Александр блок символизм николай гумилев 7 букв

Гумилев Николай Степанович

(1886-1921), русский поэт. В 1910-е гг. один из ведущих представителей акмеизма. Для стихов характерны апология «сильного человека» воина и поэта, декоративность, изысканность поэтического языка (сборники «Романтические цветы», 1908, «Костер», 1918, «Огненный столп», 1921). Переводы. Расстрелян как участник контрреволюционного заговора; в 1991 дело в отношении Гумилева прекращено за отсутствием состава преступления.

ГУМИЛЕВ Николай Степанович [3 (15) апреля 1886, Кронштадт 25 августа 1921, близ Петрограда], русский поэт.

Сын морского врача. В детстве жил в Царском Селе, с 1895 в Петербурге, в 1900-03 в Тифлисе, где в местной газете впервые было опубликовано стихотворение Гумилева (1902). Учился в петербургской и тифлисской гимназиях. Осенью 1903 семья Гумилевых вернулась в Царское Село, где юноша завершил (1906) гимназическое образование. На литературные вкусы начинающего поэта, по-видимому, оказал влияние директор Царскосельской гимназии поэт И. Ф. Анненский; повлияли также труды Ф. Ницше и стихи символистов.

В первых сборниках стихов «Путь конквистадоров» (1905), «Романтические цветы» (1908; отмечен обращением к экзотической тематике) нашло отражение чувство Гумилева к Анне Горенко, будущей А. А. Ахматовой, с которой он познакомился в 1903 в Царском Селе (их брак, заключенный в 1910, спустя три года распался). Определяющим для поэзии Гумилева стал образ одинокого завоевателя, противопоставляющего свой мир тусклой действительности.

В 1906 Гумилев уехал в Париж, где слушал лекции в Сорбонне, изучал французскую литературу, живопись, театр. Выпустил три номера литературно-художественного журнала «Сириус» (1907). В 1908 путешествовал по Египту (позднее еще трижды ездил в Африку в 1909, 1910, 1913, собирал народные песни, образцы изобразительного искусства, этнографические материалы).

«Письма о русской поэзии»

Некоторое время (1908-09) Гумилев обучался в Петербургском университете на юридическом, затем на историко-филологическом факультете. Одновременно он знакомится с Вяч. И. Ивановым, печатается в газете «Речь», журналах «Весы», «Русская мысль» и др., издает сборник стихов «Жемчуга» (1910). Гумилев принимает участие в организации журнала «Аполлон» (1909), в котором вплоть до 1917 ведет постоянную рубрику «Письма о русской поэзии» (отдельное издание 1923), снискавшую ему репутацию проницательного критика: «его оценки всегда по существу; они выявляют в кратких формулах самую сущность поэта» (В. Я. Брюсов).

Желание освободиться от опеки Вячеслава Иванова и организационно отмежеваться от «теургического» символизма привело к созданию в 1911 «Цеха поэтов», в который вместе с Гумилевым, руководившим им в качестве «синдика», вошли Ахматова, С. М. Городецкий, О. Э. Мандельштам, М. А. Зенкевич и другие поэты-акмеисты. Объявив новое направление акмеизм наследником символизма, закончившего «свой путь развития», Гумилев призывал поэтов вернуться к «вещности» окружающего мира (статья «Наследие символизма и акмеизм», 1913). Первым акмеистическим произведением Гумилева считается поэма «Блудный сын», включенная в его сборник «Чужое небо» (1912). Критика отмечала виртуозное владение формой: по словам Брюсова, значение стихов Гумилева «гораздо больше в том, как он говорит, нежели в том, что он говорит». Следующий сборник «Колчан» (1916), драматическая сказка «Дитя Аллаха» и драматическая поэма «Гондла» (обе 1917) свидетельствуют об усилении в творчестве Гумилева повествовательного начала.

Житейское поведение Гумилева соотносилось с его поэзией: романтический пафос конквистадорства он транспонировал из стихов в жизнь, преодолевая собственные слабости, исповедуя личный культ победы. В начале Первой мировой войны Гумилев поступил добровольцем в уланский полк; был награжден двумя Георгиевскими крестами. По воспоминаниям сослуживцев, его влекло к опасности. В 1916 Гумилев добивается отправки в русский экспедиционный корпус на Салоникский фронт, но задерживается в Париже, где общается с М. Ф. Ларионовым и Н. С. Гончаровой, а также с французскими поэтами (в том числе с Г. Аполлинером).

Возвращение в Россию. Гибель

В 1918 Гумилев вернулся в Россию. Был привлечен М. Горьким к работе в издательстве «Всемирная литература», читал лекции в институтах, преподавал в литературных студиях. Занимался переводами (эпос о Гильгамеше, английская и французская поэзия). Издал несколько сборников стихов, в том числе лучшую свою книгу «Огненный столп» (1921; посвящена его второй жене А. Н. Энгельгардт).

Осенью 1920 Гумилев неопределенно обещает участникам так называемого «таганцевского заговора» свое содействие в случае антиправительственного выступления и номинально вовлекается в конспиративную деятельность. 3 августа 1921 он был арестован Петроградской Чрезвычайной Комиссией, 24 августа приговорен к расстрелу. На следующий день приговор был приведен в исполнение.

Гумилев ввел в русскую поэзию «элемент мужественного романтизма» (Д. Святополк-Мирский), создал собственную традицию, опирающуюся на принцип аскетически строгого отбора поэтических средств, сочетание напряженного лиризма и патетики с легкой иронией. «Эпиграмматичность строгой словесной формулы» (В. М. Жирмунский), выверенная композиция в его последних сборниках стали вместилищем концентрированного духовного опыта всего постсимволистского поколения.

Стихотворения и поэмы. Л., 1988.

Письма о русской поэзии. М., 1990.

Крейд В. Н. С. Гумилев: Библиография. Париж, 1988.

Николай Гумилев в воспоминаниях современников. М., 1990. (Репринт).

Лукницкая В. Н. Гумилев. Жизнь поэта по материалам домашнего архива семьи Лукницких. Л., 1990.

Реферат на тему: Противостояние Александру Блоку в творчестве Николая Гумилева

Раздел: Литература, Лингвистика ВСЕ РАЗДЕЛЫ

Мне ясно было, — Здесь не откажут пришлецу, Так может мертвый лечь в могилу, Так может сын войти к отцу.» Приходит тогда, когда Блок от церковных дверей, по сути, уходит, утверждая в «Крушении гуманизма», что «музыка», явственно им различимая, «противопо-ложна привычным для нас мелодиям об истине, добре и красоте». То есть как раз тем мелодиям, которым с волнением Гумилев внимает в «евангелической церкви»: «А снизу шум взносился многий, То пела за скамьей скамья, И был пред ними некто строгий, Читавший книгу Бытия. И в тот же самый миг безмерность Мне в грудь плеснула, как волна, И понял я, что достоверность Теперь навек обретена». Но, собственно, этим «мелодиям» Гумилев внимал и раньше. Ими определялось неустанное движение его поэтического характера, та «смена душ», о которой говорится в стихотворении «Память». Ими же исподволь внушено и представление о человеческой и поэтической миссии: «Я — угрюмый и упрямый зодчий Храма, восстающего во мгле, Я возревновал о Славе Отчей, Как на небесах, и на земле@». И это образ, образ «храма, восстающего во мгле», видится прямой альтернативой той разрушительной стихии, которую восславил Блок. Внимательное чтение гумилевских сборников убеждает, что поэт имел сложившуюся концепцию русской и европейской жизни, в отсутствии которой упрекал его А. Блок в своей антиакмеистской и антигумилевской статье «Без божества, без вдохновенья» (1921). Концепция Гумилева, однако, расходилась с общесимволистской. Чтобы это понять, достаточно сопоставить «Итальянские стихи» Блока с «итальянскими» стихотворениями Гумилева, вошедшими в состав его сборника «Колчан» (1916). Даже удивительно, как одна и та же реальность — Италия начала века (Блок посетил ее в 1909, а Гумилев — в 1912 году) — по- разному отозвалась в стихах двух поэтов. Так, если Блоку в лице современной Италии видится страшный, отвратительный распад: О, Bella, смейся над собою, Уж не прекрасна больше ты ! Гнилой морщиной гробовою Искажены твои черты ! то Гумилеву, напротив, Италия ударяет в глаза своей яркостью, блеском — словом, избытком жизненных сил: Как эмаль, сверкает море, И багряные закаты На готическом соборе Словно гарпии, крылаты, ослепляет красотою закатов, конечно не метафорических, а реальных, но все равно полемичных по отношению к еще не сформулированной, но уже носящейся в воздухе метафоре «заката Европы». И если Блок, бродя по улицам Флоренции, все время наталкивается на зловещие признаки вырождения культуры в «цивилизацию»: Хрипят твои автомобили, Твои уродливы дома, Всеевропейской желтой пыли Ты предала себя сама ! то Гумилев как раз весело сетует на «нецивилизованность»: Но какой античной грязью Полон город, и не вдруг К золотому безобразью Нас приучит буйный юг. Но главная разница — в интонации. У Блока здесь — раздраженная, у Гумилева и здесь, и в остальных стихотворениях итальянского цикла — неизменно веселая. Типичного для символистов контраста между былым расцветом Европы, запечатленным в твореньях старых мастеров, и ее нынешним суетным днем поэзия Гумилева не знает. Зато она знает другой контраст, не менее глубокий и не менее болезненный, — контраст между Европой и Россией. «Русские» стихотворения, которыми переслоены в «Колчане» «итальянские», выделяются на их фоне своей неизбывной грустью.

Как в этом мире дышится легко!Скажите мне, кто жизнью не доволен,Скажите, кто вздыхает глубоко, Я каждого счастливым сделать волен. Пусть он придет, я расскажу емуПро девушку с зелеными глазами,Про голубую утреннюю тьму,Пронзенную лучами и стихами. Пусть он придет! Я должен рассказать, Я должен рассказать опять и снова,Как сладко жить, как сладко побеждатьМоря и девушек, врагов и слово. А если все-таки он не поймет,Мою прекрасную не примет веру И будет жаловаться в свой чередНа мировую скорбь, на боль — к барьеру! Н. Гумилев Николай Степанович Гумилев родился в 1886 году в Кронштадте в семье корабельного врача. В 1906 году он окончил Николаевскую Царскосельскую гимназию. Первое стихотворение Гумилева «Я в лес бежал из городов.» было опубликовано в 1902 году в «Тифлисском листке», а первая книга стихов «Путь конквистадоров» — в 1905 году. С тех пор поэтические сборники следовали один за другим: 1908 год — «Романтические цветы», 1910 год — «Жемчуга», 1912 год — «Чужое небо», 1916 год — «Колчан», 1918 год — «Костер», «Фарфоровый павильон» и поэма «Мик», 1921 год — «Шатер», «Огненный столп». «Темно-зеленая, чуть тронутая позолотой книжка, скорей даже тетрадка Н. Гумилева прочитывается быстро. Вы выпиваете её, как глоток зеленого шартреза», — писал Ин. Анненский в своей рецензии на «Романтические цветы». Однако каждая публикация Гумилева резко критиковалась современниками. Так, Вяч. Вс. Иванов рекомендовал читателям не обставлять знакомство с ним «академически, в хронологическом порядке первых сборников, которые могут только от него оттолкнуть.». Он предлагает сразу открыть «Огненный столп», начиная разговор непосредственно с «Заблудившегося трамвая» — самого знаменитого стихотворения книги, и в дальнейшем останавливаясь исключительно на позднем Гумилеве, его связях как с русской, так и с мировой культурой. Интересно, что стихотворение «Заблудившийся трамвай» содержит не только пророчество о собственной смерти («Голову срезал палач и мне»), но, возможно, и предвидение обстоятельств своего «дела». Тема Машеньки, Гринева и Императрицы («Как ты стонала в своей светлице, я же с напудренною косой шел представляться Императрице и не увиделся вновь с тобой») вводит в стихотворение мотив л о ж н о г о обвинения в участии в замыслах бунтовщиков. Обвинения, которое уже никто не в силах отвести. Вяч. Иванов, с легкостью перемещаясь вслед за своим героем во времени и пространстве, естественно, касается и отношений Гумилева с русским символизмом, с Блоком в частности. Однако тщательно фиксируя и подробно разбирая совпадения между этими двумя поэтами, Иванов почему-то оставляет в стороне полемику между ними, в последние годы особенно напряженную. И интересную читателям прежде всего потому, что именно в этой полемике Гумилев обретает отчетливый гражданский темперамент, в чем ему принято — с легкой руки того же Блока — решительно отказывать. Считая Блока величайшим современным поэтом, без сомненья учась у него, Гумилев в то же время был резко не согласен с целым комплексом важнейших блоковских идей, получивших завершение после революции. И это несогласие выплескивалось не только в прямые, спонтанно вспыхивающие споры, о которых в один голос вспоминают современники, но и в стихи, потом составившие «Огненный столп».

ПУШКИНА Стихотворения золотой зрелости В отечественном самосознании живут — то противореча друг другу, то сливаясь воедино — два представления о пушкинском творчестве. Его поэзия воспринимается и как предельно близкое всем и каждому, заведомо «общедоступное» наследие, и как явление, исполненное великой тайны, требующее глубочайшего — и никогда не достигающего последней глубины — духовного проникновения. Когда-то Виссарион Белинский провозгласил: «Ни один из русских поэтов не может быть столько, как Пушкин, воспитателем юношества, образователем юного чувства». А ведь для того чтобы «образовывать» юное чувство, поэзия должна быть внятна еще не развившемуся и отнюдь не изощренному восприятию отрока. И пушкинская поэзия действительно в той или иной мере и степени открыта для неопытных душ. Но в то же время о поэзии Пушкина размышляли как о предельно трудно постигаемом феномене Иван Киреевский и Николай Гоголь, Федор Достоевский и Аполлон Григорьев, Владимир Соловьев и Василий Розанов, Вячеслав Иванов и Семен Франк, Александр Блок и Сергей Булгаков, Владислав Ходасевич и Георгий Федотов, Анна Ахматова и Сергей Бонди

Критика поэтов Серебряного века: Белый, Гумилев, Блок

Период Серебряного века в России оказался плодотворным и в рамках критики. Особенно здесь преуспели поэты.

Критика поэта А. Белого

Борис Николаевич Бугаев (известный под псевдонимом Андрей Белый) (1880–1934) выступал в качестве пропагандиста и теоретика русского символизма, начиная с самых первых своих работ. В них поэт настаивал на том, что искусство есть самый короткий путь формирования религиозного мышления, которое реализуется в символических образах.

Эти мысли были оформлены в труде

«Формы искусства» (1902), статье «О теургии» (1903),

а также в множестве заметок и рецензий, размещённых в газетах и журналах первого десятилетия XX века.

В «Апокалипсисе в русской поэзии» (1905) Белым утверждалось, что цель поэзии – это поиск «лика музы» и выражение в нём вселенской истины в её мировом единстве. Цель же религии – воплощение этого единства. Религия преобразует образ музы, призванный стать венцом становления национальной поэзии, в обособленный «лик Человечества».

Основные символистские постулаты были сформулированы поэтом-критиком в работах «Луг зелёный» (1910), «Символизм» (1910), «Арабески» (1911), в которых содержатся критические суждения автора о Мережковском, Гоголе, Брюсове, Гиппиус, Чехове, Бальмонте, Сологубе и других.

Н. Гумилёв и критика русской поэзии

Критическая деятельность Николая Степановича Гумилёва (1886–1921) в период 1909–1916 была связана с работой в издании «Аполлон». Для специальной рубрики «Письма о русской поэзии» поэтом был подготовлен цикл работ, в которых ему удалось воссоздать подробную картину поэтической жизни начала века, поскольку в его рецензиях находилось место не только признанным поэтам, но и литераторам второго и третьего «эшелона».

Гумилёвские «Письма», при всей их неоднородности, объединяет одна общая авторская черта: критик усматривал своё главное задание в поддержании любых «жизнеспособных ростков» русской поэзии.

Он смело представляет в своих работах различные направления и совершенно несхожие авторские индивидуальности. Высоких оценок были удостоены даже идеологически чуждые поэту-критику Н. Клюев и В. Хлебников. Будучи беспощадным в своих критических «вердиктах», он однако всегда старался сохранять беспристрастность.

Гумилёв у истоков акмеизма

Параллельно созданию «Писем» поэт занимается разработкой теоретических вопросов русской поэзии. Её результатом стала работа «Наследие символизма и акмеизм» (1913), превратившаяся в манифест нового поэтического течения. Данное направление, названное русским акмеизмом, Гумилёв и его соратники противопоставляли символизму. Акмеисты исповедовали возврат к точному словесному значению и миру материального.
Критик также занимался подготовкой работ для «Гиперборея» – журнала, принадлежащего Цеху поэтов и издаваемого М. Лозинским. Помимо отечественной словесности, его критика обращалась к французской и бельгийской поэзии и содержала анализ произведений Готье, Бодлера, Верхарна.

В работе «Поэзия в «Весах»» Гумилёв писал о причине упадка символизма, усматривая её в расколе данного движения на «революционеров» (вожди движения) и «хранителей традиции» («поэтическая молодёжь»), повлекшем за собой «недовольство» символизмом и споры о его будущем.

В период с 1908 по 1912 год на страницах периодических изданий «Речь», «Аполлон» и приложении к журналу «Нива» автор выступал с оценками работ А. Ремизова, И. Анненского, М. Кузьмина, С.Ауслендера и М. Ливен-Орловой. Кроме того, критик уделял внимание разбору произведений современного изобразительного искусства.

Критика А. Блока — «роль художника»

Критические исследования Александра Александровича Блока (1880–1921), как и его поэзия, были направлены на рассмотрение «страшного мира» и места художника в нём.

Избавление от противоречия между «хрупкой и незащищённой» поэтической личностью и равнодушной «толпой» поэт усматривал в определяющимся внутренним ритмом «чувстве пути», которое должен был осознавать каждый поэт. По его мнению, поэт рождается и живёт в музыке, восприятие которой является залогом рождения поэтического слова.

Критический почерк Блока

Поэт рассматривал литературу в тесной связи с другими искусствами и поэтому также уделял внимание театру и живописи. Кроме того, его критические работы были насыщены образами, свойственными символистской эстетике: голос вьюги, снежное кружево и т.д.
Через подобную призму Блок воспринимает работы своих современников – Бальмонта, Андреева, Волошина – и напрочь отвергает строгий разбор текста. Полагаясь исключительно на впечатления, критик пытался передавать их ассоциативно – цветовыми, вкусовыми или звуковыми характеристиками. Он также нередко прибегает к сопоставлению современных произведений с классическими работами Лермонтова, Пушкина, Гоголя или Толстого.

Блок достаточно строго отзывался о поэтических опытах, которые приводили к всеобщей эйфории, и усматривал определённую опасность в развитии броских модернистских направлений. Он полагал, что искусство, пробуждающее «стадное чувство» и cоздаваемое антигражданственными поэтами, ведёт к полному забвению гражданского долга.

Блок и революция

События 1917 года были приняты «трагическим тенором эпохи» с сомнениями и колебаниями. В работах «Искусство и революция», «Интеллигенция и революция» и поэме «Двенадцать» многие усмотрели радостное приветствие этих событий поэтом и критиком, однако автор писал и о «разбушевавшейся стихии», и о гоголевской «птице-тройке», вселяющей в души как восторг, так и ужас. Вместе с тем, поэту удалось вписать революцию в собственную поэтическую систему и «услышать» её «музыку» и её «диссонансы».
Вся без исключения критика, созданная поэтом Блоком, отличалась ритмической музыкальностью и обозначениями мира гармонических звуков.

Александр блок символизм николай гумилев 7 букв

Родился 16 ноября (28 ноября по новому стилю) 1880 года в Санкт-Петербурге.

Мать Блока — дочь ректора Санкт-Петербургского университета Андрея Бекетова. Вскоре после рождения Александра мать поэта ушла от мужа, варшавского юриста Александра Львовича Блока (1852—1909), и в 1889 году вторично вышла замуж за гвардейского офицера Ф. Ф. Кублицкого-Пиоттух, при этом оставляя сыну фамилию первого мужа. Девятилетний Блок поселился с матерью и отчимом в Гренадерских казармах, расположенных на окраине Петербурга, на берегу Большой Невки. В этот же год Александр Блок отдан в Введенскую гимназию. В 1897 году, очутившись с матерью за границей, в немецком курортном городке Бад- Наугейме, Блок пережил первую сильную юношескую влюблённость в Ксению Садовскую. Она оставила глубокий след в его творчестве. В 1897 на похоронах в Петербурге встретился с Вл. Соловьевым [1] .

В 1898 году окончил гимназию, поступил на юридический факультет Петербургского университета. Через три года перевелся на славяно-русское отделение историко-филологического факультета, которое окончил в 1906 году. В университете Блок знакомится с Сергеем Городецким и с Алексеем Ремизовым.

В это время троюродный брат поэта, впоследствии священник Сергей Михайлович Соловьёв (младший), становится одним из самых близких друзей молодого Блока.

Первые стихи Блок написал в пять лет. В 10 лет Александр Блок написал два номера журнала «Корабль». С 1894 по 1897 год он вместе с братьями писал рукописный журнал «Вестник». С детства Александр Блок каждое лето проводил в подмосковном имении деда Шахматово. В 8 км находилось имение друга Бекетова, великого русского химика Дмитрия Менделеева Боблово. В 16 лет Блок увлёкся театром. В Петербурге Александр Блок записался в театральный кружок. Однако после первого успеха ролей в театре ему больше не давали.

В 1903 году Блок женился на Любови Менделеевой, дочери Д. И. Менделеева, героине его первой книги стихов «Стихи о Прекрасной Даме». Известно, что Александр Блок испытывал к жене сильные чувства, но периодически поддерживал связи с различными женщинами: одно время это была актриса Наталья Николаевна Волохова, потом — оперная певица Андреева-Дельмас. Любовь Дмитриевна тоже позволяла себе увлечения. На этой почве у Блока возник конфликт с Андреем Белым, описанный в пьесе «Балаганчик». Белый, считавший Менделееву воплощением Прекрасной Дамы, был страстно влюблён в неё, но она не ответила ему взаимностью. Впрочем, после первой мировой войны отношения в семье Блоков наладились, и последние годы поэт был верным мужем Любови Дмитриевны.

В 1909 году происходит два тяжёлых события в семье Блока: умирает ребёнок Любови Дмитриевны и умирает отец Блока. Чтобы прийти в себя, Блок со своей женой уезжают отдохнуть в Италию. За итальянские стихи Блока приняли в общество, которое называлось «Академией». В ней помимо него состояли Валерий Брюсов, Михаил Кузмин, Вячеслав Иванов, Иннокентий Анненский.

Летом 1911 года Блок снова едет за границу, на этот раз во Францию. Александр Александрович даёт негативную оценку французских нравов.

Летом 1913 года Блок опять едет во Францию (по совету докторов).

В 1912 году Блок написал драму «Роза и Крест». Пьеса понравилась К. Станиславскому и В. Немировичу-Данченко, но драму так и не поставили в театре.

7 июля 1916 года Блока призвали на службу в инженерную часть Всероссийского Земского Союза. Поэт служил в Беларуси. По собственному признанию в письме матери, во время войны его основные интересы были «кушательные и лошадиные».

Революционные годы

Февральскую и Октябрьскую революции Блок встретил со смешанными чувствами. Он отказался от эмиграции, считая, что должен быть с Россией в трудное время. В начале мая 1917 года был принят на работу в «Чрезвычайную следственную комиссию для расследования противозаконных по должности действий бывших министров, главноуправляющих и прочих высших должностных лиц как гражданских, так и военных и морских ведомств» в должности редактора. В августе Блок начал трудиться над рукописью, которую он рассматривал, как часть будущего отчёта Чрезвычайной следственной комиссии и которая была опубликована в журнале «Былое» (№ 15, 1919 г.), и в виде книжки под названием «Последние дни Императорской власти» (Петроград, 1921) [3] .

В начале 1920 года умирает Франц Феликсович Кублицкий-Пиоттух от воспаления лёгких. Блок забрал к себе жить свою мать. Но она и жена Блока не ладили между собой.

В январе 1921 года Блок по случаю 84-й годовщины смерти Пушкина выступил в Доме литераторов со своей знаменитой речью «О назначении поэта».

Болезнь и смерть

Блок был одним из немногих деятелей искусства Петрограда, кто не просто принял советскую власть, но согласился работать на её пользу. Власть широко начала использовать имя поэта в своих целях. На протяжении 1918—1920 гг. Блока, зачастую вопреки его воле, назначали и выбирали на различные должности в организациях, комитетах, комиссиях [4] . Постоянно возрастающий объём работы подорвал силы поэта. Начала накапливаться усталость — Блок описывал своё состояние того периода словами «меня выпили». Этим же, возможно, и объясняется творческое молчание поэта — он писал в частном письме в январе 1919 г. [5] : «Почти год как я не принадлежу себе, я разучился писать стихи и думать о стихах…». Тяжёлые нагрузки в советских учреждениях и проживание в голодном и холодном революционном Петрограде окончательно расшатали здоровье поэта — у Блока возникли серьёзная сердечно-сосудистая болезнь, астма, появились психические расстройства, зимой 1920 года началась цинга [5] .

Весной 1921 г. Александр Блок вместе с Фёдором Сологубом просили выдать им выездные визы. Вопрос рассматривало политбюро ЦК РКП(б). В выезде было отказано [6] . Луначарский отмечал: «Мы в буквальном смысле слова, не отпуская поэта и не давая ему вместе с тем необходимых удовлетворительных условий, замучили его» [7] . Ряд историков полагали, что В. И. Ленин и В. Р. Менжинский сыграли особо негативную роль в судьбе поэта, запретив больному выезд на лечение в санаторий в Финляндии, о чём, по ходатайству Максима Горького и Луначарского, шла речь на заседании политбюро ЦК РКП(б) 12 июля 1921 года. Выхлопотанное Л. Б. Каменевым и Луначарским на последующем заседании политбюро разрешение на выезд от 23 июля 1921 года запоздало и уже не смогло спасти поэта [5] [8] .

Оказавшись в тяжёлом материальном положении, он серьёзно болел и 7 августа 1921 года умер в своей последней петроградской квартире от воспаления сердечных клапанов. За несколько дней до смерти по Петербургу прошёл слух, будто поэт сошёл с ума. Действительно, накануне смерти Блок долго бредил, одержимый единственной мыслью: все ли экземпляры «Двенадцати» уничтожены. Однако поэт умер в полном сознании, что опровергает слухи о его помешательстве. Перед смертью, после получения отрицательного ответа на запрос о выезде на лечение за границу (от 12 июля), поэт сознательно уничтожил свои записи, отказывался от приёма пищи и лекарств [5] [8] .

Поэт был похоронен на «Литераторские мостки» — участок на Волковском кладбище Санкт-Петербурга. Там же похоронены семьи Бекетовых и Качаловых, включая бабушку поэта Ариадну Александровну, с которой он находился в переписке. Отпевание было совершено в церкви Воскресения Христова. В 1944 году прах Блока был перезахоронен на Литераторских мостках на Волковском кладбище. [9] [10] .

Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Добавить комментарий

;-) :| :x :twisted: :smile: :shock: :sad: :roll: :razz: :oops: :o :mrgreen: :lol: :idea: :grin: :evil: :cry: :cool: :arrow: :???: :?: :!:

Adblock detector