Ж у р н а л и с т

И с этим надо согласиться.
Но верьте мне, душевно рад
Я был бы вовсе не браниться —
Да как же быть. меня бранят?
Войдите в наше положенье!
Читает нас и низший круг;
Нагая резкость выраженья
Не всякий оскорбляет слух;
Приличье, вкус — всё так условно;
А деньги все ведь платят ровно!
Поверьте мне: судьбою несть
Даны нам тяжкие вериги;
Скажите, каково прочесть
Весь этот вздор, все эти книги…
И всё зачем? — чтоб вам сказать,
Что их не надобно читать!

Ч и т а т е л ь

Зато какое наслажденье,
Как отдыхает ум и грудь,
Коль попадется как-нибудь
Живое, свежее творенье.
Вот, например, приятель мой:
Владеет он изрядным слогом,
И чувств и мыслей полнотой
Он одарен всевышним богом.

Ж у р н а л и с т

Всё это так. — Да вот беда:
Не пишут эти господа.

П и с а т е л ь

О чем писать? — бывает время,
Когда забот спадает бремя
Дни вдохновенного труда,
Когда и ум и сердце полны,
И рифмы дружные, как волны,
Журча, одна во след другой
Несутся вольной чередой.
Восходит чудное светило
В душе проснувшейся едва;
На мысли, дышащие силой,
Как жемчуг нижутся слова.
Тогда с отвагою свободной
Поэт на будущность глядит,
И мир мечтою благородной
Пред ним очищен и обмыт,
Но эти странные творенья
Читает дома он один,
И ими после без зазренья
Он затопляет свой камин.
Ужель ребяческие чувства,
Воздушный, безотчетный бред
Достойны строгого искусства?
Их осмеет, забудет свет…

К чему толпы неблагодарной
Мне злость и ненависть навлечь?
Чтоб бранью назвали коварной
Мою пророческую речь?
Чтоб тайный яд страницы знойной
Смутил ребенка сон покойный
И сердце слабое увлёк
В свой необузданный поток?
О нет! — преступною мечтою
Не ослепляя мысль мою,
Такой тяжелою ценою
Я вашей славы не куплю.

* Поэты похожи на медведей, которые кормятся тем, что сосут свою лапу. Неизданное (фр.).

Анализ стихотворения Лермонтова «Журналист, Читатель и Писатель»

Литературные вопросы никогда особо не волновали Михаила Лермонтова, который предпочитал держаться особняком от поэтов и писателей. Он не зарабатывал себе на жизнь публикацией в журналах, так как был кадровым военнослужащим. Тем не менее, когда в свет выходили его произведения, критики давали себе волю. Причем, свое мнение высказывали не только профессиональные литераторы, но и обыватели, для которых стихи всегда были составной частью светских развлечений.

Устав от постоянных нападок людей, которые даже не пытались вникнуть в суть его произведений, в 1839 году Лермонтов опубликовал поэму «Журналист, Читатель и Писатель», в которой попытался донести до общества свои взгляды на современную литературу. Одновременно поэт решил дать достойный ответ тем злопыхателям, которые превозносили бездарей, но при этом поливали грязью достойных авторов. К ним себя Лермонтов не причислял, так как был убежден, что он – весьма посредственный литератор. Однако ему было искренне обидно за более талантливых, по его мнению, соотечественников, к которым Лермонтов причислял Вяземского, Пушкина, Жуковского и Белинского.

В этой поэме он собрал в одной комнате представителей трех различных мировоззрений – писателя, журналиста и читателя. Первый выступил в роли подсудимого, два других взяли на себя миссию обвинителей. Однако очень скоро все переменилось, так как читатель и журналист принялись выяснять отношения между собой. Поначалу они пытались досаждать писателю, пытаясь узнать, почему он больше не радует публику новыми произведениями, и услышали весьма неожиданный ответ: «О чем писать? Восток и юг давно описаны, воспеты». В итоге внимание критиков переключилось на мене разборчивых авторов, которые продолжали мусолить всем надоевшие тем. Затем речь пошла и вовсе о критиках, ищущих подвох в любой строчке, и об изданиях, которые выходят на скверной серой бумаге со множеством опечаток. В уста Журналиста и Читателя Лермонтов вложил весьма едкие и колючие фразы, которыми его герои обвиняют друг друга. Читатель весьма недоволен тем, что Журналист не умеет толком критиковать своих оппонентов, так как не обладает должной степенью интеллектуального развития, чтобы как следует высмеять неудачливого автора. «И желчи едкой даже нету – а просто грязная вода», — отмечает он. В свою очередь, журналист настаивает на то, что и критиковать-то нынче уже просто некого, потому что настоящие поэты и писатели уже перевелись. Но при этом кушать хочется всем. В итоге авторы ваяют «шедевры» самого низкого пошиба, а журналисты их ругают. И те, и другие занимаются отнюдь не творчеством, а просто зарабатывают себе на жизнь. Те же, кто действительно может сказать новое слово в русской литературе, предпочитают этого не делать или же не выносят на суд публики свои произведения, не желая быть политыми грязью с ног до головы. В итоге, по мнению Лермонтова, в России уже практически не осталось ни достойных литераторов, ни умных и тонко чувствующих критиков. Что же касается читателей, то в этом вопросе поэт не стал оригинальным, отметив, что нынче знатоками литературы себя считают даже те, кто в своей жизни прочел всего лишь пару стихотворений весьма сомнительного содержания.

Этот спор продолжается до тех пор, пока в этот диалог не включается Писатель. Он прекрасно понимает, что все люди тщеславны, и с удовольствием паразитируют на творчестве литераторов, устраивая шумные дискуссии с единственной целью – блеснуть остроумием. Поэтому Писатель, а с ним вместе и Лермонтов, открыто заявляют подобным критикам: «Такой тяжелою ценою я вашей славы не куплю».

Лермонтов переводчик (на примере стихотворения Шиллера «Перчатка»)

В своем оригинальном творчестве 1828-1829 годов Лермонтов почти нигде не перекликается с Шиллером-лириком. Но Шиллер как автор баллад и как драматург представлял для Лермонтова несомненный интерес и в эти годы и позднее. Как отрывок из «Макбета», так и «Перчатка», а равно и написанная на шиллеровские темы «Баллада» («Над морем красавица-дева сидит. ») относятся у Лермонтова к числу первых опытов короткого стихотворного повествования (наряду с оригинальной «Грузинской песней» и первыми поэмами).

«Перчатка» — остро сюжетна: она рассказывает о том, как с руки красавицы Кунигунды упала перчатка на арену, где находятся хищные звери лев, тигр, леопарды, и как она предлагает рыцарю принести ее. Рыцарь бесстрашно выполняет просьбу своей дамы, благополучно приносит перчатку, но, возмущенный бессердечием Кунигунды, бросает ей перчатку в лицо и покидает ее. Сама эта ситуация, равно как и образ гордого и бесстрашного рыцаря, разочаровавшегося в любимой, и образ бездушной красавицы — все это очень близко юному Лермонтову, перекликается с ситуациями и образами лирических героев его стихов. Обстановка же, в которой разыгрывается сцена баллады, нарисована Шиллером очень красочно: это двор короля Франциска, собравшийся смотреть пышное зрелище.

Обстоятельность, с которой Шиллер описывает детали происходящего, Лермонтова не устраивает: он производит значительное сокращение текста — выбрасывает целый отрезок в одиннадцать стихов (строки 33-43 оригинала), посвященный изображению двух леопардов, нарушая трехчленность повествования о зверях, и этим ускоряет переход к драматическому эпизоду с перчаткой. Опускает он еще несколько стихов, правда вводя зато в других местах не предусмотренные подлинником строки (в целом перевод все же короче немецкого оригинала на одиннадцать стихов). Переводчик опускает и собственные имена двух действующих лиц баллады — короля (Франциск) и рыцаря (Делорж) . Фабула тем самым приобретает несколько большую схематичность. Вспомним в связи с этим, что в повествовательных (балладного типа) стихотворениях Лермонтова и в его ранних поэмах довольно часто фигурируют безымянные, не названные собственным именем герои.

В переводе «Перчатки», в отличие от перевода «Трех ведьм», сохранено большинство образных деталей и словесных мотивов подлинника (если не считать пропуска целого отрезка текста), а в тех случаях, когда опускается отдельный конкретный образ, поэт заменяет его по большей части конкретным же (а не абстрактным или перифрастическим). Он делает, однако, и некоторые вставки, существенные в смысловом отношении.

Когда, например, изложение доходит до смелого поступка рыцаря, спускающегося к зверям за перчаткой Кунигунды, Лермонтов вводит от себя такой стих:

  • Ø На перчатку меж диких зверей он глядит.

У Шиллера этого нет: его «рыцарь быстро, твердыми шагами спускается в страшный зверинец и смелой рукой поднимает перчатку, лежащую посреди чудовищ». Добавление, которое делает Лермонтов, противоречит, пожалуй, замыслу автора, поскольку не вполне совмещается с мотивом бесстрашия рыцаря.

Однако для общего осмысления Лермонтовым этой баллады, показательнее две вставки, касающиеся образов Кунигунды и рыцаря. Когда она просит Делоржа достать ей упавшую перчатку, Лермонтов заставляет ее сказать:

  • Рыцарь, пытать я сердца люблю.

А о рыцаре, вернувшемся с перчаткой, поэт-переводчик говорит: «Но досады жестокой пылая в огне. » Так — является красавица (Кунигунда оригинала), характере красавицы он подчеркивает холодность и бессердечие к влюбленным в нее, а в характере рыцаря — негодование, т. е. придает конфликту еще большую остроту и эмоциональность.

К циклу переводов из Шиллера вообще и к переводу «Перчатки» в частности очень близко примыкает стихотворение «Баллада» («Над морем красавица-дева сидит»), В «тетради № 3» оно непосредственно предшествует «Перчатке». Здесь сплетаются сюжеты двух баллад Шиллера — той же «Перчатки» и «Водолаза» (или «Кубка», как озаглавлена в переводе Жуковского). Здесь в таком же соотношении, как в «Перчатке», выступают два персонажа — жестокая, бессердечная дева и ее друг, которого она посылает за ожерельем, упавшим в пучину; его он достает и снова, по просьбе девы, спускается в воду, чтобы принести ей коралл, но на этот раз погибает. С «Перчаткой» «Балладу» роднит именно образ героини жестокой девы, требующей доказательства любви. Остальное же — само испытание, назначаемое красавицей, его повторение после первой удачи и трагическая гибель смельчака — сближает ее с «Водолазом».

Творчество М. Ю. Лермонтова. Стихи, поэмы, анализ стихотворения М. Ю. Лермонтова ‘Поэт’

Тема: анализ стихотворения М. Ю. Лермонтова ‘Поэт’

Смерть Поэта

Погиб поэт! — невольник чести —
Пал, оклеветанный молвой
С свинцом в груди и жаждой мести,
Поникнув гордой головой. полностью >

Анализ: Для того, чтобы провести анализ стихотворения М.Ю. Лермонтова «Поэт» необходимо внимательно перечитать все ключевые места данного стихотворения и выделить.

Краткий анализ стихотворения М. Ю. Лермонтова ‘Поэт’ здесь
Полный анализ стихотворения М. Ю. Лермонтова ‘Поэт’ здесь

Биография

Детство

У Лермонтова всю жизнь имеется одна большая проблема: никто не воспринимает его всерьёз. Барышни, которые ему так нравятся, не видят его в упор, а гуляют с господами юнкерами, пьющими шнапс и употребляющими нехорошие слова. А он даже не «маменькин сынок», он — хуже: «бабушкин внучек». Косолапый, толстый, неуклюжий мальчик, музицирующий на фортепьянах.

В Московском Университете

Наступает осень 1830. Чтобы хоть чем-то отвлечься, Лермонтов начинает сдавать экзамены в Московский университет и, сам не заметив как, становится студентом первого курса Нравственно-политического отделения. Лучшего места для обучения будущего автора «Уланши» (с одной стороны) и «Прощай, немытая Россия. » (с другой) трудно, кажется, было и придумать.

Школа кавалерийских юнкеров

В училище его, как и всех, мордуют дембеля, а скорее всего — больше, чем всех. К счастью, на первой же выездке его лягает лошадь, так что он с переломом ноги весь первый курс лежит в лазарете. А после летних лагерей Лермонтов уже и сам становится «старослужащим». Каждую свободную минуту он теперь качает трицепсы, дельтовидные мышцы и спину — в чём, по свидетельству Меринского, изрядно преуспевает.

На Кавказе

На «войне» Лермонтову очень понравилось. Все восемь месяцев командировки он с удовольствием путешествует вдоль и поперёк Большого Кавказского хребта (строевой службы у него, разумеется, никакой нет), открывает для себя мир киндзмараули и оджалеши, флиртует с грузинскими княжнами, пишет акварели, пробует маслом, до утра пляшет над Курой лезгинку — словом, с увлечением играет в Поэта («спал на земле, ел чурек»).

Первая дуэль

На выбор объекта у Лермонтова уходит больше месяца. Ибо выбор ответственный: надо и здесь попытаться обойти Пушкина. Если Пушкин стрелялся с сыном посла крошечной Голландии, наполовину лежащей ниже уровня моря, то он должен выпустить кровь из сына посла великой Франции, чьи горные пики, покрытые вечными льдами, упираются в небо.

Снова на Кавказе

В Чечне он быстро становится известен по обе стороны фронта. Свои зовут его «поручик Смерть», противники — просто «Демон». Он возглавляет самый отмороженный отряд коммандос, летучий «эскадрон смерти». «Я получил. отборную команду охотников, состоящую изо ста казаков — разный сброд, волонтёры, татары и проч., это нечто вроде партизанского отряда» (письмо из Грозного конца октября).

Скачать анализ стихотворения М. Ю. Лермонтова ‘Поэт’, zip

Биография

Произведения

Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Добавить комментарий

;-) :| :x :twisted: :smile: :shock: :sad: :roll: :razz: :oops: :o :mrgreen: :lol: :idea: :grin: :evil: :cry: :cool: :arrow: :???: :?: :!: