Ахматова А

Столько просьб у любимой всегда!
Анна Ахматова

Столько просьб у любимой всегда!
У разлюбленной просьб не бывает.
Как я рада, что нынче вода
Под бесцветным ледком замирает.

И я стану — Христос, помоги!—
На покров этот, светлый и ломкий,
А ты письма мои береги,
Чтобы нас рассудили потомки,

Чтоб отчетливей и ясней
Ты был виден им, мудрый и смелый.
В биографии славной твоей
Разве можно оставить пробелы?

Слишком сладко земное питье,
Слишком плотны любовные сети
Пусть когда-нибудь имя мое
Прочитают в учебнике дети,

И, печальную повесть узнав,
Пусть они улыбнутся лукаво.
Мне любви и покоя не дав,
Подари меня горькою славой.

Ты письмо мое, милый, не комкай.
Анна Ахматова

Ты письмо мое, милый, не комкай.
До конца его, друг, прочти.
Надоело мне быть незнакомкой,
Быть чужой на твоем пути.

Не гляди так, не хмурься гневно,
Я любимая, я твоя.
Не пастушка, не королевна
И уже не монашенка я —

В этом сером будничном платье,
На стоптанных каблуках.
Но, как прежде, жгуче объятье,
Тот же страх в огромных глазах.

Ты письмо мое, милый, не комкай
Не плачь о заветной лжи.
Ты его в твоей бедной котомке
На самое дно положи.

Топ-5 — лучшие стихи о мужчинах

Так уж сложилось, что наиболее проникновенные и возвышенные стихи о женщинах создаются поэтами-мужчинами и наоборот. В этом есть доля смысла, так как представителям сильного пола писать о самих себе малоинтересно, так как для литературных исследований есть более примечательные объекты. В то же время для женщины мужчины – не только постоянный источник беспокойства и душевных терзаний, но и неиссякаемый источник вдохновения. Поэтому неудивительно, что подавляющее большинство ярких, образных и волнующих стихов о мужчинах написано именно женщинами.

5 место. Мужчина-возлюбленный – один из ключевых образов русской литературы, который неизменно присутствует в творчестве женщин-поэтов. Причем, их с исследовательской точки зрения интересует не столько внутренний мир избранника, сколько собственные чувства к нему, а также ответная реакция на свои слова и поступки. Например, поэтесса Ольга Берггольц в своем стихотворении «Позволь мне как другу…» просит у своего возлюбленного оказать ему помощь в знак признательности за те чувства, которые он смог воскресить, заставив сердце биться быстрее, а глаза – сиять молодостью и страстью.

Позволь мне как другу — не ворогу
руками беду развести.
Позволь мне с четыре короба
сегодня тебе наплести.

Ты должен поверить напраслинам
на горе, на мир, на себя,
затем что я молодость праздную,
затем что люблю тебя.

4 место. Однако другая медаль любви – ревность, которая сопровождает многие литературные образы мужчин, создаваемые женщинами. Именно это чувство, помноженное на боль и разочарование, испытывала поэтесса Анна Ахматова, создавая свое знаменитое стихотворение «Я не любви твоей прошу…», в котором отказывается от избранника, который нашел свое счастье с другой.

Я не любви твоей прошу.
Она теперь в надежном месте.
Поверь, что я твоей невесте
Ревнивых писем не пишу.
Но мудрые прими советы:
Дай ей читать мои стихи,
Дай ей хранить мои портреты, —
Ведь так любезны женихи!
А этим дурочкам нужней
Сознанье полное победы,
Чем дружбы светлые беседы
И память первых нежных дней…
Когда же счастия гроши
Ты проживешь с подругой милой
И для пресыщенной души
Все станет сразу так постыло —
В мою торжественную ночь
Не приходи. Тебя не знаю.
И чем могла б тебе помочь?
От счастья я не исцеляю.

3 место. Еще один аспект, который присутствует в женской поэзии, когда речь заходит о представителях противоположного пола, касается стремления добиться победы над объектом своих чувств любой ценой. Этот душевный порыв нашел яркое отражение в стихотворении поэтессы Софи Добролюбовской под названием «А мне все равно…». Ослепленные страстью, женщины очень часто идеализируют мужчин, что в итоге приводит к череде разочарований и обид.

«А мне все равно…» С.Добролюбовская

А мне все равно,
Что не мой ты — мужчина!
Тебя полюбила,
Тебе принадлежу!

Тобою хочу наслаждаться,
Как жизнью…
К тебе на край света
Одна прилечу…

Я переживу одинокие ночи.
Я вида тебе не подам,
Что нужен мне ты очень-преочень…
Что все за тебя я отдам!

2 место. Мужчины же относятся к себе гораздо более самокритично, они способные не только признавать свои недостатки, но и прилагают усилия для того, чтобы их исправить. Достаточно прочесть стихотворение Сергея Есенина «Мне осталась одна забава…», чтобы понять – за иронией и попыткой самобичевания скрывается желание стать лучше и чище, стремление переосмыслить собственную жизнь и подчинить ее иным канонам.

Мне осталась одна забава:
Пальцы в рот — и веселый свист.
Прокатилась дурная слава,
Что похабник я и скандалист.

Ах! какая смешная потеря!
Много в жизни смешных потерь.
Стыдно мне, что я в бога верил.
Горько мне, что не верю теперь.

Золотые, далекие дали!
Все сжигает житейская мреть.
И похабничал я и скандалил
Для того, чтобы ярче гореть.

Дар поэта — ласкать и карябать,
Роковая на нем печать.
Розу белую с черною жабой
Я хотел на земле повенчать.

Пусть не сладились, пусть не сбылись
Эти помыслы розовых дней.
Но коль черти в душе гнездились —
Значит, ангелы жили в ней.

Вот за это веселие мути,
Отправляясь с ней в край иной,
Я хочу при последней минуте
Попросить тех, кто будет со мной, —

Чтоб за все за грехи мои тяжкие,
За неверие в благодать
Положили меня в русской рубашке
Под иконами умирать.

1 место. В то же время мужчина как образ в русской поэзии не менее загадочен и многообразен, чем женщина. В стихотворении «Портрет мужчины» Николай Гумилев попытался дать ответ, что же представляет из себя типичный любимец женщин, способный вскружить голову царице и бросить к ее ногам весь мир. Он достаточно циничен и предпочитает получать то, что хочет. При этом суровые реалии настолько закалили его душу, что он напрочь лишен сентиментальности. Но при этом свои воспоминания, в которых он далеко не так идеален, как хотел бы казаться, мужчина никогда и ни на что не променяет, потому что в них он настоящий, и это для него — самое важно.

«Портрет мужчины» Н.Гумилев

Картина в Лувре работы неизвестного

Его глаза — подземные озера,
Покинутые царские чертоги.
Отмечен знаком высшего позора,
Он никогда не говорит о Боге.

Его уста — пурпуровая рана
От лезвия, пропитанного ядом.
Печальные, сомкнувшиеся рано,
Они зовут к непознанным усладам.

И руки — бледный мрамор полнолуний,
В них ужасы неснятого проклятья,
Они ласкали девушек-колдуний
И ведали кровавые распятья.

Ему в веках достался странный жребий —
Служить мечтой убийцы и поэта,
Быть может, как родился он — на небе
Кровавая растаяла комета.

В его душе столетние обиды,
В его душе печали без названья.
На все сады Мадонны и Киприды
Не променяет он воспоминанья.

Он злобен, но не злобой святотатца,
И нежен цвет его атласной кожи.
Он может улыбаться и смеяться,
Но плакать… плакать больше он не может.

Поэзия русских классиков, посвященная любви к мужчине, отношениям к мужчине.

Его уста — пурпуровая рана
От лезвия, пропитанного ядом.
Печальные, сомкнувшиеся рано,
Они зовут к непознанным усладам.

И руки — бледный мрамор полнолуний,
В них ужасы неснятого проклятья,
Они ласкали девушек-колдуний
И ведали кровавые распятья.

Ему в веках достался странный жребий —
Служить мечтой убийцы и поэта,
Быть может, как родился он — на небе
Кровавая растаяла комета.

В его душе столетние обиды,
В его душе печали без названья.
На все сады Мадонны и Киприды
Не променяет он воспоминанья.

Он злобен, но не злобой святотатца,
И нежен цвет его атласной кожи.
Он может улыбаться и смеяться,
Но плакать… плакать больше он не может.

И думалось: уж коль поэта
Мы сами отпустили в смерть
И как-то вытерпели это,—
Всё остальное можно снесть.

И от минуты многотрудной
Как бы рассудок ни устал,—
Ему одной достанет чудной
Строки про перстень и футляр.

Так ею любовалась память,
Как будто это мой алмаз,
Готовый в черный бархат прянуть,
С меня востребуют сейчас.

Не тут-то было! Лишь от улиц
Меня отъединил забор,
Жизнь удивленная очнулась,
Воззрилась на больничный двор.

Двор ей понравился. Не меньше
Ей нравились кровать, и суп,
Столь вкусный, и больных насмешки
Над тем, как бледен он и скуп.

Опробовав свою сохранность,
Жизнь стала складывать слова
О том, что во дворе — о радость!—
Два возлежат чугунных льва.

Львы одичавшие — привыкли,
Что кто-то к ним щекою льнёт.
Податливые их загривки
Клялись в ответном чувстве львов.

За все черты, чуть-чуть иные,
Чем принято, за не вполне
Разумный вид — врачи, больные —
Все были ласковы ко мне.

Профессор, коей все боялись,
Войдет со свитой, скажет: «Ну-с,
Как ваши львы?» — и все смеялись,
Что я боюсь и не смеюсь.

Все люди мне казались правы,
Я вникла в судьбы, в имена,
И стук ужасной их забавы
В саду — не раздражал меня.

Я видела упадок плоти
И грубо поврежденный дух,
Но помышляла о субботе,
Когда родные к ним придут.

Пакеты с вредоносно-сильной
Едой, объятья на скамье —
Весь этот праздник некрасивый
Был близок и понятен мне.

Как будто ничего вселенной
Не обещала, не должна —
В алмазик бытия бесценный
Вцепилась жадная душа.

Всё ярче над небесным краем
Двух зорь единый пламень рос.
— Неужто всё еще играет
Со львами?— слышался вопрос.

Как напоследок жизнь играла,
Смотрел суровый окуляр.
Но это не опровергало
Строки про перстень и футляр.

Ты, меня любивший дольше
Времени. — Десницы взмах! —
Ты меня не любишь больше:
Истина в пяти словах.

Тобою хочу наслаждаться,
Как жизнью.
К тебе на край света
Одна прилечу.

Я переживу одинокие ночи.
Я вида тебе не подам,
Что нужен мне ты очень-преочень.
Что все за тебя я отдам!

Выйдет такой в бездорожье,
Где разбежался ковыль,
Слушает крики Стрибожьи,
Чуя старинную быль.

С остановившимся взглядом
Здесь проходил печенег.
Сыростью пахнет и гадом
Возле мелеющих рек.

Вот уже он и с котомкой,
Путь оглашая лесной
Песней протяжной, негромкой,
Но озорной, озорной.

Путь этот — светы и мраки,
Посвист разбойный в полях,
Ссоры, кровавые драки
В страшных, как сны, кабаках.

В гордую нашу столицу
Входит он — Боже, спаси!-
Обворожает царицу
Необозримой Руси

Взглядом, улыбкою детской,
Речью такой озорной,-
И на груди молодецкой
Крест просиял золотой.

Как не погнулись — о горе!-
Как не покинули мест
Крест на Казанском соборе
И на Исакии крест?

Над потрясенной столицей
Выстрелы, крики, набат;
Город ощерился львицей,
Обороняющей львят.

«Что ж, православные, жгите
Труп мой на темном мосту,
Пепел по ветру пустите.
Кто защитит сироту?

В диком краю и убогом
Много таких мужиков.
Слышен но вашим дорогам
Радостный гул их шагов».

Ты должен поверить напраслинам
На горе, на мир, на себя,
Затем что я молодость праздную,
Затем что люблю тебя.

Стихи Цветаевой Марины

Стихи Цветаевой Марины — стихи Марины Ивановны Цветаевой о любви. Проникновенные и чувственные замечательной поэтессы вдохновляют множество людей в разных уголках нашей планеты.

Иван Франко «Сыплет, сыплет, сыплет снег» — Марина Цветаева

Сыплет, сыплет, сыплет снег.
Над равниною бесплодной
Мириадами летят
Мотыльки зимы холодной.

Одноцветны, как тоска,
Холодны, как злая доля,
Засыпают все пути,
Всю красу лугов и поля. Читать далее «Иван Франко «Сыплет, сыплет, сыплет снег» — Марина Цветаева» →

Я знаю правду! Все прежние правды — прочь — Марина Цветаева

Я знаю правду! Все прежние правды — прочь!
Не надо людям с людьми на земле бороться.
Смотрите: вечер, смотрите: уж скоро ночь.
О чём — поэты, любовники, полководцы?
Уж ветер стелется, уже земля в росе,
Уж скоро звёздная в небе застынет вьюга,
И под землёю скоро уснем мы все,
Кто на земле не давали уснуть друг другу. Читать далее «Я знаю правду! Все прежние правды — прочь — Марина Цветаева» →

Как мы читали «Lichtenstein» — Марина Цветаева

Тишь и зной, везде синеют сливы,
Усыпительно жужжанье мух,
Мы в траве уселись, молчаливы,
Мама Lichtenstein читает вслух.

В пятнах губы, фартучек и платье,
Сливу руки нехотя берут.
Ярким золотом горит распятье
Там, внизу, где склон дороги крут. Читать далее «Как мы читали «Lichtenstein» — Марина Цветаева» →

Евреям (Кто не топтал тебя — и кто не плавил) — Марина Цветаева

Кто не топтал тебя — и кто не плавил,
О купина неопалимых роз!
Единое, что на земле оставил
Незыблемого по себе Христос:

Израиль! Приближается второе
Владычество твоё. За все гроши
Вы кровью заплатили нам: Герои!
Предатели! — Пророки! — Торгаши! Читать далее «Евреям (Кто не топтал тебя — и кто не плавил) — Марина Цветаева» →

Никогда не узнаешь, что жгу, что трачу — Марина Цветаева

Никогда не узнаешь, что́ жгу, что́ трачу
— Сердец перебой —
На груди твоей нежной, пустой, горячей,
Гордец дорогой.
Никогда не узнаешь, каких не-наших
Бурь — следы сцеловал!
Не гора, не овраг, не стена, не насыпь:
Души перевал.
О, не вслушивайся! Болевого бреда
Ртуть… Ручьёвая речь… Читать далее «Никогда не узнаешь, что жгу, что трачу — Марина Цветаева» →

Ох, грибок ты мой, грибочек, белый груздь — Марина Цветаева

Ох, грибок ты мой, грибочек, белый груздь!
То шатаясь причитает в поле — Русь.
Помогите — на ногах нетверда!
Затуманила меня кровь-руда!

И справа и слева
Кровавые зевы,
И каждая рана:
— Мама!

Кн. С.М. Волконскому (Стальная выправка хребта) — Марина Цветаева

Стальная выправка хребта
И воронёной стали волос.
И чудодейственный — слегка —
Чуть прикасающийся голос.

Какое-то скольженье вдоль —
Ввысь — без малейшего нажима…
О дух неуловимый — столь
Язвящий — сколь неуязвимый! Читать далее «Кн. С.М. Волконскому (Стальная выправка хребта) — Марина Цветаева» →

Ночь. — Норд-Ост. — Рев солдат. — Рев волн — Марина Цветаева

Ночь. — Норд-Ост. — Рев солдат. — Рев волн.
Разгромили винный склад. — Вдоль стен
По канавам — драгоценный поток,
И кровавая в нем пляшет луна.

Ошалелые столбы тополей.
Ошалелое — в ночи? — пенье птиц.
Царский памятник вчерашний — пуст,
И над памятником царским — ночь. Читать далее «Ночь. — Норд-Ост. — Рев солдат. — Рев волн — Марина Цветаева» →

Евреям (Так бессеребренно — так бескорыстно) — Марина Цветаева

Так бессеребренно — так бескорыстно,
Как отрок — нежен и как воздух синь,
Приветствую тебя ныне и присно
Во веки веков. — Аминь. —

Двойной вражды в крови своей поповской
И шляхетской — стираю письмена.
Приветствую тебя в Кремле московском,
Чужая, чудная весна! Читать далее «Евреям (Так бессеребренно — так бескорыстно) — Марина Цветаева» →

Бретонская народная песня «Милую целуя, я сорвал цветок» — Марина Цветаева

Милую целуя, я сорвал цветок.
Милая — красотка, рот — вишнёвый сок.
Милую целуя, я сорвал цветок.

Грудь — волне досада, стан — стволу — упрёк.
Милую целуя, я сорвал цветок.

Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Добавить комментарий

;-) :| :x :twisted: :smile: :shock: :sad: :roll: :razz: :oops: :o :mrgreen: :lol: :idea: :grin: :evil: :cry: :cool: :arrow: :???: :?: :!:

Adblock detector